Строптивое наследство

Берта Свон
Строптивое наследство

Глава 1

Двое страстных любовников сплелись в единое целое на белоснежных простынях. Прелюдия давно закончилась, и теперь оба получали наслаждение от самого секса. Мужчина двигался резко и часто, женщина с удовольствием подмахивала бедрами в ритм его движений. Им было очень хорошо друг с другом, и оргазм с секунды на секунду грозил накрыть их с головой, словно снежная лавина.

– Ах-х-х-х… Эрик… – выдохнула женщина, кончая.

Кончивший за пару секунд до этого мужчина уже выравнивал дыхание. Он, в отличие от своих партнерш, быстро приходил в себя – особенности расы, никуда от этого не денешься.

– Тебя отнести в ванную, или сама дойдешь? – чуть иронично поинтересовался он.

В ответ – слабый взмах рукой:

– Мне пора… Порталом вернусь…

Тот, кого назвали Эриком, ухмыльнулся, наклонился, поиграл языком с соском партнерши, дождался тихого, умиротворенного стона и направился в ванную – мыться. У него впереди была уйма дел, а времени, увы, не прибавлялось.

Эрик любил и ценил жизнь, умел брать все, что она предлагала, и сейчас считал себя самым счастливым существом в мире. У него были и деньги, и положение, и ум, и красота, и сила… Да чего только у него ни было. Его принимали везде, включая императорский дворец. Его имя женщины произносили с придыханием, а мужчины – с завистью.

Он, любимец судьбы, собирался наслаждаться жизнью и дальше, лаская по ночам женщин, развлекаясь в свободное время на пирушках, балах и охоте.

В соседней комнате две хорошенькие служанки уже приготовили для него ванну. Выбрав одну из них, ту, что могла похвастаться пышными формами, Эрик отпустил вторую. Его силы хватало сразу на два половых акта подряд. Он, оборотень из императорского рода, собирался совместить приятное с полезным – секс и мытье.

Эрик забрался в чан, погрузился по шею в горячую воду, наслаждаясь умелыми действиями служанки. Она вымыла ему голову, затем, когда он поднялся, тщательно поработала мочалкой, убирая с тела все остатки пыли или грязи.

Когда мягкая мочалка приблизилась к гениталиям, Эрик покачал головой.

– Руками, – приказал он. – А затем губами.

Служанка ждала этих слов. Шаловливо улыбнувшись, она начала исполнять приказ хозяина, лаская его член и яйца.

Где-то наверху, на небе, переглянулись два бога, внимательно следивших за Эриком уже не первый день.

– Пора его проучить. Найди ему спутницу среди миров. Да такую, чтобы забыл об остальных женщинах, – приказал высокий мускулистый шатен с голубыми глазами.

– О, я постараюсь, – предвкушающе улыбнулся второй, смазливый полный блондин с зелеными глазами. – Есть у меня одна на примете. Он точно придет в восторг.

– Судя по твоему тону, его пора жалеть, – насмешливо заметил шатен.

– Пока нет, брат, но скоро. Совсем скоро…

– Мир хоть останется прежним?

– Надеюсь…

Нина Викторовна Орская, бухгалтер тридцати семи лет, «булочка в теле», как она любила с сарказмом отзываться о самой себе, торопливо шла по темной улице домой. Девятый час. Уже давно должны были гореть фонари. Но в их районе на уличное освещение никогда не хватало средств. И после работы приходилось добираться до дома буквально наощупь. Нина обычно носила с собой фонарик, но вчера батарейки в нем сели, а сегодня Нина забыла их купить.

За свою забывчивость она расплачивалась страхом свернуть себе шею на тротуарах спального квартала. Мало ли, что окажется под ногами: пластиковая бутылка, не донесенная до мусорки, или наглый кот, перебегающий дорогу.

«Чтоб им всем так в темноте жилось», – ворчала про себя Нина, поминая добрым ласковым словом власти города, старательно забывавшие о некоторых не особо богатых жителях.

Нина считала себя невезучей: нет ни красоты, ни напористого характера, ни наглости. Ничего нет. Поэтому и трудилась Нина пять дней в неделю «на дядю», получала копейки и старательно экономила на всем, что только можно. В том числе и на здоровье.

На улице уже было прохладно, поднимался ветер, температура грозила упасть ниже обычной. А Нина шла по тротуару в широком балахонистом платье и босоножках. А все потому, что зарплату должны были дать только на следующей неделе.

Чихнув, Нина сделала еще один шаг. Нога внезапно нащупала пустоту. «Неужели канализационный люк?», – испугалась Нина и, не успев вспомнить, что на тротуарах люков не бывает, полетела куда-то, все в той же темноте.

Кричать поему-то не получалось, звать на помощь – тоже. Рот словно пластырем заклеили.

– Она приходит в себя, – раздался внезапно над головой незнакомый взволнованный голос. – Милая, очнись! Открой глаза!

«Милой» Нину не называли очень давно. Отец с матерью развелись лет десять назад, у каждого была своя, новая семья, дочери перепадали сухие поздравления два-три раза в год. А потому Нина действительно открыла глаза, но больше от неожиданности, чем по чьей-то просьбе.

Перед собой она увидела круглое, как блин, лицо со вздернутым носом, пухлыми губами и смотревшими взволнованно синими глазами.

– Девочка моя, – всхлипнула обладательница лица, – ты пришла в себя! Наконец-то! Нельзя нас так пугать!

Говорившая женщина была Нине не знакома.

«Розыгрыш», – решила Нина. Её однозначно кто-то разыгрывал. Понять бы еще, кто и зачем.

– Нейна, – позвал еще один голос, и в поле зрения Нины появилось еще одно лицо, на этот раз мужское, с квадратным подбородком, серыми глазами и прямым носом, – твой жених приезжает через два дня. Смирись и не пытайся сбежать. Я поставил охрану вокруг дома. Пока отдыхай. Я пришлю служанку.

Оба незнакомца исчезли, хлопнула дверь.

«А может, и не розыгрыш, может, галлюцинации, – подумала Нина, не спеша подниматься, – лежу я сейчас в палате с желтыми стенами, колют мне успокоительные укольчики…».

Глава 2

Эрик неспешно вальсировал по залу с первой красавицей империи и завидной невестой, за которой давали богатейшее приданое. Она, высокая голубоглазая блондинка, уже около часа безуспешно пыталась окрутить Эрика: строила ему глазки, надувала губки, говорила с придыханием. Не работало ничего. Эрик получил свою порцию постельных игр сегодня. Теперь он мог контролировать организм, все его части. Блондинка его не интересовала. Она слишком откровенно навязывала Эрику свои прелести, а он предпочитал в девственницах скромность и стыдливость, пусть и напускные.

Да и не могло ничего сложиться между этими двумя. Нечему было складываться. Эрику скоро следовало пойти под венец с другой, некрасивой заносчивой дурой. Эрик не сомневался, что сможет внушить ей любовь к себе. Ему для этого нужно было лишь неделю пожить в ее разваливавшемся поместье. Ну как пожить. Оставаться на ночь там Эрик не собирался, он слишком любил роскошь и негу. А вот днем можно было и по дорожкам сада походить, и классиков процитировать, и похвалить цвет лица этой дуры. Женщин Эрик влюблял в себя быстро. Благо внешние данные позволяли.

– Ах, милорд, вы великолепно танцуете, – соблазнительно улыбнулась партнерша, вырвав Эрика из дум. Ее немаленькая грудь колыхнулась в вырезе платья в такт ее словам. – Сейчас хороший партнер – такая редкость.

– Благодарю, миледи, – Эрик сделал вид, что не заметил подтекста второй фразы. – Я рад, что вы оценили.

Вообще бал выдался на удивление скучным: ни шампанское выпить, ни служанок в закрытых комнатах потискать. С тех пор как император повторно женился, балы потеряли свой блеск. Залы украшали все так же: живыми и искусственными цветами, магическими бабочками, огоньками под потолком. Но внешний блеск не помогал забыть блеск внутренний. Теперь все было скучно и уныло.

