Стихи и эссе

Ингер Кристенсен
Стихи и эссе

Они ловят друг друга в предварительной игре, сводя жизни друг друга к сдержанным деталям жизни, которая только получает случайное выражение. Они функционируют отлично, но без напряжения, без мощи, не привнося свои особенные части, свои правила в игру, которая заключается в том, чтобы любить друг друга. Они вживаются в свои роли, чтобы исключить пустоту, и свободно относятся друг к другу, в частности будучи незнакомы друг с другом.

В то же время пока они всё ещё имеют достаточно избытка, чтобы раздавать смерть настолько медленно, что это выглядит как жизнь, – они пытаются любить ненависть друг друга. Они находят своё место в мире и медлят в другом мире, находят точное место, нпрм., где они медлят, чтобы найти друг друга.

Они погружаются в поверхность друг друга, прорастают немо в звуки друг друга, функционируют друг в друге, как смерть, в беспокойном мире анестезии. Они смешиваются друг с другом, ныряют друг в друга, тонут друг в друге, переливаются друг в друга, но они не горят: они слишком смертны для этого.

Они пришли, чтобы остаться друг в друге, до тех пор, пока Это длится, и достичь своего окончательного размещения друг в друге, хорошо бы на всю оставшуюся жизнь. Они замораживаются друг в друге, располагаются друг с другом, держат ситуации друг друга под контролем, а видимости друг друга в порядке.

Они разместили слой за слоем непроходимо определённое значение внутри друг друга, чтобы наконец получить непоколебимое значение друг друга. Они носят маски друг друга, чтобы играть в свою игру до конца, свою двойную игру, и чтобы наконец убить себя, просто поубивав друг друга.

И они могут снять маски друг друга и повторить: жизнь есть смерть. Пусть жизнь идёт себе своим чередом. Обустроить свою смерть, чтобы повторить жизнь. После того как они преследовали друг друга и нашли друг друга, отвечали друг за друга, нпрм. за убийство друг друга, они размножаются.

После того как они сохранили жизнь друг друга в форме размножения, они начинают держать смерть друг друга бесформенной и экспериментировать.

Они экспериментируют со свободой друг друга и начинают говорить о свободе друг друга, пока они экспериментально не начнут делать вид, что она существует.

Они экспериментируют с конфликтами друг друга, с общими конфликтами и формулировками и формулируют все конфликты друг друга в стабильных общих моделях.

Они экспериментируют с формулировками друг друга, к примеру с формулировками друг друга о продолжительности жизни и возможных будущих перспектив.

Они экспериментируют с границей между друг другом, границей между движением и изолированным покоем, а это – жизнь, в которую они инвестируют, и смерть, которую они получают.

Они экспериментируют с функциями друг друга, системой органов, тканей и скелетов друг друга и обостряют человеческий опыт друг друга.

Они экспериментируют с попытками пережить друг друга и дистанцируются от смертельной опасности друг друга, начинающейся бесформенности.

Они экспериментируют с не-жизнью друг друга, как если бы она была смертью, и существуют, нпрм., люди, как если бы они не были людьми.

Они существуют как мир внутри мира друг друга, и в частности служат для хранения друг друга, одной химеры внутри другой.

Они существуют как лабиринты внутри лабиринтов друг друга, чьим непредсказуемым поворотам они следуют, как они следовали конкретным системам.

Они существуют как видимости друг друга, как образы, накапливающиеся в иллюзиях друг друга, но делают вид, как будто это язык логических форм.

Они делают вид, что их стабильное производство потребления друг друга находится в соответствии с их собственной глубокой жаждой потребления друг друга.

Они делают вид, что можно забыть случайную смерть друг друга в мире, где присутствие, движение, иллюзия создают свой собственный мир.

Они делают вид, что их случайная жизнь не является функцией смерти, не чем-то сорванным и отброшенным, уже бесформенным, но является другим миром.

Они делают вид, что жизнь не является постоянно всё более глубоким забвением химическим сном умиротворением всё более медленным ошеломляющим падением и исчезновением. Ничем.

Они делают вид, что они ждут, чтобы жить, чтобы сделать возможным для кого-то жить, и, как во сне, всё пытаются сделать вид, будто они живут.

Кто-то заходит в дом и смотрит из своего окна на улицу.

Кто-то выходит из дома и смотрит с улицы на своё окно.

Кто-то ходит по улице и видит других по пути.

Кто-то заходит по пути и смотрит на дом как на свой собственный.

Кто-то всегда в пути и не обращает внимание на дома.

Кто-то не обращает внимание на других, идущих по улице.

Кто-то обращает внимание на себя, когда выходит на прогулку.

Кто-то идёт по улице, чтобы обратить внимание на себя.

Кто-то обращает внимание на себя и заходит в дома других.

Кто-то выходит из домов других, но не смотрит на них.

Кто-то приходит к себе домой, но не включает свет.

Кто-то не хочет, чтобы на него смотрели, но и сам по себе сидит в темноте.

Кто-то ходит в темноте – ищет свет в доме.

Кто-то зажигает свет в своём доме, но не ждёт, что кто-то придёт.

Кто-то всегда ждёт кого-то, но забыл включить свет.

Кто-то ждёт кого-то, кто придёт, чтобы впустить его в дом.

Кто-то кому-то показывает, что дом исчез между другими домами.

Кто-то показывает кому-то, что это не тот дом.

Кто-то выключил свет в том доме, что нужно, а затем ушёл.

Кто-то пошёл на прогулку, чтобы не сбить кого-то с пути.

Кто-то ушёл, потому что он видел дом не в том свете.

Кто-то сбился с пути, потому что он увидел свет в каком-то доме.

Кто-то пошёл правильной дорогой, когда кто-то указал ему, что он не прав.

Кто-то сбил кого-то с пути и входит в дом, чтобы включить свет.

Кто-то включает свет в нужном доме, но сам не видит этого.

Кто-то слеп и не имеет никакой потребности найти нужный дом.

Кто-то может использовать дом, но недостаточно слеп.

Кто-то достаточно нуждается в ком-то другом, чтобы быть слепым.

Кто-то показывает кому-то дорогу сам, хотя никогда не видел её раньше.

Кто-то исчез, потому что ему показали правильный путь.

Кто-то исчез для кого-то, с кем вместе он раньше шёл.

Кто-то ушёл с кем-то, кто ему раньше не был нужен.

Кто-то слеп к тому, кто обычно шёл с ним вместе.

Кто-то преследуется кем-то, кто в противном случае исчез бы.

Кто-то преследуются так сильно, чтобы исчезнуть в доме.

Кто-то исчез в доме и вряд ли подойдёт к окну.

Кто-то исчез в другом доме, который бы в противном случае был заброшен.

Кто-то исчез на улице и не показывался никому.

Кто-то ушёл и появляется только с наступлением темноты.

Кто-то покидает свой дом, в который он больше никогда не вернётся.

Кто-то врывается в дом и живёт там, пока возможно.

Кто-то живёт в доме, который в противном случае был бы заброшен днём и ночью.

Кто-то живёт в доме, чьи окна не выходят на улицу.

Кто-то живёт в доме без окон и перестал видеть.

Кто-то живёт в доме без света и никогда не смотрит на себя.

Кто-то больше не ждёт никого и никогда не выходит.

Кто-то перестал смотреть на свет и наконец ослеп.

Кто-то перестал показывать, как он одинок в темноте.

Кто-то исчез в своём доме и больше никогда не видел себя.

Кто-то сидит один в своём доме и никогда не нуждается в других.

Кто-то исчез между другими, и с тех пор его не видели.

Кто-то пребывает наедине с самим собой и никогда не знал других.

Кто-то пребывает наедине с другими и никогда не знал себя.

Кто-то одинок, потому что он не был в состоянии мыслить себя иначе.

Кто-то одинок, потому что был в состоянии мыслить себя иначе.

Кто-то одинок, потому что исчез в своих мыслях.

Кто-то всегда одинок и считает себя умирающим.

Кто-то умер и лежит в доме с окнами на улицу.

Кто-то умер и лежит в доме, где горят все огни.

Кто-то умер в доме, который иначе был бы полностью заброшен.

Кто-то умер там, где никогда не ожидали найти кого-то.

Кто-то умер и внезапно появляется среди всех остальных.

Кто-то умер, и виден тем, кто всё равно проходит мимо.

Кто-то умер, и его вынесли из дома с наступлением тьмы.

Кто-то умер, и его рассматривают те, кто наконец ослеп.

Кто-то стоит не двигаясь и наконец оказавшись наедине с другим умершим.

Logos

Сцена симметрии
1
 
Пустота – никто никогда не был в этом месте
    умер – вот и не был в этом месте
не был ни в определённом,
    ни в случайном месте
         да и место это не случайно своим
              недостающим отсутствием места
         но и не определено своим явным отсутствием места
         не определить – случайно или нет.
Как чистое бытие – где пребывает Ничто.
 
 
Снаружи: вся грязь
         спешка смерть разрушение слова́
         сок зарождение хаос: внутри
 
2
 
Мрак: недостающее солнце здесь и там,
звёзды, такие же, как всегда, если бы только их можно было увидеть
могли бы обнаружить смертельное скопище,
почти окружающую среду, вдалеке.
 
 
Или свет: сигнализация вспыхивает, звонит,
но никто не вскрикивает, не вмешивается:
взрыв набирает скорость, и мрак
скрывает то, что могло бы произойти.
 
3
 
На заднем плане: камни, утёсы, горы,
вырезанные из фанеры, написанные маслом,
срисованные кем-то
по памяти с какого-то рисунка
зазубренных горных хребтов.
 
 
На переднем плане: никто не может вспомнить,
что именно, если и задний план
не такой, как описано выше, – опиши
круто восходящее движение ко всему этому:
неописанному.
 
 
Справа: немного мха, отдельные
растения: пластик и ватин.
Слева: живые существа, бешено вращающиеся,
когда замыкают ток.
 
 
Впрочем, есть планы устроить искусственный
дождь, который, конечно, пробудит
совершенно неописуемую тоску.
 
4
 
Когда и если кулисы загорятся,
когда и если играющий роль вцепится
         в страхе в эти декорации,
когда и если эта фигура неустанно будет
         издавать крики,
         нпрм. о помощи,
когда и если это произойдёт, станет понятно:
 
 
человек, работающий с освещением,
так очевидно знает, что́ он делает,
что, очевидно, он только и ждал,
когда будет пора.
 
5
 
Перед горами и до гор —
запланированный пожар, рушащиеся
и возводящиеся дома, но только дома,
не настоящие дома, настоящие только
фасады ненастоящих домов,
в которые любой запросто может забежать,
когда начнётся искусственный дождь.
 
6
 
Это всё то выставят, то уберут:
 
 
океаны заполняются сушей,
реки заполняются дорогами,
озёра заполняются островами,
избыточные месторождения льда,
скрытые источники и подземные воды,
вода в канализации, оазисы,
капли дождя, роса, – всё собирается,
заполняет кратеры вулканов, испаряется;
 
 
пропасти заполняются горами,
подземка домами,
дома другими домами,
города городами, всё заполняется всем,
до тех пор, пока всё это не заполнится,
до тех пор, пока это целое не станет неделимым целым
без возможности разделить его
и без каких-либо коррелятов в языке.
 
 
Это целое, после и по причине этого, можно убрать
и переставить куда-то ещё.
 
7
 
После того, как сцена, после того, как
её тщательно полили и протравили
кислотой, и сцена исчезла, возникло
зловоние, тошнота, полое пространство,
а у слов – стремление к кулисам:
 
 
слово «зеркало» захотело зеркала,
«отрыжка» восхотела отрыжки,
даже «кислота» возжелала кислоты,
«кулиса» – кулисы,
слова
создали свои собственные условия бытия,
создав мир из слова «мир».
 
8
 
Время: осадок из слов
                как бородавки улиток.
Место: солидарные вещи
                как случайные камни.
Движение: слизистый след
                от улитки на камне.
Иллюзия: теории единства
                всех метафор.
 
Сцена транзитивности
1
 
Слово взлетает на пробу Стаи следуют
за ним наугад Грузные биологические фор —
мы Как если бы речь шла о защищённости Есть
внешняя граница пустыня / не пустыня:
 
 
слово которое взлетает стаи которые следует за ним
ни больше ни меньше птицы которые
заполняют бесконечно исчезающее пространство
с недостающим объяснением
 
 
И речь здесь о крайне смутном объясне —
нии Поддержите наконец это объяснение
Запустите машину ветра и пусть ангелы машучи
крыльями летают по собственной воле как спутники Земли
 
 
Пусть флотилии до идиотизма бездарных тварей
умчатся по ветру пусть насекомые с парусами огром —
ными и драными как сияющие иллюзии стоят как
видение: сопротивление сущего чистоте
 
2
 
Это странно устроенные тени из слов языка
что изнутри тьмы видят свет как тьму
что связывают источники языка с убийством языка
и черпают влагу из недопонятой засухи присущей ему.
 
 
Это слова что неустанно питают мёртвый парадокс
чтобы умирать вечно нерождённым видением
как звёзды в конечном итоге сгорающие в кокс
или молния попадая в себя в то что вспыхивает попаданием.
 
 
Это тени возникающие вдоль логической стены слов языка
Биологические формы распространяющиеся для разложения
обнажая безумие лежащее в структуре языка:
за растущей решёткой вырубленные сады как пример разрушения.
 
 
Это странно: слова скрывают то к чему призывают они
доверять именно тому на чём спотыкались ранее
внутренний оползень мутацию немоты и ни-ни
израненную среду где внезапно ликует страдание.
 
3
 
Серое туманное утро над намалёванными маслом горами
Всё ещё непонятно проснулись ли птицы
Воспоминание
Камень скатывается с горы
 
 
Одинокое растение машет листом
Мшистая шахта переворачивает свои светлые волосы
Бриз
До сих пор неизвестно доходит ли звук
 
 
Ещё там никого нет
Ещё там никого не слышно не видно
Промедление
Состояние
Ждущее слова
 
 
Намалёванные горы исчезают
Растения и мох уходят под землю
Туман исчезает
Камень взлетает над горами
 
4
 
Как только последний штрих будет нанесён на
горы Как только контакт со звёздами
наконец-то будет установлен Как только солнце
будет поставлено на место И как только расстояние до
 
 
всего Этого будет восстановлено Как только дождь будут
собирать в парящие резервуары Как только белый воздуш —
ный шар облаков наконец улетит И как только пла —
вучесть и вес удастся принудить
 
 
к равновесию Как только сок наконец будет зака —
чан в каждый отдельный пластиковый лист И
как только коллективное программирование по —
движных существ установит единственно
 
 
возможные траектории Как только наконец исполнители
выучат свои места И человек
наводящий прожектор будет заменён вычис —
лительной машиной Сотрудники заговорят о судьбе
 
5
 
Это должно было быть похожим на чувства
Это должно было быть похожим на испорченное лето
Это должно было быть как прохладная пауза
         в середине слова
 
 
Это должно было быть похожим на чувства
Это должно было быть как удар как рецидив
Это должно было быть как сладкий рецидив формы
         в бесформенном Это
 
 
Это должно было быть похожим на чувства
Это должно было быть похожим на бесформенность поплотнее
Это должно было быть как головокружительное доверие
         к биологии
 
 
Это должно было быть похожим на чувства
Это должно было быть как текущая предтекущесть
Это должно было быть как бытие
         Это стало тем чем Это стало
 
6
 
Когда схема сцены вложена
    в схему того что находится вне сцены
Когда слово вложено в вещи
    и формально определяется порядком вещей
 
 
Когда язык наконец выделяется как осадок
    наподобие нпрм. старейших минералов
Когда стиль отчётливо выпадает отложениями
    наподобие нпрм. прозрачных кристаллов
 
 
Когда коммуникация
    (наподобие нпрм. используемых слов:
    вложение уложение заложник разложения)
выпала в осадок попала в выделения
 
 
то выбор мечта история должны
    (наподобие нпрм. невразумительных утопий)
записывать себя между строк
    (наподобие нпрм. давешней герильи)
 
7
 
Поскольку это закончится невыносимыми сценами
Поскольку условия делать что-то для других – другие
Поскольку трупы уже давно облили кислотой
Поскольку этот смрад стимулирует формирование общества
 
 
Поскольку полость (нпрм. в желудке) стимулирует производительность
Поскольку тошнота это питательная среда для искусственных потребностей
Поскольку кислота одушевляет позыв к насыщению
Поскольку отрыжка является частью политики
 
 
Поскольку условия для того чтоб рыгать зарезервированы за немногими
Поскольку место за кулисами зарезервировано для немногих
Поскольку кое-какие вещи происходят за кулисами
Поскольку эти вещи нельзя выставлять напоказ
 
 
Поскольку эти слова ставят мир как спектакль
Поскольку мир держит эти слова на месте
Поскольку отвращение ко всему существует
    у зеркала есть свой перевёрнутый смысл
         которого недостаёт истине
 
8
 
Требуемое изменение никогда не идентично
         результирующему изменению
Результирующее изменение не имеет ничего общего с
         фактическими изменениями
Фактическое изменение лишается своей фактичности при
         психологических сдвигах
Психологические сдвиги никогда не известны
 
 
    На практике единство окажется невозможным
    Время место движение нет
    они никогда не кончаются на этом
 
 
Речь о неопределённых точках
    (Сон/образ который удаляется бесконечно/био —
    логические сигналы)
    где язык и мир движутся оплодотворяют де —
    формируют или что там ещё они делают друг с другом
 
 
    так что мир продолжается и продолжается
    несмотря на волю к изменению
    он продолжается и продолжается
 
 
    На практике может возникнуть солидарность
         при длительном физическом контакте
 
 
    На практике солидарность деградирует
         после кратковременного психического контакта
 
 
    На практике то Это, что произойдёт/произошло
    остаётся несформулированным
 
Сцена непрерывности
1
 
Сад лестница изображение направление
Воздух
    (Воздух который ускользает из го —
    ворящих так что слова никогда не раз —
    множаются но оседают как иней
    на их губах)
 
 
Лестница ведущая в картину
Картина в конце сада
Цветы
    (Цветы которые никогда не получают имена
    потому что слова никогда не размножаются /
    Слова которые никогда не расцветут)
 
 
Картина сада
    (Изображение которое ускользает от
    говорящих)
 
 
Картина сада в конце картины
сада
    (Изображение которое ускользает
    вместе с говорящим)
 
 
Направление (покрытое инеем)
 
 
Лестница (которая в конце концов ведёт внутрь говорящих /
    ангелов опустошённые губы)
 
2
 
Под этими одеялами снега / этим осадком
от солнца: в центре шторма совершенная
тишина в сердце в сердце? ничего
ещё нет но оно уже смешивается в клет —
ках / внутри бесцельного хаоса кле —
ток / «бездумности» являются
доверием ко всему случайному Это: вме —
шательство «воззвание» небольшие взрывы или
«безумие» общение привязанности решётки
 
 
Под этим слоем садов написанных маслом из
сада в сад, под этими те —
нями, что простираются от изображения
к изображению / с куста в одном (изображении)
переход во второе гора
в третьем и далее над
той же бесконечной равниной одеяло
снега белоснежного снега
 
 
В этих продолжающихся продолжениях
 
3
 
Написанная маслом поверхность ломается
лак трескается сшелушивается с неё
а самый нижний слой беловатого цвета
ослабляется исчезает однажды
         как снег который тает
на этом кончается мир
 
 
И на этом же начинается немотивированно
его жизнь / его смерть которые сомнению не подлежат пунктум
 
 
Птицы просыпаются / Убийство имеет место
 
 
4.
 
 
Пожарный колокол бьёт глубоко внутри пожара
 
 
Возможные пути были возможны только раньше
 
 
Даже солнце периодически гибнет
 
 
Только удивительно/ясно слышится
    эстетическое эхо смерти
         («судьба»)
 
5
 
мир который мыслится как сновидение
         (как и в стремлении к распаду)
         который видится как пущенный в дело
         (как стремление расти в опустошённом Это)
         который помещён
         (как пена после пожара)
         как подчинённый изображению
              (воле изображения)
         (как пожар что потушен белоснежным снегом)
         как кулиса
 
 
кулиса которая мыслится как сновидение
         (как и в доверии к стремлению)
         которая видится как пущенная в дело
         (как и во встречном движении к стремлению)
         которая помещена
         (как возможность пожара)
как подчинённая изображению
              (воле изображения)
         (как снег что тает при встрече с пожаром)
         как мир
 
6
 
Когда всё Это – белое на белом
Когда схема сцены/сцена/и мир
    (выскальзывает и исчезает в тумане)
    написаны маслом в белом цвете
Когда различие между внутренним/внешним Это
    осмотическое давление между изображением
    мира и миром исчезает
    (И остаётся только отвращение апатия)
    и остаётся только мембрана белая и бес —
    функциональная вялая
Когда эта белая краска не кра —
ска не белая и не
    какая-то ещё
    (и всё лишено чувств/языка)
    всё пройдено равнодушно завершено
    и мир медленно возвращается к исходному состоянию
 
7
 
Бывают гобелены со сценами войны
развешенные вдоль всей линии Мажино
 
 
изящный натиск испанской Армады
плывущей по саду вселенной
 
 
Пока «Потёмкин» в передовице «Известий»
садится на мель в Тихом океане
 
 
Или статуи: Иван Грозный
улыбается глядя на Гарлем
 
 
де Голль гарцует по Вацлавской площади
во главе полков красной армии
 
 
и большие современные скульптуры: Великая
китайская стена между Испанией и Испанией
 
 
пока Наполеон умирает на Тайване
 
8
 
Вот как обустроен мир
которого недоставало истине
 
 
договаривающиеся стороны
обеспечивают мечтательный рынок
мечтами
 
 
тактикой роскоши/
         /время нельзя транжирить
 
 
Поэтому очень важно с помощью таблиц
широкий диапазон статически свёрстанных статистических таблиц
на широком статическом диапазоне стратегически важных мест
(фантастические жанровые полотна/
у подножия горы в болоте на пляже
на улицах в лесах везде где есть место
таблице разложена таблица как скатерть чтобы все
возможные партнёры могли угощать друг друга)
Цель состоит в том, чтобы насытить мир таблицами
 
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27 
Рейтинг@Mail.ru