bannerbannerbanner
S-T-I-K-S. Неадекват. Марионетки реальности

Егор Веселый
S-T-I-K-S. Неадекват. Марионетки реальности

Чужие & Свой

Утро новых сюрпризов не принесло. После раннего завтрака вся четвёрка собралась у гостиницы в полной выкладке. Вид вооружённых людей никого тут не удивлял, рейдеры часто уходили на кластеры или заступали на дежурство. Любопытные взгляды редких прохожих с лёгкой иронией скользили по бронежилетам и бронешлемам, так не свойственным экипировке местной братии. Даже «Жнецы» Каза и Просперо вызывали у прожжённых волков Улья меньше скепсиса. Лис спокойно игнорировал все эти взгляды. Он не был спецом, способным ушатать толпу врагов одним лишь пристальным взглядом, и матёрым рейдером гораздым завалить элиту сапёрной лопаткой, тоже не был. А потому руководствовался тем, что если вещь предназначена для обеспечения выживания, то она должна это выживание обеспечивать ему и его команде. В подтверждение этого его буйная фантазия рисовала ему последствия сюжетов на набережной и по дороге до стаба без так презираемой тут защиты. Мурашки от таких картинок сразу поднимали кипишь и ни под каким предлогом не желали расставаться с нарядом черепашки-ниндзя. Так что всё остальное было по барабану.

Неподалёку тусовалась группа ДОК. Бывшие коллеги бросали в их сторону взгляды различной направленности от заинтересованных до откровенно насмешливых. Икс лучился иронией, что-то чуть слышно нашёптывая Инвизу, тот благосклонно кивал в ответ, пристально наблюдая за Лисом. Рок по привычке тихонечко ныкался в тени начальства, освещая округу фирменной улыбкой Фелониуса Грю. Остальные по большей части пытались разглядеть птеродактиля в небе, которого там, разумеется, не было. Но никто из тех, с кем коротали ночи на острове в первом кластере, даже не приподнял руки в знак приветствия. То, что бывшие коллеги решили ограничиться взглядами издалека, Лиса вполне устраивало.

– И охота вам в такую жару в бронежилетах париться? – насмешливый возглас, прилетевший в спину, принадлежал здоровяку снайперу. Возможно, он не должен был прозвучать как насмешка, но прозвучал именно так. И Эйм поторопился сгладить негативный эффект. – Из местных их совсем никто не носит. Говорят, бесполезная, тяжелая и совсем не эффективная снаряга. Нужно перенимать лучшие практики.

– А Лису лучшие не нужны, – хохотнул Инвиз, по привычке запустив руки в карманы штанов. – Будет надрываться, париться, но упорно таскать это барахло на себе. Потому как свои – не чужие. И не как все. И команду свою гнобить будет.

Весёлость в голосе Эйма, призванная притупить насмешку, своей цели «почти» достигла. Ирония земляка растворилась в ней, но укол сожаления, что в спину прилетело именно от него, заставил Лиса замереть на месте. Колкости Инвиза его уже давно не цепляли. Эту психологическую незрелость он уже перерос. Лис медленно развернулся и обратился к снайперу, но так, чтобы слышно было всем бывшим коллегам.

– В тысяча девятьсот сорок втором британцы несли большие потери среди своих лётчиков. Немцы буквально истребляли их в воздухе. Нужно было какое-то решение. И тогда какому-то умнику пришла в голову гениальная идея – собрать с лётчиков, оставшихся в живых после встречи с немецкими асами, описание всех приёмов и элементов, которыми они пользовались в бою. Как раз, эти самые лучшие практики. Собрали, разработали тактические алгоритмы, обучили им лётный состав. Но потери не сократились, хотя было достоверно известно, что новые разработки применялись пилотами без отклонений. Никто не мог понять, что именно было не так, почему новая тактика не даёт положительного эффекта? А причина была на поверхности, никто при разработке новой тактики ведения боя не мог учесть опыт погибших лётчиков, и тех нюансов, которых не хватило им, чтобы выжить. Это однобокое явление назвали ошибкой выжившего. Никто из местных охотников за ништяками, которые не вернулись, уже не расскажет, скольким из них не хватило такой малости как защита. Кому помешало сломанное ребро, проткнувшее лёгкое в самый неподходящий момент, кому коготь заражённого не вовремя продырявил черепушку только потому, что на ней не оказалось ничего более прочного чем тряпичная кепочка. Потому всё, что вам тут порассказали старожилы, не более чем ошибка выжившего.

Лис развернулся и под молчаливыми, местами ироничными взорами бывших коллег, направился к своим товарищам. Он знал, что говорил сейчас с пустотой, бывшие коллеги его не слышали ни сейчас здесь, ни тогда там. Они всегда слышали только себя и говорили только для того, чтобы ответить. Но Лиса это совсем не волновало. Как и ТАМ, он сделал, что должен был сделать – сказал. Услышат на этот раз или снова проигнорируют, ему без разницы. Каждый сам выбирает свой путь. Тем, что всё ещё дышит, он уже пару раз был обязан именно своему жилету, и убедить в обратном никакие доводы его бы не смогли.

– Каз, за руль. Выкатывайся из стаба. Отъедешь на пару километров, выбери место для остановки. Просп, пулемёт и обеспечение связи с кабиной. Кукла, правый борт. Мой левый, – короткие команды посыпались, когда они добрались до порядком изувеченного «шестьдесят шестого».

Каз и Просперо без лишних вопросов, деловито и без суеты отправились по местам. Почти месяц скитаний по Ближнему западу приучил их к внутреннему укладу отряда. Александра бросила на Лиса удивлённый взгляд и даже открыла было рот, но увидев начавшие сползаться к переносице брови командира, вдруг передумала и начала карабкаться в кузов.

Несмотря на выпавшие на его долю испытания, ГАЗ завёлся с пол-оборота, намекая, что советский и особенно военный автопром – сила великая и несгибаемая. Мерно урча мотором и шурша протекторами по асфальту, старичок плавно покатился к выезду из стаба. Там пришлось малость задержаться, вездесущий Злоба немало удивился их выезду, а когда узнал, что команда Лиса просто до вечера собирается пошарить по окрестностям, и вовсе посмотрел на их командира как на полоумного.

– Я тебе поражаюсь, вроде и голова на месте, даже вроде думает иногда, – хмуро произнёс главный секьюрити. – А вот понять, что за воротами стаба всякое может случиться, совсем не хочешь. Каска на мозг давит?

– Так нам же вроде условия поставили и сроки для их выполнения определили. Ты же мне сам их и озвучил, – пристально глядя на собеседника сквозь стекла тактических очков, отозвался Лис, заодно пытаясь понять истинный смысл слов Злобы. Может он просчитался, и Хеннесси не станет дожидаться пока они уйдут в удалённые кластеры и решит свести счёты прямо за стенами Бейрута? Хотя в эту ситуацию не вписывалось поведение торговцев. Маловероятно, что у Хеннесси есть над ними власть, а так просто они от лишней копейки отказываться не будут. Не клеится что-то. – Вот только выполнять эти условия без подготовки чистой воды самоубийство. А у торговцев ваших кризис вдруг образовался, им вдруг стали не нужны спораны. Вот и хотим прибарахлиться в округе. К вечеру вернёмся.

Злоба скептически покачал головой, но препятствовать выезду не стал.

Откатившись за пределы видимости стаба, Лис кинул в сторону Просперо команду остановиться. Конечно, можно было просто крикнуть Казу, благо звуки, издаваемые вездеходом, не были из категории оглушающих, или просто по старинке долбануть кулаком по крыше кабины, но сложившиеся обстоятельства в виде нехватки средств связи требовали поведенческой корректировки. На кластерах всякое может случиться. И шум такой, что глотку сорвёшь, но не доорёшься или наоборот, вздохнуть лишний раз поостережёшься, не то что по кабине грохнуть. Пусть привыкают. Просперо без замедления продублировал команду в кабину. Поведение пулемётчика изменилось, к педантичной собранности добавился налёт обречённости, или чувство вины обязывало действовать без рассуждений. Лису это не нравилось. Камикадзе им только не хватало.

– Разобрали секторы, а уши сюда повернули, – Лис остановил собравшегося было перелезть в кузов Каза. – Просп, для всех будет лучше, если ты прекратишь заниматься самоедством и усвоишь одну простую истину, переживать о случившемся глупо. Ситуация уже сложилась, и единственный способ её разрулить – это найти для неё решение. Вот на это и предлагаю направить все свои мысли.

– Слова. Это всё слова, – не оборачиваясь ответил пулемётчик. – Убить элитника с нашим арсеналом задача нереальная даже при условии, что нам мешать никто не будет. А если я всё правильно понял, и мешать нам будут активно, то нереальная вдвойне. Как ты говоришь, командир, шах и мат?

– Мата пока нет, но будет обязательно, если постоянно задавать себе вектор предопределённости. Отец говорил, что если рыбу постоянно обвинять в том, что она не умеет летать, то она умрёт в уверенности, что всю жизнь прожила никчёмной птицей, – Саша бросила жёсткий взгляд в сторону Просперо. – Слышал такую байку, что мысль материальна?

– Бро, а я вот сейчас с Куклой полностью согласен, – вставил свои пять копеек Каз. – Да и Лис уже точно что-то замутил в своей… нескучной голове. Не зря же ему такое хитрое погоняло приклеили.

– Хватит, – Просперо поднял руки, останавливая наставления. – Я всё понял. Я в порядке. Командир, у тебя действительно есть идеи, или Каз просто решил за твой счёт боевой дух поднять?

– Вряд ли вселенная посылает испытания не имеющие решения. Мысли есть. И даже возможно нам не нужно будет пересекаться с тварями крупными и рогатыми, но это не значит, что нам достанется всё на халяву. Заморочек достаточно, и к ним нужно подготовиться. У нас неделя до выхода, вот подготовкой и займёмся. Каз, через семь километров стандарт с населённым пунктом. Загрузился две недели назад. Стаб его, конечно, вычистил давно. Заражённым вроде как тоже там делать нечего, по крайней мере толпой. Рули туда, – Лис заметил, что Саша снимает свой ранец: – Кукла, рюкзак на место, это теперь часть тебя.

– Так тяжело же, и нет же никого, – удивлённо обернулась Александра.

– Это ещё не тяжело. Если я догнал расклад, то к вечеру ты будешь знать, что такое тяжело каждой клеточкой своего нежного организма, и фитнес на острове нам всем детской разминкой покажется. Ах да, тебя же там не было. Тогда для тебя сюрприз будет, – заржал Каз, забираясь обратно в кабину.

 

Кластер оказался пустым. Всех, кого можно было подъесть, уже подъели. Все, кто мог кого-то съесть, свалили в поисках пропитания на другие территории. Да и есть тут особо нечего было. Несколько теперь уже обезлюдевших пятиэтажек много народа вместить не могли, кусок частного сектора тем более. Может где и заныкался пустышёк, не сумевший покинуть узилища бывшего жилья, но им он не попался. Так что им никто не мешал.

Бывший старлей-охранник не ошибся, новый состав команды требовал внесения изменений в ордере и порядке взаимодействия. Убедившись, что за ними нет «хвоста», и никто не мчит со злобными намерениями, принялись наводить порядок внутри своей банды. Пришлось немало поломать голову, приспосабливая структуру под умения каждого члена группы. А когда худо-бедно выстроили схемы взаимодействия в теории, принялись до одури воплощать их на практике, отрабатывая раз за разом, вновь и вновь. Никто не роптал, даже Саша. Только иногда косилась на Лиса как на последнего упыря, но упорно продолжала выполнять все команды.

Не нужно быть гением чтобы понять, только действия, доведённые до автоматизма и записанные в подкорку на уровне рефлексов, могут сэкономить время и исключить сумятицу, особенно если момент окажется не самым подходящим для мозгового штурма. Вот и понимали. Вот и пыхтели, обливаясь потом.

Отведённое на передышку время Лис решил использовать для освоения навыков владения клювом. Имеющаяся у него практика постыдно показала, что в кривых руках даже хороший инструмент может оказать медвежью услугу прежде всего хозяину. Вот Лис и взялся за ликвидацию пробела, избрав в качестве жертвы ни в чём не повинное дерево. Как умел. А умел он никак. То настырный топорик скользил вдоль ствола, обдирая кору и норовя попасть в ногу хозяину, то влетал в податливое дерево и заседал там намертво. Так что о дальнейшем его участии в массовой гулянке, случись такая, не могло быть и речи.

– Попробуйте прямо перед ударом довернуть кисть.

Долетевший в спину голос прервал приглушённый поток отборных эпитетов русского-непереводимого, сопровождавший очередную неудачную попытку, и заставил схватиться за «Винторез». В прицел попала улыбающаяся физиономия Лаки. Парень стоял, скрестив руки на груди, и признаков агрессии не проявлял. Лис слегка опустил оружие, оставляя гостя в секторе поражения, и бросил недвусмысленный взгляд в сторону Просперо и Куклы. Эта парочка всё поняла правильно и, взяв оружие на изготовку, тут же скрылась в ближайшей растительности. Каз словно невзначай сместился во фронт прибывшему, не влезая в сектор возможного огня со стороны Лиса.

Хотя, чего уж тут греха таить и пытаться восстанавливать намокшую репутацию, этого гостя они откровенно прошляпили.

– Ты откуда тут? – обшаривая взглядом местность вокруг, спросил Лис, – что-то мне нашёптывает, что наша встреча неслучайна.

– Так я за вами ехал, – подтвердил Лаки. – Увидел со стены, в какую сторону отправились, прыгнул на велосипед и покатил.

– Прыгнул он. Покатист, блин, – передразнил парня Каз. – А кто говорил, что здоровья на армию не хватило?

– Кто говорил? – с лёгкой тенью сарказма парировал Лаки. – Нормально всё со здоровьем. Просто у меня транспозиция органов, вот врач в военкомате и решил не рисковать, даже военкома с его планом по призыву лесом послал.

– Да шут с ним, с военкомом твоим, – Лис заметил, как из кустов вынырнули Просп с Куклой и, показав, что в округе никого не обнаружили, направились к разговаривающим. – За нами зачем попёрся? Я же вроде всё тебе понятно объяснил.

– Так вашему же совету и следую. Каз сказал, что мне к команде прибиться нужно, вот и… – Лаки направил на Каза очи, ища поддержки, но тот предпочёл прикинуться веником и не отсвечивать. – Не берёт меня никто. Умения нет, а когда и какое будет, никому не известно. На знахаря не осталось ничего. На всё, что осталось от выплаты стабу, снаряжение купил, – парень легонько хлопнул по новенькому бронежилету с навешанными на стропы карманами, чем немало удивил окружающих. – Не нужен такой никому.

– Знакомая тема, – согласился Лис, вспоминая моменты своей такой не короткой прожитой жизни. – Вот только это совсем не значит, что нужно головой в петлю лезть. Не ту ты команду решил выбрать.

– Одиночке, да ещё новичку, на кластерах практически не выжить, в команде шансов больше, даже если ставки на неё очень низкие, – развёл руками Лаки.

– Что значит «низкие ставки»? – зацепилась за последние слова Саша. – Ты о чём вообще?

– Так весь стаб ставки делает на то, выполните вы условия или нет. А ещё, вернётесь ли вы вообще, а точнее наоборот. Там прямо открытый тотализатор, – удивляясь такой неосведомлённости собеседников, ответил парень.

Народ на такие слова только недоуменно переглянулся. У каждого тараканы принялись рисовать свои только им известные перспективы. Возможно красочные, но уж точно не радужные.

– А откуда про то, как с клювом обращаться, знаешь? – Лис решил сменить тему. Тараканам волю давать нельзя, такое нарисовать могут, Малевич от зависти воскреснет. Воскреснет, а потом удавится. – Или это так, для завязки разговора?

Вместо ответа Лаки вытянул из кольца на ремне свой инструмент. Не такой зачётный, как у Лиса, топорно изготовленный, можно сказать ширпотреб, с которым щеголял почти каждый рейдер в округе. Мягким скользящим подшагом приблизился к дереву и, подпружинив ногами, нанёс короткий, хлёсткий удар практически без замаха. Жало клюва вошло в древесину, словно нож в масло. Тут же последовал короткий рывок и, казалось бы, намертво засевшее в древесине оружие, мягко освободилось.

– У него пробивная способность страшная, но есть привычка застревать во всем, что пробивает, прямо напасть. Этот более-менее грамотно сделан, у него клюв загнут. Если с рывка назад сразу подать, то он выскользнет, а нет, пиши–пропало, это оружие одного удара, – Лаки деловито убрал клюв в предусмотренное для походного положения место. – Остальное вы видели.

– Откуда такие познания, уклонист? – Спросил Каз, впечатлённый действиями парня. Их без зазрения совести можно было отнести к категории профессиональных, если бы такая профессия существовала.

– Так это же практически клевец, его ещё боевой киркой называют. Весьма распространённое в своё время оружие и в Европе, и на Руси, предназначенное для противодействия в ближнем бою бронированным и тяжело бронированным войскам, то бишь рыцарям. Это если на понятный язык перевести, – улыбаясь ответил Лаки, всем своим видом показывая удивление от того, что общеизвестная информация, каким-то боком сумела пройти мимо собеседников.

– Гуглу все читать умеют, гений, – не унимался Каз. – Я спросил, где ты этим распространённым в своё время оружием махать навострился?

– А-а… – до Лаки дошла суть вопроса. – Так я восемь лет в реконструкторах, там и приходилось пользоваться.

– Реконструкторы – это которые эльфы, гоблины, тролли что ль? – саркастически усмехнулся Каз.

– Это те, кто воссоздаёт исторические сцены и битвы, основываясь на достоверной информации и документах. А эльфы – это ролевики, клоуны бутафорские, одним словом, – обижено пробурчал парень.

– Ему ещё и стрелять доводилось, – Просперо приятельски подмигнул, стараясь подбодрить Лаки. – И если он это делает так же, как этой киркой машет, то я не против такого пополнения.

– Посмотрим. А сейчас, паря, прыгай на свой байк и дуй в стаб, – Лис жестом пресёк начавшееся было недовольство со стороны просящего и своей команды. – Задача номер раз, меня интересует всё, что касается команды Хеннесси: умения, транспорт, вооружение. Всё. Информацию нужно собрать до завтра. Потрись по злачным местам, где народ не шибко за языками приглядывает, только не спались. Задача номер два, нужно прикупить что-то, с чем элите на глаза показаться не стыдно будет. Вот валюта. Если что, скажешь, что пару лотерейщиков уработал. Встречаемся завтра тут. И до этого момента ты нас знать, не знаешь и видеть не видывал. А я пока подумаю, что с тобой делать. Вопросы есть? Даже если есть, то считай, что нет. Давай – вперёд.

Лаки два раза повторять не пришлось. Парень резво вскочил на своего железного коня и усердно заработал педалями. Каз с Просперо молча обменялись взглядами, в которых Лис прочитал одобрение.

– А ты не думаешь, что казачок может быть засланный? – мягко и вкрадчиво произнесла Александра, глядя вслед удаляющейся фигуре. – Может действительно как-нибудь без него управимся?

– Про тебя же я так не думаю, хотя обстоятельства нашей с тобой встречи давали больше пищи для сомнений, – улыбнулся в ответ Лис.

– Я помню, – Кукла машинально потёрла ладонью челюсть. Развития этой темы не последовало.

В лоб & По лбу

В стаб они вернулись практически на последних минутах контрольного часа, после которого режим охраны переходил в усиленный. А значит, проникновение внутрь хоть и было возможно, но было связано с дополнительными формальностями и мерами предосторожности. Напрягать лишний раз охрану и вызывать её раздражение не хотелось.

Быстро пройдя ментата с набором стандартных вопросов, отогнали вездеход на парковку. Потом запылённые и уставшие под снисходительными взглядами бойцов дежурной смены все кроме Каза направились в гостиницу. Тот остался пошуршать в поисках горючки. На том, что осталось в баке вездехода, много не наездишь.

Приняв душ и переодевшись, Лис спустился в гостиничную столовую. После инцидента с командой Хеннесси они предпочитали не дёргать судьбу за усы в поисках приключений, поэтому свои пятые точки базировали подальше от мест, где те могли себе их найти.

В холле гостиницы он застал сцену, заставившую остановиться и посмотреть на её развитие. Пятёрка старожилов, в трёх из которых Лис узнал торговцев оружием, предъявляли какие-то претензии Инвизу. Что это были именно претензии, догадаться труда не составило. Отрывистые и эмоциональные обороты, которые использовали торгаши, да ещё и в повышенной тональности, указывали вовсе не на задушевную беседу старых приятелей. Напряженный вид Инвиза и его бегающий взгляд эту версию тоже не подтверждал. Да ещё стоявший чуть поодаль Икс, в которого периодически тыкали пальцами торгаши, своим виноватым видом пойманного за руку шалуна, тоже не говорил об обратном.

Из обрывков долетавших фраз стало понятно, что ДОК в лице Икса предпринял попытку расстаться с излишками боезапаса, может и не излишками, но не суть. Торговцы скупали патроны гораздо дешевле, чем потом их продавали, что вполне логично. Но ДОК это не устраивало, они решили слить товар сами. Поскольку по цене, установленной торговцами, этот товар у незнакомца никто брать не желал, Икс предпринял логичный, по его мнению, маркетинговый ход. Он немножко сбросил цену. Это тут же вылилось в претензии рейдеров к торговцам. Те, естественно, решили разобраться, кто и с какой стати на их поляне устанавливает новые правила. Взяли незадачливого продавца под белые ручки, да и поспрашивали с пристрастием, о чём свидетельствовал заплывший левый глаз на физиономии Икса.

Ниточка привела их к Инвизу. И теперь они, ссылаясь на пошлины, которые платят стабу за право торговать, спрашивали у командира ДОК, какого рожна он влез на чужую поляну. Инвиз поняв, что может неслабо огрести, красивыми и сложно составленными словесными конструкциями вывел себя из-под удара. В общем под соусом того, что его неверно поняли, открестился от участия в этой акции, предположив, что это личная инициатива бойца, к которой команда отношения не имеет.

Торгашам ничего не оставалось, как оставить Инвиза в покое, ограничившись предупреждением, что в следующий раз разбираться в частностях они не будут. Икс, воспрявший было духом, явно поспешил обрадоваться, что отделался лишь бланшем и лёгким испугом, но нужен был крайний. Поняв, что за Икса впрягаться никто не собирается, местные «бизнесмены» утащили его с собой для вдумчивой разъяснительной беседы за углом. Инвиз же ограничился тем, что бросил что-то про незнание местных реалий новичками в след удалявшемуся секстету и остался в холле. Его намерения были очевидны. Нежелательно, совсем нежелательно, чтобы информация об этом инциденте распространилась. А значит, нужно её локализовать, убедив Икса держать язык за зубами. Нужно только выхватить коллегу до того, как его увидит кто-нибудь из команды. Но встретившись взглядом с застывшим в прострации Лисом, пробурчал что-то о том, что никому ничего нельзя доверить и быстро направился в сторону лестницы, ведущей на жилые этажи.

Лис ещё какое-то время стоял не двигаясь, придавленный рухнувшими на него словно сугроб воспоминаниями. Такое бывало не раз. Ещё ТАМ. У японцев есть убеждение, с которым Лис всегда был солидарен. Плохих солдат не бывает, и в любой неудаче виноват исключительно военачальник. Бывший его босс был далёк от образа самурая по всем параметрам. Очень удобно, когда есть кто-то, кого можно назначить крайним, если миссия потерпит неудачу. Главное – обильно сдобрить такую лажу соусом якобы приучения подчинённых к самостоятельности. Совсем не самурай.

 

Лис мотнул головой, стряхивая наваждение, сквозь дверной проем парадного входа бросил взгляд на угол, за которым скрылись торговцы с трофеем в виде тушки Икса. Ближайшие для парня перспективы большим разнообразием не отличались. Было его немного жаль. Не столько из-за того, что ему обломится от разгневанных торгашей, сколько из-за привкуса подставы, которая должна усилить вкус «пряников» как основного блюда. Икс это уже проходил. Как там говорится? Одна ошибка – это случайность, её повторение – это уже выбор. Так что Кесарю кесарево. Лис мотнул головой, разрушая образы, навеянные воспоминаниями, и направился в столовую к товарищам.

Там под пельмени с рюмкой водки послушали доклад Каза, который без стеснения в выражениях и приправах к ним, сдобренных эмоциональностью, сообщил, что заговор распространяется в том числе и на топливо. Но с этим вопросом было проще чем с оружием, потрудиться, конечно, придётся, но вопрос вполне решаем, потому эмоции бывшего охранника успокоились довольно быстро.

Когда градус эмоциональности спал, Лис предложил поставить оставшийся у них жемчуг на тотализатор на самих себя. Этот вопрос был поначалу встречен удивлением, непониманием и продолжительным молчанием. Жемчуга для выплаты и так не хватало, а тут предлагается его и вовсе подвесить под угрозу потери на волю случая.

– Правильно всё, – прервал повисшее молчание Просперо. – Если мы не вернёмся, он нам уже и не понадобится. Купить мы на него всё равно ничего тут не сможем, не продадут. А употреблять… Так всем ещё рано. А вернёмся, выигрыш покроет недостаток для выплаты долга, даже с элитой встречаться необязательно. Всё правильно.

На это возражений не последовало, и Лис, со всеобщего одобрения, отправился на поиски места, где делают такие ставки. Благо Хома, пробурчав что-то невнятное всё-таки выдал необходимые координаты. От сопровождения Лис отказался, хоть народ и настаивал, особенно Каз. Аргументация в пользу того, что в стабе откровенным гоп-стопом заниматься себе дороже, воинственный пыл бывшего старлея малость остудила, да и толпой нарваться на неприятности гораздо проще.

До местного Колизея он действительно добрался без каких-либо проблем. Именно тут, по данным Хомы, находился местный филиал обители богини удачи. На Колизей это прямоугольное мрачное здание из бетонных блоков мало походило, по крайней мере внешне. Располагалось оно практически у границы сектора проживания местной элиты и предназначалось исключительно для увеселительных зрелищ, каковыми являлись гладиаторские бои. Бились тут местные подражатели древнеримским рабам с пойманными специально для этих целей заражёнными. Бились тут конечно и люди между собой. Больше, конечно, разыгрывали постановочные бои, потому как зрелищнее, ибо реальный бой не так красив и весьма скоротечен. Тут же принимались ставки на результаты этих боёв и не только на них. Только этим услуги местной букмекерской конторы не ограничивались, тут можно было заключить любое пари с кем угодно и на что угодно. Контора это всё фиксировала за долю малую и считалась надёжнее любой нотариальной палаты.

– Чем наше скромное заведение может быть Вам полезно? – встретил Лиса круглолицый толстячок, восседавший за конторкой с ноутбуком в уголке и кипами журналов по всей остальной поверхности. Воображение автоматически нарисовало образ мультяшного Весельчака У из далёкого детства. Уж слишком типаж был похож. Даже голос. Только вместо космического комбинезона толстячок был облачён в лёгкую светлую рубашку с короткими рукавами. Штанов из-за конторки разглядеть возможности не было, но от чего-то присутствовала уверенность, что они не имеют ничего общего с распространённым здесь камуфляжем. Это было необычно.

Бугай, развалившийся в кресле у входа, приподнял смежённые веки и, едва скользнув по посетителю сонным взором, продолжил занятие углублённой медитацией самопознания. Забавно. Само его присутствие говорило о наличии возможных претензий к данному учреждению со стороны клиентов, но поведение указывало на отсутствие таковых. Тогда эта растёкшаяся в кресле масса либо нужна была для придания статусности заведению, либо она обладала каким-то умением, способным перетекать из одного состояния в другое.

– Хочу ставку сделать, – коротко ответил Лис.

– Это Вы по адресу зашли. Я раньше Вас тут не видел, потому представлюсь. Меня зовут Глобус, но я предпочитаю, чтобы меня называли Глоб, не так обидно, – растёкся в приветливо-приторной улыбке толстячок и положил перед Лисом на стол несколько проспектов местного пошиба, то бишь листков А4, распечатанных на принтере. – Бои начнутся только через неделю, но поединки уже определены, и можно делать ставки. Тут всё расписано, включая параметры бойцов.

– Глоб, я хочу сделать ставку на команду Лиса, Вы ведь принимаете такие? – уточнил Лис.

Толстячок пристально посмотрел на гостя, внимательно его разглядывая. На гладко выбритом лице не осталось и намёка на белёсую щетину. Глаза и брови укрылись под тенью козырька, глубоко надвинутого армейского кепи. В целом вид обычного рейдера.

– Конечно, – после некоторых раздумий ответил букмекер. – Есть два вида ставок: на возвращение этой команды в стаб до истечения трёх месяцев и на выполнение этой командой условий стаба. Первая один к восьми, что вообще вернётся. Вторая, один к двадцати на то, что выполнит условия. На что хотите поставить?

– На возвращение команды до истечения срока. Есть какие-то определяющие условия?

– Возвратиться должно не меньше половины от численности, покинувшей стаб. Это всё будет отражено в квитанции на пари. Сейчас заполню. Сколько будете ставить?

– Столько, – Лис выложил на конторку один чёрный и три красных шарика.

– Сильно, – улыбнулся толстячок, глядя на разноцветные шарики. – На кого оформить квитанцию?

– Бенефициар – любой боец команды Лиса. – Памятуя о нюансах, вылезших из совершенной Просперо сделки, определил Лис.

Лицо букмекера сразу посерьёзнело. Улыбчивая маска стекла с него словно расплавленный воск. Глаза превратились в узкие щёлочки, от чего вся схожесть его с мультяшным персонажем резко испарилась. Проступил облик жёсткого и расчётливого хищника, просчитавшего комбинацию Лиса. Но он тут же взял себя в руки.

– Мы принимаем ставки только в спорановом эквиваленте, – тут же отыграл контркомбинацию толстячок.

– Очень жаль. Я рассчитывал на равный эквивалент, один к восьми, – Лис нарочито медленно стал собирать жемчуг. – В противном случае пари не имеет смысла.

– Пожалуй мы можем пойти на исключение в Вашем случае, – остановил его букмекер, глядя, как жемчужины одна за другой исчезают в кулаке Лиса, от которого не укрылся короткий взгляд, брошенный в сторону бугая у входа.

На оформление квитанции у Глоба ушло не больше пяти минут. Он просто внёс данные в форму в ноутбуке и вывел её на печать. Для пущей важности процедуры, в одном из журналов появилась запись о заключённом пари, где Лиса попросили оставить автограф, после чего ему вручили распечатанный бланк, украшенный подписью букмекера и печатью конторы.

Проверив написанное на соответствие, Лис удовлетворённо спрятал квитанцию в карман и направился к выходу. Туша охранника продолжала пребывать в той же позе и в той же прострации, что и при входе Лиса в контору. Но топот множества маленьких ножек между лопатками, когда он проходил мимо секьюрити, не оставил Лису сомнений в истинном положении вещей. Только сейчас опрометчивым показался отказ от сопровождения. Да и время для посещения конторы можно было бы выбрать получше, но не срослось. Почти накрывшая стаб тьма была подарком для всякого рода лиходеев. Имевшегося на улицах освещения было явно недостаточно для безопасных прогулок, а местная луна капризно спряталась в облаках именно сегодня, предпочитая не смотреть на дела копошащихся внизу людишек. Лис усмехнулся. Именно в такие моменты мозг, напичканный детскими страхами о бабайках и жутиками всех мастей, начинает терроризировать ни в чём неповинный организм, провоцируя усиленную выработку кортизола. Начавший вслед за ним зарождаться страх пришлось глушить жёстко, находя основания для самоуспокоения. Не помощник он, совсем не помощник. В конце концов стаб гарантировал безопасность проживающих в нём и неприкосновенность их имущества. Да и вариантов то особо не было, надо было топать в гостиницу. То, что стал жертвой собственной глупости и самонадеянности, не оспаривалось, но помочь самокопание в данной ситуации ничем не могло. Именно сейчас взять соломки, чтобы подстелить, было негде.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43 
Рейтинг@Mail.ru