Не обижайте кошку!

Ирина Романова
Не обижайте кошку!

Пролог.

Какого это, когда тебе шестьдесят три года?

Желания есть, а возможности – нет. Замучил острый артрит: тяжелее трёх килограммов не могу поднять, руки тут же начинает скручивать боль. Мази, таблетки пачками – всё впустую.

Вот они, издержки профессии! На пенсию я-то ушла, но на эти деньги не прожить, потому и подрабатывала на полставки в спортивной секции при школе. Всю жизнь отпахала в ней, держалась до последнего, а потом меня «попросили» на пенсию. Хорошо, хоть оставили кружок по спортивному ориентированию. Молодая учительница не захотела возиться с детьми на внеурочке. А я и счастлива! Детишки меня любят, и я им всегда рада, а своих не нажила. Муж был добрым человеком, простым работягой, но дети у нас с ним так и не появились. Тихо поженились, тихо прожили. А десятилетие назад я его похоронила. Он был старше меня на пятнадцать лет, остановилось во сне сердце.

Так что теперь все детки мои, бегут навстречу, таращат глазёнки: «А что Марьиванна придумала нового?!»

Да-да, меня давно сократили, и моё банальное «Мария Ивановна» отныне звучит так. А я и не ругаюсь: не замечаю уже.

Глава 1 

Умереть два раза? Да не вопрос!

Сегодня выходной: воскресенье. Кружок у меня теперь по вторникам, так что я была свободна. Сходила на рынок, купила мясо, овощи и домашнее молоко – всего понемногу, а то не донесу.

Дома ждал только кот, которому уже двенадцать лет. Подобрала его у подъезда крошкой с пол-ладони. Муж, конечно, ругался, мол, шерсть и запах… Но через несколько месяцев Максимилиан (а сокращённо Макс) растопил его сердце и спал у мужа на плече, когда тот читал газету или смотрел телевизор в любимом кресле. Макс, уткнувшись носом в ухо, тихонько урчал, чем сначала нервировал мужа. Но потом тот и сам стал звать кота на плечо – попеть песни, как он говорил. Когда муж умер, Макс неделю ничего не ел, плакал, сидя на кресле, и спал в нём. Он отошёл от трагедии, но, когда я была дома, не оставлял меня ни на минуту. Везде со мной: по квартире, на дачу, в рюкзак – и вперёд, вместе веселее!

Семь лет назад я подарила дачу племяннице. Без супруга стало тяжело ухаживать, продать не смогла, а племянница хорошая, с большой семьёй. Только попросила не продавать, пока я жива, и разрешения иногда приезжать. Племянница была рада подарку на своё сорокалетие. Дача добротная, построенная на века, с печкой, садом, парником – жить можно. Детки уже взрослые, учатся в столичных вузах, так что время от времени мы с Максом составляли компанию их родителям.

Кот встречал меня на тумбочке в коридоре. Поставив сумки на пуфик, погладила его. В ответ мне было сказано что-то на кошачьем языке. Я чмокнула Макса в нос, разулась и прошла с сумками в кухню. Разложив все на столе, помыла руки и переоделась. Макс напомнил, что ему нужно отрезать мясо, пока оно свежее. Пошла выполнять просьбу и на ходу включила телевизор – пусть говорит фоном, пока готовлю. Я всегда нарезала мясо мелко: кот, бедолага, растерял часть зубов и уже не мог жевать крупные куски. Помыла чашку, налила молока и выложила мясо. Макс начал осторожно есть.

Ушла в зал, прилегла и взяла в руки местную прессу. Макс прыгнул на кушетку, аккуратно прошёл по краю, обогнул газету и залез передними лапками на грудь.

– Мур? – спросил он.

– Да ложись уже, раз пришёл. Я вообще-то читаю, – пробухтела я. – Только не залезай на меня! Ты тяжёлый!

Макс недовольно дёрнул хвостом в ответ на то, что не разрешили разложить на хозяйке тушку в шесть килограммов. Лёг, уткнувшись носом в шею, лизнул и затарахтел. Погладила, отложила газету и почесала за ухом. По телевизору шло какое-то ток-шоу с очередным разоблачением.

 В сердце вдруг что-то закололо… Нужно было рассосать таблетку, но кота не хотелось беспокоить. Решила, что лучше вздремну – может, само пройдет. Уже сквозь дремоту почувствовала, что Макс всё-таки затащил на меня тельце, а хвост положил ближе к коленям. Уснула быстро, даже сон странный приснился…

Я лежала в полной темноте – настолько мягкой, что под рукой ощущалась. На груди чувствовался маленький тёплый комок. Потрогала его, погладила и поняла: котёнок, совсем крошка. Приняв мою ласку, он заурчал. Внезапно меня словно кто-то дёрнул, и тело сразу куда-то поволокло…

Миг – и я открыла глаза. Крики, звон оружия, ослепительное солнце, а надо мной мужик: лицо в шрамах, испарина и безумный взгляд. Он совершал характерные движения, и одной рукой держал за горло, почти лишив меня воздуха. Я поняла, что меня насилуют. Резко пришло осознание, что я неизвестно где, но явно не дома. Все чувства будто напрочь отрезало: ни тела, ни боли я толком не ощущала. Рука, откинутая на траву, нащупала рукоятку чего-то. Сжав, я приподняла голову и, скосив взгляд, увидела тонкий стилет. Не раздумывая, всадила точно в висок ублюдку. Он выпучил глаза, ослабил хватку, захрипел и повалился на меня.

Как только воздух наполнил лёгкие, я скинула с себя тело. Меня качало и трясло. Попыталась встать и вынула из тела стилет. Рука не желала с ним расставаться. Я доползла до ближайшего дерева и, придерживаясь, начала вставать. Давалось мне это с трудом. Облокотилась на него, и вернулось ощущение тела. Болела правая сторона лица, глаз явно заплывал, губы опухли и кровоточили. Осмотрев себя, я обнаружила полное отсутствие одежды и нежную кожу, длинные ноги и тонкие пальцы.

Поднесла руку к лицу: бархатная, тонкая кожа, ладошка хоть и испачкана, но точно не моя! Глянув на плоский животик и красивую юную грудь, с удивлением осознала, что это не моё… всё не моё!

Вдруг послышался топот множества ног. Я прижалась к дереву и от накатившей слабости вцепилась в него ещё сильнее. Из-за кустов выскочили несколько человек: мужчины. Все они были вооружены мечами и одеты так же, как и лежавший у моих ног труп. Значит, это не спасители… Остановившись рядом, они смотрели то на меня, то на мертвеца. Подошёл ещё один, раздвинул их и выступил вперёд.

Внезапный порыв ветра дунул мне в спину так, что я покачнулась, прошёлся по траве и взметнул длинные волосы вышедшего человека. А после пропал, как будто и не было.

Незнакомец резко принюхался, втянул воздух и зарычал так яростно, что я вздрогнула. Его зрачки сузились, как у животного, и стали вертикальными. Сжав стилет в руке, решила, что без боя не сдамся. Люди вокруг шарахнулись подальше от мужчины с явным уважением во взгляде и больше не обращали на меня внимания.

Не отрывая глаз, незнакомец сделал ко мне шаг. А я вдруг почувствовала, как что-то потекло по внутренней стороне бедра. Проведя ладонью, поднесла к глазам – кровь… Подонок лишил девчонку невинности! Тем более не дамся живой!

Вдруг моё сознание разделилось: я перестала ощущать тело и только наблюдала за происходящим. Кто-то ещё был в нём. Видимо, душа девочки не успела уйти. Увидела, что рука, испачканная кровью, тянется сначала к лицу, а затем к небу. Я смотрела на кровь и светило одновременно, и в голове звучали слова молитвы, просьбы к богам о быстрой смерти и хорошем посмертии.

Рука с зажатым стилетом поднялась на уровень груди. Не факт, что я смогла бы легко убить себя, но я понимала, что это единственный выход, и уже ждала смерти. Раздался рык – я посмотрела на незнакомца, который умоляюще уставился на меня. Он сделал ещё шаг, протягивая руки, но кисть девушки намеревалась завершить начатое. Ко мне резко возвратилось ощущение тела, и я почувствовала, как стилет проткнул кожу и вошёл внутрь.

Вокруг всё замерло. Я наблюдала за тем, как душа девочки отделяется от меня. Она посмотрела на солнце и растворилась в его лучах. Мгновение – и всё пришло в движение. Меня подхватили на руки, и склонившийся незнакомец зашептал: «Нет, нет, прошу!»

Но стилет было уже не остановить, только рука в последнюю секунду дрогнула… Я потеряла сознание, кажется, снова умирая.

Хотя, может, мне это снится?..

Глава 2. 

Дары.

Я лежала, окружённая мягкой, будто бы пушистой тьмой. Мне было очень удобно и, что самое главное, не больно.

Понемногу начало светать, и возле меня залетали небольшие цветные комочки. Попытавшись встать, я обнаружила, что на моей груди калачиком свернулся котёнок. Погладила его, на что малыш заурчал, но встать всё равно не смогла. Они были чем-то подсвечены и подлетали ко мне так близко, что хотелось их поймать. Протянула руку к сгусткам и поняла, что мне нравятся все. Как только я взяла первый, чёрный, он слегка обжёг мои ладони своим теплом и тут же пропал. Я удивилась, но потянулась за другими. Мне показалось это игрой. Рядом мелькнул жёлтый комочек. Я схватила его обеими руками, сжав, а он ударил меня небольшим разрядом и впитался в ладони. Я опять удивилась, попыталась словить остальные сгустки, но они не поддавались. А так хотелось потрогать хотя бы ещё один!

Я потянулась к зелёному, но он не дался: отлетел от меня очень далеко. Увы, остальные тоже отдалились и пропали, из-за чего вновь стало темно. Малыш продолжал урчать, и я почувствовала себя так расслабленно, так хорошо.... Ещё немного погладила котёнка, прижала к себе, закрыла глаза и уснула в этом странном сновидении.

Мне казалось, что меня кто-то звал, и я почему-то откликнулась, хотя не понимала, куда, зачем и кто. Назрело множество вопросов, но пока я не находила ответов. Голос манил, звал так, что хотелось скорее прийти на помощь. Я не сомневалась, что меня зовут именно для этого. Что-то случилось там: кто-то родной и близкий страдал и плакал.

Резко распахнула веки и чуть ли не ослепла от обилия света. Зажмурившись, я пыталась пошевелиться. Тело слушалось плохо, и создавалось ощущение, что я очень долго лежала без движения. Попробовала снова открыть глаза, но было всё равно слишком светло. Я застонала от головокружения и подкатившей тошноты. Рядом прозвучал незнакомый голос, и я вновь попыталась поднять веки. Осторожно глянув сквозь ресницы, поняла, что количество света уменьшилось. Да что же со мной такое?!

 

Стала осматриваться, не поворачивая головы, потому что шевелиться не могла – болела каждая клеточка. Осмотр многого не дал: ему препятствовал балдахин наверху. Кто-то рядом непрерывно что-то рассказывал, просил и даже требовал. С трудом повернув голову, я постаралась разглядеть говорившего и узнала в нём темноволосого мужчину из своего сна. Всё-таки произошедшее ранее я решила назвать сном, ведь это не могло быть правдой. Небритый, осунувшийся незнакомец не прерывал монолог. Наконец я стала различать отдельные слова. Он снова и снова твердил одно и то же:

– Пожалуйста, не уходи! Не бросай меня, прошу!

Ещё больше раскрыв глаза, уставилась на него.

«Этого не может быть, ведь всё это казалось сном! Но я не дома! Почему?  И где я?» – со скоростью света пронеслось в моей голове.

Я снова попыталась пошевелиться в надежде встать, но так ничего и не удалось. Мужчина подскочил ко мне и, подкладывая под спину подушки, помог подняться. Усадив меня поудобнее, заглянул в глаза и спросил:

– Хочешь кушать?

Я подумала, что голода как такового нет, но, наверное, стоит поесть. Возможно, я смогу соображать быстрее, и что-то начнёт проясняться.  Говорить я почему-то не могла – кивнула. Но это было неважно, потому что голова у меня снова закружилась. Мужчина вышел из комнаты и вскоре вернулся с подносом и тарелкой бульона. Я попыталась взять ложку сама, но руки не слушались. Он решил сделать это за меня: сам стал кормить бульоном, который я жадно глотала. Мне полегчало. Покончив с едой, я поняла, что не насытилась, и вопросительно посмотрела в тарелку.

– Прости, малышка, тебе нельзя много, – ответили мне отказом. – Ты очень долго была без сознания. Чуть позже я накормлю тебя ещё. Поговори со мной, пожалуйста, – взмолился он.

Нахмурившись, попробовала произнести хоть одно слово, но ничего не вышло. Мои губы шевелились, но это было бесполезно: они не издавали ни единого звука. Глядя на меня, мужчина сказал:

– Не напрягайся, поговорим потом.

Тут я представила, что бы могла ему ответить. И единственным, что пришло на ум, было то, что я почему-то жутко его ненавижу! Хотя почему «почему-то»?! Потому что он был с насильником и потому что я умерла!

Мужчина вздрогнул, широко распахнув глаза, и произнёс:

– Ты можешь передавать образы – ты эмпат! Прости меня, я не хотел того, что с тобой произошло! Этого не должно было случиться! Не только с тобой – ни с кем! Я во всём виноват! Тот человек переступил черту, и я нисколько не жалею о его смерти! И поверь, никто тебя в ней не обвиняет! Я готов много раз просить у тебя прощения! Отдыхай пока, я позже всё объясню…

Укрыв меня и забрав одну из подушек, уложил. Вскоре я задремала, но сквозь сонную пелену вспомнила о котёнке, которого не было рядом. Представив его снова, положила руку на грудь и почувствовала в ней вибрацию, будто котенок был там, внутри. С этой мыслью и уснула.

Глава 3.

Голос.

Голос во сне снова звал туда, где меня кто-то ждал. Я не видела, куда идти, да и идти я не могла: опять лежала в бархатной тьме и слушала зов, который с каждой секундой звучал всё чётче. Не выдержав, я спросила, почему я здесь, а не дома, на что звуки мгновенно прекратились. Но спустя время женский голос ответил:

– Ты умерла там, в том мире.

– А как же кот Максимушка? Он же старенький, как он без меня?!

– Мы не забыли про него. Котик с тобой – на груди у тебя лежит.

– Эта крошка – мой Максимилиан?

– Да. Его душа не захотела оставаться, он согласился быть твоим хранителем и умер вместе с тобой.

– Мы не можем вернуться? – осведомилась я.

– А зачем? Там ты умерла, а здесь тебя ждёт другая жизнь! Ты молода, всё у тебя ещё будет!

– Ну конечно, молода! Меня успели изнасиловать, я сама себя убила и теперь лежу непонятно, где, непонятно у кого! – обиделась я. Хотя, может, не стоило так яриться?

– Мы дали тебе возможность новой жизни – кое-кто за тебя попросил. Ты заслужила второй шанс своей любовью к детям, к мужу. Разве ты не хочешь начать всё заново? Да, мы знали, что ты попадёшь в мёртвое тело. Оживив его для тебя, мы отправили тебе несколько подарков. Они необходимы для выживания в этом мире.

– Какие подарки? – удивилась я.

– Магические сгустки, которые ты ловила. Ты разберёшься с ними обязательно. Это особенные дары: тьма и эмпатия. Ты должна справиться! Забудь всё, что было, начни жизнь с чистого листа, не отвергай дары, не отвергай человека, который находится рядом! Ты для него выстраданная: он ждал тебя три сотни лет.

– Почему меня? – удивилась снова.

– Потому, что ты была ему обещана. Вернее, твоя душа. И так совпало, что он тебя нашёл… Но всё, что ни делается, – к лучшему! Забудь прошлые обиды!

Голос отдалился и растаял во тьме. Погладила котёнка – Максимушка был со мной рядом. Хотя мне почему-то казалось, что это девочка… Как бы её назвать? Кошечка в ответ замурчала. Назову её просто – Крошка. С этой мыслью и провалилась в забытье. Возвращаться в реальность совсем не хотелось.

Но у кого-то были свои планы на этот счёт. Проснулась я от того, что меня осторожно трясли плечо. Около кровати увидела девочку лет десяти – она-то меня и разбудила.

– Госпожа, госпожа, проснитесь, пожалуйста! Вам пора завтракать!

Я согласно кивнула, и девочка убежала. Тут же вошли двое мужчин. Первый уже был знаком, второй – худой, высокий, с длинными белыми волосами в возрасте. Но не это примечательно, а то, что у него были не человеческие, а эльфийские уши. Мне жутко захотелось их пощупать и узнать, настоящие ли они. Сказать я, конечно, ничего не могла, да и разве прилично приставать к незнакомым эльфам? Ну эльф, ну уши – и что?!

Мужчина, ранее кормивший меня с ложки, произнёс:

– Это лекарь. Он осмотрит тебя.

– Эльриэль, – представился эльф.

Вежливо поклонившись мне, подошёл к кровати, простёр ладони над моим телом, которое не подавало признаков жизни. Я попробовала пошевелить конечностями – они немного поддались, но не так, как мне бы хотелось. Лекарь поводил ладонями вдоль моего тела, остановился над горлом, после провёл над головой и, убрав кисти, подытожил:

– Общая слабость организма – в целом, ничего страшного. Я влил немного энергии. Но вот с горлом что-то не то, не пойму… Ты не могла бы открыть рот?

Послушно выполнила просьбу. Он проверил моё горло, провёл ещё раз ладонями и нахмурился. Когда эльф приблизился, я рассмотрела его странные жёлтые глаза. Он был явно не молод, хотя кто знает, сколько они здесь живут?

– У неё повреждены голосовые связки. Возможно, давно. Она не может говорить, – резюмировал он.

Черноволосый мужчина замер, дёрнулся сначала ко мне, после повернулся к лекарю и спросил:

– Это излечимо?

– Я не знаю, давно не сталкивался с таким, – замялся эльф. – Обычно все проблемы решаются сразу, но здесь ситуация запущена. Посоветуюсь со своими коллегами, может, даже напишу письмо магистру, но обещать ничего не могу. Чем дольше длится болезнь, тем сложнее она поддаётся лечению… До встречи! – попрощался он и покинул комнату.

Мужчина устало присел на стул рядом и сказал:

– Сейчас принесут завтрак. Если тебе что-то нужно, можешь обращаться ко мне мысленно.

Нахмурила лоб и попыталась сформулировать мысль о том, что жутко хочу помыться и.… в туалет. И у меня получилось! Мужчина встал и дёрнул за звонок, находящийся возле двери, и на него примчалась всё та же маленькая девочка.

– Приготовить ванну! – приказал он, после чего девчонка убежала.

Завернув меня в одеяло и подхватив на руки, вышел из комнаты вместе со мной. Быстро доставил до нужной двери, открыл её, аккуратно занёс и посадил на стульчик.

– Сейчас придут служанки и вымоют тебя, – заверил он и скрылся.

Довольно скоро пришли две немолодые женщины. Обе смотрели на меня с жалостью. Аккуратно раздев, стали мыть меня молча. Да и мне сказать было нечего… Как же противно осознавать собственную беспомощность!

 Со мной быстро справились в четыре руки и, вытащив из ванны, посадили на скамейку, вытерли, надели чистую сорочку, расчесали прядки. Мне достались очень длинные светлые волосы. Накинув на меня халат, женщины надели мне на ноги мягкие тапочки, похожие на тёплые носки с подошвой. Когда со всеми приготовлениями было покончено, служанки вышли.

Мужчина снова вернулся, поднял меня и понёс в уже известном направлении. Сформулировала вопрос «Как тебя зовут?» и отослала ему.

– Вернорис, – глянув на меня, сказал он. – А как зовут тебя?

Нахмурилась, вспоминая. А я ведь не знаю, как звали эту девочку! Может, назваться своим прежним именем? Но разве я могу его сообщить? Раз у меня новая жизнь, пускай будет и новое имя! Я пожала плечами.

– Ты не знаешь, как тебя зовут?

Я ответила мысленно, что, скорее, не помню

– Совсем не помнишь? – удивился он. – А что же ты помнишь?

Я вновь передёрнула плечами. Послала образ насильника, его убийство и свою смерть и замотала головой в разные стороны, мол, больше ничего. Зачем ему знать о моей прежней жизни?

– Может быть, потом вспомнишь? – выразил Вернорис надежду. – Мы поможем тебе в этом. Эльриэль – хороший лекарь.

Я кивнула, соглашаясь.

Глава 4. 

Объяснения.

Меня снова занесли в спальню, где те же служанки быстро меняли постель. Заботливо усадив свою ношу на подушки, Вернорис присел около кровати и взял тарелку с бульоном. Он снова взялся кормить меня и делал это крайне аккуратно и бережно. Ещё на подносе лежала небольшая булочка и стояла кружка с чем-то ароматно пахнущим. Это был настой из трав. Вернорис дал мне в руки сдобу, и я трясущимися от слабости руками схватилась за неё, как утопающий за спасательный круг. Понемногу откусывала, а он подавал мне кружку с питьём. Тело постепенно начинало слушаться. Поев, откинулась на подушки. Устала так, словно я целый день работала! Но спать пока не хотелось.

Вернорис заговорил:

– Я бы хотел тебе всё объяснить, конечно, если, ты готова меня выслушать. Ты ещё очень слаба.

Я кивнула головой и приготовилась к его рассказу.

– Начну издалека. В нашем мире нет женщин.

«Совсем?» – вопросительно подняла брови. Как минимум, видела трёх, включая малышку.

– Малышку мы случайно нашли в другом мире, а женщины – это жёны моих служащих, – поспешил разъяснить Вернорис. – Мы ходим на перекрёсток миров раз в пять лет. Существует договорённость с другим миром, где наоборот переизбыток женщин. В определённое время происходит что-то вроде показа кандидаток, на который может прийти любая свободная женщина. Мы не можем просто жениться на первой попавшейся, нам обязательно нужна истинная пара, иначе не будет детей. Все холостые мужчины могут прийти в это место и попробовать найти её. В тот день на девушек напали работорговцы. Их было много, но и мы не уступали в количестве. Бой проходил жестоко, многих мы убили, но большая часть успела скрыться без добычи. Мы успели отбить всех женщин, кроме тебя. Услышать твои крики не смогли по причине твоей немоты, но одна из девушек видела, как тебя утащили в кусты. Часть, которая пришла вместе со мной для выбора женщин, побежали в ту сторону, что указала девушка. Но мы опоздали. Когда ветер подул с той стороны, я почувствовал запах твоей крови и понял, что ты моя пара. Мне так жаль, что я опоздал, и так жаль, что ты пострадала… Не знаю, каким образом тебе удалось выжить. Я ходил в храм, молился за тебя… Тоска бы забрала меня к богам.  Я хотел бы прожить долгую жизнь с любимой женщиной… Мне так жаль, что ты не можешь сказать хотя бы слова презрения или ненависти – да всё, что угодно!

О чём он говорит? Мотнула головой в отрицании.

Он не останавливался:

– Сейчас ты в нашем мире, в моём доме, и я сделаю всё, чтобы ты смогла поверить мне!

Скептически пожала плечами, мол, я никому ничего не должна и тем более какой-то там гипотетической паре.

Кивнув, он продолжил:

– Я всё понимаю, готов ждать столько, сколько тебе нужно, а пока отдыхай. У нас впереди ещё много времени для общения.

Я откинулась на подушки. Меня сморил сон, но в этот раз мне ничего не привиделось. Я проспала весь вечер и целую ночь. Утром проснулась в одиночестве. Прибавилось сил, но встать пока не получалось. И как дать знать, что я проснулась?

Попыталась встать, но смогла только со стоном рухнула в кровать. Вдруг ко мне метнулась тень – Вернорис был тут. Я мысленно послала ему образ женщины, и он дёрнул за шнур возле двери. Подошёл и, протянув руку, коснулся моих волос, на что я отпрянула. Он вызывал у меня панический ужас. В комнату вошла одна из вчерашних женщин, крепко сбитая. Вернорис отодвинулся от кровати, уступив место служанке. Я передала ей образ ванны. Наклонившись ко мне, она откинула одеяло и осуждающе глянула на хозяина. Вернорис вышел, хлопнув дверью.

 

– Меня зовут Оли. Раз ты эмпат, можешь звать меня напрямую. Не бойся, деточка, ты в безопасности, здесь тебя никто не обидит. Сейчас я отнесу тебя в ванную. – Легко завернув в халат и натянув тапочки, Оли подхватила меня, словно пушинку, и понесла в уборную.

 Там она помогла со всеми процедурами, поменяла мне сорочку и бельё. Снова взяв на руки, вернула в комнату, уложила в кровать и окружила подушками.

– Я принесу еду. – Оли погладила меня по голове, как ребёнка.

Сердце защемило. Всю жизнь я была для всех взрослая, а сейчас я маленькая для Оли… Покормив меня с ложечки вкусной кашей, Оли выдала булочку и тёплый травяной настой и присела рядом.

– Чем хочешь заняться? Я буду приглядывать за тобой, пока совсем не поправишься.

Я изобразила пальцами ходьбу. Подняв с постели и придерживая за локоть, Оли поставила меня на пол, и я попробовала сделать шаг. С поддержкой я медленно прошла всю комнату. Ноги тряслись от слабости, поэтому обратно меня несла Оли. Уложив и велев отдыхать и, если что, звать, она ушла. Но спать не хотелось.

Устроившись поудобнее, я мысленно погладила малышку-кошечку. Кажется, она подросла. Решила проведать свои дары. Мысленно потянулась к солнечному сплетению – тёмный шарик с жёлтым ободком, красиво. Он ответил: дал мне клок черноты, после чего я в панике открыла глаза. На ладони лежал, шевелясь, будто кусочек ваты. Взяв его другой рукой, скатала и начала лепить, как из пластилина. Получилась тонкая проволока. Посмотрев, согнула, и вышла шпилька. Причём, вышла заточенной – я даже уколола себя, проверяя остроту. Кровь тут же впиталась тьмой, а шпилька больше стала похожа на оружие, чем на женскую безделушку. Она вдруг обрела форму и жесткость. Вот это да! Но куда её? Здесь я на виду, так что ничего не спрятать. Дрожащими руками скрутила косу на затылке и заколола «безделушкой». Фух, если что – оружие есть. Потом попробую ещё, а сейчас на меня вновь напал сон…

Оли разбудила меня и помогла дойти до ванной: нести себя я не разрешила. Пока медленно шли, я успела разглядеть свою комнату и расспросить, что находится за её пределами. Оказалось, я в гостевых апартаментах, включающих спальню, ванную, кабинет и гостиную. Уже самостоятельно справившись в уборной, вышла, но по пути к кровати меня всё-таки придерживали. Обедать захотела в гостиной и мысленно сообщила об этом Оли. Она согласно кивнула и, заведя в спальню, помогла переодеться в платье и надела мне на ноги лёгкие балетки. Провела до кресла и ушла за обедом.

Пока её не было, решила, что мне стоит начать завтра с зарядки. Тело требовало восстановления. Не дело это: случись что опять, а я беспомощна, как младенец!

Глава 5. 

Учение – тьма.

Утром я проснулась, и сама добралась до ванной. Умылась, расчесав волосы, заколола их шпилькой и сделала разминк. Чувствуя, как мышцы начали оживать, задалась целью повторить комплекс вечером.

Отправила Оли мысль о том, что хочу позавтракать. Она радостно хлопотала вокруг, отчего у меня появлялся аппетит и румянец во всю щеку. Спросив, не нужно ли чего-то ещё, она убежала по делам. Вернориса я не видела со вчерашнего утра.

Решив позаниматься магией, призвала очередной комок и стала формировать из него стилет. Пока «лепила», погрузилась в размышления настолько, что очнулась, когда уже было готово оружие. Помня про кровь, ткнула остриём в палец – стилет оказался полностью настоящим. Вот только куда его спрятать? Придумала! Создам себе на ногу чехол или портупею с ножнами. Одеваюсь я сама, так что никто не заметит моего «арсенала». Позвав ещё немного магии, сделала кожаную повязку на бедро с чехольчиком для оружия.

Вскоре наступило время следующей трапезы. Пообедала, хотела выйти погулять, но так как здесь была уже осень и шёл дождь, пришлось остаться в комнате. Попросила книги про мир, и Оли выдала несколько. Я просидела за чтением до вечера и оторвалась, когда принесли ужин на двоих, к которому и явился Вернорис. Присел со мной за стол, заинтересовался тем, что я читала, сам начал рассказывать о мире и его населении, о том, чем тут живут, о себе, своих занятиях и жителях замка. Множество слуг, вокруг богатые земли: лес полон живности, а река – рыбы. Зарабатывает он древесиной, промыслом на пушного зверя и животноводством, имеет несколько шахт по добыче редких минералов и считается одним из богатейших в этом мире. Попрощавшись и пожелав доброй ночи, Вернорис бросил напоследок тоскливый взгляд и удалился.

Оставшись в одиночестве, я размялась. Тело пришло в порядок быстро, даже слишком. Мне кажется, девочка не была неженкой: мышцы легко перенесли зарядку. Нужно разобраться с тем, что я умею. В своём мире я вела и курсы самообороны, а муж, любивший спорт и в юности занимавшийся тхэквондо, научил меня некоторым приёмам. Решила с завтрашнего утра не просто разминаться, но и упражняться в тхэквондо. Стилет я уже держала достаточно уверенно. Сделав несколько выпадов, убедилась в этом. Уснула с мыслями о следующем дне.

Встав с утра пораньше, я сделала разминку и выполнила комплекс боя. Отметила, что мышцы ноют, но не сильно. Выходит, я права: девочка была натренированной. После завтрака занялась магией, думая, чтобы ещё сделать. Обратила внимание на подросшую Крошку, которая уже не спала и требовала отпустить её погулять. Я поинтересовалась, как это сделать, и она ответила мне: «Просто отпусти». Я пыталась, но так и не смогла. Махнув рукой, дочитала книги и после обеда попросила Оли проводить меня в библиотеку, чтобы самой выбрать новые.

 От жадности набрала разных фолиантов про магию, даже один про оборотней попался. Раскрыв его, я прочитала всё от корки до корки, не отрываясь до обеда, и сделала вывод, что я, по всей видимости, оборотень. Описание единения со второй ипостасью и взросления оборотней, а также первое обращение напомнили мне поведение моей кошечки. Погладив малышку, пообещала вечером ещё попытаться её выпустить. Она согласно замурчала. Надо же, я – оборотень!..

Захватив выбранные книги, вернулась в комнату, пообедала, а после погрузилась в чтение. На ужине вернувшийся Вернорис рассказывал мне об истории мира, о богах. Так и прошёл вечер, в конце которого мужчина удалился, поцеловав мне руку. Я не стала отнимать у него ладошку. Конечно, до принятия его, как моей пары, дело не дошло, но и неприязни я уже не испытывала.

Сделав упражнения, легла спать.

Глава 6.

Побег.

Так прошла неделя. Я полностью восстановилась, но, к сожалению, пока ещё не обернулась. Вернорис теперь ужинал со мной всегда, и мы проводили вечера под его рассказы – я-то всё равно ничего не могла сказать. Просто слушала и запоминала. Когда прекращался дождь и подсыхала земля, ходили на прогулки по парку. Мне сшили плащ, тёплый брючный костюм и утёпленные ботиночки.

Но этим вечером все пошло наперекос! Оли была на взводе и явно нервничала. Вернорис явился к ужину нервным и бледным. Присев за стол, я замерла, ожидая, когда и он это сделает. Но мужчина молча подошёл ко мне, встал на колени и прижал мои руки к своему лицу. Я вздрогнула и выдернула ладони. Вернорис посмотрел на меня.

– Мария. – Я всё-таки выбрала себе прежнее имя. Написав его буквами на листе, дала прочитать Вернорису и Оли. – Я так больше не могу! Прошу принять от меня помолвочный браслет, чтобы я был спокоен, что у тебя есть статус. Без опекуна и статуса женщины в моём мире бесправны. Прошу! – В его глазах застыла мольба. – Для тебя ничего не изменится, все твои желания будут исполнены в разумных пределах.

Мужчина вытянул из кармана два больших серебряных браслета. Я отрицательно помотала головой, мол, не могу я так. Ничего к нему не испытываю! Да, страх прошёл, уступив место зарождающейся дружбе, но не более. Он вскочил, положил на стол браслеты и вынесся из апартаментов. Повертев в руках, завернула их в салфетку. Всё-таки ценная вещь. Потом отдам Оли, а пока убрала их на полку с безделушками. Вечер закончился не на самой приятной ноте. Сделав привычную разминку, я улеглась спать.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 
Рейтинг@Mail.ru