Легенды Шелестящего леса. Летопись первая. Фэнтези-рассказы

Катерина Титова
Легенды Шелестящего леса. Летопись первая. Фэнтези-рассказы

Хранители княжества Аврийского

Широки поля в княжестве Аврийском. Что ни год, то зерна много уродится, пышные нивы стоят, смотреть любо дорого, а меж полей бегут реки чистоты кристальной, плещутся в них дети малые, брызги поднимают, ребятишки постарше рыбу ловят да домой несут ведрами – сколько с удочкой не сиди, сеть не закидывай, все равно всю не переловить – не выловить. А в лесах густых да зеленых зверья видимо-невидимо, на полянах ягоды сочные из-под листьев выглядывают, что ни дождик – то грибы на радость деревенским шляпками красуются.

На дорогах – ни разбойника, ни иного человека недоброго. Уж и забыли люди, когда в последний раз боялись дом свой покинуть. Деревни стоят – домишки красивые, ставенки резные, птица-скотина вся откормленная, живет-толстеет на радость хозяевам, болезни не знает. Да и крестьяне уж не упомнят, когда болезнь али мор по селам жатву страшную свою собирали. Живут как у Богини за пазушкой, с солнцем встают, с луной ложатся, а вечерами да в праздники костры яркие до небу поднимаются, а вокруг молодежь хороводы водит, смеется.

Невелико княжество, да мир и порядок в нем. Налетит ураган, деревьями затрещит, крыши селений приграничных качнет, али засуха с голодом подойдут к окраинам земель княжеских, али болезнь какая, выйдет навстречу им юноша тонкий, да в плащ темный, тяжелый закутанный: не видать лица, лишь глаза из-под капюшона огнем зеленым горят. Преклонит колена, руки к небу поднимет, слезно Богиню попросит… Засмеются небеса, облака расступятся, улыбнется солнышко, и отведет беду Госпожа Небесная. Подойдут к границам войска вражьи, что земли княжеские захватить хотят, люд честной полонить, встретит их воин статный, в черный доспех облаченный, поднимет меч, что кровью на солнце отливает – отступят враги. А коли не отступят, тут же и полягут все до единого. Бесстрашен воин в бою, силен да быстр на поле ратном, и нет пощады тем, кто землю родную попирать пришел. И конь у него под стать всаднику: вскинет голову – содрогнутся войска вражьи, топнет – затрясется, ходуном земля заходит, а заржет – враги наземь-то все и попадают.

А как заскучает люд честной, придет в селенье странник, лютню свою достанет, струны тронет да песню запоет: бежит из сердец людских тоска. Былину о деяниях старины седой припомнит – притихнут люди, каждому слову внимая. И вот уже ни ссор, ни раздоров не слышно, все хулиганы-спорщики вокруг странника сидят. А как в жизни у кого не ладится: девка замуж выходить не соглашается, родители из дому ли не пускают, ненавистью ли сердце полнится – и на то у путника песня есть да слова нужные, чтоб сердце смягчить, совет добрый дать али убедить несговорчивых.

Так и живет княжество Аврийское, песнями, молитвами да волшебным мечом хранимое.

– А нас тот Воин защитит? – мальчишка лет десяти робко тронул руку рассказчика, с надеждой заглядывая ему в глаза. – Уже ведь третий день осада эта! Мамка говорит, скоро есть нечего будет. Мы же этих не ждали, ничего не заготовили. Чего они вообще пришли?!

– Конечно, защитит, – мужчина потрепал по голове парнишку. – А если нет его пока, значит, кому-то сейчас еще хуже, чем нам. Вот там он сейчас и сражается.

– А когда он придет? – худенькая девочка подсела к страннику поближе. И ее мужчина по голове погладил.

– Трудные вопросы ты задаешь, Маришка. Я ж не Воин, я за него не в ответе, – над стеной приграничного городка с воем пролетел очередной снаряд, запущенный вражеской катапультой. Дети вздрогнули, несколько молодых матерей, сидящих неподалеку с грудными детьми на руках, возвели глаза к небу в немой молитве, стоящие вокруг мужчины посуровели. Хотя сражений еще не было, на стены осаждающие не лезли, еда в городе быстро заканчивалась, а снаряды разрушили уже не один дом.

– А может, все, что ты говоришь – только сказки? И нету никакого Воина? – едва не плача, выдавила маленькая девочка. Стоящие вокруг посуровели: мало кто осмеливался оскорбить бродячего сказителя таким откровенным недоверием. Но странник только посмотрел вверх, покачал головой, притянул к себе малышку и усадил на колени.

– Будет вам Воин, сегодня же будет.

В небесах над ними кружил почтовый сокол.

А после обеда тучи черные небо закрыли, того и гляди грянет гром да дождь хлынет. Прибежал со стены часовой: в поле, вдалеке, показались черные точки. Не иначе как войска на выручку скачут.

И вот уже видны полки воинов в кольчугах и латах, знамена по ветру плещутся, а во главе войск едет Воин статный в черный доспех облаченный, на поясе меч висит огромный. Вражьи войска мечи-копья вынули, да только где им с дружинниками княжескими справиться? Вечером открылись ворота, впуская в город солдат уставших, а за ними повозки с провиантом потянулись: видно, знал князь, что в городе до голода недолго.

Народ теснится на улицах, цветы под копыта коню Воина кидает, славу поет, местные менестрели уже баллады складывают о новом подвиге, дети радостными криками победителей приветствуют, рядом с солдатами бегут – веселятся люди, победу празднуют. А странник под шумок тихо из города выскользнул: больше он здесь пока не надобен.

Войска вражьи, разбитые, ни с чем домой вернулись, и ни радости нет в селеньях их, ни песен не слышно: голод в стране, нечего есть в деревнях. Неурожайный год был, вот и пошли войной на княжество Аврийское, чтобы силой еду отнять. Помнил король соседский, что нельзя на князя войной идти, да только везде и всюду вокруг голод, какой край, какую страну не возьми. А аврийцев хранит Богиня. У них единственных нивы пышные, закрома полные. Не иначе как тайным знанием владеют.

Рейтинг@Mail.ru