ЖБП. Жил-был парень

Кирилл Кирьянко
ЖБП. Жил-был парень

© Кирилл Кирьянко, 2020

ISBN 978-5-4496-9958-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Автор: Кирьянко Кирилл

Название романа: ЖБП

Жанр: современная проза

Объем: авторских листов: 9.51

Адрес: Россия, г. Москва

телефон: 8-977-727-70-42,

e-mail: kinderkirill@mail.ru

Этот текст – сообщение моим друзьям, товарищам и знакомым, которыйприлагается с документом данной книги.

Приветствую. Прочти мою книгу. Я начал еёписать к концу 2016 года, собрав совсем немного материала, который сохранился спрошлого. Потом я забыл о ней. Или не было вдохновения, или времени, или сил.Некоторую часть я написал осенью 2017. Кусочки в армии. Закончил писанину18.04.2019. Теперь жду, пока она «настоится», чтобы перечитать её и исправитьнедочёты. Хотя, наверное, уже не жду, а переждал, так как уже отправил тебеготовый экземпляр. Если всё-таки дочитаешь – напиши мне ответ. Полный,развёрнутый, как школьное сочинение. Дай оценку, скажи, что нужно исправить,добавить или убрать. Это касается и ошибок (фактических, орфографических,пунктуационных или еще каких). Что-то печатал с телефона, что-то с компьютера.Что-то записывал в голосовой блокнот и мог при редактировании пропуститьошибку, так что не обессудь. Где-то сработала автозамена, где-то простопропускал ошибки, а где-то совершал их в меру моей «недружбы» с русским языком.Редакции слишком дорого стоят, и потому я решил по максимуму отредактировать ипривести весь текст в порядок сам. Да, и при чтении, увидев мои ошибки,поймёте, что я обычный человек, которому свойственно ошибаться. Если этонастолько говно, что будет хотеться ржать или блевать – ни в чём себе неотказывай. Буду очень рад любому мнению. При желании можешь дать прочитать еёеще кому-нибудь. Так сказать, кинь в него какашкой. Если написанное мной оченьуж плохо, прошу прощение за потраченное вами время, я старался, как мог,потратил кучу времени. Решил, так сказать, попробовать себя в новом русле. Ноесли есть хоть малейшая предпосылка на успех, то я обязательно будусовершенствоваться, конечно же, с тобой, мой дорогой друг. Жду скорейшегоответа. Скорость твоего чтения и твоя оценка поможет мне определиться в том,нести ли в «издательства» этот текст и как скоро. Ну, что ты глазёнки товылупил? Иди и читай.

Спустя некоторое время я получил нескольковполне адекватных оценок и критик и теперь твоему вниманию представляюдополненный и редактированный вариант. Написание и редактирование – это весьматрудоёмкие процессы. Учитывая, что я параллельно со своей первой  – вот этой книгой пишу ещё две, то результатыполучаются спустя многие годы. Жизнь вроде бы короткая, но с другой стороныочень длинная.

Спасибо за критику. Я учёл свои ошибки онедосказанности в каких-то моментах. Неполное знакомство читателя с персонажем,а так же укрытие тех вещей, которые очень важны и которые в тексте понятны лишьавтору. Поэтому представляю новый вариант, надеюсь, который вас поразит.

Пролог.

Эта историяповествует жизнь паренька, а затем и мужчины, который бьётся, как рыба об лёд,об жизнь. Он должен найти себя. Найти своё место в этом непростом мире.Несмотря на некоторый недуг. Стремление к автономной и независимой жизниприводило его в тупик, добавляло ему помимо соли на рану, перца в нос, еще иуксусу в глаза. Кидало волнами о прибрежные скалы, воздымало на копье к небесамза вспоротое брюхо. Выбирал ли он себе такую судьбу сам? Выбор приходиться делатькаждому. У него не было устоявшихся убеждений, в чем либо, и от этого он чувствовалсебя маргиналом. Он отчасти понимал, почему появляются разные проблемы в жизни.Потому что, возможно, он не был шахматистом и не умел просчитывать все ходынаперёд. И этот навык он должен будет приобрести, чтобы решить все своипроблемы. Он просто что-то делал, никогда ничего не доводя до конца, и к чемуэто приведёт, никогда не задумывался. Его формула: живу в сегодня, не забываю озавтра и доделываю вчерашний ком. Каждому заранее было бы полезным продуматьсвою формулу. Но это уже личное. И поможет ли ему его недуг или будет ставитьему подножки на протяжении всей истории?

