Автобус с черными шторками, или Автобус по маршруту «Смерть»

Елена Нестерина
Автобус с черными шторками, или Автобус по маршруту «Смерть»

Глава 1. Улица Мракса

В чёрную-чёрную полночь, когда вдруг погасли на улице огни – и она погрузилась в кромешную тьму, по тротуару брели два человека. Сначала они торопливо шагали, стараясь успеть на последний автобус или поймать такси, но внезапно наступившая темнота всё изменила на улице. Перестали ездить машины, огоньки последней мелькнули вдали и пропали. Исчезли пешеходы. И только эти двое – мама с мальчиком, волоча за собой большой чемодан на колёсиках, медленно продвигались сквозь тьму.

Всё было совершенно чёрным. Стояли без света фонари, мраком окутались витрины, окна домов терялись в темноте. Кто-то там, за этими окнами, пытался зажечь огонёк – но он вспыхивал и тут же гас, будь то свеча или фонарик. Выйдя на улицу, мама и мальчик сначала подумали, что вдруг ослепли – но слабые проблески зажигаемого за окнами света говорили им: нет, нет, темно не у вас в глазах, темно вокруг!

Но почему?

– Скорее всего, авария на участке. Как починят – так электричество и включат. Мы не волнуемся, правда? – снова повторила мама, и мальчик кивнул ей, подтверждая, что они действительно не волнуются.

Наконец, они подошли к углу длинного дома. И – какое счастье! – за поворотом на другую улицу блеснул яркий свет фонаря! Мама и мальчик бросились бежать… Свет не обманул – на этой улице всё было в порядке и, кажется, никто даже не подозревал о том, что за углом царит мрак.

Мама и её сын Женя поймали такси, доехали до вокзала и сели на поезд. Их ждали три недели отдыха на морском побережье.

А когда они вернулись в свой дом – на той самой улице (она называлась улица Маркса), то узнали: света до сих пор нет. Нет – и как бы ни пытались его вернуть, какие бы бригады электриков ни приезжали на этот странный участок, ничего не менялось. С наступлением темноты улица Маркса погружалась во мрак. Испортились холодильники, так что пришлось закрыть кафе и продовольственные магазины. Да и все остальное тоже – вышла из строя сигнализация, и даже там, где имелись независимые электрические подстанции, добиться этого самого электричества не могли. Поэтому днём хозяева сами охраняли свои объекты от мародёров. А ночью никто не совался на эту улицу – воровать в полной темноте не получалось, ведь любой осветительный прибор в воровской руке тут же переставал работать.

Свет убывающей луны и звёзд тоже, казалось, над улицей отключался – во всяком случае, разглядеть что-то в их мертвенном сиянии не удавалось. Да и тяжёлые тучи плотно затягивали небо.

С наступлением темноты и до рассвета по злосчастной улице Мракса (так её быстро переименовали в народе) прекращалось движение – машины и прочий транспорт объезжали это странное тёмное пятно на лице города.

Многие жители покинули свои квартиры – дождливой осенью темнело рано, а потому было страшно и тоскливо сидеть в темноте, не имея возможности что-нибудь исправить.

Но Жене и его маме уезжать было некуда. Ведь они только вернулись.

…Было тихое утро. Пешком поднявшись на седьмой этаж, Женя и мама осматривали своё жилище. Раскрыли окна – воздух в комнатах был тяжёлый, застоявшийся. Большой холодильник в прихожей, который решили на время отъезда не выключать, разморозился без электричества, протушил, а затем замумифицировал в недрах морозилки забытую курицу. И налил на ковёр огромную лужу. Ковёр высыхал долго, где-то покоробился, где-то вздулся – и теперь казалось, что под ним прячутся маленькие таинственные существа. Из-за этого Женя с опаской пробегал по коридору – боялся наступить на подковёрных жителей.

Не ощущая на себе сложностей жизни без электричества, Женя и его мама весело позавтракали сладкими остатками провизии, которую брали с собой в поезд. Поскольку электрическая плита и чайник бездействовали, напиться чаю мама предложила в кафе.

И, загорелые, беззаботные, они отправились в кафе и по магазинам, прикупить недостающих вещей к школе – потому что вот уже две недели, как Женины одноклассники учились.

Вечернее возвращение домой уже не было таким радостным. С пакетами и сумками в руках, мама и Женя долго брели под мелким дождём по своей чёрной улице. Хорошо, что они её прекрасно знали – и мама, и сын с рождения жили здесь, в старом районе большого города. Множество раз они ходили по своей улице, знали каждый угол, поворот, витрину и афишную тумбу. Но это днём или при обычном искусственном освещении. А сейчас даже экраном телефона нельзя было подсветить – мобильная связь почему-то тоже не работала. Мрак – и всё. Где-то считая шаги, где-то ощупывая стены, маленькая семья всё-таки добралась до арки, ведущей во двор, из неё до подъездной двери.

Долгий подъём на седьмой этаж по гулкому колодцу подъезда – и вот Женя с мамой дома.

Завтра в школу. А пока… Пока была ночь – на удивление уютная, тихая, мягкая. Привыкший к тому, что и глубоко за полночь по дороге с грохотом и визгом мчатся машины, Женя лежал в этой чёрной ночи и удивлялся. В кромешном мраке, как в глухо закрытой чёрной бархатной коробочке, было очень приятно. Беззвучие радовало. И хотелось думать – о том, чего не бывает, о загадочном, которое манит, но не даёт о себе никаких ответов. Хоть думай о нём, обдумайся. Погружённого в эти мысли мальчика потихоньку сгрёб мягкими чёрными лапами благодатный сон…

Глава 2. В чёрном-пречёрном доме…

… – Как же вы там живёте? – одноклассники окружили Женю, как только он появился в школе.

На улице Мракса из всего класса жил только Женя, поэтому его появления ждали с нетерпением. До этого же приходилось расспрашивать учеников других классов – а это не всегда успешно получалось.

Женины приятные впечатления удивили – а всем, видимо, хотелось подробностей жутких мучений и страданий Жени в темноте.

– А ты компьютер свой пытался включить?..

– А телефон зарядил?.. – тут же посыпались вопросы.

– А что вы едите?..

– А как моетесь – в потёмках?..

Каждый пытался представить, какие сложности подстерегают при жизни без света. И представлял – в меру своих способностей и воображения.

Но если одноклассники только представляли, каково это, то Женя наконец-то в полной мере начал ощущать прелести жизни во мраке. Он вернулся из школы домой и начал жить этой самой жизнью.

Пока длился день, было терпимо. И даже приятно – на обед не суп, который надо подогревать, посуду после него мыть, а коробка пиццы, бутылка колы, бананы. Уроков задали мало, так что, разобравшись с ними, до сумерек Женя валялся на диване и читал книжку – чего давно не делал.

Пришла с работы мама, похвалила его за это.

Но сумерки сгущались…

Постояв над стиральной машинкой, которая без электричества стала просто тумбочкой, мама метнулась с кучей одежды в тёмную ванную, принялась орудовать тазами, облилась, перепутав ручки и включив душ, чуть не упала, поскользнувшись на луже воды – и, в конце концов, нервно запихнув вещи в две огромные сумки, поехала к своей подруге на другой конец города. Стирать.

Женя остался один. О том, что он будет делать в квартире без света, уставшая от сражения в потёмках мама как-то не подумала.

И он остался.

Почти час просидев без особых мыслей и дел в тёмной-тёмной комнате, Женя решил лечь спать. Рано ляжет – рано проснётся. А утром встанет солнце, и в квартире будет всё видно и понятно. Утро вечера мудренее – не зря же так говорится.

Женя улёгся. Поворочался, устраиваясь поудобнее, закрыл глаза. Сон не шёл. И только прекрасная картина – большой аквариум с гуляющими по его просторам разноцветными рыбами, как наяву встала перед ним. Этот аквариум находился в магазине «Зоотовары» на Центральной улице. Женина мечта. Аквариумом он просто грезил. «Болел»… Такой – большой, на сто двадцать литров, с подсветкой, системой воздухоснабжения, с живыми водными растениями и пластиковым затонувшим драккаром, разбитой кормой ушедшим в грунт и воинственно торчащим носом, украшенным зубастой мордой дракона. Сколько рыб, какой породы, каких улиток, рачков он купит и запустит в аквариум – всё это Женя давно продумал и просчитал. И теперь копил деньги. Всё, что давала ему мама на карманные расходы, он складывал в копилку. А все те пять остановок до школы, которые можно было бы проехать на автобусе или маршрутке, он бегал пешком – и тоже так экономил. Мама понятия об этом не имела – даже удивлялась, почему сын каждый день выходит из дома раньше, чем мог бы. Женя как-то туманно, однако, оказывается, убедительно объяснил ей причину – мама поверила.

Но про аквариум до сих пор не знала. Женя планировал попросить у неё перед своим днём рождения добавить небольшую сумму – например, треть от того, сколько аквариум стоит. Объяснит, что сам на него честно скопил – мама не должна будет рассердиться, поздно. И добавит, обязательно добавит! Хоть аквариум и дорогой. Только бы его не купили, не опередили его!..

Эта мысль подбросила Женю на кровати. Надо сходить посмотреть, на месте ли он! Вдруг за эти три недели нашёлся покупатель? Магазин «Зоотовары» работал до девяти вечера, как и многие из них на Центральной улице.

Скорее к аквариуму!

На ощупь Женя оделся, взял ключи, мобильный телефон (который ловил сеть тут же, как только заканчивалась зона улицы Мракса). Открыл входную дверь.

В темноте лестничной клетки чувствовалось чьё-то присутствие. Стояла тишина, никто не орал, не рычал, однако ошибиться было невозможно – возле двери кто-то находится…

Осторожно, но как можно быстрее, Женя закрыл дверь, навалился на неё всем телом и запер на замок. Долго стоял, прижимаясь ухом и пытаясь что-то услышать. Кто может быть в подъезде? Да кто угодно – например, грабитель. Поджидает, когда кто-то откроет дверь, – и, оттолкнув человека, ворвётся в квартиру, закроется там и начнёт грабить. Или всё то же самое – но только маньяк. Вычислил, где живут персонажи побеззащитнее, и тоже охотится. Ему, в отличие от грабителя, которому надо по квартире добычу искать, темнота не помеха, а, наоборот, друг…

 

Подумав об этом, Женя похолодел. Всё: сидеть дома – и не высовываться! Да. А к аквариуму можно будет пойти и завтра – сразу после школы.

Женя пробрался на кухню, отыскал пачку чипсов, разорвал, просыпав несколько чипсин куда-то себе под ноги, уселся и с хрустом начал жевать. Это успокаивало.

Но тоска по аквариуму не отпускала. Аквариум! Он так и стоял у Жени перед глазами. Женя мечтал о нём все каникулы. Да – в этом году море не принесло такой безумной радости, не доставило безудержного счастья, как раньше. Хотя Женя и плавал без всяких ограничений, и нырял с аквалангом, и рыбачил с лодки. В аквапарке провёл два раза по целому дню. Но что аквапарк – если аквариум затмевал всё! Свой собственный кусок подводного мира, красивый, технологичный.

Женя должен был увидеть его прямо сейчас. Ради мечты он был готов на всё. Пройтись по чёрному-чёрному подъезду? Да что там – запросто!

К тому же – мама… Что с ней происходит в данный момент? Она как вылетела злой пулей из квартиры, так и канула в темноту. И до сих пор от неё ни слуху, ни духу. А вдруг она вообще из подъезда так и не вышла? На чёрных пролётах лестницы с ней могло случиться всё, что угодно. Или, если не в подъезде, то на проклятой улице Мракса её могло подстерегать что-нибудь ужасное. И позвонить ей нельзя…

Так что всё к одному…

Женя поднялся со стула. Надо идти на улицу – сначала хотя бы позвонить маме, выскочив в зону доступности связи, а потом уже поджидать её где-то. Но первый шаг – один шажок в направлении этого подвига, сделать оказалось нелегко. Невозможно просто. Та тишина, подозрительная, зловещая, которую услышал он на лестничной клетке, тут же вытеснила в Жениных ушах тишину квартиры. Обычную. Просто тишину. И забыть то, как в этой тишине забарахтался его страх, мальчику не удавалось.

Мысль о маме, конечно, снова придала бодрости. И уверенности в правильности решения. Вон из дома!

Высыпав в рот последние чипсы и захрустев ими, от чего в ушах стало уж точно не тихо, Женя оторвал ногу от пола и направился коридор. «Квык!» – разнеслось тут же по всей квартире. Женя вздрогнул. Но заставил себя осознать – это попала под ногу чипсина, которую он недавно уронил. Только и всего…

Ведь может же пугающее объясняться логически?

Вполне!

С этой позитивной мыслью мальчик открыл входную дверь. Он очень старался быть неслышным, но ключи всё равно звякнули – так что, аккуратно прижав их пальцами, Женя сначала долго стоял, прислушиваясь, медленно-медленно прокрутил ключ в одном замке, затем ещё медленнее в другом, повернулся…

Сейчас почувствовать – есть тут кто-то или что-то, было невозможно. Женя стоял, не двигаясь, и слушал. Возможно, преступник тоже стоял и слушал. А может, и нет. А может, и не преступник? Не человек… А кто – вампир какой-нибудь?

Вампир, маньяк, грабитель – каждый по-своему, но вся эта гвардия была опасной. Вытянув в темноту руку, Женя двинулся вперёд. В любой момент он готов был почувствовать, как его ладонь ткнётся в остриё ножа, или же эту руку ему заломят, или даже откусят – но всё оставалось спокойным.

Поводя рукой перед собой, Женя спустился по ступеням. Долго, очень долго он спускался, ему даже стыдно стало за такую трусятину. Ничего страшного не было. А если кто и топтался тогда на лестничной клетке – так наверняка давно ушёл. Хотя, может, вернётся?..

Думать об этом не хотелось. Женя и не стал. Приободрённый, он смело зашагал по двору – и тут же налетел на что-то мягкое и пыхтящее. Оно закричало голосом Лидии Вениаминовны, бабушки из соседнего подъезда. Женя назвал себя, Лидия Вениаминовна – бабулька смелая, раз в одиночку шатается по улице Мракса, – тут же начала его ругать и гнать домой. Женя покладисто согласился, сделал несколько шагов в сторону – и расстался в чёрной каше двора с Лидией Вениаминовной. Бабушка, кажется, в этой самой черноте растворилась вместе с голосом – потому что понять, что она ещё кричит Жене, было невозможно.

Накрапывал дождик, звёздной подсветки не было никакой. Держась рукой за стену, Женя брёл в сторону улицы. Брёл и по улице, долго-долго – пока не добрёл до поворота в переулок, с него до улицы Центральной четыре минуты пешком. Кончился дом с тёмными окнами (территориально он относился к улице Мракса) – показались уличные огни…

Взбодрился и засиял экраном мобильный телефон.

Жизнь!

Женя набрал мамин номер.

– Женечка, сынок, приезжай! – тут же откликнулась она. – Что ты там один сидишь. Переночуем – а завтра ты отсюда в школу поедешь. Так что давай быстренько, собирайся.

Мама забыла, что дома не принимает мобильный телефон. А «собирайся» – это значит «возвращайся домой за сумкой с учебниками». Ну вот что она придумала?..

Рейтинг@Mail.ru