Мы родом из Бездны. Тайна тоннеля времени

Арина Сандэрс
Мы родом из Бездны. Тайна тоннеля времени

Моему любимому ангелу, возродившему меня к новой жизни!

 
Я в Вечности найду тебя мой ангел!
Дорогу простелю Любовью к ней,
И пусть моё уже не бьется сердце,
Но ты как пламя будешь жить в душе моей!
 

Тоннель

О! Этот мир иллюзий! Как он притягателен и как интересен. Однажды войдя в эту дверь трудно выйти потом. В комнате горела настольная лампа. За окном дул холодный ветер. На дворе стоял декабрь 1974 года. Город уже погрузился в ночную тишину, лишь кое-где ещё горели одинокие окна, разгоняя темноту. Девушка отложила книгу в сторону и с сожалением вздохнула. Роман увлек её воображение. Наступал новый рабочий день. Сестра давно уже спала беспокойно, ворочаясь от падающего света. Она выключила лампу и наконец закрыла глаза, но сон не шел в возбужденный мозг. Ирина снова погрузилась в мир иллюзий и фантазий, где всегда всё было возможно и так мало напоминало серую, скучную действительность. Работа, дом, снова работа и мимолетные выходные. И только здесь в мире иллюзий всё преображалось и становилось, как в сказке. Девушка не заметила, как вошла в страну Морфея и погрузилась в сон. Она неслась по странному тоннелю. Сердце сжималось от страха и скорости. Мимо мелькали причудливые миражи далеких миров и казалось сейчас девушка упадет куда-то в Бездну и разлетится на миллионы частиц. Ирина в ужасе закричала и…

Аспик весело посмотрел на стражей тоннеля времени и пространства.

«Ну, что там с моей дочерью? Она прошла?

– Да. У чародея все получилось.

– Хорошо. Пусть думает, что произошло Рождественское чудо. Ведь в эту ночь в тоннеле самые могущественные энергии, но и вихри тоже. Значит мои дочери снова вместе. Я счастлив».

Он улыбнулся и покачал головой.

«Представляю, какой сюрприз ждет Айрин, когда она проснется. Они слишком долго были врозь. Пора яхтусу вернуться. Я достаточно их испытал многими жизнями в разных мирах. Теперь пришло их время и невозможное стало возможным. Надеюсь звезды не разболтают мою тайну. Будьте к моим дочерям внимательны, ничто не должно нарушить мой замысел».

Стражи слегка замялись и прогудели на своем языке:

«Великий Учитель в тоннеле произошло мощное завихрение, кто-то ещё прошел по нему. Мы не успели разобраться.

– Что ж закройте его совсем и найдите вошедшего. Его энергии несут моим дочерям зло».

Стражи поклонились и ушли. Аспик задумчиво оглядел вселенную.

«Где бы ты не находилась, чтобы не делала ты только тень, ею и останешься».

От ужаса девушка закричала и подскочила на постели. Сознание не сразу вернулось в испуганный мозг. Ирина огляделась и оторопела. Не доверяя самой себе, она снова закрыла глаза и тщательно их протерла, но напрасно. Ничего не изменилось. Девушка внимательно осмотрелась. Она сидела на широкой кровати заправленной шелковым бельем. Кровать обрамляли 4 резные колоны с которых ниспадал парчовый полог с золотистыми кистями. Ирина в смятение осторожно заглянула за полог. В комнате никого не было. Да и была ли это обычная комната в обычной пятиэтажке. Сердце словно молот стучало в висках, сжимаясь от страха. Ничего не понимая Ирина прошлась по комнате. Она никогда не видела ничего подобного, только в кино. Стены комнаты были отделаны красивым шелком. На них висели красочные гобелены. Рядом с кроватью стоял длинный сундук. Мраморные плиты пола устилали теплые, пушистые ковры. У открытого окна стоял небольшой столик со свечами и библией. Внизу стояла скамеечка, обтянутая таким же гобеленом. Весь интерьер напоминал обстановку в средневековом стиле. Ирина невольно поежилась и оглядела себя. Она была в одной ночной рубашке и трусиках, и в таком виде оказалась в чужом доме. Девушка впервые растерялась и не знала, что ей делать. Мозг словно растревоженный улей никак не мог собрать разлетевшиеся в хаотическом беспорядке мысли. Она невольно воскликнула вслух:

«Черт возьми! Где я? Что за шутки? Я, что сошла с ума или брежу наяву? Только этого мне не хватало. Кажется, я дочиталась до ручки».

Наконец мозг немного успокоился, и она смогла адекватно оценить ситуацию. Ирина была не из робкого десятка, но всегда боялась мистических сил. Страх постепенно отошел и ее практичный ум, и хладнокровие подтолкнули девушку к действию. Она услышала голоса за окном и осторожно выглянула. Там, в саду о чем-то переговаривались странно одетые люди, и это была одежда прошлых веков. Они весело смеялись и шутили. Как не странно Ирина прекрасно понимала их речь, даже не зная на каком языке они говорят. Солнце поднялось уже довольно высоко. На дворе благоухала чудесная природа, неся аромат цветов и свежесть воздуха, но девушке было не до красот. Она обошла всю комнату в поиске одежды. За дверью послышались тяжелые шаги. Ирина тревожно огляделась в надежде найти что-нибудь для защиты, и заметила железный прут у камина. Она радостно его схватила и встала за дверью занеся прут над головой. Дверь слегка приоткрылась, но гость не спешил войти. Наконец показалась огромная лысина и прут едва не опустился на её середину. Словно почувствовав опасность человек отскочил в сторону и смешно замахал пухлыми руками.

«Только не на голову сеньорита. Это безумно больно. Умоляю опустите прут. Я не причиню вам вреда».

В комнату осторожно вошел полный мужчина в рясе и с узлом.

«Я принес вам одежду сеньорита. Простите, я совсем не смотрю на вас. Не пугайтесь. Я каноник Педро-местный священнослужитель. Я вам всё объясню. Я выйду, а вы переоденьтесь пока».

Монах отвел глаза в сторону и поспешно вышел. Ирина, не выпуская из рук прут осторожно заглянула в узел. В нем оказался мужской костюм дворянина, но делать было нечего. Не разгуливать же в чужом доме в ночной сорочке. Разобравшись в премудростях костюма, девушка наконец оделась. Он оказался ей в пору и ловко сидел на стройной фигуре. Ирина сразу почувствовала себя в нем ужасно неуютно и некомфортно. Жесткий камзол неприятно сдавливал грудь и мешал свободно дышать. Ей пришлось расстегнуть верхние пуговицы и совсем отбросить белый воротник жабо. Девушка снова чертыхнулась, ругая странную моду и с досадой вздохнула. Она привыкла к свободной одежде и этот костюм ее совсем не устраивал. В дверь постучали. Каноник все также настороженно оглядываясь вошел в комнату. Увидев одетую девушку, он радостно всплеснул руками. Его жирные щеки расплылись в довольной улыбке.

«О! Боже! Великолепно! Сеньорита вы настоящий кабальеро Айрин! Один в один. Луиза оказалась права, в вас действительно что-то есть. Этот костюм вам очень к лицу. Ну не хмурьтесь сеньорита. Я понимаю ваше состояние. У вас много вопросов и я на них обязательно отвечу. Вам здесь ничего не угрожает. Поверьте, я ваш друг».

Ирина недоуменно уставилась на монаха, стараясь унять внутреннюю дрожь.

«Что вам от меня надо? Я не понимаю. Где я и как здесь оказалась? Что все это значит?

– Сеньорита, не волнуйтесь так. Я же обещал все рассказать, но сейчас уже полдень. Не желаете ли откушать? После бокала чудесного вина у вас сразу подымится настроение. Прошу сеньорита».

Каноник открыл дверь и девушке ничего не оставалось, как последовать за ним. Они прошли по коридору и вошли в другую комнату, где горел камин и пахло жареным мясом. На длинном столе стояли чашки с какой-то кашей, птицей, яйцами, рыбой. Все это изобилие могло накормить несколько человек и явно было предназначено для гурманов или обжор. Ирина невольно улыбнулась. Она столько слышала о чревоугодие монахов и их пристрастию к вину, что не удивилась чрезмерному изобилию, глядя на тучного монаха. Каноник вежливо пододвинул ей стул.

«Прошу сеньорита. Здесь всё для дорогого гостя. Вот и напиток богов. Восхитительный нектар. Он услаждает тело и дает веселье и радость. Попробуйте».

Девушка присела за щедрый стол и настороженно нахмурилась.

«Я не хочу есть, а тем более пить вино без повода. Может вы сначала мне всё объясните, а потом уж усладите свой желудок. Я устала ждать ваши ответы не зная, где я нахожусь.

– Не спешите сеньорита. Проявите немного терпения. Рассказ будет долгим. Сначала поешьте хотя бы чуть-чуть. Поверьте, вам совсем не помешает глоток вина и приготовлено все очень вкусно.

– Ну хорошо. Попробую. Вы всё равно от меня не отстанете, да и пахнет действительно очень ароматно».

Ирина положила себе в тарелку перепелку и немного овощей. Монах налил ей вина и услужливо подал, Девушка не отказалась, не желая выглядеть неучтивой. Каноник присел напротив и начал шептать какую-то молитву. Ирина отпила немного вина и невольно поморщилась.

«О! Какое холодное, аж зубы заломило, но вкусное. Вот уж не думала, что вино может быть таким приятным, не то, что наша современная бурда. И всё-таки мое терпение сейчас лопнет. Где я, черт возьми нахожусь? Вам, что так сложно ответить?»

Каноник завел к небу глаза и перекрестился.

«Сеньорита Айрин! Только не чертыхайтесь. Это очень опасно и дурной тон.

– Каноник. Мне нет никакого дела до вашего тона. Я просто хочу знать куда попала и почему, а вы все пичкаете меня едой.

– Как же вы нетерпеливы и упрямы, совсем, как Луиза. Даже в этом вы похожи. Пожалуйста потерпите до конца трапезы. Неужели это так сложно? Вы ещё ни к чему не притронулись, а день такой долгий. Обещаю после трапезы всё объяснить и даже кое-что покажу.

– Ну хорошо. Я подожду. Давайте поедим».

Каноник радостно улыбнулся и налив себе холодного вина, с удовольствием его выпил. О! Он умел чревоугодничать и знал в этом толк. Монах с явным аппетитом поглощал вкусную еду. Его пухлые щеки лоснились от жира. На лбу выступили капельки пота. Лицо раскраснелось и глазки весело заблестели. Ирина с интересом и удивлением наблюдала за средневековой трапезой. Она уже давно закончила есть и с нетерпением ждала конца обеда. Педро допил вино и смачно утерся рукавом рясы.

 

«Простите сеньорита, вам пришлось подождать.

– Ничего. Это даже забавно окунуться в историю и всё увидеть своими глазами. Будет, что своим родным рассказать, жаль только не поверят. Я бы, и сама не поверила. Может хотя бы теперь вы скажете какой сейчас год и страна. Похоже на Италию или Испанию. Может я ошибаюсь?

– Нет синьора. Вы абсолютно правы. Это благословенная Испания. Сейчас 1597 год от Рождества Христова».

Ирина в замешательстве присвистнула:

«Не может быть. 16 век? Ничего себе меня занесло. Одно радует, что не в 6-й век. Хотя, как у нас говорят, хрен редьки не слаще. Время инквизиции, время мракобесия. Хотя, что я говорю. Вы же монах. Так и на костер или на дыбу угодить можно. Может вы и уготовили мне такую участь?»

У каноника от страха округлись глаза и слегка затряслись щёки:

«Что вы такое говорите. Не шутите так пожалуйста. У меня и в мыслях этого не было. В этом доме вам нечего опасаться.

– Тогда, что я здесь делаю в вашей Испании и почему вы принесли мне мужской костюм? Что-то мне всё это не нравится.

– Не волнуйтесь так сеньорита. Вы находитесь в замке дель Монте. Он закрыт для посторонних на надежный засов. Почему мужской костюм? Пойдемте, я вам кое-что покажу».

Ирине действительно было не по себе от всей этой таинственности. Она не доверяла странному монаху и осознавая реальную опасность строила план побега, но не зная главного не могла покинуть замок. Девушка нехотя все время оглядываясь по сторонам поплелась за ним. Монах снова провел её в другую комнату. Здесь тоже горел камин, но Ирине показалось довольно промозгло, и она невольно поежилась от нервного волнения. Все в замке настораживало девушку и вызывало непреодолимое желание оказаться у себя дома, в своем времени. Теперь ее работа не казалась такой надоедливой и родные стали гораздо ближе. Жизненное восприятие девушки менялось очень быстро и то, что вчера казалось неважным, сегодня приобретало другой смысл. Девушка подошла к огню и ощутила живительное тепло:

«Так, что вы хотели мне показать?

– Вот смотрите».

Каноник показал на висящий на стене портрет дворянина. Ирина подошла к нему поближе и замерла на месте. С портрета на нее смотрел испанский дворянин с её лицом. Девушка недоуменно и растеряно спросила:

«Кто это? Мой двойник? Или я его?

– Нет, нет сеньорита. Это кабальеро Айрин. Это вы сеньорита!

Кто? Я? Не понимаю. Вы, что бредите или издеваетесь надо мной каноник? О чем это вы?»

Ирина растерянно посмотрела на улыбающегося монаха:

«Вы сеньорита и есть кабальеро Айрин Альбано, и никто другой. Так вас назвала мой ангел. Красивое имя и очень вам подходит. Правда? Это ваш портрет сеньорита. Его заказала Луиза у хорошего художника. Прекрасно написан. На нем вы точь-точь, выглядите, как сейчас.

– Я, что сплю или брежу наяву? А может у меня горячка? Какой я вам кабальеро Айрин? Это совсем не смешно. Если я и похожа на него, то совсем чуть-чуть, и вообще о какой Луизе вы всё время говорите? Какое я имею отношение ко всему этому?»

Девушка отошла от портрета и хмуро посмотрела на монаха. Это сходство её заметно встревожило, но Педро все также улыбался:

«Да вы приглядитесь сеньорита Айрин.

– Я не Айрин. Меня зовут Ирина и я живу в 20 веке. Это портрет другого человека.

– Неужели? Вы даже свою родинку не узнали? Может в 20 веке вас и зовут Ирина, но здесь вы кабальеро Айрин. Этот портрет написан не с человека, а с картонки.

– Не понимаю. С какой картонки? Хотя постойте. Это такой листок с изображением. Фото! Здесь! Мое фото! Но как?»

Педро поспешно подставил ей стул и предложил присесть и когда девушка села, поспешно заговорил:

«Понимаете сеньорита Айрин, это все мой ангел, моя Луиза. Вся эта история началась с её желания, но лучше я расскажу по порядку и вам всё станет ясно. Сейчас вы находитесь в замке графа Альбано дель Монте. Так получилось, что я стал близким другом графа и его духовником. Мне придется открыть вам мою тайну. Вы умеете хранить чужие секреты? Иначе меня ждет неминуемая смерть.

– А, меня каноник?

– О! Что вы сеньорита Айрин. В замке вам ничего не угрожает. С вашей головы и волос не упадет. Луиза не даст.

– Она так всесильна? Может и инквизиция ей подчиняется?

– Вы и об этом знаете?

– В нашем мире мы хорошо изучаем историю, такое не забудешь. Сколько она людей загубила. Каноник вы предлагаете мне пойти с вами на костер? Хотите, чтобы я вам составила компанию? Что-то мне совсем не хочется поджариться по вашей милости.

– О! Господи! Что вы такое говорите. От ваших слов сеньорита Айрин у меня волосы стали дыбом.

– Ну, да. Которых у вас кстати нет.

– И все-таки могу я рассчитывать на ваше молчание?

– Я не звезда-болтушка и умею держать язык за зубами, особенно если это касается меня.

– Тогда я продолжу с вашего позволения. Так получилось, что во мне с детства открылись способности к алхимии и чародейству.

– Ну тогда по вас точно плачет костер, и ряса не поможет. Удивляюсь, как вы ещё живы. Колдунов никто не любит ни у вас, ни в нашем времени».

Каноник истово перекрестился и молитвенно сложил ладони:

«Умоляю сеньорита не шутите так жестоко. Поверьте, мне и так нелегко скрывать свои способности. Видит Бог я долго сопротивлялся, понимая на что себя обрекаю, но мой ум оказался сильнее, и я погрузился в удивительный мир мистики и непознанного. Я очень старался скрыть свой дар ото всех, но от графа Альбано не удалось. Однажды он спас меня от стаи голодных псов и проявил ко мне внимание и участие. Он очень благородный синьор. У него с женой донной Изабеллой долго не было детей. Они уже были в отчаяние и тогда граф Альбано попросил меня им помочь. Он надеялся, что моя молитва скорее дойдет до Бога. Я конечно пообещал и истово молился, но ведь Господь не всегда нас слышит. Как-то вечером я увлекся опытом и не заметил, как вошел граф и сразу всё понял. Нет. Он не отдал меня инквизиции, а умолял помочь с зачатием ребенка. Я сделал это приготовив донне Изабелле особое снадобье. У меня не было выбора, но я ни о чем не жалею. В положенное время донна Изабелла родила девочку, посланную самим небом-чисто небесного ангела. Такой прелестный ребенок. Мы все не чаем души в нашем ангеле. Эта девочка озарила нашу жизнь божественным светом и теплом. Я так люблю этого небесного ангела».

Ирина нетерпеливо перебила монаха.

«Всё это хорошо, но при чем тут я? Нельзя ли ближе к делу. Так я вас буду слушать до вечера, а мне необходимо вовремя вернуться домой. В отличие от ваших господ я ещё и работаю.

– О! Как же вы нетерпеливы и нетактичны сеньорита Айрин. У вас совсем отсутствуют манеры и светский этикет.

– Вы, не забыли каноник, что я из 20 века и ваш этикет давно канул в лету, как дурной сон. Я слишком далека от всего этого. Может мне еще пошаркать ножкой или сделать реверанс. Простите, но в школе не обучили.

– Сеньорита! У вас такая странная речь. Я даже не всё понимаю.

– Это неважно. Продолжайте. Я очень хочу поскорее вернуться к себе домой».

Луиза

Каноник плутовато завел глаза и загадочно улыбнулся:

«Хорошо, я продолжу. И так наш ангел стал центром всего замка. Луиза росла в любви и заботе, не зная ни в чем отказа.

– Представляю, какая балованная и капризная ваша Луиза.

– О! Нет сеньорита Айрин. Вы очень ошибаетесь. Луиза чисто ангел душой и телом. Она никогда не позволяла себе ничего лишнего, пока однажды. Я всегда исполнял ее маленькие желания на день рожденья. Мне было так приятно хоть чем-то удивить мою девочку. Накануне своего дня рождения она попросила меня показать во сне её суженного, и я согласился. Я дал особое снадобье, и она его выпила на ночь.

– Да! Повезло ей. Вот бы мне такое. Очень хочется знать, что там впереди.

– Скоро узнаете, сеньорита. Обещаю. А пока я продолжу. Утром прибегает мой ангел, вся взволнованная, глазки блестят, улыбка сияет на все лицо и весело мне кричит:

«Получилось Педро! У нас всё получилось! Я видела её!»

Я конечно немного растерялся и подумал, что она оговорилась:

«Вы хотели сказать его, мой ангел. Кто он? Граф или гранд?»

Луиза вся зарделась и смущенно опустила глаза.

«Я не ошиблась Педро. Наверное, это была принцесса. Она так странно одета и у неё короткие волосы. Может она чужестранка? Но это девушка, особая девушка. Понимаешь я её очень хорошо разглядела и даже с ней целовалась. Я знаю, это тяжкий грех и богохульство, но я в неё влюбилась и ничего не могу с собой поделать. Теперь я буду гореть в аду. Только не говори родителям, они будут так огорчены. Я пропала Педро. Господь не простит мне этот грех, но я не могу ни о ком думать, кроме неё».

Ирина удивленно посмотрела на монаха:

«Разве такое бывает? Очень странно. Никогда не слышала, чтобы девушка влюбилась в девушку. Абсурд какой-то. Ну и нравы в вашей эпохе. Вот бы не подумала. С ума можно сойти, но причем тут я? Какое это имеет ко мне отношение?

– Самое прямое сеньорита Айрин. Во сне Луиза увидела вас.

– Меня! Что за бред вы несете каноник. Как это вообще возможно? Она никак не могла меня увидеть, даже во сне. Это абсолютно нереально видеть то, чего ещё нет. Вероятно, ваша Луиза видела кого-то другого, похожего на меня. Двойников во все времена хватает. Тем более целоваться. Это уже слишком. Я никогда не целовалась с девушкой. Надо же такое придумать. Я…»

И тут Ирина замолчала. Перед ней всплыла картина прошлого и сон, в котором она целовалась с девушкой в свои 16 лет и никак не могла забыть. Девушка растеряно замотала головой.

«Но это был просто сон. Я действительно целовалась с девушкой. Наваждение какое-то. Всем снятся парни, а мне девушка, да ещё когда я сама ничего не понимала. Может это была не Луиза?

– А, что вы чувствовали при этом синьора?

– Да не помню я уже. Три года прошло. Ну хорошо. Мне было приятно и волнующе. Теперь довольны.

– Очень сеньорита Айрин. Значит всё не зря. Вы тоже любите Луизу, хоть и не подозреваете об этом.

– Что?»

Ирина подскочила со стула, как ужаленная.

«Что вы еще выдумали? Я никого не люблю и не любила никогда, тем более девушку. Как вам только в голову такое пришло. Я, что попала в палату номер 6?

– Какую палату сеньорита?»

Девушка с досады махнула рукой.

«Это неважно. Вам все равно меня не понять. Сколько хоть лет вашей Луизе?

– Сейчас 13, а на тот момент было 12».

Ирина в шоке едва не свалилась со стула:

«Сколько? Вы, что меня разыгрываете? Двенадцать! Ну, это уже чересчур. Это просто издевательство. Какая любовь в таком возрасте. Да ей еще в куклы играть надо, а не суженных смотреть. Боже! В какую историю я вляпалась. За что мне такое наказание.

– Да, да синьора. Без Высших сил здесь не обошлось».

Каноник, смешно семеня и размахивая рукавами рясы возбужденно ходил по комнате бурча себе под нос:

«Господи! Все не зря. Я не ошибся. Кто-то там свыше свел их вместе, и на то у них своя веская причина. Невозможное стало возможным. Господни пути неисповедимы. Им виднее там сверху. Не нам судить их замыслы. Я просто должен идти до конца. Всё получится, я уверен»

Ирина, слушая его странный бред нервно и с опаской поглядывала на не адекватного каноника. Ей безумно захотелось сбежать из этого ненормального замка. Словно поймав её мысли Педро повернулся к девушке.

«Простите сеньорита Айрин, я немного перевозбужден. Наконец все заняло свои места, и я могу продолжить. Как видите, Луиза не ошиблась и влюбилась именно в вас. С этого дня всё изменилось. Луиза постоянно, щебетала рассказывая о вас, добавляя все новые краски. Я старался, как мог, уговаривая её полюбить обычного мужчину и забыть вас, но напрасно. Она даже не хотела смотреть в их сторону, хотя знатные идальго и кабальеро оказывали ей большое внимание, и даже просили её руки. Но Луиза! Боже! Как она бывает порою упряма, когда кто-то ограничивает её свободу. Тем более, когда родители так трепетно любят единственную дочь и не в чем не могут ей отказать. Под Рождество я, как всегда предложил Луизе исполнить заветное желание. Она обычно его весело озвучивала, но не в этот раз. Ее глаза смотрели на меня серьезно и загадочно блестели. На нежных щечках горел лихорадочный румянец. Она попросила исполнить её желание не спрашивая, какое. Я совсем растерялся, но отказать не смог, приняв условия игры, надеясь, что это опять невинная шалость. Я прочел заклинание, но безрезультатно. Наверное, я плохо настроился на её мысль. Я видел, как Луиза напрягает свой лобик помогая мне, но ничего не получалось. Мой ангел в отчаяние упала на скамеечку и горько заплакала. Этого выдержать я уже не смог. Я снова начал читать заклинание повторяя его, как в бреду, и вдруг на столе появилась шкатулка. Луиза радостно вскрикнула и бросилась к ней. Я едва её остановил опасаясь, что в шкатулке может оказаться, что угодно. Волнуясь, я приоткрыл шкатулку, но в ней лежал только кусок картона. Луиза ловко выхватила его из-под моей руки и звонко рассмеялась, целуя меня в щеку.

 

«Педро! Педро! Получилось! Это она, моя Айрин!

– Почему Айрин, мой ангел?

– Не знаю. Само вырвалось. Это имя ей очень подходит. Правда она особенная? Посмотри».

Луиза показала мне портрет девушки. На нем были вы сеньорита Айрин. Я сразу понял, что вы из другой эпохи и любовь Луизы обречена. Мой ангел прыгала от радости, а я потерял с этого времени покой, зная характер Луизы. Во мне ещё теплилась надежда, что со временем она успокоится и забудет вас, и зря. Моя девочка совсем не расставалась с вашим изображением и подолгу любовалась им сидя в удаленной беседке. Не понимаю, что же всё-таки Луиза увидела в вас. Простите синьора, но к ней сватались гораздо красивее идальго и кабальеро.

– Я тоже не понимаю. В нашем мире такого нет. В 12 лет ходят в школу и понятия не имеют о любви. Может у вашей девочки не всё в порядке с головой? Придумала себе сказку и живет в ней. Надеюсь у не все прошло?

– О! Если бы. Я был бы просто счастлив. Тогда вы не оказались здесь. Дальше пошло еще хуже. Луиза заказала вот этот портрет и с тех пор часами сидела здесь о чем-то разговаривая с вами. Дуэнья пожаловалась, что она стала плохо есть и почти не спит по ночам и все ваше имя произносит. С нашим ангелом творилось, что-то непонятное. Я был вынужден рассказать всё родителям. Они тоже попытались повлиять на дочь уговорами и даже угрозами, но все тщетно. Она никого и ничего не хотела слушать. Как я говорил ранее Луиза порой бывает очень упряма и настойчива и переубедить её очень трудно. Однажды я попытался оговорить вас, но мой ангел так посмотрела на меня, что я тут же пожалел о своих словах. Вы уж простите меня сеньорита Айрин. Больше я никогда не посмел говорить подобное. Луиза стала угасать на наших глазах. Она больше не щебетала, и её звонкий смех покинул стены замка. Все наши попытки отвлечь её разбивались в грустных глазах нашего ангела. Я попытался её лечить, давал разные микстуры для аппетита и сна, но все было бесполезно. Она угасала, как свечка. Я понял. Луиза потеряла надежду. Она просто не хотела жить без вас. На нашу девочку нельзя было смотреть без слез. Как-то граф Альбано попросил меня заглянуть к ней и попробовать ещё какие-нибудь снадобья. Он был в отчаяние и готов на любое чародейство. Я пошел, надеясь скорее на чудо. Мой ангел спала тихо постанывая, положив свою щёку на ваше изображение. Лихорадочный румянец разлился по всему лицу. Я сразу всё понял. Мой любимый ангел готовилась покинуть нас и этого я не мог допустить. В моей голове родилась безумная мысль и я, ухватившись за неё разбудил Луизу и пообещал ей перенести вас сюда. О! Сеньорита Айрин, видели бы вы, как сразу заблестели глаза моей девочки, как комнату наполнил её радостный смех, как сразу влились в неё новые силы, и она попросила наконец кушать. Я был счастлив, хотя ещё не знал каким образом выполню свое обещание. Когда граф Альбано и донна Изабелла узнали о нашем соглашение, то умоляли меня выполнить желание дочери и были готовы на любые условия, лишь бы она жила».

Ирина нервно заходила по комнате, гневно поглядывая на Педро.

«Так вот по чьей милости я здесь оказалась. Хорошо, что ваша любимица не захотела Луну с неба. В голове вашей малолетки настоящий бардак. Может у неё паранойя?

– Не понимаю. Что это?

– Ну такое заболевание, когда человек на чем-то или ком-то зациклен. Я конечно вам сочувствую и её родителям тоже, но чем я могу помочь? Я не врач и не волшебник. Я простая девушка и мне совсем не хочется оказаться в няньках у вашей больной девочки. Она у вас тут от скуки мается, а я отдувайся. Зачем вы, вообще меня сюда перетащили? Мне и дома хорошо, в своём времени. Что я тут делать буду? Может вместе с вами на костер пойду? Ничего себе перспектива. Так я еще очень молода и жить хочу. Зачем вы вообще на себя рясу натянули святоша. Потакаете распущенности вашей девочки. Воспитывать надо лучше, и как у вас только всё получилось?»

Каноник радостно ухватился за последнюю фразу, слушая целую тираду обидных слов и оскорблений. Он не привык к подобному поведению, но от гостьи из будущего готов был стерпеть всё.

«Я и не рассчитывал на успех сеньорита. В канун Рождества втайне от Луизы я решил совершить обряд. Без особой надежды я прочел заклинание и ничего. Никакого чуда не произошло. Я, снова все повторил и опять ничего. Я повторял и повторял, как в бреду. Наступила полночь и католическое Рождество. Я почти сдался и всё-таки в последний раз прочел заклинание. И тут произошло божественное чудо. Господь услышал меня. На полу лежала спящая девушка. Я сразу вас узнал. Моей радости не было предела. Я выполнил свою клятву. У меня всё получилось. Я перенес вас в комнату. Так вы оказались здесь».

Девушка раздраженно посмотрела на счастливого каноника.

«Чему вы радуетесь? Что дальше? Я, что игрушка? Ваша девочка наиграется мною, а потом выбросит за ненадобностью. Так?»

За дверью послышался какой-то шум и громкие голоса. Среди них выделялся очень звонкий и красивый женский голос. Что-то дрогнуло в душе Ирины при этом звуке, и она невольно улыбнулась настойчивости юной девочки. Каноник заметно побледнел и испугался.

«Простите сеньорита Айрин. Я сейчас выйду ненадолго».

Он поспешно выскочил за дверь. Ирина подошла к двери и хотела посмотреть из-за кого столько шума, но голоса стали смолкать и в комнату устало вошел растерянный каноник.

«Пустяки. Слуги нашумели.

– Слуги? Ну-ну. То-то у вас руки до сих пор трясутся. Может у них и имя Луиза? Кажется, именно она рвалась сюда. Хорошо, что вы её не пустили. Я сейчас абсолютно не готова общаться с влюбленной девочкой. Может вы всё-таки отправите меня домой? Это конечно трогательная история, но пусть она продолжится без меня. Мне искренне жаль вашего ангела, но я очень хочу в своё время.

– А, как же Луиза сеньорита Айрин?

– Ну поймите же меня! Я совсем не Айрин. Я Ирина. Обыкновенная девушка с обыкновенной внешностью. У меня своя эпоха, своя жизнь, родные, друзья и кстати ещё и работа. Что мне здесь делать? Да и зачем я вашей девочке? Я ведь, как все хочу выйти замуж, когда полюблю. Завести свою нормальную семью, а вы мне малолетку подсовываете, да ещё девочку. Я с ума не сошла, чтобы вам под игрывать. Разбирайтесь с ней сами, а меня отправьте домой. Хватит с меня и того, что я увидела. Боже! Этот жуткий камзол. Вы, что сюда деревяшек натолкали? Недаром вы рясу одели. В этой одежде даже дышать невозможно.

– Но, как же любовь?

– Какая любовь? Вы, что белены объелись? Луиза меня не видела и ничего обо мне не знает. Я о ней тоже. Я даже вашу девочку не помню. Время размыло ее черты, а поцелуй ерунда. Плод больного воображения и просто сон. Зачем она мне? Притащили меня сюда, так и отправляйте обратно. Я с удовольствием буду иногда вспоминать это странное приключение.

– Но я не могу сеньорита Айрин. Я дал слово».

Ирина, пылая гневом агрессивно приблизилась к канонику. Тот слегка отодвинулся, с опаской поглядывая на рассерженную девушку.

«Но я правда не могу. Я поклялся сейчас Луизе, что сегодня обвенчаю вас.

– Что вы пообещали? Я не ослышалась?

– Нет сеньорита Айрин. Обвенчать вас сегодня».

Девушка открыла рот и глотая воздух от возмущения не могла сказать ни слова. Она ошарашенно соображала, что здесь происходит. Наконец девушка, забыв о вежливости резко закричала:

«Да вы, что совсем здесь все спятили. Какое венчание? Да вы чудовище в рясе! Жирный сводник, и как до сих пор инквизиция до вас не добралась? Вы нарушаете церковный закон и понесете за это наказание.

– Я готов ради Луизы на всё.

– А, я нет каноник. Я немедленно ухожу отсюда. Лучше в петлю головой, чем участвовать в безумном спектакле. С меня довольно. Может я найду другой способ вернуться домой. Как вас только ваш бог не испепелит.

– О! Не говорите так сеньорита. Я делаю это только исключительно ради любви».

Каноник возвел руки к небу и воскликнул.

«Видит Бог, я сделал всё возможное. Значит я не был столь убедителен. Хорошо синьора, будь по-вашему».

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru