Женись на мне до заката

Джоанна Линдсей
Женись на мне до заката

Глава 5

Проблемы, с которыми столкнулась Вайолет, усугублялись. И с чего она решила, что сможет справиться с ними в одиночку? Вайолет охватило отчаяние, она глубоко переживала смерть отца.

Разговор с доктором открыл ей то, чего не знали братья: у Чарлза было больное сердце. Он пришел на прием к доктору Кэнтри вскоре после того, как приехал в город. Чарлз испытывал давящие боли за грудиной, и доктор предупредил его, чтобы он избегал физических нагрузок, потому что они могли привести к сердечному приступу. Но почему после этого визита отец все равно ушел в горы, на рудник? Он подвергал себя опасности. Кэнтри предполагал, что у него случился сердечный приступ, а при падении он получил травму головы, от которой и скончался позднее.

На следующее утро Вайолет первым делом отправилась в регистрационную службу.

Принявший ее клерк подтвердил, что Чарлз Митчелл действительно застолбил участок, но правила службы запрещали показывать карту даже родственникам владельцев рудников. Однако, когда Вайолет уходила, он признался, что карта не помогла бы ей найти участок отца. Это были скорее планы участков без ориентиров и привязки к местности.

– Об этом не многие знают, – разоткровенничался клерк. – Но у нас считается, что, если владелец на месте, рудник работает, колья стоят, значит, участок застолблен и имеет своего хозяина. Если участок спорный, то в споре побеждает тот, кто раньше подал и зарегистрировал заявку в нашей службе. – Заметив, что Вайолет совсем растерялась, клерк добавил: – Это не такая уж плохая система, как может показаться на первый взгляд, мисс. У нас есть подробная карта местности, но опять же, она не для всеобщего пользования. Мы здесь не для того, чтобы помогать людям искать руду, а для того, чтобы регистрировать месторождения, когда их найдут.

Вайолет была не совсем ясна логика клерка, но она подумала, что ее отцу, по-видимому, удалось найти руду. Во всяком случае, он открыл рудник и зарегистрировал его.

Вайолет решила пока не отправлять телеграмму братьям со страшным известием о смерти отца. Сначала нужно сходить в банк. Возможно, ей удастся сообщить не только плохие новости, но и хорошие.

Но ее надежды оказались тщетными. У Чарлза Митчелла не было банковского счета в этом городе. По просьбе Вайолет клерк дважды проверил документы.

– Нас ограбили три месяца назад, – объяснил он, – так что я не удивлен, что ваш отец не доверил нам свои деньги. Горняки отправляют все заработки прямо домой или прячут в надежном месте. На больших предприятиях деньги хранят в сейфах. Нужны годы, чтобы наш банк восстановил свою репутацию.

Вайолет не оставалось ничего другого, как отправиться на телеграф и сообщить братьям ужасную новость. В телеграмме она задала вопрос, почему Даниэль до сих пор не приехал в Бьютт, как обещал, и подчеркнула, что он все еще нужен ей, чтобы помочь найти деньги отца. Следующие два дня Вайолет просидела в своем номере, ожидая ответа. Но телеграмма от братьев не пришла. Когда боль в груди от потери отца начала понемногу стихать, Вайолет вспомнила, что Каллахан должен скоро приехать в город, и решила во что бы то ни стало встретиться с ним. Чтобы не пропустить его появление, она переехала в тот отель, в котором всегда останавливался этот загадочный человек. А пока, в ожидании его появления, она съездила на могилу отца, положила цветы и немного поплакала. Чтобы скоротать время, Вайолет решила затем исследовать город, однако скоро отказалась от этой затеи. Оказалось, что ее персона привлекает к себе слишком много мужского внимания. Мужчины свистели ей вслед и делали грубые неуместные замечания, когда она проходила мимо.

Совершенно пав духом, Вайолет почти перестала выходить на улицу. Днем она сидела в номере, а вечером спускалась в ресторан отеля, чтобы поужинать. В первый же вечер там Вайолет познакомилась с Кэти Салливан, в которой обрела родственную душу. Рыжеволосая, зеленоглазая Кэти была довольно симпатичной веселой девушкой. Она жила в Чикаго и приехала в Бьютт, чтобы навестить отца и познакомить его со своим женихом Томасом.

Кэти нравилось, как одевалась Вайолет. В Бьютте мало кто следил за модой, а Вайолет и Кэти выделялись на общем фоне. Вкусы и общие интересы сблизили их.

Однажды, сидя за ужином в ресторане, Вайолет упомянула имя отца.

– Ваш отец был другом Моргана Каллахана? – спросила Кэти.

– А вы знакомы с этим человеком?

– Боже упаси, конечно, нет! Я бы и близко не подошла к такому неотесанному мужлану. В городе о нем много судачат. Говорят, Каллахан бывший ковбой, затем стал охотником, потом горняком, а теперь просто свихнулся от одиночества. То, что он замкнутый и нелюдимый, известно всем. Мой отец, Шон Салливан, недолюбливает его, говорит, что он – упрямый осел. Кстати, папа скоро присоединится к нам. Он всегда опаздывает. В его присутствии лучше не упоминать имя мистера Каллахана.

– Обещаю, что не буду этого делать, – заверила Вайолет новую подругу. – Тем не менее мне сказали, что Каллахан, возможно, единственный человек, который может показать рудник отца. Надеюсь, он просто нарисует мне карту местности с указанием расположения участка.

– Это было бы идеально. Чем меньше времени вы проведете с этим человеком, тем лучше.

Вайолет сдержала слово и, когда прибыл Шон Салливан, ни словом не обмолвилась о Моргане Каллахане. Отец Кэти оказался общительным человеком. Это был дородный мужчина средних лет, говоривший с заметным ирландским акцентом. Бо́льшую часть ужина он расспрашивал Томаса, жениха дочери, о его семье, связях, финансовом положении. В конце концов, он дал молодым свое благословение, и все за столом расслабились.

Переведя взгляд своих проницательных зеленых взгляд на Вайолет, мистер Салливан неожиданно сказал:

– Ваша фамилия Митчелл? Где-то я ее уже слышал.

– Мой отец какое-то время жил здесь, в этой местности, но, к сожалению, несколько недель назад он умер. Может быть, вы знали его?

В душе Вайолет вспыхнула надежда.

– Если ваш отец был горняком, то, возможно, работал на меня.

– Нет, у него был свой рудник, только я пока не знаю, где он находился.

– Что ж, это очень плохо.

По лицу Салливана пробежала тень. Он как будто не верил, что Вайолет удастся найти участок отца, и это огорчило ее. Дальше разговор зашел о семье Салливанов, которая жила в Чикаго. Вайолет слушала собеседников вполуха.

Но, очевидно, Кэти позже рассказала отцу о том, что ее новая знакомая ищет участок отца и собирается поговорить об этом с Морганом Каллаханом. На следующий день Вайолет получила записку от Шона Салливана, в которой говорилось, что если она получит карту местности с указанием местоположения участка отца, то Салливан готов предоставить ей вооруженный эскорт, который будет сопровождать ее. «Как это мило с его стороны!» – подумала Вайолет. На следующий день Кэти уехала в Чикаго, готовиться к свадьбе, а Вайолет снова заперлась в своем номере. Она захватила с собой из Филадельфии иглы, разноцветные нитки и пяльцы, поэтому теперь, сидя в одиночестве, увлеченно вышивала целыми днями. Она покидала отель только для того, чтобы навестить могилу отца и поплакать там. Кроме того, Вайолет дважды в день заходила на телеграфную станцию, хотя клерки обещали доставлять ей телеграммы в отель.

В конце недели она наконец-то получила разочаровывающий ответ от братьев. Они сообщали, что не смогут приехать к ней, но рассчитывают, что она найдет рудник отца, где, вероятно, спрятаны деньги. Вайолет уже давно пришла к выводу, что если у Чарлза Митчелла были деньги, то он наверняка держал их где-то на участке. Нужно приложить все усилия, чтобы выяснить это! Однако она не ожидала, что ей придется заниматься поисками в одиночку. Сможет ли она, слабая девушка, выполнить столь трудную миссию? И сколько еще ее братья смогут водить за нос мистера Перри, кормя его пустыми обещаниями? Прошло почти две недели с тех пор, как она покинула Филадельфию.

Сколько еще ей придется ждать появления в городе Каллахана? Если в следующей телеграмме братья сообщат, что потеряли дом, все пропало. Еще неделя, и Вайолет уедет. Сгорая от нетерпения, она решила ждать Моргана Каллахана в холле отеля, боясь пропустить его приезд.

В тот день в отеле поселились несколько человек, включая модно одетую леди, которая явно приехала с Востока страны. Вайолет уже хотела познакомиться, но увидела, что молодая дама в дурном расположении духа. Сердито переговорив с одним из сопровождавших ее джентльменов, незнакомка стала подниматься по лестнице.

На следующее утро Вайолет направилась прямиком к стойке регистрации, чтобы навести справки о Каллахане. Она больше не могла полагаться на случай, а также на сотрудников отеля, которые обещали передать Каллахану ее записку, когда он приедет. За стойкой регистрации находился новый портье, которого Вайолет видела впервые, поэтому ей пришлось еще раз объяснять, кто она и почему ей необходимо увидеться с Морганом Каллаханом. Портье не сразу нашел записку для него в ящике стола.

– Вы поняли, о ком я говорю? – уточнила Вайолет у служащего.

– Конечно, мисс, кто же не знает Моргана Каллахана? Раньше мы считали его уроженцем гор. Каллахан – грубый мужлан, отшельник, от него слова не добьешься. Он выглядит, как оборванец, но недавно по городу распространились слухи, что у Моргана есть богатый серебряный рудник где-то в нашей местности. Впрочем, богатство не сделало его более общительным или дружелюбным. Вы уверены, мисс, что хотите пообщаться с таким человеком?

«Сколько раз мне будут задавать этот вопрос?» – раздраженно подумала Вайолет.

– У меня нет выбора, – ответила она. – Опишите мне, как он выглядит. Я должна узнать этого человека, как только увижу его. Мне сказали, что он похож на медведя. Это так?

Портье усмехнулся.

– Вряд ли он наденет свою вонючую медвежью шубу в такую теплую погоду, мисс. Морган Каллахан – высокий, темноволосый мужчина лет двадцати пяти, и обычно независимо от погоды носит на бедре пистолет.

 

В этом городе вооружены были почти все мужчины. Тем не менее описание портье показалось Вайолет полезным, и она поблагодарила его.

Вайолет села на стоявший напротив стойки регистрации диван, чтобы хорошо видеть тех, кто будет поселяться в отеле. Рядом с ней сидел пожилой мужчина.

– Это самый быстрый стрелок на Западе, – повернувшись к Вайолет, взволнованно произнес он.

– О ком вы?

– О печально известном Дигане Гранте. Я слышал, он остановился в этом отеле.

Услышав незнакомое имя, Вайолет сразу же потеряла интерес к словам собеседника. А он еще долго бубнил об удивительном стрелке, оглядывая вестибюль. В этот момент из ресторана вышли двое мужчин и быстро направились к входной двери. Первый, невысокий, был одет в длинный коричневый плащ и низко надвинутую на лоб широкополую шляпу. Второй был высоким и черноволосым, на бедре у него висел пистолет. Может быть, это и был Каллахан? Он мог зарегистрироваться в отеле прошлым вечером, во время дежурства другого портье, поэтому служащие утренней смены ничего не знали о нем.

У незнакомца был угрожающий вид; одетый с ног до головы во все черное, он выглядел пугающе. Похоже, он и его спутник уже уезжали. Вайолет встала, чтобы остановить их. Старик потянул ее вниз за рукав.

– Это же он, быстрый стрелок! Не таращьтесь на него, это опасно! – зашептал он Вайолет. – Диган пристрелит вас, если ему не понравится, что вы его разглядываете.

Пристрелит за пристальный взгляд? Что за вздор! Старик мог ошибаться, и незнакомец в черном был вовсе не одиозным стрелком, а тем человеком, который нужен Вайолет. Она не могла упустить Каллахана, не поговорив с ним!

Вайолет последовала за мужчинами на улицу и увидела, что они быстро шагали по проезжей части и находились уже на расстоянии трех домов. Чтобы остановить их, ей пришлось бы кричать. Но она не могла заставить себя нарушить правила приличия, поэтому молча прибавила шагу.

Вайолет почти догнала мужчин и уже собиралась спросить человека в черном, как его зовут, но тут за ее спиной раздался женский крик:

– Диган Грант, сейчас же вернись!

Обернувшись, она увидела выбежавшую из отеля молодую даму, которая совсем недавно привлекла ее внимание. На ней был костюм синего оттенка и маленькая шляпка, очень похожая на ту, которую носила Вайолет.

«Слава богу, это не Морган Каллахан», – с облегчением подумала Вайолет.

Стрелок даже не оглянулся. Он продолжал быстро шагать вместе со своим спутником.

– Диган, остановись! – снова, на этот раз еще громче, крикнула дама. – Ты должен меня выслушать!

Наконец Грант остановился, но не потому, что его окликала леди, а потому, что впереди ему навстречу медленно шел мужчина. Вайолет сразу же поняла, что сейчас начнется стрельба. Прохожие бросились врассыпную. Вайолет знала, что должна последовать их примеру, но ее словно парализовало. От волнения она застыла на месте, как вкопанная, и не могла пошевелиться.

Вайолет находилась довольно близко от Гранта и слышала, как компаньон предупредил его:

– На крыше впереди человек с винтовкой, он целится в тебя. Это ловушка.

– Знаю. Я заметил еще двоих.

– Но стрелок на крыше вне твоей досягаемости, в то время как ты для него вполне легкая мишень.

– Это не имеет значения, если я убью Джейкоба первым. Это его, а не их война.

– Тебе не кажется, что нам лучше укрыться в надежном месте?

– Для тебя так действительно было бы лучше, – ответил Грант. – Возвращайся в отель, только быстро!

Вайолет была поражена, что Грант в минуту смертельной опасности говорит таким обыденным спокойным тоном. Его спутник, коротышка в длинном плаще, сорвался с места и побежал обратно в отель. По дороге он что-то сказал леди, которую, казалось, больше беспокоила не предстоящая перестрелка, а валявшийся на улице лошадиный помет, на который она боялась наступить. После его слов она развернулась и тоже скрылась за дверью отеля.

Внезапно Вайолет почувствовала, как чьи-то сильные руки затаскивают ее в ближайшую лавку.

– Какого черта, леди! – вскричал лавочник, выпуская ее из могучих рук. – Разве вы не видите, что происходит?

– Вижу… – пролепетала Вайолет.

– Тогда, может быть, вы не знаете, что пули в таких заварушках зачастую попадают в невинных прохожих?

Вайолет побледнела.

– Н-нет, я об этом не знала… Спасибо.

– Сядьте на пол, под окном. Стекла в моей лавке не раз выбивали в подобных перестрелках. Вообще-то, в этой части Бьютта они редки, обычно стреляют в более шумных районах.

Вайолет с сомнением посмотрела на грязный пол, на который ей совсем не хотелось садиться, и предпочла спрятаться за широкой спиной лавочника. Выглядывая из-за его плеча, Вайолет хорошо видела Дигана Гранта и того, кого он назвал Джейкобом. Владелец магазина не закрыл дверь, когда затаскивал Вайолет внутрь, и поэтому ей было слышно все, что происходило на улице.

– Я не убил тебя в прошлый раз потому, что ты оплакивал потерю брата, – заявил Диган противнику. – У тебя было достаточно времени, чтобы погоревать.

В ответ Джейкоб рассмеялся и что-то сказал, однако Вайолет не разобрала слов.

Вдруг Диган Грант молниеносно выхватил пистолет и выстрелил. Уже падая, Джейкоб успел нажать на курок, но промахнулся, и теперь неподвижно лежал на мостовой. Вайолет не знала, убит ли Диган или тяжело ранен.

Раздались выстрелы друзей Джейкоба, и Диган, устремившись вперед, исчез из поля зрения Вайолет. Перестрелка усилилась, а потом все стихло. Наступила мертвая тишина.

– Все уже позади? – робко спросила Вайолет своего спасителя. – Теперь я могу вернуться в отель?

Обернувшись, лавочник долго смотрел на нее, а потом улыбнулся.

– Да, храбрости вам не занимать! Последний раз, когда женщина пряталась в моей лавке, она целый час рыдала, испугавшись, что разбилось оконное стекло, и не уходила до тех пор, пока все тела на улице не отвезли в похоронное бюро.

Однако в реакции Вайолет не было ничего смелого; она просто боялась пропустить появление Каллахана. Он мог прибыть в отель как раз во время перестрелки.

– Со мной все в порядке. Дело в том, что я остановилась в отеле, который находится по соседству с вашей лавкой, меня отделяет от него десяток шагов, – объяснила Вайолет.

– Как знаете, леди. Я вас не держу.

Хозяин лавки вышел на улицу первым. Многие жители уже покинули свои укрытия, чтобы взглянуть на тело, оставшееся на месте кровавого инцидента. Вокруг Джейкоба собралась небольшая толпа зевак. Вайолет заметила доктора Кэнтри, спешившего в сторону толпы по набережной. Возможно, Джейкоб еще жив. Она повернулась спиной к жуткой сцене и направилась обратно в отель, чтобы продолжить дежурство.

Со временем Вайолет стала чувствовать себя неотъемлемой частью интерьера вестибюля. Она знала всех постояльцев, видела, как они селятся и выезжают из отеля, и, несмотря на то, что не сводила глаз с регистрационной стойки, дважды в сутки справлялась у портье о том, не зарегистрировался ли у них Морган Каллахан.

Когда Шон Салливан пригласил ее поужинать в его доме, где он жил вместе с сестрой, Вайолет вежливо отказалась. Однако ей приходилось все же выходить ненадолго из отеля, чтобы размять ноги. Во время одной из таких прогулок Вайолет дошла до дома Салливана и убедилась, что здание выглядит очень солидно.

В середине второй недели пребывания в Бьютте она получила еще одну телеграмму от братьев. В ней говорилось, что им удалось уговорить мистера Перри отложить продажу дома еще на месяц. Это было радостным известием, хотя братья по-прежнему утверждали, что не могут приехать к ней, но при этом не давали никаких объяснений. В конце концов Вайолет заподозрила худшее: возможно, Даниэль попал в долговую тюрьму, и у братьев нет денег, чтобы вытащить его оттуда. Эван считал, что его брак с богатой наследницей – единственная надежда семьи снова обрести финансовую независимость. А значит, братья не верили, что сестра спасет их. И, возможно, были правы. Поиски рудника Чарлза Митчелла могли ни к чему не привести. Неизвестно, сколько стоил этот рудник и были ли там спрятаны деньги. Возможно, Вайолет зря искала участок отца.

И вот наконец на исходе второй недели пребывания Вайолет в Бьютте появился человек, которого она с таким нетерпением ждала. Быстро пообедав в ресторане отеля, Вайолет вернулась в вестибюль и увидела, что портье за регистрационной стойкой машет ей. Вайолет тут же подошла и узнала, что в отеле только что зарегистрировался Морган Каллахан и сразу же ушел в город.

– Он, наверное, как обычно, отправился повеселиться, мисс, – сказал служащий.

– Куда именно? – попыталась выяснить Вайолет.

Ее вопрос смутил клерка.

– Туда, куда вы не сможете последовать за ним, – расплывчато ответил он. – Если хотите поговорить с мистером Каллаханом, лучше пождите до утра. Вот только станет ли он с вами разговаривать, это большой вопрос…

– Я ждала две недели, – заявила Вайолет, – и не могу упустить его теперь, когда он появился в городе. Вы отдали ему мою записку?

– Я пытался, мисс, ваша записка была среди других писем, которые накопились у нас для мистера Каллахана. Но он не взял ни одно из них.

– Вы хотя бы сказали мистеру Каллахану, что мне надо срочно поговорить с ним по важному делу?

– Конечно, сказал. Но он не проявил ни малейшего интереса, только кивнул, взял ключ и ушел.

Портье прятал от нее глаза и явно что-то скрывал. Казалось, он чувствовал себя виноватым перед Вайолет.

– Вы что-то недоговариваете, признайтесь! – разозлилась Вайолет. – И что значит ваша фраза «вот только станет ли он с вами разговаривать»? Почему бы и нет?

– Больше я ничего не могу вам сказать, – сухо произнес портье, а затем вдруг добавил: – Если вам нужна помощь мистера Каллахана, то вам не следовало обедать с его злейшим врагом.

Кэти? Нет, конечно, не Кэти!

– Вы имеете в виду мистера Салливана?

– С меня хватит пустых разговоров, мисс! Уходите, или я позову управляющего.

Вайолет с негодованием хмыкнула и вернулась на свое место, решив дождаться возвращения Моргана Каллахана. Какая кошка пробежала между ним и отцом Кэти? Вайолет вспомнила, как Кэти говорила, что ее отцу не нравится Морган. Похоже, тот тоже терпеть не мог Шона Салливана. Но она-то здесь при чем?

Вайолет не понимала: если Морган был знаком с Чарлзом Митчеллом и узнал от портье, что его дочь хочет поговорить с ним, то зачем уклоняться от этого разговора?

Глава 6

Перед ужином в вестибюле появился управляющий отелем и направился прямиком к Вайолет. Отвесив легкий поклон, он заговорил с ней твердым решительным тоном:

– Я вынужден попросить вас покинуть вестибюль, мисс Митчелл.

Она нахмурилась.

– Почему?

– Потому что вы причиняете беспокойство нашим постояльцам.

Вайолет была убеждена, что это полная ерунда, но судя по выражению лица управляющего, спорить с ним было бесполезно.

– Я также хочу, чтобы утром вы освободили свой номер, – продолжал он. – Я больше не позволю вам мешать работе моих сотрудников. Они подали жалобы. Если они уволятся, мне будет непросто найти им замену. В этом городе хороших работников днем с огнем не сыщешь. Поэтому я настаиваю, чтобы вы съехали от нас.

Вайолет восприняла слова управляющего как оскорбление. Она в ярости вскочила с места, пронеслась наверх по лестнице и громко захлопнула за собой дверь номера, надеясь, что управляющий внизу услышит это. Вайолет не сомневалась, что Морган Каллахан каким-то образом причастен к ее выселению. И, конечно же, завтра ей не разрешат поджидать его в вестибюле.

Но никто не мешал Вайолет подождать его у отеля. Она не могла допустить, чтобы подлые проделки Каллахана расстроили ее планы.

Поздно вечером она упаковала свои вещи, решив покинуть Бьютт завтра, если ей так и не удастся поговорить с Морганом Каллаханом. Вайолет не могла позволить себе ждать еще несколько недель, пока этот человек снова приедет в город.

Но если она ни с чем вернется в Филадельфию, то они наверняка потеряют дом. Она знала, что они не согласятся поехать с ней в Англию, да и сама Вайолет вряд ли захочет вернуться туда, если потерпит неудачу в Бьютте. Фолкнеры любили ее, но Вайолет не смогла бы жить на их деньги как бедная родственница. И уж конечно, она не посмела бы просить приданое у дяди, у которого было шесть дочерей.

Сев на кровать, Вайолет глубоко задумалась. Она была подавлена событиями последних дней. Но ей нужно найти рудник отца! Вайолет все еще надеялась, что там спрятано целое состояние. Если она не найдет на участке деньги, то ей и ее братьям придется заняться добычей руды, чтобы сколотить состояние. Оставалась и альтернатива – найти место школьной учительницы в Филадельфии. Она и ее братья устроятся на работу и будут влачить скучное существование благородных бедняков. Правда, еще Вайолет могла выйти замуж за мистера Перри… Она побледнела от этой мысли.

 

Деньги Вайолет быстро таяли. Отважится ли она остаться в Бьютте без средств к существованию? Нет, от этой мысли ее бросало в дрожь. Она могла попросить одного из братьев приехать, чтобы продолжить поиски и заняться добычей руды. В конце концов, им принадлежал рудник, расположенный где-то на этой территории, и Вайолет знала имя человека, который мог показать его. Возможно, Даниэлю или Эвану повезет больше, чем ей. Но кто бы из братьев ни приехал сюда вместо нее, ему все равно придется искать встречи с Морганом Каллаханом.

Вайолет снова пришла в ярость, подумав о том, что ее будущее зависит от каприза одного-единственного человека, который даже не удосужился узнать, чего она хочет от него! Однако оставался еще один, последний, шанс поговорить с Каллаханом утром. Вайолет надеялась, что за ночь ее ярость утихнет, и она сможет вести себя сдержанно и разумно. Да, она не уедет из города сегодня вечером и встретится с этим таинственным человеком, если он, конечно, не ускользнет из отеля через черный ход. Вайолет переполняла злость, поэтому ей потребовалось немало времени, чтобы заснуть. В ее душе кипела ярость, не давая разуму отдохнуть. Но усталость наконец одержала верх, и Вайолет провалилась в тяжелый беспокойный сон.

Пробудившись среди ночи, она вдруг почувствовала, что гнев охватывает ее с новой силой. Его причиной был соленый от пота кляп, который кто-то бесцеремонно сунул ей в рот. Вайолет попыталась кричать, но издаваемые ею звуки были скорее похожи на жалкое мяуканье. А потом ее рывком вытащили из-под одеяла и бросили на него сверху. Увидев, что над ней нависла чья-то огромная тень, Вайолет снова попыталась закричать. «Меня сейчас изнасилуют!» – пронеслась у нее в голове ужасная мысль. Но, судя по всему, у проникшего в ее номер человека были другие планы. Незнакомец закатал ее в одеяло, а потом перекинул рулон через плечо, чтобы вынести из комнаты.

И тут Вайолет все поняла. Ее решили вышвырнуть из отеля силой. Она, наверное, слишком дерзко вела себя с управляющим, и тот подумал, что такая строптивая девица вряд ли покинет номер по доброй воле. Возможно, Морган Каллахан заплатил за ее выселение. И вот ее выбрасывали из отеля, словно мусор, – посреди ночи, чтобы никто не заметил такого подлого поступка. Она ожидала, что ее вытряхнут из одеяла на дощатом тротуаре возле отеля и, по крайней мере, отдадут вещи. Но этого не произошло. Вайолет долго лежала на могучем плече незнакомца. Может быть, ее несли в другой отель? Все это было спланировано заранее? Когда несший ее мужчина, наконец, остановился, Вайолет решила, что сможет устоять на ногах в своем плотном коконе. Но у нее не было шанса проверить это, потому что ее ноги так и не коснулись земли. Все еще завернутую в одеяло Вайолет стащили с плеча и бросили на спину лошади.

Подобное развитие событий свидетельствовало о том, что ее, скорее всего, похитили. Вайолет почувствовала, как ремни затягиваются на ее спине – ее привязывали к лошади. Что все это значит? И тут в голову Вайолет пришла страшная мысль: во всем виноват ее франтоватый вид, ее модная дорогая одежда! Кто-то в городе решил, что она богата и за нее можно получить большой выкуп. И что теперь Вайолет делать, чтобы развеять эти домыслы? Поверит ли похититель, если она скажет, что не богата? Впрочем, банкротом была ее семья в Филадельфии, а за океаном, в Англии, жил состоятельный дядя. Но чтобы получить от него деньги, потребовалось бы два месяца! А что, если похититель решит не ждать выкуп так долго и убьет ее?

Вайолет одолевали мучительные вопросы, на которые не было ответов. Время тянулось бесконечно долго. Вайолет лежала в неудобной позе, и у нее болел живот, хотя лошадь шла медленно. Спина Вайолет ныла от тщетных попыток ослабить ремни. Она хотела развязать их, соскользнуть с лошади и убежать, но ничего не получалось. Время от времени похититель клал ей руку на спину, как будто проверяя, на месте ли его пленница. Вайолет не знала, сколько времени прошло: возможно, часа два или даже три. Наконец, лошадь остановилась, ремни расстегнули, сняли одеяло и вынули кляп изо рта. Ноги Вайолет наконец коснулись земли. Она умирала от жажды, все тело ломило, ей было холодно в одной тонкой ночной рубашке. Но она собралась с силами и попыталась разглядеть своего похитителя. Это был человек огромного роста, но черты его лица ей рассмотреть не удалось. На фоне неба вырисовывалась лишь его исполинская фигура.

– Кто вы и зачем меня похитили? – срывающимся голосом спросила она. – Я настаиваю, чтобы вы немедленно вернули меня в отель!

Похититель ничего не ответил. Он молча в упор смотрел на Вайолет.

– У вас сложилось неправильное мнение обо мне, – продолжала она. – Я не богата, никто не заплатит вам за меня выкуп.

– У меня и в мыслях не было требовать за вас выкуп, – заявил похититель. – Дело не в деньгах.

Вайолет потряс этот ответ. Незнакомец тем временем повернулся, давая понять, что разговор окончен. Небо на востоке начало светлеть, и Вайолет осторожно обошла его, чтобы в брезжащих утренних сумерках попытаться рассмотреть его лицо.

Это был крупный мужчина с черной бородой и усами, темными длинными неопрятными волосами под ковбойской шляпой и хищными светло-голубыми глазами. На нем было коричневое пальто с отрезанными рукавами, так что оно напоминало длинный жилет, перетянутый ремнем на поясе. Рубашки на незнакомце не было, а темно-синие брюки он заправил в потертые коричневые сапоги со шпорами. Он был очень высок, широкоплеч, но особенно Вайолет поразили его голые мускулистые руки. Судя по всему, перед ней стоял Морган Каллахан собственной персоной.

Вайолет догадалась, что ему о ней рассказал помощник шерифа. Служащие в отеле не знали о том, зачем она разыскивает Моргана. Должно быть, Морган решил помочь ей, но не хотел, чтобы кто-нибудь видел, как он уезжает из города вместе с Вайолет Митчелл. Однако это не оправдывало его поведение! Он мог постучать в дверь номера и попросить ее поехать с ним! Зачем было столь варварским способом похищать ее?

Внезапно к ногам Вайолет упал ее саквояж.

– Переоденьтесь, если хотите. Только быстрее!

Она была так рада, что Морган захватил с собой ее вещи из номера, что едва не осыпала его словами благодарности, но вовремя опомнилась. Нагнувшись, Вайолет открыла саквояж и увидела лежащую сверху сумочку с деньгами. Слава богу, все было на месте. Сверху лежала одежда, которую она приготовила, чтобы надеть утром в дорогу. Морган тоже бросил эти вещи в саквояж, прежде чем похитить их хозяйку. Вайолет унесла саквояж за шеренгу мулов, груженных какой-то поклажей. Они были привязаны к лошади Моргана и могли служить какой-никакой ширмой. Но прежде чем начать переодеваться, она быстро подошла к протекавшему неподалеку ручью и зачерпнула пригоршню воды. Вайолет не знала, была ли эта вода пригодна для питья. Впрочем, ее мучила такая страшная жажда, что ей было не до выяснения ее качества.

– Слушайте меня внимательно, – раздался голос Моргана. – Если не будете шуметь, сможете поехать верхом. Но если услышу хоть один-единственный звук, я снова закутаю вас в одеяло, положу на спину лошади, а рот заткну кляпом. То же самое произойдет, если задумаете сбежать.

– Я вас узнала! – воскликнула Вайолет. – Вы – Морган Каллахан, и не пытайтесь это отрицать!

– Значит, вы выбираете кляп и одеяло?!

– Не говорите глупостей! Хотя бы скажите, зачем вы меня похитили.

– Вы водите дружбу не с теми людьми, леди. Сколько вам заплатили за то, чтобы вы выдавали себя за дочь Чарли?

Он это серьезно?

– Я – дочь Чарлза Митчелла.

– Нет, это не так, но, полагаю, Шон не в курсе, что мне это известно.

«Какая-то бессмыслица, – растерянно подумала Вайолет, – может быть, Кэти была права, когда говорила, что Морган чокнутый».

– Я предупреждал, чтобы вы не шумели! – добавил он.

– Я буду молчать! – пообещала Вайолет, глубоко вздохнув.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru