Песнь Серебряной Плети

Бранвена Ллирска
Песнь Серебряной Плети

«Ты не можешь обогнать пламя. Не перегонишь смерть. Сдавайся».

Это не мои мысли, Айнэ! Засунь их себе куда поглубже!

Крылатая клекочущая тень спикировала на беглеца откуда-то из черной прорвы неба. Отточенные когти накрепко впились в загривок. Грифон. Подарок на двенадцатилетие. Или уже другой? Диковинка, однако, ётуны девять дней тогда прочесывали нагорья Нис-Фьэлль, подыскивая птенца для принцессы. Беспомощно болтающуюся косулю вздернули в воздух. Грифон поднялся над пылающим лесом и повернул на юго-восток, в сторону Кэр Анноэт, возвращаясь к своей хозяйке.

Трансформируйся, тупой кусок мяса! Трансформируйся во что-то такое, чего он не сможет унести!

Грифон не сможет? Он и слона унесет, если понадобится!

Нет времени. Я не успеваю…

Внизу проступили громоздкие очертания костяной темницы. По телу прошла первая судорога парализующей боли. Уши заложило от растущего рокота Песни…

Огонь пожирал землю и небо, и даже река, казалось, кипела в своем узком, утыканном шипами камней ложе…

А потом время остановилось. И вновь пришло когда-то однажды уже испытанное чувство абсолютного единения. Огонь, тощим псом гложущий кости леса – это я. Вязкий от дыма, как терновое варенье, воздух – это тоже я. Корчащаяся в агонии река, изнемогающая жаром земля, даже железные когти грифона и тонкие пальцы моей Немезиды, ласкающие кольца Глейп-ниэр – все это я. Единственное, что Киэнн по-прежнему не чувствовал частью себя – это саму Серебряную Плеть. Ее ледяной металл не принадлежал этому миру, был чем-то чуждым, губительным, страшным.

И все же он отчетливо видел, как Аинэке невольно убрала руку с цепочки. Да нет – он был этой рукой и знал, что делает.

Надолго такого всесилия тебе точно не хватит. Уноси-ка ты ноги, пока есть возможность!

Киэнн распахнул послушное пространство и шагнул в никуда, без цели, без места назначения, без обязательного для такой магии якоря. В безвестность. И, кажется, потерял сознание.

Очнулся он на той самой скале шелки, у Белит Аймарнирского залива. Ныне скала пустовала и никаких следов стоянки тюленей не было и в помине. Спина и шея привычно горели, хотя на этот раз не от кнута, а от когтей пернатого зверя. Умирающая луна, точно оброненный небесным друидом серебряный серп, вспарывала толстое брюхо океана. Блаженная тишина спала слева и справа, тихо посапывая легким морским бризом.

Ушел! Ну, красавец. Спасибо, Эрм, был бы ты жив – в ножки б тебе поклонился. Но разлеживаться нечего, время и без того далеко за полночь. Надо валить подальше. Только вначале…

Одна из явок засветилась с поимкой Нёлди. Нужно предупредить тех, кому было назначено там же. Благо, почти все они – водяные фейри, а значит можно обойтись без фетча. Киэнн встал на ноги. Скала шелки нависала прямо над морем, и колосс Ллир точил синие зубы волн о ее гладкий гранит. Ты только не сильно кусайся, старик, лады? Я знаю, что я мягче скалы, и лакомей, наверное, но все же…

Заткнись, Киэнн! Пощады не просить!

Прыжок вышел вовсе не таким грациозным, каким ему представлялось. И все же вода милостиво расступилась, приняв в себя гладкое, идеально обтекаемое тело выдры. Пожалуй, это – лучшая моя выдра, просто шедевр выдромагии! Киэнн отплыл так далеко, как только позволяли правила игры, и вновь вернулся в исходную полуэльфийскую форму. Призвал иллюзию старого доброго весельного каноэ и кое-как вскарабкался на борт. Вот теперь приступим.

Вытащив из-за пояса кинжал (тот самый, которым его закололи всего несколько часов назад), Киэнн несколько раз оцарапал ладонь. Пятьдесят три адресата, пятьдесят три вестника. Каждая капля крови обернется крохотным юрким рачком или неприметной креветкой и отнесет послание точно по адресу. Если ее не сожрет кто-нибудь по пути. Но это не имеет значения – тогда живой депешей станет сожравший. Зараза зачарованной крови неистребима. Конечно, это займет какое-то время, но оно у нас пока есть.

Ну вот, дело сделано. Хреново только, что как добраться до берегов озера Мичиган этим путем, через океан – я понятия не имею. Что ж, значит, привет, старушка-Исландия!

Глава 35. Игра в поддавки

Примерно через сутки, всеми правдами и неправдами добравшись до Рейкьявика (больше неправдами, конечно, но для фейри это состояние, близкое к нормальному), Киэнн сел на рейс до Чикаго. А еще через шесть часов благополучно прибыл в место назначения. Чикагская гавань довольно зубоскалила аккуратными рядами прогулочных яхт, заходящее солнце тонким слоем размазывало жидкое рафинированное масло последних лучей по ребристой сковородке Чикаго-сити. Судя по прогнозам, жарило уже почти по-летнему, небо было на удивление безоблачным, и даже посадку, по чикагским меркам, задерживали совсем незначительно. Ты со мной никак в поддавки играть вздумал, старик Сенмаг? Хотя, какое тебе до меня дело? Тебе и до своих-то дела нет. Ничуть не удивлюсь, если окажется, что идею богов, которым небезразличны людские деяния и судьбы, приволок сюда кто-то из фейри. Вот только они все – жулики и лгуны. Вас бесстыдно обманули, граждане: таких богов в вашем мире точно нет и никогда не было.

Покружив над городом около получаса, самолет наконец тяжело плюхнулся на брюхо, прополз еще мили полторы и безжизненно замер. Киэнн как можно незаметнее выскользнул из его китовой утробы и растворился среди тысяч теней в ветвистых коридорах сверкающего аэропорта О’Хара. В Уокигане он был уже ближе к полуночи. Мелко моросило, неон марал мостовые трупной синевой.

У Джилл горел свет.

Собственно, она ждала его еще со вчерашнего вечера и имела все основания беситься. Когда же ей к тому же сообщили, что поездку придется отложить на пару-тройку дней (а если по-честному, то почти на неделю) – явно вознамерилась угостить Киэнна чем-то потяжелее. А поскольку в опасной близости от руки будущей королевы Маг Мэлла оказался горшок с орхидеей – такой же чахлой, как ее хозяйка – Киэнн поспешил бегло пересказать события двух предыдущих дней и для пущей убедительности продемонстрировать шрам на горле и еще толком не закрывшиеся рваные раны от когтей на плечах. Похоже, Джилл все равно не слишком поверила, и была по-своему права. Но забрать ее сейчас он, при всем желании, не мог. Даже не потому, что смертельно устал и мог попросту заснуть на переправе между мирами – что чревато серьезной катастрофой. Даже если бы все прошло благополучно – ему было негде ее прятать. Создавать устойчивую фит фьяту для кого-то, кроме себя, он не умел, а мучить Джилл трансформацией казалось делом рискованным и неразумным. Ее и без того истерзанное болезнью тело могло этого банально не выдержать.

В конце концов Джиллиан смирилась с раскладом, но до поры до времени указала ему на дверь. Что было более, чем уместно: мозолить ей глаза в планы Киэнна и не входило. Зато Эленита встретила его не просто с распростертыми объятиями, а буквально с порога прыгнула на шею.

– Hola, hermosa… – даже несколько растерялся Киэнн. – Tienes un poco de mate de coca?1

– Para ti, corazon, – белозубо улыбнулась перуанка, – tengo todo lo que quieres!2

«Mierda! – невольно мелькнуло в голове у Киэнна. – Eres un cabrón, chico.3 Не смей разбивать девушке сердце!»

Однако идти на попятный и резко менять дислокацию было уже поздно. Конечно, от идеи выспаться как следует пришлось в очередной раз отказаться, но, по крайней мере, Киэнн имел превосходную возможность окончательно убедиться в том, что он не труп. Ну и контрабандный перуанский чай спасал положение, не позволяя окончательно вырубиться.

На исходе пятых суток, прихватив все еще взвинченную Джилл и наврав с три короба о счетах с наркобаронами Элените, Киэнн отправился в обратный путь. В сущности, многое из этого вранья было почти правдой: он и впрямь предчувствовал свою, уже, можно сказать, очередную смерть, и умирать ему по-прежнему нисколько не хотелось. Хотя, возможно, говорить об этом было ошибкой: Эленита как-то не очень походила на женщину, которая скорее предпочтет видеть избранника мертвым, нежели в объятьях другой. И все же фраза: «Если я не вернусь через две недели, значит я мертв» звучала довольно убедительно и даже романтично. В любом случае, отнеслась она к этому со стоическим пониманием, свойственным потомкам ацтеков и инков, на что он и рассчитывал.

На этот раз Киэнн не стал выделываться с иллюзиями и просто взял в аренду прогулочную яхту на причале. Расплатившись при этом, правда, фальшивкой, «золотом фейри», деньгами, которые, понятное дело, только выглядели как деньги. Так что совсем без иллюзий все же не обошлось. По идее, после перехода между мирами яхта лишь незначительно поменяет свой облик, но функции продолжит выполнять. Жаль, что с некоторыми другими вещами тот же трюк не проходит: электронику, огнестрел, почти все виды наркотиков и даже несчастные презервативы невидимая «таможня» Маг Мэлла не пропускает ни за какие коврижки, просто дезинтегрирует. С другой стороны, страшно подумать, в какую помойку мог бы превратиться Благословенный Край, если бы дело обстояло иначе.

 

В Межмирье Джилл наконец поутихла и перестала фыркать и ёрничать. По-хорошему, после подмены и восхождения на престол ей, наверное, стоило бы сделать то, чего так и не сделала Аинэке… Угу, обезглавить тебя. Черт! А воскресить потом можно? Или все, кранты? Смешно, какой в этом смысл? И как ты это себе представляешь? Носить голову под мышкой?

– Джи-илл…

Она промычала что-то невнятное.

– Ты меня убьешь?

– За что?

Киэнн поморщился:

– Ну-у… Ни за что. Просто так положено.

– Я подумаю.

Обнадеживает.

До назначенной встречи оставалось еще часа три, а в Маг Мэлл они доберутся, скорее всего, за два. Можно не спешить, благо завершить переход он может практически в любом водоеме, включая озеро Ллин Гвендиад. Высадиться под самым носом королевы! Дерзко? – Да. Рискованно? – Кто ж спорит! Но не рискованней любого другого расклада. Как ни крути, показаться перед замком все равно придется, рано или поздно. И вполне вероятно, что стремительная атака – наш единственный шанс на успех.

В принципе, в обычное время Бельскернир почти не охраняется – на самом деле мало кому придет в голову безумная идея убить короля. Что за этим последует – они знают. Но, по словам Хюмира, сейчас дела обстоят несколько иначе. Паранойя Аинэке прогрессирует час от часа, а сегодняшняя дата должна была крепко застрянуть в ее воспаленном мозгу, даже если она так и не поняла, кого, куда и зачем я позвал. В конце концов, послание никсу состояло из туманной фразы: «Если все еще хочешь, чего хотел – приходи к восточному берегу Лле Айле в ночь на Бельтанэ». Хотя вряд ли Аинэке оказалась настолько беспечна, чтобы счесть это приглашением на любовное свидание. Она почти наверняка вырвала у Нёлди признание в том, чего же именно он хотел и теперь весь замок стоит на ушах, ожидая нападения. Полное безумие – идти туда сейчас, но позволить себе взять отсрочку, затаиться и уйти на дно, скажем, еще на год, до следующего Бельтанэ я тоже не могу. Не продержусь столько. И мое горе-войско не продержится, даже если его не накроют этой ночью, расползется по швам. Про Джилл и говорить нечего. А самое главное: что будет, когда появится Эйтлинн? Нет, поздно, карта сыграна, и ставка в этой игре уже не только моя жизнь.

– Кен? – прервала его размышления Джиллиан, при этом загадочным образом попав им в унисон. – А разве ты затеял все это не только для того, чтобы спасти свою шкуру?

Киэнн хмыкнул и пожал плечами:

– Ну-у-у… По началу – да.

Инвертировано-монохромная равнина Межмирья – белое ночное небо с черной луной, угольно-черный снег по обоим берегам, черный пар над молочно-белой рекой – рухнула в одночасье, точно старая затертая проектором кинопленка внезапно оборвалась. Мгновение абсолютной, первозданной тьмы и режущее чувство падения. Всегда кажется, что падаешь, даже если это не так. Джилл шумно выдохнула, но не закричала. Завидное самообладание. Лодка, теперь больше походившая на сказочную ладью с веслами-плавниками и парусом-крылом, грациозно заскользила по темной глади Ллин Гвендиад прямо к подножию королевского замка. Темнота – плохой союзник в мире фейри, но лучше плохой союзник, чем вовсе никакого. Киэнн спешно сотворил фит фьяту, накрыв пеленой себя, лодку и свою спутницу. Получилось неожиданно много лучше, чем он ожидал. Точно что-то или кто-то сгущал слабенький туман его примитивной фит фьяты, добавляя ему слоев. Киэнн настороженно покосился на Джилл. Но нет, определенно не она. Или это у меня опять с перепугу так хорошо вышло?

Лодка ткнулась носом в берег, точно голодный щенок в брюхо матери.

– Живо, живо, живо! – едва ли не силком перетащил будущую королеву через борт Киэнн.

Стоило все же потрудиться над созданием иллюзии – ее было бы проще спрятать. Он плавно оттолкнул лодку от берега, одновременно оплетая её чарами трансформации. С неживыми объектами это проще. Когда Киэнн наконец оторвал руки от бывшей прогулочной парусно-моторной мини-яхты, из-под них выскользнуло массивное плывучее бревно с разбухшей и потемневшей от влаги корой. Что ж, прискорбная судьба, но не всем же превращаться в лебедей из гадких утят.

Узкая полоска отмели прилегала лишь к западной стене Бельскернира – с трех других сторон замок уходил прямо под воду добрых футов на тридцать. Вроде бы изначально никакой отмели не планировалось, но волшебные земли бывают исключительно непокорными и нередко все решают за своих обитателей. Предательскую полоску суши многократно пытались уничтожить – и ничего не добились. Днем она уходила под воду дюймов на двадцать, ночью поднималась, сверкая рассыпчатым серебром песка под луной. А в ночь на Бельтанэ на ней – как и по всему Маг Мэллу – начинал расти боярышник. И остановить его было тоже никоим образом невозможно: при любой попытке вырубить куст, он обращался в зеленую Гидру и отращивал две новых ветви вместо одной срезанной, причем мгновенно. Огонь его не брал, магия вреда причинить также не могла. После Бельтанэ здешние заросли исчезали бесследно, разве что вода озера еще сутки белела от кружева облетевших лепестков.

Потянув Джилл за руку, Киэнн юркнул в глубину боярышниковых зарослей. Собственно, на их странные свойства он, в основном, и рассчитывал. Кусты не только могли послужить неплохим укрытием от глаз, но и гарантировать некоторую магическую защиту – чары сквозь них пробивались с большим трудом. Но стоит над этим еще немного поработать.

– Ломай, Джилл.

Джиллиан подозрительно глянула на него:

– Зачем? Мы будем изображать Бирнамский лес, идущий на Макбета?

– Не спрашивай, ломай.

Киэнн, не дожидаясь, принялся подавать пример. Свежие побеги взвились со скоростью пламени, опутывая затаившихся в сердце зарослей людей все более плотной сетью. Джилл пару раз изумленно моргнула и тоже взялась за дело.

– Вот теперь я тебя точно убью, Кен, – прошипела она, в очередной раз оцарапавшись. – Тебе говорили, что они колючие?

– Я заметил. – Киэнн на ходу продемонстрировал ей кровоточащую ладонь, ни на мгновение на прекращая работы. – Давай, давай, потом нежничать будешь.

Ну что ж, теперь, пожалуй, достаточно. Время переходить к более серьезной части программы.

Больше всего (или, скорее, прежде всего) Киэнна сейчас беспокоило, как разместить две с половиной сотни разнокалиберных фейри в этом жалком и тесном убежище? Потом – как помешать им передраться друг с другом? И наконец: как перебросить их всех внутрь замка? Причем желательно всех скопом, или хотя бы очень крупными партиями – иначе это все просто не будет иметь смысла. Нельзя сказать, чтобы он вовсе не думал об этом раньше, времени для размышлений у него было предостаточно. Но путного решения задачки так и не нашел. Тебе не кажется, что в твоем плане слишком много пробелов, горе-полководец? И слишком много расчета на слепое везение… Но укради тебя спригган! Это же одна из немногих вещей, которые обычно даруются королям фейри! Если удача не сопутствует тебе – ты точно не король.

Пожалуй, лучше начать со второй проблемы. И уже заодно, по ходу событий, подумать над первой и третьей. Может быть, стоит сперва войти в открытый портал самому и побеседовать с каждой группой по душам. Если они вообще пришли… Если сдержали слово. И если они станут слушать после того, как ты объявишь им, чего именно хочешь.

– Джилл, ты только не нервничай, ладно? Я не слинял, мне надо будет ненадолго отлучиться. Сиди здесь и не высовывайся.

Джиллиан наградила его презрительным взглядом, но промолчала. Киэнну внезапно показалось, что все пойдет не так, все просто полетит в тартарары и они оба тоже. С трудом справившись с нежданной паникой и уняв постыдную дрожь в руках, он собрался с мыслями и, старательно пробиваясь сквозь магическое сопротивление кустарника (любопытно, что вблизи, в самой чаще своей оно было слабее, но все же присутствовало), попытался нащупать необходимый якорь для портала. Самое главное в этом деле – тщательно отсеять все чужие якоря, чтобы не оказаться совершенно не там, куда собирался. Некоторые хитрожопые индивидуумы, правда, так и делают: скачут, куда найдут. Пока такую «блошку» не придавят на очередном халявном скачке. Нет уж, увольте!

К счастью (или наоборот несчастью, смотря с чьей позиции оценивать), после использования большинство якорей автоматически разрушаются. Иначе в эфире был бы точно полный хаос и бедлам. А неиспользованные, насколько было известно Киэнну, могут продержаться от получаса до полутора суток, в зависимости от уровня мастерства своего создателя. Так что шанс напороться на посторонний якорь обычно не слишком велик. Но…

В общем, Киэнн понял, что промахнулся, только когда почувствовал, насколько сильная и интенсивная шла пульсация от предполагаемого якоря. Тот, на который он случайно вышел, располагался где-то совсем поблизости, буквально в нескольких шагах… Какого тролльего хрена? Кому и зачем могло понадобиться устанавливать якорь на нижнем ярусе Бельскернира? Конечно, попахивало ловушкой. И сильно попахивало. Но это могло решить его первую и третью проблемы разом. Удача? По его прикидкам якорь был установлен где-то в бывших замковых темницах, которые не использовались уже много сотен лет. С тех пор, как той же цели стала служить Кэр Анноэт. Кажется, у них была неплохая магическая защита от проникновения вовне, но открыть односторонний портал внутрь вполне возможно. Хотя и первая могла просесть за столько лет…

Дурацкая идея, не лезь туда! Если все так, как тебе говорили, ты просто не сможешь открыть портал изнутри. Точно так же, как нельзя открыть портал из Кэр Анноэт. Так припекло засадить себя самого в застенки?

Да ладно, я знаю, где там выход! Пролезу на кухню и попробую открыть портал оттуда.

А если его закрыли? Запросто могли закрыть.

Могли. Не ври себе. Себе хоть не ври! Могли, и даже почти наверняка так и сделали.

Но соблазн… Соблазн так велик!

В конце концов, есть хоть и мизерный, но шанс, что Аинэке об этом месте вообще не знает. Или хотя бы о лазейке, ведущей оттуда. Это тебя по юности носило по всяческим «дурным» местам, Айнэ всегда была примерным ребенком и излишним любопытством не страдала. Да, кто-то там определенно был, и был, надо думать, недавно, если якорь работает до сих пор. Враг или друг? Может быть, кто-то из замковых нам втихаря содействует? Ётуны?

Пес с ним, надо попробовать. Если это западня – ну, вдруг у меня снова получится задать деру?

Киэнн старательно уцепился за пульсирующую волну якоря и осторожно приоткрыл пространственную дверь. Да, это то самое место. Света внутри почти нет, если не считать отблесков самого портала, но очертания он помнил превосходно.

– Жди здесь, – еще раз повторил он Джиллиан и, собрав всю наличествующую решимость, нырнул в портал.

По ту сторону было темно, сыро и неуютно, как и положено такого рода месту. Навряд ли кто-либо хоть когда-то особо пекся о комфорте узников, а уж с тех пор, как темницы были заброшены, их состояние точно никого не интересовало. Но следов постороннего присутствия или чего-нибудь подобного Киэнн пока не замечал. И тут в поддавки играют? Зато отчетливо видел и осязал, что якорь не деактивировался после использования, а продолжал настойчиво пульсировать. Ничего ж себе! Кто бы это ни сделал, это должен быть просто первоклассный волшебник! Интересно, что он сделает, если застукает тебя на «безбилетном проезде»? Ну, якорь-то не пострадал. Может, просто вышвырнет пинком под зад.

Киэнн тщательно обошел помещение, ощупал каждую стену, несколько раз толкнул, по-видимому, замурованную (или зачарованную) с обратной стороны дверь. Вроде чисто. Либо кто-то слишком хорош, чтобы я мог его заметить. Камера, конечно, огромная, сюда даже пару десятков ётунов влезет. Вот вылезет ли… Он пошарил взглядом, отыскав знакомый расшатанный и чуть отодвинутый камень у потолка. К счастью, ему тогда хватило ума не спрыгивать вниз – обратно он бы уже точно не поднялся.

Ну что ж, если ничего лучше не придумаем, воспользуемся этим лазом. Для Хюмира он, понятное дело, узок, но в случае чего можно послать кого-либо (или пролезть самому) и заякорить портал на верхних этажах. Или пустить в ход умения самого ётуна. Конечно, все это при условии, что… Киэнн оглянулся на зыбкое окно, за которым плыли искаженные очертания боярышниковых зарослей. Портал был определенно двухсторонним, иначе он бы просто ничего не видел. Значит, защита тоже нарушена – сама по себе прохудилась или нарочно кто сломал.

Угу, а жирного, полностью бесплатного куска сыра на крюке ты, случаем, нигде не видишь? Тебя слишком старательно приглашают внутрь, слишком услужливо стелют перед тобой ковровую дорожку. Нужно быть полным кретином, чтобы…

Плевать! То, что я задумал – в любом случае самоубийство.

 

Он кивнул Джилл:

– Можно заходить.

Похоже, его смертную спутницу немного перекосило, если, конечно, это не всего лишь результат дисторсии изображения.

– Это безопасно? – нервно дрогнул вибрирующий и многократно множимый эхом голос Джиллиан.

Киэнну невыносимо хотелось соврать, что да. Это бы так упростило задачу! Но, став королевой, она точно вырежет тебе язык за такие фокусы.

– Ничто не безопасно, детка. Оставаться по ту сторону ничуть не лучше. Давай, просто представь, что это – пруд, только вертикальный. И ныряй.

– Дыхание задерживать? – выдавила сквозь зубы Джилл.

– Как тебе больше нравится.

Она явно вдохнула под завязку и прыгнула. Киэнн поймал ее на лету. Бедняжка почти ничего не весила.

– Умничка. А теперь мне придется сделать еще четыре таких ходки.

Или ни одной. Ну, момент истины?

Нужный якорь обнаружился достаточно быстро – где-то между Карн Гвилатиром и Карн Фуатан, как и было назначено. Киэнн спешно перехватил сигнал и вновь принялся вгрызаться в хрупкую материю пространства. Должно быть, это – один из немногих трюков, которые в мире людей просто не проходят. Каким мастером своего дела ты бы ни был. Их реальность более монолитна, Маг Мэлл же куда более пластичен и податлив. Еще немного – и новая пространственная дверь распахнулась. За ней красовались белоснежные полные груди Тирна Шид-Айр, Края Терновых Холмов, благоуханные и безмятежные.

1Привет, красавица… У тебя есть немного чая из коки?
2Для тебя, любовь моя, у меня есть все, что пожелаешь!
3Дерьмо! Ты подонок, парень.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26 
Рейтинг@Mail.ru