Разлучница

Айрин Лакс
Разлучница

Глава 1. Вика

Я никогда не думала, что свяжу себя какими бы то ни было отношениями с женатым мужчиной. И с потаенной усмешкой выслушивала рассказы своих знакомых о том, как они ввязываются в подобную вязкую трясину и не могут выбраться из неё. Тонут с головой всё глубже и глубже, размазывают слёзы вместе с потекшей тушью по щекам… «А где были твои глаза и голова, когда ты начинала встречаться с женатиком?» – хотелось спросить мне. Знать бы только, что однажды настанет мой черёд, глядя в зеркало, спрашивать саму себя о том же.

В ту пору я едва окончила университет. Красный диплом, светлая голова, большие амбиции… И устроилась на работу в одну из крупных фирм. Явно не за те заслуги, что перечислила только что. Пухлые губки, точёная фигурка и красивая мордашка сыграли главенствующую роль. Должность звучала красиво «помощник руководителя», на деле же – обыкновенный сотрудник в риэлторской конторе. Александр Сергеевич, вскоре попросивший называть его просто Александр, был типичным воплощением всего того, что ценится женщинами с первого же взгляда.

Высокий, мускулистый, с обаятельной поволокой в светло-серых глазах и удивительно красивыми пальцами рук. Длинными и изящными, но, тем не менее, сильными. То, насколько сильно и жадно могут сминать грудь эти пальцы, я узнала очень скоро. Типичная история, коих тысячи. Лёгкий флирт на корпоративной вечеринке, плавно перетекший в жаркие поцелуи в полумраке автомобиля и страстный секс в гостиничном номере. И вот Виктория уже ввязалась по уши в то самое вязкое болото, едва ли отдавая себе отчёт в том, что и сама стала одной из любовниц, пребывающих в вечном режиме ожидания очередной подачки внимания, ласки и секса…

Притяжение между нами было ошеломляющим настолько, что иногда мне было сложно высидеть на рабочем месте без того, чтобы под любым предлогом не зайти к нему в кабинет и не прикоснуться к нему. Невзначай. Подавая бумаги или наливая кофе… Последствия всегда были фатальными. Крышесносными. Щёлкал замок кабинета. Александр срывался с тормозов и срывал с нас лишние слои одежды, сходил с ума сам и заставлял в ответ плавиться меня от безумной страсти. Так долго не могло продолжаться. Мне становилось мало просто жаркого траха в офисе или на моей съёмной квартире, в комнате отеля или в автомобиле. Я хотела получить этого мужчину целиком, в своё распоряжение.

И мне было плевать, какие отношения связывают его с женой. Детей нет? Ещё нет. Вот и отлично. А хрен в узде не удержишь, как ни старайся. И если Александру больше по вкусу сладкая горячая девочка, от которой рвёт крышу – значит, так тому и быть… Да, я нарочно присылала ему эротические фото или порой звонила на домашний телефон в его отсутствие, сладким голосочком спрашивая Сашу. И, якобы испугавшись, бросала трубку. На самом же деле не испугавшись, а разыгрывая спектакль. Рано или поздно должно было сработать. И сработало… Видно, жёнушка успела взять сотовый телефон с присланным смс и прочитать сообщение. Или вернее сказать, увидеть? Моментальный ответный вызов и куча эпитетов. Такие скучные и безликие, лишённые оригинальности. Сука, шалава, стерва… Верхом её оригинальности стало «разлучница».

Александр… Мне кажется, что он даже вздохнул с облегчением. И примчался утешать свою девочку, пострадавшую от оскорблений разъярённой фурии, давно ему надоевшей. Почему только сам не решался порвать с ней?.. А дальше все складывалось так, как нечасто выходит в подобных историях. Обычно за бортом лодки остаётся вечная любовница, а торжествующая жена, ткнув в неё веслом напоследок, уплывает в оранжевый закат на лодке с названием если не «любовь», то хотя бы «сохранённый брак».

У меня всё вышло с точностью наоборот. Нет, я не злорадствовала и не измывалась даже в глубине души над брошенной и обманутой бывшей женой. По правде говоря, я не строила иллюзий на этот счёт. Наверняка я была не первой в череде его измен, но последней. Той, на которой его жена, Мария Завойчинская вновь стала Марией Самойловой. Только и всего. Последняя капля – и чаша переполнилась. Больше всего меня волновало на тот момент другое – шторм вседозволенности, унесший меня и Александра. Больше никаких скрытых встреч или перепихонов утайкой. Мы жадно пили из друг друга. Он – мой, а я – его. И пусть весь мир катится в пропасть. За разводом Александра последовала наша скорая свадьба. Помпезная, на широкую ногу, кричащая на весь мир о том, как мы были счастливы обрести друг друга…

О, было много чудесных моментов. И совместные поездки в жаркие страны, и выбор семейного трёхэтажного гнёздышка, и какие-то безумные проекты, что мы собирались претворить в жизнь… Омрачало только одно: беременность отчего-то не наступала. Я была полностью здорова, Александр, кажется, тоже. Кажется, потому что просто провериться на наличие элементарных заболеваний он согласился, а вот передёрнуть пару раз в пластмассовый стаканчик для сбора материала отчего не захотел. В итоге мы со скрипом, но смогли договориться. Если детки не желают появляться при обоюдном усердии (а старались мы даже сверхурочно), значит, не настало ещё наше время.

И, наверное, хорошо, что за почти пять лет брака оно так и не настало. Потому что тогда уходить было бы сложнее…

Никогда. Никогда не стоит зарекаться. Потому что, понаблюдав со стороны, как некто иной наступает на явные грабли, можешь сам споткнуться о такие же. Только подставленные уже под тебя. Хлёсткий удар трескает по лбу. Из рассечённой кожи струится кровь, заливая мир в твоих глазах красным, и гудит-гудит в голове…

Вернулась из поездки на день раньше, не желая беспокоить бедного супруга, зашивающегося на работе на новой фирме? И имела удовольствие лицезреть, как он глубоко засаживает член в горло какой-то пигалице, стоящей на коленях прямо в коридоре вашего дома. Совсем ещё девчонка, может даже не окончившая и университета, зато с каким мастерством поглощает предложенное. Несколько секунд шока. И тишина. За спиной не закрыта дверь. И из веранды тянет холодом по ногам, затянутым в тонкие чулки. Александр поспешно отстраняет девчонку и торопливо прячет эрегированный член в трусы. Девчонка глядит на меня осоловело, может, не понимая происходящего или просто не зная, как реагировать. Так и стоит на коленях, не двигаясь. Только пухлые губы влажно блестят от слюны.

– Вика…

Александр успевает сказать только это. Я роняю бумажный пакет с нашим любимым вином и сыром на пол, поспешно разворачиваюсь и спешу обратно в салон легкового автомобиля, ещё не загнанного в гараж. Ноги в сапогах на высоком каблуке немного поскальзываются на снегу. Перед глазами витает белая мошкара. Не только снег, обильно украшающий окрестности накануне католического рождества. Назойливая белая мошкара, мушки… как от внезапного скачка давления и острой головной боли.

Глава 2. Влад

Вертится ледяная карусель из колючих снежных игл;

Мечется, попавший в сеть, свирепый белый тигр.

Сплошной завесой непроглядный слепой горизонт,

И вьюга крутит белоснежный космос колесом.

Каста «Ледяная карусель»

Наконец-то выпал снег. Синоптики, как всегда, солгали. Либо эти болваны попросту ошиблись, обещая, что конец декабря будет бесснежным, либо кто-то сверху постарался украсить весь мир белым накануне рождества. Сначала возникает приятное чувство в груди, как в детстве. Когда, рассматривая каждую снежинку, видишь в ней целый мир. Наслаждаешься хрупким совершенством, и потом дыханием стираешь его из реальности.

Чувствуешь себя разрушителем, пока некто в противовес тебе присыпает сверху мириады подобных же уникальных кристалликов воды. Крошечные неповторимые снежные миры. А чуть позднее в тебе включается взрослый. Машина едет легко и плавно. Хорошо, что успел «переобуться» и закинул на всякий случай лопату в багажник автомобиля. Улыбаешься собственной проницательности в купе с практичностью. Дворники автомобиля работают беспрестанно. И вот это уже не так радует. Снегопад усиливается с каждой минутой. Приходится сбросить скорость. В то время как хотелось бы гнать через белую пелену, наслаждаясь ровным шумом мотора и ощущением власти над ладным и мощным механизмом внедорожника.

Дорога далеко за городом уже явно не такая плавная и приятная. В особенности этот участок трассы, длиной всего в пару десятков километров. Узкая дорога разрезает лесок на две части. Одна полоса – туда, другая – обратно. Дорога прямая, как стрела, только парочку резких поворотов – и всё. Радиостанции гоняют как всегда какую-то невыносимую пошлятину.

Поневоле прислушиваешься и обалдеваешь от бессмысленности слов, гонимых радиоволной. Что там поёт певец: в медузе осьминог или наоборот? На мгновение выпадаешь из реальности и выключаешь этот навязчивый, несусветный бред, упорно толкающийся в уши. Ехать предстоит ещё довольно долго. Бак был залит полностью, но стрелка уже упорно откланяется от крайнего положения. Путь неблизкий, да… Смотреть на дорогу становится всё труднее и поневоле одолевает сонливость от мельтешения дворников и белого снега кругом. Кажется, где-то через пару километров должна быть АЗС, последняя на этом участке, вплоть до следующего городка.

Бензин Владу не нужен, но перекусить и выпить кофе не помешало бы. На подъезде к АЗС увидел легковой автомобиль Honda Accord Coupe. Красный, явно принадлежащий женщине, но брошенный прямо на дороге. Влад усмехнулся: очередная мадам не проверила запас горючего и не смогла дотянуть до АЗС всего ничего, метров пятьсот, не больше.

Здание АЗС было потрёпанным. В небольшом зале стояли стеллажи с малосъедобной дрянью и автомат кофе. За дешёвыми пластмассовыми столиками сидели несколько мужчин. Их автомобили стояли припаркованными. Один дальнобойщик, хозяин фуры, двое мужчин, по всей видимости, знакомых друг с другом и посапывающий охранник.

У стойки оператора стояла сама владелица Honda, что-то усердно втирающая оператору АЗС, усталому и уже раздражённому.

 

–…Девушка, ясно же сказано. Нет горючего. Не успели заполнить ёмкость, а бензовоз застрял.

Девушка явно не собиралась уходить. Поправила белокурые, завитые локоны и вновь принялась за своё:

– Неужели на всей вашей АЗС не найдётся и десяти литров бензина? Любой марки и класса?

– Девушка! У нас даже солярка почти закончилась… Сказано же: нет ни капли.

Женщина-оператор смерила девушку неприязненным взглядом и обратилась к Владу чуть более миролюбиво:

– А вам, мужчина, чего? Бензина, как вы поняли, нет.

Настырная девушка бросила через плечо быстрый взгляд на Влада и, не собираясь отступаться, вновь насела на оператора:

– У вас же обычно сливают остатки… Может быть, есть в канистре?

– Сливают? – не выдержала оператор, – нет, девушка! Горючего нет! Попросите у кого-нибудь из мужчин, может, отольют вам немного в бак. А я ничем не могу помочь. Отойдите и не мешайте мне с другими людьми работать!..

– Хорошо, тогда стакан кофе.

Тонкие пальчики аккуратно положили на стойку кредитную карту.

– POS-терминал не работает, – буркнула оператор. То ли из вредности, то ли правда не работал… Девушка раздраженно смахнула кредитную карту в карман и прошла к одному из пустующих столиков, цокая каблуками. Отвернулась к окну.

– Я помочь могу, подброшу куда надо, – ухмыльнулся дальнобойщик, когда девушка проходила мимо него.

Девушка проигнорировала намёк и сидела, глядя на снежное безумство за окном. Влад пробежался глазами по прилавку – брать хот-доги не решился, подцепил несколько булочек и пару стаканчиков кофе. Поехать бы дальше, но стало жаль глупышку, попавшую в передрягу. Явно на ночь глядя топливо на АЗС не привезут, а ехать с кем-то из собравшейся публики она не решится. Видно, есть ещё голова на плечах.

– Держи, – Влад поставил кофе перед девушкой на столик и положил пакет с булочками.

– Спасибо, я не просила.

– Конечно, не просила. И судя по виду, не попросишь.

Девушка слабо улыбнулась, отворачиваясь. Влад сидел, похлёбывая мутно-коричневое пойло, называемое кофе, и разглядывал девушку. Гадая, как её занесло в такую глухомань. Явно не такого полёта птичка. Одна дорогая песцовая шубка чуть выше колена чего стоит. Модные рукава по локоть, и высокие кожаные перчатки, лежавшие на столе. Ни шапки, ни шарфа – привыкла выныривать из теплого салона автомобиля прямиком в не менее теплые здания. Явно пешком километры не наматывает, тем более, зимой. Девушка всё же потянулась за стаканчиком. На правой руке даже в желтоватом свете ламп приятно блеснул камушек на кольце безымянного пальца. Замужем.

– Твой автомобиль не дотянул до АЗС?

– Мой, – утвердительно кивнула и мельком окинула взглядом Влада. Быстрый, осторожный взгляд. Полоснула тёмно-серым по его лицу и вновь перевела взгляд в окно, устало потерла лоб, словно голова неприятно ныла. Быстрый жест – промелькнувшая брешь в обороне. Устала до чёртиков, держится, будто из последних сил, чтобы не разрыдаться в этой убогой АЗС.

– Тебе куда ехать?

– А что? Можешь бензина отлить?

– Не могу, – покачал головой Влад, – канистру не брал запасную. А из бензобака никак не… достать.

Запнулся, едва не ляпнув привычное мужское «не отсосать из бака», побоявшись, что девушка поймёт превратно его слова. Наверняка, кто-то из здесь сидящих успел так пошутить или только думал предложить это.

– Могу подбросить до города. Тебе в каком направлении?..

Мгновенно покачала головой.

– Нет, спасибо.

Влад уже допил кофе. Но уходить не хотелось. Глаза сами блуждали по тонкому овальному лицу, очерчивали линию скул и пухловатые, но сейчас упрямо поджатые губы.

– Как хочешь. Навряд ли до утра привезут топливо. Здесь ночевать будешь, на пластмассовом стуле?

– Не привезут, – подал голос охранник, – дорогу обещали перекрыть. Все, кто не успеют проскочить, застрянут. И не до утра. А до следующего вечера. Если такая же метель будет, дорогу переметёт по самое не хочу. Пока снег растолкают…

Взгляд девушки беспомощно метался между охранником и окном, за которым разыгрывалась настоящая снежная пурга.

– Так куда тебе? Может, по пути? – повторно спросил Влад.

– Мне до города бы. На вокзал, – нехотя ответила девушка.

– До какого города? – улыбнулся Влад, – городов на карте много.

– До ближайшего.

– Хорошо. Как скажешь. Поехали?

Девушка всё ещё сомневалась. Но потом окинула взглядом пространство АЗС и решительно взяла перчатки со стола.

– Хорошо.

Влад первым подошёл к двери, открывая её перед девушкой:

– Только капюшон накинь – на улице уже буран. Меня кстати, Владом зовут.

– Виктория.

Глава 3. Вика

Я двигалась совершенно бездумно. В голове было пусто-пусто, как на заброшенном складе, откуда вывезли весь товар, и наглухо закрыли двери. А самое странное, что… Не саднило и не болело внутри. Там, где должно было болеть. Как там красиво описывают в любовных романах – боль пронзила её сердце насквозь, бла-бла-бла…

Ничего подобного. Ударило по голове тяжелым молотом – и только. Немного звенит в голове назойливо и раздражающе. Не успела ничего поесть, торопилась домой… Усмехаюсь про себя – мой муж потрахивает на стороне молоденьких девчонок, а у меня голова болит от того, что в желудке пусто. Или в душе. Может, и нет её у меня совсем… А может быть, я всегда ожидала чего-то подобного, но не признавалась в этом самой себе. Похоронила мысли о подобном развитии событий под толщей земли, украсила могильный холмик цветами уверенности в крепости нашего союза, а на руке, словно памятник, обручальное кольцо. Которое не снимала ни разу с того самого момента, как Александр надел мне его на безымянный палец.

И я не отдавала себе отчёт в том, куда направляла автомобиль. Просто выехала на трассу из города и ехала, ехала, ехала, пока не увидела дорожный указатель с названием родного городка и расстоянием в двести пятьдесят километров. Кажется, что на днях приходило сообщение на WhatsApp от сестры: миленькая картинка, стишок и стандартная приписка – приезжай, жду на праздники.

Как продвинулось общение с появлением подобных мессенджеров! Можно долго не заморачиваясь, кинуть красивый арт и поставить галочку напротив пустующей графы «поздравить родственников». Но тут руки сами заставили повернуть руль в том направлении и поехать по дороге. Снег шёл часто-часто… Ехала осторожно и спокойно, пока не увидела, как внезапно загорелся индикатор бензина на приборной панели.

– Чёрт!

Стукнула кулаком по рулю. Проклятые автомеханики. Содрали за ремонт датчика, но по всей видимости, так и не исправили неполадку. Иначе как объяснить, что стрелка резко скакнула вниз со срединного положения почти на нуль? Ничего, дотяну до заправки… Почти дотянула. Пройти метров пятьсот против ветра и нырнуть в здание АЗС. Только затем, чтобы узнать: в этой дыре кончился бензин. И вот эта обшарпанная АЗС – единственная на ближайшие километров двадцать. Можно ли было попасть в более идиотскую ситуацию?

Я уже жалела о собственной бездумности и импульсивности. Чего ради нужно было срываться неведомо куда? Двое мужчин, сидящих за столиком, пошутили про «можно и отсосать из бензобака». Вполголоса, якобы только между собой, но так, чтобы было слышно и мне. Мудачьё.

Я не отставала от оператора. Нервная женщина уже смотрела в мою сторону словно вождь краснокожих на бледнолицего, явно желая снять с меня скальпель. Дыра… У них даже кредиткой не расплатиться. Оставалось только сидеть и ждать… Передо мной на столе возник одноразовый пластиковый стаканчик с кофе. Я взглянула на мужчину. Тот самый, что стоял в очереди за мной у прилавка оператора, терпеливо дожидаясь, пока я в десятый раз повторю свою просьбу и получу отказ.

– Держи.

– Спасибо, я не просила.

– Конечно, не просила. И судя по виду, не попросишь.

Мужчина уселся напротив и принялся прихлёбывать горячий напиток, то рассматривая меня, то переводя взгляд в окно. Я усмехнулась про себя – и в стекле он ловил взглядом моё отражение. Но интерес этот был не плотоядный, а такой, чисто человеческий, что ли. Будто недоумевал, что я забыла в этой вонючей дыре. Если бы я сама знала… Но какой-то части меня было приятно его внимание и отзывчивость, без насмешки над попавшей впросак «блондинистой курицей», как наверняка назвали меня про себя остальные собравшиеся.

Короткий обмен фразами. Предложение подбросить до города. Идиотка, в своем ли ты уме, чтобы садиться к неизвестному мужчине в автомобиль? Но он располагал к себе. Внимательными тёмно-карими глазами и простой улыбкой. Каким-то спокойствием и скупостью жестов… В конце концов, выбор был невелик. И я согласилась. Мужчина заботливо придержал дверь, посоветовав накинуть капюшон, и представился Владом. Меня будто в детство вернули, когда мама говорила перед уходом напоследок: «Надень шапку и шарф. Положи на место эти тонкие перчатки и надень варежки». Мягкое участие и внимание, едва заметно касающиеся краешка сознания. Элементарная забота, проще некуда. Но почему всегда так трогают именно эти мелочи?..

В машине Влада тепло и просторно. Он, наверняка, и машину выбирал под стать себе же – надёжную, крепкую, но без понтов. Поглядывая на Влада, ловила себя на мысли, что про таких говорят, как за каменной стеной. По крайней мере, чисто внешне он производил именно такое впечатление. Высокий, широкоплечий. Крупные руки с ярко выраженными прожилками вен. Короткая стрижка, едва ли не под нуль. Упрямые, резко очерченные губы. И немного сбитый нос, как будто ранее ломал, но он неправильно сросся. На внешность – простой, проще некуда. Наверное, от того так спокойно откидываюсь головой на кресло и расстёгиваю шубу – в салоне работает печка.

– Ты что, с праздника убежала? – Влад скользит взглядом по чёрному платью чуть выше колена.

– Можно сказать и так. С праздника жизни. Только мне места не хватило. Последний свободный стул заняли. И пришлось искать иные варианты.

Влад усмехнулся:

– Забавно. Ты всегда предпочитаешь туманно отвечать на вопросы?

– Разве это туманно?

– Вполне. Зачем вообще выехала в такую непогоду?

Я покачала головой:

– Когда я выруливала с города, шёл просто красивый снегопад, как в старых добрых фильмах…

– В тех, где под Рождество всегда происходит что-то из ряда вон выходящее, а в конце все оказываются счастливы?

– Да, именно так. Каждому по огромной ложке счастья. Сладкого, как розовый сироп. Липкого, чтобы уж точно не выбраться из тошнотворных объятий.

Боже. Я несу эту чушь вслух. Не про себя. А именно вслух. Слова вырываются из моего рта прежде, чем я успеваю его запечатать и отфильтровать мыслеобразы, переведя их в более понятную и простую плоскость.

Рейтинг@Mail.ru