Королева без башни

Дарья Донцова
Королева без башни

Глава 3

Когда я вошла в большой зал, Зяма сидел на стуле, а шеренга девушек в купальниках пыталась отрепетировать выход на сцену. Я устроилась за спиной режиссера и прикинулась, что нахожусь тут давно. Зяма с большой долей вероятности не заметил моего отсутствия при начале репетиции. Режиссер полностью погрузился в работу, а вот Рита изобразила на лице кривую улыбку и буркнула:

– Ты пока не очень нужна, отдышись спокойно.

Маргарита, естественно, в курсе, что директор шоу – невестка Капы, поэтому старательно изображает мою подругу и никогда не напоминает, что за должностью директора скрывается завхоз. В наше время непрестижные профессии пытаются закамуфлировать под элегантными названиями. Если раньше в трудовой книжке писали «уборщица», то теперь там укажут «менеджер по спецобработке». Я не решаю никаких творческих задач, приглядываю за постояльцами, костюмерами, гримерами, парикмахерами, слежу, чтобы у них работали утюги, фены, отвечаю за инвентарь для съемок, приказываю рабочим притаскивать фигурки леопарда и прочих зверушек, заказываю автобус для участников и выполняю еще кучу всего. Главный по творческим вопросам у нас Зяма, от него зависит успех действа. Выше Зиновия по рангу лишь Капитолина, а я жена ее сына. Расклад понятен?

– Встали, повернулись, руку на талию, пошли, – скомандовал Зиновий, – ать, два! Стоп! Алиса! Где твои лапы?

– Вот они, – пропищала блондинка.

– Это веревки, – рявкнул Зяма, – болтаются, как языки у больных коров. Все втянули живот, свели лопатки, подняли подбородок! Алиса!

– А? – откликнулась девица.

– Подняли, а не задрали голову, – отчеканил Зяма, – работаем! Раз, раз, раз! Делимся на два ручья. Оп! Оп! Оп! Оп! А теперь парами. Стоп! Алиса!

– Ну почему вы меня постоянно дрючите? – заныла девушка. – Другие, че, такие правильные, а я типа коза?

– Все встали по две, – вмешалась Рита, – одна Алисочка самостоятельно чешет!

– Мне человека не хватило, – закричала конкурсантка.

– Невероятно, – сказал Зяма, – вас десять. Делим это число на два. Сколько получим?

Девушки замерли.

– Десять на два, – повторил Зяма, – ну?

Конкурсантки сонно моргали.

– Имеется десять тысяч рублей, – сказала Рита, – вы можете потратить их в двух магазинах. Сколько оставите в каждом бутике?

– Если в ювелирном, то ни на одну приличную вещь не хватит, – фыркнула Лена, которую я опознала среди десяти Барби по голубым босоножкам.

– Ну, конечно, – протянула Алиса, – наша королева без башни привыкла тратить миллионы на брюлики!

– Ты как меня обозвала? – сдвинула брови Лена. – Повтори, коза!

– А ты жаба, – ринулась в бой Алиса, – королева без башни! Получила? Нравится? И что ты со мной сделаешь? Башню у нашей Леночки – королевы неземной красоты – снесло! Десять тысяч ей не деньги! Ну точно, без башни!

– Тишина! – заорала Рита. – Вы, обе, прекратите! Забыли, что в контракте есть пункт, обязывающий вас относиться друг к другу вежливо с уважением!

– Я пришла однажды в зоомагазин, – зачастила стоящая с самого края девушка, – спросила: «Сколько стоит вон тот прикольный котеночек?» Продавщица и говорит: «Двадцать тысяч». Я растерялась и сказала: «У меня есть лишь десять тысяч, но котика очень хочется». А она в ответ: «Нам запрещено торговать половинками животных. Идите к управляющему, если он разрешит, я разрежу перса».

– И ты пошла? – заинтересовалась Лена.

Девушка приуныла.

– Неа! Подумала, ну зачем мне полкота? Хочется целенького, чтобы и голова, и хвостик! Неприкольно, когда он по частям!

Я впала в транс. Это шутка? Или девица всерьез размышляла над вопросом приобретения половины кошки?

Зяма хлопнул в ладоши.

– Встали попарно.

– Участниц не десять, а девять, – не выдержала я, – одной не хватает.

– Кого? – разозлился режиссер.

– Катьки! – мстительно выпалила Лена. – Она не пришла!

Зиновий побагровел.

– Лампа, немедленно найди сикозявку и приволоки ее сюда.

– Ага, – не упустила момента высказаться Алиса, – обещали опоздавших от шоу отстранить! Зачем за Катькой посылать?

– Затем, что без нее выход ломается, – спокойно пояснил Зиновий.

Продолжения беседы я не слышала, потому что покинула зал.

В крохотной спальне Кати не оказалось. Я на всякий случай заглянула под кровать и в шкаф, потом поспешила в душ, обыскала столовую, сбегала в туалет, посетила кухню и в завершение засунула нос во все жилые комнаты. Катерина как сквозь землю провалилась. Возвращаться в зал с заявлением «Катя исчезла», – не хотелось.

Да и не могла девица никуда подеваться, она хочет получить гран-при.

Я вздохнула и прошлась по дому второй раз, теперь уже открывала и буфеты, и комоды, и даже полистала глянцевые издания в столовой. Хотя, согласитесь, это откровенный идиотизм. Катя стройная девушка с параметрами 80–61 – 80, но она не блинчик, ей между страницами не уместиться.

В тот момент, когда я, встав на колени, заглядывала в холодный камин, который Груздев никогда не разжигает – жалеет дров, – за моей спиной раздался резкий голос Маргариты:

– Полагаешь, Катерина замыслила свершить акт самосожжения? Решила воплотить в жизнь девиз «Светя другим, сгораю сам»?

Я почувствовала себя уязвленной.

– Нет, просто нагнулась к очагу.

– И где Катя? – поинтересовалась помощница Зямы.

– Понятия не имею, – призналась я, – ее нигде нет.

– Это невозможно! – отрубила Маргарита. – Ты плохо искала.

– Научи, как лучше, – попросила я.

– Пошли вместе, – приказала она.

Мы обошли весь дом, вернулись в столовую, и Рита промямлила:

– Точно нет. Что делать?

– Надо сказать Зяме об уменьшении числа претенденток, – пожала я плечами, – Катя пропала.

– Невероятно, – крикнула Рита, – куда она делась?

– Ушла, – без особой уверенности предположила я.

– А смысл? – нахмурилась Маргарита. – У нее все шикарно складывалось, попала в десятку, могла рассчитывать на призовое место. На хрена ей уходить?

Я решила успокоить Маргариту.

– Если Зяме необходима на сцене великолепная десятка, пусть возьмет в команду девушку, которая сейчас на одиннадцатой позиции. Думаю, Капа не станет перечить. Ей все равно, кто победит, главное – сам конкурс.

– Поздно! – взвизгнула Рита. – Шоу стартует через пару часов! Давай еще раз обежим здание.

Чуда не произошло, Катерина не обнаружилась. Мы предстали перед очами Зямы, который, увидев наши лица, все понял и заорал:

– Девки, перерыв! Полчаса! Потом снова репетиция вход-выход, – а затем накинулся на нас с явным желанием порвать на конфетти. – Неслыханно, – бесновался Зяма, – мое представление! Воды! Скорей! Много воды сюда! Море!

Желая услужить разгневавшемуся до красных чертей режиссеру, я опрометью бросилась выполнять его приказ, сносилась в душ, наполнила эмалированный таз доверху и, не расплескав по дороге ни капли, притащила десять литров воды в зал.

Зяма, сотрясавший в воздухе кулаками, замер, потом спросил почти человеческим голосом:

– Это что? Зачем?

– Ты просил воду, – ответила я, – хотел как можно больше. А в душе есть тазик.

Зиновий обхватил голову руками и простонал:

– Вокруг одни идиоты! Я просил попить! Глоточек! Маленький!

Рита, забыв о том, что режиссера не следует бесить, заржала во весь голос, а Зяма трагическим тоном произнес:

– Ненавижу баб! Шоу разваливается. Куда подевалась эта тупая мочалка?

– Зяма, Зяма, – завизжала Алиса, влетая в зал, – вот, нашла у себя под подушкой.

Постановщик выхватил у претендентки на Гран-при клочок бумаги и начал читать вслух нацарапанный на нем текст.

– «Нужно мне ваше шоу в грабу!» Рита, она так и начеркала – «в грабу»! Проверочное слово, похоже, «граб»!

Маргарита подскочила к Зяме, я подошла с другой стороны и получила возможность лицезреть послание.

«Нужно мне ваше шоу в грабу. Я все ровно самая кросивая и умноя. Уезжаю с Шатой Руставели. Он миня пазвал в Лондон, а Ленку бросил. Всем превед. Катя».

– Обалдеть, – протянула Рита, – каким макаром этот Шота с ней договорился? Участницы повсюду строем ходят! Вместе из автобуса вышли, группой сели!

– Свинья грязь найдет, – буркнул Зяма, потом зашипел. – Офигеть! Мы потеряем двух девок.

– Почему двух? – не поняла я.

Зяма воззрился на меня.

– Идиотка, да? Сучонка свинтила с женихом Лены. Едва последняя услышит эту новость, она впадет в истерику. Надо молчать. Ни гугу до того, как завершится представление. Господи, дай мне сил! Если мероприятие благополучно закончится, я больше никогда не соглашусь работать на конкурсе красоты. Лучше уж постановка шоу с обезьянами, кошками, блин, черепашками, но не с девками! Нет, нет и нет!

– Потом поистеришь, – остановила его Рита. – Что делать будем?

Зяма примолк. Маргарита повернулась к Алисе.

– Что хочешь за молчание?

– Первое место, – не растерялась та.

Рита вытащила телефон и набрала номер.

– Капа? У нас форс-мажор.

Продолжая разговаривать с матерью Макса, Рита быстро отошла в противоположный конец зала, потом вернулась и кивнула:

– Хорошо. Получишь все, что просишь!

– Вау! – завизжала Алиса, прыгая почти до потолка. – О! Иес!

Рита схватила обалдевшую от счастья девушку за плечи.

– Заткнись! Первое место тебе присудят только в случае соблюдения нашего уговора. Ни полслова, ни намека, ни взгляда на Лену! Она не должна ни о чем догадаться. Сегодня полуфинал.

– Но потом-то, вечером, я смогу ей сказать? – с придыханием поинтересовалась Алиса.

– Нет, – гаркнула Рита, – ты прикусишь свой змеиный язык. У нас на завтра назначена фотосессия, еще предстоит финал, заключительная пресс-конференция, бал всех, кто принимал участие в шоу. Набьется много журналистов, спонсоров, светских тусовщиков. Хочешь получить корону королевы красоты?

 

Алиска прижала кулачки к груди и быстро закивала.

– Тогда ни шур-шур, – отрубила Рита, – отдай послание.

Алиса протянула записку, Маргарита ее схватила.

– Отлично, договорились. А сейчас иди и скажи всем, что Катя сломала ногти, ей делают наращивание. Процедура долгая, поэтому больше репетиций не будет, отдохнем и поедем в концертный зал. О'кей?

Алиса кивнула и удрала. Зяма посмотрел на Риту.

– Я чего-то не понял?

– Тотто-лотто, – коротко ответила помощница, – забыл!

– Блин! – простонал режиссер. – Ё-моё! За что! Ритуля? Как быть?

– Надо срочно найти любую девку, – ответила Рита. – Я ее мигом в Катьку превращу. Плевое дело! Парик, грим – и кушайте пончик!

– Где? Где? Где? – словно актер в древнегреческой трагедии, завел Зяма. – Где?

– Дай подумать, я соображу, – выпалила Рита.

– Нет, все пропало, – трясся Зяма, – такие бабки! Нас на куски порвут и по полю разбросают! Господи!

– Не отчаивайся, – оптимистично воскликнула помощница, – вылезали и не из такого. Звякну нашей Варьке в агентство, она пригонит новую блондинку.

– Которая не знает сценария, – простонал Зиновий, – не видела сцену, ни разу не посетила прогон. Она завалит все дело.

– Обучим, – не сдалась Маргарита.

– За час? – чуть не зарыдал Зяма. – Будь проклят тот день, когда я согласился на это идиотское шоу! А все ты! Уговорила! Зудила: деньги! деньги! деньги! Кашу заварила, а расхлебывать мне! Мне!

Я опустила глаза. Большинство мужчин не способно честно и откровенно заявить:

– Я идиот, вляпался в некрасивую историю.

Увы, сильный пол старается переложить свою вину на женские плечи. Зяма не исключение.

Рита погладила начальника по плечу.

– Все будет хорошо!

Зиновий шарахнулся к окну.

– Да пошла ты!

– Может, я могу помочь? – тихо спросила я, наблюдая, как постановщик меряет шагами зал.

– Необходимо в течение получаса найти десятую участницу, – протянула Маргарита.

– Проще переделать выход на девятерых, – посоветовала я. – Если начнут спрашивать про Катю, можно честно сказать, что она не выдержала нервного напряжения и сбежала.

Рита скривилась.

– Наивняк. А тотто-лотто?

– Что? – не поняла я.

Маргарита опустила голос до еле слышного шепота.

– Тотализатор. На наших девок делают ставки. Кто проиграет, кто выиграет, номер места. Если Катюши нет, нас сразу заподозрят в нечистоплотной игре и надают по шеям.

Я замерла:

– Девочки вроде лошадей на ипподроме?

Маргарита закатила глаза.

– Да они намного хуже кобыл. Скакун благородное животное, разве ему втемяшится в башку удрать с чужой конягой за десять минут до старта?

– Думаю, нет, – осторожно ответила я.

– А теперь вспомни Катьку. Сволочь, – зашипела Рита, – сбежала с чужим любовником.

– Нехорошо, – согласилась я.

– Жуть, – мрачно подтвердила Рита, – че делать? Зяма в истерике, но он в принципе прав. Нам нужна Катька! Эй! Стой!

Я замерла.

– Ну-ка, пройди вперед, – приказала Маргарита.

Мне пришлось подчиниться.

– Зяма! – завопила Маргарита. – Сколько раз тебе повторяла! Не падай духом! Все непременно устроится. Лампа поработает за Катю!

– Никогда, – испугалась я.

– Когда, когда, – зачастила Рита, она бросилась к режиссеру, схватила того за руки, подтащила к стулу, усадила и закурлыкала:

– Все отлично станцовывается. Лампа знает сценарий. Посещала все репетиции. У нее шикарная фигура.

– Мне не двадцать лет, – пискнула я, – и, если честно, не тридцать, причем уже давно.

– Комбез! – выпалил Зяма. – Эффект второй кожи, он подтянет обвисшую!

– Точняк! – обрадовалась Рита. – Сверху татуаж! Круто!

– Парик, – потер руки Зиновий, – походка, губы, румяна. Штукатурки побольше. Вау! Она будет принцесса Востока. А ну покажи живот!

Я не успела среагировать, как Рита с Зямой налетели на меня, словно коршуны на бельчонка, и вытряхнули из одежды.

– Не надо комбеза, у старушки нет целлюлита, – обрадовался режиссер.

– Он на костях не заводится, – пояснила Рита, – жаль, грудь у нее… мда!

– Топик с бахромой! – взвыл Зяма, – эй, тем…

Маргарита зажала режиссеру рот.

– Ваще, да? Хочешь, чтобы звон пошел? Никому нельзя говорить ни слова! Сами справимся. Лампа! Сидеть!

Словно дрессированная цирковая собачка, я свалилась на стул и засунула голые ноги под сиденье, а режиссер и Рита стали метаться туда-сюда, размахивая разноцветными тряпками и париками и жонглируя коробками с гримом.

Глава 4

В концертный зал меня привезли отдельно от остальных участниц. Я катила к месту действия в «Мерседесе» Риты, которая, нажимая на педали, твердила, словно мантру:

– Ничего не бойся. Главное, кураж. Не смотри в зал, не реагируй на девок, делай то, что должна, и получится шоколадно. Помни о деньгах, которые мы тебе с Зямой отстегнем за помощь. Спокуха!

– Спокуха, – повторяла я, уже стоя за кулисами и глядя, как участницы выпархивают под барабанную дробь на сцену.

– А сейчас, – завопил ведущий, какой-то молодой киноактер из популярных сериалов, – появится участница под номером десять, Катерина.

Зяма шлепнул меня между лопаток.

– Спишь, детка, пошевеливайся.

Звукорежиссер прикрепил мне сзади на пояс шаровар черную коробочку с проводочками, просунул под топик крохотный микрофон и крикнул:

– Петля готова.

– Пошла, – приказала Рита, – не подкачай!

– Не дыши ртом, чадра некрасиво прилипает, – дал последний совет Зяма.

– Коробочка, – шепнула я, – та, что со звуком…

– Катерина, Катерина, Катерина, – скандировала публика.

– Она тяжелая, шаровары могут упасть, – пожаловалась я.

Но Рита проигнорировала мое замечание, она пнула меня пониже пояса, и я выбежала на сцену.

Главной задачей было не шлепнуться, невероятной высоты каблучищи могли подвернуться в любую минуту. Но мне удалось безо всяких приключений добраться до нужного места и встать между двумя девушками, Оксаной и Алисой.

– Сука, – моментально прошипела первая, – думаешь, раз спишь с Зямой, получишь первое место? Считаешь, нацепила крутой костюмчик, последняя в линию встала и жюри твое? Ха! Дура! Кому ты, уродина, нужна!

Продолжая извергать гадости, Оксана ухитрялась очаровательно улыбаться, глядя в зал, потом она незаметно завела свою руку за мою спину и изо всей силы ущипнула меня за филейную часть. Я постаралась придвинуться как можно ближе к Алисе, а та неожиданно прошептала:

– Наш план в силе? Мутим игру?

Я поняла, что Алиса и Катерина строили какие-то козни и, не желая попасть в идиотское положение, еле слышно, но вполне конкретно ответила:

– Нет. Отмена.

Алиса вздохнула и спросила:

– Почему отказываемся?

В мою задачу не входило болтать с участницами шоу, поэтому я прошипела:

– Форс-мажор! Потом полялякаем! Не на сцене же!

Слава богу, через пару секунд зазвучали фанфары и началась собственно конкурсная программа. Помятуя наставления режиссера и помощницы, я изо всех сил старалась выложиться на сцене, брала пример с девушек, безостановочно твердя про себя: «Лампуша, втяни живот, сведи вместе лопатки, подними подбородок, опусти плечи. И раз, и два, и три, и четыре».

Спустя час я успокоилась. Участницы шоу не поняли, что вместо Кати среди них отплясывает Лампа – мое лицо скрывалось под чадрой.

К тому же большинство девушек оказались вялыми, они двигались с трудом, кое-кто зевал. То ли девицы устали, то ли сильно перенервничали, но больше двух третей конкурсанток походили на сонных мух. Казалось, им наплевать, победят они или нет. Меньше всего красоток заботила «Катя». Жюри тоже не испытывало к «Катерине» никаких особых чувств, мне ставили средние оценки.

До начала шоу Зяма и Рита, обряжая меня в шаровары, в один голос твердили:

– Твоя задача не оказаться десятой. Лучше всего занять шестое-седьмое место. В финал выйдет пять человек, из них выберут потом трех победительниц. Никто не возмутится, если Катя не получит корону. Главное, чтобы зритель усёк – Катерина срезалась на каком-то испытании.

Я понимала, что выигрыш мне ни к чему, но и в лузерах одна из прежних фавориток шоу очутиться не может.

Перед последним, музыкальным, испытанием Рита подошла поправить мне костюм и шепнула:

– Хорошо бы сейчас тебе выиграть, а то пока ты на девятой позиции. Пойдут слухи, что дело нечисто. Позавчера первая, а нынче плетешься в хвосте. Сможешь сыграть на рояле? Хоть собачий вальс! Произведешь благоприятное впечатление на уродов в жюри.

Я протяжно вздохнула. А судьи кто? Ладно, не стоит продолжать цитировать бессмертную комедию «Горе от ума». Но люди, которые раздают оценки девушкам, действительно выглядят несколько странновато. Во главе длинного стола восседает престарелая актриса, которая из-за огромного количества пластических операций потеряла способность улыбаться. Губы ее напоминают сардельки, на лице пенсионерки двигаются только глаза, и я не понимаю, каким образом некогда популярная дива спит. Когда она моргает, ее рот приоткрывается. Неужели бабушка российского кинематографа дремлет, разинув пасть? По правую руку жертвы хирургов сидит мужчина, которого ведущий именует секс-символом нашего кино. Может быть, этот актер, хотя, если честно, я никак не могу вспомнить, где он снимался, и был когда-то молод и хорош собой, но сейчас смахивает на откормленного к зиме кабана. Интересно посмотреть на девушку, которую не стошнит при виде двухсоткилограммового мачо. Вот третий член судейской коллегии весьма симпатичен. Это восходящая звезда шоу-бизнеса, смазливый юноша в слишком узких джинсах и майке-алкоголичке, которую он нацепил, несмотря на глубокую осень. То ли повелитель фанеры нюхает некий волшебный порошок, то ли у него беда со щитовидной железой. Иначе чем объяснить, что парню жарко, когда все остальные клацают зубами в ненатопленном зале?

На конкурсе пятибалльная система, и старая актриса ставит всем единицу. Думаю, бабушку откровенно раздражают симпатичные девочки, у которых впереди долгая жизнь и карьера.

Слонопотам, наоборот, постоянно поднимает табличку с цифрой «5», он безобразен снаружи, но добр в душе, и даже стал мне нравиться. А вот певец пытается быть объективным. Он слишком серьезно воспринимает свою роль и наивно полагает, что от его оценок зависим исход шоу. Но самое ужасное не это. Всякий раз, перед тем как высказать свое мнение, голосистый соловей непременно исполняет отрывок из какого-нибудь хита, так сказать, а капелла.

Публика воет от восторга, птичка раскланивается, а я, закончившая московскую консерваторию по классу арфы, испытываю приступ зубной боли. Увы, певуну не удается правильно взять ни одной ноты. Ну почему он не прихватил с собой фонограмму? Зачем вообще издавать живой звук? Живой-то он живой, но здорово покалеченный.

Рита толкнула меня в бок.

– Эй! Очнись! Мы выкатим на сцену рояль, принесем гитару, скрипку, виолончель, флейту, губную гармошку. Можешь хоть на чем-то слабать? Ау! Нам нужно шестое-седьмое место, тогда не будет никаких претензий. Девятое не прокатит.

– Тащите арфу, – шепнула я в ответ.

Маргарита поперхнулась.

– Что?

– Арфу, – повторила я и поторопилась на сцену.

Не знаю, каким образом Маргарите удалось выполнить мою просьбу, но спустя рекордно короткое время на сцену вывезли затребованный инструмент. В зале повисла тишина, даже ведущий слегка сбился, произнося подготовленный текст:

– Ну, девушки-красавицы, кто может сейчас продемонстрировать таланты? Простите, музыкальный талант.

И тут настал мой час. Рука сама собой поднялась, из горла вылетело:

– Я! Я! Я! Только, пожалуйста, принесите еще и стул, на арфе играют сидя.

Миновав шеренгу мрачно насупившихся конкурсанток, я привычно положила кисти рук на струны, оттопырила мизинцы и закрыла глаза. Сколько лет прошло, а пальцы все помнят. Конечно, качество сегодняшней моей игры нельзя назвать великолепным, и, если честно, госпожа Романова всегда была фиговым исполнителем. В консерваторию я отправилась по приказу мамы, оперной певицы, и отсидела в здании на Никитской улице положенные годы, не испытывая ни малейшей радости, но тем не менее прекрасные педагоги сумели вбить в меня ремесло.

Когда последние звуки музыки угасли, зал начал бешено аплодировать, даже престарелая актриса заставила себя пару раз хлопнуть в ладоши. Я кланялась, словно китайский болванчик, радуясь, что оркестр, который сопровождает шоу, спрятали на балконе и я не вижу лица дирижера Сергея Жилина. Вот он-то точно понял, сколько раз исполнительница облажалась! Почему же зритель в восторге? Ну, сейчас в зале не та публика, что посещает симфонические концерты и подкована по части классики, а те, кто пришел полюбоваться на красивых девушек. Вероятно, основная масса народа сегодня впервые увидела арфу. Конкурсантки тоже оказались под впечатлением. Когда мы шеренгой убегали за кулисы, девушки молчали, только Лена не удержалась и шепнула:

 

– Сука! Все равно первое место мое! Можешь хоть задницей в саксофон дуть, победю я!

Я покосилась на красную от злости Леночку. Может, Алиска не зря называет ее «королева без башни»? Похоже, девушка не умеет сдерживать эмоции.

– Что ты молчишь? – сжала кулаки Лена.

Я отвернулась и посмотрела на Маргариту.

– Отлично! – одобрила меня Рита. – Слава богу! Всё. Сейчас объявят результат, полагаю, ты у нас будешь на шестом месте. Пройдем круг почета, помашем партеру лапкой и домой.

Но Маргарита ошиблась. Вероятно, влияние Зямы на членов жюри было не столь велико, как рассчитывал режиссер, или актриса с певцом и ожиревшим секс-символом решили твердо продемонстрировать, от кого зависит судьба конкурсанток, но после длительного совещания, мэтры огласили вердикт. Первое место было единогласно отдано девушке Кате, то есть мне, Лампе Романовой.

Едва мы вернулись на базу, как Зяма с Ритой утащили меня в комнату режиссера и начали орать:

– Какого дьявола ты изображала из себя Паганини! – гневался режиссер.

– Он играл на скрипке, – уточнила я, чем вызвала на свою голову еще большой гнев.

– Да хоть, ё-моё, на дудуке [4], – вышел из себя Зиновий, – нам не требовалось призовое место. Мы хотели красиво исключить Катерину из участниц и навсегда забыть. А ты, блин! Славы захотела? Контракта? В зеркало глянь! Давно поезд ушел, теплоход уплыл, остались развалины причала!

– Зяма, – предостерегающе кашлянула Рита, – Лампа нас выручила, и она невестка Капы.

Постановщик захлебнулся очередной порцией брани и отвернулся к окну. А я, сославшись на головную боль, быстро ушла.

Девушки расползлись по своим комнатам. Алиса, Лена, Сандра и Оля праздновали победу, остальные хлюпали носами и собирались домой. Я захотела принять душ. Схватила полотенце и поторопилась в подвал, но душевую уже успели занять. Из-за двери доносился мерный шум воды. Я решила подождать около входа в предбанник. Кабина одна, девушек много, если я убегу в спальню, а потом вернусь, вероятно, обнаружу целую очередь.

Я привалилась к стене и прикрыла глаза. Журчание стихло, кто-то вышел в раздевалку, зашуршал там, по всей видимости, человек одевался.

– Алло, магазин? – послышался из душевой знакомый капризный голос. – Доставьте букет! Прямо сейчас! Розы в виде сердца! Ну… одиннадцать штук. В центр воткните открытку, там напишите… нет, сами начирикайте. Значит так. «Леночка! Поздравляю. Люблю, обожаю. Твой Шота!» Шота! Да не шо так, а Шота! Это не вопрос! Имя такое! Диктую по буквам! Шашлык, Оля, Таня, Аня. Ясно? Как можно быстрее! Шота! Слушай, блин, тебя взяли на работу после победы в конкурсе дебилок? Шашлык, Оля, Таня, Аня. Это подпись. Ну наконец-то! Добралось, как до жирафа!

Я отлепилась от стены и побежала по коридору. Конкурсанткам велели сдать мобильные телефоны. Ничто, по мнению Зямы, не должно отвлекать девушек от репетиций. Сейчас сотовые заперты, но хитрая Лена имела два аппарата. С одним она смиренно рассталась, а второй припрятала. Но зачем заказывать доставку букета от имени своего любовника?

Я вернулась в спальню, набрала номер Макса и попросила:

– Будь добр, узнай, есть ли в сборной Англии по футболу грузин по фамилии Руставели?

– На ум приходит Девид Бэкхем, – хмыкнул Макс.

– Очень надо, – взмолилась я.

– Без проблем, – успокоил меня он, – уже сижу в поисковой системе и… о… Да, здесь сорок восемь Руставели, и все гоняют мяч под флагом Великобритании. Тебе которого?

– Его имя Шота, – быстро подсказала я.

– Представь, они все Шоты, – абсолютно серьезно ответил Макс, – хотя, наверное, данное имя не имеет множественного числа.

Тут только до меня дошло, что муж надсмехается надо мной, и я обиженно произнесла:

– Врешь, да?

– Конечно, – быстро согласился Макс, – брешу, как сивый мерин. Вот интересно, почему это животное упомянуто в пословице? Врать, словно сивый мерин. Разве что кони в Древней Руси умели болтать. И что такое «сивый»? [5] Цвет или качество характера?

– В английской команде нету Шота Руставели? – прервала я Макса.

– Ага, – опять не стал спорить Макс, – и его там даже близко не было. Хотя…

– Нашел? – удивилась я.

– Неа, я подумал, вдруг ты перепутала, назвав парня футболистом, – пояснил Макс.

– Мне сказали, что Руставели – член сборной Англии по этому виду спорта, – подтвердила я.

– В коллективе состоят не только парни, которые пинают мяч, – ответил Макс, – врачи, массажисты, психолог, тренеры, повара, – все они тоже включены в команду. Но Руставели среди них нет! А зачем он тебе?

– Одна девушка из числа конкурсанток не упускает возможности напомнить каждому, что она невеста Шота Руставели, очень богатого футболиста, – вздохнула я.

Макс засмеялся.

– Странно, что ты решила это проверить. Нимфа хочет вызвать зависть окружающих. Футболисты не только имеют многомиллионные контракты, они еще и кумиры, почище звезд кино и шоу-бизнеса. Среди фанатов кожаного мяча не только обычные люди, но и элита общества, включая президентов. Стать девушкой парня из сборной – мечта половины женского населения земного шара. Что у вас там происходит? Фира и Муся [6] соскучились. Мопсы сидят под дверью, вытирают лапами горючие слезы и стонут:

– Где наша мама? Верните, о, верните ее! «Ведь так не бывает на свете, чтоб были покинуты дети»! Надеюсь, верно процитировал мультик про мамонтенка? Охо-хо, я скормил им все шоколадное печенье.

– Собакам нельзя сладкое, – испугалась я.

– Ой, правда? А я мажу курабье сливочным маслом и посыпаю сахарным песочком, – ответил Макс, – Фире с Мусей нравится, они в восторге.

Я онемела от возмущения, а Макс продолжил:

– Не волнуйся, я их ограничиваю, даю всего полкило мармелада в день. Эй, отомри!

Я издала стон. Макс засмеялся.

– Они едят свой корм, успокойся, печенья дома нет.

– Босс, босс, – заорал кто-то в трубке, – шеф! Клиент приехал.

– Мне пора, – живо отреагировал Макс и отсоединился.

Я засунула телефон в карман и пошла в столовую. Значит, Шота Руставели? Ну-ну, подожду курьера с цветочками!

Встречались ли вам люди, для которых самое главное в жизни – произвести на окружающих впечатление беспредельно богатых и всемогущих? Они хорошо усвоили одно правило: люди верят тому, что слышат. В эпоху перестройки в Москве орудовал мошенник, который, особо не стесняясь, объявил себя генералом и втерся в доверие к членам так называемой светской тусовки. Не самые глупые, образованные и весьма оборотистые люди попали под обаяние этого мужика, давали ему деньги в долг, решали его проблемы. Правда, спустя энное количество времени веревочка перестала виться и «генерал» угодил в тюрьму. Но ведь очень длительный срок ему удавалось водить многих за нос. Если вы с многозначительным видом закатите глаза и «по секрету» сообщите ближайшей подружке, что у вас интимная связь с самим фараоном Тутанхамоном, слух птицей разлетится по округе и никто не воскликнет:

– Секундочку! Он умер в тысяча триста тридцать восьмом году до нашей эры.

Главное – врать с уверенным видом! Ну, Лена, погоди!

Во время ужина раздался звонок в дверь, и спустя пару минут Михаил Матвеевич внес в столовую букет. Флористы хорошо знали свое дело, они расправили лепестки, розы стали огромными, издали одиннадцать цветов смотрелись целой клумбой.

Когда девицы узрели шедевр, они замерли, а Лена поинтересовалась:

– Ну и кому эту жуть прислали?

Хозяин старательно прочитал текст на открытке, торчащей из центра букета.

– Леночка, поздравляю, люблю, обожаю. Твой Шашлык, Оля, Таня, Аня.

Алиса нервно захихикала, Сандра растерянно заморгала, Оля разинула рот. Лена вскочила, выхватила открытку и зачастила:

– Это Шота! Он шутник! Хе-хе! Шашлык, Оля, Таня, Аня! Понятно, да? Сложите первые буквы, выйдет Шота! Милый! Он не может вылететь из Англии, играет за сборную, но никогда не забывает меня подбодрить! Солнышко!

На нее устремились завистливые взгляды. Лена села на место, она явно чувствовала себя главнокомандующим на параде, благородным догом среди убогих дворняжек, тигрицей в окружении куриц.

4Дудука – армянский духовой музыкальный инструмент с 9-ю игровыми отверстиями. Известен с древности.
5Есть несколько версий происхождения этого оборота. Слово врать в прошлом имело значение «болтать», пустословить, нести вздор». Слово сивый (светло-серый, седой) означало старость. Сивый мерин в переносном смысле – привирающий о своих подвигах старик. Другая версия восходит к сивому мерину, старому коню, тот «врал», то есть неверно прокладывал, ошибался при прокладке борозды, и крестьяне избегали на нем пахать.
6История появления у Лампы двух мопсих Муси и Фиры рассказана в книге Дарьи Донцовой «Ночные забавы моей свекрови», издательство «Эксмо».
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru