S-T-I-K-S. Филант

Катэр Вэй
S-T-I-K-S. Филант

От неожиданности я отпрыгнул в сторону кучи трупов и тут же был схвачен за локоть когтистой, ещё пока рукой. В нору лезли только низшие заражённые, которые ещё не слишком изменились и выросли.

Хороший дар – Клокстоппер. Я и моргнуть не успел, как рядом обнаружил Кира и отрубленную конечность, висящую на своём суставе, а очередная голова катилась по полу, пачкая серое перекошенное лицо и волосы в тёмной кровавой субстанции.

Осмотревшись, я увидел в сумраке только двух командиров, которые сверлили меня недобрым, вопрошающим взглядом.

– Кажется, тут есть местный призрак, – пояснил я причину своей оплошности. – Попробую ещё раз вызвать его на контакт.

Кир молча кивнул мне, мол, вали отсюда, сам катаной помашу, иди связь налаживай, смахивая лезвием ещё одну башку.

– А я думал, тут нет никого, – попытался я настроить диалог, но в ответ лишь тишина – Ну, да, точно никого, показалось, значит! – Снова молчок. Я отрицательно покачал головой, ответив на вопросительный взгляд Прапора.

– Ладно, пойду сам открою эту вашу дверь, раз тут никого нету, – громко сказал я и представил мысленно дряхлого трясущегося старика с четырёх опорной подставкой для ходьбы и мочесборником в кармане.

– Ничего я не дряхлый! – Тут же раздался скрипучий голос. – Я ещё очень даже в форме!

Обернувшись, увидел деда в спецовке уборщика с бейджем, на котором указывалась его должность, какой-то номер и никакого имени.

– Добрый день, – поздоровался я с ворчливым призраком.

– Добрый?! Ты вот это называешь добрым?! – возмутился дед, тыкая кривым пальцем на кучу трупов и лужу крови. – Да тут никогда в жизни такой грязи не было! Супостаты!

Как говорила покойная Тамара: Ко всем есть подход, только нужно его найти.

– Понимаете ли, уважаемый, эти заражённые создания будут лезть сюда до тех пор, пока чувствуют тут нас. Мы для них – еда. Но мы не желаем быть съеденными, а потому вынуждены убивать их и тем самым создавать бардак на вверенной вам территории. Если вы не хотите продолжения этого безобразия, то помогите нам открыть вон те двери и покинуть вашу территорию.

– Он меня ещё учить будет, кто это и зачем лезут… – Дед пристально, с прищуром уставился мне в глаза и, немного помолчав, исчез.

Я разочарованно вздохнул и снова отрицательно покачал головой парням.

– Ну?! Долго я ещё тебя ждать должен?! – Раздался голос деда из глубин коридора.

Видимо, моё лицо озарило надеждой и счастьем, потому как Прапор хмыкнул, оскалившись фирменной улыбкой.

– Справишься? – Спросил он у Кира.

– Да идите уже! Свет мне оставь, эта уже еле дышит.

Добежав до дверей, я нашёл под ними сидящего Тороса, в обнимку с флягой, и абсолютно целые двери, без малейшего следа взлома.

– Интересный металл, – подумал я, щупая гладкую, матовую поверхность.

– Сам ты – металл! Неуч необразованный! И чему вас только в школах учат! Отсталые параллели… Сюда иди! – бурчал старик, указывая на квадрат немного отличающийся по цвету от массы двери. – Жми.

Приложив ладонь, нажал. Клацнуло, и чуть ниже выдвинулась панель с сенсорными кнопками. Чёрточки, закорючки – ничего не понимаю.

– Какой пароль?

Дед ответил, но это мало чем помогло. Вновь посмотрев на эту письменность, я попросил его показать, какие кнопки жать. Дед психовал, злился, бурчал, но показал. Дверь шикнула, как змея, и начала терять плотность, в итоге и вовсе растворилась в воздухе. Прапор на ускорении рванул за Киром. Орать не решались, боясь нашуметь – мало ли что. Рации не работали. Вообще никакая техника тут не работала. Даже часы. Вскоре оба показались у порога, не решаясь переступить.

– Уважаемый, а как дальше? – Спросил я деда, надеясь на дальнейшую помощь.

– А дальше, это уже не моя территория. Идите же, вы мне весь порядок нарушили! Столько лет чистоты, и что теперь с этим делать?.. – бубнил уборщик, спеша в обратном направлении.

Подхватив Тороса, мы вошли в точно такой же коридор. Дверь за нашими спинами вновь шикнула и прочно встала на место. Пока она ещё была полупрозрачной, мы увидели несущихся в нашу сторону двух бегунов.

– Ты хоть помнишь, чего там тыкал? – спросил Торос, с опаской косясь на двери.

– Помню. Но не думаю, что теперь стоит их открывать.

– Ну да, ща как поналезут. И куда теперь?

– Вперёд! – зло рыкнул Прапор и пошёл в другой коридор первым.

Следующую дверь открыли без проблем и, пройдя ещё несколько метров, упёрлись ещё в одну, но уже, вроде как, из другого материала. Набрав два раза код и не получив положительного результата, я предложил ребятам подождать меня тут, пока мы с Валдаем сходим к скелету, валяющемуся по ту сторону, и заберём смарткарту, висевшую на шее бывшего сотрудника. Возможно, с её помощью получится отпереть и эту дверь.

Получилось. Дальше шли ещё минут сорок. Коридоры разветвлялись, но Валдай вёл нас целенаправленно, правда, иногда ненадолго исчезал.

Всё, пришли. Там оборудован зал управления. Думаю, тут сложная защита, и обычным пластиковым ключом не обойтись. Так и оказалось. Замок потребовал сканирование сетчатки глаза и сообщил, что ни у кого из нас нет доступа.

– Ну, что, иди сам, значит, а мы тут пока посидим, поедим, в конце концов. У меня желудок судорогой скоро сведёт. – Кир полез в рюкзак за «перекусом».

Несколько раз я пытался призвать местных призраков в тщетной надежде, что хоть кто-то да и остался. Но, похоже, что все ушли за грань, кроме сварливого уборщика. Печально, блин.

Подсвечивая себе люминесцентным фонарём, я принялся срочно изучать панель управления, но моих познаний в этой области явно было недостаточно. Выручил молодой парнишка, призрак, один из команды Зумы – разведки. Он когда-то давно согласился помочь в поисках скреббера, который его убил, но со временем так с нами и остался.

– Вот сюда теперь жми, и вуаля, – улыбнулся парень, когда вокруг в помещении замигали, а потом загорелись сразу все лампы, и заработала панель. На одном из оживших экранов я увидел своих друзей, находящихся в коридоре.

– Та-а-ак, а тут у нас что? – призрак изучал панель управления и, спустя пару минут, разочарованно сообщил, что ничего в ней не понимает. Это совершенно незнакомая техника, а главное, письменность.

– Знать бы, что эти чёрточки значат, ещё можно было бы разобраться, а так, не, Док, извини, я, боюсь, натыкаю чего ненужного, и ряды нашего призрачного отряда пополнятся ещё на четверых.

– Не нужно. Мы пока побарахтаемся в этом измерении. А как дверь открыть, обойдя чёртов замок, знаешь?

– Да просто вот сюда нажми, и она откроется. Это с той стороны не попасть без разрешения, а тут вот, обычный сенсорный открыватель.

Я усмехнулся, насколько я идиот, что даже не догадался посмотреть на дверь с этой стороны.

– Смотри, Док, – вновь окликнул меня призрак, – кажется, вот тут управление внутренними камерами слежения, а вот это – наружные. Попробуй переключить.

– Минутку, – ответил я парню и впустил товарищей.

Растолковав уже имеющуюся информацию друзьям, мы с парнишкой приступили к изучению управления видеокамерами методом «научного тыка». Остальные внимательно наблюдали за мной.

– Я, кажется, знаю этот язык, – вдруг произнёс Кир после долгого разглядывания. – На Шумерский похож.

– И что тут написано? – удивлённо уставился Прапор на Кира.

– Да примерно то же, что и на клаве компа, только более обширно. А, ну-ка, пустите-ка меня, – подтянув кресло, Кир уселся за операторский стол и нажал сбоку одну из дальних сенсорных кнопок. Появилась голограмма с плывущими столбиком сверху вниз строками на этом же языке. Кир внимательно читал. Мы даже дышали тихонько, стараясь не отвлекать нашего гения лишними звуками.

Покончив с чтением, Кир размял пальцы, словно пианист перед инструментом, и принялся за дело с видом бывалого знатока. В воздухе появилось несколько экранов, и мы увидели, что происходит на улице. Сначала лес. Потом опять лес, но уже другой. Болото, ещё болото, детский лагерь, разломанный кластер с провалом, часть какой-то деревни, город…

– Ага, нашёл… Так, так… – бормотал Кир с очень сосредоточенным видом.

Картинки города сменялись одна за другой, но Кир всё больше напрягался, ища что-то конкретное.

– Так, вот и наша девочка. Отлично!

«Наша девочка» ела элитника средних размеров, а второй и ещё три рубера, спокойно стояли в очереди под действием её смертельных чар, любовно глядя на скреббершу.

– Вот же проглотина! Неужели она их всех сейчас съест?! – удивился Торос.

– Не, за раз навряд ли. Скорее всего, просто рядом с собой держать будет, до следующего обеда, – шёпотом предположил я.

Кир принялся дальше переключать картинки, но, так и не найдя Муху, снова вернулся к чтению, видимо, какой-то инструкции.

– Не пойму… не вижу… – бормотал Кир, перебирая в воздухе голограммные символы.

– А-а! Вот! – Дотронувшись до одного из символов, висящих над панелью в воздухе, вызвал карту и на ней – две красные точки.

После увеличения масштаба я понял, что одна точка – в городском кластере, а другая – в лесном.

– Это скребберы? – Не выдержало моё любопытство. – Как ты так сделал?

– Не мешай. – Кир ещё увеличил масштаб, так, что стали видны деревья и, наконец, показался сам Муха.

Он метался по небольшому участку между высокими деревьями, то замирал и внимательно вслушивался с закрытыми глазами, то снова срывался с места и бежал, но вскоре останавливался, вновь вслушивался и бежал обратно. После нескольких таких забегов Муха, остановившись, упал на колени и заорал от непонимания и горя потери.

– Блин! Да он же нас ищет!

– Да. И, кажется, нашёл, только не понимает, где мы. А мы – во-о-от тут! – Одно касание определённого символа, и картинка сменилась. Теперь я видел лабиринт ходов подземного строения, четыре зелёных точки и одну красную.

– Мы прямо под ним. Он нас чувствует, но не понимает, где мы находимся.

 

– И как теперь дать знать о себе? Да он же сейчас с ума сойдёт! – Распереживался весь Торос и заметался по помещению.

– Не знаю, я только с изображением разобрался и то не полностью, – ответил задумчивый гений, продолжая изучать виртуальную писанину в воздухе.

– Кир! А, если он нас так хорошо чувствует, и если я сейчас, допустим, пойду в другое помещение, как ты думаешь, Муха заметит это передвижение?

– Что ты задумал?

– Пока ещё сам не понял, но что-то крутится в голове.

– Ну, так сходи в коридор, а мы посмотрим за реакцией парня.

Торос стремительно направился к дверям.

– Стоять! Смотрите на него, прыткий какой! Куда сам попёр, без напарника?! И чему я вас только столько времени учил. Пошли! – негодовал Прапор.

Кир переключил экран на обычное видеонаблюдение.

Интересная система наблюдения, как спутниковая. Хотя, почему бы и нет…

Муха уселся чётко над нашими головами и медитировал. Вдруг резко вскочил, потоптался немного на одном месте и неуверенно, но всё же двинулся следом за Торосом и Прапором.

– Есть! Идёт за вами! – Крикнул я на радостях.

Они довели его до самых первых дверей, за которыми, по идее, должно сейчас собраться нехилое зомбистолпотворение. Стал вопрос об открытии входа. В тоннеле не работали не только фонари. Из оружия действовало только холодное. Весь огнестрел вышел из строя. Двое, пусть и бывалые бойцы, но считай, с голыми руками против толпы мутантов – это даже для них не под силу. Мы с Киром наблюдали и за ребятами, и за Мухой.

Альбинос, постояв немного и поняв, что Прапор с Торосом дальше не идут, начал искать вход. Кажется, до него дошло, что мы в подземном бункере и что друзья пытаются показать ему вход. Но до этого входа было не меньше трёхсот метров по прямой, и ещё неизвестно, сколько в сторону, вдоль узкого лаза.

– Кир? – Я посмотрел на командира.

Тот молча поднялся, и мы лёгким бегом, чтобы не сбить перед боем дыхание, направились к друзьям.

Быстрым движением Кир набрал пароль, и дверь, шикнув, стала терять плотность.

Мы приготовились к бою.

Такое ощущение, будто эта толпа специально стояла прямо под дверями в полной уверенности, что они вот-вот откроются, и их там вкусно покормят.

Толпа медленных зомби, еле идущих с вытянутыми вперёд руками? Да бросьте! Если бы!

Настоящая волна из стремительных, бегущих тел, буквально, хлынула, обтекая купол Кира и накрывая его сверху! Свет померк в считанные секунды, заграждаемый этими телами. Мутанты неслись, прыгая сверху, отталкиваясь от своих же собратьев, от стен и от всего, от чего можно было оттолкнуться, многие бились в кровь и даже насмерть о прозрачную преграду. Растягивались и скатывались с вывернутыми шеями, другие же целенаправленно долбили головами, скреблись быстрыми движениями в попытке добраться и ухватить такую близкую, но огрызающуюся еду. Мы работали изо всех сил, стараясь упокоить как можно больше заражённых, прореживая их ряды десятками, пока купол держался и защищал нас.

Полусфера, вся облепленная телами, беспрерывно светилась голубым переливом, пожирая человеческую энергию. Кир слабел на глазах. Ещё пару минут, и всё, сил у командира не останется, а мы перед боем все съели по жемчужине, предполагая, что предстоят нешуточные затраты для использования даров на полную катушку. Что было бы, не будь этого запаса манны спорановой. Как раз для вот таких случаев у каждого из нас имелся в наличии специально подобранный Батоном набор жемчуга: две чёрных и одна красная, или розовая. Дорого? Безусловно, но не дороже жизни. Тем более, каждый член нашей группы спокойно мог себе это позволить.

– Почему многие «Старики» Стикса исчезают, уходят в отшельники или вообще в неизвестность? Ходят целые легенды о том, куда деваются люди, прожившие в Улье больше пятидесяти лет. Я думаю, им просто становится скучно. Они теряют вкус жизни, потому как достигли всего и имеют всё. Они теряют ощущение ценности, потому что достаётся всё значительно легче прежнего, и казавшееся ранее важным и нужным теперь для них такая мелкая, ничтожная и ненужная суета, что просто тошно даже со стороны смотреть на эти потуги и амбиции, а самому в них участвовать, так и вовсе смерти подобно. Зелёной такой, тоскливой, медленной смерти. Ух, какие мысли полезли в голову-то во время боя! – Удивился я, вынимая из глазницы лезвие ножа и снова нанося такой же удар следующему «клиенту».

– Готовсь! – Рявкнул Кир, предупреждая о снятии защиты. – Три! Два! Один!

В этот момент появились призраки из нашего подразделения и, подсоединившись к моей энергетике, встали внутри пока ещё действующего купола, между нами и мутантами, образовав второй круг. Это, конечно, не Мухина защита и даже не Кира, но, всё же, они не дали задавить нас массой, позволяя нам сохранять крохотную дистанцию для манёвров.

Боковым зрением я заметил, как Тороса выдернули в толпу и как застыли тела.

– Сместись в сторону! – крикнул Прапор

И мы потихоньку начали движение в сторону замороженных зомби, очищая пространство под куполом.

Мне казалось, что этот кошмар никогда не закончится. Руки уже настолько устали, что я их, практически, не ощущал. Тело двигалось чисто на инстинктах и вбитом тренировками опыте. Размахивая оружием во все стороны, стоя плечо к плечу с товарищем, начинаешь думать: «Только бы не зацепить друга!».

Образовав треугольник вокруг Тороса, заваленного замороженными телами, мы держали каждый свою сторону, прикрывая спину двум сзади стоящим: «Убьют тебя, доберутся до них, вот и стоишь, не на жизнь, а на смерть, не за себя, за друзей, за семью».

Прапор умудрялся хрипло материться и даже иногда перехватывать то моих, то Кировых нападающих.

Кир сильно ослаб после наведения купола. У него был выбор: или Купол, или Клокстоппер, но увидев, что творится за дверью, тут же накинул на нас защиту.

Я же, самый зелёный и неопытный, да к тому же ещё и кормящий одиннадцать призраков. Вся энергия съеденного перед боем жемчуга шла только на них, вот Прапор и отдувался теперь за всех с утроенной скоростью.

Мутанты закончились как-то очень резко: вот, вроде, вижу перед собой сразу с дюжину оскаленных харь – одна из них вцепилась в мою левую руку, пытаясь прогрызть наруч, получила остриём топора в висок. Выдернув его, режущей кромкой чиркнул по горлу второму, облившись в бесчисленный раз смрадной кровью. В то же мгновение пнул кованным ботинком особо умного, пытающегося зайти снизу, кажется, полностью выбив заражённому нижнюю челюсть.

– Вот теперь попробуй, укуси, падла! – пронеслась в голове мысль.

Вижу, как я стряхиваю труп с левой руки, и тут же снизу-вверх вспарываю живот не в меру упитанному мужику.

– Ого! – подумал я. – Как пролез-то в узкий лаз?!

Полоснул ножом по горлу ещё одному и, наотмашь ударив седьмого, восьмому, который летел, в прыжке нацелившись на мою шею, сунул в пасть руку в наруче и тут же воткнул в споровой мешок лезвие ножа. И всё!

Я стоял, дыша со свистом, и хрипел, озираясь, как загнанный зверь в поисках противника, но вокруг были только трупы, трупы и трупы.

Руки периодически вздрагивали, словно их били несильным разрядом тока. Матерная брань Прапора и пыхтение Кира вывели меня из кратковременного оцепенения.

– Ну же! Давай! Давай дыши же, сукин ты сын! – Прапор делал массаж сердца на окровавленном теле, в котором Тороса узнать было просто невозможно.

Его эта кровь или нет, не понять, но он, буквально, в ней плавал.

Я кинулся к другу, схватив его за руку, качнул мощный поток энергии, забыв про то, что на канале ещё сидят призраки, отчего Тороса выгнуло дугой, а я чуть не потерял сознание.

– Есть пульс! – сообщил Прапор.

После этих слов я выпил половину фляги с живцом, тряхнул головой, нечаянно обдав лицо Прапора кровавыми брызгами, слетевшими добротным каскадом с моих волос, и принялся за диагностику и врачевание друга.

Прапор охранял нас с Торосом от форс-мажорных обстоятельств, а Кир умчался за Мухой.

Глава 4

– Ich bin ein blöder Esel! [нем. я – глупая задница!], – выругался Кир, оторвав меня от размышлений, и вновь его пальцы принялись перебирать символы, открывать какие-то новые окна, в итоге он вывел на вирт-экран карту бункера.

– Лабиринт Миноса в натуре. – Задумчиво поглаживая лысый затылок, произнёс Прапор, стоя за спинами ребят.

– Нет, не Миноса, а тех ублюдков, которые создали этот Ад, – ответил Кир с сосредоточенным видом, не прекращая работу с символами.

– Уверен?

– Полностью. Вот, смотри сам, – вывел на экран таблицу, – это управление перезагрузкой кластера. Выбираешь нужный, выставляешь время и задаёшь программу.

– Да ну на! – Прапор подскочил к Киру, отодвинув в сторону стул вместе с сидящим на нём Мухой, и уставился на указанные символы.

– Ни-и-ихрена не понимаю! Что это?! Как вообще тут можно разобраться во всём этом?! Как оно работает?! Что, серьёзно можно отсюда загрузить, прям, любой кластер?!

– Да, вот смотри в этом радиусе, – Кир показал карту достаточно обширной территории. – Весь остров и часть болот в округе.

– А дальше?

– А дальше ничего нет. Видимо, база рассчитана только на это, – обвёл пальцем границы карты.

– Может, ты плохо разобрался? Почитай-ка ещё разок. Точно, только эта территория? Может, там переключать по регионам можно. – Вояка заходил то с одной стороны кресла, то с другой, разглядывая непонятную писанину на панели и картинки, висящие в воздухе.

