Перевернутый город

Ханна Мэтьюсон
Перевернутый город

– Технически капитан Фаулер был нанят от имени Эстер, – сказала Кассия тихим голосом, который помог Ильзе осознать, что сама она до этого кричала. – Это я заключила с ним соглашение.

Ильза скрестила руки на груди и уставилась на Кассию взглядом, который требовал от нее продолжать.

– Нам доставили сообщение из Доклендса о том, что Ильза Рейвенсвуд жива и находится в Ином мире. В нем также говорилось, что через три дня аколиты собираются ее убить. Тогда мы ничего не поняли, но если был хоть малейший шанс, что это правда… Что ж, хвала звездам, что мы решили действовать.

– Мы?

– Остальные лейтенанты Эстер и я. После последнего нападения нам пришлось самим принимать все решения. Потому что Эстер пострадала.

После последнего нападения? Не это ли имела в виду Эстер, упоминая декабрь? Сколько всего было нападений? И кто их совершал?

Кассия покосилась на дверь позади себя, а затем поманила Ильзу в сторону лестницы.

– Прошло всего шесть недель. Она потеряла способность перевоплощаться, ходить и…

– Она не может перевоплощаться? – переспросила Ильза, и Кассия кивнула.

Рот Ильзы приоткрылся от ужаса. Магические способности причинили ей так много страданий, но хуже было бы их лишиться.

– Я хочу сказать, – мягко произнесла Кассия, – что Эстер не всегда себя так ведет.

– Не всегда, но часто, – заявил насмешливый голос позади них.

Ильза обернулась и увидела молодого мужчину с темно-коричневой кожей, классически красивыми чертами лица и аккуратными усами. Прислонившись к стене, он стоял, закинув ногу на ногу и держа под мышкой трость с золотой волчьей головой. Все в его образе, начиная от кремового костюма-тройки и заканчивая сверкающими золотыми запонками, смотрелось безупречно и говорило о богатстве. У него были поблекшие карие глаза – глаза, которые, скорее всего, слабо видели, потому что их цвет напоминал выцветшую на солнце краску. Эти глаза смотрели на Ильзу со зловещим блеском из-под низко надвинутой на лоб шляпы. Ильза удивилась, что такой приличный джентльмен носит шляпу в помещении, но, возможно, этикет Уизерворда это позволял.

– Илиас, – облегченно выдохнула Кассия. – Это Ильза. Ильза, это Илиас Оверли, еще один лейтенант.

Илиас кивнул и улыбнулся, обнажая идеально белые зубы и показывая озорные ямочки на щеках.

– Волки, которые видели ваше прибытие, не преувеличили. Вы такая же красивая, как и ваша матушка.

Ильза, прищурившись, посмотрела сначала на Илиаса, потом на Кассию.

– А волки случайно не знают, почему оракулы пытались меня убить?

Брови Илиаса взлетели вверх, а его улыбка стала еще шире.

– Похоже, вы унаследовали и ее горячий нрав. – Мужчина повернулся к Кассии. – Я так понимаю, Эстер к нам не присоединится?

– Осторожнее, Илиас. Для нас с тобой она альфа Эстер, – должно быть, это была шутка, потому что Илиас усмехнулся. – И нет, к счастью. А где остальные?

– Орен завтракает, а молодой мастер Уайтлиф, скажем так, несколько занят на лужайке.

– Это… вызывает беспокойство, – пробормотала Кассия.

– Ну а выдающийся повелитель жалости к себе, без сомнения, все еще в постели. Я послал слугу позлить его, так что у нас достаточно времени, чтобы спуститься в зал заседаний, – он снова улыбнулся Ильзе. – Что ж, давай покажем нашей гостье окрестности.

Взмахом трости он пригласил Ильзу следовать за ним, после чего намеренно обошел ее так, чтобы оказаться справа. Кассия последовала за ними.

– Ильза ходила ночью в портретную галерею, – сказала Кассия. Ее голос снова звучал нервно, но, возможно, Ильзе это только показалось. – Она также разговаривала с капитаном Фаулером. – Что именно он тебе рассказал, Ильза?

Задвинув горе подальше, девушка пересказала то, что незнакомый юноша поведал ей при лунном свете. Фракции. Принципы. Гибель родителей и ее мнимая смерть. Однако если Кассия поверила в эту ложь, то Илиаса было не так-то легко одурачить. Слушая, он сосредоточенно смотрел на нее, и Ильза чувствовала, как каждый шаг в сторону от правды звенит, словно колокол.

– Этот призрак, – протянул Илиас, когда Ильза закончила. – Он прекрасно осведомлен. Учитывая, что некоторые из фактов являются конфиденциальной информацией, это особенно впечатляет. Как жаль, что он не метаморф. Мне бы такой человек пригодился в подчинении.

Опасаясь, что она слишком увлеклась собственной ложью, Ильза решила сменить тему:

– А чем у вас вообще тут занимаются лейтенанты?

Явно заметив ее маневр, Илиас понимающе улыбнулся, подыгрывая.

– Зависит от того, о каком лейтенанте идет речь, дорогая Ильза. Наша милая Кассия – гениальный казначей. Орен – посланник нашего народа.

– А что насчет вас?

Илиас улыбнулся.

– Я – торговец.

– Какое отношение имеет профессия торговца к ведению дел метаморфов?

– Я торгую знаниями. Обмениваю информацию на секреты.

В разговор вмешалась Кассия:

– Думаю, в Ином мире ты назвала бы его деятельность разведкой. Я не уверена, что торговец – хорошая аналогия, учитывая, что Илиасу запрещено входить в Дом Торговли.

Илиас, ухмыляясь еще шире, даже не взглянул в сторону Кассии. У Ильзы возникло ощущение, что он рассчитывал на то, что она будет пытаться вывести его на чистую воду, и заманивал ее в ловушку тщательно подобранными словами. Девушка знавала карманников вроде Илиаса, мальчиков и девочек, которые гордились своими былыми успехами. Сложность заключалась в том, что она никогда не знала, стоит ли ей восхищаться ими или внимательно следить за своими карманами.

– Почему запрещено?

– Единогласное решение лидеров фракций, моя дорогая. До торговли для Зоопарка я всегда искал того, кто больше всех заплатит. И что может быть лучше для раскрытия секретов, чем цитадель беззакония, именуемая Домом Торговли, – он вздохнул, словно с нежностью вспоминая те дни. – Для сбора информации метаморфы, конечно, обладают идеальным набором инструментов: каждый день мы можем выбирать новое лицо. Однако для хороших продаж мне нужно было стать узнаваемым, достойным доверия. В конце концов, мой авторитет должен был расти, – он снова сверкнул улыбкой. – Когда играешь на два фронта, нужно уметь идти в ногу со временем. Только так ты сможешь победить. В течение многих лет я совершал регулярные продажи постоянным клиентам, не обращая внимания на то, как менялись альянсы и заключались пакты. Враги становились друзьями и начинали болтать о своих источниках. Источник у них был один – ваш покорный слуга. Так я и проиграл. К счастью, когда дело касается бегства от последствий, никакое волшебство не сравнится с магией метаморфа. Призрак, даже покинув место преступления, не может перестать быть виновником полностью. Меня же оказалось трудно опознать, а значит, и поймать, поэтому лидеры фракций были вынуждены согласиться на публичный запрет, который делает множество интересных мест, включая Дом Торговли, недоступными. В случае нарушения мне грозят различного вида пытки или смерть, в зависимости от того, какому счастливчику удастся схватить меня за руку.

– Неприятно, – сказала Ильза, поморщившись.

Илиас легонько стукнул ее тростью по голове. Удивленная девушка попыталась увернуться, но не успела.

– Да, именно так. Однако там, где я видел только поражение, ваша изобретательная матушка разглядела возможность. «Открой себя заново, – сказала она мне. – Ты проделывал это по двадцать раз в неделю на протяжении всей жизни». Лиандра не видела смысла в том, чтобы свернуть мне шею, когда у меня был такой огромный потенциал. Поэтому она пустила в ход тираду о долге и чести, и, должен признать, ее слова задели за живое. С тех пор я заведую, как мы любим говорить, коммуникациями Зоопарка. Когда Лиандра погибла вместе с огромным количеством своих лейтенантов, Эстер предложила мне должность, которую я занимаю сейчас.

Ильза нахмурилась. Ее мать умерла семнадцать лет назад, а Илиас не выглядел достаточно старым, чтобы при жизни Лиандры быть хотя бы двенадцатилетним. Однако, с другой стороны, к двенадцати годам Ильзе тоже запретили появляться во многих местах, и, возможно, Илиас был не по годам развит. Хотя…

– Разве ваше лицо не дергается, когда вы его меняете? – спросила Ильза, чем заслужила любопытный взгляд Кассии и медленно расплывающуюся улыбку Илиаса. – Когда я меняю свое лицо, оно немного подрагивает… По нему как будто идут судороги.

Илиас пожал плечами.

– Неизбежный побочный эффект вашей магии. Впрочем, как и моей, и всех метаморфов, которых я когда-либо знал.

– Тогда как же вы обманываете людей? – Она изучала его профиль, но, если, как Ильза подозревала, он действительно не носил свое собственное лицо, ничто не выдавало его маскировку. – Одно дело в Ином мире, там я выгляжу так, будто у меня какой-то нервный тик. Здесь же, держу пари, все понимают, когда метаморф пытается выдать себя за кого-то другого.

– Но ведь именно в этом вся прелесть! – воскликнул Илиас, останавливая их. Кассия пробормотала что-то похожее на «небо и земля» и с тоской посмотрела в коридор, словно замышляя побег. – Превращаться в животных всегда весело, но менять лица – это искусство. Вы раньше использовали маскировку? Испытывали необходимость сойти за кого-то другого?

– Постоянно. – Ильза рассказала ему о представлении, в финале которого она перевоплощалась в Великого Бальтазара.

– О, браво! Так скажите мне, как вы избегаете того, чтобы ваши восхищенные зрители не обнаружили обман?

– Меня скрывает свет, – сказала Ильза. – Мы специально настраивали его так, чтобы он светил очень ярко.

– Освещение! Самый первый инструмент, – с улыбкой, полной озорства, Илиас небрежно приподнял поля своей шляпы и осторожно шагнул вправо, выступая из тени на солнечный свет. На долю секунды, когда его шляпа сдвинулась и солнце осветило лицо, Ильза заметила дрожь прямо над его левым глазом. Когда он вышел из пятна света и позволил краю шляпы снова затенить его лицо, дрожь исчезла. Если Ильза внимательно всматривалась в это место, она могла поклясться, что видела подергивания, но только потому, что уже знала об их наличии. – Нужно учитывать, в каком освещении вы находитесь. Это долгий и трудный процесс. Также необходимо понимать, под каким углом на вас смотрят.

 

Он повернулся, словно собираясь вернуться туда, откуда они пришли, и провел большим пальцем по подбородку, привлекая внимание к подергиванию правого уголка рта. Уязвимость его магии была заметна всего секунду, а потом Илиас снова повернулся, и она скрылась из виду. Ильза была поражена. Он решил продемонстрировать ей свои хитрости еще до того, как она об этом попросила. Илиас жил обманом, причем, вероятно, так давно, что ложь стала его второй натурой. Он заметил, как Ильза разинула рот, и снова сверкнул своей идеальной фальшивой улыбкой.

– Перенаправление внимания – это половина всей магии, моя дорогая Ильза.

Ильза улыбнулась.

– Кое-что мне об этом известно.

– Я в этом и не сомневался.

Они пошли дальше. Кассия и Илиас провели Ильзу по первому и второму этажам. Илиас расхваливал архитектуру и дизайн интерьера, рассказывая о том, как восемьдесят самых лучших строителей возвели Зоопарк за сто двадцать дней. Витражный купол над вестибюлем был сделан шестьдесят лет назад. Обои в тридцати двух вариантах заказывались у самого известного декоратора в стране, который, Ильза была уверена, не существовал в Ином мире, однако все это были не те подробности, на которые девушка втайне надеялась.

– Прошу прощения, сэр…

– Просто Илиас, пожалуйста. Мне невыносимо слышать «сэр», и я, естественно, не потерплю, чтобы меня называли господином Оверли. Им был мой отец, и чем меньше мы о нем вспоминаем, тем лучше, – он подмигнул Ильзе и сверкнул идеальными зубами.

– В таком случае, Илиас. Моя мать. – Ильза замолчала, чувствуя, как эти слова слетают с губ. Ее мать. – Она ведь выросла здесь?

– Не только ваша мать. Шесть поколений Рейнвенсвудов жили здесь и управляли Камденом в течение ста тридцати лет.

Ильза прикусила щеку изнутри, колеблясь над следующим вопросом.

– А какой она была?

Неудержимая яркая улыбка Илиаса смягчилась. Кассия шла впереди, словно давая им немного времени наедине.

– Грозной, – благоговейно произнес Илиас. – Не поймите меня неправильно, она не была лидером, внушающим страх. Она в этом не нуждалась. Лиандра была женщиной, которая знала, как добиться своего и заставить жертву думать, что это была ее блестящая идея. Она была манипулятором. – Он замолчал и взглянул на Ильзу, словно опасаясь, что его слова звучали слишком резко. Однако девушке понравилось услышанное. Манипулятор может быть добрым, но не потерпит, чтобы об него вытирали ноги. Ильзе нравилось думать о своей матери в таком свете.

– Продолжайте, – сказала она.

– Она была тихой. Говорила меньше, чем любой лидер, которого я когда-либо знал, – сказал Илиас и расплылся в улыбке. – А торгуясь по поводу своей независимости, я узнал их всех. Однако именно слова Лиандры я помню лучше всего. Видите ли, то, что она говорила, всегда имело вес.

– А мой отец? Вы тоже его знали?

– Знал ли я его? Я занял его должность.

– Он был шпионом?

Илиас приложил руку к груди, будто ее слова нанесли ему оскорбление.

– Он был торговцем тайнами, моя дорогая. Одним из лучших, каких я когда-либо знал. Он обладал невероятным талантом, но совсем его не ценил. Вот почему ваша матушка завербовала меня. Тистер хотел только одного – создать семью и стать верным мужем. А еще – играть в шахматы. Этот человек был по-дьявольски беспощадным шахматистом. Он научил играть и вашу матушку, после чего они проводили много вечеров, соревнуясь в стратегии и сообразительности.

Они дошли до главной лестницы. За ней коридор заканчивался двойными дверями, еще более величественными, чем те, которые вели в покои Эстер. Ильза кивнула в их сторону.

– Это еще одна спальня?

– Это самые большие комнаты в доме. – Илиас погладил свою трость, глядя на Кассию.

Он не двинулся с места. Кассия даже не подняла взгляда в сторону двери.

– Так что, мы можем их осмотреть? – спросила Ильза. – Держу пари, там все очень грандиозно.

Ильза не была наивной. Когда Илиас провел ее в комнату, она заметила его явное нежелание заходить внутрь. Кассия еще меньше радовалась внезапной экскурсии. Она осталась стоять в коридоре, когда остальные переступили порог.

Все было, как и предсказывала Ильза, невероятно грандиозным.

Они вошли в гостиную, где высокие окна отбрасывали утренний свет на богато украшенную мебель. Лучи солнца танцевали на хрустальной люстре на потолке. Замысловатая каминная полка, вырезанная из темного дерева, тянулась вдоль одной из стен комнаты. Золотые блики на персидском ковре сверкали, как драгоценные камни. Ильзе захотелось присесть на корточки и выяснить, правда ли, что богатые люди вплетают настоящее золото в свои ковры, а потом ходят по ним, как по земле?

За еще одной дверью располагался кабинет с полками книг в кожаных переплетах и с золотым тиснением. Перед окном стоял настолько большой письменный стол, что владелец банка мог бы пересчитать за ним все свое состояние. За кабинетом располагалась спальня. Величественная кровать с балдахином, украшенная резными панелями с изображением всевозможных животных, занимала центр комнаты, а зеленые шторы и обои превращали пространство в пышные дикие джунгли.

Ильза вдохнула запах мебельной полировки и свежих гардений, вазы с которыми были расставлены в нескольких местах. Она прислушивалась к странной тишине, наполнявшей комнаты. Илиас ничего не сказал, когда девушка провела рукой по тонкой отделочной ткани дивана и прохладному мрамору консоли. Он не стал рассказывать истории или обращать ее внимание на какие-то интересные вещи. Было очевидно, что эти комнаты не использовались, поскольку они были холодными и тихими, но все равно содержались так, будто в любой момент могли понадобиться какому-то призрачному обитателю. Полный на четверть графин ликера покоился на барной стойке. Бумаги на столе были нетронуты. На карточном столике у окна лежала разложенная шахматная доска, фигуры на которой стояли в беспорядке наполовину сыгранной партии. Не нужно быть гением, чтобы понять: родители Ильзы когда-то жили здесь. Неужели все годы после их смерти эти комнаты поддерживали в чистоте и порядке, как какое-то священное место?

Если в покоях и было что-то, способное помочь Ильзе почувствовать связь с родителями, она не знала, что именно. Для нее обстановка вокруг была не более чем напоминанием о том, что ее шансы узнать их давно исчезли. Она судорожно вздохнула и пронеслась мимо Илиаса.

– Куда дальше?

Илиас последовал за Ильзой и закрыл за собой дверь. После чего они направились к лестнице.

Когда они спустились в большой, отделанный мрамором вестибюль, к ним подошел маленький черный лис, который будто бы поджидал их. Подбежав ближе, он превратился в молодого человека в темном костюме с красной повязкой дружинника на рукаве. Незнакомец бросил на Ильзу и Кассию мимолетный взгляд, но его лицо осталось бесстрастным. Затем он наклонился очень близко к плечу Илиаса и начал что-то говорить ему на ухо.

Обмен репликами длился всего три секунды, после чего Илиас кивнул, и молодой человек, снова превратившись в лиса, умчался прочь. Когда Илиас заметил, что Ильза наблюдает за ним, он ухмыльнулся так, будто выходил на сцену.

– Волки отчитываются перед командиром дружины, – сказал он, будто бы смутившись, – а лисы передо мной.

– Они что, шпионы? – спросила Ильза.

– Шпионы! – Илиас пренебрежительно взмахнул тростью. С тех пор как они познакомились, торговец использовал ее с полдюжины раз, но всегда не по назначению. Ильза подумала, не была ли трость частью его представления, способом отвлечения внимания. – Почему вы так зациклены на шпионах? Шпионаж – удел подлецов и жуликов. Лисы – знатоки коммуникации, моя дорогая Ильза. Они входят в доверие и заводят дружественные связи с представителями других фракций, так они собирают информацию для Зоопарка.

– Там, откуда я родом, таких людей называют шпионами.

Кассия не улыбнулась (Ильза вообще сомневалась, что девушка на это способна), но взгляд, который она бросила на Илиаса, был насмешливым.

Они вышли в сад, на ту самую террасу, по которой Ильза пробиралась прошлой ночью. По крайней мере, девушка так думала. Вдоль террасы росли кусты гортензии, из которых она с таинственным незнакомцем наблюдала за волками. Ильза также заметила беседку, а за ней – западные ворота. Однако залитая лунным светом лужайка и черные силуэты, готовые в любой момент измениться, уступили место буйству красок и жизни. Ночью она не заметила, какой сочной была трава. Среди клумб тогда не наблюдалось ни пчел, ни бабочек. Она даже не обратила внимания на сильный летний аромат тысячи цветов, который царил в воздухе. События прошлой ночи еще больше отдалились от реальности, став похожими на сон.

Почувствовав желание окунуться в летнюю красоту сада, Ильза направилась к лестнице, ведущей вниз с террасы, но Кассия схватила ее за локоть, а Илиас преградил дорогу тростью.

– Нам лучше держаться на безопасном расстоянии, – извиняющимся тоном сказала Кассия.

Прежде чем Ильза успела спросить, от чего, раздалось громкое шипение, и из-за кустов повалил столб густого дыма.

– Там что-то горит! – воскликнула Ильза.

– Ах, если бы все было так просто, – пробормотала Кассия.

Нечто похожее на пушечное ядро вырвалось из кустов и полетело в их направлении. Илиас выругался и нырнул в одну сторону, Кассия потянула Ильзу в другую, но никто из них не был достаточно быстр. Ильза пригнулась и прикрыла голову. Кассия вскинула руки, будто могла остановить внезапную атаку. И она действительно смогла! Воздух вокруг девушки застыл, как лед. Почти ничего не изменилось, но граница того, что Кассия создала, мерцала, как поверхность мыльного пузыря, и когда снаряд ударился о невидимую границу, пузырь, подобно пуховой подушке, мягко лопнул. Легкий туман вырвался из ядра и, обратившись дождем, полился вниз, задевая Илиаса, который, ругаясь себе под нос, пытался увернуться от жидкости. Кассия и Ильза остались сухими, поскольку находились внутри пузыря.

Когда туман рассеялся, Кассия опустила руки, и воздух вернулся в привычное состояние.

– Что это, черт возьми, было? – спросила Ильза. Ее голос звучал на октаву выше обычного.

– Не могу сказать, что именно это было, – ответила Кассия, – но взрывающийся чайник он изобрел, когда…

– Я не про это! Что ты только что сделала?

– Оно на мне? – спросил Илиас, поворачиваясь, чтобы ощупать одежду и промокнуть лицо носовым платком. – Вы видите что-нибудь на мне? Оно шевелится?

– О, звезды! – послышался голос с другого конца сада. Ильза подняла глаза. Из-за кустов показалась голова с черными кудрями и в защитных очках. Затем голова исчезла, и появился мальчик, который теперь мчался к ним через лужайку.

– Я создала простое защитное заклинание, – сказала Кассия. – Это базовая корпоральная магия.

– Базовая… Корпоральная… – Илиас остановил свой нервный танец и поднял брови, глядя на Кассию. – Ты не обмолвилась о том, что ты чародейка, дорогая Кассия.

Кассия чопорно сплела пальцы.

– Ну, ты никогда и не спрашивал.

– Все в порядке? – спросил мальчик, бегом поднимаясь на террасу и напоминая Ильзе золотистого ретривера. Чтобы отдышаться, он, уперевшись руками в колени, согнулся пополам, но, увидев Ильзу, снова выпрямился, и его лицо расплылось в широкой улыбке. – Звезды! Так это ты!

– Ильза, это Файф Уайтлиф, еще один лейтенант, – сказала Кассия. – Файф, это Ильза Рейвенсвуд.

Файф был слишком юным (на год или два младше Ильзы) для такого серьезного звания, как лейтенант. Высокий и стройный, он обладал смуглой кожей и непослушными волосами, которые пытался усмирить маслом. Черные кудри свободно обрамляли лицо с резкими чертами. Теперь, когда защитные очки висели у него на шее, Ильза могла разглядеть излучающие тепло темно-карие глаза. Мальчик так открыто и искренне улыбался ей, что Ильза невольно улыбнулась в ответ.

– Файф, – сказала Кассия, обеспокоенно разглядывая брызги на террасе. От жидкости слабо пахло ревенем. – Могу ли я поинтересоваться?

Файф нервно взъерошил волосы.

– Это, э-э-э, смесь, вызывающая кратковременную потерю памяти. Я решил, что, если зарядить им какой-нибудь снаряд, это станет полезным в подавлении стычек или в чем-то подобном, – он оглянулся на столб дыма. Появились два волка с ведрами воды. Они настороженно разглядывали то, что горело в кустах. – Но, очевидно, мне нужно поработать над пушкой.

– Кажется, и над формулой тоже, – сказал Илиас, вытирая лицо. Файф открыл рот, но тут же снова его закрыл. – Боюсь, твоя смесь не работает, мальчик мой.

 

– О, она работает. Только не так, как я надеялся. Пока что. Но…

Лицо Илиаса потемнело.

– Что значит «не так, как я надеялся»?

Файф достал из кармана часы и нахмурился.

– Ничего серьезного. Только не начинайте важные дела после одиннадцати и ложитесь спать в полдень, – с лучезарной улыбкой он повернулся к Ильзе и, прежде чем Илиас успел что-то сказать, продолжил: – Как здорово наконец-то тебя увидеть, Ильза! Они уже познакомили тебя с Эстер?

– Коротко представили, – сказала Ильза, скрестив руки на груди. – Возможности познакомиться поближе мне не предоставили. Скажу так, встретиться с ней было так же приятно, как с канализационными крысами, дерущимися из-за мертвой кошачьей туши.

Лицо Файфа вытянулось. Повисла звенящая тишина. Ильза поняла, что говорила слишком откровенно, еще до того, как Кассия откашлялась.

– Ильза, Эстер – сестра Файфа, – сказала она.

У Ильзы свело живот. Она почувствовала, как кровь с головокружительной скоростью отхлынула от лица.

– Сестра?

Кассия не упоминала о других родственниках. К тому же Эстер и Файф были совершенно не похожи.

– Сводная сестра, – решительно сказал Файф. – Я не Рейвенсвуд. У нас с Эстер общая мать.

Ильза прикусила язык, стараясь придумать, что сказать. Она попыталась пробормотать извинения, но Кассия поспешно вмешалась:

– Файф – лейтенант, ответственный за… – она посмотрела на него и нахмурилась, – био… магию… химию? – неуверенно закончила Кассия.

– За взрывы? – предположил Илиас.

– За инновации, я полагаю, – Файф повернулся к Ильзе. – Эстер сделала меня лейтенантом только потому, что я сам напросился. Ей пришлось придумать позицию, которая соответствовала бы моим, эм, уникальным способностям.

– Ну, это… довольно мило с ее стороны, – сказала Ильза, надеясь загладить вину за последние слова об Эстер, но эта попытка вряд ли могла кого-то обмануть.

Илиас поймал взгляд Файфа и усмехнулся.

– Дорогая моя Ильза, будьте осторожны с подобными выражениями в присутствии самой Эстер, – сказал он. – Назовете ее милой, и гарантирую, она вам покажет, насколько милой может быть. А теперь давайте найдем Орена и выпьем крепкого кофе.

Он повел всех обратно в дом. Ильза шла следом, шагая в ногу с Файфом. Между ними царило неловкое молчание, пока Ильза не набралась смелости заговорить.

– Прости, что я так сказала. Это было ужасно с моей стороны.

Файф покачал головой и выдавил из себя улыбку.

– Я знаю, какая она. Как сказал Илиас, Эстер никогда не заботилась о том, чтобы нравиться людям, даже до ранения, а теперь… она снова станет старой, циничной Эстер. Однако у нее есть и хорошая сторона, – поспешно добавил он. – Просто она проявляет доброту по-своему и не всем это показывает.

Ильза знала, каково это – скрывать часть себя. У Эстер наверняка были на то свои причины.

– Она хороший лидер? Я имею в виду… обычно?

– Ну, конечно, она не была бы… – Что бы Файф ни собирался сказать, он резко оборвал себя. Парень закусил губу и бросил взгляд на Кассию и Илиаса, которые шли впереди. – Да, она очень хороший лидер. Иногда я смотрю на нее и удивляюсь, как человек вообще может нести на себе такой груз ответственности. Подобное умение дается от природы или же его нужно вырабатывать самому? Если бы кто-то выделил это качество в концентрат, к чему бы оно сводилось? Я знаю, что люди не работают, как машины или химические формулы, но не могу перестать задаваться этим вопросом, – он задумчиво покачал головой. – В общем-то, Эстер даже и не должна была стать альфой. Просто она единственная, кто остался, когда…

– Когда умерли мои родители, – закончила Ильза, потому что Файф внезапно замолчал. Должно быть, именно это имела в виду Эстер, когда назвала себя запасным вариантом.

Они догнали Кассию и Илиаса у входа в комнату с табличкой «Зал заседаний». Когда Илиас открыл дверь, Кассия застыла, и ее взгляд метнулся через вестибюль. Ильза обернулась.

Ей потребовалось мгновение, чтобы узнать его при дневном свете. Штормовая синева его глаз стала глубже. Он был не так бледен, как Ильза предполагала. Однако девушка узнала опасный взгляд и плотно сжатые челюсти. Когда юноша подошел ближе, он принес с собой уже знакомую недружелюбную и раздраженную атмосферу.

– Ильза, это Элиот Квиллион, – холодно произнесла Кассия.

Элиот бросил на Ильзу взгляд, быстро скрывая удивление от того, что та не рассказала об их встрече.

– Польщен, – бросил Элиот, прежде чем повернуться к Кассии.

«Значит, вот как он выражает признательность», – подумала Ильза и подготовила уничтожающий взгляд на случай, если Элиот решится еще раз посмотреть в ее сторону.

– Когда я предложил воспользоваться услугами наемника, чтобы забрать ее, я не имел в виду Каделла Фаулера. – Он было направился мимо них в зал заседаний, но тут, видимо, вспомнил, чем еще недоволен. – И, кстати говоря, какое сейчас, по-вашему, время дня?

– Дополуденное, – ответил Илиас, презрительно глядя на Элиота. – Сомневаюсь, что ты о таком слышал.

Элиот в поразительно небрежной манере поправил рукав.

– Не вижу смысла в том, чтобы вставать так рано ради напоминания, что я ни для чего не нужен, а потом ждать какого-то особого распоряжения, – ровным голосом сказал Элиот прежде, чем зайти внутрь. Сквозь открытую дверь Ильза наблюдала за тем, как он выдвинул стул в конце длинного овального стола и изящно опустился на него. Слуги, расставлявшие чайный сервиз, тут же разлетелись прочь, как мыши при виде кота.

Кассия бросила на Ильзу извиняющийся взгляд и провела ее в комнату.

– Сейчас не так уж и рано, правда ведь? – прошептала Ильза, наклоняясь к Файфу.

Файф взглянул на часы.

– Только что пробило восемь.

– Но по ту сторону портала… уже поздно, верно?

Файф с энтузиазмом кивнул.

– Там восемь часов вечера. Удивительная шутка – материи между мирами.

– Вот как. Получается, если я хочу понять, в какое время мне нужно вернуться в Иной мир, я просто должна…

– Вернуться, моя дорогая? – спросил Илиас. Все взгляды устремились на Ильзу. Крошечная морщинка между бровями Кассии снова исказила ее лицо.

– Для завтрашнего представления, – объяснила Ильза. – Сегодня воскресенье, так что театр закрыт, но завтра в это же время меня ждут на сцене.

– Это невозможно, – раздался новый голос с порога.

Еще один мужчина присоединился к ним, с громким хлопком закрыв за собой дверь.

Ильза настороженно повернулась к Кассии.

– Есть еще лейтенанты?

– Ильза, это Орен Таренвейл, – вздохнула Кассия, хмуро посмотрев в сторону мужчины.

Орен, осторожно придерживая очки за дужки, снял их с ушей и положил в свой нагрудный карман, после чего повернул голову к Ильзе. Его мышиного цвета волосы поседели на висках, и седина была такой же аккуратной, как твидовый костюм и белый накрахмаленный воротничок рубашки. Улыбка Орена казалась натянутой, но при этом взгляд у него был добрый. Спокойное и дружелюбное лицо мужчины на Ильзу не произвело никакого впечатления. Она наградила Орена уничтожающим взглядом.

– Что ж, теперь все в сборе, – сказал Илиас. – Поскольку мне не терпится позавтракать, давайте уже сядем.

Кассия села на стул справа, Илиас – рядом с ней, а дальше – Файф. Орен выдвинул стул напротив Илиаса и предложил его Ильзе.

– Этот стул обычно занимает… – он указал на Элиота, сидевшего отдельно ото всех в дальней части стола. Юноша водил пальцем по краю чашки. Кажется, он вообще никого не слушал. – Сегодня это место будет вашим.

Сам Орен сел слева от Ильзы. Место во главе стола – Ильза предположила, что оно принадлежит Эстер – осталось пустым, как и место по правую руку от девушки. Илиас сказал, что все в сборе, но это не могло быть правдой. Кого-то не хватало.

– Итак. – Орен положил на стол записную книжку, которую до этого держал под мышкой. Затем он сложил ладони вместе и четким осторожным движением расправил их на книжке.

Ильза не была уверена, но ей показалось, что Файф вздохнул, а Илиас закатил глаза.

– Прежде чем начать разглашать все щекотливые подробности нашей нынешней ситуации девушке из Иного мира, судя по всему, являющейся метаморфом и похожей на ту, которую мы ищем, смею напомнить, что она легко может оказаться частью какого-то заговора, так что не думаете ли вы, что мы должны хотя бы попытаться проверить, та ли она, за кого себя выдает? В конце концов, мы наняли постороннего человека, и у нас нет никаких доказательств, что капитан Фаулер нашел ее именно там, где сказал.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30 
Рейтинг@Mail.ru