Здесь присутствуют любовь и ревность, комедияи драма, рождение и смерть, бесконечная радость и губящая горесть, полнейшееумиротворение и великое отчаяние. В книге каждый может найти себя или знакомого.Многим известны из своей жизни или жизни кого-то некоторые истории,рассказанные здесь. Что-то было приукрашено, придумано, но это лишь дляконтрастности. Здесь нет сверхъестественного или архивыдуманное. Читаться книгадолжна легко, на одном вдохе. И пусть это будет неидеальный рассказ, истыканный ретроспекциями,матом и разной ахинеей, но вам решать, что было на самом деле, а что всё-такиплод моей фантазии.

Всё писалось постепенно. Внаписанное входило всё, что меня окружает: фильмы, книги, музыка, люди и ихрассказы. Главы собирались абсолютно из несвязанных частей, из отрывков,которые влетали в мою голову во время занятий чем-либо. Да будь то хоть сидениена унитазе или пробежка. Видимо поэтому в этой книге так много рассуждений. Да,честно сказать, все идеи реализовываются в жизнь так же – спонтанно. Это мойнекий девиз по жизни.

Иногда хочется жить в такомместе, где каждый может найти себя, например, как в этой книге. Хочетсяразнообразия, разногранности, разноцветности и пёстрости. Но часто во мнепросыпаются перфекционизм и аккуратность, и мне хочется навести порядок нетолько на своём столе и жизни, но и в своём городе, стране и планете. Чтобы всёбыло шаблонно. До невозможия одинаково. Но ведь тогда жизнь потеряет всякиекраски. Иногда я поддерживаю людей неформальной внешности и сам стремлюсь ктому же, но иногда они вызывают дикую злость, и я не могу с этим ничегоподелать. Отсюда и разные рассуждения, иногда противоречащие друг другу.

Буду ли я хотеть что-то изменитьв книге после того, как поставлю точку на её написании? Конечно, буду. Но этоне страшно. Ведь всегда можно создать новую историю, исправив в старой, тучасть, которая мне не нравится. И вот – уже новое творение.

В этой истории вы должныпроследить несколько проблем, некоторые завуалированы, часть их решается попути, о некоторых придётся всерьёз задуматься. Книга структурированатаким образом, что в одной главе присутствуют и стихотворения, и кусочкифилософии, и кусочки историй из прошлого, ну и, конечно же, настоящее. Ясначала пытался по максимуму синхронизировать весь текст по времени, событие засобытием, вставляя лишь изредка отрывки из прошлого. Но это не точно. И каквсегда всё пошло не по плану. Да, и срать я на это хотел.

1.1

«Нет неразрешимых проблем. Есть неприятные решения» Эрик Берн.

В палате я был почему-то один.Стены ужасно сдавливали меня, так же как и виски – мой мозг. Краска на стенахбыла пожелтевшей от времени и сырости, обшарпанной. Я не мог ничего делать.Отложил книгу и тетрис, блокнот с рисунками, колоду игральных карт. Сердце былоочень неспокойным. Я боялся. Боялся одиночества. Боялся, что родители обо мнезабыли.  В мои неспокойные покои быстрымшагом зашла миловидная тётя, и, не задумываясь, направилась ко мне.

– Не бойся, малыш, всё будет хорошо, это совсем небольно. Просто – маленький укольчик. Как комарик… – Ну, вот, – достала иголкуиз моей задней мышцы милая тетя – медсестра.

– А когда меня отпустят домой? – хлопаямаленькими ресничками, дрожащим голосом спросил я.

– Совсем скоро. Вот, выпей эти таблетки,– медсестра протянула мне горсть разных по размеру, форме и цвету пилюль.

Я выпил. Воду. А таблеткивыплюнул в унитаз немного попозже, корча физиономию от разнопёрстности вкусовво рту.

– Я вообще-тополностью здоров, – пробубнил себе под нос. – Всё равно снова сбегу.

1.2

Почему всё такпроисходит?

И куда убегают моря?

Всем летать на броне – вездеходе

И бросать по путиякоря.

И понять в далёкомполёте,

Что важно на Земле длятебя.

Может водка и смех, аможет заботы?

Или море и солнце, шуми семья?

Важно много на этойЗемле. Важен я. Это раз.

Важны поступки,причёска, одежда на нас.

На теле тату, на одежкезастёжки. И даже из глаз

Эти слёзы попадут не разв этот сказ.

Это мир внутренний,внешний.

Объяснять я не буду,пусть доходит до Вас.

Не от хорошей, простой,беззаботной…

Люди впервые пишутрассказ.

Кто-то грезит о доме.

Кто о семье, кто одрузьях.

О мягкой посадке грезятпилоты,

О чудных геолог мечтаетполях.

Где правда и ложь?Истина – грош.

Дабы путь истинный мнеобрести,

Якобы дважды, а лучше итрижды,

Смерть обмануть и лишьтем отомстить.

Точку никто сам себе непоставит.

И не вправе судитьникто, даже Бог.

Но из сказок старинныхверим мы в правду,

В искренность, вмужество, в честь и любовь.

1.2 – Лифт.

Сказ о том, как вплен попал. Стрела Амура сразила наповал.

Оголтелая моя, невероломная,

Мне доступная, утонченная,

Необычная… ну никак все те.

Прилепилась ко мне ты в лифте.

Я только закончил университет.Вот он. Долгожданный, заработанный недосыпом и перегрузом мозга диплом. Вот онамечта, к которой я зачем-то шёл. А зачем, я не мог понять. Во время моей учёбынесколько знакомых бросало университет. Кто-то открывал своё дело, мало – помалувзлетая, кто-то уходил на работу и неплохо продвигался вперёд, а кто-тодесятилетиями не мог закончить ВУЗ, уходя в бесконечные академические отпуска. Почемуя не последовал за теми, кто взлетел к небесам (я не имею в виду смерть) дополучения диплома, я не знал. Просто была поставлена цель. Я её выполнил,придерживаясь плана, несмотря на то, что это совсем на меня не похоже. Чтобудет дальше? Это двоякое чувство, вроде бы и удовлетворение от проделаннойработы, но в большей степени страх, страх перед закрытыми дверьми будущего, страхперед неведением будущего и незнанием самого себя. Что будет через год, а через5 лет? Я не знал. Каждый проходит такой путь и не важно, после школы, университетаили смены работы, а то и города, к которому ты привык и в котором знаком,каждый уголок. Запутался. Нужна была разрядка. Некий отдых. Составление плана,осмысление себя, своего нутра, выработка будущих задач, стремление к цели. Но счего начать, опять же, я не знал, поэтому по студенческой привычке я пошёл питьк своему другу, у которого была своя квартира, расположенная в спальном районеМосквы.

 

– Ты зайди там – в магазин, купи, что нужно,ай, сам всё знаешь, – промямлил в трубку Андрей.

Вот фраза, да? Сходи в магазин.Не так-то всё просто. Только представьте на своей шкуре. Это ты дойди, потратьвремя, деньги, силы, там все возьми, очередб отстой, на кассе расплатись иобратно с пакетами… Ведь ещё же домой попасть надо. А они, падлы – пакеты,тяжелые, руки режут, об углы зданий бьются, и двери открывать мешают. Собраввсе силы в кулак, я закупился нужными ингредиентами для тусовки и заскочил в Андреевскийподъезд. Перед лифтом стояло тело, женского пола, вроде бы с неплохой фигурой,но задом ко мне, и с огромными, набитыми покупками пакетами. Лифт был вызванпутём долгого вдавливания обожженной кнопки в сторону грязной стены. Спустянесколько шумных секунд, он с грохотом, скрипя, открыл свои двери, я пропустилтело женского пола вперед, в потасканный жизнью лифт – сортир.

– Вам какой? – спросила она невыдуманнымангельским голоском и сверкнув скромными, но охрененно классными ресницами.

– Мне пятый, – быстро пробубнил я, пытаясьсделать голос мужественным и не подавать виду, что я вроде бы как начинаю влюбляться.

– Мне на пару этажей выше, – сказала она инажала цифру 14.

Я расправил плечи, мол, сильный.Молчание. Наши взгляды пересеклись. Искоса, я не отрывал взгляд от её тела. Нужнобыло начать разговор. «Так, пакеты. Ага, я должен ей помочь, но у меня у самогозабиты руки тяжёлыми флянами по 0.5 и 0.7, – думал я про себя. – Что дальше? Уже3 этаж. Так, так… Хряк. Мрак. Крах. Схемы в голове. Метода работай! О,придумал! Белиссимо, чтоб его за ногу…» Вспомнив, как мы забавлялись в детстве,я просто подпрыгнул. И лифт остановился. Сердце бешено долбило, а я её ужелюбил.

– Молодой человек, вы баран? – с испугомпоинтересовалась она.

– Ну, это… Я случайно, – мямлил я, какмальчишка, – Познакомиться хочу.

Она влепила мне пощечину.Слабую, неуверенную и боязливо отринулась назад.

– Не бойся, сейчас я вызову лифтёров, апока они спешат к нам на помощь, у нас есть время познакомиться. Мистер – лИфтервеселей, лифт поедет в два раза быстрей. – мой голос стих от неуверенности.Почти шёпотом я продолжил, – мистер лИфтер.

К счастью лифтёров можнонапрямую сравнить с Почтой России, и именно поэтому мы с ней разговорились отом и о сём. Я вёл себя как мальчишка. Она вела себя как девчонка. Нам этонравилось. Я успел расспросить её, казалось бы, обо всём. Но всё еще хотелвпитывать в себя всё больше информации о ней. Я засыпал её вопросами, хотел,чтобы этот голос не переставал звучать. Времениоказалось достаточно. Дожидаясь этих пьянчуг, мы успели узнать друг о другевсё, болтая обо всём и ни о чём. И мне понравился этот человек с его мыслями,увлечениями, тараканами, ну и что немало важно внешне. Я пригласил еёприсоединиться к нашей компании, но она отказалась. Как и любая нормальнаядевушка, которая боится незнакомых компаний, она ответила, что не готова ктаким поворотам событий, но ещё от одной встречи со мной она бы не отказалось. Какоказалось потом, она всё же была знакома с моим товарищем Андреем.

Перед приходомнаших спасителей, я предложил ей «глотулю за братулю", но, по её взгляду,я понял, что это было лишнее.

Язнал, что отдыхая с другом, я не выпущу её из головы. Я буду вспоминать, слеглазавитые рыжие волосы, её платье и каблуки, её румяные щечки, красивые руки иприятный голос, который звучал у меня в голове, как песня, которая заседаетнадолго. Но я хотел, чтобы этот звук продолжался. Он совсем мне не надоел завремя, проведённое в лифте – сортире.

1.3

Посленажатия на кнопку звонка, я закрыл ладошкой глазок. Спустя секунд 16, услышалвопросительное шуршание под дверью, но более звуков не поступало.

– Открывай, давай, – убедительным тоном сказаля.

– А, это ты, – открыл дверь Андрей, – я думал,опять магниты на счётчиках пришли проверять, пакеты – на кухню, пойло – вхолодильник. Ай, сам всё знаешь, – он махнул рукой и удалился.

– Спасибо, что помог с пакетами.

– Обращайся. Как закончишь, го покурим.

Убраввсё по обозначенным местам, я присоединился к нему. С балкона открывался вид.Не такой, о котором вы подумали. Просто на соседний дом. Пятый этаж всё-таки.Впринципе, и посмотреть не на что. Внизу на детской площадке резвились детишки,в дальнем правом углу пировали алкаши, в дальнем левом углу кто-то писал. Мымолча закурили его синий Winston.

– Где пепельница? – спросил я с недовольством,докурив.

– Да, с балкона кидай, – вновь махнул онрукой.

– Ну, ты и…не к застолью будет сказано, – тянуля руку, чтобы дать ему подзатыльника.

– Блин, и чо мы курить то пошли сразу? Мы жеобычно, пока по первой не пропустим, о делах никаких и слышать не хотим.

– Базаришь, – откликнулся я, и мы с большойрадостью, потирая ладошки, пустились фестивалить.

Ядумаю можно упустить нудный рассказ о том, как мы играли в x – box, курили кальян, смотрели клипы,пели под гитару, кидались друг в друга чипсами и пустыми стаканами. Непереживайте. Не стеклянными. Хрустальными. И не сказать, что в той комнатесидел дипломированный специалист. Нам было весело и это главное. Опьянениенаступало постепенно, но захватывало с невероятной силой, как будто били битойпо надетому на голову ведру.

Раздалсязвонок.

– О, пицца приехала, – обрадовался Андрей. – Идисам её забери, а то я чаевые не хочу оставлять.

– Ну, так ты дай денег, – огрызнулся я.

Ондостал из кармана джинсов маленькое портмоне, спрятав от моего взгляда егосодержимое и, навострив глаза вглубь, тщательно что-то внутри перебирая, аккуратнодостал две пятисотки и нехотя протянул их мне.

– Последние, – громко и показательно вздохнул.– Пусть сдачу вернёт.

Явернулся в комнату с пиццей и мелочью. Так же показательно высыпал её на стол.

– А почему чаевые то не оставляешь?

– Почему, почему? Потому что. Какого хрена?Таксисты, заправщики, курьеры и официанты нормально зарабатывают. Схерали мы,честные люди, работяги должны им что-то оставлять? Может, я вообще меньше ихзарабатываю. Непонятен мне этот жест.

«Ты тоза свою жизнь много наработался. Ни разу. Всё родители…», – подумал я про себяи решил скорее позабыть этот разговор.

Пиццаоказалась достойной. Когда нам стало совсем скучно, мы решили подышать свежимвоздухом, захватив с собой предпоследнюю бутылку водки, пакет с соком и паруодноразовых стаканчиков. Ночь была сказочная. На улице было достаточно светло,тепло и просто прекрасно. До первого снега по моему ощущению было очень далеко.Лето ведь. Это радовало. Мы вышагивали строевым шагом по новому асфальту.Закончив петь песню «Выйду ночью в поле с конём», я у него решил спросить,начав издалека:

– Андрюх, ты бросил универ, тебя полностьюсодержат родители, ты не работаешь и вообще ничем не занимаешься. Что ты хочешьот жизни? Что ты будешь делать?

– Да пофиг, меня родители и без образованияпристроят, – улыбнувшись и взглянув мне в глаза, ответил он, – нафига лишнийраз напрягаться?

– Круто тебе, – немножко с завистью ответил яи опустил глаза на свои кроссовки Air max. – А если я тебе предложу стать инвестором в какой-нибудьбизнес, ты согласишься?

– Смотря, что за бизнес. А ты о чём мечтаешь?– спросил в ответ меня Андрей.

– Не знаю, не понял ещё. Да и профессию,наверное, не ту выбрал. И не знаю, какую бы стоило выбрать. Дом хочу построить.Вот это точно знаю. Стоило на инженера или архитектора идти.

– Нормально ты придумал. Ну, удачи с домом, – усмехнулсяон, – зови в баньку, как достроишь. А ты чего так долго шёл сегодня с магазина,кстати?

– Да я девчонку у тебя в подъезде встретил. Имы с ней в лифте застряли. Случайно. Вот ждали лифтёров.

– Неспроста ты про девчонку то заговорил. Вытам с ней воссоединились? – зажал в свои культяпки моё плечо Андрей, – А?Отвечай.

– Отстань, баран, – одёрнул руку я.

– Так что за девчонка то? Может быть, я еёзнаю?

– Марина с твоего подъезда, с четырнадцатого,– ткнул пальцем в небо я.

– Нифига себе. Конечно, знаю. Я когда еще нездесь жил, а к бабе и деду приезжал сюда в гости малой, мы с ней тогда ещедружили. И родители наши знакомы хорошо. Я даже в классе третьем был влюблён внеё. Но она какая-то, по – моему, замкнутая и необщительная. Так есть планы нанеё?

– Посмотрим, – ответил я, и мы тихо зашагалидальше.

Мы шлипо засвеченному фонарями мосту. Наши тени обгоняли друг друга. Тишиназавораживала. Опьянение, казалось бы, спадало.

– Настало время еще бахнуть, – сказал я, сулыбкой расставляя стаканчики на поручнях одного из тысячи московских мостов.

– Погнали, чо добру то пропадать? – вприпрыжкуподошёл ко мне Андрюха. – Давай по последней и домой. Уже итак нехилый кругдали. А тут до дома рукой подать, – шатаясь и икая, повествовал он.

– Ох, горькая, – потянулся я за соком, – ослышишь, под мостом внизу какие-то уебаны сидят?

– Естьтакое.

– Э, кто это тут уебан? А ну стоять, – раздалосьиз – под моста. И затем мы услышали топот.

– Валим, – засверкали пятки Андрея.

Немногонапрягшись, я его догнал, и, смеясь, похлопал по плечу:

– А ты ничего такбегаешь молодец. Тем более пьяный

– Блин, это ж… тыих… уебанами назвал…, я тут не причём, – запыхавшись, оправдывался Андрей.

– Да не ссы ты, онидаже и не побежали за нами. Так, пугнули.

– Ну и хорошо, вотмой подъезд, всё равно бы мы успели за дверью спрятаться. А если что, тут вподъезде у меня палки лежат, я бы их отходил как следует, – с серьёзным инабыченным видом усирался он.

– Давай перед домомна свежем воздухе бутылку допьём, а дома еще одну и только тогда спать, – икая,запыхиваясь и шатаясь, предложил я.

– Ага, давай, – согласилсяАндрей.

А я кнему чувствовал только неприязнь, но старался всеми силами это не показывать. Вернувшисьв дом, мы ни слова не обронили об оставшейся бутылке и ни о чём другом, и молча,легли спать, охваченные злостными вертолётами, которые то и дело подступали, азатем и совсем не отпускали нас ни на миг.

На следующий день мы втроём: я,Марина и мой перегар пошли на первое свидание. Я притаранил ей скромный букетикроз, если, конечно, три розы можно назвать букетом.

– Я не очень люблюцветы. Они красивы и живы, как огонь, но бесполезны, как чайник с носиком вчайник, и мне их жалко, – прошептала она мне на ухо.

Яотринулся назад, и пританцовывая вокруг своей оси начал напевать:

– «Белые розы, белыерозы беззащитны шипы…»

Мы гуляли весь вечер, незаметили как село летнее солнце. Чтобы цветы не мешались, подарили их женщине,которая продавала газеты. Не заметили небольшого похолодания. Вместе нам былотепло. Мы обошли весь Тропарёвский парк вдоль и поперёк, посидели на каждойскамейке в округе. Не нужно рассказывать, как прошло хорошее первое свидание,ведь каждый знает, какие чувства переполняют всё тело и душу.

Шловремя, мы встречались. Проводили это время с пользой для себя. Я никогда ещё неиспытывал такой привязанности к человеку. Желал ей добра, грел её, целовал. Мынаслаждались каждым мигом, данным нам свыше. Мы любили и солнце и дождь. Лишь быона была рядом. И она была…

1.4

Перенесёмсяна 15 лет назад, в тот самый подъезд, в котором живут Андрей и Марина.

– Привет, Маришка.Ты пойдешь, сегодня гулять? – спросил запыханный Андрей, забежавший на 14 этажпешком.

– Привет. Эм, незнаю,  – ответила она неуверенно,поглядывая назад.

– Кто там пришёл? —выглянул из-за прикрытой на цепочку двери отец Марины.  – О, привет, Андрюха.  –  Отецоткрыл дверь, – заходи, гостем будешь, чай попьём.

– Да не, я гулятьхочу,  – сделал шаг назад Андрей.  – Отпустите Марину на улицу?

– А ты её в обиду недашь?  – нахмурив брови, спросил отец.

– Не, она со мной,как за кирпичной кладкой… ой, стенкой, – Андрей напряг бицепс и поцеловал его.

– Хорошо, герой,Марина скоро выйдет, жди её у подъезда.

Спустя 5 минут на улицу выбежала счастливая девочка, сдвумя косичками, в красном платье, жёлтых колготках и зелёных сандалях, и сразуже уставилась с улыбкой на солнце, чуть прищуривая глазки.

– Пойдём по гаражамлазить?  – сходу предложил цель на деньАндрей.

– Я боюсь, я ещё тамне была, это опасно.

– Ты же со мной, небойся, пойдём, сегодня я твой герой вообще-то. Так папа твой сказал.

 

Сопротивляться было бесполезно, и они побрели к гаражам.Как только Андрей, подтолкнув Марину за попу кверху на гараж, и забравшись нанего самостоятельно, развернул Марину к себе, схватил её за плечи, закрыл глазаи потянул губы к её губам.

– Нет, Андрей. Мы жеещё маленькие,  – закричала Мариша.

– Я ведь люблю тебя,дура, а ну, целуй.

Послышался шорох и железные шаги с крыш других гаражей.Андрей отпрыгнул от Марины. Шорохом и шагами оказались одноклассники Марины.Андрей их тоже знал, но дружеских связей с ними не имел. Компании соединились,и стали весело перепрыгивать с гаража на гараж, с гаража на гараж. У Андреябыло ещё несколько попыток поцеловать Марину, когда они отставали от компании,но Марина не поддавалась. Когда она весело и задорно обогнала всех парней, двоееё однокашников догнали её и с двух сторон ударили по ещё не окрепшим девичьимягодицам. Затем ещё и ещё. Марина закричала от боли, но больше от обиды.

– Не надо, что выделаете?  – кричала она. Но хулиганистыемальчишки не унимались.

Марина пыталась вырваться, но они зажали её в углу ипродолжали тискать, теперь трогали ещё и детскую грудь.

– Отпуститедевчонку, ублюдки, –  крикнул снизустарик, владелец гаража, на котором происходило детское недоизнасилование.

– Пошёл на хер,старый хрыч,  –  крикнули пацаны, но всё же убежали.

– Андрей,  – окрикнула своего соседа Марина, – Ты где?

Но Андрея и след простыл.

2.1

Суровый жизни закон:

Он будет точно вечен.

Кто рождён королем —

Тот будет обеспечен.

Прошло пару недель, с тогомомента, как я закончил учёбу. Энтузиазма к чему-либо было ноль килограмм. Быллишь запах перегара. Работа сама меня почему-то не искала. Что делать? Я незнал, да и не хотел напрягаться. Хватило пяти лет учёбы в ВУЗе. Я ждал чего-то,а чего? Непонятно. Моя новая любовь уехала с родителями на отдых. Я был один. Заваривчай, уселся поудобнее на диван в снятой на последние гроши однушке, чрезмерноуютной и маленькой и просто наслаждался тишиной и потёмками. В тишине раздалсязвук СМС. «сабирайся на рыбалку. сигодняночью заедем за тобой с батей)0» Я любил такую спонтанность и поэтомустарался от неё не отказываться. Быстро засунул в рюкзак спиннинг, аптечку,блёсна, спальник, кружку, зубную щётку и пару литров воды. Я был готов. В 3ночи раздался звонок: «Это, Диман. Выходи, мы подъехали». У подъезда стоялчерный Патриот, намыленный до блеска. Красивый, большой, мощный. Наверхувеличественно сидел экспедиционный багажник, 22 грязевые колёса с литымидисками, по периметру машины были навешаны люстры и фары, зиял шноркель, измашины басово играл шансон. Я уселся на заднем сидении, пожал руки впередисидящим,буркнул: «Здрасть» и мы помчали.

Диман – мой полудруг. Мыпознакомились с ним в баре, когда оба поодиночке рядом пили пиво. О чём-торазговорились. Поспорили, пофилософствовали, рассказали об увлечениях и прочеевсякое разное. С тех пор периодически встречались для культурного досуга. Я онём практически ничего не знал. О себе я ему ничего практически не рассказывал,так же, как и он о себе. Нас это не парило. Мы просто общались и проблемахжитейских и всё.

Мужчина за рулём – Сергей Владимирович – отец Димана.Серьёзный мужчина с серьёзными связями. Любит охоту, рыбалку, точнее не самиэти процессы, а всё к этому подтекающее. Это одна из немногих вещей, о котороймне рассказывал Диман. И вот, в очередной раз решил помчать он на рыбалку насвоём джипе для подобных мероприятий и позвал сына своего. И наказал, чтобы ондруга какого-нибудь пригласил: «А то будешь опять тупить с мужиками, шмакодявкахренов». Вот он и позвал меня, казалось бы, единственного полудруга. Рыбак изменя так себе. Я удочку от лески не отличаю. Да и мои сопутешественники тоже нешарят в этом, просто повод лишних пару бутылок ухайдохать. А то и всепятнадцать. Приехали мы раньше всех на место. Ехали часов 6. Туман. Недосып. Утро.Роса. Кайф, в общем. Ну и решили по приезде пропустить по рюмашке, второй, покаостальных ждали. Им с другой области ближе ехать, но почему-то онизадерживались. Они – это друзья Сергея Владимировича. Спустя час – полтора, подоспелии товарищи. К тому времени мы уже успели чутарик «обогреться». Из чёрногопикапа вышло три человека. Здоровые такие дядьки с пивными животами, одетые вкамуфляжные костюмы и спортивные кроссовки. У каждого на руках какие-то мощныепо виду дорогущие часы. На одном была красная кепка Нью – Джерси. Они обнялисьс Сергеем Владимировичем. Затем поздоровались с нами и попросили нас удалыхдвух хлопцев выгрузить всё из кунга пикапа и разбить им быстрее нахрен палатку.Так как самые молодые, мы беспрекословно всё выполнили, неплохо так с нейповозившись, в то время как Сергей Владимирович со своими товарищами – буйволаминачали культурно накидываться. Чуть позже мы к ним присоединились. Тогда ипознакомились. Оказалось, что они все друзья со студенческих годов. Оченьвесёлые мужики, но, в то же время, серьёзные и деловые люди. На столе огурчики,колбаска, консервы, зелень, бутерброды. Немного подкрепившись и охмелев,помчались пьяные ферзи покорять какое-то озеро. Взяли мы снасти и пошли потрубе над водоёмом. То есть труба перпендикулярно берегу в озеро уходит и мы,получается, над озёром сидеть будем. Пока шли, проматерились все. Труба узкая,голова кружится, в воду холодную упасть совсем не хочется. Сели, закинулиприманок для рыбёх и вроде бы начали болтать…

– А я Серёг опять жениться решил. Помнишь вресторане ту мадмуазель в шубе? – вопросительно повернулся Алексей Петрович кСергею Владимировичу.

– Ты ж говорил, что всё зло от баб, бестолочь,и опять на те же грабли, ну ты лопух, – слегка потягивая слова по нотам иподтрунивая, прокричал Валерий Олегович – козёл отпущения в этой компании.Слегка беззащитный, немного бестактный и в полной мере глупый человек. И как ондержится в их компании?

Над озером повис недолгий илёгкий смех.

– Да ну вас, баранов. Сам знаю. Нефиг меняжизни учить. На себя посмотрите, – обиделся дядя Лёша.

– А я, Алексей, своей жёне единственной вжизни верен, – неуверенно сказал Сергей Владимирович и покосился на сына.

– А Валерке как не давали бабы, так и не дают,– задыхаясь от смеха, над своей шуткой сплюнул Сан Саныч.

Снова раздался смех. И снованенадолго. Я не слушал, о чём дальше шла беседа, да там и не было ничеговажного. Шло время, рыба не клевала. Я отдал Диману свой спиннинг, взял удочку,и присев на трубу начал прокручивать в голове: «Ловись рыба. Ловись рыба.Ловись…»

– Пошёл водки что ли принесу, – вставая струбы и тяжело вздыхая, сказал Сан Саныч.

Тянулось время, допиваласьводка. А Сан Саныч новую бутылку всё не нёс. Вдалеке крякают утки, ветерколышет камыши, вода зеркально и умиротворенно лежит мёртвым грузом на другойводе, а солнце начинает подниматься с востока, говоря, что мы засиделись… Бултых,и я в воде. Задремал, закимарил, называйте, как хотите, а вода холоднючая. Нобеда не в том. Я, как оказалось, плавать не умею спросонья, подшофе изавёрнутый в 10 тулупов. До берега далеко, да и в одежде и берцах не шибко иразгуляешься. Начинаю я захлёбываться, кричать, жадно глотать воздух. Но мужикине из робкого десятка. Не раздумывая дяди Сережа и Лёша расчехлились, прыгнулив воду и вдвоём отбуксировали меня на берег. Там меня и Сан Саныч подхватил.Затем обычная процедура раздевания, растирания, укутывания и сушки вещей. Ах,да. Выпивать в эти моменты я тоже не забывал. Ну не об этом. Рыбы мы так и неналовили. Мужики спустя пол часика отпочковались спать, Диман, выпив ещё парустопок начал засыпать на своём колене. Я всадил ему леща – это было егоединственная пойманная «рыба» за сегодня, и он, всё осознав, поскрежетал впалатку. Остались Я, Сан Саныч и костёр, который не отпускал, грел изавораживал своей таинственностью и вместе с тем открытостью и простотой.

Не будь Сан Саныч пьяный,возможно, он не стал бы со мной говорить, так открыто и искренне, но мнеподфартило, и я поймал свою золотую рыбку, ещё не понимая этого…

2.2.

Как я полюбил пьяную философию.

Если каждый день устраивать праздник,

то онпревращается в будни. ©

Чтобы Вас немного отвлечь от разговоров с СанСанычем, расскажу про «общажные дебаты».

Немного отложив суть,поведаю, что я, грубо говоря, любитель организовать какие-нибудь мероприятия,где присутствуют люди. Любитель что-то придумать, что-то расставить, что-топреобразовать и приукрасить. Вернёмся к сути. В этом мероприятие я не былорганизатором. Точнее был лишь иногда и от части. К чему я это? А к тому, чтоне каждый сможет заманить и удержать народ. К сути. Сижу я, значит, на паре впоточной аудитории, естественно на парте рисую непристойности, и вдругнеожиданно ко мне поворачивается знакомый паренёк и демонстративно тянет мнеруку для приветствия.

1  2  3  4  5  6  7  8  9 
Рейтинг@Mail.ru