– Значит, ты тоже был у неё…
– А иначе откуда бы я обо всём узнал? – Егор с ухмылкой смотрел на меня.
– Из тебя вышел бы второй Смоктуновский. Не будь я такой подозрительной, тебе бы точно удалось обвести меня вокруг пальца.
– А разве не удалось?
– Я сразу поняла, что дело нечисто, ещё только когда ты швырнул в меня мячом. Признайся, ты ведь не хотел, чтобы слова старухи оказались правдой?
– Не хотел, – согласился он. – Думаю, не стоит объяснять, почему.
– Я очень хорошо тебя понимаю, Егор. Я бы сама сломя голову бежала от таких новостей. Но… всё хорошо, что хорошо кончается, правда?
– Да… – Он задумчиво посмотрел в окно. – Ты знаешь, Марго, через полгода ты станешь тёткой. Как тебе такая перспектива?
– Я люблю детей! – улыбнулась я.
– А почему ты ничего не спрашиваешь меня о ней?
– О Марине?
– Так ты знаешь??
– Твой… точнее наш отец светился от счастья, когда рассказывал о твоей невесте и будущем внуке.
– Или внучке…
– Или внучке, – легко согласилась я. – Ведь это не столь важно, да?
– Я пока сам не понимаю… – Он посмотрел на меня. – Марго, можно у тебя спросить?
– Что это ты таким нерешительным вдруг стал? – удивилась я. – Спрашивай, конечно!
– А твой, ну, отец Василисы, он что, бросил тебя?
– А ты, никак, хочешь с ним разобраться? По-семейному, а? – усмехнулась я.
– А почему бы и нет? – Егор выпрямил плечи. – Не забывай, что у тебя теперь есть защитник!
– Я это очень ценю, брат! – серьёзно ответила я. – Но бить никого не надо, уверяю тебя. Я…
В этот момент раздался звонок в дверь.
– Интересно, кто на этот раз? – пробормотала я удивлённо.
Дед с Алексеем уехали ещё вчера, Фёдор был на работе, и в гости ко мне никто не собирался.
– Светлана Юрьевна, наверное, – предположил Егор.
– Скорее всего.
Я направилась в прихожую.
На пороге моей квартиры стоял доктор Арсеньев. Вид у него был весьма решительный.
– Неужели и для меня минутка нашлась? – язвительно спросила я, не сдержавшись.
– Я тоже рад вас видеть, Марго! Вы впустите меня или у двери будем болтать?
– О, так вы пришли поболтать, Иван Семёнович? Так бы сразу и сказали! Это мы завсегда!
Я сделала шаг назад, шире открывая дверь. Доктор, всё с тем же отважным выражением лица, переступил порог.
– Чувствуйте себя как дома, милый доктор!
– Премного вам благодарен!
– Чай, кофе? А может быть, сразу коньячку?
– У меня всё с собой! – он поднял вверх руку с чемоданчиком.
– О, так вы подготовились! Тем лучше! – Я сделала приглашающий жест в сторону комнаты. – Егор, принимай гостей!
– Егор? – слегка удивился доктор. – Неужели я вам помешал, Маргарита?
– Что-то я не слышу в вашем голосе раскаяния, Иван Семёнович! – тихо сказала я.
– Вас же предупреждали, что я несносный и наглый тип!
– Хм… Мне кажется, эпитеты явно преуменьшены.
При появлении гостя Егор вежливо встал.
– Егор, познакомься, это Иван Семёнович Арсеньев, очень хороший человек и большой друг детей.
– Не путайте меня с Лениным, Егор, – хмыкнул доктор. – А вы, я полагаю, родственник Маргариты?
– Брат, – коротко ответил парень и быстро взглянул на меня. Правая бровь его дёрнулась вверх. Я поняла, о чём он подумал, и усмехнулась про себя. Не знаю, милый Иван Семёнович, зачем вы пришли, но на моей стороне появилось подкрепление. Так просто я не сдамся!
– Надеюсь, Егор знает, где в доме находятся бокалы? – весело спросил доктор, открывая свой заветный чемоданчик. На свет появилась тёмно-зелёная бутыль с длинным горлышком.
– Ого! – мой брат повёл носом. – Вино? Французское? У нас праздник?
– Мой приход в этот дом – всегда праздник, мой юный друг! Марго, неси штопор, в последний раз я его видел в правом ящичке висячего шкафа.
– Завидная память, – хмыкнула я и метнулась на кухню. Происходящее начинало меня веселить…
– А теперь, друзья мои… – Арсеньев встал с бокалом в руке. – я хочу сделать заявление!
– Звучит интригующе! – произнесли мы с братом в один голос.
– Присутствие тут твоего кровного родственника, Марго, оказалось как нельзя кстати. Так вот… – он глубоко вздохнул. – Я собирался сказать и, собственно, говорю, что хочу удочерить Василису!
– Опа! – не сдержала я изумлённого возгласа.
– В каком смысле, Иван Семёнович? – осторожно спросил Егор. – Она вроде не сирота…
– Кому, как не мне, это знать! – доктор пристально посмотрел в мои глаза. Я напряглась. – Я люблю… твою дочь, Марго, и хочу, чтобы ребёнок был счастлив. А самое большое, что я могу сделать для неё – стать её отцом. Дети должны расти в полных семьях, это моё твёрдое убеждение.
– Я что-то не совсем понимаю… – Егор потёр лоб. – Так вы девочку хотите удочерить или…
– Марго, а ты уверена, что этот непонятливый тип – твой брат?
– Абсолютно! – я не отрывала от гостя своего взгляда.
Кажется, я начинала прозревать.
– Значит, вы одумались? – внезапно спросил Егор. – Сначала бросили мать своего ребёнка, а теперь совесть замучила?
– Егор!
– Да я же не осуждаю, Марго! – смутился он. – Наоборот. Я знаю, что такое неполная семья…
– Вот видишь, дорогая! – усмехнулся Арсеньев. – Даже твой брат на моей стороне. А что ответишь мне ты?
– А я пока не услышала вопроса, Иван Семёнович.
– Хорошо, – он кивнул и поставил бокал на стол. В руке его вдруг оказалась небольшая синяя коробочка, которую он тут же открыл и повернул ко мне. – Маргарита, я предлагаю тебе стать моей законной супругой. Обещаю, что буду преданным мужем и добрым отцом для Василисы. Что ты теперь ответишь?
– Очень сухо, Иван Семёнович! – недовольно покачала я головой. – В операционной вы, небось, и то изобретательней!
– А ты придирчивая!
– Меня, можно сказать, впервые замуж зовут, почему же я не могу насладиться этим моментом сполна?
– Ты же была замужем?!
– Инициатором брака была я. Всё, Иван Семёнович, не отвлекайтесь! Я жду!
– Может быть, мне лучше оставить вас наедине? – Егор привстал.
– Ещё не время! – ухмыльнулся Арсеньев.
Но через секунду его лицо приняло серьёзное выражение. Он поставил синюю коробочку на стол, опять открыл свой портфель, выудил оттуда какой-то свёрток, развернул обёртку, и я с удивлением и восторгом поняла, отчего вдруг по комнате разнёсся такой чудесный запах! Маленький букетик ландышей, казавшийся просто невероятным чудом в Москве в конце июля, лежал на широкой мужской ладони. Моё глупое сердце подпрыгнуло и застучало ещё быстрее, чем прежде.
– Как вы узнали, что это мои любимые цветы?
– Я потом тебе об этом расскажу! – Он вложил в мои пальцы нежный букетик и задержал мою руку в своей. – Наверное, они не совсем соответствуют торжественности момента, но мне очень хотелось посмотреть, как вспыхнут от радости твои глаза!
– Вы провокатор, Иван Семёнович!
– Не буду спорить! – Он глубоко вздохнул. – Марго! Знаешь ли ты, что я искал тебя всю свою жизнь? Твоё прекрасное лицо приснилось мне однажды в детстве, оно звало меня, обещая неземное счастье, и с тех пор я потерял покой. Каждую ночь я засыпал в надежде вновь встретиться с тобой, и каждое утро начиналось с мыслями о тебе. Я жил только ради того, чтобы найти тебя. Судьба смеялась надо мной. Она подсовывала мне женщин, похожих на тебя, но иллюзии очарования разбивались вдребезги, стоило мне лишь приблизиться к ним. Единственной, кому удалось дольше всех удержать меня подле себя, оказалась моя жена, мать моих двух детей. Мы прожили с ней шесть лет. Это было странное время… Но это опять оказалась не ты, и я ушёл от неё. С каждым годом надежда найти тебя становилась всё призрачнее и тоньше. Я окунулся с головой в работу. Я стал искусным хирургом. Мог ли я подумать, что увижу свою Единственную на операционном столе? Но судьбе и в тот момент угодно было зло подшутить надо мной. Я чуть не потерял тебя, жизнь твоя висела на волоске. Мне помогли мой выпестованный за долгие годы опыт и Чудо, иначе я не могу назвать твоё возвращение к жизни… Я не могу больше молчать, Марго! Я твой раб, твой верный воздыхатель, твой идолопоклонник. И единственное, о чём я тебя сейчас молю: дозволь мне находиться возле тебя, быть тенью твоей, твоим отражением! Одно твоё слово может вознести меня на вершину счастья, так скажи же его, о возлюбленная моя Марго! Согласна ли ты выйти за меня замуж?
– Вот это предложение, вот это я понимаю! – потрясённо выговорила я.
– Я учёл все твои пожелания, Маргарита? – улыбнулся Арсеньев.
– Вы были на высоте, Иван Семёнович! И знаете, что я скажу: даже если в вашей речи есть хоть малюсенькая доля правды, значит, моя жизнь удалась! А вот ваша – как знать…
– Что ты имеешь в виду?
– Если я соглашусь на ваше предложение, я отравлю вам существование, Иван Семёнович, подумайте об этом серьёзно! Не вы ли мне всегда говорили, что у меня скверный характер?
– Я делал это для отвода глаз, уверяю тебя! – глаза доктора смеялись. Ага, так я тебе и поверила!
– И ещё вы просили не лезть в вашу жизнь!
– Доктор Левандовский предупреждал тебя о противоречивости моей натуры, Марго!
– А вы знаете, что в случае моего согласия у вас будут сразу два тестя и ещё куча родственников?
– Думаю, что это я как-нибудь переживу. – Лицо его стало серьёзным. – Я люблю тебя, Марго. Разве ты этого до сих пор не поняла?
– Теперь поняла.
– И ты выйдешь за меня замуж?
– Да.
– Да?!
– Я выйду за вас замуж, Иван Семёнович! Хороший доктор в семье никогда не помешает!
– Ох, и язва же ты, любовь моя!
P.S.
Я никогда ещё не была так счастлива!