− Кстати, мне нужна ваша помощь.
Панкратова приземлилась за столик с подносом, на котором располагалось два стаканчика кофе, один с соком и три пирожных. Ви благодарно кивнула, забирая свою прелесть. Пусть подруга и плевалась на её американо, пока не брезговала его ей покупать – всё было в порядке. Ри поставила пирожные перед друзьями.
− Только понедельник наступил, чудовище, − простонал Влад. Он ещё полностью не отошёл от пятницы, где ему пришлось изображать швейцара и вежливо сносить все попытки флирта от первокурсниц. – Чего ты хочешь?
− Факультет дизайна запросил помощь у студсовета, − обречённо вздохнула Рита, ковыряя бисквит. Ей самой не нравилось, что в последнее время на неё свалилось столько работы, но то, как они успешно провели пятничное мероприятие – грело её самолюбие. Сейчас Панкратову переполнял энтузиазм, и она не прочь была поработить на кое-что ещё своих близких друзей.
− Ну, так помогите им.
− Спасибо, умник.
− Обращайся, − Влад подмигнул сердитой девушке.
− Ладно, если серьёзно, то им нужны модели на неделю моды. Запрашивают именно вас. В идеале, конечно, обоих, у них там какой-то концепт с близнецами по одной из задумок, но если уговорю хотя бы одного − уже успех.
− Мне хватило в прошлом году, − недовольно проворчала Ви, с запредельной скоростью поглощая своё пирожное. − Пришлось незнакомые номера ещё два месяца блокировать, я уже думала симку сменить.
− Было дело, − Влад пододвинул свой бисквит ближе к сестре, та улыбнулась, шепнув ему, что он лучший брат на свете.
Тарасов прекрасно помнил, как его сестре названивали скауты из модельных агентств. Раздражало.
− Так что я пас, Ри
− Разумное решение, систр. Я, соответственно, тоже.
− Ну нет, вы не можете… − несмело запротестовала Рита. Она помнила те раздражающие звонки, и какой недовольной ходила всё то время Вика. Влад вообще порывался найти всех этих умников и засудить их за вмешательство в личную жизнь незнакомого человека.
− Можете.
− Вы же постоянно нас припрягаете во всех этих движухах, неужели нет кого-нибудь ещё?
− Сами виноваты, что родились с таким лицом.
− Господи, мы ещё и виноваты остались, − фыркнула Вика, делая глоток из своего стакана.
− Ну, пожалуйста, в последний раз, − Панкратова сложила ладошки в мольбе, умоляюще посмотрела на близнецов. Те оборону не сдавали. Пока.
− Я что-то похожее слышала в прошлом году. В этом году точно нет, но можешь попробовать уговорить Влада, − раз Ви сказала нет, значит смысла уговаривать её больше нет. Рита только навлечёт гнев на свою голову. А вот Влад пока не ответил так категорично, поэтому может что-то и выгореть. Панкратова повернулась в сторону друга. Тот покачал головой.
− Нет.
− Да.
− Нет.
− Ты переоденешься в те странные шмотки и выиграешь этот дурацкий конкурс, − Ри перегнулась через стол, заглядывая в карие глаза друга. Тарасов раздражённо вздохнул, продолжая пить кофе и делать вид, будто помехи напротив не существует.
Они с сестрой в один момент синхронизировались, одновременно поднося свои стаканчики ко рту и делая небольшие глотки. На секунду Рите показалось, что у неё просто в глазах двоится. Девушка подавила смех, всё-таки нельзя смеяться над людьми, которых просишь об услуге.
Помеха напротив раздражала Влада всё больше. Ныла громче, клянчила требовательнее, в моменте парню в голову пришло гениальное решение. Он решил ляпнуть первое, что пришло на ум, чтобы подруга, наконец, отстала. Панкратова, как правило, не будет делать того, что может её скомпрометировать, и этим можно грамотно воспользоваться.
− Только если ты будешь весь месяц носить за меня мои вещи в универе и называть господином.
− Фу, ну и придурок же ты, Тарасов, − девушка моментально отпрянула, выражение её лица было такое, будто она увидела таракана.
«То, что нужно» – усмехнулся Влад и мысленно дал себе «пять».
− Как хочешь, chère amie (фр. дорогая подруга), − он изобразил максимально незаинтересованное выражение лица, и лишь слегка приподнятые уголки губ говорили о том, что вся эта ситуация была под его контролем.
Ви усмехнулась, искоса поглядывая на брата. Он так очевидно для неё выпятил подбородок, что было ясно как день, что этот парень что-то задумал. Вика замечала самые незначительные изменения в мимике брата-близнеца, в отличие от других людей, её невозможно было так просто обмануть.
Сейчас Влад переполнен уверенностью в том, что Рита сдастся. Но девушка удивила их всех.
− Ладно, хорошо! − Тарасов расплылся в дежурной ухмылке, пряча за ней свой культурный шок. Да и сама Ви не могла поверить в то, что подруга согласится на нечто подобное за такую цену. Что они ей на факультете дизайна пообещали вообще? Господство над всем миром?
− По рукам, − Влад взял себя в руки. Он быстро приспосабливался к различного рода изменениям, и Ви была уверена, сейчас в его голове происходят математические расчёты того, как много он сможет выиграть из сложившейся ситуации. − Когда будет этот кошмар?
− Через две недели, − Рита довольно улыбнулась, излучая всем своим существом удовлетворение от полученной победы.
− Через две недели я предстану перед всеми как фэшн-катастрофа, − хмыкнул Тарасов, допивая свой кофе.
Панкратова отправила ему утешительный воздушный поцелуй, парень скривился. Ри была ему как ещё одна сестра, хоть и приёмная, но сестра, член семьи. Пусть чихуахуа и не очень гармонично вписывалась в семейство кошачьих, но всё же. Как говорится, в семье не без Панкратовой. Влад так и не понял, почему Вика видит в ней кролика. Кролики милые и безобидные, а эта может руку отгрызть при необходимости.
− Оставь свои поцелуйчики для кого-нибудь другого, я тебя прошу. Пожалей мои глаза.
− Гадёныш!
− Ты уже забыла о нашем договоре? − хитро улыбнулся Тарасов. Если уж он и согласился на это безобразие, то возьмёт сполна от этого соглашения. Надо будет подумать, как перевернуть всё в свою пользу.
− Господин гадёныш, − процедила подруга сквозь зубы. Ви захихикала. Забавно.
Кто бы сомневался. Влад улыбнулся, поднимаясь со стула следом за сестрой. Будто бы эта девушка действительно следовала бы всем условиям. В следующий раз он составит юридический договор по всем канонам.
− Вы всеобщие любимчики, так что должны в полной мере нести это тяжкое бремя и не ныть, − Ри подняла палец вверх, пытаясь изобразить древнегреческого философа. Близнецы одновременно вздохнули, идя следом за подругой, у них у всех следующие пары были в одном корпусе.
Они вышли из здания, когда Влад заметил впереди себя знакомую высокую фигуру.
− Максим!
Соколов обернулся, замечая позади себя троицу. Влад энергично махал ему рукой, Ри загадочно улыбалась, а Вика потупила глаза в пол. С того самого вечера на фестивале для первокурсников это первый раз, когда они видятся. Тарасовой даже для того, чтобы отвечать на сообщения парня понадобились титанические усилия. Девушка не готова была встретиться с ним лицом к лицу так скоро.
Макс улыбнулся, реакция Вики на его появление была красноречивой. То, как она пыталась избегать его в сообщениях целые выходные, говорило о том, что ей неловко после того, как она вела себя в аудитории. Нужно успокоить её и сказать, что всё было более чем прекрасно.
Соколов направился в их сторону.
− Привет всем, − Макс протянул руку, здороваясь с Владом.
− Привет, весело в пятницу время провёл? − Вика дёрнулась, Соколов улыбнулся, боковым зрением наблюдая за девушкой.
− Ты не поверишь насколько, − Тарасов рассмеялся, похлопав парня по плечу.
− Нам в первый корпус, − встряла в их разговор Рита. Она почувствовала, что подруге неловко, и решила ей помочь. − А тебе во второй?
− Тоже в первый. Препод попросил забрать из аудитории методические материалы.
Ребята зашагали в нужную сторону. Вика делала вид, что её очень заботит новый маникюр Ри, в сторону парней она старательно не смотрела. Максим улыбался, глядя на её старания и вполуха слушая рассказ Влада о новом собрании братства.
− Это ещё что такое? − Рита недовольно смотрела на огромного размера лужу прямо у входных дверей в здание. С каких пор у них перед корпусом разливалось озеро? Ландшафт поменялся буквально за два дня? Ещё только в пятницу этого чуда природы не было.
Рядом с лужей стоял дворник. Он узнал в Панкратовой заместителя председателя студсовета, ведь ребята часто мелькали на различных студенческих собраниях, и подошёл к ребятам.
− Шланг для полива прорвало, пока его несли в сад, и вот последствия. Что-нибудь придумаем с проходом в здание, а пока придётся использовать эти доски, − он указал рукой в сторону широких деревянных панелей, возможно, раньше служивших частью каких-то пристроек.
Они положили две доски, которые как раз доставали до дверей здания, но пройти по ним было тем ещё испытанием. Девушки на каблуках тут явно не пройдут, и кто вообще проектировал их универ, что тут получилась низина? Ри готова была покусать архитекторов и горе-строителей. Всех, кто принимал участие в этом беспределе.
Панкратова недовольно посмотрела на свои туфли. Почему именно сегодня она решила обуть нечто подобное? Блондинка перевела взгляд на ноги подруги, та тоже была на каблуках и тоже смотрела на свою обувь, соображая, как лучше поступить.
− Нет времени ждать, пары скоро начнутся, − Рита уже закипала от гнева.
− Держись крепче.
Позади послышалось какое-то движение. Ри обернулась, видя, как Макс поднимает опешившую подругу на руки словно принцессу и уверенно идёт к своеобразному мосту.
Влад довольно присвистнул, показывая смущённой сестре палец вверх. Та показала брату язык, крепче обхватила Максима за плечи, тот что-то шепнул ей на ухо, отчего девушка ещё больше смутилась.
Соколов без особых усилий преодолел препятствие в виде двух досок и зашёл внутрь, Вику из своих объятий не выпуская. Та протестующе заворочалась, но парень лишь предостерегающе подбросил её в воздухе, удобнее подхватывая под коленями и крепче сжимая талию, и направился к лестнице на второй этаж. К слову, у Тарасовой лекция должна быть на первом этаже.
Когда занимательная парочка скрылась из виду, и перед потопом остались только Влад, Рита и дворник, Панкратова молча уставилась на парня.
− Даже не мечтай, что я понесу тебя на своём горбу.
− Влад…
− Нет. Ты же в старшей школе ходила в бассейн. Давай вплавь.
− Влад! – обиженно захныкала Рита. Тарасов вздохнул, устало помассировал переносицу, давая себе секунду на размышления.
− …иди сюда, − раскрыл свои объятия, поманив девушку подойти ближе.
Довольная Панкратова уютно устроилась в кольце горячих рук, потом опомнилась и воровато оглянулась вокруг.
− Главное не наткнуться на твоих фанаток, а то они мною отобедают.
− Тебе нужно было подумать об этом до того, как ты оказалась здесь, − Тарасов демонстративно подбросил совсем лёгкую девушку в воздух, Рита испуганно дёрнулась, приземляясь обратно. Не упустила возможности со всей силы ударить по крепкому плечу.
− Эй! Не разбрасывайся сокровищами!
− Если хочешь привлечь ещё больше внимания моих фанаток – ори громче, − хмыкнул Влад, прижимая подругу ближе к себе. Хорошо, если никто не увидит, что он кого-то несёт.
Панкратова моментально умолкла, сохраняя молчание до самых дверей корпуса. Она даже дышать старалась через раз, мало ли.
− Спасибо, господин лошадка. Я ушла! − выпорхнула из чужих объятий, как только смогла почувствовать твёрдую поверхность под ногами. Рита быстро ретировалась, пока какая-нибудь ошалевшая фанатка не успела их сфотографировать. Это будет большой проблемой, которая может стоить Панкратовой морального спокойствия, а, возможно, и жизни.
Влад тихо рассмеялся, глядя на стремительный побег подруги с места преступления. Он посмотрел по сторонам на предмет наличия нежеланных свидетелей. Убедившись, что никого подозрительного на горизонте видно не было, Тарасов засунул руки в карманы и не спеша направился в сторону своей аудитории.
− Кажется, нам нужно кое-что обсудить.
Соколов аккуратно нёс свою ношу по лестнице. Свернул направо, заворачивая по направлению в небольшое подсобное помещение, о котором ему рассказали Паша с Антоном, когда они отдыхали в «Галерее». Это было укромное место, о котором знали всего несколько человек. Здесь можно было свободно поговорить без лишних ушей.
− Неужели? − Вика откинула голову на чужое плечо, наблюдая за улыбающимся парнем. Ему явно нравилась сложившаяся ситуация. Вы только посмотрите на это довольное лицо.
− Я бы на твоём месте вёл себя тихо, пока ты в буквально смысле находишься в чужих руках.
Вика удивлённо вскинула брови. Когда этот хороший щеночек стал себя так вести? Или это она с самого начала не замечала, что щеночек вовсе не щеночек?
Парень толкнул деревянную дверь, проходя внутрь. Помещение давно не использовалось по назначению, но компания Влада притащила туда ненужную парту и несколько стульев, чтобы в комнате было комфортнее находиться. Неудобно всё время стоять. Была бы воля Паши, он там электрочайник и микроволновку оставил, но такое бы сразу обнаружилось, а комнату у ребят изъяли.
− Откуда ты знаешь это место?
Тарасова была здесь несколько раз, когда ей с Владом нужно было поговорить без свидетелей. Сама она подсобкой никогда не пользовалась.
Максим опустил девушку на стоящую у окна парту, расставил руки по обе стороны от Ви и взглянул ей в глаза. Впервые, кажется, за последние несколько дней. Так близко, казалось, он вообще не моргал, внимательно изучал её лицо.
− У меня свои источники, − Вика хмыкнула. Несмотря на довольно двусмысленную позу, в которой они сейчас находились, ей было вполне комфортно. В какой-то момент она даже начала болтать ногами, между которых вклинился Соколов. Тот оторвался от изучения её лица и усмехнулся на чужое баловство.
− И имя им декоративно-прикладной кружок альфачей, − фыркнула Тарасова. Она полностью разделяла мнение своей подруги по поводу этого псевдоэлитного сборища.
− Что? − рассмеялся парень. Этот красивый низкий звук прошёлся по всему телу мелкими электрическими разрядами, концентрируясь в подушечках пальцев. И девушка вспомнила, что в пятницу она ощущала нечто подобное, пока исследовала руками чужое лицо.
Ви смутилась и потупила взгляд. Она сейчас ко всякого рода разговорам явно не была готова. Совсем не привыкла, чтобы её загоняли в угол.
− Почему ты это делаешь? − обречённо выдохнул Максим, уткнувшись своим лбом в Викину опущенную макушку.
− Что? − не поднимая головы, проворчала Ви. Тяжесть чужого лба исчезла, но девушка осталась в том же положении.
− Ведёшь себя так, что мне больше ничего не остаётся, кроме как стать дикарём, − она почувствовала мягкие прикосновения к своим волосам. Соколов аккуратно перебирал тёмные пряди, мягко поглаживая каждую.
− Что? − Тарасова удивлённо вскинула голову. Совсем опешила, когда увидела, как Максим нежно поцеловал накрученную на палец прядь, глядя ей прямо в глаза.
− И правда, дикарь, − у девушки перехватило дыхание.
− То, что было в пятницу, − вдруг заговорил о фестивале Соколов. Ви коротко выдохнула, приготовившись слушать. Парень улыбнулся, выпуская волосы из плена. − Я надеюсь, что это не последний раз, когда ты делаешь нечто подобное, − Вика открыла рот, чтобы что-то сказать, но Максим прервал её, мягко положив свою ладонь на приоткрытые губы. − Но я хочу, чтобы ты делала так только со мной. И больше ни с кем.
Ви лизнула чужую ладонь, широко провела языком по чужой коже. Довольно улыбнулась, когда Макс ошарашенно отдёрнул свою руку от её рта. Кончики его ушей привычно красиво покраснели. Какой же он очаровательный, когда смущается.
Тарасова была озадачена внезапной сменой настроения парня, но сейчас всё в порядке. Сейчас прямо перед ней смущённо краснел тот, кто ей так сильно нравился.
− Прекрати строить из себя великого соблазнителя. В этом стопроцентно виновата компашка Влада. Они тебя испортили.
− Это работает? – Максим с надеждой смотрел на Вику, ожидая её вердикта. Та решила честно признаться.
− Да.
Соколов рассмеялся.
− Тогда ладно. Приглашаю тебя на свидание. Когда ты свободна? Меня интересует ближайшее время, я не могу больше ждать.
− Через два дня, − Ви мысленно просмотрела своё расписание. Она была бы и рада освободиться пораньше, но это не представлялось возможным.
− Прекрасно. Два дня значит. Даже не думай сбежать к тому времени.
− А ты не учись всякой дурости у моего брата и его друзей. Они противные, − она спрыгнула с парты и, подойдя ближе к Максиму, обвила крепкую талию руками. Уткнулась в его шею носом, полной грудью вдыхая приятный запах. Вот так вот лучше. − Мне нравишься ты. Такой, какой ты есть. Именно то, что ты и есть ты, в тебе и привлекает больше всего.
Ви посмотрела на сохраняющего молчание парня снизу вверх. Тот крепче прижал её к себе.
− Кажется, до звонка ещё есть целых пять минут, − Вика хитро улыбнулась, то и дело переводя взгляд от небесно-голубых глаз к губам.
− Да неужели? − вскинул брови Соколов. Мысли на лице Вики было легко сейчас прочитать.
Ещё до фестиваля он решил для себя, что эта девушка – та, с которой он хочет быть. В пятницу он в этом ещё раз убедился. Максим не отпустит её. А если она надумает от него сбежать, то он обязательно найдёт и догонит.
− Тогда стоит эти пять минут провести с пользой.
Он наклонился ближе, запечатлев целомудренный поцелуй на улыбающихся губах. Ви недовольно нахмурила брови.
− Издеваешься?
− Да не… − Макса резко схватили за грудки и потянули вниз. В следующее мгновение парень ощутил требовательные губы на своих.
Вику лучше не дразнить.
− «И иногда любимые детки, играя в свою извечную игру «самые важные», переходят черту» ....
− Что?
− «Она кричит стихийными бедствиями и природными катаклизмами. Плачет от чёрной неблагодарности цунами и аномальными разливами рек»
− Откуда у тебя это?! − разъяренная Рита подлетает к столу, вырывая из его рук до боли знакомые розовые листы.
Рогожин улыбается. В руке осталась треть от листа А4, остальное Панкратова с ненавистью разорвала, бросая себе под ноги. Её голубые глаза горели праведным огнём, и у Миши от этой картины перехватило дыхание. По правде говоря, всегда перехватывало.
− Как ты посмел это читать? − тихо прошептала она. Слёзы обиды застилали глаза, и девушка с ненавистью смотрела на клочки бумаги у себя под ногами. Если бы можно было изорвать написанное ещё мельче, она бы это сделала.
− Разве это не твоя работа на конкурс прозы у вас на кафедре? − Миша поднялся со стула, нерешительно опустил на стол то, что осталось от сочинения. Реакция Риты была не той, которую он ожидал. Он предполагал, что девушка накричит на него или будет угрожать, но такой открытой уязвимости не хотел. Совсем не хотел. Идиот.
− Нет. Это то, что никому нельзя видеть, − зрение от слёз затуманилось, а тело слегка потряхивало. Хотелось выплеснуть накопившуюся злость.
− Ри…
− Это я! Понимаешь?! Это то, что я из себя представляю! Мои мысли, чувства! Это сокровенное! Если я забыла свои личные вещи в общей комнате, то это ещё не даёт тебе право читать их во всеуслышание и глумиться надо мной!
− Я не…
− Молчать! − она утерла слёзы руками, ещё больше размазывая тушь по лицу, губы Панкратовой болезненно скривились, выплевывая каждое слово. − Я не хочу слышать твой голос, не хочу видеть твоё лицо. Прекрати издеваться надо мной!
«Господи, что я наделал»
Миша и не заметил, как обогнув стол, бросился к девушке, крепко прижимая её к своей груди. Рита попыталась вырваться, грубо отталкивая от себя парня, но Рогожин был непреклонен. Сжимал её в объятиях крепче, шепча слова извинения.
− Я такой дурак, Рита, прости меня.
Панкратова расплакалась ещё сильнее, на каждый всхлип ударяя маленькими кулачками по широким плечам.
− Придурок.
− Прости.
− Ненавижу.
− Прости, принцесса. Я прошу тебя, больше не плачь, − Миша наклонился и оставил невесомый поцелуй на чужой макушке, потом ещё один и ещё. Рита ошеломленно замерла. Рогожин устало выдохнул. − Сохну по тебе с того самого дня, как увидел в студсовете. И веду себя как малолетний придурок, потому что не знаю, что с этим делать. Ты невзлюбила меня с первого дня совместной работы, а мне от этого хоть на стенку лезь.
Он немного отодвинулся, заглядывая в эти невозможно красивые глаза. Заправил выбившуюся светлую прядь за ухо, открывая лоб, и запечатлел там последний поцелуй.
− Не при таких обстоятельствах я хотел раскрыть тебе свои чувства, но я больше не могу молчать, − Миша нехотя выпустил девушку из своих объятий и отошёл на приличное расстояние. Ри резко стало холодно и как-то одиноко, она ошарашенно провела рукой по своим волосам, всё ещё не веря. Этот человек испытывает к ней романтические чувства? То есть она ему нравится? Прям нравится? Тогда что это был за цирк на протяжении двух лет?
Последний вопрос неосознанно вырвался у неё изо рта, застав врасплох.
− Ты же меня ненавидела, − Миша грустно улыбнулся, избегая зрительного контакта. − Это было бы слишком нагло с моей стороны. Поэтому я не знал, что могу сделать.
− Пригласить на свидание, к примеру. Или для тебя это слишком сложно?
В комнате повисла неловкая тишина.
− Что будем делать с твоим сочинением? − Рогожин осмотрел пол, усыпанный розовой бумагой. Сердце неприятно сдавило от одной только мысли о том, что он своей детской выходкой сделал больно этой девушке.
− Можно просто выбросить.
− У тебя остались ещё копии? − Миша подозрительно прищурился. Рита слишком легко отпустила вещь, которой так дорожила. То, каким взглядом она окинула пол, говорило о многом. Явное притворство в безразличии.
− Это был единственный экземпляр, но это не так уж и важно, − отмахнулась Панкратова, уходя на своё место и собирая сумку. − Я пойду домой, Ви подвезёт меня после своей тренировки, − она уже была у выхода. − Со свиданием не тяни, а то я и передумать могу. Пока.
Миша смотрел вслед удаляющейся фигурке, пока та не скрылась за дверью. После чего зарядил себе отрезвляющую оплеуху, моментально приходя в себя.
− Да, ты то ещё первобытное животное, Рогожин, − он опустился на корточки, собирая клочки бумаги. − Довести девушку, в которую влюблён, до слёз. Пять с плюсом. Просто молодец.
Он собрал все части листа и достал из ящика скотч. Эта сильная работа не может быть потеряна из-за его дурацкого инфантилизма.
«Не уйду отсюда, пока не склею всё в одно целое»
Миша разложил кусочки на столе, подбирая нужные и аккуратно приклеивая их друг к другу. Постепенно вырисовывались слова, а из слов строились предложения, и парень вновь пробежался глазами по тексту.
Рита всегда казалась ему глубокой натурой, и эта работа была прямое тому доказательство. Когда он прочитал её впервые, по телу поползли мурашки, настолько она его впечатлила. Прочитав ещё раз, он осознал весь масштаб катастрофы, который несут люди, и как плачевно это сказывается на природе. Всего лишь несколько абзацев заставили его проанализировать своё собственное поведение и побудили к принятию мер в ближайшем будущем.
Настолько эта девушка была талантлива.
Рогожин усмехнулся. Не зря ходят слухи, будто близнецы Тарасовы подбирают себе в друзья только исключительно одарённых личностей. Сам Миша, разумеется, так не думал. Вполне очевидно, что подобное тянется к подобному. Так Фея баскетбола и светлое будущее юриспруденции не могли не подружиться с Ритой. Ведь она удивительная.
«Вот и всё»
Парень критически осмотрел изорванный и заново склеенный лист. Было читабельно. Он старался максимально аккуратно всё склеить, и получилось даже лучше, чем он рассчитывал изначально.
Достав из портфеля молочную шоколадку и прихватив с собой розовый лист, Миша сложил его пополам и вместе с шоколадкой положил в верхний ящик стола Панкратовой. Не мог позволить, чтобы кто-то ещё прочитал её работу, а сладость должна Риту порадовать.
Однажды он проходил мимо и подслушал разговор Ри с другими девчонками о её любимых сладостях. С тех пор Рогожин подкидывал ей время от времени на стол что-то из сладкого, чтобы поднять настроение. Рита была свято убеждена, что это тайный поклонник. Ну, в целом была права. Миша действовал тайно и влюблен в неё был. А Ри ни о чём не догадывалась. Но раз уж он сегодня раскрыл себя, то не имеет больше смысла скрывать и это.
Собрав вещи, Рогожин вышел из комнаты и закрыл её на ключ.
«Со свиданием не тяни. Я ведь и передумать могу»
Смысл всплывшей в сознании фразы только сейчас дошёл до парня, и он остановился посреди коридора как вкопанный.
«Мне сегодня дали шанс, несмотря на то, что я повёл себя как законченный придурок?»
Миша неверяще покачал головой, эта девушка что-то с чем-то. Он завоюет её, во что бы то ни стало.
Ви постучала в двери комнаты брата, после чего зашла внутрь.
− Давно ты дома? Я думала у нас сегодня по расписанию одинаковое количество пар, − она прошла вглубь комнаты и плюхнулась на кровать, свесив ноги к полу. Влад сидел за компьютерным столом и играл в какую-то онлайн-игру.
− Ага, но нам последнюю пару перенесли, − длинные пальцы быстро пробежались по клавиатуре. Тарасов написал в общий чат друзьям, что вернётся через десять минут. Он снял наушники и крутанулся в компьютерном кресле, сев лицом к сестре.
− Родители задержатся ещё на месяц. Какие-то непредвиденные обстоятельства, − девушка неопределённо махнула рукой в воздухе, Влад усмехнулся.
− Нам не привыкать к их обстоятельствам.
− И то верно.
− В субботу тусовка. Я думала, что поеду с Ри, но ей нужно приехать раньше, чтобы подготовить там всё. Так что у меня есть свободное местечко, если ты собираешься напиться.
− С радостью, систр. Мне нужен перерыв от этой душной учёбы.
− Прошло всего ничего, Влад.
− Мне нужен перерыв от душной тебя, открой окно, − Вика показала ему язык, удобнее устраиваясь на чужой кровати.
Иногда, глядя на брата, она не могла осознать, что есть ещё один человек с таким же лицом, как и у неё. Тёмные, практически чёрные волосы, отличавшиеся только длиной, чёткий разлёт бровей, прямой нос, выразительные карие глаза, тяжёлый взгляд − всё было одновременно родным и чужим.
Ещё и это дурацкое близнецовое предчувствие. Вика столько раз спасала зад брата, только потому, что ей казалось, будто что-то может произойти. Она машинально прикоснулась к подвеске на своей шее. Родители подарили им парные украшения ещё в далёком детстве как знак единства.
Ви перевела взгляд на Влада. Из-за ворота свободной футболки она разглядела точно такую же серебряную нить, как и у неё. Девушка улыбнулась. Она смотрела на подвеску брата всегда, когда ей было немного одиноко.
Родители постоянно были в разъездах, строили бизнес, раскидывая свои филиалы в разных уголках мира. Дети всё это время оставались на попечении нянек и прочих чужих людей, пока не стали достаточно взрослыми, чтобы заботиться друг о друге самостоятельно. Финансовые проблемы были для них чужды, а вот с родительской заботой было напряжно.
Нет, родители их любили безмерно, постоянно связывались, интересовались их жизнями, помогали решать возникшие проблемы и в принципе вели себя как настоящие родители. Но всё это происходило через экран смартфона или ноутбука, живого человеческого тепла не получишь через эту железку. Возможно, именно поэтому их братско-сестринские узы так сильны. Настолько крепкие, что ни одна ссора, даже в порыве юношеского максимализма, не могла их уничтожить.
Ви села на краю кровати и уставилась на брата. Тот подъехал к ней на кресле, подцепив пальцами свою подвеску. Дурацкое близнецовое предчувствие.
− Когда ощущаю её в руке, всегда вспоминаю, что за моей спиной стоит непобедимый монстр в лице сестры, и сразу веселее как-то становится, − Вика смешно сморщила нос, но улыбнулась. Она потрепала брата по волосам, несколько раз пропуская тёмные пряди сквозь пальцы. − И ты тоже должна помнить об этом, систр. Мы должны держаться вместе.
− Конечно, мой любимый младший братик, я всю оставшуюся жизнь буду с тобой, − он отстранился от её руки.
− Ты переигрываешь.
− Моя вина, − Ви подняла руки в знак поражения, она слегка поёрзала на месте. − Кстати, когда у тебя успел так просесть матрас? − она провела рукой по неровной поверхности, пытаясь понять, как это произошло. Влад подозрительно молчал. Но когда Тарасова обернулась и посмотрела на брата, на его лице красовалась гордая ухмылка. Ну, нет. − Так, стоп, только не говорите мне… Влад! Мы же договаривались не водить никого домой!
− Сорян, систр, она была горячей штучкой.
− Фу, мой брат бесстыжее животное.