Аромат роз одурманивал. Я склонилась над цветком размером с мужской кулак – и вовсе не того гнома, который едва не стал моим супругом. Втянула носом изысканный запах холеной пышной розы и улыбнулась. Но в следующий момент из нее вылетело какое-то разозленное насекомое. Сделав надо мной круг, возмущенно жужжа, оно умчалось искать более покладистые цветы.
– В самом сердце красоты спит угроза, – пропел уже знакомый голос.
Грязнуля, вспомнила я, увидев чумазую девчушку в лохмотьях.
– Доброе утро, – улыбнулась ей, сидящей в кустах. – Как тебя зовут?
– Все Грязнулей кличут, – откликнулась она. – Или еще как похуже.
– А настоящее имя у тебя какое? Как тебя матушка назвала?
– Мирелла было моим именем, – она погрустнела.
– Красивое очень.
– То-то и оно. Не подобает такой, как я, зваться так.
– Почему же? Если…
– Госпожа Ивия! – разнесся по саду зычный голос Дженни.
Что еще стряслось? Я оглянулась на спешащую ко мне служанку. Этого хватило, чтобы замарашки и след простыл.
– Вот вы где, – Дженни облегченно выдохнула, увидев меня. – Идемте, батюшка вас кличет.
– Что ему понадобилось?
– Дак откуда ж я знаю! – девушка всплеснула руками. – Станет он прислужнице сказывать, чего ему хочется. Взгрустнулось, поди, что скоро с младшей доченькой разлучиться придется, – она шаловливо улыбнулась.
– Ну да, – я тоже прыснула смехом.
Скорее уж, он весь на гадости изойдет, понимая, что с моим приданым расставаться надо. Как раз за этим Дэстан и пошел к нему утром, после того как мы проснулись.
– Где он, Дженни? – спросила я.
– Батюшка велел к беседке на обрыве ступать, там будет ждать. А я побегу, дел по самую маковку, госпожа! – Она неуклюже присела в реверансе. – Вернее, леди Тайгар! Если что, кликайте девчонок, я на постирушках до обеда застряну! Прослежу, чтобы ваши вещи идеально в порядок привели.
Неугомонная Дженни умчалась, а я направилась к беседке. Маленькой мне запрещали туда ходить. Оно и понятно, там скалистый берег обрывался острым выступом, который как клюв огромной птицы нависал над тяжело вздыхающими внизу сапфировыми волнами океана.
А вот и беседка. Когда-то она была белой, а теперь пожелтела и будто уменьшилась. Или просто я подросла? Внутри никого не было. Где же папа? Огляделась – никого. Ничего не понимаю!
– Ай! – вскрикнула, когда что-то налетело на меня и уронило в кусты.
Что, Дэстан решил поддаться внезапному порыву страсти и исполнить супружеский долг? Наконец-то покажут мне этот жезл всевластия, о котором столько разговоров!
– Обязательно было так? – поднимаясь, пробурчала для вида.
– А как?
Это не голос моего мужа – низкий, глубокий, пронизанный бархатно-хриплыми нотками, а когда мы наедине – мурлыкающий. Кто там пищит, как голодная муха?
– Ты? – увидела Сурнхэма, который едва не стал моим мужем. – Совсем очумел? Чего хватаешь и в кусты тащишь? Жить надоело, что ли, придурошный маломерок?!
– Молчать, женщина! – он выпятил грудь. – Не тебе меня учить девиц похищать!
Похищать? Ловелас недоделанный! «Молчать», видите ли! Так, а чего это я, собственно, и правда молчу?
– Дэээээс… – набрав побольше воздуха, начала я, но сзади кто-то обхватил за талию и заткнул рот рукой.
Грязной, вонючей рукой – на которой скоро станет парой пальцев меньше! Я с силой впилась зубами в плоть, и нахал сзади взвыл, как бык в период гона.
– Думали, так легко девиц похищать, паразиты?! – я влепила нахалу пяткой по ступне, а потом вписала свой локоть в объемное, судя по всему, пузо.
В ответ послышались сдавленные ругательства.
– Выражаться так в присутствии женщины? – ахнула я. – Мало вас в детстве пороли!
– Угомони ее! – рявкнул гном – бывший жених.
– Ща, погодь, – меня сбили с ног, повалили на живот и скрутили руки за спиной, а потом и вовсе какой-то мешок натянули на голову.
Отбивалась как могла, но их, похоже, набежало с десяток. Проклятые драконы, никакого понятия о чести! Все бы высказала, если бы мне рот тряпкой не завязали! Ушки бы завяли у этих мерзавцев, гарантирую!
– Хватай ее и тащи! – услышала сдавленный шепот.
– А чего я-то сразу? – раздалось в ответ. – Она тяжелая!
Я?! Ничего себе заявочки! Этак у меня комплекс скоро отрастет! Ничего я не тяжелая! Просто среднего роста и не совсем замухрышка!
– Я твой лорд, поэтому ты понесешь!
– Потому что сам не поднимешь!
– Чегоооо?
Они начали собачиться, как две девки, не поделившие веник, а я осталась лежать, позабытая всеми. Хотя чего это лежать? Надо пользоваться шансом! Раз неподъемной ноша для вас оказалась, задохлики, то и нечего было пытаться меня похитить!
Продвигаясь, как червяк, я начала уползать. А потом и вовсе покатилась куда-то, колбаской. И под пронзительные вопли моих похитителей вспомнила, что совсем рядом обрыв в бездну.
Мама!..
Налетев на что-то животом, я ахнула и замерла, боясь даже пошевелиться. А потом грохнул топот. Затем глухие шлепки, вскрики, стоны, рычание и… Воцарилась такая тишина, что слышно стало, как беснуется ветер, налетая с океана на скальный выступ.
– Иви, не шевелись! – крик заставил меня улыбнуться во весь рот.
– Дэстан! – мотнула головой, чтобы сбросить мешок.
Когда мне это удалось, тут же увидела, как он скользит по холму, мой грациозный, мощный хищник – жене на помощь! Вечно бы смотрела на эту красоту! Но рядом что-то ехидно хрустнуло. Противный звук, сразу ясно, обещающий роскошные неприятности для выпуклости ниже экватора.
Скосила глаза в сторону и увидела, что старое дерево, замершее на самом краю обрыва, как самоубийца, готовый шагнуть в объятия смерти, медленно клонится к воде.
– Дэстан… – прошептала, не сумев ни закричать, ни отвести взгляд от сухостойного ствола.
Он реагировал даже на мое дыхание, тут же начиная скрипеть!
– Иви, держись! – донес ветер крик моего демона.
Но держаться как раз было не за что – если только за воздух.
А потом дерево, по-старушечьи вредно скрипнув, застонало и отправилось в свой последний полет – к тяжело вздыхающим внизу сапфировым волнам.
– Дэстан! – вскрикнув, я изогнулась, сама не понимая, чем удерживаюсь на краю обрыва.
Но с завязанными руками у меня не оставалось ни единого шанса. И через секунду я тоже полетела вниз, вместе с комьями земли – прямиком на торчащие острые клыки скал.
Никогда не забуду, как океан осклабился мне в лицо, мечтая похрустеть моими косточками. Но стихии не суждено было утолить свой голод по девичьей крови. Через мгновение после того, как тело сорвалось с обрыва, надо мной затрепетали в порывах ветра черные кожистые крылья, закрыв солнце. А следом сильные руки Дэстана прижали к себе.
Он крутанулся свечкой, запеленав жену, будто дитя, и рухнул на скалы. Всхлип плоти, раздираемой клыками океана, оглушил, выбив из разума все мысли до единой. В сердце вошла боль моего демона, раздирающая его в клочья.
Мощная волна слизнула нас, как язык огромной лягушки букарашку с поверхности лужи. В лицо полилась вода, жгуче ледяная и такая горько—соленая, что едва она попала в рот, желудок тут же скрутила тошнота. Нас замотало в толще океана, заставив потерять ощущение, где верх, где низ. Паника разрывала душу, а недостаток воздуха – легкие. Но крепкие руки Дэстана по-прежнему сжимали меня.
Водовороты успокоились, а потом я вдруг почувствовала под ногами что-то твердое и не сразу поняла, что это дно.
– Как ты? – донеслось до меня сквозь воду в ушах. – Иви, ты в порядке?
Все перестало крутиться и мельтешить перед глазами, когда поймала его взгляд – их огонь теперь кипел еще ярче.
– Да, – прохрипела и тут же зашлась в лающем кашле, выталкивая наружу горькую влагу.
– Умница, – подхватил меня на руки и зашагал сквозь волны, которые остервенело хлестали его, словно хотели снова утащить упущенную добычу вглубь морских глубин.
– Мой спаситель, – прошептала, обхватив его шею, и вздрогнула, когда ладони легли на страшные порезы. – Дэстан, ты ранен!
– Есть немного, – ухмыльнулся демон и, выйдя на сушу, поставил меня на песок.
– Твои крылья! – я вздрогнула, вспомнив звук, с которым они лопались, ударившись о скальные клыки.
– Порваны в клочья, – спокойно ответил муж, будто речь шла о ничего не значащей царапине. – Придется подождать, пока заживут. До тех пор прокатить с ветерком не смогу, не обессудь, супруга.
– Ты спас меня, – выдохнула потрясенно. – Сам мог погибнуть!
– Демона не так легко убить, красавица, – притянул к себе. – Вот если бы башкой приложился о камень, тогда да, стала бы ты вдовой.
– Не говори так! – прильнула к нему. – Не хочу быть вдовой. Сначала, – щеки полыхнули, но я закончила, – сначала сделай своей женой по-настоящему!
– С этим придется малость обождать, – в его голосе прорезались нотки беспокойства.
– Почему? – решила уточнить и, проследив за его взглядом, увидела бегущих к нам людей.
И они явно не спасать нас торопились – в их руках были арбалеты!
***
– Крылья бы нам сейчас пригодились, – пробормотал Дэстан. – Местные всегда столь недружелюбны к демонам, красавица? – он глянул на меня с усмешкой, от которой заныло сердце, и не только оно.
– Меня вряд ли можно считать местной, – вздохнула, с тревогой вглядываясь в соотечественников, которые орали во весь голос что-то сюда не долетающее: ветер уносил все вопли прочь. – Я с раннего детства отдана Богине.
– Теперь мы хотя бы знаем, чего они хотят, – демон, хмыкнув, прикрыл меня собой, когда у его ноги вонзился в песок арбалетный болт.
Следующий Дэстан небрежно отбил рукой, будто от насекомого отмахнулся. Потом глянул на меня через плечо и бросил:
– Стой тут!
Шагнул вперед, тараном врезался в самую гущу орущей толпы, и она тут же облепила его, будто дурные псы, набросившиеся на разъяренную пантеру. А у меня перед глазами остались стоять жуткие багровые раны на его спине. Даже представить не могу, какая жгучая боль терзала Дэстана, когда в них попала соленая океанская вода!
Сердце заныло отголоском его страданий, которые мужу пришлось вытерпеть ради моего спасения. В душе полыхнула злость. Метнувшись к коряге, притопленной в песке, я схватила ее, подкинула в руке и, убедившись, что она крепкая и тяжелая – как раз как нужно, бросилась к тем гадам, которые навалились на моего супруга.
– Сволочи! – Дубинка обрушилась на хребет одного из них, и мужик, охнув, рухнул на колени. – На, мерзавец! – Я огрела следующего.
Третьему досталось по ногам. Еще несколько врагов попались под мою во всех смыслах тяжелую руку, и я торжествующе улыбнулась, разглядев в этом копошащемся клубке Дэстана. Но он промелькнул лишь на миг, как солнышко в прорехе туч в дождливый скучный день. Мне этого мало! Верните моего мужа, у нас медовый месяц, в конце-то концов!
Я снова взмахнула «палицей», чувствуя, как начинают предательски ныть руки. Пусть, зато вон еще один отползает в сторону, воя от боли. Нет, мне их не жалко! Налетели всей сворой как саранча. Думали, так легко с нами справятся! И не мечтайте, недоноски!
Едва успев отскочить в сторону, я добавила пинок под зад мужичку, которого отшвырнул мой демон, и врезала по башке другому, этот запутался в своих же конечностях и упал.
– Полежи отдохни, гаденыш, – велела ему и вздрогнула, увидев, что по берегу бежит подмога – примерно еще раза в три больше людей.
Да откуда же их столько взялось?..
– Не переживайте, леди, мы уже тут! – раздался за моей спиной задорный голос.
Обернувшись, я увидела демонов – тех самых, что привел с собой супруг.
– Дэстан, держись! – зычно гаркнул рыжебородый хохмач и, подмигнув мне, попросил, – а вы уж не серчайте на нас, леди Тайгар!
– Из-за чего? – пробормотала я, но уже через секунду все поняла, увидев, как трансформируются мужские тела.
Одежда, треща по швам, упала на песок. Я чуть не рухнула следом, увидев обнаженных рогатых. И не только рогатых, но еще и копытных, и… Взгляд, поднявшись по крепко жилистым ногам выше, застрял на… А это вообще что?
***
К счастью, зависнуть на том, что висело в самом интересном месте у демонов, мне не дали. Мальчики зарычали так, что даже песчинки подпрыгнули, и бросились в гущу драки, на помощь моему Дэстану.
Половина из напавших сразу драпанула, а те, что торопились на подмогу, горланя ругательства, мигом присмирели, заткнулись и тоже помчались прочь. Демоны рванули за ними, и это было то еще зрелище! Из-под копыт фонтанами взлетал песок, белые попы сверкали бесстыдством, а мощный рык, одновременно рвущийся из глоток, оглушал чаек, которые парили в вышине, скользя на потоках воздуха невесомо, будто пылинки.
Я возликовала и рассмеялась. Но, как вскоре выяснилось, радоваться было рано.
Потому что талию снова обхватили чьи-то руки.
– Отпусти! – рванулась, но тут же присмирела, когда почувствовала, как к горлу прижали лезвие.
Не играючи, а по-настоящему – так, что стало больно.
Я замерла, ощущая кожей каждую зазубринку клинка.
– Молчишь? – шепот полился в уши, где и так бешеным колоколом стучало сердце. – А такая боевая была только что! Что же случилось?
– Сурнхэм, ты что творишь? – прошипела я, узнав голос мерзопакостного гнома.
– Может, я втрескался в тебя, дылду, без памяти, едва в очи твои глянул? – выдохнул мне в ухо и тут же чмокнул в шею.
Фу, мерзость какая, сразу вытереть захотелось! А еще лучше – помыться, даже в ледяной океан ради этого готова вернуться!
– Что, поверила, послушница? – он расхохотался. – Да нужна ты мне была не больше прошлогоднего снега, если бы не…
Он замолчал, и я досадливо нахмурилась, чувствуя: мерзавец недоговорил нечто важное.
– Иви! – донесся до слуха крик моего демона, которому и порывистый ветер не стал помехой.
– А вот и муженек спешит на помощь! – даже не видя, я ощутила, как скривил свои пакостные губы бывший жених. – Ну, хоть попрощаетесь.
– Ты меня убьешь?
– Еще чего, ты мне живая нужна. Женушкой моей станешь, а про демона своего даже вспоминать тебе запрещаю, поняла? Бить буду, пока не выбью из тебя все мысли о нем, чтобы боялась только супруга!
– Он мой супруг! – прорычала я. – Ты ему и в заплаты на носках не годишься, урод-маломерка!
– Как после одной ночи-то запела! – раздраженно прошипел Сурнхэм. – Пожалеешь о каждом слове!
– Не трогай ее! – прервал наши пререкания Дэстан.
Тяжело дыша, он остановился в десятке шагов от нас, напряженно глядя то на меня, то на гада за моей спиной.
– Коли уйдешь, как пришел, не трону, – отозвался дракон.
– Не выйдет, она моя жена, – демон ухмыльнулся, – и о том пред всеми объявлено.
– Тогда… – Сурнхэм растерянно замолчал. – Тогда убейте его! – завопил он через секунду. – Станет вдовой, а опосля моей женой!
– Что-то твои люди не торопятся служить лорду, – отметил рыжебородый громила, с презрением глядя на мужчин, которые отступили на шаг от истерично визжащего хозяина.
– Наверное, им дороги их жизни, – подхватил самый молодой из демонов.
– Верно, Китан, – Дэстан улыбнулся, но показательное спокойствие было обманчивым, огненные глаза остались двумя клинками. – Не хочется им с оторванной башкой домой к женушкам ехать.
– Убить его, я сказал! – продолжил бесноваться Сурнхэм. – Всех казню, коли не выполните приказ!
– Ну, кто первый попытается убить демона? – рассмеявшись, муж шагнул вперед, раскрыв руки, как радушный хозяин, собравшийся обнять дорогих гостей.
Надеюсь, так крепко, чтобы задушить!
– Вы пожалеете! – взвился взбешенный гном, увидев, как пятятся слуги. – Каждому лично брюхо вспорю!
А через секунду Дэстан кивнул мне. Едва заметно – так, чтобы эта истеричка за моей спиной ничего не заподозрила. В ответ прикрыла глаза, и его губы изогнула на миг мелькнувшая улыбка. Не знаю, как – в тот момент меня это нисколечко не волновало – но мы отлично поняли друг друга.
– Ууууу! – взвыла я, как раненая волчица.
– Ты чего? – опешил Сурнхэм.
– Болит все, – простонала я, тяжело дыша.
– Не обманывай, лживая баба! – у сморчка прорезалась сообразительность. В самый неподходящий момент.
– Да если бы! Ууууу! – затряслась я, как одна из послушниц при храме Богини, когда ее одолевали приступы падучей болезни. – Муж мне снадобье дал и ритуал провел ночью…
– Что он сотворил с тобой? – дракон вздрогнул всем телом.
– Обратил в демоницу! – простонала я. – Ооох, ломает-то как! Сейчас чую, обращусь!
– Да, обращается, – со знающим видом кивнул рыжебородый. – У меня с женой также было. Всех перекусала, кто вокруг был, еле угомонил!
– Всех нас покусает, дурная кровь! – слуги Сурнхэма выпучили глаза. – Чего же деется-то, Богиня!
– Больнооооо! – я изогнулась так, что позвоночник затрещал, и зарычала низко.
– Проклятая баба! – взвизгнул бывший жених и выпустил меня из рук.
Весьма правдоподобно рухнув на спину, я затряслась, словно из меня и в самом деле вылуплялась демоница. А потом схватила горсть песка, вскочила и бросила этому мерзавцу в глаза.
– Ааааа! – взвыл он, отступив и начав махать руками.
– Лорда покусала! – всполошились слуги и бросились врассыпную.
А тот упал на живот и…
Затих.
– Чего это он? – Китан шагнул к дракону. – Вздремнуть решил?
– А ты опасная женщина, леди Тайгар! – восхищенно выдохнул супруг, заключив меня в объятия.
– Тогда в твоих интересах меня не злить, муженек, – прошептала в ответ, прижавшись к нему и думая, что еще несколько дней назад не была такой, даже близко.
Куда делась кивающая батюшке робкая дочь, скромно опускающая глаза к мыскам туфель и безропотно идущая под венец с кем велено? Понятия не имею! Но новая Ивия мне нравилась куда больше!
– Вот уж точно, – не стесняясь своих людей, мой демон поцеловал – так сладко, страстно и вместе с тем нежно, что внутри вскипело безумное желание. – Леди Тайгар! – шепнул, оторвавшись от губ, жаждущих продолжения.
– Это, простите, что отвлекаем в такой момент, – смущенно глянул на нас рыжебородый. – Дэстан, тут такое дело…
– Что еще, Йорик? – вздохнул муж.
– Ящерица эта, – тот пожал плечами. – Короче, прирезал он себя, походу, – демон шагнул в сторону, и мы увидели Сурнхэма, из живота которого торчал нож.
– Красноокая Бездна! – потрясенно ахнул Дэстан. – Мертв?
– Мертвее не бывает, – кивнул Китан, сидевший рядом с трупом на корточках.
– Все-таки сумел подгадить, гном! – процедил мой муж.
– Но он же сам, это несчастный случай, – нахмурившись, вгляделась в лицо любимого. – Сурнхэм упал на нож! Правда в этом!
– А кому она нужна, Иви? – демон горько усмехнулся. – Нам никто не поверит. Слуги его этого не видели, уже удрали. Скажут, что мы убили их лорда. Как же не вовремя! Мерзавца возведут в ранг мученика. – Он прикрыл глаза, бормоча проклятия. – Я все сделал, чтобы предотвратить войну! Но теперь она неизбежна!
– Какая война? – все внутри меня заледенело от его слов.
– Между драконами и демонами, Иви, – тихо ответил Дэстан. – Новая кровопролитная война между нашими видами!
– Мне доложили, что вы уезжаете, – отец вошел в нашу с мужем комнату после нетерпеливого стука и окинул обеспокоенным взглядом сундуки, в которые Дженни укладывала вещи. – Что это значит?
– Ваши шпионы не дремлют, – отозвался Дэстан. – Все верно, тесть, мы с супругой выдвигаемся в путь.
– Но это противоречит нашим обычаям! – кончик носа лорда Сазентана побелел.
– Коли вы такой рьяный их поборник, – мой муж развел руками, – то подпишите уже документ о передаче мне приданого жены.
– Я же объяснил, лорд Тайгар, – отец отвел взгляд. – Есть некие обстоятельства…
– Какие же? – демон усмехнулся. – Чернила вдруг закончились?
– Этот разговор не для женских ушей. Давайте побеседуем в кабинете, уважаемый зять.
– Мы потратили на это все утро, – Дэстан перестал улыбаться. – Вы старательно меня отвлекали, пока Сурнхэм пытался выкрасть мою супругу.
– Что?.. – я подскочила с кровати. – Отец, это правда?
– Конечно, нет! – Родитель вздернул нос. – Тому нет никаких доказательств!
– Именно этим и займутся люди Императора, когда я доложу ему, что происходит в родовом поместье моей супруги! – повысил голос демон. – Поиском доказательств заговора против сюзерена, которому вы приносили клятву верности!
– Да как вы смеете!.. – лицо лорда Сазентана пошло всеми цветами радуги.
– Я старший сын Императора! – грохнул муж. – Не вам говорить, что мне сметь, а что нет!
– Пр-рошу прощения, – батюшка тотчас присмирел и отступил. – Вовсе не желал вас обидеть, дорогой зять.
– Настолько дорогой, что вы даже расплатиться не смогли, тесть, – с усмешкой отметил Дэстан. – Оставьте нас, мы скоро покинем ваш дом. И кстати, – последовала еще одна усмешка. – Не рекомендую преследовать нас и пытаться как-то решать вопрос с моей слегка излишней осведомленностью о ваших делишках, которые вы тут проворачиваете.
Отец судорожно сглотнул.
– Депешу Императору я уже отправил, – прозрачно намекнул демон. – Этого вам никак не исправить. Так что не советую портить нам с супругой путешествие, а заодно и медовый месяц.
– И в мыслях не было, – ответил лорд Сазентан, так зло зыркнув на него, что я тут же поняла – было, еще как было.
Щеки запылали – от стыда за собственного отца.
Дверь за ним захлопнулась, и Дэстан сел рядом со мной на кровати.
– Что с тобой? – спросил тихо. – Болит что-то?
– Душа, – с горечью качнула головой, унимая слезы. – Прости, что… – голос задрожал. – Что мой отец такой бессовестный. Мне стыдно, что это так.
– Все дело в этом? – он улыбнулся.
– А мало? Союз со мной приносит тебе одни беды! Ты старший сын Императора, мог бы заключить выгодный брак, выбрать родовитую демоницу.
– Мог бы, – кивнул он.
– А пришлось взять в жены меня.
– Ужас, но что поделать, взял ведь уже. Обратного хода нет.
– Есть, – я вскинула на него глаза. – Мы же на самом деле не… – щеки покраснели пуще прежнего. – Ты можешь расторгнуть брак. Меня осмотрит повитуха и…
– Вот, значит, как? – Дэстан повалил меня на покрывало и прижал к нему своим телом. – Гнома больше нет, и ты сразу заговорила о разводе? У тебя есть на примете кто-то другой в мужья?
– Нет, конечно! С чего ты это решил?
– А с чего ты решила, что я тебя отпущу? Ты отныне моя леди, запомни. И в ближайшее время мы кое-что сделаем, чтобы все повитухи на свете подтвердили, что брак консумирован!
– Правда? – на моем лице заиграла широкая улыбка.
– Это ты мне скажи, леди Тайгар, – хрипло выдохнул. – Когда уже позволишь мне исполнить супружеский долг?
– Не знаю, – произнесла едва слышно.
– Что тебя смущает?
– Я… – набралась смелости и прошептала, – я видела кое-что, когда твои люди приняли демонический облик. – Оно такое большое! Это в меня никак не поместится, Дэстан!
– Так вот, на что ты глазела, непослушная послушница! – он прищурился строго, но потом рассмеялся. – Не переживай, мы отличаемся внушительными размерами и неуемным аппетитом по части постельных утех, но я, скажем так, опытный боец, и смогу сделать так, чтобы ты испытала самое сильное наслаждение в сладкую ночь.
– Но будет больно?
– Немного, – не стал врать он. – Но оно того стоит, вот увидишь. Да и в человеческом облике, как ты его называла, жезл вовсе не столь велик. А в обличии демона я тебя брать не буду, даю слово, Ивия.
– Почему?
– Потому что драконице сложно принять такое из-за разницы в физических характеристиках. Мне не доставит удовольствия близость, когда женщина кричит не от наслаждения, а от боли. Твой муж не из таких.
– А демоница может тебя принять в истинном обличии? – я почувствовала, как сердце кольнула зависть.
– Ни одна демоница не сравнится с любимой женщиной, Иви, – тихо ответил Дэстан.
– Любимой?.. – едва слышно повторила я.
– Я влюбляюсь в тебя, моя непослушная послушница, – глаза мужа сверкнули столь явным желанием пополам с нежностью, что все внутри меня запело яркой, цветущей и благоухающей весной. – И очень быстро.
***
Мы выдвинулись в путь после того, как сквозь ворота замка пронесли тело Сурнхэма. Лежащий на носилках, он казался еще меньше. Заострившийся нос и белое лицо делали его похожим на жуткую куклу. В душе мелькнула жалость, но лишь на мгновение. Повернись судьба по-другому, он превратил бы мою жизнь в ад, избивая, насилуя и уж точно не испытывая сострадания к жене.
– Тише, Ветер, тише, – я погладила по гриве взбрыкнувшего белого жеребца, который ходуном заходил подо мной, кося глазом на труп.
– Поехали, – сказал Дэстан.
Его вороной двинулся вперед, остальные тронули за ним. Последней замок покинула телега, загруженная сундуками. Рядом с ними восседала Дженни с глазами на мокром месте – как и у ее матери—поварихи, которая махала рукой вслед нашему обозу.
Лорд Сазентан проводить дочь даже не вышел. Как и Дарина, пробормотавшая проклятия мне вслед. Вот ведь как бывает, родной отец сначала пытался повыгоднее продать дочь, а потом и вовсе предпочел позабыть о ее существовании. Почему так?
Этот вопрос терзал меня, пока мы скакали к горному перевалу через ту самую Долину белых лилий, которая дала название драконьему роду. Я помнила, хоть и смутно, свое детство. Мать умерла, когда мне было полгода, оставив трех детей на мужа. Старшую сестру и брата он любил, баловал дорогими подарками, брал на руки, целовал в румяные щечки. Я же и взгляда его удостаивалась нечасто. Будучи маленькой, не понимала, почему так, думала, плохо веду себя, что-то делаю не так, поэтому папочка меня не любит.
А потом меня отвезли в храм Богини, и настоятельница объяснила, что жрецы давно сделали предсказание Сазентанам, будто детей в их роду более не будет. Я последняя дочь, а значит, моя жизнь принадлежит служению – по старинному обычаю. Это успокоило, оправдав батюшку в моих глазах – ведь он просто знал, что младшая дочь не будет жить в замке, к ней лучше не привыкать, чтобы не терзаться потом болью от расставания.
Но так ли все было на самом деле? Я нахмурилась, вспоминая события последних дней. Неужели родной ребенок может стать врагом собственному отцу?
– О чем задумалась, красавица? – спросил Дэстан, заставив своего коня идти бок о бок с моим.
– Обо всем сразу, – увильнула от ответа и улыбнулась мужу.
– Что тебя гнетет, Иви? – он нахмурился.
– Неизвестность, – прислушавшись к душе, сформулировала я.
– Емко, но по факту, – хмыкнул демон. – Я бы на твоем месте тоже переживал. Но, – в глазах протаяла улыбка, – был бы гораздо благосклоннее к супругу.
Хитрец, своего не упустит! Улыбнулась и отвела взгляд от полыхающих откровенным желанием демонических очей. Всмотрелась в овечек на идиллически зеленом лугу, которые казались клочками ваты или маленькими облачками, присевшими отдохнуть на земле. Ягнята дурашливо скакали по траве, иногда наскакивая друг на друга и сталкиваясь пока что безрогими лбами. Я рассмеялась, глядя на этих сорванцов.
– Ну вот, овцы жене интереснее мужа, – проворчал Дэстан.
– Ага, у них рога больше, – со смешком отозвалась я, любуясь красавцем—демоном.
– Ах так? – он прищурился. – Хорошо, как пообедаем, поедешь со мной, посмотрим, что тогда скажешь.
И ведь не обманул, сразу после привала привязал моего белого к телеге, а меня усадил впереди на своего вороного. Кожа тут же ощетинилась иголочками воинственных мурашек, когда демон обвил мою талию и крепко прижался к спине горячей грудью.
– М-м-м, как сердечко-то стучит, – мурлыкнул довольно, обжигая дыханием мою шею.
– Конечно, ведь красота такая вокруг, – я не собиралась сдаваться. Разбуженная им во мне женщина с удовольствием выпустила коготки, чтобы поточить их о мужчину, страстно ее желающего.
– Ты права, – вынужден был согласиться демон, глядя на равнину.
Ветер гладил высокую траву, заставляя ее прогибаться, словно тело красавицы под властной мужской рукой. Тень от низких облаков пробежала по изумрудной поверхности, будто выдохнул кто-то незримый. А следующий поворот открыл нам вид на горную гряду, темнеющую на горизонте острыми скальными зубами – так похожими на клыки океана.
– Как твои раны? – посерьезнев, спросила я мужа, посмотрев на него из-за плеча.
– Проверишь ночью, – пообещал с такой многообещающей ухмылкой, что мне тут же вспомнилось, как промывала их недавно, чтобы потом нанести заживляющую мазь и наложить повязку из чистого полотна.
– У тебя все мысли об одном, да? – покачала головой, чувствуя, как уши начинают полыхать.
– Женщина, а о чем еще думать новобрачному, если попка супруги так соблазнительно елозит прямо по, э-э, жезлу? – Рука еще крепче сжала талию.
– Будешь жаловаться, пересяду обратно на своего коня. Поменяю одно копытное на другое! – заявила я и замерла, в шоке от собственной наглости.
– Еще чего, – фыркнул муж. – Никто тебя не отпустит! Сиди и елозь, как порядочной жене положено!
– Слушаюсь, господин, – выдохнула безропотно, еще не представляя, какой коварный план зреет в голове моего супруга.