Litres Baner
Четыре сказки о юном сыщике Аристаше

Игорь Дасиевич Шиповских
Четыре сказки о юном сыщике Аристаше

Сказка о смекалистом пареньке Аристаше и его новом расследовании совместно с главным сыщиком – 5

1

В очередной раз хочу напомнить, что речь дальше пойдёт о героях уже хорошо известных постоянным читателям. Коротко оглашу их имена; основного героя этой истории зовут – Аристаша, а его старшего друга и по совместительству коллегу – Николай Васильевич. Также стоит заметить, что действие это истории происходит на рубеже XIX и XX веков в городе Москве на знаменитой площади трёх вокзалов или попросту «Каланчёвки», где Аристаша простой подросток из привокзальной среды, но с незаурядными способностями к расследованию самых запутанных и сложных происшествий. Ну а Николай Васильевич служит главным сыщиком в департаменте полиции. Итак, начнём.

В то летнее утро было свежо после ночного дождя, абсолютно безоблачно и солнечно. День обещал быть прекрасным. Аристаша по своему обыкновению вышел на подработку. Жизнь на вокзалах кипела в привычном темпе; поезда приходили и уходили, а пассажиры то прибывали, то убывали. Всё обыденно и размеренно, как всегда. И даже извозчики на привокзальной площади были неизменно расторопны и уважительны к чаяниям вновь прибывших. А прибывших, кстати, становилось всё больше и больше. Платформы заполнялись утренними поездами, и народ уже прямо-таки кишел на перронах.

Но вот на Николаевском вокзале объявили о прибытии Санкт-Петербургского экспресса. И Аристаша, быстро поправив свою багажную тележку, стремительно направился туда.

– Ну что ж, посмотрим, кто сегодня к нам пожалует,… и будет ли для меня работа,… возможно, сумею подвезти пару чемоданов… – азартно подумал он на ходу, даже не предполагая какой сюрприз его там ждёт. А всё дело в том, что этим экспрессом возвращался из гастрольного турне театр, который базировался недалеко от вокзалов, и с которым Аристаша уже однажды сталкивался, принимал участие в расследовании одного криминального происшествия. Иначе говоря, Аристаша был уже знаком с некоторыми театральными деятелями и их привычками. И тут судьба вновь вела его к ним.

2

Едва Аристаша оказался на перроне рядом с только что прибывшим поездом, как сразу понял, работы будет непочатый край. Народу из вагонов сыпалось, словно горошин из стручка. Притом не только театральных деятелей, но и простого обывателя приехавшего в Москву по делам. Как раз театральных-то было не так много, всего-то пару вагонов, но они-то и были самые шумные и суетливые. Некоторые актёры дабы скоротать время в пути проводили свой досуг в вагоне-ресторане, и теперь разгружались, что называется навеселе; с хмельными шуточками и скабрёзными остротами.

Аристаша поспешил к ним в надежде получить от этого раскардаша щедрые чаевые, ведь, как известно человек подшофе не особо скупиться. Но едва Аристаша подобрался к вагону с актерами, как из него раздался истошный женский крик.

– А-а-а-а!… убили!… убили!… – словно сирена взвыла неизвестная, отчего Аристаша повинуясь инстинкту сыщика, мигом отставил свою багажную тележку в сторону, и оттолкнув стоящего на входе проводника, ринулся в чрево вагона.

– Кот кричал!?… что случилось!?… Я здесь!… Я являюсь представителем полицейского департамента!… – на ходу восклицая, и расталкивая пассажиров, стремился он к купе, из которого исходил тот испуганный крик. Аристаша ожидал увидеть там кровавую картину преступления, и уже даже достал из кармана документ о своей принадлежности к сыскной полиции, выданный ему как-то Николаем Васильевичем, однако в купе всё выглядело гораздо прозаичней. Ни какой крови, ни кинжалов или револьверов; просто на нижней спальной полке распластавшись, безмолвно лежал мужчина лет двадцати пяти, тридцати, а рядом с ним, театрально заломив руки, стояла на коленях молодая дамочка обворожительной внешности. Она-то и блажила.

– Прошу вас, сударыня, успокойтесь, и объясните в чём собственно дело?… отчего кричите?… я здесь представляю сыскную полицию… – мигом взяв инициативу в свои руки, спросил Аристаша. Но не успел он получить и слова в ответ, как у двери в купе скопилось уже несколько любопытствующих пассажиров, и примчался проводник.

– Что тут у вас творится, господа!?… – слегка раздражённо воскликнул он.

– Так-так,… да это я у вас должен спросить, что тут творится!… так что, вы здесь потише,… не повышайте голоса,… и у меня всё под контролем, я уже веду следствие… – предъявив всем столпившимся свой полицейский документ, строго заявил Аристаша и вновь повернулся к дамочке, которая уже успела подняться с колен.

– Так отчего же вы кричали, сударыня?… – переспросил он, уже убирая свой документ в карман.

– Но он же не дышит,… его убили,… они все ненавидели его!… Мы были в вагоне-ресторане,… немного выпили, отужинали и пошли отдохнуть перед прибытием!… Модест прилёг вздремнуть,… он наш режиссер,… сильно устал,… я же присела напротив,… спать не хотелось,… и я решила почитать новую пьесу,… Модест собирался её поставить,… надо было более тщательно её изучить, ведь я прима театра, и мне надлежит играть главная роль. Но вот мы прибыли, а он не встаёт,… я к нему, а он не дышит,… это всё они,… кучка завистников,… они не любили его, как я!… О, боже-боже,… он мёртв… – опять заламывая руки, сбивчиво протараторила дамочка.

– Ну-ну,… вы уж погодите его хоронить-то,… сейчас я взгляну,… покойника от живого я отличу,… приходилось сталкиваться… – коротко отозвался Аристаша и, мягко отстранив дамочку, склонился над пострадавшим, а тот действительно не подавал признаков жизни. Пульс не прощупывался, на губах налёт пены, язык вывалился, все признаки нездоровой смерти на лицо. И всё же Аристаша достал из нагрудного кармашка маленькое круглое зеркальце, которое на всякий случай постоянно носил с собой, и приставил его почти вплотную ко рту потерпевшего.

– Если он хоть чуточку ещё дышит, то зеркальце покроется испариной,… а уж коли, нет, то пиши, пропало… – пояснил он дамочке, удивлённо наблюдавшей за его манипуляциями.

– А-а-а,… понятно… – только и смогла произнести она. И в тот же момент зеркальце в руках Аристаши весьма заметно запотело.

– Ого!… да он ещё жив!… что же вы напрасно блажите-то, сударыня!… Эй, проводник,… срочно окликните постового на перроне,… пусть он немедленно вызовет врача и главного сыщика из полицейского участка,… он знает, кого звать, Николая Васильевича!… А остальным, освободить вагон!… в нём могут быть улики,… и всем ждать на перроне,… не расходится до особого распоряжения!… – строго скомандовал Аристаша, после чего все к кому это относилось, бросились выполнять данные им поручения. И лишь одна дамочка, прима театра, осталась растерянно стоять на месте.

– А мне что делать?… ведь я даже не знаю чем ему помочь… – еле сдерживаясь, чтоб снова не разрыдаться, пролепетала она.

– Ну, ему вы точно ничем не поможете,… у него все признаки отравления, либо сердечного приступа,… врач придёт, разберётся,… но зато вы можете помочь следствию установить истину!… Николай Васильевич проницательный сыщик, он найдёт виновника ваших бед!… Ну а пока расскажите-ка мне по порядку, что там у вас произошло в этом самом вагоне-ресторане,… да и вообще о театральных делах!… Я так понимаю в вашем коллективе не всё ладно… – усадив дамочку на соседнюю нижнюю полку, потребовал Аристаша.

– Да что тут рассказывать,… Модеста просто невзлюбили,… он в нашем театре совсем недавно,… прежний-то режиссёр был вынужден уволиться после скандала связанного с одним нечистоплотным актёром!… Пригласили Модеста,… а он хоть и молодой, но очень талантливый, не то что эти старики,… они уже все совсем из ума выжили!… А Модест, он умница,… разработал свою систему сценического мастерства,… новый метод восприятия актёром роли!… О, это гениально, модерн,… такого ещё никто не делал,… Модест истинный новатор театра!… Он крайне привередлив, во всём дотошен, порой доводил актёров до исступления!… А они не хотят его признавать,… нашла коса на камень,… начались споры, неувязки,… а от некоторых актёров даже пришлось избавиться!… Модест их просто изгнал, они были нам ни к чему,… вынужденная мера,… но, невзирая на это, Модест, скромный и благочестивый человек!… Ах, только бы он выжил,… о, боже-боже… – снова заблажила дамочка, утирая выступившие слёзы.

– Ну-ну,… не стоит так нервничать,… успокойтесь и продолжайте,… чем быстрей вы всё расскажете, тем скорей мы найдём виновного!… Ну и что же там, в ресторане, случилось?… – вновь потребовал Аристаша.

– Ах, этот ресторан,… ведь мы с гастролей возвращались,… а это же Санкт-Петербург, столица,… Модест был вдохновлён,… столько впечатлений, столько новых планов, столько передовых идей,… и никакой поддержки от труппы!… А ведь его спектакли так чудесно принимали, публика была в восторге!… Нет, конечно, были и недовольные зрители,… не всё так гладко, ведь это модерн, авангард, но в основном всё прошло великолепно!… Впрочем, случился и небольшой инцидент с нашим ведущим актёром Леопольдом Кудасовым,… он позволил себе во время спектакля высказать в зал оскорбительную реплику в адрес Модеста!… Ах, это был ужасно,… такой позор… – вновь всхлипнула прима.

– И что же он такого сказал?… ну-ну, говорите… – тут же поинтересовался Аристаша.

– О, он сказал такое!… Правда, сказал как-то невзначай, полушёпотом,… но услышали все!… Дословно он произнёс, «доколе этот мальчишка будет заставлять меня играть этакую-то дрянь»,… Модесту, конечно, стало обидно от этого,… ну а зрительный зал не подал вида,… спектакль закончился, как обычно,… даже овации были!… Но вот сегодня ночью у них в вагоне-ресторане вновь возникли разногласия,… Кудасов известный спорщик, да ещё и бузотёр,… выпил горячительного и снова высказался в том же духе!… Модест, как культурный человек, попросил его успокоиться,… и указал на то, что если бы не особенный талант Кудасова, то он давно бы уже его уволил вместе с прочими бездарями!… Отчего Кудасов, только ещё больше стал пить и спорить,… хорошо ещё, что остальные повели себя более сдержанно, и крупного скандала не вышло!… Впрочем, это уже не впервой,… так что Модест воспринял всё, как должное, а потому мы спокойно отужинали и пошли к себе отдыхать!… Ну а что дальше произошло, вы уже знаете,… ах, бедный мой Модест… – несколько эмоционально подвела итог дамочка и вновь прослезилась.

 

– Да уж, дела,… но кое-что стало проясняться,… насколько я понял, вы прима труппы и у вас особые отношения с режиссёром,… а оттого коллеги вас не очень-то любят!… Хотя может, у кого-то к вам и сильные романтические чувства,… и даже ревность!… Например, у того же Кудасова,… а что если он в вас тайно влюблён и мстит Модесту?… Кстати, сударыня, такое может служить мотивом к преступлению… – предположил Аристаша.

– О, нет-нет, что вы молодой человек,… этот Кудасов он и мухи не обидит,… он хоть и здоровенный увалень, но никого не тронет, не способен он на это!… Да и любить меня, он тоже не может, ведь он уже влюблён в нашу гримёршу,… она ему и по возрасту подходит,… у них там роман,… да об этом весь театр знает!… И да,… у нас с Модестом тоже любовь,… я его просто обожаю, он гений!… Спасите его,… найдите злодея, не дайте ему продолжить начатое… – опять зарыдала дамочка-прима. И не успел Аристаша её вновь успокоить, как в купе прямо-таки влетел Николай Васильевич в сопровождении своих верных помощников, Игнатьева и Семчука.

– Так-так,… а Аристаша-то уже здесь, и вовсю ведёт следствие!… Нуте-с, привет, дорогой друг,… а мы тут ещё и доктора с собой привезли… – сходу поздоровавшись, отрапортовал он и чуть отстранившись, пропустил в купе врача, – вы доктор пока осмотрите пострадавшего,… установите точно, что с ним?… жив ли он ещё, и будет ли жить вообще?… А вы Игнатьев с Семчуком встаньте у купе и никакого не подпускайте,… да передайте там постовым на перроне, чтоб никому не давали уйти, пусть ждут!… Ну а ты Аристаша, просвети меня,… уж расскажи, что думаешь по этому делу?… какие выводы?… что тут такого стряслось?… – по дружески улыбаясь, обратился к Аристаше Николай Васильевич.

– Да выводы-то у меня простые,… явно совершено преступление,… и даже мотивы для него есть,… во всём надо скорей разбираться!… Сразу видны признаки отравления, которое скорей всего и вызвало сердечный приступ!… Потерпевший накануне ужинал в вагоне-ресторане со всей труппой театра,… они возвращались с гастролей, он у них режиссёр,… актёры его не очень-то и любят,… впрочем, это обычное дело,… но корень зла, по-моему, именно в этом,… вот и отравили беднягу в ресторане!… А эта юная дама рядом, прима театра,… у них с режиссёром особые отношения!… Вот она-то вам всё более подробно и расскажет,… а мне необходимо срочно опросить других актёров на перроне!… Потом как всегда соединим наши дознания и сделаем общие выводы… – быстро ответил Аристаша и засобирался на выход.

– Да-да,… конечно, так и сделаем,… я пообщаюсь с юной дамой, а ты опроси остальных актёров!… И вот ты же посмотри, нам опять повезло,… мы вновь попали в театральную среду и снова в их дрязги!… Помнишь то дело с платьем актрисы?… и опять мы среди всего этого!… – чуть усмехнувшись, иронично заметил Николай Васильевич. И в ту же секунду послышался голос врача.

– Ну что же,… Аристаша был прав,… на лицо все признаки отравления, с последующим сердечным приступом!… Положение тяжёлое, но не безнадёжное,… организм у пострадавшего молодой, так что вполне возможно выдержит!… Но только нужно особо бережное и осторожное отношение,… меньше тревожить и шевелить!… У меня есть с собой препарат для очищения крови,… я поставлю потерпевшему укол, однако его следует немедленно везти в больницу,… требуется более радикальная процедура… – сделал своё заключение доктор. На что мигом откликнулся Аристаша.

– Вот и хорошо,… я как раз иду на перрон,… распоряжусь, чтоб вызвали экипаж скорой помощи,… да останусь опрашивать актёров,… а вы пока побеседуйте с нашей примой… – коротко заключил он и мигом вышел из купе. Доктор вновь склонился над потерпевшим, а Николай Васильевич взялся опрашивать дамочку-приму.

3

Прошло буквально полчаса с той минуты, как Аристаша отправил постового за экипажем скорой помощи, а сам остался на перроне опрашивать актёров. Но вот экипаж с санитарами прибыл, и все сразу засуетились с погрузкой пострадавшего режиссёра. Аристаша как раз закончил опрос, который дал ему много полезных сведений для дальнейшего расследования. Правда, оказалось, что на перроне были не все актёры труппы, некоторые успели уехать ещё до того, как из вагона раздался истошный крик примы. В их число входил и тот актёр здоровяк, Леопольд Кудасов, со своей подругой гримёршей. Плюс одна актриса преклонного возраста и ещё пару молодых актёров второстепенного плана, коих Аристаша намеривался допросить чуть позже, и даже заранее взял их адреса у администратора труппы.

Ну а пока Аристаша принял активное участие в переносе режиссёра из купе поезда в экипаж скорой помощи. Беднягу переносили стараясь не сильно потревожить его и без того пострадавшие внутренние органы. Доктор крутился около и постоянно предупреждал всех быть особо осторожными. Задача сложная. Но вот наконец-то режиссёра поместили в экипаж, рядом заняла место сопровождавшая его актриса-прима, доктор дал отмашку и они все вместе отправились в больницу. Отчего Николай Васильевич облегчённо вздохнул и тут же обратился к Аристаше по делу.

– Ну, так что тебе ещё удалось выяснить, опросив актёров оставшихся на перроне?… – спросил он.

– Да, в общем-то, ничего такого,… все как один в голос говорят, что никто из них не желал режиссёру зла,… мол, он хоть и модернист-авангардист, но во многом был справедлив и прагматичен!… К актёрам относился будто неплохо,… даже повысил гонорары,… увеличил пособия,… стремился экономить на бутафории и сценическом убранстве,… а вырученные средства тратил на жалование труппы!… Вот и получается, что вроде мотива отравить его ни у кого не было!… Да, конечно, некоторые возмущались его новшествам, но это всё творческий процесс,… а материальной подоплёки здесь нет!… Что же касаемо вчерашнего ночного банкета, так все питались с одной кухни вагона-ресторана,… и у всех со здоровьем нормально,… никто не отравился!… Хотя я всё же намерен дополнительно опросить повара и официантов,… может они, что ещё знают!… А пока выходит, что кроме инцидента с актёром Кудасова, в ресторане более ничего подозрительного не произошло… – вполне логично резюмировал Аристаша.

– Хм,… да-да,… мне об этой склоке юная прима тоже рассказала,… она такая молодая, но такая наблюдательная!… Впрочем, это её профессия быть собранной и внимательной,… без этого в актёрском ремесле никак нельзя!… При этом мне показалось, что она искренне влюблена в этого своего режиссёра,… вон, не бросила его, поехала за ним в больницу,… говорит, без него и жизнь не мила!… Хотя кто их разберёт, этих лицедеев,… сегодня она тебя боготворит, а завтра уже нос воротит!… Но особенно мне не нравится история с этим здоровяком Кудасовым и его подругой гримёршей,… думаю, она-то и могла отравить потерпевшего,… ведь чёрт их разберёт, что там у них у гримёров в арсенале есть;… и свинцовые белила, и мышьяк, и тальк, и пудра всякая,… одним словом, сплошная химия!… Вот взял у администратора адрес Кудасова,… собираюсь сразу к нему наведаться,… ну не зря же они первыми уехали с вокзала,… значит, чувствуют за собой вину,… а ты что думаешь по этому поводу?… – вновь обратился к Аристаше Николай Васильевич.

– Ну а что я думаю,… всё может быть,… все версии следует рассматривать!… Так что вы езжайте к Кудасову, а ещё здесь поработаю,… осмотрюсь хорошенько,… пойду в вагон-ресторан, там поспрашиваю,… а потом как обычно встретимся в участке и всё обсудим!… Остальных актёров, думаю, уже можно отпускать, чего им без толку на перроне-то торчать,… я с ними уже закончил… – мигом отозвался Аристаша.

– И то верно,… пусть расходятся,… они мне тоже не нужны, раз ты их уже опросил!… Ну а мы с Игнатьевым и Семчуком к Кудасову!… – резко заключил Николай Васильевич, тут же велел постовому отпустить актёров по домам, подозвал своих помощников и, подгоняя их, скорей отправился дальше по делам. Аристаша же проводил своих коллег добрым взглядом и незамедлительно проследовал в вагон-ресторан. А там его уже ждали.

4

Как оказалось, один из постовых заранее предупредил персонал вагона-ресторана, не расходится до особого распоряжения. Хотя весь персонал составлял-то всего лишь пару официантов, буфетчика-расчётчика, посудомойку-уборщицу, и повара-кулинара. Вот с него-то Аристаша и начал свой опрос едва очутился на месте.

– Скажите-ка мне, любезный, что вы знаете о вчерашнем происшествии во время ночного ужина?… – сходу предъявив свой сыскной документ, вежливо спросил он.

–Да я собственно ничего и не видел!… крутился здесь на кухне!… Готовил заказы,… формировал блюда,… никуда не отходил!… Официанты больше моего видели,… их и спрашивайте!… – слегка дерзко отозвался повар.

– Их я ещё спрошу, а вот вы лучше не паясничайте, иначе придётся доставить вас в участок,… может там поразговорчивей будете!… Дело-то нешуточное,… режиссёра отравили у вас на ужине и вы первый под подозрением!… Ну, так что скажете?… – чуть прикрикнув, вновь потребовал Аристаша.

– Ну что вы,… я нисколько не виноват в отравлении,… у меня все блюда в полном ажуре, а на кухне порядок!… Притом некоторые компоненты меню поступают к нам уже в контейнерах в готовом виде; супы например, гарнир, полуфабрикаты!… А вот овощные и фруктовые салаты я сам делаю,… и у меня отличная репутация,… ни единого отравления за всю карьеру!… Так что я тут ни при чём… – вдруг испуганно затараторил повар.

– Ага, значит, к еде пассажиров вы всё-таки прикасались!… Тогда скажите-ка любезный, какой заказ вы делали именно для режиссёра!?… – вновь настойчиво потребовал Аристаша.

– У него были заказаны мясные биточки, консоме из спаржи, легкий омлет, овощной салат с острым перцем, и бланманже для его дамы,… вино и прочие напитки не моя компетенция, спросите у буфетчика… – опять ссылаясь на других, робко промямлил повар.

– Хорошо-хорошо, любезный,… до спиртного мы ещё дойдём,… а пока меня интересует еда!… Так что может, чего ещё особенного припомните?… какой-нибудь неожиданный заказ или необыкновенную приправу?… Ведь яд в чём-то же был,… где-то он находился,… не мог же он к нам, например, с Марса прилететь,… нуте-с?… – вновь запросил ответа Аристаша.

– Да всё как обычно,… что было в меню, то и готовил,… никаких изысков или странных заказов,… всё просто… – опять испуганно затараторил повар, но тут его прервал рядом стоящий официант, все они были на кухне и ждали своей очереди для опроса.

– Послушай-ка, Филипп,… а помнишь, та старушка, что попросила не класть ей в овощной салат острого перца,… у неё вроде от него несварение,… мол, желудок не принимает,… а может, это был странный заказ?… – вмешался он.

– Ах да!… и точно, та старая актриса!… Совсем из головы вылетело,… вы же про режиссёра спрашиваете, а про неё-то я и забыл,… и потом, она же не просила чего-то добавить, а наоборот, убрать!… Впрочем, тут нет ничего удивительного,… многие пожилые люди обожают овощной салат, но только без терпкого, острого перца,… он им просто противопоказан!… Вот я и не стал ей его докладывать,… ведь она скромно так подошла, почти незаметно,… без особого пафоса с уважением попросила,… ну, я и не отказал,… только и всего!… Хотя суета вчера была ещё та,… актёры гуляли от души, ели как в последний раз!… всё смели!… – чуть прейдя в себя от испуга, зычно вскликнул повар.

– Ну да,… а когда же им ещё-то кутить, как ни вовремя переездов… гастроли-то закончились, теперь у них начнётся обычная, рутинная жизнь!… А с этим салатиком, кстати, вы мне помогли, любезный,… я взял его на заметку!… Ну а теперь вы, господа официанты и буфетчик,… скажите, чего ещё необычного, по вашему мнению, видели вы?… – обращаясь уже к другим свидетелям ночного банкета, спросил Аристаша.

– А у нас вообще всё просто,… нам, что приказано, то мы и несём, от кухни до столиков и обратно,… и что там дальше делается, нас это уже не касается,… лишь бы клиенты вовремя рассчитывались!… Однако суматоха с этими актёрами была,… шебутной народ,… спокойно вести себя не могут,… песни поют, шумят, балагурят,… но в подпитии и чаевых не жалеют!… – чуть ли не голос отозвались официанты, а буфетчик их поддержал.

– Да-да!… пьют за двоих, но и о щедрости не забывают!… Мне тот здоровенный бузотёр, актёр Кудасов, даже бутылочку коньяка презентовал за то, что он тут так кричал!… Правда, потом её же и заказал, да тут же выпил,… весёлый мужик,… с юмором!… И кстати, в горячительных напитках разбирается, толк знает,… нахваливал мой «Шустовский» коньячок!… Но я тоже больше ничего подозрительного не заметил,… ведь суета же была,… а может, вам ещё кого поспрашивать… – мягко усмехаясь, предложил он.

– Да нет,… пожалуй, уж хватит,… общая картина ясна,… суматоха, неразбериха,… привычная ресторанная обстановка, когда гуляет актёрская братия!… Ну, ладно,… то, что мне надо было, я от вас узнал,… ну а коли ещё чего потребуется, я вас отыщу!… Отдыхайте пока, а я пойду,… прощайте, судари мои… – несколько театрально попрощался Аристаша и покинул вагон-ресторан. Вышел на уже опустевший перрон, подобрал свою сиротливо стоящую багажную тележку, и отправился дальше вести следствие.

 

Однако, перед тем как продолжить свои изыскания, Аристаша решил заскочить в ближайший привокзальный трактир, с хозяином которого он был хорошо знаком и даже приятельствовал. Там Аристаша намеривался оставить, ненужную ему теперь тележку, и чуток попить чаю из артельного самовара. У него от долгих расспросов пересохло в горле. Так что вести дальше расследование было затруднительно, требовалась передышка.

Зайдя в трактир, Аристаша сходу заказал чаю и попросил, радушно встретившего его хозяина, припрятать до поры до времени его багажную тележку. А пока самовар закипал, и хозяин суетился, он, непроизвольно остановил свой взгляд на скопище жестяных банок с различными сортами чая, стоявшими на выбор на длинной полке за прилавком у стены.

– Ну, надо же какое изобилие,… и как это я раньше не обращал внимания на них… – подумал Аристаша, а вслух спросил, – и откуда же всё это добро привезли?… Столько заварки я за всю свою жизнь не выпью,… должно быть это какая-то коллекция?… – усмехнулся он, на что сразу получил ответ от подоспевшего хозяина.

– Ну что ты, Аристаша,… какая ещё коллекция,… типичный набор чаевых предпочтений!… Вот ты, например, всегда просишь свежего чайку, и я знаю, что тебе нужен обычный, чёрный, крепкий чай,… его я тебе и делаю!… А есть люди, которые заказывают зелёный чай, кориандровый, фруктовый и даже цветочный,… любители разные бывают,… притом и среди извозчиков гурманы встречаются!… Кто-то предпочитает наш кубанский чай, кто-то китайский, кто-то индийский, английский, а кто-то и сбор Иван-чая требует,… он для желудка особливо полезен и настроение повышает!… Так что чай это целый мир,… большая философия, и конечно лекарство!… У меня вон и с мандариновой коркой есть,… он бодрости и свежести духа придаёт,… а из лепестков роз для романтизма,… есть и с сибирскими, кедровыми орешками, это для силы и мощи!… Хочешь попробовать?… я тебе враз заварю!… – широко улыбаясь, предложил хозяин трактира, но Аристаша вдруг как-то несуразно подскочил, взмахнул руками, и вскрикнул.

– Вспомнил!… меня, как озарило!… точно травы!… Сборы ароматических трав,… они же меняют вкус еды,… и в частности овощного салата!… Любую специю заменят,… а горькими травами можно даже вкус острого перца сымитировать,… притом так, что подмены никто и не заметит!… Кажется, ты своим чаем мне дело раскрыл,… спасибо тебе дружище!… А мне надо бежать,… чаю потом попью, сейчас простой водой ограничусь… – восторженно протараторил он, хватанул из рядом стоящего графина несколько больших глотков воды и выскочил из трактира. Хозяин только рассмеялся, он хорошо знал о неожиданных повадках Аристаши.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 
Рейтинг@Mail.ru