В гостях у моря. Путешествие с художником Константином Прусовым

Константин Прусов
В гостях у моря. Путешествие с художником Константином Прусовым

Все мандарины императора Константина

Император Константин оставил неизгладимый след в истории Рима – понимаете, каким уровнем мышления нужно обладать, чтобы город сохранил память о вас? И несмотря на то, что Константин перенёс столицу Римской империи в Византий, его правление изменило привычный уклад жизни римлян.

Я помню первое впечатление от города – солнце, персиковый цвет домов, мандариновые деревья и ощущение мощной энергии, исходящей от стен его памятников. Восторг!

В музее Капитолия сохранились фрагменты статуи императора Константина. Рассматривая их внимательно, я представил эту легендарную личность молодым – он стоял на пороге новых открытий. Вскоре он признает христианство – за его спиной виднеется хризма на крыше первого храма, но рядом всё ещё стоит языческий. Конечно, история перемен была нелёгкой – мы можем только представить, какой ценой это далось.

Но эта работа не о деяниях Константина, а о стремлениях к новым горизонтам. На голове у молодого императора нестандартный венок – символ его власти представляют мандарины. Почему бы и нет – император волен создавать новые символы. Его глаза – это мощный инструмент, который дан ему от Бога. И если не мешать Константину – в них никогда не отразится разрушительная энергия, лежащая в глубинах его подсознания.


Все мандарины императора Константина. 2016. Бумага, темпера. 29,7x21 см

Ты ждёшь меня?

Свежим утром, гуляя по берегу моря, я заметил большого пушистого пса, который всматривался в корабли на горизонте. Ветер гладил его тяжёлую и длинную шерсть, чему он был явно рад. Мне бы очень хотелось верить, что он ждал своего хозяина – моряка, ушедшего в море, а его дом находился за моей спиной, тем более входная дверь была открыта.

Присмотревшись внимательнее, я заметил, что дом в аварийном состоянии. Возможно, пёс переживал в нём непогоду. Он казался самостоятельным и уверенным, но как мы знаем, этим качествам часто сопутствует одиночество.

Сняв наушники, я сел на песок и окликнул этого пушистого незнакомца. Он радостно обернулся – глаза смотрели на меня с невероятной надеждой.

В нём было столько доброты, что хватило бы на всё человечество.



Ты ждешь меня? 2015. Холст, масло. 108x80 см

Амазонка

На следующий день, совершая пробежку по набережной, я не увидел пушистого незнакомца.

На месте, где сидел чудесный пёс, стояла весьма интересная особа. Неужели и пёс, и девушка ждали одного человека? Интуиция говорила, что да.

Девушка пряталась под зонтом, которые можно часто встретить в Ницце. На её голове удачно разместился венок из лилий, а одна грудь была сознательно оголена – в таком обличии она напоминала амазонку, совершающую магический ритуал. Может, таким образом она хотела побыстрее вернуть возлюбленного? Интуиция вновь говорила – да!

Эх, что делает море с людьми – они обретают искренность и смелость в проявлении эмоций. Как же приятно наблюдать за этим – любовь чувствует здесь себя, как рыба в воде.



Амазонка. 2015. Холст, масло. 105x80 см

Тайная вечеря

Большой, но скромный стол собрал вокруг себя гостей. Есть ли нам здесь место? Край стола омывает море, преображённое жёлто-зелёным течением. Не каждый день увидишь такой волшебный интерьер!

Угощают сегодня рыбой и хлебом с золотистой корочкой, который напоминает кораллы, а скатерть – песчаную бухту. Странные ассоциации, но я верю своим глазам!

В центре – большая чаша с вином. Гости не торопятся разливать его по бокалам – ещё не все собрались. Надеюсь, не мы их задерживаем, а если и так, то стоит извиниться.



Тайная вечеря. Вариант II. 2011. Холст, масло. 149x60 см



Тайная вечеря. Вариант II. 2011. Фрагмент

Эпилог. Груша и сливы

Домой я вернулся в конце августа. Счастье встречи с Пабло и мамой – самое искреннее на свете.

За окном стояла тёплая и сухая погода. По-традиции, наш стол был скромным, но невероятно вкусным. Груша и сливы лежали на белом подносе, который стал моим первым керамическим произведением. За окном сияла пышная петунья, напоминающая о прибрежных городах.

В арсенале было несколько тюбиков сине-зелёного. Это будет седьмая картина в серии натюрмортов – моё любимое число.

Беру небесно-голубую – намечаю детали композиции. Белила оставляю напоследок, как и сажу – подчеркну ей контур подноса и расставлю небольшие акценты. Сине-зелёная в избытке – щетинной кистью увлечённо распределяю её вокруг узора петуний. Морские впечатления проникают именно через такое сочетание цветов, но нужно усилить их – жёлтая груша выходит на арену.

И чтобы ей было не одиноко, две сливы-подружки балансируют рядом. Жест вносит в работу дополнительную динамику – согласитесь, так интересней!

Закончил. Отхожу подальше от мольберта. «Даже здесь море!» – удивляется мама. Смеёмся. Паблуша внимательно рассматривает холст – нужно опустить мольберт пониже. В знак своего одобрения он смело тычет чёрным носиком в картину – теперь и он в морских оттенках!



Груша и сливы на фоне петуний. 2019. Холст, масло. 70х80 см



Груша и сливы на фоне петуний. 2019. Фрагмент



Пабло и Дали на море. 2019



Мадонна с собачкой. 2019. Холст, масло. 90х80 см



Живопись, графика, керамика, текст, фото – Константин Прусов.

Благодарю Елену Уваровскую за проверку текста.

Спасибо Маме, Пабло и друзьям за то, что вы рядом!

www.prusov.gallery

2020

Рейтинг@Mail.ru