S-T-I-K-S. Скил. Книга 2. Тропы зверей

Дмитрий Сиянов
S-T-I-K-S. Скил. Книга 2. Тропы зверей

А вот по поводу следующей дисциплины никто сразу никаких иллюзий не питал. Маньяк назвал ее теннисом. Правда вместо нормального большого тенниса у нас были только теннисные мячики и две адские машины, которые плевались этими мячиками с разных направлений. Плевались, конечно же, в нас, а нам нужно было уворачиваться. Когда у нас начало это немного получаться, мячиками в нас начал кидаться еще и Маньяк. Потом он выбирал себе помощника из нас, потом двух и так далее. Помощники регулярно менялись с тренирующимися. После такой издевательской тренировки Маньяк позволял отвести нам душу – в него мы все кидали мячики, вот только попадали редко – наш тренер вертелся ужом на сковородке: изгибался, прыгал и выписывал такие пируэты, что всем сразу становилось понятно к чему надо стремиться.

– Всем спасибо! Все свободны! – Торжественно объявил Маньяк и по нашей группе прокатился вздох облегчения. – А вас, Скил, я попрошу остаться! – Вкрадчиво добавил этот изверг, и я еще раз вздохнул, на этот раз обреченно. – Силовые для вас никто не отменял, пожалуйте к турникам.

Глава 4

Вечером перед отъездом из стаба Спецура Петросян пригласил нас с Маньяком, как он выразился: «на скромный сабантуйчик только для своих», где будет все правление Спецуры. Ага, скромная такая вечеринка! Причем непонятно по какому поводу и каким боком тут мы, обычные, по сути, рейдеры. Но если зовут, почему бы и не сходить. Спецуровцы – ребята по большей части приятные, да и лишние знакомства среди сильных мира сего совсем не лишние.

Вечеринка как вечеринка, спокойная, можно сказать, интеллигентная: негромкие и неспешные разговоры, музыка под стать им; кто-то над чем-то смеется, кто-то играет на бильярде; все понемногу выпивают.

Незаметно для себя мы оказались в компании Петросяна – ну это как раз не удивительно, все же с ним мы сошлись как ни с кем другим из Спецуры – и Генерала. Вот такое простое у человека имя – Генерал. Имя, надо сказать ему подходило не очень: генерал – это что-то слишком пафосное и… даже не знаю, как точнее выразиться. Просто звание генерала, – во всяком случае, в том мире, где я родился, – люди получают, сделав длинную и успешную военную карьеру. Ключевое слово тут «длинную» – то есть мужчина, выглядящий лет на тридцать-сорок, слишком молод для генеральских погон. Нет, мужик с нами сидел просто-таки монументальный: крепко сбитый, даже немного грузный; из рукавов камуфляжной рубашки, закатанных до локтя, торчат широченные запястья, оканчивающиеся лопатообразными ладонями; подбородок, широченный под стать запястьям, покрыт легкой щетиной; из-под кустистых бровей строго смотрят ярко-синие глаза. Боевой майор, ну или полковник. Зовут, тем не менее, Генералом, и он, – ни больше, ни меньше, – начальник Спецуры! Ну, или как здесь говорят – главнокомандующий.

Мужиком Генерал оказался свойским: умеет, когда надо, выключать командира и общаться на равных. Под хороший коньяк и разговор шел хорошо. Говорили в основном о жизни в Улье – говорить о прошлой жизни у рейдеров вообще не принято. Петросян рассказал, как попал в Улей и как заслужил такое имя. История была, можно сказать, забавная, если не обращать внимания на местные реалии. Все от души посмеялись. Рассказал и я свою историю, и слушали меня, как ни странно, с интересом – я-то полагал, что моя история появления в Улье банальна и таких как я тут большинство. Маньяк на вопрос, как он попал в Улей, только с несвойственной ему мрачностью буркнул «я из пекла». И умолк… И тема как-то сникла.

Генерал вспомнил повесть Стругацких «Парень из преисподней», которую я тоже читал, Петросян что-то пошутил «по-петросянски», и обстановка разрядилась. Потом Генерал рассказывал про особенности «охоты» на внешников, и тема как-то плавно перетекла на неспокойную обстановку в нашем, так сказать, регионе, а я навострил уши.

– Неспокойно у нас стало! – говорил Генерал. – Как будто что-то назревает.

– Муры наглеют, – кивнул Петросян.

– Да нет, – отмахнулся Генерал, – муры всегда наглели – эта публика вообще беспокойная! Тех, что на вас нарвались, мы, кстати, уже прижали. Всю цепочку до внешников отработали. Тут другое, – Генерал чуть помолчал, задумавшись, и спросил: – Не замечали, что серьезно развитых зараженных вокруг стало много?

Маньяк многозначительно хмыкнул, а я сказал:

– Я в Улье недавно, а вольным рейдером еще меньше, мне особо сравнивать не с чем. Но успел поучаствовать в убийстве двух элитников, а судя по разговорам, что я слышал, это зверь здесь не частый. Если не сказать большего.

– Не то слово! – подтвердил Генерал. – Нечасто здесь раньше можно было рапана встретить, а элитников я тут пару раз за все время существования Спецуры и видел! Мы, помню, даже устраивали дальние рейды на запад вместе с охотниками из Норы, но потом быстро поняли, что торговля оружием и охота на внешников – дела гораздо прибыльнее, а горох и жемчуг можно и купить.

Купить – это конечно да! Если деньги есть. Я мысленно усмехнулся. Но для меня и Маньяка – рыцарей, так сказать, безземельных, не имеющих под боком регулярно загружающейся военной базы с патронами и оружием, – горох и даже жемчуг реальнее выбить с развитых зараженных, чем купить. А на запад двигаться – туда, где чаще попадаются топтуны и лотерейщики – не очень хочется. Нет, мы и кусача или даже того же рапана вдвоем без стрельбы успокоить в состоянии, при условии, конечно, что на последнего охотиться будем мы, а не он на нас. Мой неплохо развитый Дар и просто запредельные сила и скорость Маньяка дорогого стоят. Но вот не хочется уходить из этих мест, обжился здесь как-то, что ли…

А Генерал тем временем продолжал:

– И слухи какие-то мутные ходят… Северо-западнее стаба Химика… Маньяк, помнишь Химика?

– Помню! – Усмехнулся Маньяк. – Зачетный кадр!

– Так вот, там стаб был небольшой, его все Горкой называли. За последнее время он сильно разросся и усилился, не сам кластер – территории там и без того хватало, – а поселение. А недавно у него сменилось начальство, и нового никто не знает – на контакт ни с кем не идут, чем живут, никто не знает.

– В те степи, кстати, собирается податься Резкий, – поддержал тему Петросян. – Тот новичок проблемный из крайнего рейда. К нам на службу он пойти не захотел, да и народ на него недобро косится после того, как он Копача застрелил. Понятно, что по незнанию и парень ни в чем не виноват, да и Копач не то чтобы был общим любимцем – со своим дерьмом человек, но все же свой…

Петросян говорил, а я думал: ага, как же, не пошел Резкий на службу в Спецуре; уж скорее пошел, и его отправили в разведку в непонятный стаб Горка – вот в это я верю; только почему такого молодого да зеленого?

– Да и с Даром у него не все в порядке, – продолжал Петросян, – правду от лжи отличает, но ментат-метки не видит, ни у людей, ни с бумаги.

– Зато сам ментатам может врать, на него их Дар не работает, – добавил Генерал.

Ну, точно – идеальный разведчик!

– А вы, кстати, в те края не собираетесь? Вы же завтра уходить надумали, а то проводили бы парня на первых порах. А то свежий он еще совсем, неопытный. А мы вам патронов подгоним по дружбе, еще чего-нибудь по мелочи?

Все – пазл сошелся! Резкого отправляют на разведку, а нас подряжают его сопровождать. А чтоб, в случае чего нас не раскрыли ментаты – мы-то с Маньяком их обманывать как Резкий не умеем – делают это завуалированно. Для этого, скорее всего, и устроили эту небольшую вечеринку, чтоб, так сказать, в неформальной обстановке и все такое… Браться за это дело или нет? Надо бы с Маньяком посоветоваться…

– Маньяк, – окликнул я друга, – пойдем свежим воздухом подышим.

– А пойдем! – согласился, вставая, Маньяк. Генерал проводил нас кивком и понимающей усмешкой.

Из уютного, но душноватого помещения бара мы вышли в ночную прохладу. Сигареты в баре никто не курил, но вот пара кальянов вносила свою лепту в атмосферу, так что вдохнуть полной грудью свежего воздуха оказалось чрезвычайно приятно.

Отойдя от входа к бетонным блокам, ограждающим небольшую площадку перед баром, я спросил:

– Что думаешь по поводу предложения Генерала?

– Ну, не знаю, – пожал плечами Маньяк, – ты сам-то что думаешь?

– Хм, спокойствие и ясность в нашем, как выразился Генерал, регионе, – это хорошо. Хорошие отношения со Спецурой – это как минимум полезно, еще и патронов на халяву дать обещают, так сказать, приятным бонусом. Это плюсы! А минусы… Опасностью это дело пахнет, ну да в Стиксе и поход в уборную часто опасностью пахнет, а никуда не денешься! В общем, я думаю согласиться.

– Ну, а я с тобой. Куда я от тебя денусь! – Усмехнулся Маньяк.

Глава 5

Черные кластеры Улья! Я не знаю, перезагружаются они или нет; я также не знаю, может ли черный кластер стать стандартным или стабом, и может ли стандартный кластер или стаб почернеть. Ни о чем из вышеперечисленного мне слышать не приходилось. Хотя, тут стоит отметить, что я никогда особо не интересовался темой черноты, может и есть по этой теме какая-нибудь информация.

Что я знаю о черных кластерах:

Черные кластеры гробят любую электронику и даже тонкую механику, поэтому передвижение по ним какой-либо техники практически невозможно. На черных кластерах растут черные, как и все остальное, деревья и трава, ну как растут… присутствуют. Вряд ли кто-то специально выяснял: способна ли расти, в полном смысле этого слова, травка, состоящая как будто из черного стекла. Кстати, если оставить на черном кластере какой-либо предмет, живой или неживой, он тоже почернеет и приобретет такую же структуру.

Зараженные на черные кластеры не ходят – не нравится им там; и рыбы нет – в смысле жрать нечего. А людям на черноте становится плохо. Что-то происходит с восприятием пространства и времени – верх и низ как будто меняются местами; пока человек идет через черноту, ему может казаться, что он идет уже несколько дней, когда на самом деле прошло только несколько минут. А если неосторожный рейдер решит отдохнуть на черном кластере, то имеет все шансы там и остаться – присядет на пять минут, дух перевести, и ему будет казаться, что прошло лишь пара мгновений, а на самом деле пройдут часы. И вскоре он тоже станет частью черного пейзажа! Опытные рейдеры могут дольше находиться на черноте, чем новички, но, насколько мне известно, тоже стараются ее избегать. В общем, жуткое место.

 

Мы же ехали через черноту, можно сказать, с комфортом! Ну, насколько может быть комфортным передвижение в железном чреве боевой машины. Никаких негативных эффектов от нахождения на черном кластере ни мы, ни техника не испытывали. Даже мои наручные электронные часы работали исправно, медным тазом накрываться не собирались и вообще чувствовали себя прекрасно! Как и я сам.

Все дело в Дарах Улья, многообразие которых меня лично просто поражает. Один из них – это способность проводить людей и технику через черные кластеры без всяких негативных последствий. Дар специфический, но из-за специфического расположения Спецуры (каламбурим помаленьку) он просто незаменим!

Я и Маньяк находились в прекрасном расположении духа! И было от чего: мы наконец-то двигаемся – и это главное; у нас появилась, более или менее, ясная цель – и это тоже не может не радовать; ну и в довесок мы немного разжились средствами, причем практически на халяву, что тоже приятно.

Если мы соглашаемся на нечетко оформленное и не напрямую высказанное, но все-таки задание от Спецуры, нам было обещано подкинуть патронов, ну и, так сказать, «респект» от этой самой Спецуры.

Почему высказано не напрямую? Я полагаю для того, чтобы у нас с Маньяком, в случае чего, было больше пространства для маневра. Например: если нас «прижмут» нехорошие и злобные дяди и начнут расспрашивать с пристрастием, а хуже того с ментатом: мол, «кто такие?», «кто послал?» и «с какой целью?». Мы можем ответить что-то вроде: «простые рейдеры», «гуляем», никого не трогаем», «а посылают нас постоянно, только на ху… на хутор, в общем! Но мы не ходим».

У Резкого, наверняка, и задание четкое есть, да и цели немного другие, но с его способностью врать ментатам и не попадаться… Проблем у него возникнуть не должно. Да и по большому счету: его проблемы – это его проблемы, не наши. Наше дело до места его сопроводить, а чего он там делать будет, какая у него там миссия, разведывательная или диверсионно-подрывная… да хоть просветительская! Нам лучше вообще об этом не знать, по причине тех же ментатов – чего не знаешь, того не расскажешь. Кстати, нам напрямую никто ни о какой миссии и не говорил – наоборот, сказали, что Резкий от службы в Спецуре отказался. А остальное – это просто мои досужие домыслы.

* * *

Попрощавшись с Петросяном и ехавшими с нами бойцами Спецуры, мы выгрузились из притормозившей десантной машины, а колонна Спецуры пошла дальше, на восток. А я указал рукой в сторону кустов невдалеке от дороги и, прокомментировав свой жест коротким: «давай туда», аки лось ломанулся в означенные кусты.

А вот дальше произошла заминка: Резкий, с видом полной растерянности, остался стоять посреди дороги, уставившись на уже стоявшего на краю густой растительности меня полным недоумения взглядом.

Точнее попытался остаться. Маньяк, видя, что Резкий никуда не торопится, подошел к решению проблемы кардинально:

– Давай, идем уже! – чуть раздраженно проговорил Маньяк, схватив нашего нового спутника за руку чуть выше локтя и потащив за собой.

Резкий выразил свое недовольство коротким вопросительным возгласом на великом и могучем русском-нецензурном (в три коротких слова усомнившись в умственных способностях Маньяка и в правильности его действий) и попытался вывернуться из хватки Маньяка. И, надо отметить, попытка выглядела вполне профессионально! Парень явно попытался провести какой-то борцовский прием. Готов поспорить, у него бы все получилось, если бы держал его не Маньяк.

Но против дурной силы Маньяка у начинающего рейдера, не обладавшего богатырским сложением, хоть и не задохлика, шансов не было никаких. Мой друг просто не обратил на потуги своей жертвы никакого внимания и притащил брыкающегося изо всех сил Резкого в кусты, где и отпустил.

Бывший боец войск специального назначения, а нынче рейдер-новичок Резкий, в одно движение скинул с освободившейся руки автомат, сняв его с предохранителя (был отчетливо слышен характерный щелчок), присел на одно колено и взял на прицел Маньяка. Все это заняло у него какие-то доли секунды – и правда резкий!

Маньяк, по-видимому, ничуть не удивился такому повороту событий, успел в это время скинуть с плеч рюкзак и принять боевую стойку (правая нога на полшага вперед, ноги чуть согнуты), замер так и широко заулыбался, как будто ему предлагали сыграть в интересную и веселую игру.

Так, понятно – выстраиваем иерархическую систему в нашем маленьком отряде! Ну что же, надо и мне свое слово сказать!

– Отставить балаган. – Нарочито спокойным голосом произнес я. – Надо прояснить некоторые моменты. Для этого сейчас не самое подходящее время, но по-другому, вижу, не получится.

Я демонстративно вздохнул и тем же тоном спросил:

– Резкий, ты прошел в Спецуре краткий курс по выживанию в Улье? – Тот коротко кивнул, не отводя прицел от маньяка. – Тогда ты знаешь, что в Улье не стоит делать без необходимости? – и сам же ответил на свой вопрос: – шуметь и «светиться» на открытых местах. А тем более, делать второе после первого. Поясню наши действия: только что прошла колонна техники, сильно нашумела, поэтому с открытого места мы стараемся уйти, как можно быстрее; а в первые попавшиеся кусты я бесстрашно ломанулся потому, что уверен, что там никого нет – сенс, который шел с колонной, сказал, что в радиусе пятисот метров нет никого крупнее зайца, ты сам это слышал – в одной БМДшке ехали.

Резкий снова кивнул и спросил:

– Тогда от кого мы так поспешно прячемся?

– Бывают сильные твари с очень хорошим зрением и достаточно умные, чтобы не пытаться атаковать целую колонну бронетехники, но их внимание она обязательно привлечет. А увидев трех людей, оставшихся от той самой колонны, уж ими-то попытаться полакомиться они не откажутся.

– Понял. – Сказал Резкий, опуская ствол автомата и поднимаясь с колена.

Глава 6

Уйдя на пару километров от места расставания с колонной спецуровцев, мы засели в небольшом перелеске и устроили военный совет.

– Итак, господа, – торжественно, но вполголоса объявил я. – На повестке дня у нас один вопрос: чего дальше делаем?

– Я иду в стаб Горка, – как-то мрачно и решительно заявил Резкий.

Резкий вообще был какой-то весь мрачный, сосредоточенный и напряженный. В принципе, я его где-то понимаю: оказался в другом, непонятном и опасном мире; вокруг монстры, готовые тебя сожрать, как только подставишься, и этим монстрам даже привычная для военного сила оружия нипочем; и вообще все окружающие сильнее и опытнее, чем ты – тяжело! А тем более тяжело для спецназовца, привыкшего чувствовать некое превосходство перед окружающими. А может еще обиделся на то, как показательно Маньяк указал на его место в нашем небольшом отряде. В общем, надо будет провести с парнем беседу… нет, даже не так – просто поговорить, по-человечески.

– Это понятно, – кивнул я. – Мы вместе туда идем. Вопрос в том, по какому маршруту лучше идти. Маньяк, чего скажешь? Ты лучше меня разбираешься в местной географии.

– Ну, я дорогу прикидывал примерно: тут можно проселками и почти по прямой двинуть до Норы, а там через лес один переход, в лесу тоже тропки имеются; а потом один обширный кластер с городом и по сельской местности еще дневной переход. Это почти по прямой получается.

– Я тут только со снабженцами ездил по нормальным дорогам и до Норы, и до торгового поста Спецуры, Резкий, я думаю, вообще пока не ориентируется на местности. – Резкий молча кивнул. – Так что, тебе видней.

– Только это расчеты на меня одного. А вы, ребята, ходите медленно, а устаете быстро. Так что я еще предлагаю зайти в одно место – там городок небольшой – и разжиться там «железными конями» – так дело быстрей пойдет.

Шли мы и правда не слишком быстро. Поначалу, когда мы передвигались осторожно, короткими маршами от укрытия к укрытию, это было почти незаметно. А вот потом, когда мы отошли подальше от места, где нашумела колонна спецуровской техники, вот тогда-то я и Резкий и начали тормозить! Я поменьше, что не может не радовать; прокаченный все же рейдер, тренировки не прошли даром! А Резкий больше – новичок, почти обычный человек, хотя и видно, что он в своем спецназе тоже не груши околачивал.

А дело все в том, что Генерал (глава Спецуры) обещал «подкинуть» нам патронов. Вот он и подкинул. А если точнее, отдал приказ в арсенал: «Пусть возьмут сколько надо». Маньяк, тот сильно усердствовать в деле «хомяченья» патронов не стал – взял четыре пачки по пятьдесят и решил, что ему достаточно. Да и «Бизон» свой не стал менять ни на что, а он питается макаровским патроном, который всего шесть грамм весит. А у Резкого нестандартный АКСУ калибром семь шестьдесят два, и мой карабин под такой же патрон, а весит такой патрон почти в два раза больше, чем макаровский. И нагрузились мы с Резким по принципу «патронов, конечно, маловато, но больше не упереть». Вот теперь и тащились с тяжеленными рюкзаками.

План Маньяка был одобрен, и вскоре мы бодро топали к цели. Ну, если быть точным, Маньяк бодро топал. А мы с Резким пыхтели за ним, стараясь не отставать.

Но не успели мы толком войти в ритм ходьбы, как навстречу нам из-за пригорка показалась стайка зараженных: три явно матерых спидера и пятеро бегунов, которые еще даже одежду не всю растеряли – только перемазанные все и штаны отсутствуют.

Нас они, видимо, издалека учуяли – солнышко припекает и идем не налегке, тут не вспотеть просто невозможно, – вот и шли в нашем направлении. А увидев источник запаха, сулящего вкусное мясо, то есть нас, твари радостно заурчали и кинулись к нам со всех ног.

Меня и Маньяка встреча тоже не очень-то огорчила – три спидера и пять бегунов угрозы для нас практически не представляют. А вот несколько лишних споранов, которые можно с них взять, никогда лишними не будут. А вот Резкого бегущие к нам твари, видимо, напрягли: он как-то весь сжался, выпучил глаза и быстро сдернул с плеча автомат. Но вскинуть к плечу и начать пальбу, к счастью, не успел – Маньяк положил ему руку на автомат и спокойно сказал:

– Не стоит!

– Так справимся! – подтвердил я, скидывая рюкзак и шагая навстречу зараженным. – Без лишнего шума.

Когда зараженные показались из-за пригорка и увидели нашу троицу, нас разделяло метров пятьдесят. Я мысленно провел черту на десятиметровой отметке, на которой собирался их атаковать. За то время, пока они бежали к нам, тройка самых развитых вырвалась вперед, но это не помешало моим планам – я немного расфокусировал взгляд, охватывая всех троих, и применил Дар Улья. Спидеров словно поезд на полном ходу снес: они полетели назад, повалив спешащих за ними бегунов. Никто не остался на ногах.

– Страйк!

В следующее мгновение в кучу копошащихся на дороге тел влетел Маньяк и принялся добивать противника ударами своих томагавков, потом и я присоединился к его занятию.

Резкий к нам не присоединился и правильно, надо сказать, сделал: он скинул рюкзак, взял автомат наизготовку и все время, пока мы добивали зараженных, следил за окрестностями, на нас, казалось, вообще внимания не обращая, то есть прикрывал нас. Только когда мы стали потрошить споровые мешки, подошел ближе и стал с интересом посматривать за нашими действиями. Тут его интерес понятен – на своеобразных курсах молодого рейдера в Спецуре ему, конечно, рассказали, как собирать трофеи с зараженных и что с ними можно делать, но вот своими глазами он этот процесс видел впервые. Смотреть по сторонам при этом он не переставал. Очень правильное решение… в тактическом плане – пока мы заняты разборкой с этими «гостями», к нам ведь и другие могут неожиданно пожаловать. В общем, становится понятно, почему спецуровцы так бережно относятся к новичкам, попавшим в Улей вместе с той военной базой.

По плану Маньяка, к городку мы должны были дойти после обеда, там разжиться велосипедами и ночевать уже прилично отделившись от кластера, где находился хоть небольшой, но все же город. Я изначально допускал тот факт, что Маньяк частенько переоценивает возможности людей, меря их по себе, но большой беды в этом не видел: ну доберемся мы до цели не после обеда, а ближе к вечеру – ничего страшного; добудем двухколесных коней, найдем какой-нибудь подвал или чердак для ночлега, в крайнем случае, можно забраться в какой-нибудь водопроводный колодец, канализационный – это уж совсем треш, из колодца нас ни одна тварь не достанет. В общем, переночевать в относительной безопасности можно и в городе. Однако Стикс показал, чего на деле стоят наши планы!

 

Наш путь пролегал по пересеченной местности – лес, поляны да пара небольших болот. Единственное село мы обошли стороной. И мы никак не ожидали встретить в лесу такое количество зараженных! Не бродят они по лесам – нечего им там делать!

Да, большинство людей и крупных хищников, попадая в Улей, перерождаются, но это не значит, что весь Стикс кишмя кишит тварями. Есть много пустых кластеров, где нет ничего кроме леса или степей, плотность хищников на них не сказать чтобы велика – полтора медведя на десяток километров, а то и того меньше, да и те, что есть, стягиваются к человеческим поселениям, ведь там есть так любимое ими мясо, а леса и степи преимущественно остаются пустыми.

Однако еще трижды за этот день мы схватывались с тварями: в основном бегуны, с которыми не удавалось разминуться; а еще встретили одиноко бредущего куда-то по лесу лотерейщика. И чего они все потеряли в лесу? Тому же лотерейщику, если уж совсем голодно, не составит проблем съесть того же медляка или бегуна поймать, а все это «добро» в городах. Хотя, как показывают последние наблюдения, теперь его и в лесу хватает!

В итоге до обещанного Маньяком городка с велосипедами мы не добрались ни после обеда, ни к вечеру, а ночевать пришлось практически где ночь застала, то есть в лесу. А последние новости, что зараженные дружно поперлись по грибы да по ягоды, безопасного ночного привала не сулили.

* * *

Проснувшись, я скривился от боли в затекшем и задубевшем теле. А все Маньяк, «обезьян», мать его! Именно он предложил уподобиться нашим далеким предкам (если, конечно, верить Дарвину) и переночевать на деревьях. Так, мол, безопаснее, если придут зараженные. То есть нас на деревьях они не заметят, а если и заметят, то без шума быстро до нас не доберутся!

В итоге мы нашли более или менее подходящие деревья. Залезли на них, затянув с собой рюкзаки, и расположились, как смогли. То есть, по совету все того же Маньяка, пристегнулись ремнями к стволам, чтобы не свалиться во сне. А потом уже сверху закутались в спальники – чтобы в случае чего не запутаться спросонок в спальнике, уже отстегнувшись от дерева.

В теории все вроде бы звучит разумно, но вот на практике… Нормальное горизонтальное положение на рюкзаке, укрепленном между двумя ветками, принять просто нереально, да еще и ремень мешает. Да этот ремень мне вообще всю ночь покоя не давал! Хотя, если бы не он, я бы, возможно, проснулся во время недолгого полета к земле. Тоже так себе перспектива.

В общем, я, кое-как полусидя, устроился на дереве, и всю ночь что-то куда-то сползало: то спальник с меня, то я со своего насеста, то рюкзак от ствола дерева дальше по веткам. И все время откуда-то поддувало, как я ни кутался! И вот я проснулся, затекший и задубевший, со спальником, висящим поперек меня в районе пояса!

Немного размявшись, напрягая и расслабляя мышцы, я зло спихнул вниз ни в чем не повинный рюкзак, тот ударился о землю с глухим, но довольно громким звуком. Этим я, похоже, разбудил остальных «древесных жителей»: от дерева, стоящего неподалеку, донесся невнятный сиплый стон, а ветки соседнего дерева зашевелились и принялись потихоньку материться!

Скомканный спальный мешок полетел следом за рюкзаком, а потом и я спрыгнул вниз. Еще месяц назад я бы десять раз подумал, прежде чем прыгать с пятиметровой высоты. А сейчас и мысли не возникло аккуратно спускаться, цепляясь за ветки. Просто спрыгнул. Приземлился. Ушел в перекат через плечо, чтобы погасить рывок – тренировки у Маньяка не прошли даром.

В трех шагах от меня приземлился Маньяк и проговорил, вращая головой и разминая шею:

– Не очень, однако, идея была с деревьями!

– Вот-вот! – Подтвердил я, тоже приступая к разминке. – Вполне можно было поспать внизу, просто выставляя караульного.

– Вот и я об этом подумал, правда уже, когда проснулся, – усмехнулся Маньяк, приступая к махам руками. – «Хорошая мысля приходит опосля»!

Подошел спустившийся со своего дерева Резкий. Посмотрел на нас как на двух опасных идиотов, наши физкультурные начинания не поддержал и говорить тоже ничего не стал. Насколько я заметил, этот Резкий вообще не слишком-то болтливый малый.

Бродящие по лесу зараженные нам больше не встречались, что, в принципе, не удивительно – они же шли куда-то, вот и ушли! Однако я старался не расслабляться, плохое это занятие – расслабляться вне укрепленного и населенного стаба.

Да, мир Стикса напоминает мне компьютерную игру: ходишь по стандартным кластерам, берешь то, что хочешь; убиваешь монстров, собираешь с них трофеи; развиваешь Дар Улья и собственные навыки. Да и работа на заселенные кластеры для простого рейдера часто похожа на игровые квесты: «ксеру стаба такого-то для облегчения работы по репликации патронов нужны автоматные гильзы калибра пять сорок пять; награда: столько-то споранов», квест, повторяющийся без ограничений… Или «торговцу такому-то нужны охранники для сопровождения каравана с грузом. Требование: сопровождать караван от стаба «А» до стаба «Б». Награда: столько-то споранов». Ну чем не квесты из какой-нибудь РПГшки? Однако есть очень существенное отличие: жизнь в Улье у тебя только одна, «сэйв» не загрузишь и в случае смерти на точке возрождения не появишься. Да и заново игру начать, скорее всего, не получится – так что бдительности я старался не терять.

– Почти пришли, – сказал Маньяк, указывая вниз с вершины очередной поросшей лесом горки, на которую мы упорно поднимались последние минут двадцать. – Дальше уже на колесах поедем!

– Угу. – Кивнул я, скидывая рюкзак и доставая бинокль. – Только давай сначала осмотримся.

Маньяк в ответ лишь пожал плечами, мол, смотри, конечно, чего же не посмотреть, раз смотрится, а Резкий достал свой бинокль и, присоединившись ко мне, приник к окулярам. И тут же грязно выругался, видимо, открывшаяся картина его не очень порадовала.

Я сперва не понял, что его так возмутило, ну или удивило – мат-то больше удивленный, чем злой. С нашей горки открывается вид на небольшой коттеджный городок, точнее, часть городка. Дома в один-два этажа с приусадебными участками. Выглядят богато – явно не деревенские. А вот и граница кластера: с одной стороны дороги ровным строем растут явно вручную посаженные деревца, а с другой вплотную подступает лес. Причем действительно вплотную, и дело тут не в том, что строители дороги как-то умудрились проложить ее таким образом, а просто это уже другой кластер. Стикс собирает кластеры как пазл, например, дороги одного кластера продолжаются дорогами другого. Но делает это зачастую не очень старательно: шоссе в несколько полос движения может продолжиться разбитой грунтовкой или вообще железнодорожными путями. Вот и здесь явно тот же случай: с одной стороны дороги деревья одного кластера, с другой – другого, принцип соблюден. А сколько этих деревьев и какие они – дело десятое. Я не раз замечал, что в Улье частенько встречаются кластеры с кусками городов и сел.

Но на что так отреагировал Резкий? Домики, вроде, как домики. Заборы, гаражи… Ага, зараженные: куда-то понуро топают медляки; а вот пара бегунов даже бегут; а тут спидер припустил, но в другую сторону – перпендикулярным курсом от бегунов движется. Да похоже они не куда-то бегут, а откуда-то! Или от кого-то…

Я проследил взглядом, откуда могли бежать зараженные, и, как и Резкий, не удержался от пары крепких словечек – картина маслом, название: «вот и покатались на велосипедах»! Посреди широкого перекрестка расположилась милая такая компания: здоровенная тварь с покрытым пластинами телом и шипастой башкой – рубер, не меньше, – и трое похожих на сильно побитых молью киношных оборотней громил – топтуны. Оголодали, болезные, медляков жрут!

– Маньяк, глянь на одиннадцать часов от нас. Перекресток двух широких дорог. – Сказал я, передавая бинокль заинтересовавшемуся и подошедшему к нам парню.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 

Другие книги автора

Все книги автора
Рейтинг@Mail.ru