Железный регент

Дарья Кузнецова
Железный регент

– И что случилось потом? – тихо спросила я, потому что собеседник умолк, задумавшись.

– Я убил его, – спокойно сообщил Райд. Вдосталь налюбовавшись смесью изумления, недоверия и опасения на моем лице, с улыбкой продолжил: – Это была самооборона. Понимаешь, вскоре после смерти матери выяснилось, что женщинам мой дядя предпочитал смазливых мальчиков. А я был очень смазливым мальчиком. Еще более смазливым, чем сейчас. Намеков я не понимал, а когда ему надоело ходить вокруг да около и он попытался реализовать свои желания, не спрашивая на то моего согласия, вдруг выяснилось, что во мне очень много Железа. Не знаю, почему дар спал до этого момента, ведь обычно он пробуждается в раннем детстве, но лучше поздно, чем никогда. Опознали родственничка тогда по остаткам одежды. В общем, не знаю, как сложилась бы моя судьба, если бы в этот момент в ближайшем городе, куда меня привезли для дознания, не оказалось Железного регента. С ним я оттуда и уехал.

– А почему он именно тебе доверил роль… няньки? Не потому же, что…

– Нет, у него другие проблемы с головой, – рассмеялся Райд. – Ив предпочитает женщин, и только женщин, и я, кстати, тоже.

– Извини, – смутилась я. – Я не должна была…

– Да ладно, десять лет назад я, конечно, на такое предположение отреагировал бы очень нервно, но с тех пор серьезно повзрослел и, не побоюсь этого слова, поумнел. Но я свои вкусы с радостью докажу на практике, ты хорошенькая, – широко улыбнулся он, а я только неодобрительно фыркнула в ответ.

Хорошо, что он просто дурачился и подтрунивал. Боги знают, какие неприятности ждали бы меня, прояви Райд подлинный интерес.

– Что до твоего вопроса, тут все как в романе: Ив уверен, что именно он мой отец, – продолжил Райд. – Он гостил до войны в нашем имении, знавал мою матушку, а отец как раз находился в отъезде – идеальная ситуация. Учитывая, что тогда Ярость Богов был весьма заядлым сердцеедом, вполне возможно, что я действительно плод его ветреной любви. К тому же Ив утверждает, будто чувствует во мне родную кровь, и аргументов против этого у меня нет, я-то таким чутьем не наделен. Да и родители мои были простыми людьми, лишенными дара, что косвенно подтверждает правоту регента. Искра и Железо не всегда передаются по наследству, но очень и очень часто.

– Разве не все фиры слышат голос крови? – спросила я.

Высказываться о возможном отцовстве Железного регента и давать оценку возможной неверности матери Райда не хотелось, как не хотелось критиковать самого высокородного, так спокойно принимающего подобное обвинение в ее адрес.

А еще очень не хотелось думать о дяде Райда и мерзких, неприглядных вещах, которые существуют где-то совсем рядом, за пределами крошечной норки, в которой любой человек, и я в том числе, норовит спрятаться от всех гадостей и ужасов. Одно дело слушать россказни пьяных гуляк, и совсем другое – разговаривать с очевидцем…

– Нет, что ты. Просто Ив… Он уникален, по-настоящему. Он даже дар видит, причем не только фиров, но и данов. Не так, как ваши читающие в душах, но прочие люди Железа вообще такого не умеют.

Мы некоторое время молчали, а потом я решила вернуться к первому своему вопросу.

– И все-таки что это было? Ну, только что… кто напал на нас?

– По порядку рассказывать? Сначала нападающие попытались расколоть землю и нас в ней оставить. Это не так уж трудно и весьма эффективно, хотя требует некоторой подготовки. Но Ив всю дорогу был очень внимателен и заметил ловушку заранее. Потом было «лезвие ветра», как патетично назвал эту дрянь человек, ее придумавший: множество тонких, с волос, железных нитей, которые превращают жертву в кровавую кашу. Мерзкая и сильная штука, очень подлая, от нее сложно защититься. А наш великий и ужасный не стал красоваться и изящно прихлопнул всех врагов, призвав сына земли. Это такая каменная громадина, смутно похожая на человека, она обычно используется при штурме защищенных стен. Почему он поступил с ними именно так, не воспользовавшись чем-то попроще, надо спрашивать самого Ива. Я в его планах разобраться не способен.

– Действительно, понять регента очень сложно, – я тоскливо вздохнула.

– Да не переживай ты, все обойдется. Говорю же, он псих, но очень умный псих, – со смешком успокоил меня Райд.

Сомнительное, однако, утешение.

Кажется, Смотрящий-за-Дорогами решил знатно позабавиться, наблюдая за мной. Я по-прежнему ощущала, что путь, которым я иду, верный, но теперь отчетливо понимала, что легким он не будет. И вовсе не из-за препятствий вроде этого нападения или возможных интриг Железного регента, в которых мне отведено вполне определенное место. Просто меняться всегда тяжело, а я сейчас очень отчетливо осознала, что на этом пути мне предстоит измениться.

Надеюсь, что я хотя бы останусь в своем уме. Ладно Ярость Богов, к его ненормальности я была готова, но ведь и Райд кажется не совсем здоровым, а это только начало пути!

Глава 3
По железным облакам

Рина Пыль Дорог

Грозовой фронт надвигался сзади, с севера, и с каждой минутой мне делалось все неуютней. Я не боялась грома и молний, как младшая из Латовых дочек, но сейчас от туч веяло чем-то зловещим. Может, все дело в том, что прошлые грозы я наблюдала через окно, сидя за крепкими стенами? Или же мне передались напряжение и настороженность спутников?

Расстались с Даленом мы восемь дней назад, и за это время уже случилось два нападения. То, первое, нахрапом на дороге, а потом через день – уже куда более аккуратное, в придорожном гостевом доме, где остановился отряд регента. Я бы и не узнала, наверное, о случившемся, если бы не хмурые виноватые лица стражников с утра. С ними я к тому моменту не то чтобы сдружилась, но познакомилась и не постеснялась спросить, что произошло. Оказалось, ночью они чуть не прозевали все на свете: их усыпили. Да и не только их – судя по всему, уснул весь гостевой дом, включая хозяев. Если бы не пастух, гнавший мимо свое стадо и заглянувший, чтобы забрать пару коров, неизвестно, когда бы люди вообще проснулись.

Мрачен был и Райд; один Железный регент оставался совершенно невозмутим и никого ни в чем не винил, чем, правда, только усугублял печаль стражников.

Ив лаконично пояснил, что ко всеобщему сну явно приложил руку дан, поэтому оплошность стражей простительна. А что именно произошло ночью, мы так и не узнали, равно как и не получили ответа на вопрос, как сам Железный регент устоял перед чарами.

В самом этом событии не было ничего, выходящего из ряда вон. Хоть сила данов не способна существовать отдельно от них, в виде амулетов, которые с легкостью принимают силу фиров, но защищающие от нее обереги существуют. Однако дело в том, что их действия хватает на одну смену дня и ночи, а потом защиту надо обновлять. И если сам Ив пользовался именно таким амулетом и в ту ночь ожидал неприятностей, непонятно, почему не предупредил остальных? До сих пор он уверенно выполнял долг командира отряда и не упускал ни одной мелочи.

В любом случае с тех пор прошло уже несколько совершенно спокойных и даже скучных дней, за которые ничего не случилось. Разве что в отряде завелся обычай: вечером я непременно доставала из чехла лиру и немного играла на ней, настраивая мир на легкую дорогу. Не думаю, что помогало именно это, моя Искра не настолько сильна, чтобы отвести серьезную беду. Но Железный регент не возражал, даже как будто слушал с удовольствием, да и остальным мужчинам нравилось.

И вот сейчас с севера надвигалась эта туча. Тяжелая, почти черная, она стремительно заполняла собой небо, за жалкие полчаса превратившись из небольшой темной полоски у горизонта в огромное полотнище. Впереди тучи летели порывы штормового ветра, как будто тяжелые облака выдавливали из-под себя воздух. Или то был авангард идущего в атаку грозного воинства?

Ветер рвал одежду и трепал лошадиные гривы. Особенно зловеще выглядел некто в плаще, познакомиться с которым за время пути я так и не сумела. Да и никто не сумел: он или она не снимал маску, храня свою тайну, и один Ив знал, кто это на самом деле.

На приближающуюся грозу настороженно поглядывали все, кроме Железного регента. Тот был, как обычно, невозмутим и равнодушен к капризам природы. Правда, лишь до определенного момента: когда в воздухе отчетливо запахло дождем, который вот-вот должен был пролиться, Ив вдруг придержал коня и поравнялся со мной.

– Иди сюда, – спокойно велел он, протягивая руку.

Я растерялась, но молча послушалась и перебралась на луку его седла. И только потом сообразила, что это, мягко говоря, непристойная поза. Рука регента крепко обхватила меня за талию, удерживая, но заодно и тесно прижимая к его телу. Мои ноги лежали на его бедрах, и это было удобно, но мысли вызывало исключительно неприличные.

Щекам стало горячо. Я замерла, неловко держа локти на весу, боясь лишний раз шевельнуться и лихорадочно соображая, как можно хоть немного отстраниться, потому что слишком уж все это двусмысленно. Хотя какое там! Смысл один, и совсем не о безопасности в такой момент думается…

– Она как раз вовремя, – прозвучал у меня над ухом голос Ива, пощекотав кожу теплым дыханием. Я вздрогнула, по спине пробежали мурашки. – Райд, готов?

– К такому нельзя приготовиться, – проворчал тот. С удивлением я заметила, что на крупе его лошади сидит наш загадочный спутник в плаще. – Только тебе подобный способ передвижения доставляет удовольствие, а нормальные люди предпочитают лошадей.

Ив неожиданно легко рассмеялся в ответ, заставив меня вздрогнуть. Первый раз слышала, как он смеется, и от этого звука от затылка вниз сбежала волна мурашек. Смех низкий, раскатистый, как отзвук далекого грома. Мягкий и обволакивающий, бархатистый, нежно касающийся обычно молчащих струн в глубине души – он заставлял понимать, что чувствует лира в умелых руках.

Какое расточительство со стороны богов – наделить таким голосом человека Железа! Начни он петь, и никакая Искра не понадобится…

 

– Если боги так настойчиво предлагают помощь, не стоит обижать их отказом, – насмешливо укорил Райда регент. – Я давно говорил тебе, что с боязнью высоты нужно что-то решать.

– Я тебе тоже много чего говорил, не больно-то ты слушаешься, – огрызнулся высокородный, на что регент почему-то вновь ответил смехом.

– Продолжайте путь спокойно, можете не спешить, – обратился Ив к страже и легонько тронул конские бока шенкелями, веля скакуну ускориться.

Движение мужчины я ощутила всем телом, качнувшись в его объятьях. От щек моих уже смело можно было разводить огонь.

Да чтоб он заржавел! Есть у этого человека хоть какие-то представления о приличиях? Я не ханжа, но это и в самом деле слишком…

– Не бойся, девочка. Думаю, тебе понравится, – негромко проговорил регент мне на ухо, едва не касаясь губами.

Я почти набралась наглости ответить, что не боюсь, а испытываю совсем другие чувства, и попросить вернуть меня обратно в седло, но не успела. Оказалось, предупреждал Ив на будущее.

Где-то совсем рядом, ослепляя, сверкнула молния, и грохот расколол мир. Я дернулась от неожиданности, испуганно вскрикнула, когда лошадь поднялась на дыбы. Мгновенно забыв о смущении, сжалась, вцепившись обеими руками в локоть мужчины, зажмурилась… а конь, вместо того чтобы опуститься на четыре ноги, вдруг прянул куда-то вперед и вверх, будто карабкался на крутой склон. Мой спутник низко пригнулся, чтобы облегчить скакуну движение, почти вжимая меня в лошадиную гриву. Я отстраненно подумала, что Железный регент и на ощупь больше похож на кусок металла, чем на живого человека. Уж больно твердые, как говорят, литые были его мышцы. Когда он только успевает столько тренироваться?

А потом мысль эта вылетела из головы, уступив место куда более разумной: а что, собственно, происходит? Куда может карабкаться лошадь на плоской, как стол, равнине? Не на дерево же, в самом деле!

Представив эту картину, я нервно хихикнула, но тут догадалась открыть глаза – и забыла, как дышать. И к лучшему, потому что иначе непременно закричала бы от ужаса.

Конь двигался по воздуху, вышибая из крупных дождевых капель маленькие молнии. Рядом качались под ударами ветра древесные макушки, почти касаясь низко нависшего брюха туч. Еще несколько рывков – и деревья уже внизу, а мы продолжаем двигаться вверх, прямо в клубящуюся черноту.

Полноте, конь ли подо мной?

Мышастая шкура его отчетливо отливала металлом, копыта ударяли всё звонче, с отчетливым лязгом вместо привычного глухого стука. В сизой, потемневшей от воды и облепившей шею гриве мелькали яркие голубоватые искры. Когда моя щека в какой-то момент оказалась рядом, одна из таких искр больно ужалила, заставив вздрогнуть и отшатнуться. В ответ на это движение удерживающая меня рука регента рефлекторно сжалась сильнее.

– Почти всё, – проговорил Ив, и его голос очень гармонично звучал рядом со свистом ветра и непрекращающимися громовыми раскатами.

Мы двигались среди тяжелого густого тумана, катящегося куда-то стремительным потоком. Вся одежда разом вымокла, неприятно облепляя тело. Ветер стегнул холодом, я вновь дернулась и сжалась, пытаясь спрятаться от его порывов и заодно оказаться ближе к источнику тепла. Хотя, казалось бы, куда ближе?

Железный-то железный, но мужчина сейчас казался обжигающе горячим, будто печка.

– Потерпи немного, сейчас станет легче, – мягко попросил он, и мы вдруг выскочили из тумана под яркое солнце. Его сияние на мгновение ослепило, заставив зажмуриться, а потом вновь утихло.

Я осторожно приоткрыла глаза и вновь потрясенно огляделась.

Ход скакуна выровнялся. Теперь он двигался вперед длинными прыжками, распластываясь в полете, будто кошка, и движения его были настолько плавными, словно под нами не существо из плоти и крови, а порыв ветра или поток воды. Впрочем, наверное, так оно и было.

Зверь по брюхо тонул в плотном клочковатом тумане, а внизу, под ногами, клубилась подвижная темная масса, отчаянно что-то напоминающая. По бокам вздымались изменчивые сизые горы, одна из которых и закрывала сейчас солнце. Прямо на нашем пути вдруг вырос небольшой холм, но скакун прошел сквозь него, не снижая хода: он оказался сложен из тумана.

– Где мы? – потрясенно спросила я, забыв на несколько секунд о холоде.

– На облаках, – спокойно ответил Ив, а когда я вздрогнула и испуганно заозиралась, только рассмеялся: – Не бойся, здесь нет мертвецов, и богов тоже нет. Это просто маленькая хитрость, чтобы сократить путь.

– Говорят, грозовые тучи появляются, когда Идущая-с-Облаками или кто-то из тех, кто живет на Железных облаках, хотят взглянуть на землю, – тихо пробормотала я. От холода и сырости начало мелко знобить, несмотря на тепло мужского тела рядом. – Тучи, они ведь тоже… железные.

– Все облака – это просто туман, – отмахнулся регент и участливо спросил: – Замерзла? Сейчас…

Через несколько мгновений меня укутал тяжелый плащ из тонкой шерсти, так что только голова наружу и торчала. Такой же мокрый, как вся остальная наша одежда, он все равно хорошо защищал от ветра. Стало заметно легче.

– Спасибо. А снизу похоже, что они в самом деле железные…

– Легенда имеет смысл, но не нужно понимать ее так буквально. – Ив задумчиво пожал плечами. – Не зря наша богиня зовется Идущей-с-Облаками. Туман стирает грани между реальностью, в которой мы живем, и иными пределами. Может быть, Идущая действительно иногда глядит на землю с грозовых туч, но это совсем не значит, что мы можем ее здесь встретить.

– И часто вы вот так путешествуете? – набралась я смелости спросить.

– Случается, – уклончиво ответил он. – Иногда возникает такая надобность, но слишком редко в нужный момент встречается попутный ветер. И совсем уж редко я путешествую один, а отряд таким путем не проведешь.

– Никогда не думала, что фиры на такое способны, – проговорила я. – И что, пройти облаками можно на любой лошади?

– Да хоть на своих двоих, – усмехнулся он. – От лошади здесь совсем ничего не зависит.

– Есть ли вообще что-то, что вам не по силам? – спросила я, растерянно качнув головой.

– Ты даже не представляешь себе, сколь многого мы не умеем, – возразил Ив. Прозвучало вроде бы ровно, но я вдруг отчетливо поняла, что обсуждать эту тему собеседник не желает, и предпочла замолчать. Кажется, было в этом вопросе что-то глубоко личное. Он продолжил: – Можешь поспать. Путь мы, конечно, сильно сократим, но все равно придется ехать достаточно долго. И пока ветер попутный, на землю не сойдем, так что, возможно, продолжим двигаться и ночью.

– Спасибо, – только и нашла, что ответить я, смутно представляя себе, как можно в такой ситуации спать, но решила не спорить.

Некоторое время мы молчали. Я с интересом оглядывалась по сторонам. Облака вздымались причудливыми формами, и порой мы пробирались вперед в сплошной их пелене, но Ив почему-то не поднимался выше. Иногда же темные громадины озарялись отсветами молний, и здесь они выглядели совсем иначе, нежели снизу: не ветвистые трещины, а просто яркие вспышки, подсвечивающие тучи и придающие им жути. Вскоре я догадалась, что этих ломаных белых линий попросту не видно за слоем туч. Но все равно очень трудно было поверить в слова Железного регента о том, что это – просто облака, а не… что-то еще.

Рокот грома слышался здесь тоже очень странно: то глухо и тихо, а то раскатывался по туманному полю далеко-далеко, резко и страшно.

Но вскоре я поймала себя на мысли, что не так уже боюсь всего этого, не вздрагиваю от каждого удара грома, не озираюсь испуганно при новых вспышках, да и изменчивые пейзажи стали приедаться. Потихоньку меня в самом деле начало клонить в сон, несмотря на непривычную позу. Какое-то время я боролась с этим чувством, изо всех сил стараясь поменьше опираться на мужчину. Первое яркое смущение уже прошло, но все равно было очень неловко. Слишком тесно я вынуждена была к нему прижиматься, ощущая буквально каждое движение…

Дополнительно смущало еще и то, что ощущения не были неприятными, хотя клеймить себя распутной и испорченной я не спешила. Разум подсказывал, что ничего неправильного или постыдного в подобной реакции нет. Во-первых, Ив очень теплый, и это хорошо, потому что иначе я бы непременно замерзла. Во-вторых, он сильный и надежный, поэтому я совершенно точно не рисковала упасть вниз и даже почти не боялась, полностью доверившись уверенности регента. И хоть по коже порой пробегал холодок от осознания, что я подвешена в воздухе на огромной высоте, но это было скорее приятно, чем действительно страшно. А в-третьих… наверное, именно так должна реагировать женщина на близость мужчины. То есть это наверняка должно быть приятно, иначе зачем влюбленные пары постоянно обнимаются и держатся за руки?

Просто это все было слишком непривычно, да еще никак не получалось отвлечься от личности сидящего позади мужчины. Наверное, вези меня вот так какой-нибудь стражник, я бы чувствовала себя спокойнее, чем в объятьях Железного регента. Просто потому, что он – это он: существо, которое куда ближе к богам, чем к простым смертным.

А потом мне вспомнились собственные мысли о грядущих переменах, и я даже восхитилась своей прозорливостью. Похоже, вот они и начинаются…

В конце концов я успокоила себя тем, что от меня все равно ничего не зависит, никто в таком положении меня не видит, да и рук мужчина не распускает. Если бы он хотел сделать что-то совсем неприличное, наверное, уже сделал бы, мы тут одни, и я при всем желании никуда не денусь. Значит, он и не собирался совершать ничего этакого, а что поза двусмысленная – так это неизбежное зло. Ив заботился о том, чтобы мне было удобно и чтобы я не свалилась с лошади, а усади он меня на круп позади себя, еще неизвестно, что я могла выкинуть с перепугу. И вообще, регенту, может, тоже неудобно с пассажиром, однако не ворчит, нянчится со мной, хотя совсем не обязан.

Вскоре я окончательно успокоилась и позволила себе немного расслабиться, устроив голову на плече Ива, а после и вовсе провалилась в сон. Порой я выныривала из дремы от сильных рывков или особенно оглушительных громовых раскатов, но не до конца, и почти сразу вновь погружалась в пелену видений. Грезилось мне разное, но сны сменяли друг друга слишком быстро, не оставляя отпечатка в памяти.

А окончательно я проснулась от того, что меня начало немилосердно трясти, и мужская рука на талии сжалась капканом, причиняя боль. Я охнула, распахнула глаза – и очень удивилась, не обнаружив вокруг уже примелькавшихся облачных громадин.

Вместо них под копытами коня расстилалась крупная темная брусчатка широкой овальной площади, половину которой охватывало величественное светлое здание строгих очертаний с прямыми колоннами вдоль фасада. В несколько обхватов, высоченные, они тянулись в два ряда, рождая ощущение древнего рукотворного сада. Наверху, над колоннадой, через равные промежутки стояли статуи и снисходительно взирали на мелких людишек сверху вниз. Кажется, статуи тоже были огромны.

Середину этого сооружения венчал аккуратный купол, кажущийся изящным и легким. Но, представив себе его размеры, я ощутила благоговение.

Лучи встающего солнца раскрашивали дворец золотым и розовым, отчего он казался совсем не таким строгим, каким, должно быть, выглядел днем. Даже немного легкомысленным.

Приглядевшись, я поняла, что собственно здание находится посередине, два павильона – на краях площади, а в остальных местах сквозь колоннаду виднеется зелень сада. Сад был и напротив дворца, пышный и густой, рассеченный посередине широкой подъездной дорогой и опутанный сетью тонких тропинок. Деревья отделяла низкая балюстрада с несколькими широкими проходами, украшенная вазонами с яркими цветами. Кажется, брусчатка была на добрый метр выше уровня земли.

Посреди площади шумел фонтан: овальный бассейн с невысоким белым бортиком, семь струй разной высоты, расположенные по нисходящей, от самой сильной в центре, спорившей высотой с колоннами, к низким и забавно приплющенным – по краям. Изящно, строго и – восхитительно.

На брусчатке сверкали лужи. Туча, эффектно подсвеченная солнцем, уходила дальше на юг, и основная ее часть расстилалась к юго-западу от нас, но краем дворец она все же задела. Похоже, Иву этого хватило, чтобы добраться до нужной точки.

Поначалу мне показалось, что площадь пустынна. Но когда конь, с разгону проскакавший десяток метров, остановился, тут словно из-под земли возникло несколько человек в одинаковых серых туниках длиной по колено. Один из них ухватил шумно дышащего скакуна под уздцы, второй в это время точно так же удерживал коня, на котором прибыл Райд.

– Лошадей отшагать, – сразу начал сыпать распоряжениями Ив. Голос его звучал сухо и строго, совсем иначе, чем раньше. Показалось, что со мной рядом уже совсем другой человек. Или другой был там, на облаках? – Госпожа Рина – новая ученица. Ее проводить к другим детям кесаря, предоставить покои, завтрак, в общем, все как положено, и по возможности как можно быстрее пригласить Паучиху. Вещи разобрать. Для нашей светлой гостьи подготовьте покои в северном крыле, поближе к святилищу Идущей. Райд, вы ступайте в мой кабинет, я сейчас догоню.

 

Говоря все это, Ярость Богов спешился сам, помог спуститься мне. Лошадей тут же увели, следом за ними ушла еще пара слуг.

Потом регент обратил взгляд на переминающуюся с ноги на ногу меня, улыбнулся одними глазами и мягко проговорил, положив тяжелую ладонь на плечо:

– Отдыхай. К данам имеет смысл обращаться ближе к вечеру, я сопровожу тебя.

На этом он отвернулся и широким шагом двинулся ко входу во дворец.

– Пойдемте, госпожа, – вежливо пригласил меня немолодой мужчина.

Русые волосы с проседью острижены очень коротко, зеленые глаза глядят с любопытством, но без враждебности и каких-либо подозрений. Но гораздо больше меня заинтересовала его одежда: никогда я не видела вблизи мужчин в туниках. Знала, что на юге, особенно в жару, все так одеваются – простое полотнище, скрепленное на плечах пряжками и подпоясанное ремнем, да плетеные сандалии на ногах, – но видела впервые. Странное зрелище. Я представила Железного регента в подобном наряде и едва не захихикала. Одно дело – простые люди, но для него подобные одежды казались уж очень легкомысленными…

Если Ив и Райд исчезли в главном здании, то мы обошли его слева, поднявшись на несколько ступеней к колоннаде, чтобы пересечь ее и спуститься в сад. Среди зелени, на некотором отдалении, возвышался еще один дворец, заметно меньше первого и гораздо изящнее. Округлые арки, белоснежный камень, кружевные барельефы – он очень походил на большой фонтан на площади, такой же легкий и устремленный вверх.

– Скажите, а кто такая Паучиха? – рискнула полюбопытствовать я.

– Это старшая портниха Верхнего дворца, – охотно пояснил сопровождающий. – Она строгая, бывает резка, но, главное, справедлива и чрезвычайно умна. И безоговорочно предана кесарю.

– Верхний дворец – тот, а Нижний мы сейчас прошли? – вдохновленная общительностью проводника, продолжила я.

– Именно.

– И в чем различие? То есть в Верхнем живут дети кесаря, а в Нижнем?

– В Нижнем… – он запнулся, по лицу пробежала тень недовольства, но дальше мужчина продолжил тем же ровным тоном: – В Нижнем дворце проживает регентский совет полным составом, другие должностные лица, но главным образом – придворные бездельники. Сейчас, пока нет твердой руки кесаря, это своеобразное место. И если госпожа пожелает услышать мое мнение…

– Пожелает, – кивнула я.

Подобное обращение и отношение были непривычны, но я не стала спорить и настаивать на другом: если назвали госпожой – значит, так положено. Не оскорбляют же, наоборот.

– Молодой особе не стоит появляться там без сопровождения.

– А то что? Могут убить? – опешила я.

– Нет, что вы. Просто нравы там царят излишне вольные, и молодой достойной девушке не нужно лишний раз общаться с этими людьми.

– Спасибо за предупреждение, – проговорила я озадаченно, раздумывая, могу ли считаться достойной девушкой – как сама по себе, так и после своеобразной поездки на коленях у постороннего мужчины. Так и не придя ни к какому выводу, решила спросить о другом: – Скажите, а много сейчас детей кесаря? И есть ли какие-либо правила, о которых мне нужно знать?

Райд по дороге успел рассказать многое, в том числе об обычаях Верхнего дворца и распорядке дня, но уточнить еще раз было нелишне. Высокородный мог что-то упустить или не придать значения чему-то, очевидному для него, но неожиданному для меня.

– Детей кесаря сейчас, если не ошибаюсь, восемьдесят четыре. Правила… стоит соблюдать правила приличия, а если вы говорите о каких-то внутренних тонкостях, то здесь я не советчик. Я просто слуга. Попробуйте спросить у госпожи портнихи.

– Спасибо, – я вновь поблагодарила провожатого.

Сад мне понравился. Да и кому бы он мог не понравиться? Тенистые дорожки, яркие красивые растения, душный запах южных цветов и влаги от прошедшего дождя, беспечная тишина, наполненная голосами птиц. В роскошную зелень сада аккуратно вписывались фонтаны и пруды, скамейки и статуи. Наверное, именно так на Железных облаках выглядит место, где отдыхают от земной жизни достойнейшие из достойных.

Дворец своему окружению полностью соответствовал. Здесь тоже было много зелени, попадались даже фонтаны. Никакой кричащей претской роскоши: строгие линии, лишенные вычурности узоры, сдержанные цвета, великолепные фрески на стенах.

Чем дальше мы шли, тем более неловко я ощущала себя среди этого великолепия. В грязной с дороги поношенной одежде, пропахшая потом и грозой… Да не в одежде дело! Стены смотрели на меня и вежливо недоумевали, откуда здесь взялась эта бродяжка. В конце концов я даже немного втянула голову в плечи и перестала глазеть по сторонам.

А потом вдруг разозлилась. Почему я должна чувствовать эту неловкость? Я не совершала ничего плохого, я не пробиралась сюда украдкой. Меня пригласил хозяин всего этого, пусть временный, но – хозяин. И побираться или бездельничать я не собиралась, я приехала сюда учиться, и буду учиться, и даже, как это принято, пойду на государственную службу, если вдруг у меня обнаружится талант к ней, и отработаю положенный срок! А что разместить меня решили не в скромной комнатке, снятой за ежелунную плату у честной горожанки, но в самом дворце – так это тем более не мое решение. И спорить с Железным регентом об этом я точно не собиралась. В конце концов, какой нормальный человек откажется пожить среди такой красоты?

Поэтому остаток пути я шла с решительно расправленными плечами и с легким сердцем.

Покои, в которые проводил меня слуга, оказались… идеальными. Анфилада из трех комнат: передняя – для встреч, приема гостей и завтраков, средняя – спальня, и последняя – ванная. Все достаточно небольшие, в той степени, чтобы перестать быть тесными, но оставаться уютными. Обстановка не слепила глаза роскошью и казалась даже скромной, но, возможно, именно казалась: я не знала, из чего и кем была сделана немногочисленная мебель.

Узкие арочные окна, по прохладе распахнутые настежь, давали достаточно света и воздуха, впуская внутрь запахи сада и птичий гомон, а при необходимости их можно было затворить непрозрачными темными ставнями: в частности, так обычно делали в жару.

Что действительно поражало воображение, так это маленький бассейн, занимавший почти всю площадь ванной комнаты, прочая обстановка которой скромно теснилась по углам: туалет за ширмой и небольшой открытый шкафчик сразу при входе. Сюда свет попадал через маленькие оконца под самым потолком, забранные матовыми стеклами, но солнца вполне хватало. Здесь, на юге, его вообще в изобилии.

Размеры ванны, конечно, впечатлили, но ничего удивительного в этом не было. Вираны очень чистоплотны, у нас считается, что грязное тело несовместимо с чистой душой и помыслами, поэтому даже самые бедные жители скорее лишний раз откажутся от куска хлеба, чем от мытья. Впрочем, для таких людей еще лет триста назад начали строить бесплатные общественные купальни. Прета близка нам в этом смысле, а вот Альмира искренне презирает наше «чрезмерное чистоплюйство», считая его признаком слабости. Не могу сказать, что они не моются совсем, но и такого культа чистоты не имеют.

Перед уходом слуга показал, как здесь что работает, и предложил отдыхать, ни о чем не беспокоясь. «Не беспокоиться» у меня никак не получалось, но отдохнуть действительно было нелишне. Конечно, за время пути по облакам я явно устала не так, как Ив или Райд, и даже почти выспалась, но не воспользоваться ванной было глупо.

Пока я отмывалась в горячей воде, пыталась осмыслить последние события. Когда отряд регента двигался к столице, изредка останавливаясь в придорожных гостевых домах, все было просто и понятно. Даже нападения не вызывали особенных вопросов. Наверное, в те дни я толком не осознавала, что происходит, с кем я связалась и что ждет меня в будущем.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru