3:13 АМ

Кати Беяз
3:13 АМ

Глава 1

8:46 АМ

Эл пропустил Мариан к окну. Она хоть и агент, но в первую очередь все же женщина. Мариан Флэй чрезвычайно приветливо улыбнулась и принялась осматривать в иллюминатор гигантские крылья самолета.

– Там все в порядке? – не выдержал Эл.

– Да, да, – в ее улыбке появилось напряжение.

– Мариан?

Девушка повернулась, стараясь внимать каждому слову старшего по званию.

– Вы же не боитесь летать?

– Я? Нет, что вы… – она снова улыбнулась исключительно губами.

Когда Эл выбирал нового напарника, ему доставили целую стопку папок с личными делами. На каждой вместо имени красовался длинный номер, а под номером стандартная надпись мелким печатным шрифтом «международная организация по предотвращению терроризма». Прежде всего Эл разделил агентов по половому признаку. Он находил женщин более исполнительными, методичными, и, главное, – он знал, их труднее соблазнить. Таиланд – прекрасная страна, считал Эл, но коварная, а летать туда придется часто. Ко всему прочему от женщин-агентов всегда хорошо пахло, они мало ели, не употребляли спиртного и занимали меньше места.

Быстро просмотрев фотографии молодых мужчин, Эл взялся за «агентов в юбке». Уже давно юбки полностью исчезли из униформы специальных агентов, но прилипчивое название осталось. Тринадцать папок справа и всего три слева. Из первой папки на Эла в упор смотрела черная, как ночь, Кэрол. Серьезный, чрезмерно сосредоточенный взгляд говорил о перфекционизме и склонности к агрессии. Кэрол будет исполнительна лишь до того момента, пока Эл работает по уставу. При первой же его вольности, а вольностей у Эла хватало, настройки Кэрол тотчас собьются, и она уйдет в скрытый, а после и открытый саботаж.

Фото из второй папки смотрело спокойным взглядом серых глаз. Слегка прикрытые веки и практически идеальная симметрия в лице говорили о великолепном внутреннем балансе. Эл любил баланс. Любил минимальный макияж, меньше выразительных черт, типовой рост, типовой вес. Таких агентов сложнее описывать словесно, а значит, сложнее составить фоторобот. Азиат просто не сможет распознать эту девушку среди подборки схожих лиц, он с легкостью спутает секретного агента с многочисленными туристками из Англии, Австралии и США.

– Мариан Флэй, – Эл прочел под фото. – «Тридцать два года, юридическое образование, безупречная выслуга…» – он перевернул страницу.

Среди специальных навыков числилось тридцать прыжков с парашютом, скоростные забеги и заплывы на короткую дистанцию. Мариан не боялась ни огня, ни воды, ни высоты. Она хорошо стреляла, имела черный пояс по кунг-фу, разбиралась в химии и ядах. Согласно последующим двум абзацам светлокожая блондинка с умеренной россыпью веснушек имела не только целый набор специальных навыков, она практически не употребляла алкоголь и славилась кристально чистой репутацией.

– То что надо! – подытожил Эл и не стал открывать третью папку.

Стюардесса вежливо попросила пристегнуть ремни, открыть заслонки иллюминаторов и убрать откидные столики. Самолет взлетал. Тяжелый «боинг» на триста шестьдесят пассажирских мест тронулся, и Мариан заметно дрогнула.

– Со всем полетом проблемы или только взлет-посадка? – поинтересовался Эл.

– Второе, – стиснув зубы, ответила агент.

– Вы знаете, зачем мы летим в Таиланд?

– Нет, мне сообщили – я все узнаю от вас.

– Наш путь лежит в Бангкок. Там мы останемся на ночь и следующим днем сядем на самолет, что летит в Пхукет.

– Зачем ждать ночь? Почему не отправиться в Пхукет стразу по прилете?

– Вы не летали на другую сторону планеты, не так ли? – прищурился Эл.

Мариан сжала губы и чуть заметно качнула головой.

– Даже в бизнес-классе двенадцать часов полета дадут о себе знать, не сомневайтесь. Тем более мы летим сейчас не просто на огромном самолете. Это еще по совместительству машина времени.

– Как это? – нахмурилась Мариан.

– Сейчас в Лондоне 19:45, редкий воскресный вечер без дождя, так? – Эл посмотрел на свои дорогие часы.

– Так.

– А в Бангкок мы прилетим аж в обед понедельника, то есть, если верить цифрам, – через восемнадцать часов. Зато, когда полетим обратно, сэкономим время за счет вращения Земли.

Мариан наконец посмотрела в иллюминатор – самолет набрал достаточную высоту, чтоб расслабиться и насладиться полетом, насколько это было для нее возможным. Девушка опустила заслонку и облегченно вздохнула, оставив ремень безопасности пристегнутым.

– Так зачем мы летим в Таиланд? – опомнилась Мариан.

– Подготовимся к полету, усядемся поудобней, закажем по бокалу шампанского.

Мариан сверкнула на Эла тревожным взглядом.

– Лишь для лучшего сна, над Гималаями, бывает, трясет, а я не хочу, чтоб на вас вдруг напала паническая атака.

– Нет, нет, я хорошо переношу…

– Даже не возражайте, один бокал легкого газированного вина не способен вам навредить, – напористо оборвал Эл.

– Медовый месяц? – заискивающе обратилась стюардесса Пенчан.

Разумеется, никто не мог подумать, что Эл и Мариан – пара секретных агентов. Долгий перелет заставил их одеться в уютные спортивные вещи и кроссовки. На них не было бейджиков, а вместо классических черных дипломатов – два рюкзака. В чемоданах одежда. Необходимое оборудование им выдадут по прилете, а секретная документация и вовсе хранилась в самом надежном месте – голове Эла.

Секретный агент заулыбался, но чисто по-английски предпочел ничего не отвечать. Пенчан учтиво подала расписные сумочки из парчи, в которых находились предметы первой перелетной необходимости.

Эл пропустил Мариан, и та скрылась в туалетной комнате.

– Здесь обычное мыло пахнет как целый спа-салон в Лондоне.

Эл снова пропустил Мариан, заметив, что от нее и вправду очень приятно пахло.

– То ли еще будет, – ухмыльнулся он, – запахи Таиланда остаются с тобой на всю жизнь.

Мариан настороженно прищурилась – в словах Эла прослеживалась нескрываемая ирония.

Не прошло и минуты, как им принесли покрытые фольгой подносы и предложили шампанское.

– Я не… – лишь заикнулась Мариан, когда Эл принял у Пенчан два полных бокала.

Говяжий стейк, овощи в остром соусе и креветочный салат не уступали по вкусу еде в весьма неплохом лондонском ресторане. Соус для Мариан оказался слишком острым, и уже очень скоро она схватилась за холодное шампанское.

– Советую вам начинать привыкать к острому! Тем более далеко не во всех ресторанах Таиланда подают холодное французское шампанское.

Мариан рассмеялась. Эл искоса глянул на нее – этот смех, как и ужин, пришелся ему по вкусу.

– Так зачем мы летим в Таиланд? – принимая второй бокал шампанского, Мариан в который раз завела разговор о делах.

– Там живет человек по имени Раймонд Ли…

– Азиат? – алкоголь раскрепостил напарницу Эла – теперь она старалась не просто внимательно слушать босса, но и вести живой разговор.

– Американец!

– От чего такая «говорящая» фамилия?

– Вероятно, какой-то прапрадед был родом из Азии, – отстраненно пожал плечами Эл.

Несмотря на самую распространенную китайскую фамилию, завидев Раймонда, никто бы не подумал, что в нем осталась хоть капля крови от предка. Разве что миндалевидная форма ярко-голубых глаз или слишком темный тон волос для брюнета северо-американского происхождения.

– И каково наше задание относительно мистера Ли?

– Би-1, – коротко озвучил Эл.

– Личный разговор? И все? – Мариан поперхнулась напитком. – Двенадцать часов полета, чтоб просто поговорить с человеком?

– Четырнадцать часов полета, два часа в таиландском такси и сорок минут на моторной лодке по Индийскому океану.

– Раймонд Ли живет без Интернета, без мобильной связи?

– Почему же? Мистеру Ли доступны все прелести современного мира. Ненадолго, всего пару часов в день, но, кажется, всех это устраивает.

– Так почему мы не можем связаться с ним по Интернету? Это же Би-1! Даже не подразумевает наличие детектора лжи!

Эл глотнул шампанского и всмотрелся в мелкие пузырьки, облепившие тонкое стекло.

– Этот человек предвидит будущее. И довольно часто мы общаемся с ним посредствам спутниковой связи, но иногда он дает такие прогнозы, которые нам лучше услышать своими собственными ушами.

Мариан набрала воздух, намереваясь что-то спросить, но внезапно замолчала.

Фуенг – подруга Пенчан – забрала подносы и долила Элу шамапанского. Мариан вежливо отказалась, покручивая хрупкий бокал в тонких бледных пальцах.

Оранжевая подсветка салона сменилась приглушенно-фиолетовой. Вскоре появилась Пенчан со спальными наборами, куда входили мягкий плед и подушка. Кресла бизнес-класса позволили агентам принять практически идеальное горизонтальное положение для сна, чего нельзя было сказать о тесных креслах эконома.

Элу не спалось. Мариан легла и отвернулась к окну, но он точно знал – она не из тех, кто быстро засыпает.

Первый раз Эл встретил Раймонда Ли на ступеньках типовой квартиры к северу от Гринвич-Виллидж в Челси. Этот квартал занимает большую территорию к западу от Шестой авеню между 14-й и 34-й улицами и считается одним из наиболее привлекательных мест Нью-Йорка. Район, почти полностью отданный жилому фонду, совмещал в себе различные архитектурные стили – от элегантных таунхаусов девятнадцатого века до вполне современных индустриальных лофтов. Узкие ряды трехэтажных квартир с наружной пожарной лестницей уютно вписывались в осенний пейзаж одной из живописных городских улиц. Тут вполне можно было встретить известного телеведущего, подбегающего к своему «порше», или восходящую поп-звезду, спешащую за покупками. Так же тут жил никому не известный Раймонд Ли.

Яркий кирпич одной из квартир в стиле лофт, кажется, отражал огненную листву кленовых деревьев, высаженных здесь в изобилии. Черные перила высокого подъезда покрылись тонким слоем дорожной пыли – человек, который здесь жил, нечасто выходил из дома.

 

Эл расстегнул строгий черный плащ и потянулся к звонку. Темная резная дверь открылась еще до того, как он успел куда-либо нажать – на пороге застыл темноволосый мужчина с бледной кожей и выразительными голубыми глазами. Оба на мгновение замерли, и Раймонд захлопнул перед лицом Эла дверь и заперся на ключ.

Агент прислонился ухом к двери – тяжелые шаги Раймонда выдали бег по лестнице.

«С такой скоростью можно бежать только вниз», – прикинул Эл.

Он слетел по ступенькам на асфальт и, пробежав несколько ярдов, снова взлетел к двери квартиры по соседству. Нажав дверной звонок, Эл вытащил из кармана удостоверение и, готовый тут же представиться, раскрыл его. Испуганная женщина припала к распахнутой двери, когда Эл вбежал внутрь. Все квартиры одинаковой планировки – в этих многоуровневых узких апартаментах практически невозможно ничего изменить. Лестница наверх, под ней дверь в подвал. Эл дернул за ручку и сбежал в темноту. Сквозь занавески пробивался узкий прямоугольник света.

«Дверь!» – прикинул Эл и уже через мгновение был в узком колодце внутреннего двора. Он прыгнул на шаткий чайный столик, подтянулся на металлических прутьях и, перемахнув через невысокую изгородь, ступил на землю.

– Стоять, не двигаться! – Эл взвел курок, и Раймонд это услышал.

Беглец остановился на аллее как вкопанный и поднял руки. Эл подошел и, почти не страдая одышкой, тихо произнес.

– Я уберу пистолет, ты опустишь руки, и мы вернемся в твой дом для обычного разговора.

– Из какого вы управления? – мужчина тщательно помыл руки с мылом и насухо вытер их одноразовым полотенцем.

– Из управления по борьбе с терроризмом, – Эл вновь достал удостоверение, параллельно осматривая просторную гостевую.

Здесь холодный торец цементной стены со странным, явно дорогим портретом в золотой раме контрастировал с терракотовой кирпичной кладкой. Высокие окна, лишенные занавесок, пропускали массу дневного света, что отражался в низко подвешенной громадной хрустальной люстре. Между блестящими кожаными диванами приятного коричневого оттенка располагался журнальный столик из стекла и дерева. Вокруг чистота – ни пылинки, ни единого оттиска кофейной кружки, ни одного отпечатка пальцев.

– Чем обязан вашему визиту?

– Присядем, Раймонд? Разговор может оказаться длиннее, чем мы можем предположить.

– Я что-то нарушил или был замечен в компании террористов?

Раймонду Ли навскидку было лет тридцать. Руки очень ухоженные – такими даже не бьют по компьютерной клавиатуре. Впрочем, компьютеров вокруг не было, как не было ни телевизора, ни телефона.

«Прожить в наши дени без гаджетов? Тут точно будут зацепки…» – еще раз осмотрелся Эл.

Вместо потолка деревянные балки. Там, наверху, открытое пространство, и если отойти в кухонную зону, то можно увидеть огромную кровать и даже ванную комнату.

Сколько воздуха, столько света, и такое разительное отличие от лондонской квартиры Эла, где каждый метр считается полезной жилой площадью.

– Откуда у вас средства к существованию?

Эл прекрасно знал откуда, но не мог не спросить.

– Мне повезло, лошадь, на которую я ставил, пару раз выиграла в скачках. Ну и ежегодная американская лотерея… – скромно отозвался Раймонд. – Все зафиксировано, налоги уплачены, суммы на моем счету не расходятся с данными в полиции. Я никого не спонсирую, и никто не спонсирует меня. Департамент по борьбе с терроризмом может спать спокойно.

– Тогда зачем убегать?

– Я думал, вы пришли меня ограбить…

– Здесь есть что красть?

Раймонд сунул руки в карманы джинсов, посмотрел под ноги и заулыбался.

– Ограбить меня, не квартиру…

По итогам всего двух скачек в Пегасус Ворлд Кап, что является олицетворением американской расточительности, Раймонд обогатился на восемнадцать миллионов долларов. Удивительно, но с такой удачей парень перестал участвовать в играх клуба и переключился на национальную лотерею. Три выигрышных билета прибавили к сбережениям Ли еще десять миллионов. Но, когда он вновь заявился на участие в скачках, организаторы тут же связались со спецслужбами.

После многочисленных проверок Раймонд оказался совершенно чист. Жил с матерью в Нью-Джерси, окончил среднюю образовательную школу, устроился работать санитаром в психологическую лечебницу, куда по решению медицинского совета угодила его мать. После ее кончины парень на время испарился, но уже через год продал квартиру в Нью-Джерси и переехал в Нью-Йорк.

Его жизнь в огромном городе казалась типичной – он жил на окраине, искал работу, ходил на собеседования. И Эл никогда бы не узнал о Раймонде, если б на уличную камеру, которыми буквально напичкан Нью-Йорк, не попало одно трагическое и одновременно удивительное событие.

– Я хочу вам показать одно видео, – Эл достал из просторного кармана плаща «Сони Вайо Пи» – полноценный ноутбук, только почти вдвое меньше нетбука.

– Неплохо вашу контору оснащают.

– Департамент хорошо финансируется, – Эл перелистнул файлы, открыл черно-белое видео и протянул самый модный гаджет две тысячи десятого года Раймонду.

Это была запись с пересечения улиц Гринвич и Фултон. Слева на экране виднелась дата 9/11/01, справа таймер времени застыл на 8:40 AM. Раймонд нажал на экран, и запись побежала. Ему не обязательно было ее смотреть, он хорошо помнил это нью-йоркское утро.

Раймонд вышел из подземки и остановился у серых заградительных столбиков. Он постарался сделать шаг, чтоб выйти на пешеходную улицу, но отчего-то не смог. Рядом с ним остановилась молодая девушка. Она ругалась с кем-то по телефону, сокрушаясь по правую руку от парня. Раймонд посмотрел на нее и снова постарался выйти за ограничительные столбы. Нога зависла над асфальтом и вскоре вернулась на место. Вдруг парень посмотрел в небо. Запись прервалась на 8:42 и возобновилась сильным приближением его лица. Ноздри расширились, словно вдыхали неведомый никому запах. Раймонд закрыл глаза, его грудь вздымалась в глубоком дыхании, как вдруг он вздрогнул, словно услышал резкий пугающий звук. Парень испуганно осмотрелся, схватил болтающую по телефону девушку за плечо. Он что-то быстро произнес. Девушка, очевидно, неприлично ругнулась, после чего Раймонд отпустил ее и спешно побежал обратно под землю. Через три минуты сорок секунд прогремел первый взрыв – в северную башню центра международной торговли, известного как башни-близнецы, врезался самолет.

Глава 2

7:58 AM

Раймонд открыл глаза. На марлевый балдахин сквозь пышную зелень джунглей упал сиреневый свет. Вокруг бунгало наперебой кричали петухи, а в перерывах намного тише кудахтали куры. Он перевернулся и накрыл голову подушкой – звуки стихли. Раймонд жил три года на Ко Ан, но все никак не мог привыкнуть к предрассветной активности.

Надо отметить, мистер Ли любил свой остров, но иногда все же видел сны о многолюдном Нью-Йорке, особенно в преддверии Рождества.

На этот раз Раймонда разбудил ливень. Было около девяти часов утра. Он сел на кровати и потер глаза. Влажный воздух разнес по бунгало пряный аромат пачули. Раймонд щелкнул кофе-машину и побрел в душ. Чуть теплая вода приятно взбодрила, и вскоре он даже различил пятнистую ящерицу, застывшую под потолком. На острове их было много, и они были Раймонду друзьями. Лучшими друзьями, потому что пожирали всех насекомых, которыми кишит экватор. Обычная практика здешних строений – оставлять между стенами и потолком пространства для осушения и вентиляции. При стопроцентной влажности от плесени ничего не избавляет, кроме природных сквозняков. По сему, ползущие, летающие и скребущиеся твари всегда могли беспрепятственно попасть в бунгало Раймонда, если б не прожорливые ящерки.

Иногда в одежде обнаруживались лягушки, но такое происходило лишь в сезон дождей. Ко всему, широкая кровать – священное место ночлега – днем и особенно ночью щепетильно укрывалась балдахином.

Проверив тапочки на наличие живности, Раймонд сунул в них ноги и взял с миниатюрной подставки кружку с кофе. Он вышел на веранду, вдохнул аромат дождя и сел в плетеное кресло. Как-то он оставил на всю ночь под ним тапки, а наутро в них кто-то отложил мелкие желтые яйца, предусмотрительно полив сверху слизью. С тех пор Раймонд где бы не оставлял свою обувь, всегда проверял ее на мерзкое содержимое перед тем, как примерить.

– Мистер Ли! – к бунгало подбежал жилистый таец с зонтиком. – Кхайтийоу?

– Да, буду благодарен!

Кьет понимал по-английски и неплохо говорил. Раймонд знал, что «кхайтийоу» по-тайски яичница, и это было то немногое, что он понимал на местном языке.

Джунгли заволокло прозрачной дымкой. Они начинались за садом мистера Ли, где рабочие выстроили высокий забор. На столь маленьком острове не было даже обезьян, и это не могло не радовать Раймонда при покупке земли, но здесь обитало несметное количество змей. Очевидно, забор спасал лишь от ежесекундно кишащей змеями земли, ведь никто не удивлялся их следам на песке, оставленным от ночных вечеринок – словно сотни велосипедистов устроили предрассветные покатушки. Никто не травил их норы и не трогал случайно проползающих гадов – тайцы знали толк в благоразумном соседстве, и Раймонд перенимал этот опыт. Лишь иногда приезжала служба отлова и чистила населенную часть острова, перевозя змей обратно в джунгли.

Перед самым домом, паразитируя на деревьях, распустились пурпурные орхидеи, налилась соком саподилла, сбросила свои цветы в неглубокий бассейн плюмерия.

Ливень беспощадно колотил по пальмовым листьям, по раскидистой тростниковой крыше уютной виллы, то и дело срываясь с нее целыми потоками. Вдалеке прогремел гром.

– Скоро закончится, – Кьет поставил поднос на стол веранды и высунулся из-под крыши.

– Брось, мы же никуда не спешим.

Кьет засмеялся.

– После обеда подвезут продукты, – он сдержанно поклонился и, расправив зонтик, снова убежал.

Запах кофе наркотическим зельем проник в носовые пазухи. Раймонд посмотрел на поднос – в окружении огурцов, поджаристого бекона и домашних картофельных чипсов красовалась кхайтийоу.

Раймонд любил утро. Любил ливень. Любил Ко Ан.

Тропические ливни всегда заканчивались так же молниеносно, как начинались. Словно кто-то открывал душ, а уже через полчаса закрывал его.

Мистер Ли сменил белые шорты на плавательные и спустился с высокой веранды. Лучшие дома – это дома на сваях.

Наводнения не достанут, да и всякой живности сложнее добраться до жилого пространства, хотя, как оказалось, для этих тварей нет ничего невозможного.

Мокрые дорожки приобрели насыщенный серый цвет, с огромных листьев все еще стекали тонкие дождевые ручьи. Вдоль пляжа на ветру метались макушки высоченных кокосовых пальм. Одни из них со временем сильно нагнулись, решив прилечь на белый песок.

Раймонд еще не видел океан, но уже слышал его. Первую половину дня он неизменно был спокоен и преимущественно в приливе. В это время было приятно купаться, потому что к обеду начинался отлив и океан уходил на сотни ярдов, оголяя песок и острые коралловые рифы. К вечеру океан возвращался, но время этих колебаний постоянно менялось. В конце пляжа вдоль скалистого обрыва глубина была больше, из-за чего отливы становились менее заметными. Там жили вараны, и ни Раймонду, ни Кьету не хотелось их тревожить.

Мистер Ли дошел до песка, снял тапки, белую рубашку и повесил на пригнувшуюся пальму полотенце. Температура Индийского океана, что бирюзовой полосой разлился у его ног, что обычно 27 градусов по Цельсию – всегда одинаковая зимой и летом. Он зашел по пояс и осмотрелся. Вода кристальной чистоты, небольшие косяки мелких прозрачных рыб, по дну на тонких ножках бегут и закапываются в песок вытянутые спиралевидные ракушки.

Раймонд лег на водную гладь – она прекрасно держала его расслабленное тело. Ушные раковины заполнились, теперь он слышал только шум моря и свое дыхание. Он осмотрел каменистый обрыв и густые джунгли, по которым стелился низкий туман. Кучевые облака на горизонте, лодки рыбаков и силуэты одиночных покатых скал, парящих над океаном – постоянные испарения превращали этот мир из реального в призрачный.

Раймонд закрыл глаза. Его тело почти слилось с океаном, сделалось его частью, покачивалось в его неспешном ритме.

Он лежал в ванной в съемной квартире Нью-Йорка. После работы официантом в загруженном под завязку ресторане ноги ныли так, что горячая ванная оказалась единственным местом, где Раймонд приходил в себя перед новым рабочим днем.

Внезапно его руки онемели. Тело медленно поползло вниз и вскоре скрылось под водой. Тусклый свет голой лампочки проник в странно позеленевшую воду, когда Раймонда с силой швырнуло в сторону и ударило о нечто бетонное. Он более не находился в своей тесной ванной, совершенно точно безвольное тело парня швыряла из стороны в сторону большая вода. На огромной скорости в него врезались острые осколки стекла, тяжелые бревна и мертвые тела других людей.

 

Раймонд не чувствовал боли. Боль – лишь сигнал мозга – с телом не все в порядке. Но когда ты почти мертв, подобные сигналы не имеют смысла, и мозг просто перестает их посылать. Он напоролся на железные конструкции, и что-то скользкое под ним вмиг вытолкнуло тело на поверхность. Раймонд узрел разрушенные строения прибрежного азиатского города. Грязная вода затопила берег по самые макушки длинных пальм, унося вглубь джунглей крыши домов и разбитые лодки. Кругом лишь грязь, боль и смерть. Кто-то схватил мёртвой хваткой Раймонда за ногу и потащил обратно под воду. Он из последних сил забился в конвульсиях и вынырнул в своей собственной ванне. В ушах остались людские крики и безутешный детский плач. Мистер Ли теперь точно знал – где-то на Земле вскоре случится что-то ужасное.

С самого утра Нью-Йорк засыпал мелкий рождественский снег. Страна готовилась к встрече Нового года, и график ресторана был загружен. Раймонд вышел из дома раньше обычного, добрался до работы с небольшим опозданием, черт знает сколько раз поскользнувшись на заснеженных улицах.

Парень переоделся в наглаженную униформу и вышел на кухню. В начале рабочего дня здесь было непривычно пусто. В конце огромного зала скопились люди, взирая в небольшой телевизионный экран – на другой стороне планеты произошла ужасная трагедия. Землетрясение в Индийском океане амплитудой девять баллов вызвало смертоносное цунами, обрушившееся на берега Индонезии, Шри-Ланки, юга Индии, Таиланда и других стран. Высота волн превышала пятнадцать метров, океан ушел на сотни миль в вглубь джунглей. Это случилось в 7:58 утра по тайскому времени и 19:58 по времени Нью-Йорка – как раз когда Раймонд принимал свою ванну.

Трагедия унесла более 200 000 человеческих жизней и стала одной из самых масштабных в современной истории. Теперь даже на этом маленьком острове прибрежная служба обязала Раймонда поставить указатель эвакуационного пути в случае цунами. Подобные указатели могут сработать в прибрежных городах – там, где в хаосе становится совершенно непонятно куда бежать, но не на этом острове. Если однажды цунами придет сюда, ни у кого здесь не останется ни единого шанса.

Открыв глаза, Раймонд осмотрел редкие низкие облака и перевел взгляд на скалистый обрыв. Там стоял человек, и Раймонд его видел. Точнее, видел не воочию, не глазами. Скорее, он точно знал, что там человек. Знал, во что тот одет, куда смотрит, в какой позе стоит. Покупая необитаемый остров, Мистер Ли искренне надеялся, что на нем не обитают ни люди, ни призраки. Но, как оказалось позже, одного туриста все-таки угораздило здесь разбиться о скалы при неудачном прыжке с высоты.

«Всего один, неизменно портящий живописный вид…» – подумал Раймонд и вновь закрыл глаза.

Когда он, наконец, решил подняться, вода доходила ему до колена – океан уходил.

Атхит, жена Кьета, готовила телятину с древесными грибами и киви под острым соусом, и это блюдо заволокло экзотическим ароматом весь берег.

Раймонд открыл бутылку холодного рислинга, взял с кухни бокал и вышел на деревянную веранду, что из-под навеса столовой плавно уходила в мягкий прибрежный песок. Тут умещалось несколько плетеных кресел на случай гостей и пара столов на тот же случай.

Раймонд никого не ждал сегодня, кроме парня на моторной лодке, что еженедельно доставлял на остров продукты.

Мистер Ли наполнил до блеска вычищенный бокал и пригубил вино. Солнце согрело его плечи, и он снова взглянул на океан – океан побагровел.

Раймонд отвернулся. Его сердцебиение участилось. Он глубоко вздохнул, отпил холодного вина и снова повернул голову. По бурым пенистым волнам плыли истерзанные трупы. Не один, не два. Ими устилалось все – до самого горизонта.

Атхит, шоркая вьетнамками, услужливо несла поднос с тарелкой, полной еды.

– Не сейчас, – Раймонд с трудом сглотнул слюну – мышцы шеи и плеч напряглись, желудок неприятно свело, а к горлу подошла изжога.

Пожилая тайка тут же развернулась и пошагала на кухню.

Мистер Ли больше не решился смотреть на океан. Он взял со стола бутылку и побрел в свое бунгало. Он достал из шкафа телефон, включил его и послал сообщение на единственный номер, что был в нем записан.

«Грядет что-то ужасное. Массовое. Такого я еще не видел».

Раймонд оставил телефон на кровати и вышел из комнаты. Он снова сел в плетеное кресло на высокой веранде и, вдохнув душный полуденный воздух, сделал два больших глотка. Спонтанные, до дрожи реалистичные видения пугали. Они начались семь лет назад, после знакомства с Элом Робертсом.

– Ты должен научиться предсказывать все это заранее, чтоб у нас было время для предотвращения, понимаешь?

Раймонд поднял глаза на строгое лицо Эла. Острый прямой нос, волевой подбородок, тяжелый взгляд карих глаз – казалось, этому человеку невозможно противиться.

– Но я не могу, не умею! – не выдержал Раймонд.

– Но ты же как-то предвидишь лотерею и результаты скачек…

– Лотерею за день, скачки всего за несколько часов. Не понимаю, как я помогу вам, сообщив о трагедии всего за час. Да и как узнать, что до нее час, а не минута, ни день и не год…

– Ты должен что-то придумать. Разработать какую-то систему, натренировать способности, в конце концов.

– Легко сказать, – Раймонд запустил тонкие пальцы в свои волнистые волосы. – И что, если я не смогу?

– Тогда придется добавить в дело Кристин парочку новых улик, – отстраненно произнес Эл.

У Ли от напряжения свело виски.

– Нет, вы не повесите на меня смерть Кристин. Вы же знаете – ее убил не я! – буквально закричал он.

– Подумай, Раймонд, что стоит твоя жизнь, жизнь Кристин или твоей матери, если сопоставить их с тремя тысячами погибших. И это только то, на чем ты попался. Сколько еще смертей ты предвидел за свою жизнь, сколько раз ты знал наперед и молчал?

– Это не мой выбор! – парень стиснул зубы так, что они заскрежетали.

– Да, не твой. Но для чего-то тебя наделил этим умением Бог или Дьявол, уж не знаю, кто у вас там главный.

У кромки наполовину седых волос проступила полоса чуть заметных капель пота – Элу нелегко давался разговор. Грозя несчастному парню тюрьмой, он требовал от него невозможного. Впрочем, на тот момент невозможного…

– И сколько у меня времени?

– Три месяца, – процедил Эл.

– Вы даже не представляете, как это трудно! Сажайте тогда сразу, зачем тянуть долгих три месяца! – сорвался Раймонд.

– Полгода, – уже намного мягче ответил Эл.

– И если я справлюсь? – уже в дверях остановил его Раймонд.

– Ты сможешь участвовать в любых скачках, делать любые ставки. Если захочешь, сможешь даже купить себе остров и переехать туда – никто не будет тебе ни в чем препятствовать.

На кровати тихо брякнул телефон – Раймонд не сдвинулся с места. На синей поверхности тенистого бассейна неспешно кружились белые цветы плюмерии. Они гипнотически притягивали взгляд Мистера Ли, и вскоре он не имел сил оторваться от их неспешного движения. В голове крутилось всего четыре цифры, и Раймонд терпеливо ждал, когда они сложатся в нужном порядке. На телефон пришло еще одно сообщение – Раймонд даже не дрогнул. Он снова глотнул вина и, наконец, увидел нужное число – оно черным венами проступило на дне его собственного бассейна.

Из-за угла показался суетливый Кьет.

– Мистер Ли, ваш обед! – он приподнял в руках медный поднос с блестящей сферической крышкой.

– Неси, теперь поем, – замахал Раймонд.

– Вы снова много думаете, – подметил Кьет, – возможно, скоро приедет Мистер Эл?

– Думаю, приедет…

Под крышкой оказалось аппетитное блюдо, украшенное миниатюрными кукурузными початками.

– Ты ведь его недолюбливаешь?

Кьет не понял его вопроса. Он заулыбался и услужливо поклонился.

– Так точно, мистер! Если вы пойдете плавать, я почищу бассейн, – ответил таец.

Раймонд одобрительно кивнул. Он налил еще вина, теперь оно не пьянило вовсе. Напротив, напиток отрезвлял от странных видений, расслаблял воспаленный переживаниями мозг, позволял отойти от участия, оставаясь посторонним наблюдателем.

За те полгода, что дал ему Эл, Раймонд посетил практически все казино страны. Он старался угадывать наперед так задолго, как только мог, и постепенно у него начало получаться. Сначала приходило странное видение, затем он расшифровывал его, а потом искал к нему дату. Однажды он сидел в отеле Лас Вегаса и пытался увидеть номера вечерней рулетки. Внезапно здание зашаталось. Раймонд схватил паспорт, деньги и в панике бросился на улицу. Он бежал по наполненному людьми холлу, не понимая, почему никто не видит обрушений. Когда он был на улице – в южном крыле здания последовал еще один взрыв, сравнявший с землёй остаток отеля. Раймонда увезли в полицию. Это было самое короткое задержания в Лас Вегасе – через девятнадцать минут мистера Ли отпустили. Вскоре с ним связался Эл и Раймонд передал ему информацию о страшном видении. С того дня гостиницу поставили под наблюдение. Долгих одиннадцать месяцев ничего не предвещало террористических атак, взрывов и даже банальных перестрелок. Но ровно год спустя, когда начальство Эла буквально сравняло агента с землей, в отделение поступила информация, что в гостинице обнаружено взрывное устройство. Мойщик окон, что работал на высоте, имел при себе восемь килограмм тротила.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
Рейтинг@Mail.ru