Танец закончился, Эрик поклонился и поскорей удалился. Домой. Однозначно домой. Там его ждали и выпивка, и служанки. Там точно оставалось все по-прежнему. А ведь поездка к невесте состоится совсем скоро, всего через сутки. И за это время нужно набраться терпения и почувствовать умиротворение, чтобы, не дай боги, не сорваться перед свадьбой. Так что отдых, отдых и еще раз отдых.

Вызвав одну из служанок, Эрик позволил ей раздеть себя. Камзол, рубашка, штаны, сапоги – все осталось на полу. На Эрике сейчас были лишь панталоны. Но и их он стянул одним жестом. Служанка избавилась от одежды намного быстрее. И вот уже оба лежат на кровати Эрика, наслаждаясь друг другом. Эрик слыл умелым любовником. Всех своих женщин, даже случайных, он всегда доводил до оргазма. Вот и теперь его руки гладили тело служанки, ласкали грудь, живот, промежность. Ему нравилось наблюдать, как тихо сначала тихо постанывает, а затем начинает выгибаться служанка, приглашая Эрика войти в нее. Он без колебаний воспользовался этим приглашением. Возбужденный, он вошел в разгоряченную плоть, начал двигаться в ней снова и снова.

Некрасивая невеста была забыта. Сейчас под Эриком тяжело дышала, двигая бедрами, красавица служанка.

Долго лежать у Нины не получилось: ей стало скучно. Решив, что даже галлюцинации должны приносить пользу, она встала, огляделась: комната как комната, с кроватью, ковром на полу, зеркалом на противоположной стене, столом и стулом у окна. Ничего такого, что могло бы отличать эту комнату от любой другой, не обнаружилось. Мебель, правда, выглядела потертой. Пользовались ею явно не один год. А так… Все как обычно.

– И где это я очутилась? – проворчала Нина и сразу же замолчала: голос был не ее. Она говорила не сказать чтобы грубо, но уж точно не писклявым девчачьим голосом. – Блин. Что мне уже вкололи? Или это игра такая с полным погружением в реальность?

Нина слышала о подобных играх, но никогда не горела желанием попробовать в них поиграть. Чушь все это, глупости детские, твердила она, занимаясь серьезными делами. И вот теперь пожалуйста, пищит, как малолетка.

Три шага – и вот уже Нина у зеркала. Внешность с той стороны поверхности ее испугала и обрадовала одновременно. С одной стороны, страшно, когда на тебя смотрят чужие глаза, причем непонятного вишневого цвета. С другой, там, в зеркале, отображалась явно не привычная взгляду толстушка средних лет. Миленькая девушка лет восемнадцати-двадцати, не старше, смотрела прямо и уверенно. Миндалевидные глаза, густые черные ресницы, густые вьющиеся каштановые волосы, высокий лоб, чистая кожа, прямой нос и полные губы. Этакая фарфоровая куколка. Назвать красавицей девушку Нина не могла. Было в ее чертах что-то неправильное, что, трудно понять. Но и уродкой она не являлась.

 

«…твой жених приезжает через два дня. Смирись и не пытайся сбежать», – вспомнила Нина. Вспомнила и сразу поморщилась: вот уж не было печали. Только жениха ей и не хватало в ее собственных галлюцинациях.

Выходить замуж Нина не стремилась. Печальный опыт родителей, как и частые разводы на работе, дал Нине понять, что вечной любви не бывает. А ничего другого она принимать не хотела. Поэтому свадьбе нужно было противиться до тех пор, пока галлюцинации не закончатся и Нина не придет в себя в больничной палате.

Цель была поставлена, Нина удовлетворенно кивнула и вернулась к осмотру выданного ей тела.

Худощавая, высокая, без привычных для Нины пышных форм, девушка была одета в видавшее виды платье нежно-голубого цвета длиной до середины икры. Оборки и ленты на платье подсказывали, что стирали его не единожды, а значит, изначальный цвет мог быть любым.

– Что-то не особо богато здесь живут, – проворчала Нина в пространство. – Или же это мне досталось такое счастье?

Пространство молчало. Нина вздохнула и посмотрела на ноги: теплые вязаные чулки темно-коричневого цвета и серые туфли, такие же потрепанные, как и платье, на первый взгляд, из кожи.

– Игра: оденься так, чтобы казаться чучелом, – фыркнула Нина.

Входная дверь скрипнула. Нина повернулась в ту сторону. На пороге застыла служанка, плотная девушка в серой форме.

Глава 3

– Эрик норт дорн Аргонроторн, – его императорское величество нахмурился и недовольно покачал головой, – у тебя завтра встреча с невестой. А ты чем занимаешься?

– Прости, дядя, – не ощущая ни капли раскаяния, пожал плечами Эрик, – но Нейна дорт Парторонос не привлекает меня как женщина.

– Ты ее ни разу не видел вживую.

– Мне хватило ее портрета. То, что на меня смотрело, даже женщиной можно было назвать с натяжкой.

– Эрик!

Эрик покорно замолчал. Да, он перегнул палку. Нейна являлась дочерью умершего друга дяди. И тот постарался найти для девчонки лучшую партию. Но что же делать, если Эрика привлекала не Нейна, а ее замок и сад, о котором столько говорили в обществе. И то, и другое отдавалось за невестой в приданое. И Эрик польстился на него, а не на глупую вздорную девчонку, ответившую резкой отповедью на его единственное письмо.

Теперь, когда до свадьбы оставалось не так уж много времени, Эрик с усмешкой вспоминал ее ответ, мысленно потирая руки. Все вышло так, как хотел он, а не эта глупышка. Совсем скоро и замок, и сад признают Эрика своим единственным хозяином.

Эрик сидел в кресле в рабочем кабинете дяди, слушал ненужные нотации, а сам считал минуты до свадьбы.

– Хватит тискать служанок по углам, – раздраженно продолжил тем временем дядя.

Эрик покаянно вздохнул. Да, это была его ошибка: не удержался, хлопнул шедшую мимо служанку по аппетитной попке. Кто ж знал, что дядя все увидит.

– Когда ты отправляешься?

– После обеда, дядя.

– Не поздно?

– Ты же знаешь, что артонариус величайший цветет только под вечер.

– Эрик! Ты женишься не на саде, а на Нейне!

И очень жаль. Эрик предпочел бы забрать только дом и сад. Девчонка ему и даром не нужна была.

– Я помню, дядя.

– Правда? – язвительности в голосе императора было хоть отбавляй. – Иди к себе. Узнаю, что ты до отъезда переспал со служанкой, весь год будешь отлучен от двора.

Что?! Но это же дикость! Он, первый модник Империи, не сможет год появляться при дворе из-за какой-то там невесты?! Да он и после постельных игр со служанками будет способен удовлетворить эту уродину!

Но дядя смотрел сурово и непреклонно. И Эрик подчинился, встал из кресла, поклонился и вышел из кабинета. Ничего, он продержится сутки. Всего лишь. Ложиться в постель со служанками в замке невесты никто ему не запрещал. В самом деле, не с самой же Нейной спать до свадьбы!

Эрик вспомнил присланный ему портрет и повел плечами, сбрасывая раздражение. Глупая, неуклюжая курица! Хорошо хоть дядя не стал требовать клятву вечной верности. Эрик удостоверится, что «курица» забеременела, оставит ее в замке и вернется ко двору, вести ту жизнь, к которой привык.

Служанка стояла на пороге молча, и Нине пришлось заговорить первой.

– Ты что-то хотела? – уточнила она, стараясь говорить безразлично.

– Госпожа, меня послала к вам рисса Ольгера, – пробормотала робко девчонка.

– И? Что именно хотела рисса Ольгера?

– Вам следует спуститься к ужину. Он начнется через полчаса. Я… мне нужно вас переодеть…

«Да что ж она испуганная такая? Странные галлюцинации пошли», – проворчала про себя Нина, вслух же произнесла:

– Нужно – переодевай. И зайди наконец в комнату.

Служанка вздрогнула, повиновалась и, подойдя к одной из стен, потянула за неприметную ручку. Открывшаяся дверца показала нутро практически пустого шкафа.

– Какое платье, госпожа?

– А чем это не подходит? – удивилась Нина.

Девчонка испуганно вздрогнула, втянула голову в плечи:

– У меня приказ, госпожа.

Ладно, приказ так приказ. Нина не видела смысла спорить с собственными галлюцинациями.

Служанка умело раздела ее, и Нина с удивлением обнаружила, что на выданном ей теле имеются длинная до пят комбинация немаркого серого цвета и панталоны, тоже серые.

«Жизнь в серых тонах», – проворчала про себя Нина.

Служанка между тем выбрала в шкафу светло-коричневое платье с лентами и вшитым поясом и начала надевать его на Нину. Один раз не так потянув за ткань, она задела волосы Нины. Та от неожиданности и боли вскрикнула.

– Простите, госпожа, – испуганно пискнула служанка.

Нина не ответила: она пыталась понять и принять появившиеся ощущения. При галлюцинациях же не бывает боли! Или бывает? А если это не игра и не галлюцинация?!

– Госпожа… что с вами, госпожа?! – служанка не давала сосредоточиться на мысли.

Но, в принципе, это было и не нужно. По спине Нины покатил пот. Нет, чушь! Это не может быть правдой! Она всего лишь бредит! Там, на Земле! Стараясь доказать себе это, Нина посильней ущипнула себя за руку и тут же вскрикнула: больно! Да что за демоны!

Как и большинство женщин своего времени, Нина зачитывалась любовными романами, в том числе и в жанре фэнтези. И вот теперь… Похоже… Она что, попала в другой мир?! Она, скромный бухгалтер?! Да быть того не может!

– Госпожа…

– Да… – рассеянно отозвалась Нина. – Сейчас… Тебя как зовут?

– Вики, госпожа.

– И ты работаешь здесь…

– Два года, госпожа.

То есть не новенькая. И чем предыдущая хозяйка данного тела могла настолько запугать прислугу, если та шарахается от любого движения Нины?!

Вопросы… Одни вопросы… А еще и жених на подходе. Ну ух нет, пока Нина во всем не разберется, свадьбы не бывать. Жених против? Пусть женится на Вики. Или этой, как ее, риссе Ольгере. А у Нины, можно сказать, началась другая жизнь!

Глава 4

Эрик привык жить в одиночестве. Он начал вести самостоятельную жизнь в двадцать два года, когда его отец, Свен норт дорн Аргонроторн, младший брат императора, отправился послом к драконам. Мать, Линда норт дорн Аргонроторн, поехала вместе с ним. На Эрика оставили дворец в столице, две усадьбы в пригороде и довольно обширное хозяйство в провинции, приносившее основной доход. Этого дохода хватало на все: на жизнь в столице самого Эрика, на жизнь у драконов его родителей, на обучение в пансионе его младших братьев и сестер.

Привыкший с отрочества вместе с отцом разбираться во всем, что касалось хозяйства и денег, Эрик твердой рукой вел все дома и усадьбы вот уже двадцать лет. Сорок два года – для оборотня – самая молодость.

Эрик намеревался в скором времени переоформить наследство будущей супруги на свое имя. Так оно лучше будет. Он однозначно умнее ее и сможет преумножить все, что ему достанется.

Утром Эрик вдоволь понежился в постели, пожалев, что не может позвать для игр служанку, затем сам тщательно вымылся и приказал подать ему завтрак. Сначала – еда, потом – час на разбор корреспонденции. А после можно будет и отправляться к невесте. Слуги как раз соберут вещи Эрика.

Портал – самое быстрое средство перемещения в пространстве – был доступен не многим. Только самые богатые и родовитые жители этого мира пользовались порталами. Эрик был в их числе. Несколько секунд, и он окажется в нужном ему месте, собственными глазами сможет увидеть тот самый волшебный сад, о котором столько слышал.

Позавтракав жареным мясом и тушеными овощами, Эрик выпил морс и вызвал личного слугу – пора была одеваться.

Темно-синий камзол сидел на Эрике идеально. Сшитый на заказ специально для знакомства с невестой, он демонстрировал богатство и социальное положение жениха. О том же говорили позолоченные запонки на рукавах белоснежной рубашки. Черные штаны и сапоги на невысоком каблуке завершали образ. По идее, надо было надеть перчатки. Так того требовал этикет. Но вряд ли невеста знала это слово. По доносившимся до Эрика слухам она была девушкой невежественной. А потому Эрик пренебрег этикетом, удостоверился, что три его чемодана собраны, и открыл портал прямо из своей комнаты.

Личный слуга быстро перенес вещи своего господина, и Эрик остался один на площадке перед пришедшим в упадок замком.

Обитая железом дверь отворилась. На пороге появился дворецкий, тролль.

– Прошу, рисс герцог, – склонился он в поклоне, – госпожа ждет вас.

Его ждут? Отлично. Нужно поскорей покончить с формальностями и приступить к очаровыванию уродливой невесты.

С этими мыслями Эрик решительно переступил порог замка. Тролль, подхватив чемоданы, зашел следом. Входная дверь закрылась, будто отрезая Эрика от его прежней жизни.

Риссой Ольгерой оказалась та самая незнакомка с круглым, как блин, лицом. Она сидела за столом рядом с тем мужчиной, которого Нина видела, когда очнулась. Оба были одеты довольно скромно, можно сказать, даже бедно. У женщины – платье того же фасона, что и у Нины, довольно часто стираное, а потому выцветшее. У мужчины – потертый на локтях камзол с облупившейся краской на пуговицах. Штаны и рубашка, видимо, тоже были не новыми. В общем, здравствуй, нищета.

– Милая, – обратилась к Нине Ольгера, едва слуги положили в тарелки кашу-размазню странного синего цвета и удалились к стене, – веди себя достойно завтра, пожалуйста.

– Завтра? – уточнила Нина, не решаясь пробовать непонятную кашу. – А что будет завтра?

– Твой жених приедет, Нейна, – мрачно сообщил мужчина, чьего имени Нина не знала.

– Вы же говорили, что он появится через два дня?

– Он – племянник императора. У него могут поменяться планы.

Ага. То есть у жениха планы поменяться могут. Ведь он – целый племянник императора. А у нее, невесты, планов нет и быть не должно. Она ведь женщина бедная. Но вообще, конечно, интересно, что нужно этому самому племяннику в таком месте. Само место? Или то, что в нем находится? Нина глубоко сомневалась, что жениху нужна она, невеста. А раз так, то никто не мешал Нине послать жениха как можно дальше.

– Нейна, не молчи, – позвала Ольгера.

– Я не знаю, каких слов вы от меня ждете, – пожала плечами Нина, размышляя при этом, где бы найти хоть какие-нибудь документы, которые способны были пролить свет на местные тайны.

На Земле Нина получила два образования. Первое – юридическое. Второе – экономическое. Со вторым помог отец, заплатил за все годы обучения. Он же оставил Нине квартиру в старом спальном районе города. На этом его участие в жизни дочери ограничилось. Но в данную минуту Нина была рада и тому, что имела.

– Обещания, – поморщившись, заявил безымянный мужчина. – Пообещай, что встретишься с Эриком норт дорн Аргонроторном. И вы пообщаетесь. Нормально пообщаетесь. Без криков и скандалов с твоей стороны.

Тренированное ухо Нины выловило нужную информацию: с ее стороны, значит? Хорошо, с ее и не будет. А вот его она постарается вывести на крик. Может, даже и на скандал. Тот же отец, настоящий, оставшийся на Земле, всегда заявлял, что общаться с дочерью невозможно, слишком она упертая, как баран.

– Обещаю, – кивнула Нина. – Я точно кричать и скандалить не буду. – Живот не вовремя заурчал, и Нина уточнила. – Теперь все? Можно есть?

Да, пришлось есть ту бурду, что была наложена на тарелки. Нину успокаивала мысль, что «бурда» лежала не у нее одной, а значит, конкретно Нину травить никто не собирался.

 

Чуть сладковатая каша, два куска несвежего хлеба, компот – негусто. Так себе трапеза, особенно для Нины, собиравшейся как минимум полночи заниматься поиском документов.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru