Купленная невеста, или Ледяной принц

Катерина Полянская
Купленная невеста, или Ледяной принц

Пролог

Мужчина лет примерно тридцати стремительно пронесся по коридору и замер перед двустворчатой дверью, украшенной двумя алыми розами. Живые… Огромная редкость для Севера. Несколько долгих мгновений потребовалось наследнику престола, чтобы отдышаться, после чего княжич кивнул дежурящим у двери воинам, дав знак доложить о нем.

– Княжич Савир Иррорис!

– Пусть войдет, – послышался хриплый голос.

Дверь распахнулась, пропуская явно желанного гостя.

Наследник усилием воли поборол неловкость и ступил в жарко натопленную гостиную. Нехорошо заставлять старую льеру ждать. Вот ведь странность! Ни перед отцом, ни перед грозными Стражами, ни перед строгим шерром Мискилом он не испытывал и десятой доли тех чувств, что перед бабкой. Уважение, граничащее с благоговением, страх, как перед чем-то потусторонним, желание спросить о запретном… Поговаривали, что вдовствующая великая княгиня не один век на свете прожила и когда-то самой богине прислуживала.

– Внук. – Мысли вспугнул низкий, чуть хрипловатый голос. Из глубокого кресла поднялась пожилая льера с кроваво-красными, в точности как у вошедшего, волосами. Время не смогло тронуть их сединой. А вот холеное лицо покрыла сетка мелких морщин. И ничего с этим не сделаешь.

Савир шагнул ближе и склонился, чтобы вдовствующая княгиня могла поцеловать его лоб и щеки.

– Льера Роза.

– Странное время ты выбрал для визита, – отметила хозяйка покоев, указывая на кресло напротив своего. – До рассвета еще несколько часов.

И хоть в стылых землях ночной мрак рассеивается довольно поздно, а сама Роза давно встала и привела себя в порядок, столь раннее явление внука выглядело странным. Нечасто Савир баловал старую родственницу визитами. А в последнее время вообще заглядывал редко.

– Прости, если потревожил. – В уголках губ мужчины появилась улыбка. – Я хотел посоветоваться.

– Слушаю тебя. – Вдова приподняла алую бровь.

Местный антураж так и располагал к задушевным беседам. Пламя уютно потрескивало в камине, его теплые блики ложились на дубовые панели на стенах, живые цветы в вазах, горящие свечи в старинных подсвечниках. В детстве Савир любил здесь бывать. Но со временем ответственности на его плечах становилось все больше, а времени – меньше.

– Отец определился с именем моей невесты.

– Замечательно! – В первый миг Роза не смогла скрыть радости, но быстро совладала с собой и смерила наследника настороженным взглядом. – Постой, ты же не взбалмошный юнец и не устроишь из обычного дела трагедию? Или с девушкой что-то не так? А может, у тебя уже кто-то есть?

Продолжая улыбаться, мужчина откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.

– Бабушка, я давно не мальчик, – просветил он красноволосую льеру, раз уж та удосужилась запамятовать о сем факте. – У меня много кто есть. Но и об ответственности я помню. Тут дело в другом.

Вдовствующая княгиня подалась вперед и жадно сверкнула глазами:

– Не томи! Мне уже интересно. Знаешь же, помогу, чем смогу.

Он знал.

– Нужен только совет. Все дело в кандидатуре невесты. Отец укрепляет связи с Кхилсом и хочет, чтобы я женился на старшей дочери их герцога. Земли и титул девушка, разумеется, потеряет, но мы получим достойную княгиню и выгодный брачный договор. У меня меньше суток на раздумья.

На холеном лице Розы появилось разочарование.

– И всего-то?! Ну, милый… Стать великой княгиней Севера куда большая честь, чем унаследовать крошечное герцогство, зажатое между стылыми землями и могущественной Южной империей. Она полная дура, если не понимает этого. А Вирсайна хвалю, научился у меня дела вести!

Старая льера давно уже не покидала своих покоев, не посещала балов и официальных мероприятий, даже в любимый сад не выходила гулять, но до сих пор оставалась негласной хозяйкой всего Севера. И ее одобрение дорогого стоило.

– Я понятия не имею, как относится к идее наших отцов невеста. – Савир устало потер виски. – Учли ли ее мнение? Согласна она? Да я даже имени этой несостоявшейся герцогини не знаю! И с Кхилсом связи нет, у них магические кристаллы не в ходу.

Однако вдовствующая княгиня осталась совершенно спокойна.

– Предварительно дай положительный ответ. В конце концов, обручение – еще далеко не брак. Посмотрим на эту невесту и оценим выгоды, которые даст союз с Кхилсом. Там видно будет. Не приживется – домой отошлем, за причиной дело не станет.

Еще миг княжич сомневался, но золотистые искры в ярко-синих, удивительно молодых глазах бабки и ее понимающая улыбка сделали свое дело. А кристалл своему представителю в герцогстве он все-таки даст…

Глава 1

Каблуки мрачно простучали по каменному полу.

– Стоять! – послышалось ленивое предостережение.

Я замерла на миг, после чего круто развернулась. Пышная юбка обвилась вокруг ног и снова вернула полагающуюся ей форму.

– Эннист, – понизила голос, чтобы в нем отчетливо проступили вкрадчивые нотки, и склонила голову набок, – совсем обнаглел?

Черноволосый мужчина вальяжно привалился плечом к стене и многообещающе улыбнулся. Эннист. Отчасти Зверь, Охотник, сейчас личный телохранитель моего отца, герцога Кхилского. Та еще сволочь, хоть вслух такие диагнозы ставить и не принято.

От его улыбки внутри прошел холодок.

– Туда нельзя, – воин кивнул на закрытую дверь.

Вот как? Взгляд коснулся дубового массива. О-о-очень интер-р-ресно…

– Мне можно, – постаралась сохранить спокойствие и невозмутимо продолжила свой путь.

Пальцы успели почувствовать прохладу бронзовой ручки, когда Энн решил расставить акценты:

– Даже мне нельзя.

О! Надо признать, еще интереснее.

Но позволила себе лишь заинтересованно изогнуть бровь. И… да, снова обернулась.

Странно. Обычно герцог предпочитал держать полузверя при себе, даже когда проводил время с семьей. Был у нас однажды прецедент, теперь рисковать не хотелось никому. Что же сейчас? Наш правитель заперся с кем-то в кабинете и даже Энна не допустил?

Не будь я уже объявленной наследницей, решила бы, что отец принимает распорядителя. Но сейчас мозг не в силах был предоставить разумные варианты происходящего.

– Селисса, – со вкусом, словно смакуя каждый звук, выговорил мужчина.

Я внутренне поморщилась и среагировала мгновенно:

– Госпожа Селисса, пожалуйста. Не забывайся.

Кому другому вольность могла и спустить, а этому всегда указывала на его место. Слишком наглый. К тому же до меня уже не раз доходили слухи, будто Энн жаждет занять место рядом с герцогиней – и отнюдь не позади трона. Нормально? Эти воины, в которых течет кровь Зверей, конечно, несравненны по силе и ловкости, да и с хитростью у них проблем нет. Чем не спутник для правительницы? А сердце к нему не лежало. У меня, конечно, обостренных инстинктов никогда не было, но нутром чувствовала – не то. И не тот.

Вот и остерегалась.

– Ладно, госпожа, – нехотя повторил Охотник, но улыбка его стала издевательской. – Неужели тебе не интересно, кто к нам пожаловал?

Должна признать, задевать в душе нужные струны он умел. Жаль, что чаще это все-таки бывало раздражение.

– И кто? – старательно притворяясь, будто бы не так уж и любопытно, спросила я и принялась с наигранным интересом разглядывать узор на корсаже.

Узор я знала настолько хорошо, что смогла бы нарисовать даже с завязанными глазами.

– Страж, – победно, словно это было лично его заслугой, провозгласил Энн. – Слышала про таких?

Я наморщила лоб, собираясь с мыслями.

Конечно же. Пусть я родилась не наследницей, а всего лишь второй дочерью, но, памятуя, что в жизни всякое может случиться, родители позаботились о том, чтобы их дитя получило достойное образование. Как и те двое, которым не повезло оказаться еще младше меня. Пугающее «всякое» взяло и случилось, и вот теперь я готовилась к тому, что однажды примерю корону.

Но что-то мысли упорхнули далековато от основной темы…

Страж. Очень сильный маг, можно сказать, ходячий источник определенной энергии. Ее воплощение. Да чего уж там, не только ходячий, но и активно практикующий, а еще регулярно вмешивающийся в государственные дела.

В свете всего этого утешением может служить только то, что существуют эти самые Стражи в строго ограниченном количестве двенадцати интереснейших экземпляров, и живут они где-то в Северных княжествах. То есть в дела эти маги вмешиваются – но не в наши.

Для беспокойства нет причин.

О, какая же я наивная!

– Речь о договоре? – Объяснение столь странному визиту нашлось быстро. – Что ж, не буду мешать.

Приняла решение и, развернувшись, попыталась удалиться, но Охотник заступил дорогу. Совсем страх потерял, паршивец! Но то, что он сказал…

– Речь не о договоре, он подписан еще вчера. – И голос такой ласковый-ласковый. Участливый. – Речь о тебе, Сели.

Стойте, о чем это он? Отступление я на время прекратила.

– Подробнее, пожалуйста.

– Да куда уж больше подробностей?! – оскалился полузверь. – Союз состоялся. Но сопутствовать ему будет, кроме всего прочего, твой брак с их принцем. Или кто он там?.. Прости, запамятовал.

Нет слов. Эмоции… Внятных эмоций тоже нет. В голове какой-то сумбур.

– Неужели мы так нужны северянам, что они готовы отдать в Кхилс своего принца? – пробормотала больше себе, чем слушателю.

Над ухом неприятно хохотнули.

– Разумеется, нет, он у них единственный. А вот ты не так уж незаменима… – Эннист откровенно наслаждался ситуацией.

Сначала я действительно испугалась. Потом самообладание взяло верх, и память услужливо подсунула нужную информацию: у нынешнего правителя Севера трое детей. А я уже объявленная и принятая Силой наследница.

Кажется, кто-то не настолько осведомлен, насколько ему хотелось, во всяком случае, так это выглядело со стороны.

 

Успокоившись, я обошла воина полукругом и направилась в свои комнаты. Срочно требовалось уединиться и подумать.

– Селисса! – понеслось вслед.

– Что-то забыл? – Я даже оборачиваться не стала, просто замедлила шаг.

За спиной отчетливо послышалось тяжелое, чуть хрипловатое дыхание.

– А ведь я могу помочь, – ласково прошептал полузверь, опустил ладонь мне на плечо и скользнул пальцами вверх, туда, где заканчивалась ткань платья. – Северяне не возьмут тебя, если ты будешь принадлежать кому-то другому…

Смех у меня вышел неожиданно низкий. Действуя на одних инстинктах, я резко двинула локтем назад, услышала то ли стон, то ли рык, ловко вывернулась и зашагала прочь.

– Не зарывайся, Охотник! Не то окончательно станешь бывшим…

Оказавшись в своих комнатах, я заперла дверь и принялась приводить мысли в порядок.

Пока единственный вывод, в котором была уверена точно, это то, что Энн имеет на меня виды. Плохо. Слишком близок он к герцогу. А отец уже стар, сила слабеет, ему рядом нужны надежные люди. Может и чьему-нибудь влиянию поддаться.

Надо от Охотника избавляться. Иначе с таким рвением полузверь не только на меня, но и на корону лапы наложит.

Я как раз бродила из угла в угол и раздумывала, что может заставить герцога прогнать своего любимца, когда в дверь забарабанили.

– Госпожа Селисса, вы там? Откройте!

Лила, моя камеристка. Что-то она взволнованная…

Громыхнула щеколда.

– Ты что раскричалась?

Девушка прошмыгнула внутрь и принялась носиться между сундуками, туалетным столиком и уборной, собирая все необходимое.

– Герцог… – От слишком быстрых передвижений ее дыхание сбилось.

– Что с моим отцом? – Я не смогла скрыть легкого беспокойства, все же папа был действительно очень стар.

А стать герцогиней прямо завтра мне совсем не хотелось.

– Господин велел вам одеться в парадное и явиться в его кабинет. Там важный гость.

Знаю, Страж. И зачем, интересно, я понадобилась? А может, ледяной принц тоже пожаловал? Ох, лучше бы мне какого-нибудь южанина подобрали, с ним больше шансов на взаимопонимание.

Пока Лила делала из просто госпожи высокородную госпожу, то есть зажимала меня в тугой корсет и сооружала высокую прическу, я раздумывала над сложившейся ситуацией. Не может же вся размеренная жизнь перемениться в один день? Нет, разумеется.

Северу мы нужны куда больше, чем он нам. Хотя бы из-за тех амулетов! Их ледяные лорды, сколь бы сильна ни была магия, живут не дольше обыкновенных людей. Сотня лет – потолок. И приходят к нему, насколько знаю, в весьма дряхлом состоянии. Нашим специалистам удалось не только отодвинуть этот рубеж примерно на пятьдесят лет, но и существенно замедлить процесс старения. Итог – рядовой житель Кхилса в сто лет выглядит примерно на сорок пять. Неплохо, да?

Правда, после этой отметки все процессы старения вступают в силу, преклонный возраст настигает и нас, но существенно позже. И цена этому – всего один амулет-кристалл на целую семью.

Герцогству заключенный союз тоже нужен. Как минимум ради военной поддержки. При всем моем уважении к нему мой отец в последнее время стал страдать паранойей. С огненными драконами разругался вдрызг, а они наши ближайшие соседи. С обитателями Янтарной долины и в состоянии мира уживаться было непросто, а сейчас… одним словом, весело.

Представить страшно, какой ценой мне в будущем придется восстанавливать пошатнувшееся согласие. Но союзники нам нужны.

К тому времени как Лила закончила «ваять шедевр», я уже и на ледяного принца была согласна. Какая, в конце концов, разница, за кого выходить замуж по расчету? Главное сейчас договориться как-нибудь с отцом и Стражем, чтобы будущему мужу хоть немного ограничили полномочия. Лорд не знает Кхилса и его потребностей, несправедливо отдавать ему право принимать решения, не посоветовавшись со мной.

– Готово, госпожа, – улыбнулась довольная своей работой девушка и низко поклонилась. – Хотите, провожу вас?

Обычно я отказывалась, но сейчас вспомнила про Энна и согласилась. При свидетелях он еще ни разу не позволил себе лишнего.

Бросила взгляд в зеркало и осталась довольна. Бежевый мне не то чтобы сильно шел, но позволял не выделяться. Изысканная прическа и драгоценности говорили скорее о хорошем вкусе, чем о достатке. То, что нужно для деловой встречи.

Шли быстро, нас все-таки ждали.

У дверей отцовского кабинета служанка еще раз поправила мне платье и взбила выскользнувший из прически смоляной локон. Я кивнула одному из воинов-охранников, чтобы о моем появлении доложили.

И через несколько мгновений получила позволение войти.

Лила осталась дожидаться в коридоре.

Внутри царил полумрак, багряные комки энергии, замершие под потолком, давали недостаточно света. В первые мгновения мне пришлось часто моргать, чтобы как-то адаптироваться.

– Сиятельные господа… – Я шагнула ближе, неглубоко поклонилась, прижала руки к груди, выпрямилась и улыбнулась.

На панелях и мебели темного дерева играли замысловатые блики, складываясь в непонятную мозаику. Поблескивали золотистые фамильные знаки на кожаных корешках книг, за окном медленно сгущались сумерки, скрывая пурпур осенней листвы. Но до окончательного воцарения темноты было еще далеко.

Мужчины устроились за письменным столом друг против друга. Страж, которого я никак себе не представляла до этого, оказался вполне обыкновенным человеком. Чуть выше меня, и волосы такие же черные, очень худой, чего не скрывали даже одежды свободного кроя, голубоглазый.

– А вот и она. – Герцог поднялся и, обняв меня за плечи, подвел к гостю.

Тот чуть повернулся, полупрозрачный взгляд стал внимательнее, на губах появилась почти незаметная улыбка.

– Госпожа Селисса. – Маг встал и мягко сжал мою ладонь двумя руками. Пальцы оказались прохладными и по ощущению удивительно приятными.

И моя улыбка стала искренней.

– Рунну Аркель, Страж Стужи, к вашим услугам.

Память забастовала и категорически отказалась выдать мне подходящее обращение. Как его называть? Лордом? Или можно господином? Мы не слишком-то много знаем о своих далеких северных соседях.

– Надеюсь, вечная осень приняла вас благосклонно, Рунну Аркель. – Я еще раз улыбнулась и прошла к заранее подготовленному для меня стулу.

Страж ответил что-то вежливое.

Тем и уникален Кхилс, что, находясь между Южной империей и древним лесом, что отделяет нас всех от стылого Севера, он является территорией вечной золотой осени. У нас красиво, очень. Всегда. К тому же не бывает ни сильных дождей, ни засух, всего в меру. И урожай можно собирать круглый год.

Мужчины переглянулись. Герцог заговорил, развеяв мои сомнения:

– Селисса, ты станешь женой наследника Севера. Я так решил.

Постойте-ка… Наследника?! Как это возможно?

– Савир дал предварительное согласие, потому от лица всех Стражей и одновременно как представитель жениха я готов поставить подпись на брачном договоре, – обозначил свою позицию уникальный маг. – Хоть сейчас.

Все, больше оставаться безучастной невозможно!

– Ваш ледяной принц женится на мне и переберется в Кхилс? – Но душу уже холодили нехорошие подозрения. – А как же его владения?

Два сочувствующих взгляда только усилили ощущение, что что-то не так.

– Это вы, девушка, отправитесь к нему, – медленно произнес Рунну Аркель. – Через два дня. Со мной.

Не-э-э-эт… Не может быть! Просто невозможно!

– Ты больше не наследница, Селисса. Сила приняла и твоего брата. А ты отправляешься на Север, – отец говорил непререкаемым тоном. Спорить с ним в такие моменты было бесполезно, это я знала давно.

Потому лишь тихо спросила:

– Почему?

Ясные боги, почему именно я? У герцога есть еще одна дочь!

– В договор входят амулеты, – пояснил Рунну. – В придачу к ним нам нужен кто-то, кто привык управляться с артефактами. И желательно, чтобы этот человек был заинтересован в процветании Севера. А великая княгиня обязательно будет заинтересована.

Хотелось кричать, биться в истерике, топать ногами и до боли сжимать виски. Но я поборола себя. Слабо улыбнулась и, извинившись, попросила позволения уйти. Сейчас надо собраться с мыслями. Пережить случившееся. Прийти в себя.

И решить, как быть дальше.

Боги… Ясные боги, меня отдали замуж взамен на благосклонность Севера! Продали. Обида жгла глаза.

Глава 2

Перед глазами все плыло, пока я стремительно неслась к дверям своих комнат. Только там можно расслабиться, отпустить себя, дать волю чувствам. Там безопасно, никто не увидит слабости, никто не узнает, что она во мне есть. А потом обязательно придет какое-нибудь решение…

Я слышала, как позади меленько семенит Лила. И насмешливое хмыканье Энна разобрала, когда мы проходили мимо Охотника. При свидетелях он пытался быть вежливым, кажется, даже поклонился. А большего от него никто и не требовал. Не аристократ же. И понятно, что при дворе это недоразумение держится до тех пор, пока жив герцог.

В покоях терпеливо дождалась, пока меня вынут из корсета и повытаскивают шпильки из волос, и, не говоря ни слова, жестом отпустила камеристку. Лила состояла при мне почти с детства и научилась понимать желания с полувзгляда. Это ценно. Пожалуй, если захочет, возьму ее с собой.

Трясущимися руками надела бледно-зеленое платье и опасливо выглянула в окно. До темноты еще имелось время. Слез не было, глаза вдруг стали болезненно сухими, ожидаемая истерика так и не пришла, только голова разболелась, и в груди разгоралось темное пламя, выжигая все, что стало дорого.

Привычный дом, семья, титул и уважение подданных, которое я уже успела заслужить. Всего этого больше нет и никогда уже не будет. Почему? За что?

Боль толкнула на безумство, и я, завернувшись в плащ, отороченный лисьим мехом, неслышно выскользнула за дверь. В части замка, где жили мы с братом и сестрой, всегда было пустынно. Но я кралась, будто боялась, что меня застукают. Не надо мне сейчас ничьего общества!

Дом знал меня с рождения и словно бы поддерживал несостоявшуюся хозяйку. Ни один шаг не отозвался эхом в каменном коридоре, ни одна ступенька боковой лестницы не скрипнула, и дверь, ведущая в сад, поддалась совершенно бесшумно. Несколько мгновений я стояла, закрыв глаза, и глубоко вдыхала влажный, пахнущий землей, листвой, плодами и цветами воздух. Легче не стало. Горечь утраты еще яростней разгорелась в груди.

Предатели!

Закусив губу до крови, чтобы боль немного отрезвила, я устремилась в конюшню. Забрала Вьюгу, и уже через миг мы обе почувствовали себя свободными. Кто-то мог увидеть белоснежную лошадь из окна замка? Плевать! Этой семье я больше не принадлежу, а Страж не произвел впечатления жестокого человека.

Ветер хлестал по лицу, смахивая со щек покатившиеся наконец из глаз слезинки. Мимо проносились деревья, часто цепляющиеся низко висящими ветками за волосы. Пару раз я всерьез рисковала свалиться с кобылы по их вине. Скорость была бешеная. Дыхание безнадежно сбилось, а стук копыт не мог перекрыть грохота крови в ушах.

Так продолжалось долго. Я не сдерживала Вьюгу, позволяя ей самой выбрать подходящий темп. И лошадка чувствовала настроение хозяйки. Не важно, что нас занесло далеко от замка. Герцогские лошади выдрессированы отлично, окрестности знают, дорогу домой находят всегда. И местным жителям я хорошо знакома, не обидят.

Понемногу кобыла начала сбавлять шаг, потом и вовсе остановилась, заинтересовавшись сочной растительностью. Ладно, пусть так и будет. Я спрыгнула с лошади, сошла с дороги на небольшую полянку, скрытую в тени пышных кустарников, и сразу же опустилась на траву. Откуда ни возьмись появилась противная дрожь.

Только выплакавшись и успокоившись (за отсутствием иной альтернативы), заметила, что давно стемнело. Надо бы домой… Но голос рассудка задавили эмоции. Совсем рядом раскинулись заросли малинника, красные крупные ягоды можно было различить и в темноте. Круглая белая луна оказалась хорошим светильником.

Губы неожиданно дрогнули в улыбке. А ведь мне теперь нет нужды бороться с собой! Соблазну поддалась легко…

Из-за пьянящего чувства свободы от ограничений, пусть даже на один-единственный вечер, малина казалась вдвойне слаще.

Может, так и будет в той, новой жизни? Где не останется дорогих сердцу людей и совесть не уколет за уклонение от выполнения обязательств?

Какой он, их ледяной принц? Молодой? Умный? А вдруг страшный, кривой, больной или жестокий? От последней мысли поежилась и заставила себя переключиться на малину.

На месте выясню. А вздумает обидеть – сильно пожалеет!

На этом и успокоилась.

Было так странно находиться вдали от дома одной, ночью. Бродить по посеребренной лунным светом поляне, отпихивать Вьюгу от малинника, отвоевывая себе лакомство, сидеть на траве и рассматривать звездное небо. Теплый плащ не позволял мне замерзнуть. И скакать к замку не хотелось.

 

Не сейчас… Еще немного… Последний глоток свободы перед годами заточения в толщах вечных льдов.

Он меня и погубил.

Негромкий звук заставил отшатнуться от колючих веток. Сначала я решила, что рык мне почудился. Но через миг все повторилось, послышались еще и хруст, и шорох… Страх почти не ощущался. Были эмоции сильнее, удушливее. Тем не менее я отпрыгнула к центру поляны и стала настороженно всматриваться туда, откуда долетали звуки.

И вся обмерла. На поляну выломился крупный бурый медведь. Всклокоченный ревущий зверь был явно рассержен, и вскоре я поняла, чем именно. Блеклый свет ночного светила выхватил сочащийся красным бок.

Вот теперь точно все плохо. Раненый хищник вдвойне опасней, ведь так?

Я похолодела и попыталась отступить в тень зарослей, но поздно. На меня уже оскалилась звериная морда. Видимо, зверь посчитал меня виновницей всех бед.

Крика не получилось. Я открыла рот, жалобно всхлипнула и снова его закрыла. Потом широко распахнутыми глазами наблюдала, как надвигается разъяренный хищник. Ясные боги, что же за день-то такой?!

Одно радовало: теперь в холодный край я точно не поеду, – промелькнула в голове злорадная мысль. Но морального удовлетворения от того, что планы предателей рухнули, я почему-то не испытала.

А потом было больно… Очень больно. И мокро…

Противное сознание никак не хотело ускользать, а боль от предстоящей потери вымыла из груди совсем другая боль. В несколько раз сильнее! Зато голос вернулся, и я наконец заорала.

Надежды на спасение не было, но вдруг появился ОН. Высоченный и широкоплечий, движения полны непередаваемой звериной грации. Даже на краю смерти поняла – Охотник. Еще один почти Зверь. Я больше не боялась, такой с кем угодно справится. Если захочет…

Воин оценил ситуацию, коротко выругался и ринулся вперед. Я же попыталась удержать так некстати ускользающее сознание, но не преуспела в этом. В итоге разобрала только отчаянный звериный рык, смешавшийся с другим, яростным криком, и услышала глухое «шмяк». И все, меня накрыли темнота и жуткая боль.

– Жива? – Щеки коснулось чужое дыхание.

Отвечать не стала, даже веки разлепить не смогла. Больно-то как… Пожалуй, я бы сейчас и на уютную ямку в каком-нибудь живописном уголке поляны согласилась, лишь бы ничего не чувствовать.

Когда меня подхватили сильные руки, это желание сбылось. Разум застлала бархатная темнота.

Первый проблеск и проблеском-то назвать было нельзя. Кругом стояла темнота, пахло травами, я лежала на мягком тюфяке. Пропитанная кровью, липкая до омерзения одежда куда-то испарилась, я тонула в широкой полотняной рубахе, расстегнутой до низа живота. Зато боль утихла, а в приоткрытые губы лилось что-то прохладное, травяное.

Дальше стало происходить нечто странное. Я ощутила тепло чужого тела, его тяжесть, а когда придавили рану, взвыла и забилась. С новой силой хлынула кровь. Ох, боги… За что вы так со мной?

Но активность спасаемой (я очень на это надеялась, хоть методов и не одобряла) живо пресекли. Большие ладони поймали мои запястья и зафиксировали над головой, тело так вдавило тяжестью в тюфяк, что дышать едва получалось, только раны мягко коснулся живительный холодок.

О? Так это он так лечит?

Странный способ. Но с реальностью не поспоришь, мускулистое тело мужчины, на котором я сейчас чувствовала каждую неровность, излучало исцеляющую силу. Боль прошла быстро, оставив после себя головокружение и сухость во рту. Но на этом «радости жизни» не закончились, стягивающиеся края раны мучительно зачесались. И я принялась извиваться с новой силой, заставляя странного врачевателя шипеть и ругаться.

Через приличный отрезок времени перед взором растаяла мутная пелена, я смогла различить нехитрые предметы бедненькой обстановки… и темно-зеленые, удивительно теплые и бархатистые глаза склонившегося надо мной полузверя. …Прижавшегося ко мне, если быть до конца честной.

Хм. Вот интересно, что следует говорить приличной девушке разлегшемуся на ней полуголому незнакомцу? Не припомню, чтобы на уроках этикета нам говорили о подобном.

– Уже не болит? – пришел на помощь Охотник.

Я прислушалась к себе и слабо качнула головой. Но как?..

– Лежи спокойно, а то шрам получится уродливым! – прикрикнули строго.

Ввиду отсутствия боли угроза показалась внушительной, и я притихла. Просто так лежать было скучно, быстро начало клонить в сон, а еще надо было выяснить личность избавителя. Вдруг из одной беды попала в другую?

От нечего делать стала размышлять.

Охотники… Свободные воины, очень сильные. Вроде как подчиняются герцогу, но отец их побаивается и ссориться не хочет. А полузвери живут в глухих деревнях и в чужие дела не суются. В общем, мы им не мешаем, они нам. Кхилс вон даже против драконов их силу не использовал. Что странно, неужели и тут поучаствовала герцогская паранойя?

Когда-то давно правители осенней земли решили создать для защиты своих владений непобедимых бойцов. Очевидно, эта самая паранойя у нашего рода наследственная… И создали же! Уж не знаю, кого с кем скрестили и что намагичили, но результат долго не продержался. Те воины имели две ипостаси, человека и Зверя, были необузданны и неуправляемы, их постоянно снедала жажда крови и золота.

Существовать рядом с такими «подданными» себе дороже, пришлось истребить. Но у некоторых из них остались дети от человеческих женщин. Тех поначалу тоже хотели перебить, но в итоге разогнали по деревням и оставили в покое. Первое время еще приглядывали, потом подзабыли.

Я бы, наверное, никогда и не узнала о них, не появись при дворе Эннист.

Теперь вот еще один…

Поток мыслей прервался в тот момент, когда от тела отвалилась теплая тяжесть. Я удивленно моргнула и поежилась, кожи коснулся прохладный воздух. А вслед за этим на животе вычертил линию чуть шершавый палец.

– След все-таки остался, не очень заметный. – Зеленые глаза выжидающе уставились на меня. Наверняка их обладатель понял, что к нему в руки попала аристократка, и теперь ждал, как я себя поведу.

– Спасибо тебе, – прошептала тихо и стянула полы рубашки.

Мужчина кивнул, расслабился и принес одеяло.

– Можешь остаться, но только до утра. Тебе надо хоть немного поспать.

Очень надо! Глаза просто слипались. Потому и на этот раз ерепениться не стала, просто попыталась устроиться на неудобном тюфяке. С непривычки вышло из рук вон плохо.

Но Охотника почему-то такое смирение не порадовало. Он сел рядом, взял меня за плечи и проницательно заглянул в глаза.

– Эй, надеюсь, ты не свихнулась от боли? Помнишь свое имя? Кто ты? Откуда?

– Селисса. – Я оттолкнула его руки и продолжила ворочаться под ветхим одеялом. Боги, как тут вообще можно спать?! – Проблем не создам, не беспокойся. Уйду на рассвете.

Мужчина кивнул, но убираться подальше не торопился.

– Эдейран, – представился он и мягко коснулся пальцами плеча, на котором красовалось темное родимое пятно в виде дубового листочка. – Герцогская… Бастард или?..

– Или! – пресекла дальнейшие расспросы. – Не смей трогать мою семью.

Спаситель хмыкнул, притащил откуда-то кувшин с тем самым травяным настоем и кружку, оставил их возле меня на полу, а сам растянулся чуть в стороне. Прямо на голых досках, без подушки и одеяла.

Его странное лечение отняло прорву сил у обоих, потому уже миг спустя комнатка наполнилась мерным дыханием.

Пробуждение было не из приятных. Первым делом я ощутила дыхание, пахнувшее остатками вчерашнего ужина и еще какой-то гадостью. Фу! Кажется, тут проблемы не только с кроватью, но и с гигиеной. Но рот-то прополоскать мог? Или хотя бы не дышать на меня!

Когда у самой щеки внушительно клацнули челюсти, возмущение испарилось вместе с легкой дымкой сна, и я с пронзительным визгом взлетела с тюфяка.

Собаки! Три! Серые, зубастые. Размером с медведя каждая!!!

Паника затопила сознание, и шрам на животе неприятно заныл. Неужели опять?! Боги…

– И незачем так верещать. – Охотник меланхолично оглядел перепуганную меня и потрепал ближайшую зверюгу по холке. – Они просто знакомятся.

Ноги подкосились, и я сползла обратно на тюфяк. Что возразить на такое заявление, просто не нашла.

Меня здесь скорее терпели, чем привечали, Эд показал, где можно умыться, и посоветовал поторопиться, если не хочу остаться без завтрака. Натягивая рубашку и отчаянно ежась, я побрела во двор.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru