Марсианская роза

Арина Дмитриевна Бродская
Марсианская роза

Если космос располагает безграничным запасом времени, это не просто означает, что может произойти всё, что угодно. Это означает, что всё когда-нибудь действительно произойдет.

Эрленд Лу


Я смотрела наверх, думая о своем будущем. Сегодня, на удивление, было ясно, и звезды светили на темном небе, маня к себе. На мне висела старая грязная одежда, и единственным моим желанием был душ. Представила горячую ванну, в которую могла бы поместить себя, смывая ту многолетнюю пыль, что впиталась в кожу. Вода мгновенно стала бы грязной, и я позволила себе налить еще одну. Я сделала вдох и вспомнила, каково это, когда твои поры дышат.

– Роза!

Я подскочила. Через развалины, на которых я сидела и смотрела на угасающий мир, пробирался Уилл.

– Все тебя обыскались.

Уилл – мой старший брат. Раньше мы постоянно гуляли вместе, веселились, ели мороженое и думали, что так будет всегда.

– Но ты же нашел, – сказала я.

Уилл сел рядом со мной. Перед нашими глазами распростерлась ужасная картина: полуразрушенные дома, что вот-вот упадут на землю, смог и пыль, стоящие в воздухе, заброшенные ржавые машины. Спасало только небо.

– Сегодня много звезд, – сказал Уилл с удивлением.

Для меня это тоже было необычным. Когда наша планета начала рушиться, единственной надеждой для меня стали звезды, которые были спрятаны за дымом, пылью и облаками. Они выглядывали так редко, что я начинала думать, что выдумала их.

– Почему меня искали?

Уилл тяжело вздохнул.

– Было собрание, которое ты пропустила.

– Я уже говорила, что не буду слушать про другую планету, на которой нам будет хорошо. Ты же понимаешь сам, нам там нет места. Богачи заняли все места. На таких, как мы, даже не посмотрят, оставят дышать этим воздухом и помирать.

Уилл помотал головой.

– Ты сама говорила о том, что нужно верить в лучшее.

Я промолчала, остановив взгляд на разрушенных дорогах. Глазами я проводила по трещинам, переплетая их между собой.

– Роза, – Уилл легонько толкнул меня, чтобы привлечь внимание, – помнишь, мы выдумали историю про звезды?

Я улыбнулась.

– Ты про то, что звезды – слезы великанов-инопланетян?

– Мы говорили про Марс.

– Это детские сказки.

Уилл вздохнул.

– Ты пропустила кое-что важное. Держи.

Брат протянул мне маленькую бумажку с кучей штампов и подписей. Из-за темноты я не могла разобрать ни буквы, поэтому попросила сказать, что на ней.

– Нашу семью вывезут на Марс.

– Издеваешься?

Я сухо засмеялась, а затем зашлась в приступе кашля. На руке осталась мокрота, смешанная с грязью. Голова закружилась, но рука Уилла схватила мою, поддерживая меня, чтобы я не свалилась вниз.

– Ты же знаешь, наука не стоит на месте. Придется ходить первое время в специальных костюмах, пока что-нибудь не придумают, – сказал Уилл.

– Ты серьезно?

– На нас все же обратили внимание.

Я смотрела на своего брата, ожидая, когда он скажет, что пошутил, но его взгляд был серьезным.

– Уилл, я не верю.

– Придется поверить.

Я кинулась ему в объятия, не осознав, что плачу. Слезы скатывались вниз, собирая с собой грязь, от чего кожа на щеках стала чесаться.

– Мы выживем.

Уилл сжимал меня в своих объятиях, словно боялся, что я улечу прямо сейчас и без него.

– Вы должны пройти ряд проверок.

Мужчина с седыми волосами и в чистом костюме сидел напротив нас в большой машине. Он снял респиратор, и поэтому свободно говорил с нами. Я давно не видела машин, и тем более не ездила на них. Нас сильно трясло из-за аварийных дорог, но ремни безопасности спасали мою голову от ударов о крышу.

– Нас будут помещать в специальную кабину и трясти? – спросила я.

Взгляд мужчины заставил вжаться в кресло. Руки трясло от осознания того, что мы летим на другую планету. Паника охватила мое тело, и мне стало плохо. А если корабль взорвется? А если мы врежемся в огромный камень?

– То, что вас отобрали, еще не значит, что вы полетите на Марс. Нам нужны сильные люди. Выносливые. Это не в самолет сесть, – сказал мужчина.

– Вы проводите отбор среди всех людей? – спросил Уилл.

– Только среди тех, кто хотя бы начал учиться в колледжах и университетах. И, конечно, по возрасту. Нам не нужны люди, прожившие сто лет на Земле, они и перелет не выдержат.

Всю оставшуюся дорогу мы ехали в полном молчании. Я думала, как сложно находиться там, где время идет совершенно иначе. А бывает ли на Марсе день и ночь? А сможем ли там учиться, и что вообще мы будем там делать?

Машина остановилась рядом с большим зданием. Я раньше думала, что это военная база, но масштабы потрясали. Удивительно, как это здание не разрушилось под действием сильных землетрясений.

– Вперед.

Мужчина деловой походкой пошел к базе и жестом показал идти за ним внутрь. У ворот нас обыскали и дали временные пропуска.

– Папе бы понравилось, – сказала я.

Уилл кивнул и взял меня за руку. Родители были в доме, когда произошел сильный толчок. Наш дом рухнул, и у меня остался только брат. В нашем городе были некие дома спасения, где можно было пожить некоторое время.

В здании горел свет, и это восхищало. Мы стали жить без электричества после третьего землетрясения за неделю. Свет слепил глаза, и я увидела, насколько грязной я была. К слову, воды у нас тоже не было, только запасы питьевой. Редко-редко мы позволяли себе выйти к озеру, где можно было сполоснуться, но вода в нем была грязной, поэтому это особо не спасало. Кожа зудела, и мне безумно хотелось ее почесать.

Рейтинг@Mail.ru