Прищурив один глаз, Кир посмотрел на суетящегося Прапора и рассмеялся от всей души.

– Закатай губу, Mеin Fϋhrer! – хлопнул друга по спине. – Не будет тебе власти над планетой!

Прапор замер, переведя взгляд на Кира, и ничего тому не ответив, молча отошёл от стола. Заложив руки за спину, принялся мерить широкими, резкими шагами комнату, напряжённо размышляя. Похоже, ушёл в себя глубоко и надолго.

Кир вернулся к изучению окошек, что-то обсуждая с Мухой, пока мы с Торосом доедали последние припасы, восстанавливаясь, он – после ранений, а я – после истощения, и наблюдали за работой ребят, внимательно слушая диалог.

Серьёзных ранений у Тороса не оказалось, его просто придушили массой тел, но вот лицо обглодать, отгрызть часть кисти на одной и несколько пальцев на другой руке за несколько секунд успели. Заморозив себя вместе с мутантами, Торос образовал тем самым своеобразную защиту из их тел и, если бы не «куча мала» сверху, то и откачивать не пришлось бы.

– Писсец, красава! – первое, что он сказал, поглядев на своё отражение в уборной, когда отмывался от крови.

Полное отсутствие губ сильно затрудняло речь, но я и так всё понял.

Кончика носа тоже не обнаружили после умывания, как и части щеки, скулы и уха. Спасибо кевларовой спецовке, которую мы тогда нашли в гаражном подвале моего соседа. Она не дала прогрызть или разорвать живот и другие жизненно важные части тела, высокое горло хорошо закрыло шею от укусов. Жалко, что Торос не носил перчаток из-за своего дара, а так бы и руки целы остались.

Но, ничего, я ему ускорю процесс заживления и, спустя неделю станет как новенький, а то он, бедолага, совсем распереживался, что его пристрелят, приняв за недоеденного пустыша.

Вот мы с ним и приговорили все съестные запасы, буквально, за вечер.

Я ел, лечил и спал, потом снова ел и опять лечил, и опять ел, а Торос только ел и спал.

Во сне регенерация происходит гораздо быстрее.

Но голод нашей группе не грозил потому как Кир обнаружил несколько затаренных коробками складских помещений и две столовые.

После подключения электричества заработали все камеры и, разобравшись немного с пультом, Кир понял, как открыть любую дверь. Нам теперь не нужны никакие пароли или пластиковые ключи.

Гениальный человек гениален, практически, во всём, слышал я не раз такое высказывание и теперь убедился в этом воочию.

Одно только знание Шумерского языка меня ошарашило немало. Когда же он стал нам рассказывать и показывать, что можно сотворить, сидя за этим «СТОЛОМ БОГА», то челюсть отвисла не только у меня, но и у Прапора, прожившего в этом мире не один десяток лет и навидавшегося такого, что и удивляться чему-либо перестал уже давно.

Для пробы и наглядной демонстрации умений перезагрузили несколько кластеров.

– Нет всё же физика и квантовая механика, это не моё однозначно! – высказался я, не выдержав нервного напряжения. – Мультиверсум реален! – Схватился я за голову, когда увидел схематическое изображение перехода от Вселенной к Вселенной и в Параллельные миры-планеты.

Выглядело всё это настолько мозговышибательно, что у меня даже заболели виски от напряжения в попытке понять: что, куда и откуда. Кир же спокойно плавал во всём этом, как рыба в воде. Прапор тоже усиленно осмысливал увиденное, и, судя по его выражению лица и вспотевшей лысине, не очень удачно.

 

Кир мог войти в любую Параллель вверенного участка планеты и выбрать любой кусок для перезагрузки, даже вплоть до одного отдельного дома, самостоятельно переустановив границу переноса. Мало того, он мог зафиксировать одного конкретного человека, который потом отображался в следящем режиме, где бы ни был и чем бы ни занимался. Такое впечатление, словно над его головой постоянно летала видеокамера и передавала не только картинку, но и состояние здоровья, как физического, так и психологического. Как они это делали, что за следящее устройство, я даже и думать не хотел. И без того мозг уже кипел.

Ещё он нашёл кучу записей подобных наблюдений – целую мега-видеотеку. Просмотрев несколько штук, мы пришли к выводу, что эти уроды реально ставили эксперименты над людьми. Записи отслеживали конкретных людей, как в их мире, до переноса, так и в этом.

Я задумался: а случайно ли я сюда попал, или действительно кто-то подглядел мои интересы и взял на карандаш и теперь ведёт как подопытного мыша?

Спустя несколько часов, Кир выключил всё, и мы сидели молча, тупо пялясь в одну точку, переваривая шквал информации. Это было тяжело для всех, без исключения.

Сколько мы так просидели, не знаю, но, в конце концов, расшевелились немного, ожили.

– Ур-р-р-р! – заурчал мой желудок, пародируя мутантов.

– Ну, и кто пойдёт за едой? – усмехнувшись, посмотрел на меня Прапор. – Кто всё сожрал, тот пусть и идёт, – сам же и ответил, оскалившись в улыбке.

– Да не вопрос, – пожал я плечами. – Торос, ты как, потерпишь немного? Хлебни пока раствор гороха.

Тот только кивнул в ответ.

– Муха, с ним иди, – отдал приказ Прапор и уселся на освободившийся стул.

* * *

– Ты точно запомнил карту? – спросил я после десятиминутной прогулки по коридорам и лифтам бункера.

– Не ссы, – усмехнулся альбинос, – тут она, – и постучал себя пальцем по лбу.

Кроме давнишних скелетов в бункере не было ни души, даже крыс.

Не успевали мы подойти к очередным дверям, как они или уползали в стену, или растворялись в воздухе, открывая нам дальнейший проход. В сторонние помещения нос свой не совали, так как кушать хотелось очень, а время не резиновое, хотя, мне кажется, я уже ничему не удивлюсь в этой жизни.

– Припёрлись, супостаты! Что, и тут мне теперь гадить будите?!

От неожиданности я дёрнулся, а Муха тут же раскинул защитный купол.

– Отбой. Это номерной дед, – поспешил я успокоить друга.

– Какой дед? – Муха уже стоял в боевой готовности с двумя изогнутыми, здоровенными ножами, больше похожими на серпы, чем на боевые ножи.

В нашей группе все обучены двуручному бою, на этом настаивал Леший, сам же и учил молодёжь. Вот следствие тех навыков.

– Есть тут один, – усмехнулся я, посмотрев на набыченного призрака, – любитель порядка и чистоты под землёй, блин.

– Призрак, что ли? – Муха убрал защиту и посмотрел по сторонам, будто пытаясь увидеть этого самого призрака.

– Ага. Злющий, до жути, – я улыбнулся спутнику.

– Поскалься мне ещё, угу, – угрожающе сказал уборщик. – Я тебе потом во сне завсегда являться буду, пока не взвоешь.

– Да, ладно, я же без дурного умысла. А чего это вы сейчас тут? Как же ваша территория? – пока я говорил с призраком, Муха уже приступил к активным поискам продуктов для перекуса.

– Накрылась моя территория медной посудой, благодаря вашим же стараниям. Здесь теперь жить буду! Усвоил?

– А-а-а… переехали, значит. Понятно теперь, – я уже осматривал новые владения ворчливого старика, выискивая взглядом, чего бы сожрать.

Дед раздражённо фыркнул и уселся на один из многочисленных ящиков, которые Муха уже принялся потрошить с обозначенной целью.

– Скажи этому паршивому скребберу, чтобы не мусорил тут! – указал он на рассыпанные брикеты. – Немедленно!

«О, как! Дед уже понял, что Муха – скреббер? Хм…» – подумал я, распаковывая что-то, похожее на кусок хозяйственного мыла, судя по запаху, нечто копчёно-мясное.

– Муха, бардак ток не наводи, уборщик злится! – крикнул я товарищу, с подозрением разглядывая свою коричневатую добычу.

– Постараюсь! – донеслось из глубин склада чавкающим голосом.

– С чего вы взяли, что он – скреббер? – я всё же решился откусить кусочек брикета.

Дед наблюдал за мной с усмешкой.

– Ага, ты мне ещё расскажи: кто он! Может, кроль пасхальный?! – сказал он с издёвкой и закинул ногу на ногу.

– Разве призраки могут видеть и определять породу местных существ? – уже основательно вгрызался я в брикет, который оказался очень даже вкусным.

– Призраки – нет, а вот я могу, – с гордостью заявил подземный призрак. – Дар у меня такой при жизни был.

Я, прихватив рядом стоящий табурет, уселся напротив деда с огромным вопросом на лице, предвкушая интересную беседу.

– Что, любопытство гложет? – усмехнулся старикан.

Но, каким бы он ни был вредным, я прекрасно понимал, что много лет в полном одиночестве кого угодно сделают разговорчивым, а если этот человек до сих пор остался в нашем измерении, не отправился в свет и обрёк себя на такое вот существование, значит, на то есть серьёзные причины. Мне бы очень хотелось их узнать, и ещё много чего об этом месте и этом мире от самого представителя создателей сего безумия.

– Ещё как! – устроился я поудобнее, поставив ноги на перекладину и разворачивая ещё один кусок «мыла».

– Ну, тогда спрашивай. Что хочешь знать? – деда прямо распирало от важности.

– Всё. – Принюхавшись к странной еде, убедился в её прямом назначении, мало ли, вдруг, правда, мыло попалось, и, вгрызаясь зубами, ощутил во рту вкус курицы.

– Ха! Деловой какой! Скромности тебя, гляжу, не учили. Конкретнее давай свои вопросы.

– Почему вы ещё тут, на этой стороне, в этом измерении?

Призрак вдруг начал мерцать и таять прямо на глазах.

Испугавшись, что он исчезнет, я соскочил с табурета и «стрельнул» тонким лучиком энергии. Дед тут же притянулся к посылу, впитав в себя живительную струйку.

– Ещё! – Выдохнул он, удивлённо рассматривая свои руки, которые стали почти как у живого человека.

Я выпустил тоненькую нить, прочно подсоединив призрака к «подзарядке».

– М-м-м, бодрит-то как, – ощупывал своё тело дед, сжимал и разжимал пальцы рук, приседал, вскакивал и крутил торсом.

– Вам уже лучше? Что случилось?

– Нервы… Они отнимают много сил, которых и так уже, практически, не осталось, а ты задал очень нехороший вопрос. Ну, раз так, – скосил он глаза на нить, – то, пожалуй, можно и об этом поговорить.

Разговаривающий с воздухом человек в лучшем случае вызовет подозрения о психической состоятельности у стороннего чела, но друзья терпеливо ждали окончания затянувшейся беседы.

Уже и Прапор приходил, отнёс парням еду, а меня Муха подкармливал во время сеанса общения: затраты-то нешуточные, могу и помереть от истощения, если не поглощать «топливо» для переработки. Не, можно, конечно, и жемчужину схарчить, и превратиться в эдакую ядерную мини-электростанцию, но, если есть возможность обойтись без таких баснословных затрат, то почему бы и нет.

Товарищ крутился поблизости, не зная, чем себя занять, битый час маясь от безделья, а мы всё беседовали.

* * *

– Дурак я был, молодой и амбициозный. Сам виноват, сам сгубил всю свою семью, вот только, понял это слишком поздно, и то, что творится тут, тоже осознал поздно. Деньги привлекли, хорошая и долгая жизнь без болезней, а главное, сертификат, вот и подписал контракт, и жену уговорил. Мы переехали в город закрытого типа, жена работала обычной медсестрой в местной больнице, а я компьютерным техником. Я – одарённый математик и физик, без образования, чисто от природы. Из-за моей способности починить любую аппаратуру меня-то и пригласили в корпорацию, пообещав карьерный рост, светлое будущее мне, жене, не родившемуся пока на тот момент ребёнку, и бесплатные вакцины от старения и всех заболеваний. Такие вакцины могли позволить себе только очень состоятельные люди, а я не входил в их число никогда. И ещё – образование. Оно у нас очень дорогое, и каким бы ты гением ни был, но, если не располагаешь внушительными суммами, работать тебе тогда не выше технического рабочего. Я – компьютерный гений, а всю жизнь пропахал сраным наладчиком и ремонтником.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru