Семь моих турецких лет. Книга 2. Байрам, который всегда с тобой

Елена Атай
Семь моих турецких лет. Книга 2. Байрам, который всегда с тобой

Разность менталитетов, традиций, религий. Мы говорим на разных языках. О многих вещах думаем по-разному. Но мы – семья. И здесь начинается наша увлекательная семейная сага.

Посвящаю моей дочери Марине.

Благодарю моего мужа Мурата.

Пишу для всех, кто хочет найти любовь.


И стали мы жить-поживать.

Глава 1. Конфликтные ситуации

Множество приключений, романтических и не очень, пришлось нам пережить. Но вот мы, муж и жена, прилетели в Турцию. Началась жизнь, какая она есть. И конфликты. Хотя с годами они случаются все реже. Но надо понимать, что конфликт между мной и моим турецким мужем, это всегда нечто большее, чем ссора двух «одного поля ягод». Тем он и интересен. Всегда глубже, чем кажется на первый взгляд, и сложнее, и многозначнее. Всегда отягощенный бэкграундом, от которого никуда не денешься. Преодоления, притирки, компромиссы – ах, как это трудно, особенно между двумя взрослыми людьми, которые не хотели бы меняться. Но меняются – из любви.


***

Все знают отрывок из поэмы Н.А. Некрасова «Мороз, Красный нос» – «Есть женщины в русских селеньях…», в школе учили. Так вот – я такая. Беларусского во мне, кстати, ровно отцовская часть. А мама – из Волгоградской области. И вчера у меня не было времени на литературное творчество, потому что я чинила стиральную машину.

Вот вы что делаете, когда стиралка выдает F4? Я открываю гугл (образование-то филологическое), а потом беру в руки отвертку. Нет, ну сначала как положено, включила-выключила, ногой пнула, программы поменяла. А потом-таки, отвертка. Починила. Довольна. Но такие фокусы я могу себе позволить, потому что сейчас я в Минске. А в Турции оно не так.


***

Едва переступив порог нового турецкого дома, я сразу бросилась все в нем менять. Люблю обустраивать жилище по-своему. И ремонт делать люблю. Обои клеить обожаю. Полочки всякие и украшения по стенам развешивать.

У меня часто спрашивают, в чем разница между нашими и турецкими мужчинами. Вопрос вообще не однозначный. И ответа простого на него нет. Но могу сказать, что беларусские мужчины охотнее делегируют женщине выполнение любой работы, которую они сами могли бы сделать, но не делают, по разным причинам. Это может быть:

«Мне некогда, я деньги зарабатываю»

«Я устал на работе, могу отдохнуть хотя бы в выходные?»

«А ты что сама не можешь?»

«Тебе прямо сейчас надо?»

«Я не сборщик мебели, я инженер»

«Вечно тебе что-то от меня нужно»

И еще тысяча отговорок вместо того, чтобы взять и ту же полку повесить. И проблему им всегда приходится проговаривать. То есть, дом наш, живем вместе, пользуемся всем вместе, но я вижу, что лампочка в туалете перегорела, что в пылесосе фильтр засорился, что в ванной не хватает полочки для шампуней, что собака не выгуляна, что прокладку в кране пора менять, что на дверной ручке выкрутился шуруп, что стиралка сломалась, в конце концов, а он – нет.

Думаю, в этой ситуации многие себя узнают. И продемонстрируют, конечно, различные поведенческие модели. Все люди разные. А я не люблю указывать на очевидное, не люблю инфантильности и терпеть не могу просить. Я беру в руки отвертку, или молоток, или разводной ключ.

Да, психологи советуют в этом случае обращаться за помощью, апеллируя к сильной половине и пытаясь правдами-неправдами заставить его таки сделать требуемое. Не то, мол, у него вообще все хозяйственные навыки атрофируются, и он вконец обленится. Ага, сейчас. Буду я танцы с бубнами устраивать. Мне проще сделать самой.


***

И я вяла красивую вешалку для полотенец, которой, как мне показалось, не хватает на моей турецкой кухне. Отыскала молоток и два гвоздя, пока муж спал (кстати, все инструменты у него в идеальном порядке, разложены по ящикам и ящичкам, шуруп к шурупчику – вау!) И быстренько ее прибила. Молодожен проснулся и обалдел: «Что ты делаешь!? Зачем ТЫ прибиваешь полку, у тебя же есть Я! Нужно было просто сказать».

Да мой турецкий муж замечает, когда в доме что-то не так. Он постоянно пытается усовершенствовать наш быт. Куплены все приспособления, какие только можно придумать, чтобы упростить жизнь. А если мне чего-то не хватает, достаточно просто сказать. Не просить и не ждать, когда его посетит вдохновение. Только сказать – я хочу сделать это. А не самой хватать молоток и начинать колотить.

Но я так не умею. У меня когнитивный диссонанс. И вот он – многолетний конфликт. Разрешается следующим образом. Я постепенно меняюсь и учусь не входить в горящую избу, а пропускать мужчину вперед. А он закрывает глаза на мои отклонения от курса, когда я все-таки умудряюсь сделать «мужскую» работу. Кстати, когда у нас в Турции сломалась стиральная машина, он вызвал мастера.

Но каждое лето я приезжаю в Минск, и с наслаждением привожу дом в порядок, возвращаясь хотя бы на пару месяцев в привычное состояние «Мама умеет все». Дети, правда, потом долго свои вещи найти не могут и по утрам на работу опаздывают.

А Мурат, пока я отсутствую, успевает еще прикупить кухонных и бытовых гаджетов и устроить в доме все по-своему, как ему кажется, удобнее и лучше – для нас.




Даже когда мы ссоримся, все равно друг друга любим.

Глава 2. Как мы бросили курить

Есть две категории людей: курильщики и те, кто их на дух не переносит. Ни разу не видела лояльного отношения тех, кто этой привычкой не обременен, к активно курящим гражданам и особенно гражданкам. Моя мама в юности, когда я только вступала на стезю курения (она еще об этом не знала) часто говорила: «Лучше пей, но не кури!»

Я всю жизнь успешно совмещала эти два приятных занятия. Курить по-настоящему начала в 15 лет. Нет, ни в коем случае не хвастаюсь и даже не горжусь своим ранним развитием, просто констатирую факт.

На момент нашей встречи с моим турецким мужем мой стаж курильщицы был 24 года, минус время беременности и недолгого кормления грудью. Мурат, поскольку старше и беременным не бывал, курил дольше. И больше – по две пачки сигарет в день, против моей одной.

Эта привычка нас очень объединяла и радовала. Вообще, курить – хорошо. Если не принимать во внимание аспекты здоровья. Прекрасно, считаю, начинать утро чашечкой кофе с сигаретой. В любой ситуации, когда нужно заполнить паузу, всегда можно прикурить. Если надоест общение – выйти на перекур. Когда ждешь чего-то или нервничаешь, закуриваешь, и становится легче.

Мы были рады, что оба курим. Что по этому поводу нет разногласий (разве что в марках сигарет). И, если в Минске у меня была комната для курения, то в турецком Дидиме, где кроме нас в доме не жил никто, мы курили везде, кроме спальни. Особенно вкусно курилось в кабинете, за работой. Но и на балконе тоже неплохо.

В турецких квартирах на стенах редко встретишь обои. Чаще всего они выкрашены белой, серой или бежевой краской. Наши стены были белоснежными. А через 11 месяцев непрерывного курения стали даже не бежевого, а почти коричневого цвета. Проявив воображение, можно было представить, что точно таким же никотиновым налетом покрыты наши легкие, и ужаснуться. Тем более что оба мы люди грамотные и о вреде курения наслышаны.

Но воображение молчало. И о том, чтобы перестать курить, даже мысли ни разу не возникло.


***

Я бросала курить множество раз. Даже книгу Аллена Карра читала. Но она на меня не подействовала. Уж слишком хорошо видно, как она сделана. Кино документальное о том, что происходит с легкими курильщика, произвело большее впечатление, честно скажу, почти два месяца держалась. А потом, то ли с партнером рассорилась, то ли еще что-то случилось – нервно закурила опять.

Одно время пыталась не курить дома, когда дочь была в опасном возрасте, чтобы пример дурной не показывать – только на работе. На другой работе курилка была местом нездоровых сплетен, ходить туда не хотелось. Поэтому первую сигарету выкуривала утром дома с чашкой кофе. А следующую – тоже дома, в 7 вечера. Зато потом по ночам «догоняла» дневную норму. Еще однажды бросила, и решила курить только когда выпью, в основном это были выходные, и уж «укуривалась» тогда всласть.

В общем, не такой сильной, возможно, была моя зависимость, но прочной. А муж никогда в жизни не бросал и не пытался даже. Он вообще одну от одной прикуривал, и курил без перерыва. А если ему на работе запрещали, менял работу.


***

И вот 13 октября 2014 года утром он вдруг мне и говорит: «Я хочу жить с тобой долго и счастливо. Хочу, чтобы мы были здоровы. Поэтому, давай бросим курить». Простота, ясность и красота этой мысли меня поразила. Мы выкурили по последней сигарете. И даже не стали прятать зажигалки и остатки табака – оставили для курящих гостей. Мы отмыли и заново выкрасили стены в белый цвет. Но не сделались табаконенавистниками. К нам приходят друзья, им разрешается курить у нас в доме везде, кроме спальни. Повсюду стоят пепельницы. В доме всегда есть запас сигарет. И 13 октября будет 6 лет, как мы не курим.


Жить с кем–то, ради кого–то долго, счастливо, сохранив здоровье. Ради этого стоит бросить курить. Мы открыли новый способ. Кто хочет, может воспользоваться.




Это я в 2012 году.

Глава 3. Про турецких котиков

Котов я не люблю, потому что я люблю собак. Общеизвестно, что «кошатники» и «собачники» – два антагонистичных лагеря. Есть, конечно, любители животных вообще. Но я не верю в их искренность. Это для меня, как любить фаст-фуд и быть приверженцем здорового питания. Как быть вегетарианцем и мясоедом одновременно.

Коты – эгоисты. Они не знают, что такое самопожертвование, по отношению к людям. Они – существа берущие. Собаки – дающие, и при этом ничего не требующие взамен. Мне ближе по духу собаки.

 

***

Уличных котов в Минске я кормлю, от случая к случаю. В основном, зимой. Они ловкие и пронырливые, могут лазить по мусорным контейнерам, и почти всегда найдут себе пропитание. А если нет, жалостливо помяучат, и сердобольные граждане вынесут им что-нибудь. Ну, исключительные ситуации, когда приходится вконец отощавшему коту-бродяге покупать сосиску в срочном порядке, не рассматриваются.

И, тем не менее, коты у нас дома были всегда. Впрочем, как и собаки. Но не мои коты. То есть, я не была «в ответе за тех, кого приручила», потому что приручала не я. Пока лично мне прямо на грудь не бросилась, вцепившись и обняв за шею лапами, шестимесячная Принцесса Элис породы меконгский бобтейл. Откуда она свалилась на мою голову – не знаю. Но вот уже 10 лет живет у нас в Минске.


***

А в Турции мы имеем кошку, которую зовут словом, обозначающим даму легкого поведения. Именно это слово я сказала, когда увидела, как она в первый раз, на сносях, втекала в наш диван на балконе, чтобы там благополучно разродиться. Муж подумал, что это я ей имя такое дала.

С тех пор эта животная три раза в год рожает по пять или шесть котят. Вообще она дикая, но котят рожать и выкармливать приходит к нам. Конечно, я их кормлю, кашку варю, сначала на молоке, пока маленькие. Потом на курином бульоне. А кошка в это время шипит на меня, как продырявленная шина. И детей учит шипеть – никакой благодарности.

Где-то после двух месяцев пребывания в наших «яслях» эта полностью оправдывающая свое имя особа отправляется на поиски нового партнера. Причем, если роды случились в ноябре, уже с конца января на оливах возле дома гроздьями висят котяры и зловеще завывают, поглядывая на наш балкон. А по ночам они устраивают драки, издавая леденящие душу вопли. И приходится разливать их водой, чтобы они друг друга не покалечили. Ох уж эти темпераментные турецкие коты.

Котята тем временем куда-то исчезают. Иногда потом они приходят в гости, по старой памяти спят у нас на качелях, ужинают и опять уходят. Вот такой круговорот котов на балконе.


Кстати, мне муж сказал, что если кот пришел к твоему порогу, надо его обязательно накормить. Примета у них турецкая такая.


Не знаю, как в других городах Турции, но в курортном Дидиме котам прекрасно. Они, как метко выразилась моя коллега-журналистка, «контролируют общепит». Их все любят. И они размножаются не по-детски. Целые улицы котов. Им оставляют еду везде, где можно и нельзя. Ставят плошки с водой в жару. Редко возле какого кафе или ресторана не увидишь пару-тройку вполне ухоженных кошек, которые спят себе в тенечке. А, просыпаясь, подходят к столикам и требуют пайки. Зато в нашем городе абсолютно нет проблемы мышей и крыс.


***

Кроме вышеупомянутой кошки, которую впору переименовать в «Яжемать», был у нас еще один турецкий представитель кошачьих, но недолго. Его принес сосед, который кошек не просто не любит, а терпеть не может. Принес на вытянутой руке за шкирку – прицепилась, говорит, заберите ради Аллаха, от греха. Дымчатый комочек, которого я тут же пожалела и назвала Пушинка. Через день она получила новое, более подходящее имя – Шайтан.

Это была уникальная кошка. Она возникала внезапно и везде. Только прогонишь ее в дверь, она уже врывается в окно. Она открывала лапой защелки, просачивалась через решетки. Упорно не хотела жить на балконе и ломилась в дом. Она уходила гулять с вечера, а потом в пять утра прыгала к нам в постель, доводя меня до инфаркта. И она ела хлеб. Никогда не видела, чтобы кошка с таким наслаждением пожирала сухой, ничем не размоченный белый хлеб, в безумных количествах, не запивая, огромными кусками. Мы списывали это на тяжелое детство, и пытались кормить ее протеинами, но хлеб она ела гораздо охотнее, чем курицу или рыбу. А кошачий корм не признавала вообще.

Шайтан исчезла так же внезапно, как и появилась. Просто однажды ушла гулять и не вернулась. Мы до сих пор ее вспоминаем и гадаем, что с ней случилось.


***

Еще одно наше «приобретение» – рыжий Борис. Нагло пришел, как к себе домой, и остался. Все кошки, которые приживаются у нас, с каким–то «прибабахом». Борис, по виду восьми-девятимесячный, то есть вполне уже взрослый кошак, имел, вероятно, детскую травму, которая выражалась в постоянной потребности сосать материнскую грудь (или как она там у кошек называется). За неимением в нашем доме подходящего объекта, он присасывался к любому открытому участку кожи каждого, кто попадал в его поле зрения, будь то хозяева или гости. И начинал чмокать. Отодрать его не было возможности. И муж часами сидел за компьютером с висящим на его левой руке Борисом. Трогательное зрелище.

Вот к нему мы по-настоящему привязались. И когда пришлось на неделю уехать в Анкару, соорудили на качелях роскошную лежанку из подушек. Купили три коробки самого вкусного корма и попросили соседа регулярно приходить кормить кота. Сосед позвонил уже вечером и сообщил, что Борис ужинать не пришел. С тех пор как увидел нашу отъезжающую машину, он исчез. Больше мы его не видели.


***

Да не люблю я кошек! Я собак люблю. Но это так расстраивает, когда они приходят, их принимаешь, привыкаешь, а потом ищешь на улицах глазами среди кошачьих толп и бросаешься к каждому рыжему пятнистому. Так расстраивает, что мы решили больше кошек не заводить. Даже если будут очень проситься. Даже если на шею бросаться будут. Ну, разве что Яжемать в очередной раз придет в диван рожать свою «ясельную группу». Тут уж никуда не денешься.




Турецкие кошки – такие кошки.

Глава 4. Благополучная семейная жизнь и лишний вес

Решила назвать эту главу моего турецкого романа именно так. Этот заголовок лучше всего отражает суть проблемы. А проблема большая и толстая. И мой рассказ не только для девочек, страдающих от лишнего веса. И не о том, как от него избавиться.

В первый раз я приехала в Турцию в 39 лет, будучи 55 кило. Нет, не всегда я столько весила – после родов, которые случились в двадцать, не могла избавиться от набежавших «лишних» 15 килограммов целых 16 лет. Хотя, здесь надобно уточнить – я от них и не пыталась избавляться. Жила себе спокойненько в родном Минске с мужем и дочкой.

Потом наступил развод, и видимо природа позаботилась о том, чтобы мой организм встряхнулся и решил для успешных поисков нового партнера стать стройнее. Это я сейчас, все проанализировав, могу предположить. Тогда уж и не помню, что я об этом думала. Но хорошо помню момент начала первой в моей жизни диеты.


***

Мы с фотографом пошли снимать художественную выставку. Журналисты обычно за кадром (я не тележурналист – пресса). Но здесь мы так оживленно обсуждали что-то с художниками, что фотограф решил и меня поснимать. И вот открываю я солидный глянец со своей статьей, а там, мама дорогая! Я в бордовом платье в пол, похожая на греческую колонну. Ракурс еще на мне, а не на художниках, и меня бочком хотя бы встать никто попросить не догадался.

За дело похудения я взялась рьяно. Перелопатила весь интернет, перепробовала штук 10 диет. И остановилась на варианте, который мне идеально подошел. Не хочу грузить подробностями, упомяну только, что диета было фруктово-овощная с минимумом калорий. Протеин добавлялся постепенно со второй недели. Дальше шло чередование белково-углеводное два через два дня. Жиры были на минимуме. Сахар исключен.

Я похудела на 18 килограммов, но длился это процесс два года. И два года подряд я держала сорокадневный Великий пост. Не строгий вариант, конечно.

А потом уже привыкла так питаться. Привыкла не жрать и считать полноценным приемом пищи два помидора, или одно яблоко, или половину грейпфрута.


***

И вот такой я приехала в Турцию. А Мурат, к которому я приехала, щедрой души человек, закупил на две недели моего пребывания комнату (не холодильник и не два, а комнату) продуктов. И тут я такая – шесть оливок, 20 граммов сыра и два помидорчика черри. И кофе без сахара.

Все турки любят покушать. Но, видя мои «птичьи завтраки», и Мурат решил не ударить в грязь, и стесняясь меня, сократил свой рацион наполовину. И кофе стал пить без сахара, и чай. Ну, типа тоже не лыком шит.

Кстати, он на протяжении жизни периодически побарывался с лишним весом. И хотя бывали времена и к 80 кило подходило, на момент нашего знакомства он весил 65 килограммов, на 10 больше меня. В таком весе мы поженились, в таком приехали в Дидим и прожили год, не заботясь о том, сколько в нас фунтов жиру. Из некоторых вещей «выросли», поехали новые купили.

А потом мы бросили курить.


***

И вот нет, я не буду утверждать, что набирать вес мы начали, потому что бросили курить и стали «заедать». Не только.

В Турции очень вкусный хлеб. Белый. И тут, я считаю, культ этого хлеба. Практически вся национальная кухня приспособлена к тому, чтобы в еду можно было макать хлеб, или складывать ее в хлеб. Да они даже фасоль в томатном соусе с рисом – дежурное блюдо – с хлебом едят. А на улице – все эти кебабы, кокоречи, все эти пидэ и лахмаджуны, балыкекмеки, гезлеме, поча, симит. Я уж не говорю о турецких сладостях. И оно все вкусно, черт побери! Только сладости я к счастью не люблю, но это не помогает.

А порции в ресторанах! А подача! Никогда в жизни, если ты закажешь суп, тебе не принесут просто суп. Принесут суп, салат или нарезку овощей с половиной лимона, перец маринованный, оливковое масло, какой-нибудь чесночный соус и корзину с хлебом. Никогда не принесут просто кёфте, а сначала штук шесть закусок – мезе, и тоже салат, и тоже хлеб. Причем, хлеб будет свежевыпеченной лепешкой с умопомрачительным запахом, в корзинке, завернут в полотенце, и если мало, принесут еще.

Сначала я держалась своего «пищевого курса». Первое слово, которое я выучила, было yarım – «половина». Когда Мурат делал заказ, я кричала официанту – мне половину. Все ржали. У них не принято заказывать полпиццы, как не принято на базаре покупать полкило овощей. И я сдалась.

А еще я люблю готовить. И надо же Мурату предложить попробовать блюда славянской кухни. А Мурат тоже готовит неплохо. И турецкая кухня – на нем. Я готовлю чаще, зато он метко – мусаку на литре оливкового масла, кавурму какую-нибудь или барашка на гриле. И мы берем свежий белый хлебушек…


***

В общем, за шесть лет благополучной семейной жизни мы набрали по 15 кило. И, в принципе, от лишнего веса не сильно страдаем. Но если мой «турецкий жирок» равномерно распространился по всему телу, то у Мурата – абдоминальный жир, который уже опасен для здоровья и жизни вообще. И поскольку мы «человеки разумные» и знаем о вреде ожирения. Тем более, возраст наш близится к почтенному, решили с лишним весом бороться. И боремся. С очень переменным успехом.




Вот такой я приехала в Турцию.

Глава 5. Турецкая кухня – культ угощения

Раз уж речь зашла о еде, поговорим о турецкой кухне. Не устаю удивляться их отношению к питанию. Турки не обжоры, не гурманы. Они просто любят еду чистой, искренней и чувственной любовью.

Когда идешь по турецкой улице, маленького ли городка или большого города, первое, на что невозможно не обратить внимания – это еда. Она повсюду.

Стройными шеренгами вдоль дорог – кокоречные, кебабные, шашлычные, пельменные, блинные, рыбные, буречные, кофейные и прочие заведения.

Они перемежаются лавочками с солениями, сладостями, специями, овощными и фруктовыми магазинчиками, мясными лавками, булочными, лотками морепродуктов.

На балконах домов красочными связками сушатся перец, баклажаны, помидоры и похожая на бусины четок бамия.

Прямо на тротуаре продают фрукты, орехи, сухофрукты и оливки.

В будках на колесах торгуют выпечкой, сладостями, жареными каштанами, миндальными орехами на льду и кукурузой.

В парикмахерской, автосервисе, аптеке, офисе, куда вы зайдете по делу, вам предложат чай или кофе.

В гостях, даже если вы заглянули на минутку, обязательно покормят, а если похвалите какое-то блюдо, завернут с собой.

Здесь – настоящий культ еды. Вернее, не еды, а угощения.


Почему нужно хотя бы раз поесть не в отеле

Большинство туристов предпочитают all inclusive. И в турецких отелях кормят просто отлично. Но далеко не все предлагают традиционный турецкий завтрак, предполагая, что клиентам будет привычнее шведский стол. Либо, завтрак по ассортименту блюд турецкий, но подается в европейском формате.

А стоит отойти 200 метров от отеля и заглянуть в любое заведение, где написано kahvaltı (завтрак), и я гарантирую вам гастрономический шок в самом хорошем смысле слова. Это надо испытать хотя бы раз в жизни.

 

Также в отеле вряд ли подадут на ужин, как полагается, десяток закусок (meze). И уж точно не будут готовить для иностранцев «драконьи» блюда, от которых перехватывает дыхание и перед глазами проходит вся жизнь.

А всего-то отличие – любимое словечко каждого турка сызмальства из трех букв – acı (горький). Ищите его в названиях ресторанных блюд или на упаковках продуктов в магазине, если хотите попробовать настоящую турецкую еду, а не безвкусное расшаркивание перед иностранными гостями.

Я не призываю категорически отказываться от привычного инклюзива, но сделайте хотя бы пару вылазок в сторону турецкого общепита. Не смущайтесь незнанием языка – турки, даже не понимая по-русски, найдут возможность объясниться и обслужить клиента. А самое приятное в турецкой еде – это цены. Они невероятно низкие, если не считать алкоголь, который здесь очень дорогой.




Выбор всегда сделать трудно.

1  2  3  4  5  6  7  8 
Рейтинг@Mail.ru