Мысли (сборник)

Егор Клопенко
Мысли (сборник)

Accent Graphics, Montreal, 2014

© Егор Клопенко

* * *

Мысли

1.
 
Мои мысли не стоят ничего,
И я лучше промолчу,
Мысли – это отголоски
Истины,
Но не истина,
Это волны на воде, но не яхта, уносящаяся вдаль.
Мысли – вспугнутая в полночь стая ворон.
Чем, кем? Что они могут рассказать об этом?
И занимают меня не вороны, не их пустые крики,
Но то, что опять затаилось во тьме этой ночи.
Я сижу и смотрю во тьму.
Мысли – это слова, но не их суть,
Я не могу передать ничего словами.
Ничего.
Но
Я надеюсь,
Когда
Закроется эта книга,
Пусть даже ты не вспомнишь ни слова,
Но будет ночь
В твоей жизни,
И ты почувствуешь
То, о чем я говорил,
То, что вспугнуло все эти слова
В моей голове, моей душе
И заставило их летать во тьме,
Пока они не расселись,
Наконец,
Успокоившись,
Вновь,
На этих страницах.
Ты почувствуешь
И узнаешь.
Это.
 
2.
 
Мысли – лишь круги на воде,
Что упало? Камень? Звезда?
И если камень, то кто бросил его?
И если звезда – то успела ли ты загадать желание?
 
3.

Мысли – полностью выражены в словах и теперь просят у чувств остаться – просят позволить им сбыться. Да или нет? Что ты чувствуешь?

4.

Я беру с полки произвольную книгу и ставлю ее назад – одну за одной.

Переполненные мыслями книжные магазины – так сложно стало отыскать книгу, где есть что-то большее, чем тлен.

Либо уже стала тленом, либо станет в ближайшее время, либо никогда ничем другим и не была.

Это удел мыслей – любых.

5.
 
Когда я сажусь работать,
Листы бумаги и моя открытая душа – приманка,
И я отгоняю мысли, словно сытых голубей от нее,
Ожидая другую, гораздо более редкую, дикую птицу.
 
6.

Я люблю людей, которые умеют брать свои слова где-то гораздо глубже,

Чем мысли.

Такие слова порой действуют еще более освежающе на твою жизнь, чем ключевая вода из бездонного колодца.

Ты смотришь в него и пытаешься в этой тьме разглядеть свое отражение.

7.

Наши мысли – лишь статическое напряжение, накопленное за счет соприкосновения нашей истинной души с этой жизнью. Да, порой оно не дает покоя – и нам просто необходимо разрядиться, выплеснуть свои мысли на кого-то, но не бойся удара тока – я опустошен сегодня, полностью опустошен, просто прикоснись ко мне – просто прикоснись.

8.

В самих по себе мыслях нет и не может быть ничего божественного. Так что ни мысли, ни логика не могут быть истинной сущностью чего-либо и являются самым слабым из всех возможных оправданий.

9.

Слабость мысли подтверждается хотя бы тем, что есть столько значимых в нашей жизни вещей не подвластных ей. Более того ни одна из действительно важных вещей не подвластна мыслям, доказательством чему являются неловкие и противоречивые попытки поймать и опутать эти вещи логикой и заключить их в ту или иную книгу. Вечно не хватает места.

Существуют совсем другие книги и даже просто строки, которые легко вмещают в себе все это. Но мысли не могут этого объяснить.

10.

Человек более совершенное существо, чем он сам о себе думает – так как мысли сами по себе – это уже предыдущий этап его развития и ими невозможно осознать следующего. Мы имеем бесконечно более совершенные инструменты осознания и взаимодействия с этим миром. То чем мы так гордимся – наш разум – не больше чем прямохождение. Мы можем и должны двигаться вперед значительно быстрее.

11.

Что ты думаешь обо мне?

Что я невыносим. Не гожусь, не стою. Недостоин. Что будет только хуже. Только хуже, что нельзя, не стоит, нет. Нет.

Что ты чувствуешь? Что?

Смятение? Любовь?

12.

Детство – что это такое? Почему в детстве мы счастливее? Почему? Не потому ли, что мысли еще не научились быть отделенными от чувств – они ведомы, они лишь следствие. Они бесконтрольны, но, словно спущенный с поводка любопытный щенок, всегда рядом со своим хозяином.

13.

Нас учат думать – и это правильно, но почему не научить нас чувствовать? Почему? Мысли без чувств – как семена, упавшие на не благодатную почву, еще и лишенные дождя.

14.

Вчерашняя истина? Мысль, потерявшая способность вызывать у тебя хоть сколько-нибудь глубокое чувство.

15.

Я не вижу никакого смысла в этой жизни. Сколько я ни думал об этом, сколько ни пытался понять.

От бессилия я закрываю глаза – и лишь через некоторое время открываю вновь. Словно что-то стало чуть-чуть яснее – пелена сознания стала почти неощутимой и неожиданно приоткрыла заслоняемый ею от меня, тонущий в этой ночи залив.

Смысл этой жизни? Нет никакого смысла. Я не придумал никакого смысла. Никакого. Выразить словами его? Мыслями? Как?

Но почему-то именно сейчас я чувствую – чувствую, когда ветер снес, прорвал эту мою хрупкую защиту – прямо в лицо, я чувствую, чувствую и хочу подойти чуть ближе к краю этой жизни, к краю ночи, в которой отражаются недоступные мне огни – другие жизни, другие.

Чувствуют ли они то же, что и я?

У меня словно из рук этим ветром вырваны все слова, что могли бы помочь – унеслись прочь, не существенны, не имеют никакого смысла – время, судьба, любовь – все развеяны, прочь. Ничего и не было в них, но сейчас совсем пусты мои руки.

Тишина наполняется звуками. Странными. Дыхание неба, дыхание жизни. Ветер все сильнее – сильнее, но нежен.

И я, пожалуй, пойду домой. По пляжу. Медленно – медленно, по одному подбирая эти слова – и по старой привычке собирая их во что-то, что должно как-то объяснить, как-то сохранить почувствованное мной. И я найду слово жизнь, и найду слово любовь, и найду мысли, и найду чувства. И буду вновь, упорно споря со сном, каждую ночь пытаться составить из них что-то- одно к другому.

Пока ты вдруг случайно не позвонишь мне, не дождавшись утра, и я опять не выроню все от неожиданности.

Все.

И услышу твой голос. И я не буду знать, что сказать тебе – не знаю.

Не подобрать слов.

Да и не будет времени их подбирать – не будет – незачем – спешить – спешить – быстрее – пока еще не закончилась ночь, пока еще нагота утра хоть как-то прикрыта простыней этих уже совсем не белых ночей. Быстрее – спешить к тебе.

Быстрее – не собирать все это – не собирать, не собрать.

Я не знаю, есть ли какой-то смысл в этой жизни.

16.

В старости так сложно собрать воедино мысли, подобрать их одну к другой – душа избавляется от всего ненужного и тленного. Так странно, что кто-то пытается доказать отсутствие души тленными мыслями или даже самой их тленностью.

17.

Мне кажется, что многие значимые беды и проблемы человека и человечества несколько надуманны. Смерть, неразделенная любовь, разлуки, неудачи, деньги, зависть.

18.

Когда мы пребываем в радости – мысли бегают вокруг нас, словно шумная толпа. Они мешают нам искренне радоваться – почувствовать счастье, и мы отгоняем их прочь, разгоняем их вместе с их лицемерным восхищением или надуманными осуждениями. Мы не можем довериться, поверить им. Мы хотим действительно почувствовать наше счастье.

19.

Мне кажется, когда говорят, что понимают тебя – это оскорбление, а когда говорят, что чувствуют – это признание в любви.

Я ощущаю твое смятение – твой трепет, твою тишину. Я не хочу понимать тебя – почему и что ты делаешь здесь, рядом со мной. Зачем. Пусть судят те, кто не умеет чувствовать и ощущать.

20.

К черту все эти мысли. Все беды на свете из-за них. Абсолютно все. Если бы чуть больше чувств – если бы чуть большей чувствительностью разбавили бы двадцатый век, не было бы у человечества такого похмелья от всего этого надуманного кошмара.

Не было бы. Нет ничего страшнее опаснее и бесполезнее бездуховных, бездушных мыслей.

21.

Так же как кошку пускают первой в новый дом – пускайте чувства впереди себя в каждый новый день, в каждое новое дело, в каждое мгновение своей жизни.

22.

Нет ничего глупее мыслей. Мыслей, не подкрепленных чувствами. Ибо их всегда можно опровергнуть – они всегда пусты. Ибо у них нет основы, и они не ухватывают никакой сути – поверхностны. Люди так часто говорят глупости, полную чушь, несусветицу и вздор. Одни мысли, мысли – мысли вокруг.

23.

Нет ничего красивее заката на Заливе – я вспоминаю его, вспоминаю ветер, вспоминаю этот песок. Ты спросишь меня: – Почему?

– Почему нет?

– Что тебе шепнул на ухо этот ветер?

– Что? Очень много, очень – он вдохнул в меня жизнь, жизнь, он открыл для меня смысл ее,

он открыл для меня суть ее. Суть – ибо слово «смысл» имеет отношение к мыслям, вторично и пусто.

Нет ничего красивее заката на Заливе, и я не знаю почему. Не знаю почему. К встрече с ним нужно готовиться. Таинственный ритуал.

И мы готовимся с тобой, мы чувствуем, как происходит какое-то движение наверху. Как тучи шевелятся, словно портьеры в театре, и, наверное, главный актер – ветер? сейчас выглядывает на нас из-за кулис.

Мы сидим в первом ряду – мы ждем, ждем начала – ты слышишь? Слышишь музыку? Слышишь? Не говори ни слова – не говори, в этой тишине слова лишние.

 
24.

Мы идем по пляжу – ты собираешь слова, разбросанные, вырванные у нас с тобой ветром. Ты подбегаешь к ним, собираешь их по одному и отдаешь мне – любовь, жизнь, судьба – я беру их и складываю под сердцем, под своим сердцем. Они твои.

В них твое тепло – твое счастье. Я чувствую это.

И кажется скоро рассвет.

Любовь

 
Эти чувства,
Эти воспоминания – кофейная гуща
На дне твоего сердца,
По которой ты гадаешь —
Возможно ли повторенье,
Возможно ли
То, что было,
Возможно ли?
И тебе никак не спится.
Никак.
 

Тепло

 
Не лишай меня этого уюта – этого теплого пледа привычек,
Все равно скоро – отложу его – прочь,
И пойду дальше – через тьму небытия,
Надеясь выйти к новой жизни,
Или еще к чему.
Надеясь.
 
 
Мы все укутаны в этот уют – в это тепло.
Веет холодом, когда открывается дверь, и кто-то выходит.
Кто-то уходит,
Прерывая на секунду привычный ход вещей.
Но дверь закрывается,
И теплый уют жизни
Вновь отогревает нас.
Где он сейчас?
Тот, кто ушел?
Где?
Все еще идет через ледяную тьму?
Или уже пришел?
Пришел?
Куда-то?
Где тепло?
 
 
И ты выбегаешь на улицу – полный тоски и горя.
Выбегаешь- но там никого,
Уже никого.
Там только фонари качаются —
Там стужа,
Там пустота.
Всматривайся во тьму —
Вдыхай этот воздух
И возвращайся,
Возвращайся,
Один.
 

Равновесие в мире

 
Дни – такие же мягкие и тихие,
Как ночи.
Приглушен свет,
Разбавлен осенними дождями.
Но и хорошо, и хорошо – так.
Всё почти остановилось, почти,
Обрело, наконец, равновесие
В этом мире.
Почти.
И не хочется шевелиться,
Не хочется говорить,
Нарушать это странное ощущение —
Словно происходит всемирный потоп,
Но все уже на борту
Этого ковчега.
Всё и все.
 

Города Рейна

 
И то ли Рейн,
Вечно несущийся в неведомую даль,
Завидует этим теснящимся городам и городкам,
Стоящим на своем
Испокон веков.
Даже из пепла восставшим,
Но не сдвинувшимся ни на пядь.
То ли города
Завидуют ему,
Его нескончаемому пути
И его свободе.
 

Человек

 
Насколько сильным должен быть человек?
Настолько, чтобы победить свои слабости?
Насколько смелым должен быть человек?
Настолько, чтобы превозмочь свой страх?
Насколько много в нем должно быть жизни?
Настолько, чтобы он мог посвятить ее кому-то еще?
Насколько много света?
Настолько, чтобы не бояться тьмы?
Как много раз он должен сделать ошибки?
Так много, чтобы понять истину?
Как много он должен плутать?
Пока не найдет свой путь?
Пока не найдет выход?
 

Вершина года

 
Когда это – все смывающее,
Смазывающее все краски
Наводнение отступает,
На самом дне этой осени
Вдруг открываются твоему взору
Чистейшие цвета
Оранжево-красных листьев.
Собирай их руками,
Броди этими дорогами,
Что ведут все дальше и дальше,
Туда – где покой,
Туда – на самую вершину этого года,
Заснеженную зимнюю вершину.
 

На берегу Рейна

 
На разных языках, но Об одном и том же
Говорили.
Минуты —
Словно воды Рейна
Уносили
Слова
И проплывали мимо города,
И мы куда-то плыли,
Не ощущая под собою дна.
 

Грани

 
Едва различимая грань между дневным сном
И реальностью
Окончательно размыта
Этими осенними дождями,
Но они продолжают литься на землю,
Стирая и другие грани
Между днем и вечером,
Между днями,
Между встречами и расставаниями,
Между тем, что было и тем, чего никогда не будет,
Между грустью и счастьем.
 

Альпы

 
Ты чувствуешь здесь
Не только это быстрое человеческое время,
Что отбивает свой такт наперегонки
С твоим сердцем,
Но и другое – едва различимое,
Медленное —
Время этих гор,
Время этого снега,
Что также существует,
Но что скрыто от нас,
От людей,
Не должно быть замечено, понято нами —
Не для нас.
Но здесь ты учишься жить именно по нему,
Веришь ему,
И только с ним сверяешься
В своих действиях и мыслях.
 

Ошибки

 
Похоже —
Еще не все ошибки я сделал.
И страшно,
И странно —
Но только этим и жив сейчас,
Только это осознание и Разгоняет кровь,
Гонит вперед мысли,
Заставляет не стареть, не каменеть сердце.
К черту страх,
К черту усталость,
Не все ошибки еще сделал —
Надеюсь на это,
И только этим и живу,
Готовясь каждый день
К новым открытиям,
К новым неудачам
И к новому счастью.
 

Рыба

 
В Петербурге осень.
И словно эта северная река
Неожиданно вышла из берегов,
Затопив собою все – до самых вершин
Соборов,
И ты оказался на самом дне,
И не дотянуться до едва различимого
Через толщу воды солнца,
Не сделать вдох —
Придавленный этой тяжестью
Прячешься на глубине,
Где, не произнося ни слова,
Молчаливые рыбы
Проплывают мимо тебя,
Не замечая,
Или просто принимая
За своего.
 

Важнейшее

 
Не верю я в людей,
Но верю в человека.
Важнейшее – не прокричать в толпе,
Важнейшее – лишь шепотом
Вам скажут где-то,
Куда и свет боится проникать.
И будет негде, нечем записать,
Но вы запомните навеки это.
 

Не грусти

 
Есть ли что-то более хрупкое,
Чем полуденное сентябрьское солнце,
Неловко заглянувшее к нам в окно?
Октябрьский утренний лед?
 
 
Уже скоро, уже совсем скоро
Все закончится,
Все, наконец, завершится.
Все.
Но только для того, чтобы начаться вновь.
 
 
Не грусти,
Есть ли что-то более хрупкое
В этом мире,
Чем твоя улыбка сейчас?
 

Ей

 
Что было, то было,
То было и будет
Терзать тебя.
Вновь.
Никогда
Не забудет.
Ни слова,
Ни дня,
Ни минуты,
Ни слез.
Что было, то было,
То есть —
И всерьез
Давно уже стало
Твоею судьбой.
Что было, то было,
То вечно с тобой.
 

Караваны

 
Неминуемое минуя,
Повороты судьбы не считая,
Допивая вино июня,
Забывая надежды мая,
Я попал в края,
Где солнце —
Не награда, но наказанье,
Где песок не граничит с морем,
Но имеет как море – названье,
И бушует волнами или
Сохраняет зыбкий покой,
Словно яхты в нем – караваны,
Ищут путь напрямую – домой.
 
 
Но прямых путей не бывает,
Не бывает простой судьбы,
Уплывают вдаль караваны,
Проплывают мимо них дни.
Каждый город – порт,
Словно чайки
Здесь кружит и кружит воронье,
Ждут мужей и матросов мулатки,
Чужеземцы всё ищут свое.
 
1  2  3  4  5  6  7  8 
Рейтинг@Mail.ru