За основу будущей ловушки был принят отлично зарекомендовавший себя против царусов способ с фиксированным зазором между дверью и косяком.
Открывающиеся наружу лестничная, тамбурная и квартирная двери для этого способа, увы, не годились, потому как их нельзя было подпереть чем-то изнутри и, приоткрыв, пришлось бы самому удерживать за ручку. Не факт, что я смог бы даже двумя руками удерживать дверь приоткрытой под напором рвущейся в щель стаи, а ведь мне необходимо было ещё как-то перебить всех царусов активированным копьём. Поэтому в качестве блокиратора юрких тварей я снова решил использовать испытанную комнатную дверь.
Пришлось изрядно попотеть, оттирая с косяка и кромки двери потёки свернувшейся крови и стирая почти засохшую кровавую лужу на пороге. Без воды сделать это оказалось пипец как непросто. К счастью, с тряпками для наведения чистоты проблем не возникло. Разорил для этой цели шкаф в спальне ещё на полдюжины полотенец и с их помощью оттёр-таки всё практически до блеска.
Заманивать царусов с лестницы в квартиру решил с помощью привязанной к длинной бечёвке железной кружки. Моток бечёвки и кружку нашёл на кухне, ещё когда рылся в тамошних ящиках. Зафиксировав в открытом положении лестничную, тамбурную и квартирную двери, я оставил привязанную кружку на лестничной площадке и, размотав бечёвку, второй её конец протянул в дальнюю комнату.
Ещё кусок бечёвки я привязал к ручке квартирной двери, чтобы, когда в квартиру ворвётся первая стая, рывком за неё из комнаты захлопнуть железную дверь и отсечь в тамбуре остальных подорвавшихся на шум царусов. Эта дополнительная мера безопасности нужна была, чтобы преследователи не видели смертельного капкана, в котором испустят дух их сородичи, и при повторении фокуса без колебаний тоже в него попались.
Дальше придвинул массивный шкаф обратно к двери до образования между дверью и косяком щели нужного размера. И, активировав Навигатор, приступил к практическому испытанию ловушки.
На появившемся в углу квадрате после приближения появилась знакомая картинка квартиры, окружённая заоконными уличными видами уже из всех трёх комнат и кухни. Но рассматривать пустынные улицы сейчас мне было недосуг. Я выразил желание продвинуться в сторону лестничных маршей, и Навигатор тут же с готовностью откликнулся на мою хотелку. Угол обзора плавно сдвинулся в подъезд, и я снова увидел складки лестничного пролёта.
Скопления крошечных белых комочков на площадках обнаружились на прежних местах, царусы продолжали беспечно дрыхнуть. Я дёрнул за бечёвку с кружкой и услышал из коридора отдалённый лязг удара металла о камень. Белые фигурки на нарисованной лестнице тут же стали массово пробуждаться и растерянно озираться по сторонам в поисках источника шума.
Я стал сматывать бечёвку. Привязанная к ней кружка с оглушительным звоном покатилась по полу лестничной площадки, вывалилась через первый дверной проём на лифтовую и зазвенела дальше к тамбуру. Верхние и нижние царусы в едином порыве рванули за ней в погоню. И тут случился непредвиденный казус. Я-то рассчитывал, что теневые твари побегут по лестнице нормальным способом, скача по ступеням, хвостатые же ублюдки выбрали для перемещения вверх и вниз лестничные перила, по которым понеслись с пугающей быстротой, изрядно сокращая расчётное время погони.
Бросив сматывать бечёвку, я стал затаскивать её в комнату обеими руками. Гремящая кружка, скача, как лягушка, в несколько гигантских прыжков одолела тамбур, ворвалась в коридор и, едва дёрнувшись к двери-ловушке, оказалась в лапах дотянувшегося до шумной добычи в отчаянном прыжке первого, самого шустрого преследователя.
Вырвав источник звона из цепких когтистых лапок, я мощнейшим рывком направил кружку к приоткрытой дальней двери. Азартно шипящие преследователи (следом за самым шустрым царусом в квартирный коридор из тамбура уже высыпала вся стая) гурьбой ломанулись вдогонку.
Отпустив ненужную больше бечёвку с кружкой, я подхватил конец второй приготовленной верёвки и, резко рванув за него, захлопнул входную дверь.
От неожиданного хлопка сзади добежавшие до ловушки зубастики резко замерли и тревожно заозирались по сторонам.
– Ау! Придурки! – поприветствовал я гостей из-за закрытой двери.
И мгновенно позабыв все страхи, кровожадные пушистики всей кодлой ломанулись на штурм двери.
Убедившись, что задумка полностью удалась, я развеял Навигатор (чтобы не отвлекал и не переводил без толку лимит КЭП) и активировал Владение воздушным копьём.
Царусы, обнаружив достаточную для проникновения внутрь щель, ожидаемо рассредоточились вдоль косяка и стали дружно штурмовать узкий проход. Материализовавшемуся через мгновение в моей правой руке копью тут же нашлась работа.
Как я ни пытался увернуться от кровавого душа, брызнувшие во все стороны струи из перерубленных шей царусов всё одно зацепили меня и пометили новую рубашку.
Через секунду перед глазами загорелись строки победного лога:
Внимание! Вы нанесли критический урон 9 царусам 11-го уровня, 4 царусам 12-го уровня и 1 царусу 15-го уровня. Все царусы умирают. Штрафы за разницу в уровнях: 0,1, 0,2 и 0,5. За убийство 9 царусов 11-го уровня вам начисляется 18 очков теневого развития. За убийство 4 царусов 12-го уровня вам начисляется 20 очков теневого развития. За убийство 1 царуса 15-го уровня вам начисляется 19 очков теневого развития. За убийство 14 царусов вам также начисляется 15 теневых бонусов к Силе, 17 теневых бонусов к Ловкости, 12 теневых бонусов к Выносливости, 5 теневых бонусов к Интеллекту, 15 теневых бонусов к КЭП.
За счёт большего количества тварей в уничтоженной стае и их чуть лучшего развития, за эту победу в этот раз мне прилетело больше очков теневого развития. А вот на теневые бонусы к параметрам система в этот раз определённо поскупилась. Особенно заметно санкции коснулись Интеллекта, теневой бонус по которому сократился аж втрое. Оно и понятно, в первый раз я реально изобрёл ловушку для царусов, а во второй лишь повторил своё уже однажды успешно сработавшее изобретение. Значит, делаем вывод, что с каждым повторением дверного капкана теневых бонусов за массовое убийство тварей будет прилетать всё меньше. Да ну и пофиг. Главное, чтобы энергосуть выпала из всех прибитых тварюшек в полном объёме. Тогда на ней одной, заколбасив всех царусов, я Выносливость с КЭП до девятки прокачаю.
Дождавшись, когда у зажатых в щели тварей закончится агония, я отпихнул в сторону шкаф, приоткрыл дверь и перекидал трупы царусов на заранее расстеленное на ковре полотенце.
– Ну, вы тут доходите пока, а я, пожалуй, продолжу, – хмыкнул я и, вооружившись заляпанным кровью полотенцем, занялся оттиранием забрызганной двери, косяка и порога.
От свежей крови избавиться оказалось куда проще, и с уборкой я справился за считаные минуты.
Активированный Навигатор помог убедиться, что в тамбуре, как и на лифтовой и лестничной площадках десятого этажа снова не было ни души. Столкнувшись с запертой дверью и потеряв цель атаки, твари из разных стай, как я и рассчитывал, не смогли долго тусоваться на одной территории вместе и разбежались обратно по своим вотчинам.
Четыре оставшиеся стаи я ожидаемо обнаружил на своих площадках. О недавнем общем забеге напоминала взбудораженность тварюшек. Никто из царусов больше не ложился, зубастики нервно расхаживали из угла в угол по своим площадкам, то и дело скалясь на окружающих членов стаи, вероятно, переругивались на своём шипящем наречии. Но поскольку Навигатор звуков не транслировал, утверждать последнее я, разумеется, не берусь.
Дальше, как несложно догадаться, я ещё трижды успешно провернул фокус с дверной ловушкой, упокоив ещё три стаи общей численностью в сорок три рыла.
Последняя из них оказалась единоличной хозяйкой подъезда, не пожелав отходить от подозрительной двери, за которой бесследно сгинули все местные конкуренты. Чтобы упокоить и её тоже, мне пришлось рискнуть и, распахнув квартирную дверь, посостязаться с юркими тварями в скорости бега.
Для максимального замедления преследователей на старте и выгадывания себе хоть какой-то форы, я с помощью найденного в столе гостиной скотча и канцелярских кнопок закрепил в квартирном дверном проёме подвешенную и плотно натянутую на косяк простынь, самую большую из найденных в шкафу спальни. Потом через ткань аккуратно отжал дверную ручку вниз и, убедившись, что дверь начала открываться, рванул в предусмотрительно открытую дальнюю комнату.
За спиной практически сразу раздался треск рвущейся материи под весом первого скакнувшего в открывающийся проём царуса. Раздражённое шипение запутавшегося зубастика стало лучшей наградой за мои труды. Но треск сзади практически сразу же критически усилился и через секунду закономерно перерос в грохот покатившегося по полу клубка тел.
Часть царусов запуталась в рухнувшей с косяка простыне. Остальные же члены стаи получили-таки возможность беспрепятственно преследовать улепётывающего по коридору человека. И рванули в погоню.
Самый проворный зубастик успел дотянуться и на излёте последнего скачка чиркнуть меня когтями по ноге. Но этот удар оказался так слаб, что не смог даже распороть джинсы. Я же находился уже на пороге спасительной комнаты и, к безмерной досаде преследователей, в следующее мгновение захлопнул дверь аккурат перед их раззявленными пастями.
Снова, как в самом начале, я привалился спиной к двери, сдерживая отчаянные наскоки упустивших добычу царусов.
Отдышавшись, подтянул шкаф. Оставил нужный зазор. Активировал копьё… И через несколько секунд благополучно упокоил последнюю партию угодивших в дверную ловушку царусов.
Внимание! Вы нанесли критический урон 12 царусам 11-го уровня, 3 царусам 12-го уровня и 1 царусу 14-го уровня. Все царусы умирают. Штрафы за разницу в уровнях: 0,1, 0,2 и 0,4. За убийство 12 царусов 11-го уровня вам начисляется 24 очка теневого развития. За убийство 3 царусов 12-го уровня вам начисляется 15 очков теневого развития. За убийство 1 царуса 14-го уровня вам начисляется 14 очков теневого развития. За убийство 16 царусов вам также начисляется 13 теневых бонусов к Силе, 19 теневых бонусов к Ловкости, 12 теневых бонусов к Выносливости, 4 теневых бонуса к Интеллекту, 13 теневых бонусов к КЭП.
Пробежав глазами строки победного лога, отметил, что за рисковый забег система расщедрилась в этот раз на теневые бонусы к Ловкости.
От дальнейших размышлений меня отвлекла давно ожидаемая серия хлопков. Наконец-то подошло время схлопывания первой партии теневых тварей. Дальнее полотенце на ковре опустело, и вместо сгинувших трупов на нём появилось четырнадцать «ртутных» капель.
Позабыв обо всём на свете, я, как коршун на суслика, набросился на добычу и, лихорадочно скатав все капли в общую горошину, тут же поглотил её кольцом.
Через секунду тело растворилось в нахлынувшей волне эйфории, а перед глазами загорелись строки очередного лога:
Внимание! Ваше персональное кольцо развития поглотило энергосуть 2,3-го уровня. Вам начисляется 23 очка теневого развития, 7 теневых бонусов к Силе, 8 теневых бонусов к Ловкости, 12 теневых бонусов к Выносливости, 2 теневых бонуса к Интеллекту, 17 теневых бонусов к КЭП.
– Хозяин, – неожиданно донёсся незнакомый грубый женский голос из коридора, в буквальном смысле слова ломая мне кайф, – у тебя там дверь нараспашку. Уж не обессудь, я без стука вошла.
Человек? Живой? Здесь? Свободно разгуливает по дому, захваченному теневыми тварями? Быть может, это наконец прибыл кто-то из порядочников?
– Ишь ты. Занятно придумал, – раздался женский голос уже из-за двери, после чего блокирующий её шкаф едва не рухнул от могучего толчка.
– Эй, чё там у тебя? – спросила силачка.
– Шкаф, – обречённо выдохнул я.
– Убирай и открывай дверь, – потребовала незнакомка. – Разговор есть.
Спорить было бессмысленно. Если шкаф едва не опрокинулся от её лёгкого толчка, ежу понятно, что самостоятельно открыть эту дверь грозной даме не составит труда. А когда она это сделает, по любому предъявит мне за нерасторопность… Ну на фиг, на ровном месте так подставляться, уж лучше сам открою.
Я кинул тоскливый взгляд на ещё три полотенца с не оприходованной добычей и поплёлся открывать дверь.
Как только открылась дверь, через заваленный трупами царусов порог тут же шагнула внушительного вида дама в армейском камуфляже и, потеснив меня крепким плечом к шкафу, решительно прошла в комнату.
Сразу невольно бросился в глаза высокий рост незнакомки (женщина была на голову выше меня) и её красное, без следа макияжа, суровое обветренное лицо с по-мужски массивным квадратным подбородком.
Остановившись в центре помещения, гостья развернулась, окинула меня хмурым взглядом и неожиданно озадачила предъявой:
– И как прикажешь это понимать?
– Что понимать? – уточнил я, нервно сглотнув.
– То, что ты тут натворил, разумеется, – припечатала женщина и, скрестив руки на груди, как бы невзначай продемонстрировала массивное фиолетовое кольцо, сделавшееся видимым на большом пальце её правой руки.
– Я не специально. Так получилось, – покаялся я, потупив взгляд.
– Да уж понятно, что сопливой двадцатке тут делать нечего, – фыркнула дама. – Откуда ты вообще свалился на мою голову?
Подхватив с пола пустое полотенце из-под первой партии недавно схлопнувшихся царусов, она смахнула им пыль с плюшевого дивана у стены, села и не терпящим возражений голосом распорядилась:
– Рассказывай.
– А вы, собственно, кто? И что тут вообще происходит? – спросил я в ответ.
– Потом расскажу. Сперва ты, – отрезала суровая дама. – И поторопись. До темноты осталось всего два часа. А нам ещё до укрытия бежать.
– Укрытия?
– Не отвлекайся. Как тебя зовут?
– Сергей.
– Я – Серафима.
– Очень при…
– Кольцо развития давно получил? – перебила дама.
– Неделю назад.
– Твою ж мать! – скривилась собеседница, как от зубной боли. – Вот и чего мне теперь с тобой таким шебутным и неумелым прикажешь делать?
– Да объясните уже мне…
– Нет. Сперва ты.
От взаимных пререканий отвлекла очередная серия хлопков на ковре. Подошло время выпадения ртутных капель энергосути из второй стаи мёртвых царусов.
– Потом добычу свою соберёшь, – пресекла моё движение к опустевшему полотенцу дама. – Она никуда отсюда не денется. Рассказывай, Сергей, каким ветром тебя сюда занесло?
Я не стал перечить и выложил всё, что знал. Рассказал, как, вернувшись несколько дней назад с офисной тренировки в общагу, угодил в ловушку хаосистки Линды и почти четверо суток провёл пленником её ручного кукольника. Как меня бесконечно пичкали яйцами фахжжа, чем изрядно стимулировали рост Хаоса в энерготипе, но ограниченный запас яиц у хаосистки не позволил ей довести коварную задумку до конца, и я попал в смертельно опасное положение. Как спасаясь от мстящего за оскорбление хозяйки кукольника, наткнулся взглядом на случайное зеркальце и неожиданно переместился зеркальным порталом в эту запылённую квартиру с хозяевами-царусами. Как везение, смекалка и своевременно открывшийся Навигатор позволили мне не только отбить квартиру у теневых тварей, но позже заманить в изобретённую ловушку и все стаи царусов с подъездной лестницы.
Пока я говорил, серии хлопков ещё дважды прозвучали в комнате, и к концу моего рассказа все полотенца на ковре, избавившись от мёртвых тушек, обзавелись подвижными «ртутными» каплями.
– Знаешь, а ты и впрямь везунчик, Сергей, – покачала головой Серафима, подытоживая услышанное. – Байку об Отражениях вечности – зеркалах, открывающихся порядочникам в минуту смертельной опасности, много лет назад мне рассказал наставник. И до сего дня я считала её красивой сказкой. Ты первый мой знакомый, кому удалось сбежать от смерти Отражением вечности. Твоя хаосистка не соврала, с неусвоенными яйцами фахжжа в желудке по возвращении в родную параллель тебя ожидала мучительная смерть. А свёрнутая аномалия, куда, будучи низкоуровневым практикантом, ты невероятным образом исхитрился переместиться, из-за отсутствия здесь Равновесия и смешения законов Порядка и Хаоса, для безопасного усвоения яиц фахжжа подходила идеально.
– Значит, я сейчас в аномалии, – ошарашенно пробормотал я.
– В свёрнутой аномалии. Привыкай к точности формулировок, практикант, в жизни пригодится, – хмыкнула Серафима. – И одним лишь попаданием сюда твоё сумасшедшее везение не ограничилось. Из сотен квартир этой высотки ты угодил аккурат в захваченную царусами – самыми безобидными представителями местной фауны, справиться с которыми даже тебе оказалось вполне по плечу.
– Ну спасибо, – проворчал я. – Чё-то на лестнице никого, кроме царусов, я не заметил.
– И слава богу. В противном случае очень сомневаюсь, что ты дожил бы до этого разговора со мной. К счастью, у большинства местных обитателей активная фаза жизнедеятельности наступает ночью.
– Странно, в теневой параллели же всегда светло. Не знал, что тамошние твари предпочитают ночную тьму.
– А я разве сказала, что это теневые твари? – хмыкнула Серафима.
Мой ответ прервала знакомая череда хлопков. Исчезла последняя стая перебитых царусов, и на заляпанном кровью пороге вместо сгинувших трупиков пушистиков появились и стали неспешно перекатываться навстречу друг дружке «ртутные» капли энергосути.
– Это свёрнутая аномалия, Сергей. Теневые твари, по сути, здесь такие же гости, как мы с тобой, – не дождавшись ответной реплики, продолжила вещать Серафима. – И местные здесь не теневые, а аномальные твари.
– Какие они?
– Чертовски опасные. Особенно для толком не обученного неумёхи-двадцатки.
– Да чё, блин, сложно, что ли, ответить?
– Поблинкай мне ещё тут, – фыркнула Серафима и рывком поднялась с дивана. – Всё, хорош лясы точить. Договорим в убежище. Собирай свои трофеи, и выдвигаемся.
Опустившись на корточки, я потянулся кольцом к горошине энергосути, самостоятельно образовавшейся на полотенце слиянием воедино всех выпавших со стаи царусов «ртутных» капель, но тут же был остановлен рукой Серафимы, неуловимо быстрым смазанным рывком вдруг преодолевшей разделяющие нас метры и оказавшейся на коленях напротив.
– Серёжа, я сказала, собирай, а не поглощай, – сделала мне строгий выговор женщина-молния. – Ты сегодня энергосутью уже по бровищи накачался, дневной лимит в разы перевыполнил, чудо, что в кому от передоза не впал.
– Да, какая ещё на фиг кома?! Энергосуть же, наоборот, меня энергией живительной заряжает. И до кучи ещё очки развития и бонусы начисляет, – возмутился я, продолжая отчаянно тянуться кольцом к источнику эйфории.
Но перехватившая мою кисть женская рука была непреодолима, словно каменная десница.
– Похоже, у тебя, малец, уже стойкая зависимость к этой дряни развилась, – покачала головой Серафима. – От греха подальше пусть пока твои трофеи у меня побудут на хранении.
Не дожидаясь моего согласия, дама подхватила свободной рукой горошину с полотенца из-под моих пальцев. Отпустив меня, Серафима ловко переместилась на коленях дальше по ковру и собрала горошины с двух других полотенец. И первой же метнувшись к порогу, добавила к объединённому шарику энергосути трёх стай ещё не слившиеся в единую горошину «ртутные» капли четвёртой.
– Запоминай, получилась слитная энергосуть уровня девять и одна десятая, – объявила Серафима, под моим ненавидящим взглядом разгибая спину, поднимаясь на ноги и спокойно убирая похожий на лесной орех «ртутный» шарик в карман штанов.
– Так нечестно! – досадливо хлопнул я ладонью по ковру. – Сама говорила, это моя добыча!
– Преодолеешь зависимость – отдам. Сергей, правда, время нас уже поджимает. Хорош капризничать, вставай и пошли.
– Но я хочу сейчас!
– А я хочу схватить тебя за отросшие патлы и от души приложить несколько раз мордой о стену! – зло рявкнула в ответ Серафима. – И, клянусь, сделаю это, если ты немедленно не оторвёшь от пола свою задницу и не пойдёшь, пока ещё добровольно, следом за мной. Ну? Считаю до трёх. Раз…
Памятуя, как быстро способна действовать эта с виду грузная дама, когда ей нужно, я благоразумно подчинился, вскочил на ноги и, понурив голову, поплёлся за Серафимой к выходу из квартиры.
– Послушай, мне смысла нет тебя обманывать, – остановившись на очередной лестничной площадке, зашептала развернувшаяся ко мне Серафима. – Нам ещё минимум трое суток придётся здесь терпеть общество друг друга. И если ты из-за каждого пустяка вот так рожу кривить начнёшь…
– Ага, пустяка, – перебил я. – У тебя б так же добычу прикарманили, посмотрел бы я, как ты после этого радовалась.
– Да чё ж ты, Серёжа, тугой-то такой? Говорю же, взяла трофей твой лишь на хранение. Мне чужого не надо! Уже завтра твоя зависимость к бесконтрольному поглощению этой дряни ослабнет, и я со спокойным сердцем верну тебе честно заработанное. Могу кольцом покляться, если не веришь.
Не дожидаясь моего согласия, Серафима цапнула мою правую руку и стиснула в своей богатырской пятерне так, что наши кольца невольно прижались друг к другу.
Перед глазами тут же загорелась строка системного лога:
Внимание! Ясновидящая Серафима Светлых обязуется завтра в полдень вернуть вам принятую на хранение энергосуть 9,1-го уровня.
– Да я б и так поверил, – проворчал, разминая отпущенную руку.
– Ага, видела я, как ты поверил, – фыркнула Серафима. – Ладно, пошли дальше.
– А почему трое суток-то? – спросил уже в спину женщины, когда мы возобновили спуск по лестнице.
– Запитка пентаграммы завершится, – откликнулась Серафима, не оборачиваясь, на ходу.
– Чё?
– Позже объясню. В спокойной обстановке. А сейчас тсс, отсюда нас уже на улице слышно. Не хотелось бы на выходе с любопытной тварью столкнуться.
Последние три этажа подъездной лестницы мы преодолели в гробовом молчании.
Некогда запиравшаяся на магнитный замок мощная подъездная дверь, теперь сорванная с петель, валялась метрах в трёх от порога на огороженном лавочками асфальтовом пятачке.
Из осиротевшего проёма мне открылся знакомый вид на пустынную улицу с кольцом берхов, пустивших корни прямо посреди дороги, с вереницами припаркованных вдоль обочины машин и клочьями розовой травы на длинных придорожных лужайках. О вечернем времени недвусмысленно напомнила густая, практически чернильная тень дома напротив, уже вплотную подобравшаяся к дороге, полностью поглотив лужайку на противоположной стороне.
– С ума сошёл! Убери сейчас же! – шикнула на меня Серафима, когда я для придания себе уверенности на пугающей скрытой угрозой улице поворотом кольца активировал в руке копьё.
Пришлось подчиниться и потом выслушать ещё на ухо короткий инструктаж:
– Чтоб никакой самодеятельности! Чётко выполняешь, что скажу. Глядишь на меня и делаешь всё то же самое один в один. И самое главное! Видишь тень через дорогу? Ни в коем случае к ней не приближайся! Там таится смерть! Всё понял? Ну, с богом…
Про тень я, разумеется, ни хрена не понял. Но уточнить ничего не успел. Торопыга Серафима, цапнув за рукав, уже потащила меня на улицу.
Выскочив из подъезда, мы тут же спрятались за ближайшей припаркованной у обочины машиной и короткими перебежками стали дальше перемещаться от одной тачки к другой, двигаясь таким незамысловатым макаром в сторону перегородивших проезжую часть берхов.
На бегу я, разумеется, не забывал крутить во все стороны головой и рванувшего вдогонку за нами из дальнего подъезда рвача заметил даже раньше Серафимы.
– Вот сука! Принесла ж нелёгкая! Уже почти ж дошли! – прошипела дама, оглянувшись с моей подачи на преследователя. – Так, практикант, сиди здесь и не отсвечивай. Я быстро.
Не позволив мне вставить и слова, Серафима выскочила из укрытия и двинулась навстречу чудовищу с огромными, как два копья, рогами и острым, как топор палача, роговым гребнем.
Яря себя перед схваткой, рвач на бегу стал цеплять рогами стоящие у обочины машины, сминая в гармошку двери и выбивая стёкла. На поднятый им шум из подъездов пятнадцатиэтажной высотки стали выскакивать царусы и бестии (подъездные двери везде в доме оказались выбиты, и свободное перемещение теневых тварей на улицу ничто не затрудняло), но претендовать на добычу могучего рогача не решались, растерянно замирая на пороге в ожидании скорой кровавой развязки.
Когда дистанция с рвачом сократилась до считаных метров, Серафима, сымитировав испуг, метнулась от рогатого монстра на другую сторону дороги, но у самого края уже поглотившей там все тени, применив так восхитивший меня недавно рывок, мгновенно отскочила на несколько метров в сторону. А вот преследующий её по пятам рвач так же молниеносно погасить набранное ускорение не смог и, протаранив залитую тенью машину, тоже целиком сгинул в чернильном мареве.
Что случилось дальше, толком рассмотреть я не успел. Услышал лишь, как свирепый рёв монстра вдруг сменился болезненным визгом. В тени потерявшая вызывающе яркий рубиновый цвет туша рогача превратилась в безликое чёрное пятно и оказалась погребена под грудой невесть откуда взявшихся бесформенных тел. Раздался треск разрываемой плоти. Оборвавшийся тут же визг сменился жадным причмокиванием невидимых аномальных тварей.
– Сергей! – раздался злой окрик из-за спины. Обернувшись, обнаружил там Серафиму, невероятным образом за секунду переместившуюся на два десятка метров.
– Чё зенки вылупил? Живо за мной!
Я рванул вдогонку за женщиной, а теневые твари возле дома, скумекав, что опасный рогач вышел из игры, зубасто-клыкастой лавиной бросились со всех концов дома, кто вдогонку, а кто, наоборот, наперехват.
К счастью, наше спасение было уже под боком.
Убежищем оказался тот самый пресловутый круг берхов на дороге. После того как я следом за спасительницей протиснулся меж шершавыми белыми стволами и оказался внутри узкого круга, Серафима хлопнула ладонью по центральному камню (внутри кольца берхов вместо дорожного асфальта оказалась выложенная в форме круга каменная брусчатка), и меж стволами теневых деревьев тут же натянулось похожая на пищевую плёнку тончайшая пелена.
– Уф! Успели! – выдохнула Серафима.
– Какое на фиг успели?! – запаниковал я, расширившимися от ужаса глазами наблюдая, как к берхам широким фронтом подлетает волна тварей. – Всё. Нам кабзда.
– Добро пожаловать в убежище, практикант, – хмыкнула дама, извлекая из снабжённого расширителем кармана штанов раскладной стульчик и спокойно на него усаживаясь.
Мне же находиться внутри этого нелепого убежища с прозрачными стенами, мягко выражаясь, было пипец как страшно. И чтобы позорно не завопить от ужаса, я до боли стиснул зубы.
Вот первый царус долетел до кольца берхов и с раззявленной в азартном шипении пастью скакнул в пролёт между белыми стволами. Я с ужасом осознал, что тварь нацелилась вцепиться мне в лицо и даже немедленная активация копья не исправит уже эту ситуацию, потому как из-за узости окружающего пространства я банально не смог бы воспользоваться громоздким копьём. Но, столкнувшись с защитной пеленой, тварь неожиданно вдруг просто растворилась в воздухе. И тут же материализовалась снова, только уже за пеленой по другую сторону убежища. После чего охреневший от невероятного пролёта мимо цели царус покатился дальше по асфальту и через секунду сгинул во мраке теневой стороны, разделив печальную участь рогача.
Следом за самым шустрым кольца берхов достигла вся лавина набегающих чудовищ. Окружившие убежище твари стали отчаянно рваться внутрь. Но пелена спокойно справилась с массовой атакой, захватывая их на входе и тут же отшвыривая на выходе с противоположной стороны.
Некоторых теневых тварей после неудачного отскока так же, как рогача с царусом, угораздило залететь на теневую часть дороги, и чавканье пирующих невидимых монстров стало последним, что они услышали после смертельного приземления.
Остальные более удачливые монстры, вхолостую просвистев мимо цели, вставали, разворачивались и кидались на амбразуру снова. И снова… И снова…
Часть тупых ублюдков каждый раз неизменно отсеивалась, залетая на теневую сторону. Но даже самые упрямые счастливчики, которым фартануло приземлиться мимо тени больше десяти раз, в итоге тоже оказались поглощены тьмой наступившей ночи.
И при свете озарившей тьму луны я получил сомнительное удовольствие наблюдать с близкого расстояния за кровавой баней, устроенной местными чудищами ночи пришлым монстрам из теневой параллели.