Перевернутый город

Ханна Мэтьюсон
Перевернутый город

Глава 6

У Ильзы никогда не было денег для того, чтобы пользоваться транспортом. Она любила летать, но это оказалось утомительным. К тому же, постоянно находясь в воздухе, девушка могла упустить завуалированную магию, поэтому предпочитала передвигаться на своих двоих.

Однако так было в обычный день. Фаулер и Ильза шли уже час, и успокаивающий эффект от виски испарился. Она не знала, был ли запах крови настоящим и сможет ли она хоть когда-нибудь забыть отпечатавшиеся в ее памяти кровавые лужи на рыбном рынке. Ильза выбилась из сил из-за постоянного напряжения каждой мышцы ее тела. День был жарким, а ее одежда предназначалась для зимней ночи, и из-за духоты девушке казалось, что она не может дышать.

У Ильзы было так много вопросов, но каждый последующий шаг отнимал больше сил, чем предыдущий, и к тому времени, как они дошли до белого дома, расположенного в северном углу парка, Ильзу покачивало из стороны в сторону, как девушку-оракула, мимо которой они проходили. Девушка думала, что место по эту сторону портала отличалось от Лондона, в котором она выросла, но Ильза была слишком дезориентирована, чтобы утверждать наверняка.

Пока капитан Фаулер докладывал о своем прибытии у ворот, Ильза прислонилась к столбику ограды и закрыла глаза. Она смутно осознавала, что неподалеку несколько людей обменивались репликами. В адрес капитана летели обвинения в том, что он не послал за экипажем.

– Знай мы, что вы навредите ей еще до того, как доберетесь до портала, мы бы послали за вами. Разве трудно было взять повозку?

– В сложившихся обстоятельствах я бы ни за что не доверился извозчику, особенно с девчонкой, которую должен защищать от убийц. Мое вознаграждение?

Глухой тяжелый удар обрушился на землю поблизости. Какая-то фигура заслонила солнце, просачивающееся сквозь веки Ильзы. Порыв теплого влажного воздуха заставил девушку выпрямиться. Когда она открыла глаза, то увидела пасть огромного зверя с черными губами, потрепанным серым мехом и клыками длиной с ее пальцы.

Крик, на который Ильзе не хватало сил, застрял у нее в горле. Вот и конец. Она потеряла бдительность всего на мгновение, и этот мир покончит с ней раз и навсегда.

– Ради всего святого, дай ей место, чтобы дышать, – сказал женский голос, и зверь повиновался. Это был волк, поняла Ильза, и когда он отодвинулся, в поле зрения попала вся его морда. Зверь был почти с нее ростом и обладал неестественными для волка сине-зелеными умными глазами. Тем не менее это точно был волк. Наверное, один из дружинников. Сердце Ильзы продолжало бешено колотиться. Был то настоящий волк или превратившийся в него человек, его челюсти могли бы сломать ей шею, если бы их владелец того захотел. Ильза изо всех сил старалась держаться прямо, когда шок отступил так же быстро, как и возник, но, должно быть, ей это не удалось, поскольку в следующее мгновение девушка с холодными руками подхватила ее под руки и повела к дому.

– Марта…

– Меня зовут Кассия.

Ильза оглянулась через плечо. Повсюду были гигантские волки, большинство со шрамами, испещряющими мех. За каждым из этих шрамов была история, и вовсе не веселая. Волки следили за ней любопытными человеческими глазами. За ними, по другую сторону закрывающихся ворот, остался капитан Фаулер. Он поднял капюшон, коротко поклонился и зашагал прочь.

* * *

Ильза просыпалась медленно, но с ясным умом.

Она чувствовала себя спокойно, даже когда заметила мягкое незнакомое постельное белье и фиолетовый оттенок света. Девушка села на кровати и попыталась понять, что находится вокруг. Она находилась одна в темной комнате. Шторы были задернуты, но по их краям внутрь комнаты просачивался лунный свет. Все было незнакомым, но вполне обычным, за исключением фиолетового свечения, исходящего от нескольких светильников на стенах. Однако даже это не насторожило Ильзу, что само по себе показалось ей странным.

Девушка попыталась вспомнить, как сюда попала.

Она припомнила ванну и бутылочку с чем-то, пахнущим лавандой. Ильза слабо протестовала, но женский голос сказал, что нужно смыть кровь. Но что было до этого? Послеобеденное время летнего дня. Красивое безоблачное небо. Парк… Риджентс-парк прямо за окном.

И чайная чашка с малиновой жидкостью, похожей на сироп. Поднимающийся от чашки пар был темно-синего цвета и блестел светом звезд. Девушка сказала, что напиток поможет Ильзе заснуть и избавиться от волнений. Она назвала содержимое чашки магией.

Ильза выпила все по собственной воле. Но почему?

Виной был рыбный рынок, оракулы, незнакомец в капюшоне и…

Ильза сделала резкий вдох, словно впервые за несколько дней. Кровь зашумела у нее в ушах. Она была не в Лондоне. Она прошла через портал в царство дьявола. В мир оракулов, быстрых убийц и чудовищ, таких больших и страшных, в каких Ильза сама не могла превратиться. И их было так много.

А Марта… Марта была мертва.

Ильза выпуталась из одеял и соскочила с кровати. Ее ноги сильно ударились об пол, и девушка напряглась, боясь, что кто-нибудь придет проверить, что случилось, но мягкий ковер поглотил большую часть шума, и половицы под ним не заскрипели. Ильза находилась в большом белом особняке, где ее оставил капитан Фаулер, и когда ее глаза привыкли к тусклому свету, это стало очевидно.

Комната, в которой находилась Ильза, не была обычной. Это была самая большая комната, которую ей доводилось когда-либо видеть. Тяжелые, тянущиеся от пола до потолка шторы закрывали окна на противоположных стенах широкого помещения. Они идеально сочетались с роскошным цветочным узором на стенах. В своем человеческом облике Ильза смогла бы дотянуться до декоративной короны, венчавшей стены под потолком, только если бы держала в руках метлу. В центре комнаты стояла кровать, достаточно большая, чтобы половина девочек из пансиона Ильзы могла уместиться на ней в полный рост. Они бы посчитали сон на ней большой удачей. Кровать, как свадебный торт, была украшена узором из виноградных лоз с золотыми листьями и завалена мягким бельем. Перед мраморным камином без углей из-за летнего зноя стояли комод, платяной шкаф, туалетный столик и обитые шелком кресла. На богато украшенном потолке раскинулся канделябр. Он был погашен и в свете луны и фиолетовом свечении бра отбрасывал на потолок искаженную, сюрреалистичную тень, которая нависала над Ильзой, как кошмарный сон.

Что бы Ильза не выпила перед сном, эффект от снадобья прошел, и по ее спине вниз пробежал холодок.

Она прибыла сюда днем. Как долго же она спала? Неужели она теперь пленница? От этой мысли ее замутило, и девушка проклинала себя за то, что не подумала об этом раньше. Предыдущая ночь – или день – обещал ей ответы, но гарантировал ли он ей безопасность?

Ясно было только одно: она не станет ждать здесь, чтобы выяснить все наверняка. Теперь она была в Уизерворде и могла ответить на свой самый главный вопрос. В этом городе должен быть кто-то, способный помочь ей собрать воедино всю картину. Кто-то, кто знал ее родителей. Кто-то, кто был ее похитителем.

Тот, кто помогал ей умыться и одел в ночную рубашку, не подходил на эту роль. Прислушиваясь и осторожно ступая, Ильза огляделась в поисках одежды, но нигде не нашла своего небрежно брошенного платья. Это была не та комната, в которой единственное хорошее платье обитательницы свисало со спинки кровати каждый день, за исключением дня стирки.

Поэтому Ильза попыталась открыть шкаф, петли которого, к счастью, не заскрипели. Но ее одежды там тоже не оказалось. Шкаф был заполнен красивой новой летней одеждой: платьями с незабудками и полосками в пастельных тонах, белыми муслиновыми блузками с кружевными воротничками и рукавами. Ильза подавила в себе желание сначала помыть руки и схватила самую простую бледно-голубую юбку и блузку, после чего поспешно оделась. Застегнув юбку на талии, Ильза поняла, что та слишком велика для нее, но прежде, чем девушка успела начать поиски чего-нибудь, чем можно подпоясаться, ткань сама собой уменьшилась. Запаниковав, Ильза схватилась за талию дрожащими пальцами, пытаясь сорвать с себя одежду, прежде чем та задушит ее при помощи какой-то темной магии. Однако юбка снова стала неподвижной и теперь сидела идеально. Ильза осторожно надела блузку, затаив дыхание, когда рукава и воротник проделали то же самое, что и юбка. Какое волшебство может заставить одежду меняться так, как это делает метаморф? А что, если эта волшебная одежда может подавлять ее способности так же, как веревка, которой капитан Фаулер связал ее запястья?

Что ж, Ильза решила это выяснить.

Она подошла к окну и проделала в шторах щель, достаточно широкую, чтобы можно было выглянуть наружу. Комната находилась на втором этаже, и ее окна выходили на сад. На фоне серебристой, залитой лунным светом лужайки виднелись темные силуэты кустарников и статуй, подобно часовым одетым в черное. По краю сада тянулась увитая цветущими глициниями стена, которая была в два раза выше Ильзы, но это не имело значения. Она планировала пролететь прямо над ней.

Ильза отперла окно и уже собиралась распахнуть его, превратиться в воробья и улететь, когда одна из темных статуй вдруг повернулась.

Ильза резко втянула в себя воздух. Это был волк. Пока она выглядывала из-за шторы, боясь пошевелиться и поймать взгляд зверя, прямо внизу показался еще один хищник, движущийся так бесшумно, что его можно было принять за тень. Он остановился очень близко. Если бы Ильза нарушила абсолютную тишину залитого лунным светом сада взмахом крыльев или скрипом открывающегося окна, они услышали бы и, перевоплотившись в птиц, бросились бы за ней в погоню.

Значит, окно не вариант. Если бы Ильзе удалось добраться до первого этажа, она могла бы выскользнуть и убежать как можно дальше от дружинников прежде, чем у нее вырастут крылья. Ильза отпустила щеколду и отошла от окна очень медленно, что противоречило желанию ее бешено колотящегося сердца. Повернувшись к двери, она начала действовать. Ее конечности подтянулись к телу, а кожу резко закололо, когда та начала покрываться шерстью.

 

Воздух покидал легкие Ильзы, пока она становилась все меньше и меньше, превращаясь в свою самую крошечную форму, которую могла принять: мышь. В прошлом этот облик хорошо служил ей для того, чтобы оставаться незаметной, в том числе проскальзывать под дверями, чтобы не поймали.

Однако у Ильзы не получилось протиснуться под дверь этой комнаты. Мгновение она боролась, ее голова и плечи застряли в щели, лапки царапали деревянный пол, но пространство было слишком узким.

Ильза снова стала человеком и растянулась на полу. Паника нарастала с каждым мгновением, и девушка с тоской посмотрела на камин. Какой-нибудь другой метаморф мог бы сбежать вверх по трубе, однако в таком тесном пространстве Ильза задохнулась бы от страха еще до того, как успела добраться до крыши. При одной мысли об этом у нее сжалось сердце.

Когда она поднялась на ноги и взялась за дверную ручку, сердце сжалось еще сильнее. Она решила выбраться из этой комнаты в своем человеческом обличье, или же ей пришлось бы остаться. Идея запереть ее здесь казалась бессмысленной, когда она думала, что может сбежать при помощи других способов, однако теперь у Ильзы свело живот. Ее нельзя запирать, думала она, поворачивая ручку. Она не могла оказаться в ловушке.

Однако ручка беззвучно поддалась, и дверь плавно отворилась. Ильза хотела с облегчением опуститься на колени, но вместо этого она напряглась, готовая расправить крылья, если в открытую дверь ворвется волк.

Но коридор за комнатой оказался пустым. Он был просторным, как огромная пещера, и более широким, чем любая комната, в которой когда-либо жила Ильза. Темнота, таящаяся там, куда не мог проникнуть слабый полуночный свет, делала коридор еще больше, как будто он мог тянуться бесконечно. Где-то вдалеке тикали часы, но половицы не скрипели, свет нигде не горел. Домочадцы спали, а не охраняли Ильзу, как пленницу.

Тем не менее девушка не теряла бдительности, пока тихо кралась по коридору. Она свернула за угол, и лунный свет хлынул через высокие окна, показывая, что остальная часть дома так же прекрасна, как и комната, в которой она проснулась. Луна освещала филигранные консоли, мраморные бюсты и хрустальные вазы со свежими цветами. Напротив окон висел ряд портретов такого размера, что Ильзе стало интересно, как человек может рисовать, если в процессе он видит только часть своей работы. Величественные гиганты смотрели на нее сверху вниз из рам. Иногда их было двое или трое. С серьезными и утонченными лицами. У каждого из изображенных людей через плечо была перекинута красная лента – такая же, как знаки отличия, которые носили волки. Все они были родственниками. Художник увековечил поколения одной семьи. По мере того как Ильза переходила от одной картины к другой, она подмечала общие фамильные черты.

Каждый из изображенных людей вызывал у девушки волнение, но лишь когда она оказалась в самом конце галереи, где последние несколько картин были скрыты в тени, ее сердце екнуло.

Она остановилась перед портретом мужчины и женщины. Табличка на раме гласила: «Альфа Лиандра и Тистер Ньюберг». Картина датировалась восемнадцатью годами ранее. У женщины было сердцевидное лицо и прекрасная комплекция. Художник запечатлел свет, падающий на ее густые золотистые волосы и карие глаза с вкраплениями карамельного и ярко-зеленого. Мужчина был ее мужем, как догадалась Ильза. Он тоже был светловолосым, с аккуратной бородкой и усами, которые несколько сглаживали его впалые черты лица. Внимание Ильзы привлекли его глаза: их форма и ярко выраженные веки были ей знакомы. Его рот тоже казался знакомым. Изучая картину, Ильза приложила пальцы к губам, чтобы почувствовать их форму.

Внезапно из темноты в углу коридора донеслось громоподобное рычание.

Ильза отпрыгнула назад, прижавшись к стене, когда еще один волк – нет, кто-то из семейства кошачьих и чернее самой ночи – отделился от стены. Мускулистый силуэт гигантского тела грациозно развернулся. Длинный хвост вилял, шурша по половицам, подобно кобре, готовящейся к броску. Ильза застыла, как кролик, не в силах думать. Лица на картине все еще путались у нее в голове.

Выйдя из темноты, большая кошка оскалила на нее зубы, и очередное низкое рычание вырвалось из ее горла. Но затем человеческие глаза – синие и неумолимые – быстро смерили ее взглядом, и зверь спрятал зубы. Секундой позже исчезла и сама кошка, а на ее месте появилась темная фигура молодого человека.

– О, – сказал юноша, только что бывший пантерой. – Я подумал, что ты чародейка.

Ильза с облегчением выдохнула. Прежде чем она успела снова насторожиться, юноша, не сказав больше ни слова, повернулся и исчез в тени.

– Постой! Куда ты? – крикнула она ему вслед. Ильза видела, как он оглянулся через плечо, но в царящем полумраке все еще не могла разглядеть его лицо.

– Я предпочитаю созерцать мертвых в одиночестве. Теперь ты здесь. Это портит атмосферу, – его тон был холодным и высокомерным.

– Мне…

– Жаль? Я принимаю твои извинения. Спокойной ночи.

Он собрался уйти во второй раз, и вдруг Ильза обнаружила, что говорит первое, что пришло ей в голову.

– Я совершаю побег.

Незнакомец остановился. Ильзе показалось, что он вздохнул. Когда он повернулся и полностью вышел из темноты, впечатление от его человеческого облика было ненамного лучше, чем когда он рычал на Ильзу в облике пантеры. Холодные, цвета штормового океана глаза смотрели с лица, созданного резкими линиями, как будто скульптор сделал несколько грубых надрезов и нашел то жестокое совершенство, достойное сохранения. Его волосы, вероятно, некогда аккуратно зачесанные назад, блестели от масла там, где луч лунного света падал на чернильно-черные пряди. Он взлохматил и изменил укладку, отбросив волосы в сторону и позволив небрежной пряди упасть на лоб. Его волосы напомнили Ильзе о перьях ворона, а потом об острых, как бритва, когтях.

Руки юноша засунул в карманы, ничего не выдавая, а манжеты его мятой рубашки были закатаны до локтя. Каким поздним ни был бы час, он еще не спал.

– Побег, – устало сказал он.

Ильза приготовилась к перевоплощению, она не позволит страху парализовать себя во второй раз.

– Я тоже метаморф, – сказала она. – Ты не сможешь мне помешать.

Его плотно сжатые губы расслабились в улыбке. Она была похожа на оскал, который гиена показывала своей жертве, прежде чем вырвать ей глотку.

– Ты находишься в одном из самых охраняемых зданий Лондона, – сказал он, подходя к окну и указывая на сад внизу. – Мне и не нужно тебе мешать.

Все еще готовясь к драке или бегству, Ильза подошла к окну и посмотрела вниз, хотя уже знала, что увидит. Огромные фигуры двигались в темноте, как тени-марионетки. Незнакомец был прав: она окружена солдатами, владевшими невероятной магией. Даже с ее собственным даром к перевоплощению у Ильзы не было шансов, поскольку они превосходили ее не только силой, но и числом.

Ее внезапная вспышка растерянности, должно быть, оказалась очевидной, потому что юноша, похожий на клинок, мгновенно растерял всю веселость и снова заскучал.

– Ты не должна так легко поддаваться моему поддразниванию. – Его бессердечный взгляд снова устремился в сад, а затем скользнул к парку за ним. – Волки здесь не для того, чтобы держать тебя под стражей.

Ильза посмотрела на него. Незнакомец закатил глаза и потянулся, чтобы открыть окно.

– Раз ты тоже метаморф, то можешь превратиться в птицу, как я понимаю? – Он махнул рукой в сторону открытого окна, словно приглашая ее. – Тогда исполни наше общее желание и уходи.

Ильза колебалась, слишком потрясенная, чтобы понять, какую игру он затеял, но уверенная, что игра имела место быть.

– Не хочешь? – спросил юноша.

– Насколько я понимаю, ты хочешь видеть, как эти волки разорвут меня в клочья. Минуту назад ты сам скалил на меня зубы. Почему это я должна верить хоть одному твоему слову?

В мгновение ока Ильза поняла, что ее вызывающий тон не останется без ответа. Незнакомец застыл, как лед, и взгляд, которым он одарил ее, был настолько же обжигающим, насколько холодным. Ильзе потребовались все силы, чтобы не отпрянуть.

– Значит, ты мне не доверяешь, – сказал он с горькой ухмылкой. Ильза пропустила шутку мимо ушей. – Не имеет значения. Пойдем со мной.

По причинам, которые Ильза не могла понять, она знала, что не может быть первой, кто уступит и смягчится, поэтому, когда незнакомец повернулся на каблуках и зашагал по коридору, она последовала за ним, стараясь ступать легко и тихо, как он. Возможно, она все еще сможет обратить ситуацию в свою пользу. Если удастся выведать у этого юноши какую-нибудь информацию, в достоверности которой она не смогла бы усомниться, это сыграет ей на руку при побеге. По крайней мере, она могла бы узнать, что посреди глубокой ночи привело его в этот коридор, к картине.

После нескольких поворотов коридор прервался с одной стороны, чтобы открыть путь в большой холл, освещенный немного лучше благодаря лампам, низко горящим вдоль стен. Ильза последовала за юношей вниз по широкой лестнице и оказалась на черно-белом мраморном полу, настолько блестяще отполированном, что девушке показалось, будто она смотрит в его глубины, как в бассейн с чистой, неподвижной водой. Ее спутник осторожно заглядывал в каждый дверной проем, пока они пересекали холл и шли по коридору к дверям, ведущим на террасу. Ильза не могла не заметить, как он повернул ручку и широко распахнул дверь с уникальной мышечной памятью человека, знавшего, как не издавать ни звука. Поворачивая ручку, он плотно прижал дверь к раме и, распахнув, схватил ее за край.

Следуя по террасе, он держался поближе к стене дома, и Ильза последовала его примеру. Затем юноша сел на клумбу, расположенную между двумя цветущими кустами гортензии, и поманил Ильзу к себе. Решив, что ничего не теряет, изнывающая от любопытства Ильза приподняла юбку до щиколоток и опустилась на колени рядом с молодым человеком.

– Ты хочешь сбежать и считаешь, что волки помешают тебе. Хорошо. Тогда смотри, – он кивнул в темный угол сада, и Ильза проследила за его взглядом. На этот раз она была готова, когда из тени появился гигантский зверь, крадущийся вдоль стены.

Юноша наклонился к ней и заговорил тихим голосом:

– Ферриен делает обход через равные промежутки времени, строго по часам. Он проходит от поворота до поворота всего за две минуты, и дежурит всю ночь, каждый раз, когда его назначают на вахту. Когда он обойдет восточное крыло, участок стены перед нами будет вне поля его зрения.

Он махнул рукой мимо Ильзы на беседку у западного угла дома, за которой, словно привидение, двигалась вторая фигура. Другой рукой незнакомец достал из кармана брюк дорогие серебряные часы и открыл их.

– Джорджиана охраняет западный вход в парк. Она делает обход по прямой линии туда и обратно, и ты попадешься ей на глаза, если будешь двигаться, когда она повернется лицом на север.

Волчица у западных ворот изменила направление и повернула назад. Было очевидно, что она увидит любого, кто будет пересекать разделяющую их лужайку.

– Тебе нужно всего лишь проскочить мимо этого уродливого топиария, и ты окажешься в ее слепой зоне, поэтому у тебя всего пятнадцать секунд. На старт. Внимание. – Он поднял часы так, чтобы луна ярко освещала их циферблат, и перевел взгляд на то место, где Ферриен поворачивал за угол дома. – Марш!

Ильза затаила дыхание. Она посмотрела на угол дома, за которым скрылся Ферриен, потом на волчицу, Джорджиану, которая следовала на юг и повернулась спиной к их укрытию. Ильза огляделась в поисках еще одного невидимого стражника, но больше никого не было. Похоже, незнакомец говорил правду. Путь к свободе был чист.

Но хотела ли она бежать? Было ли это правильным?

– Так. Ладно. Тогда за мной, – сказал юноша и, обернувшись вороном, таким же черным, как и его пантера, исчез быстро, как молния. Он плавно взмыл над лужайкой, перемахнул через стену и исчез в парке, в то время как Джорджиана у западных ворот все еще смотрела в другую сторону.

Ильза подскочила на ноги и взмыла в небо. Она набрала высоту, затем позволила силе тяжести и наклону крыльев переправить ее через лужайку и садовую стену. Она следовала за вороном, который низко пролетел над парком и приземлился в роще на некотором расстоянии от дома, после чего снова стал человеком и ждал ее, прислонившись к дубу. Ильза перевоплотилась в воздухе и, грациозно приземлившись на ноги, опустилась на землю рядом с ним. Прислушиваясь, она обернулась, ожидая увидеть волка, несущегося к ним, или услышать хруст листвы под топотом тяжелых лап.

Никто не появился, но по мере того, как Ильза изучала местность, на нее снизошло внезапное озарение.

Девушка подозревала, что Лондон был другим по эту сторону портала, и она оказалась права.

 

– Здесь нет зоопарка!

Ильза хорошо знала этот уголок Риджентс-парка. Это было место зоологического сада. Она тайно проникала в него несчетное количество раз, обращаясь то в птичку, то в мышь, прежде чем тайком перевоплотиться обратно и смешаться с толпой посетителей. Большинство самых удачных трансформаций были сделаны именно благодаря посещению зоопарка и изучению животных во плоти: их движений и очертаний тел. Было неприятно обнаружить, что такое чудесное место в Ином мире в этом не имело ничего примечательного, кроме белого особняка с садом.

– О нет, Зоопарк здесь, – сказал юноша. – Ты смотришь на него. Место силы Камдена, как сказали бы некоторые. Не совсем то, к чему ты привыкла в Ином мире, но не переживай, хоть баров у нас тут и меньше, животных столько же.

Зоопарк. Ну, конечно! Именно так назвал это место капитан Фаулер.

Юноша оттолкнулся от дерева и зашагал обратно к дому.

– А теперь, если твой эксперимент закончен, я, пожалуй, выпью чаю. Один. И да, не беги в том направлении, если все еще боишься, что тебя увидят. Лучше иди прямо к…

– Зачем нужна охрана?

Незнакомец остановился на полпути и повернулся к ней.

– Прошу прощения?

– Ты сказал, что волки здесь не для того, чтобы держать меня под стражей. Так от чего же, в таком случае, они защищают это место?

Наверное, это был глупый вопрос. Юноша внимательно посмотрел на нее, словно пытаясь понять, не шутит ли она.

– Ты ничего не знаешь о Лондоне, – мрачно произнес он. – Так ведь?

Ильза скрестила руки на груди.

– Я знаю о Лондоне все. Я прожила здесь всю свою жизнь.

Он покачал головой, уголки его рта опустились, изображая одновременно жалость и насмешку.

– Только не в этом Лондоне. Во-первых, это не один город. Их шесть.

– Шесть?

– Шесть народов, шесть фракций, шесть территорий.

Ильза сглотнула. «Лондон не такой, каким должен быть», – сказал капитан Фаулер. Только вот он забыл упомянуть, что аколиты, волки и армия, к которой принадлежал сам капитан, были лишь половиной военных подразделений, патрулирующих разные части города.

– Видишь те фонари? – Незнакомец указал в сторону западного конца парка, который был так далеко, что находящиеся там очертания деревьев и домов сливались в единое серое пятно. В той стороне горело с полдюжины фонарей, некоторые из которых стояли неподвижно, а некоторые кто-то переносил в руках. – Это охранный пункт. Он отмечает границу Камдена и Харта – квартала чародеев.

– Чародеев. – Ильза была поражена представлениями о заколдованных замках и магических превращениях. – А может чародей… двигаться так быстро, что его никто не видит, или проходить сквозь стену?

– О, звезды, нет, – ответил незнакомец. Теперь он с большей теплотой относился к своей роли рассказчика. Ильза боялась, что его забавляет ее неосведомленность. Прежде, чем она успела спросить о том, что умеют делать чародеи, юноша развернулся и указал в сторону за домом. – Но призраки могут. Это фракция Севера. Они могут проходить сквозь твердые объекты, если захотят. Стены. Запертые двери. Поэтому их и называют призраками. Не говоря уже о том, что они обладают невероятной силой и обостренным восприятием.

Так вот как капитан Фаулер появился из кирпичной кладки, когда Ильза пряталась на рыбном рынке! Он был призраком.

Юноша снова повернулся на девяносто градусов.

– Если следовать на восток, то в скором времени ты окажешься у пограничного поста Уайтчепела, на территории телепатов. Чтецов мыслей. Исказителей сознания. Не позволяй отсутствию физической силы обмануть тебя. Они так же опасны, как и любой из нас. Телепат может заставить жертву забыть своих близких, свои принципы, чувство самосохранения. Он может заставить человека жаждать жестокости, секса и даже смерти. Телепаты могут очистить разум и наполнить его чем угодно и кем угодно. Если ты отправишься по Темзе на восток, то окажешься у Доклендских островов, которые, я уверен, тебе знакомы, – незнакомец криво улыбнулся. – Там ты найдешь оракулов. Как я понимаю, ты уже знаешь, чем они опасны. Еще существуют мастера душ. Можешь ли ты себе представить, какие дебаты мы устраиваем по эту сторону портала? Чья магия самая грозная? Кто сильнее в бою? Ну, я вот думаю, что сильнее всех мастера душ. Их магия – это психокинез, то есть способность влиять разумом на физическое, – юноша невесело рассмеялся. – Ты перестанешь верить в превосходство силы призраков или манипуляций телепатов, когда увидишь того, кто способен обезглавить, даже не пошевелив пальцем.

Ильза сжала руки в кулаки, чтобы унять дрожь.

– И ты видел такое?

Юноша улыбнулся. Возможно, всему виной была игра лунного света, но его улыбка казалась зловещей, неконтролируемой и в то же время фальшивой, как застывшая ухмылка, нарисованная на деревянной кукле.

– Дважды.

– А где живут эти мастера душ?

– Скажем так, мы окружены врагами со всех сторон. Вот от чего наши солдаты защищают Зоопарк: от этого города. – Он снова обвел жестом окружающую их территорию. Ильза понимала, что его рассказ достиг своей кульминации. – От города, который был построен на недовольстве и трайбализме и который теперь трещит по швам своих границ, потому что именно это для него уготовила судьба. Добро пожаловать в Лондон – город, из-за которого ты стала сиротой. – Дыхание у юноши сбилось, и он провел рукой по своим и без того растрепанным волосам, после чего добавил уже тише: – Лучше бы ты осталась там, откуда пришла.

Во внезапно наступившей тишине он немного отошел в сторону, словно забыл о присутствии Ильзы, но она не возражала. Ей тоже нужно было время, чтобы восстановить дыхание. Ее мысли слишком быстро перескакивали одна на другую, словно бочка, катящаяся с холма и подпрыгивающая на камнях. Эта бочка точно разобьется, если не сбавит обороты.

– Значит, они правда мертвы? – спросила она, изо всех сил стараясь сохранить самообладание. – Мои родители.

Когда юноша повернулся к ней, в лунном свете его глаза казались черными, но они стали еще темнее, когда его осенила мысль.

– Ты не знала.

Ильза открыла рот, чтобы что-то сказать, но ничего не смогла произнести. Ей казалось, она об этом знала. Ильза была сиротой всю свою жизнь. Даже несмотря на то, что она безустанно искала ответ на вопрос, откуда взялась ее магия, она давно смирилась с тем, что у нее не было семьи. Однако словесное подтверждение опустошило девушку, проносясь сквозь нее, как ледяной сквозняк по пустым коридорам.

Ильза покачала головой.

– Я ничего не знала. Ни о том, кто они, ни об этом месте. Ни о магии.

Юноша поднял глаза к небу и издал звук, который был похож на нечто среднее между вздохом и стоном.

– О, небо, земля и все эти проклятые созвездия, – пробормотал он себе под нос. – Ну, теперь ты знаешь.

Если это было своего рода сочувствие, Ильза решила его принять. Доброе слово или мягкая рука на плече вызвали бы ненавистные ей слезы. Слезы, которые полились бы непонятно из-за чего. Из-за непонимания, горя или же несправедливости, которые терзали ее и оставляли в растерянности.

– Ты их знал? Моих…

Родителей. Моих мать и отца.

Ильза не могла произнести эти слова во второй раз, поскольку они звучали слишком странно. У нее ничего не было, и она ничего не приобрела. Ее мать и отец были мертвы.

– Конечно, я не… – отрывисто начал юноша, явно пытаясь приспособиться к абсолютному неведению Ильзы. Его руки снова нашли убежище в карманах, словно он пытался спрятать себя от нее. – Я едва родился, когда они умерли. Мой… мой отец был лейтенантом альфы, как и я сейчас. Хотя, может, это уже не так. Я ни в чем не уверен.

– Твой отец … Он рассказывал что-нибудь о них?

Полный негодования взгляд незнакомца метнулся к Ильзе. Она явно сказала что-то не то. Ее ошибка отразилась мучением на лице юноши, но таким коротким, что Ильзе захотелось понять, не померещилась ли ей его боль. Он посмотрел на нее как на привидение, приоткрыв рот, словно хотел что-то сказать, но промолчал.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30 
Рейтинг@Mail.ru