Слава. Звёздный волк

Евгений Щепетнов
Слава. Звёздный волк

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Глава 1

Как он его ненавидел! Никогда, никогда в своей долгой, очень долгой жизни он не испытывал такой всеобъемлющей, такой жгучей и страшной ненависти! Боль. Унижение. Страх.

Он кричал от страха и боли! Его слуги, прилетев на место катастрофы, нашли его лежащим в луже!.. Увы, как ни печально, пришлось их всех уничтожить прежде, чем они разнесли информацию по другим рабам, а те по своим хозяевам. Где это видано – великий и ужасный Агарлок испугался, как какой-то раб, с которого снимают кожу! Как медленно идет выздоровление… отрастить ноги, руку, восстановить кишечник – это нелегко! Даже с теми деньгами, которые у него есть. Организму наплевать, сколько у хозяина денег – миллиарды или сотня кредитов, – он восстанавливается как может. Модификаторы сказали, что правильное восстановление займет несколько месяцев. Иначе могут быть осложнения. Какие? Неинтересно какие. Если хоть какие-нибудь будут – значит, надо терпеть. Ничего, ничего, он скоро встанет и займется этим тупым рабом! Это каким надо быть идиотом и дикарем, чтобы не знать: у каждого обеспеченного человека под кожей встроен медицинский робот, который поддерживает его жизнь до тех пор, пока не придет помощь, конечно, если цела голова! Этот раб думал, что родовитые люди умирают так же, как дикари? Через пять минут? Идиот!

Скоро, скоро…

– Ну… ты и натащил железок! Мне кажется, что эти бобики сейчас протопчут во мне колеи! Аж трясется все, когда они топают! – Наташа на экране выразительно сплюнула и уперла руки в бока. – Похоже, все свалки городские обобрал!

– Не говори ерунды, – лениво ответила Сильмара, пощелкивая древними клавишами визора и морщась от неудовольствия. – Эти роботы современным сто очков вперед дадут! Правильно командир сделал, что их привез! В случае чего – такая поддержка нам всегда пригодится. Считай, он загнал в корабль четыре армейских полка! И вообще, лучше бы занялась чем-нибудь, вместо того чтобы ныть и злословить! Например, проштудировала карту звездных путей или поиграла во что-нибудь, если совсем скучно! Доставать своих товарищей болтовней и отвлекать от работы – не есть хорошо!

– Тебе на все наплевать! Ходишь, бродишь, зад чешешь! А я даже нос почесать не могу! Слава, когда ты мне тело купишь?! Я так и должна вечно плавать в дурацкой колбе? И вообще, вы все эгоисты! Все меня не любите! – Мозг звездного крейсера «Соргам» отключился, а Слава недоуменно посмотрел на свою жену Леру и спросил:

– Чего это с ней? Такое впечатление, что у нее ПМС! Когда я работал в школе учителем, в женском коллективе всегда было ясно – у кого ПМС. Тогда хоть беги из учительской! Чуть до мордобоя не доходило! Я как-то прочитал, что в одной стране, если женщина совершала преступление против личности во время ПМС, ее оправдывали!

– Тогда бы города лежали в руинах и везде были трупы, – парировала Лера, усмехнувшись, – разъяренные пээмэсные женщины снесли бы цивилизацию! Кто как реагирует… впрочем, с чего бы это? Пока Наташа лишь мозг, плавающий в колбе с питательным раствором, тебе не кажется, что на полном серьезе обсуждать ее ПМС немного глупо? Знаешь что, пойду с ней поболтаю без вас. Тоскует девчонка… вспомни, как мы шесть лет лежали в купели такими же овощами! Только мы-то могли летать, выбираться на свет «душами». А она и этого не может! Вы бы поискали в сети, сколько стоит новое тело.

– Во-во! Поискали бы! – выскочила на экран Наташа. – А то сами-то целыми днями кувыркаетесь, а я в банке плаваю, как килька!

– Кто кувыркается-то? – меланхолически парировала Сильмара, рассматривая какие-то колонки цифр на экране. – Я вот – не кувыркаюсь… не с кем… а то бы и покувыркалась…

– Ага! То-то ты там под одеялом стонешь! – злорадно хихикнула Наташка.

– Ну, гадина! Погоди! Купит тебе командир тело – я тебе, сучка, все глаза выцарапаю! Жду не дождусь! – Слегка порозовевшая Сильмара поглядела вслед уходящей Лере, потом глянула на Славу, который сделал вид, что ничего не понял, и показала кулак ехидной Наташе. – Убью, сволочь!

– Все, все, девочки! Хватит скандалить! Натах, твою бы энергию, да в мирное русло! Ты бы реки поворачивала мановением руки! Моря осушала бы!

– Я не могу в мирное русло! Я мозг боевого звездолета! Кстати, вы решили, где будете переоборудовать корабль? И что делать с позитронным мозгом? Новый стоит миллионов десять! А без него я не могу запустить маршевые двигатели!

– Над этим пусть командир думает, – заметила Сильмара, – если он смог перепрограммировать этих монстров, значит сможет одолеть и корабельный мозг. Правда, это посложнее будет, ох, посложнее! За пятьсот лет технологии ушли далеко… Впрочем – основа-то та же! В крайнем случае купим бэушный. За полцены. С разбитого корабля.

– Что нашла? Есть бластеры, которые нам подойдут? – Слава посмотрел на экран, на котором Сильмара вчитывалась в бегущие строчки.

– В общем, так: два бластера класса «Заргус», которые подойдут для установки на наш корабль, стоят всего три миллиона кредитов! Дополнительные накопители для серии из двадцати выстрелов – еще два миллиона. Классы тебе мало что говорят, но в общем их мощность поменьше, чем у этой вашей «Большой Берты», кстати, непонятно, почему вы ее так называете… но зато они выигрывают по скорострельности. «Большая Берта» вообще уникальная штука – такие большие пушки на корабли не ставят: велика вероятность того, что после промаха она снесет пару звездолетов сопровождения. Мощность огромная, а точность… зависит от мозга звездолета, но если у него ПМС… Хороший мозг наведет орудие как следует, а вот не очень хороший – промажет. «Заргусы» следят за целью с помощью своих мозгов плюс подруливает основной, позитронный – они сразу с ним связываются и устанавливают тесный контакт. Фактически это орудия думающие, вцепляются в свою добычу, как грукас, и не отпускают, пока та не сдохнет. Цена небольшая, вообще считай, даром – на самом деле стоимость на порядки выше, на бластеры подобного типа цены всегда очень велики. Но суть в том, что кораблей, подобных «Соргаму», практически не осталось, а если и остались, то вооружаться не спешат. Нам отдают оружие фактически по цене лома. Берем?

– Само собой – берем! – усмехнулся Слава. – А сколько времени займет установка?

– Неделю от силы. Хозяева гарантируют. Похоже, им самим хочется избавиться от этих штук. Небось лежат на складе лет сто, не меньше. Сняты с линейного корабля.

– Посмотри еще вот что – пора установить на корабль хорошую систему обеспечения! Ну, как на современных базах! Я хочу нормально питаться, нормально пить, пусть даже это будет иллюзией. Далее, нужно установить нормальные экраны связи, купить ремонтных роботов… Кто нам будет восстанавливать систему, если она накроется? Мне не хочется застрять с разбитым двигателем где-нибудь на заштатной планетке!

– Кстати, насчет двигателей, – Сильмара снова щелкнула кнопками, – наши двигатели подходят к границе ресурса. Замена маршевого и замена планетарного – сто миллионов кредитов, даже если менять на бэушные! А кто даст гарантию, что бэушные проходят столько, сколько мы планируем? Новые триста миллионов. Плюс обшивка – та, которая была у корабля раньше, с установкой стоит сто пятьдесят миллионов. Уроды содрали обшивку и сдали ее в переплавку – небось миллиона за два или за три. Там редкоземельные элементы, вот она и стоит таких хороших денег. А новую поставить – жутко дорого!

– Я одного не понимаю, а сколько тогда стоит новый корабль? – пожал плечами Слава. – Может, лучше сразу купить новый звездолет, чего мы это старье реанимируем?

– Новый крейсер такого класса стоит от полутора миллиардов кредитов, – усмехнулась Сильмара, – и это не самый большой. Меньше «Соргама». Раза в два. Такую роскошь могут себе позволить только государства или очень-очень богатые люди. Только зачем они им, частникам? Проще нанять. Круизный корабль стоит миллиард, а крейсер – это сложнейшая техника с невероятным, считай, десятикратным запасом прочности, с многократно дублированными связями, с энергетическим запасом, способным питать целую планету, такую, как ваша Земля! Если оборудовать «Соргам» как следует, он сделает любого, кто на него посмеет покуситься, или сбежит, прежде чем его расстреляют из сверхбластеров. Одни только генераторы защитных полей чего стоят! Каждый по сто миллионов, а их три! Порадуемся, что они замкнуты на системы «Соргама» и строго индивидуальны. Их нельзя было продать, снять с корабля – макуины знали, что делали, это как паз, в который можно вставить только эту деталь! На другие корабли генераторы не пойдут. Итак, считаем: бластеры – три миллиона, система обеспечения – восемьдесят миллионов, забыла накопители для бластеров – еще два миллиона. Сделать нормальную систему связи – двадцать миллионов. Придется чистить весь корабль, выкидывать старье! Что еще… запасы активного вещества для системы обеспечения – ну… миллиона два. Оружие ручное, броня у нас есть, но лучше иметь запас, да и тут много списанного старья – это еще пара миллионов. Два флаера, бэушных, но крепких – по сорок миллионов, плюс к ним запас боеприпасов и ракет – два миллиона. Итого… сто девяносто один миллион! Перебор… М-дя… что выкинем? Ладно, лучше пока возьмем один тяжелый флаер с вооружением помощнее – пятьдесят пять миллионов. И добавим станнер-захват, чтобы втягивать объекты в корабль, как делают охотники за рабами, – это десять миллионов. Считаем снова: сто семьдесят шесть миллионов. Это уже приемлемо. Если, конечно, ты запустишь позитронный мозг. Если нет – плюс еще десять миллионов, тогда придется снова от чего-то отказываться. Но мы и так взяли по минимуму – оставили четыре миллиона на текущие нужды. Опа! Забыла! А кто налог платить будет? Нам в течение сорока дней после того, как совершили сделку, надо будет заплатить кругленькую сумму, почти двадцать миллионов! Иначе худо будет. Карточку твою заблокируют, а тебя внесут в списки уклоняющихся от уплаты налогов и хлопнут в первом же городе. Вычистят мозг, узнают все о твоем имуществе и пустят с молотка – и имущество, и тебя. Не шути с этим. Тут можно убить, расчленить, украсть, это все ерунда, но не заплатить налоги – это страшные кары. Тем более что они не такие уж и большие, налоги-то. Думай. Теперь снова вернемся к максимальному обеспечению: нам нужно триста миллионов на двигатели, и лучше – усовершенствованные, с многократной защитой, новые, и еще – сто пятьдесят на обшивку. Она залог безопасности: если по кораблю шарахнут чем-то вроде «Большой Берты», мы не изжаримся, а быстро смоемся, пока они не приготовятся к следующему выстрелу. Учти, генераторы защитного поля удар такой мощи не выдержат. Еще штуки три боевых флаера – это около ста семидесяти миллионов. И ракет у нас не так много, ракетный арсенал практически пуст – осталось на два залпа, и все. Чтобы его наполнить, требуется десять миллионов, это на простые самонаводящиеся ракеты. А на умные – двадцать. Итого, еще шестьсот сорок миллионов. Неслабо, да? Я бы с такими деньгами спокойно сидела в деревеньке на окраине галактики и пила сок… на всю жизнь хватило бы… тела меняла бы каждые сто лет!

 

– Кстати, насчет тел, – глянь, чего там стоит сделать тело? Женское, конечно…

Сильмара снова пощелкала кнопками, подумала и сказала:

– Есть много вариантов. Например, искусственное тело с встроенными боевыми механизмами, бластерами и вибромечом. Годность тысяча лет – только меняй раз в сто лет батарею. Но как я понимаю, вам это не подходит! Хотя… мне тоже – засунь такую мегеру в подобное тело – она и башку отрубит! Там убойная сила как у твоих роботов. Но вообще – мечта воителя! И всего двадцать миллионов! А вот тело, выращенное из клетки индивидуума, стоит в несколько раз больше. Растят его всего год, ускоренными темпами, до возраста, нужного реципиенту. Потом вставляется мозг. Процесс проращивания, даже ускоренный – месяц. Делается это на планете Нитуль, в тридцати парсеках отсюда. Они специализируются на производстве новых тел. Желательно не покупать готовое тело тут – иначе по времени все затянется: пока клетку, взятую у объекта, отвезут, пока прорастят, пока привезут обратно готовое тело… Да и у модификаторов тут другая специализация. Изготовители могут это самое тело вырастить по заданным параметрам – например, организовать ей рог на лбу! Тогда будет видна вся Наташкина суть! Сколько раз я желала, чтобы у нее рог на лбу вырос!

– А сколько раз я желала, чтобы ты вообще никогда мужика не увидела! – крикнула с экрана Наташа. – Говори, сколько стоят тела, вакса ты обувная!

– Хм-м… что-то новенькое… что такое вакса? Впрочем, неважно. Явно – ничего хорошего. А стоят они, девонька, неслабо! Я даже не знаю – стоишь ли столько ты! Сто миллионов! С нужными модификациями и запасом жизни в тысячу лет! Гарантируют тысячу лет – может, брешут? Более того… типа… тело не будет стареть, болеть и сможет размножаться – таких же змеюк рожать.

– Ты моих детишек не тронь! На своих посмотри, грязюка черномазая!

– Эй, эй, вы чего? У вас нет детишек-то, – попытался урезонить женщин Слава, – чего вы сцепились?

– Нет – так будут! А она их уже оскорбляет! Пусть сама попробует чего-нибудь родить, я на эту гадину погляжу!

– Тьфу! И никому не показалось странным, что простое тело стоит столько же, сколько и два флаера? – пожал плечами Вячеслав.

– А чего, красота требует жертв! – пожала плечами на экране Наташка, ей автоматически, сидя в кресле, вторила Сильмара. – Бесплатно ничего не бывает!

– Никогда не мог понять таких трат, – покачал головой командир, – как можно за прическу отдавать триста баксов! Я бы или сам удавился, или удавил бы этого парикмахера!

– Вы, мужчины, не понимаете, – снисходительно сказала Наташа, – и слава богу! Я бы не хотел спать с теми мужиками, которые понимают. Впрочем, они бы не захотели спать с бабой, им мужиков подавай. Так что радуйся, что ты не понимаешь! А цена… м-дя. Надеюсь, когда ты додумаешься, как срубить миллиард бабла, первое, что сделаешь, закажешь мне красивенькую попку! Ребята, мне так плохо тут… так хочется ощущать, нюхать, трогать, пробовать… спать с мужиком, наконец! – Натаха на экране грустно потупилась и ушла в созданную ею даль, размахивая сорванной на зеленом лугу розочкой (представления о луге у нее, похоже, были весьма поверхностные, что даже странно для сельской девушки. Похоже, родители так и не смогли привлечь ее к общественно полезному труду на крестьянской ниве).

– Итак, подытожим – нам надо добыть… хм-м-м… семьсот сорок миллионов. Плюс двадцать на налоги. Семьсот шестьдесят. Сказать, что я в шоке – ничего не сказать…

– Да ну, не переживай, двигатели продержатся еще, может быть, тысячу лет! Кто их знает? Тем более что практически они не использовались, пока корабль висел в космосе. Ну а обшивка… тут уже… сам смотри. Нам бы еще беспилотников боевых… классная вещь – на каждом по бластеру, по несколько ракет, а управлять ими может корабельный мозг – изумительное изобретение! По пять миллионов за штуку. Я бы сразу двадцать взяла! Они еще могут мины из антиматерии ставить на корабль. Когда нападают на линкор, только так его и бьют, иначе не взять. Ну да ладно, и того, что наговорили, хватит. Вот денег маловато. Для одного человека – вроде как и много, а для дела – мелочь. Война стоит хороших денег, это не с мечом по арене скакать. Кстати, симуляторы нужны для тренировок и не только для тренировок…

– Ага! Хочешь мужика, хоть виртуального! Ну-ну… Вот тебе, а не мужик! – Натаха сложила дулю и сделала ее огромной, во весь экран, так что Славе показалось, будто дуля надвигается на него, как паровоз из фильма братьев Люмьер «Прибытие поезда на вокзал Ла-Сьота».

– Натах, я сколько раз тебе говорил, оставь свои замашки, – рассердился Слава, – веди себя как подобает интеллигентной девушке, мозгу крейсера «Соргам»! Противно смотреть на твои ужимки, я уже начинаю сердиться! Как тебя вообще мужики терпели на Земле?! С тобой и часа прожить нельзя без того, чтобы не захотеть по башке врезать! Кошмар какой-то!

– Терпели, и больше часа терпели! Я красивая, и в любви хороша, а еще – веселая, умная и верная! Ну… почти верная. И попробовали бы они мне врезать – я бы сама так врезала! Одному сказала: «Если обидишь меня – как уснешь, я тебе вилку в глаз воткну!» Он спать при мне не мог! Пришлось разбежаться!

Наташка радостно засмеялась – ее, не выдержав, поддержала Сильмара, и, зараженный общим смехом, рассмеялся Слава. Сердиться долго на эту безобразницу было невозможно. И правда, в ней было что-то такое жизнерадостное, бурное, огненное, как фонтан, бьющий из центра вулкана!

– Ладно, купим мы тебе попку, – успокоившись, сказал командир, – но попозже! Я вот что предлагаю – ведь есть симуляторы, так? У них все основано на иллюзии – прикосновения, запахи, даже ощущения. Давайте поставим Натахе такую систему! Пусть чует и ощущает! Сильмара, насколько это дороже обычной системы связи?

– Ненамного. Плюс два миллиона. Но ты не забыл – сорок дней и двадцать миллионов? Думай, командир, думай… как бы не пришлось линять отсюда куда подальше. И все равно станут искать, гады. У Совета руки длинные…

– Поищи верфь, где мы сможем заняться перестройкой корабля. И вот еще что – флаер нам нужен сразу. Перемещаться по планете как будем? Свяжись с фирмой по ремонту кораблей и закажи все, что вы тут навыдумывали. На сто семьдесят с хвостиком миллионов. Об остальном я подумаю. Договорись о ремонте корабля и уточни сроки. Я к себе в каюту, мне надо поразмышлять.

– Подумай, подумай – там Лера одна тоскует, а ты с чужой бабой думаешь! – прокомментировала Натаха. – Если жену не приголубить вовремя, ее приголубит кто-то другой! Все, все, исчезаю! Нежные они какие, понимаешь! Слова не скажи!

Слава поднялся с кресла, потянулся, почувствовал, как расправляются мышцы под одобрительными взглядами Сильмары и видеодатчиков вездесущего корабля, проделал несколько упражнений и зашагал к себе в каюту. Предстояло решить одну из важных задач.

Он не стал говорить об этом Сильмаре – то ли получится, то ли не получится – зачем зря будоражить? Вообще-то задач у него было две, но начинать требовалось с самой животрепещущей – позитронного мозга. Вот это была задача номер один.

Лера в каюте оказалась не одна – как обычно, на стене торчала улыбающаяся физиономия Наташи, девушка что-то горячо втолковывала своей подруге. Когда двери распахнулись, пропуская Славу, подружки затихли и выжидающе глянули на него, а Наташа заговорщицки подмигнула:

– Мне удалиться? Хотите что-то обсудить… интимно?

– Во-первых, не строй из себя светскую даму, стоит нам заняться обсуждением интимно, так ты во все щелочки заглядываешь. Это точно. Во-вторых, ничем интимным мы сейчас заниматься не будем. Мне нужны тишина и покой, чтобы никто не мешал и не отвлекал. Задача слишком серьезная. Натаха, у тебя хватит терпения хотя бы полчаса не лезть и не вопить над ухом? Идите лучше с Лерой пообщайтесь где-нибудь еще. Или потренируйтесь с Сильмарой – ей тоже надо размяться. Или обсудите чего-нибудь, только в другом месте. Мне требуется полное сосредоточение. И не пускайте сюда никого, пока я сам не разрешу. Все ясно?

– Ясно, командир! – Натаха важно отсалютовала, «накинув» на себя мундир с эполетами. Только помимо него на ней почему-то были мушкетерская шляпа с пером, блестящие бикини-трусики и туфли на гигантском каблуке. И больше ничего.

Слава улыбнулся и с разбегу бросился на водяной матрас. Лера наклонилась к нему, поцеловала в губы, скороговоркой шепнула: «Ну, если вы больше ничего не хотите!» – слезла с кровати и вышла за двери. Он остался один.

Закрыв глаза, Слава осторожно вышел из тела и сгустком разума воспарил над собой. Еще усилие, и мир превратился в подобие черной бездны, пронизанной информационными потоками. Энергии, лучи и цепочки информации пролетали сквозь материю, мелькали, как метеориты. Часто был виден только след от пролетевшего пакета информации. Слава не задумывался – как это происходит, что происходит. Все равно – человек не задумывается, почему он видит красное, а не синее, почему вот это зеленое, а не желтое. Ну да, длина волны разная, бла-бла-бла… Большинство людей никогда не поймет, что такое длина волны, что такое кванты и вся остальная хрень. Вероятно, даже ученые до конца этого не понимают. Обыватель же пользуется достижениями цивилизации и не задумывается об этих недоступных его разуму вещах.

Слава любил задумываться, но все-таки, когда нужно было, не ломал голову, а воспринимал определенные явления как данность. Так и сейчас: вот летела цепочка, пакет информации. Он встал на пути, информация прошла через него, оставив в его поле свою копию. Он впитал копию – оказалось, что некий Голопак сказал Зинтаке, что ждет ее сегодня вечером, и пусть та захватит с собой возбуждающий напиток с той планетки, как ее… Жерган, что ли. В прошлый раз у него с этим напитком хорошо получалось.

Слава улыбнулся – имея копии вот таких цепочек информации, можно позвонить кому-нибудь и голосом Голопарка сказать что угодно, составляя фразы из тех слов, которые употребил бы он. Собеседник услышит именно голос Голопака. А если… но это вторая задача.

Сосредоточившись, Слава полетел туда, где в переплетении энергетических линий находился позитронный мозг.

Как ни странно, мозг занимал объем где-то с яблоко, но зато был покрыт громадным слоем металла, керамики, пластали, свинца – слоев было множество, и каждый выполнял свои функции, защищая хрупкий блок управления от какой-нибудь определенной беды. Все оболочки вкупе составляли броню, пробить которую не смогли бы и сотни тысяч снарядов из земной пушки. Мозг постоянно выпускал пакеты информации, которые попадали во что-то вроде пробок, поставленных на всех путях общения с системами корабля. Слава улыбнулся – Наташа постаралась! Если бы не она, еще неизвестно, что бы было. Позитронный мозг оказался наглухо отрезан от мира и безуспешно бился, стараясь отдать приказы системам звездолета и послать сигнал в мозг Наташи.

Слава сверкающим облачком медленно и осторожно стал внедряться в это изобретение инопланетной цивилизации, как джинн, втягивался в «хрустальный» шар. Его ощущения и желание сознания облечь впечатления в какую-то удобоваримую форму сыграли с ним злую шутку – внезапно вместо того, чтобы просто вытягивать из ячеек мозга информацию, он оказался на огромной, просто гигантской поверхности, будто покрытой льдом. До горизонта не было видно ничего, кроме… кроме огромных букв, огненными всполохами возникших в «небе»:

 

– Несанкционированное вторжение! Требуется ввести ключ, иначе нарушитель будет уничтожен! На введение ключа отводится одна минута! Отсчет начат! Шестьдесят, пятьдесят девять, пятьдесят восемь…»

Слава панически задергался, пытаясь убежать, но будто примерз к поверхности – не мог оторваться, лишь беспомощно стоял, слушая отсчет и думая о том, что он самонадеянный болван, влезший без подготовки в царство Снежной королевы. Потом успокоился, сосредоточился и представил, что ноги стали двигаться. После этого ноги заскользили по поверхности, и он чуть не упал. Выкинул из головы мысли о скользком льде, сделал поверхность шероховатой и с удовольствием попрыгал на месте, проверяя, не провалится ли вниз, куда-то в туманную радужную бездну, клубящуюся подо «льдом».

Тяжелые слова системы, произнесенные мелодичным, не мужским и не женским голосом, падали вниз, как гири, и Слава забеспокоился – что же будет, когда отсчет закончится?

Отчет закончился. Заморгал красный свет, и из-подо льда полезли орды чудовищ. Разумом Слава понимал, что этого не может быть, что это не чудовища, это специальная программа пытается устранить вирус, попавший в мозг. Но ничего не помогало – он видел всех, кого уничтожил в симуляторе, и самое страшное – тех землян, которых убил по приказу Халкора. Они напоминали зомби, рычали, хрипели, рвали его руками и зубами, опутывали сетями. Слава посмотрел на себя – он был голым, как когда-то, когда выступал на арене. Тело его покрылось ранами, из которых сочилась кровь. Ему как будто казалось, что над ним кто-то кричит, раздался голос Леры, но он решил, что это ему послышалось. Слава напрягся, в его руке возникли два огромных меча, и он начал косить вражью силу. Однако на смену поверженным врагам вылезали новые, новые и новые. Слава физически не успевал рубить всех, они прибывали и прибывали, и в конце концов затопили все вокруг, как огромный поток.

Землянин захлебывался в этой живой каше, когда кто-то рядом крикнул голосом Леры:

– Хватайся за руку!

– Ты как тут оказалась?! Кыш отсюда! Похоже, я влип!

– Так и я теперь влипла! Теперь вместе спасемся или погибнем! Разве я могу тебя бросить в беде, я же русская баба! Бежим! Он меня еще не обнаружил!

– Несанкционированное вторжение! Готовность минута! Предлагаю ввести ключ доступа, иначе вы будете уничтожены!

– Поздно! – с досадой сказал Слава, выбираясь из кучи «тел» и отбрасывая их ногами. Вражины цеплялись, завывали, и Слава с Лерой с трудом удерживались на этой колышущейся куче антивирусов, норовящих стащить их вниз и подмять под себя.

– Думай, Лерка, думай, иначе они нас задавят! А наряд у тебя классный! – Слава непроизвольно усмехнулся, глядя на обнаженную Леру, почему-то расписанную под зебру, полосками. – Тебя в зоопарке и не отличили бы от настоящих африканских… стоп! Лерка! Я нашел! Представь себя одним из этих зомби, скорее! Сделайся такой же, как они! Ну! Ты же можешь – представь, что у тебя рана в горле, ты в крови, лицо как у этой бабы! А я представлю себя этим парнем! Ну! Ну! Есть! Теперь мы в системе! Они приняли нас как родные файлы антивируса! Гляди – успокоились!

– Слав, а чего это вообще было-то? Откуда вот это поле, откуда мертвецы?

– Ну чего ты пристаешь? Потом, на досуге порассуждаем. Это какие-то выверты мозга. Представляет все так, как нам, по его догадке, понятнее. Пошли теперь искать ячейки с информацией – там они где-то дальше должны быть!

– Почему – пошли? – усмехнулась Лера. – Садыс, дарагой, быстра дамчу!

Слава оторопело посмотрел на девушку, сидящую на облучке настоящих саней, запряженных северными оленями, только на рогах у них светились шашечки такси. Вячеслав засмеялся и запрыгнул в полость. Лера гикнула, хлопнула кнутом, олени прыгнули и помчались по поверхности ледяного океана. Скорость нарастала, нарастала… вот они оторвались ото «льда», забрали под углом вверх, понеслись в небо, выше и выше. «Ветер» развевал их гривы, а Лера радостно смеялась, кричала:

– А мне тут нравится! Классно! Надо только представить все, что тебе хочется! А хочется песенку!

И понеслось: «Джингл бэлс, джингл бэлс…»

Слава расхохотался и крикнул бесшабашной жене:

– Не путай работу и удовольствие! Хорошо хоть не на метлах летаем! Эй, эй, прекрати! Не очень-то приятно сидеть голым задом на этой деревяшке! Это только Гарри Поттер может!

Вячеслав махнул рукой, и их «метлы» мгновенно превратились в кабину флаера. Они уже сидели в удобных креслах и смотрели… сквозь прозрачный пол. Через некоторое время внизу показалось что-то похожее на город – от хрустальных зданий расходились веером потоки цепочек информации. Это напоминало какой-то фонтан, разбрасывающий струи в разные стороны. Видимо, мозг проверял сам себя и пытался пробиться наружу сквозь защитные барьеры, беспрерывно работая и выпуская массу «цепочек». В центре комплекса стоял огромный хрустальный блок, из которого исходили цепочки и терялись в остальных блоках-комплексах.

Слава указал рукой:

– Там! Где-то там! Оттуда идут команды! Снижаемся!

Флаер, состоявший из двух кресел и прозрачной площадки, на которой они стояли, сделал вираж и приземлился возле громадного куба. Слава осторожно встал на ноги, взял за руку супругу и пошел вперед, стараясь прикрыть Леру всем телом – мало ли что там впереди?

А впереди был огромный зал, пустой прозрачный ангар, накрывший территорию в несколько футбольных полей. В его центре виднелась маленькая темная точка. Она была едва различима, и Слава не мог понять, что там. Однако из этой точки и исходили все цепочки информации, которые вливались в остальные блоки «города». Прикинув на глаз, Вячеслав определил – до этой «точки» километра два! Придется потрудиться, пройтись… однако, когда они с Лерой начали сближаться с информационным «фонтаном», он вдруг вырос, как будто за два шага земляне сделали несколько сот метров.

Вырос и обрел очертания! Более того, он обрел лицо! Перед Славой стоял Неркату, каким был до своей смерти, контрабандист, бывший капитан корабля «Соргам»!

Славу взяла оторопь, он смотрел на Неркату и понимал, что это не контрабандист, что его мозг облек непонятные образы и явления в привычную форму – то есть на самом деле это и есть сердце позитронного мозга, его управляющий центр, настроенный на бывшего владельца, то есть принявший его облик. Но Славе все равно было не по себе.

Неркату стоял и смотрел на Вячеслава как на стену, и тот понимал, что это лишь символ, что ему надо что-то сделать, как-то изменить ситуацию!

– Может, ему башку свернуть? – шепнула Лера. – А что, нет Неркату, нет проблемы!

– А если после этого мозг вообще перестанет работать? Если он сломается? Кстати, не забывай, мы с тобой в форме информационных полей находимся сейчас в этом самом мозге! Накроется мозг – утянет нас за собой. В небытие. Ни в коем случае нельзя этого делать! Думать надо!

Слава мысленно создал кресло и уселся перед стоящим и глядящим на них контрабандистом. Тот стоял, вытаращив глаза, как зомби, не замечая нежданных гостей, и только выпускал из головы тучи информационных цепочек и принимал в нее тучи же ответных цепочек.

– Слушай, а чего он нас не замечает? Даже жутко как-то! – послышался голос Леры, и Слава, оглянувшись на нее, приглушенно фыркнул – жена не ограничилась креслом, создала два столба, между которыми висел гамак, где она и устроилась, соблазнительно выставив полосатую грудь и круглое бедро. – Мы ведь уже приняли свой обычный вид!

– Мы в системе. Она определила нас как «своих», не опасных, а значит, мы не вызываем интереса. А вот мне интересно, почему ты как зебра раскрасилась? Как это обосновать математически?

– А не ломай голову! – лениво ответила Лера, спустила ножку с гамака и помахала ей в воздухе, потом подняла ногу вверх и посмотрела на педикюр.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24 
Рейтинг@Mail.ru