Litres Baner
Последнее испытание

Дмитрий Владиславович Федоров
Последнее испытание

***

Укромный закуток храма пах запущенностью с ее непременными спутниками – затхлостью, сыростью и плесенью. Забрав у послушника факел, первосвященник толкнул дверь. Шарниры, которые много лет никто не смазывал, отозвались противным скрипом. Первосвященник, наклонив голову, зашел в келью и воткнул факел в стену. Помещение озарилось слабым светом. На мгновение задумавшись, он подошел к нише с алтарем из черного блестящего материала и смахнул с него паутину. Непроизвольно оглянувшись, словно боясь, что за ним подглядывают, первосвященник снял с шеи медальон и вставил его в отверстие алтаря. Медальон ожил, моргнув красными лампами в форме кристаллов, и, ярко осветив комнату и переливаясь голубыми цветами, на алтаре появилась голограмма. Женщина в белом балахоне откинула капюшон и улыбнулась первосвященнику.

– Здравствуй Клеон. Давно не виделись, – поприветствовала она его, игриво поправив аккуратно уложенные, огненно-рыжие волосы, – а ты постарел.

– Госпожа Аида, – он коротко поклонился, – вы все также молоды и прекрасны. Как тогда, когда мы впервые встретились.

– Ты забыл, Клеон, – она таинственно улыбнулась, – я бессмертна.

– Конечно же, – согласился он и закашлялся, харкая кровью.

– Все так плохо, – помрачнев, спросила она, и в ответ на его короткий кивок добавила, – сколько осталось?

– Немного, – ответил первосвященник, успокоив кашель. – Но не тревожьтесь госпожа, преемник готов.

– Нерон, кажется? – Аида удивилась, – надо же. Мальчик вырос. Так речь пойдет о нем?

– Он… почти готов, госпожа, – ответил Клеон, поглаживая седую бороду.

– Я не сомневаюсь, Клеон. Но не это привело тебя ко мне. Что тебя тревожит, Клеон?

– Избранные, – Клеон ненадолго примолк, словно обдумывая слова.

– Что избранные? – резко спросила она.

– Они… Они сбежали.

Аида замолчала. Со стороны могло бы показаться, что она озадачена. Ведь происшедшее выходило за рамки заложенной в ней программы. Но она владела далеко не рядовым искусственным интеллектом, а интеллектом с навыками бортового компьютера межзвёздного корабля. А значит, обладающей возможностями выработки вариативных решений, так необходимых в быстроменяющихся условиях непредсказуемого космоса.

– Печально, – коротко резюмировала она.

Клеон весь напрягся, переминаясь с ноги на ногу. Он сам точно не знал, к какой реакции Аиды готовился, но ее спокойствие удивило его.

– Что произошло? Выши страшилки о «последнем испытании» сыграли с культом злую шутку?

– Не думаю, – покачал головой Клеон. – Мы, слепо веря в предназначение избранных, совсем забыли о том, что они всего лишь люди, которые могут полюбить друг друга.

– Любовь сильное чувство, – задумчиво ответила она, – способное перевесить не только разумные доводы, но и примитивный, суеверный страх. Что ты предпримешь, Клеон? – спросила она.

– Я в затруднении, госпожа, с такой проблемой не сталкивался ни один мой предшественник, – он поклонился, – потому и пришел за ответами.

Аида задумчиво постучала указательным пальцем по губам и взмахом руки пригласила Клеона за стол.

– Присядем? В ногах правды нет. Нам предстоит долгая беседа.

– Конечно, госпожа, – торопливо ответил тот и грузно расположился на пыльном стуле.

На столе уже ожидал поднос с вином, закусками и двумя кубками. Традиция сервировки на двоих, пришедшая из глубины веков. Аида, сев напротив, жестом указала на вино, и Клеон, замешкавшись, разлил вино по кубкам. Она склонила набок голову, сверля глазами Клеона. Тот, не выдержав ее немигающего взгляда, отвел глаза, нервно потирая вспотевшие ладони.

– Что ж, – задумчиво произнесла она, – открою тебе тайну, Клеон. Культ не первый раз остался без избранных.

Клеон вопросительно взглянул на Аиду, ошарашенный ее откровенностью.

– Удивлен? А я нет. У меня есть соответствующие планы действий в кризисных ситуациях. Люди в отличие от меня несовершенны. Это было учтено моими создателями.

Первосвященник одними губами молился, чувствуя, что прикасается к высшим силам, прося богов только о том, чтобы груз ответственности не раздавил его и не свел раньше времени в могилу.

– Далеко не все смогли пройти последнее испытание. Было несколько случаев, когда психика детей не выдерживала встречи с богами. Несколько раз сами посланники отказывались от миссии. Тогда посланники уходили в тень, замыкались, доживая свой срок в одиночестве. А сейчас.… Это было ожидаемо. Фрина и Фафни. Идеально сложенные, красивые молодые люди. Прошедшие множество испытаний холодом, голодом, кровью. Вместе заглянувшие в глаза смерти. Но последний шаг они так и не смогли сделать.

Клеон как прокаженный тер ладони, нервно покусывая губы.

– Успокойся, Клеон, у меня уже есть решение.

Первосвященник с надеждой взглянул на Аиду, с жадностью ожидая продолжения.

– Вот что. Твой послушник… Нерон. Расскажи мне подробнее о нем. И давай выпьем, в небольших дозах вино способствует широте мысли и смелости в принятии решений.

– Ваше здоровье, – первосвященник произнес традиционный тост и аккуратно пригубил алый напиток.

Эпизод второй. Мэриям

Сознание возвращалось медленно, нехотя, упорно цепляясь за остатки сна. Странная штука мозг. Ленивый, инертный продукт эволюции, при любой возможности переходящий в эконом-режим, и мгновенно включающий все свои ресурсы в случае опасности. Чувство страха укололо Мэриям, едва она разлепила глаза. Во рту еще оставался мерзкий, металлический привкус, усиленный дикой жаждой, а взгляд уже рыскал по едва освещенному помещению в поисках знакомых деталей. Таковых, за исключением рядов капсул с колонистами, практически не находилось. Метающийся взгляд Мэриям пробежался по ее капсуле с открытым колпаком, по табличке с ее именем, порядковым номером, номером группы крови и специальностью. На первый взгляд все сходилось. И капсула, и костюм, в котором она засыпала, и даже табличка, на которой значилось: «Мэриям Паркер, группа биоинженеров». Ее порядковый номер, группа крови, возраст. Она начинала впадать в панику. Мысли разбегались, и Мэриям стоило неимоверного усилия воли, чтобы удержать себя в руках. Она беспорядочно перебирала в голове инструкции, предусмотренные на такой случай. А какой у нее случай? Галлюцинации, возникшие вследствие долгого сна? Неадекватное восприятие реальности из-за преждевременного выхода из анабиоза? О других причинах пробуждения и думать не хотелось. Мэриям прогнала в голове несколько тестов, пошевелила руками и ногами. Тело реагировало нормально, никаких аномалий не наблюдалось. Мозг на проверку ответил адекватно. Выдохнув, она приподнялась на локте и осмотрелась, постепенно привыкая к полумраку помещения. И тут Мэриям, которая едва успокоилась, почувствовала, как мозг заволакивает паника. Противно заныло под ложечкой, и она ощутила, как в животе мгновенно образовалась пустота, будто она спрыгнула с большой высоты. В полумраке пещеры в ряд, поблескивая индикаторами и лампами дежурного освещения, стояли капсулы с поселенцами. Но часть капсул была пуста. Чертыхнувшись, она попыталась выбраться, но мышцы, долгое время пребывавшие в состоянии бездействия, отказывались повиноваться. Отбросив в сторону попытки выбраться, она легла обратно. По лицу предательски покатились слезы, и, не удержавшись, она зарыдала.

– Как вы себя чувствуете, госпожа Мэриям? – сухой, металлический голос прозвучал как гром среди ясного неба.

«Как странно он говорит», – единственная мысль, которая родилась в ее голове, пока она разлепила глаза, вытерев слезы. Над ней склонился мужчина с надетым на голову капюшоном, почти полностью скрывающим его лицо.

– Можете пошевелить руками и ногами? – странный выговор раздражал, однако ровный, вкрадчивый тон почти успокоил ее.

Она присела на лежанке, подтянув к себе коленки. Почувствовав озноб, она обняла ноги руками, и попыталась рассмотреть говорившего с ней незнакомца.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнул тот. – У нас мало времени, Мэриям. Нужно приступать к исполнению протокола.

– Протокола? – едва прошептала, она, – как…какого протокола? Кто вы такой?

– Протокола пробуждения, – запинаясь, с трудом, по слогам, выговорил незнакомец. – А я.… Называйте меня Нерон. Я служитель храма. Мы позаботимся о вас.

– Какого храма? – икнула Мэриям, выпучив глаза.

– Потом, Мэриям, – успокаивающе ответил незнакомец, – сейчас у нас мало времени.

– Почему Нерон? – неожиданный вопрос сам возник в голове, – имя какое-то странное.

– Так меня назвала мама, – он пожал плечами, – с детства она читала мне книги по истории Древней Греции и Древнего Рима Земли.

Рейтинг@Mail.ru