Курс на белую волну

Антон Александрович Мальцев
Курс на белую волну

Вначале Бестужев противился выбору Фике в невесты великому князю, что в ответ вызвало у Екатерины отторжение.

Однако, Бестужев – один из самых талантливых русских политиков того времени, в чем Екатерина убедилась, и мнение свое изменила.

Алексей Петрович последовательно отстаивал интересы России. Отчаянно боролся с засильем немцев во власти.

Век Елизаветы кончается. Канцлер ищет себе союзников.

Основное правило внешнеполитической деятельности Бестужева – противодействие Пруссии. Он – главный вдохновитель начавшейся Семилетней войны.

Петр Федорович, наоборот, открыто говорит о своих симпатиях к Пруссии и ее королю, чем вызывает немалое раздражение у русских патриотов.

Екатерина хитрее. Внешне занимает нейтральную позицию. Пока её цель – общие симпатии: она скромна, набожна, добра, приветлива и, наконец, искренне стремится быть во всем русской. За семнадцать лет, проведенных в России, Екатерина не соглашалась с нелюбовью Петра ко всему русскому. Она, напротив, стремилась лучше узнать русскую историю, обычаи, историю окружавших ее знатных семейств. Зная религиозность народа, Екатерина педантично выполняла обряды православной церкви, подолгу молилась и постилась.

При этом ее муж позволяет себе громко разговаривать и смеяться в церкви. Иными словами, он делает все, чтобы дискредитировать себя, противопоставить большинству.

Это пугает окружение.

Доходит до того, что Бестужев-Рюмин обсуждает с Екатериной проект ее возведения на престол в обход мужа. Великая княгиня относится к проекту осторожно, она еще не чувствует себя достаточно уверенно. Между тем понемногу, исподволь она втягивается в политику. Этому способствует и растущий интерес к ней русских вельмож и иностранных дипломатов, и то, что Петр препоручает ей некоторые дела по управлению Голштинией, и, наконец, роман со Станиславом Понятовским – молодым и красивым польским дипломатом.

Роман продлился недолго. С 1755 по 1759 гг., но сыграл в жизни Екатерины важную роль: во-первых, Станислав был для нее связующим звеном с большой политикой, во-вторых, ввел ее в курс запутанных польских дел. Его императрица в будущем сделает королём польским.

Этот интерес к политике, как мы помним, едва не погубил Екатерину, когда гром разразился над головой Бестужева, и он был отправлен в ссылку. Однако опасных для Екатерины бумаг следствие не нашло – Бестужев успел их сжечь, а инкриминированные ей письма фельдмаршалу С. Ф. Апраксину, также впавшему в немилость, оказались не достаточными.

Историческая справка: до ХХ века только два человека читали письма княгини Екатерины. Это Александр II и Александр III. То есть, в период своего правление они уже знали, что Екатерина, носившая к тому времени титул Великая, совершила измену, в соучастии с послом английским Вильямсом.

Это был необходимый путь синяков и шишек. Без него не понять, что же происходит на самом деле.

Елизавета, как Анна Иоанновна, для своего времени оказалась крепкой правительницей, но вела русский корабль импульсивно.

Екатерина – первый правитель, после Петра Великого, которая вела Россию целенаправленно.

Еще не случился переворот, но Екатерина уже приблизилась к штурвалу русской государственности, приготовилась вести самостоятельно тридцать четыре года русский государственный корабль, под русским флагом, ловить ветер, который нужен России, а не кому-то еще.

А впереди по курсу ее ждет одинокий и гордый мыс под названием «неизвестный император».

Глава третья

Неизвестный император

Ах, как легко мы вешаем порою

И ярлычок, поди ж ты, уж готов…

Из раннего…

После смерти Елизаветы на престоле оказался Петр III, как и хотела императрица.

Портрет: Петр III Фёдорович (урождённый Карл Пе́тер У́льрих, Шлезвиг-Голштейн-Готторп (1728-1762) – император всероссийский в 1762, первый представитель Голштейн-Готторп-Романовской династии на российском престоле. C 1745 года – владетельный герцог Голштейн-Готторпский. Внук Петра I – сын его дочери Анны и Карла Фридриха Голштейн-Готторпского. Внучатый племянник Карла XII – внук его сестры Гедвиги-Софии.

В восемнадцатом веке все императоры мужского пола, за исключением Петра I, имели короткую и незавидную судьбу.

Петр II умер в четырнадцатилетнем возрасте.

Иоанн VI провел жизнь узником, убит в двадцать четыре года.

Петр III, мечтавший о славе великого правителя, отказался короноваться до победы над Данией (за родной город Шлезвиг) и был убит некоронованным.

Павел I убит на пятом году правления.

Читатель удивится, но из представленных сановных особ о Петре III мы знаем менее всего.

Посоперничать с ним может Иоанн VI, о жизни которого известно только из записок охраны Шлиссельбургской тюрьмы, но он от власти был отстранён в младенческом возрасте и как личность правителя вряд ли может интересовать.

Вопрос о Петре III не просто сложен. Архисложен. Дело в том, что нет практически ни одного политического или общественного современника Петра, который бы положительно отозвался о его деятельности.

Сторонники Петра наших дней используют этот факт, как подтверждение создания Екатериной вымышленного «сумасбродного» императора.

Давайте, дорогой мой читатель, пробежимся по основным деяниям недолгого царствования Петра III.

Первое. Петр III столкнулся с силой, им недооцененной.

Гвардия!

Гвардейцы во второй половине восемнадцатого века воспринимали себя не только «преторианцами» трона, но и патриотами. Кроме того, они были ближе к широким слоям столичного населения, где патриотические настроения преобладали. Вот эта связь с низами на тот момент была «открытием», а в последующие десятилетия мало, кто из правителей России догадался всерьез озаботиться контролем взаимной интеграции слоев.

А это, как мы уже говорили, предтеча общественного мнения.

Второе. Петр сделал все возможное, чтобы восстановить против себя духовенство. На минутку, это один из самых влиятельных слоев общества. Увлечение немецкими культурой и образом жизни сыграли отрицательную роль. Образцы католической службы Петр ценил больше, чем православные. Он не скрывал своего презрения к православной церкви и ее обрядам. С восшествием на престол и вовсе стал требовать, чтобы из церквей были удалены иконы с изображениями русских святых, чтобы священники брили бороды и вместо ряс, наподобие евангелических пасторов, носили сюртуки. Активно продвигал идею секуляризации церковных земель. 25 июня 1762 г. издал указ об уравнении всех религий.

Для того времени – революционные решения. И мы не очень ошибемся, если скажем, что такая активность, граничащая с безрассудством, не доказательство скудоумия, а результат затравленного самодержавного эгоизма.

Долгие годы Петр провел в привилегированном, но униженном состоянии. Ежедневно сталкивался с безудержным елизаветинским единоличием. Отсутствие возможности для самореализации привели к тому, что Петр в одном случае мстил, в другом – вредничал, в третьем – спешил.

Таким образом, силы и ум оказались подчинены бушующим детским комплексам. Мы, читатель, еще встретимся с подобным поведением правителя России чуть позже, в конце 18 века.

Третье. Союз с Пруссией – дедлайн семилетней войны.

Можно ли было его считать благом для России?

Этот вопрос, с вашего позволения, оставим до следующей главы. Пока можно сказать, что такое резкое заключение союза в разгар победоносной войны не могло не вызвать конфликта Петра III с армией. Для большинства его современников – мир расценивался не иначе, как предательство.

Четвертое. Манифест о вольности дворянству.

Непростая история. Его стоит понимать, как очередной этап процесса расширения дворянских прав. Этот процесс появился со смертью Петра Великого, который держал дворянство в «решпекте», как тогда говорили. То есть строго.

Началось все при Анне Иоанновне, в благодарность освобождения от "кондиций".

Продолжилось при Елизавете, тоже по понятным причинам.

Появление Манифеста имело важные социальные и политические последствия.

Почему же тогда Манифест не обеспечил Петру поддержку дворянства, которое принято считать опорой трона?

Именно потому, что этот документ имел значение, прежде всего, для широкой массы рядового дворянства, а не для придворных, солдат гвардейских полков или столичных жителей.

С одной стороны, Петр III вроде бы только узаконивал сложившуюся практику. С другой стороны, узаконил он довольно узким способом.

Манифест задуман был как непременный государственный закон, который должен был исполняться любым монархом, кто бы ни вступил на престол. Но в итоге стал первым словом в написании таких непременных законов, но не самим законом.

Забегая вперед: А вот жалованная грамота дворянству и городам Екатерины II – уже закон.

Вот оно, непонимание, что «царя играет свита». Руководители страны после Петра – этот урок усвоили.

Нынешние тоже двигаются в «послепетровском» русле.

Итак, Петр поступал, как другой Петр, но на несколько десятилетий позже. Век один, а ситуация уже изменилась.

Как говорил классик: «КВН уже не тот!».

Прогрессивный характер начинаний был перечеркнут методами, которыми он пытался их проводить, что явно отразило полное отсутствие у него такого важнейшего качества, как политический реализм.

Легко убедиться, что некоторые из начинаний Петра III имели новаторский характер. Действительно, война с Пруссией была не нужна России, и Екатерина в дальнейшем также ориентировалась на союз с нею; секуляризация церковных земель была назревшей необходимостью, и в скором времени Екатерина провела и эту реформу; разумной была и попытка вывести из Петербурга гвардию, лишив ее, тем самым, возможности воздействовать на политическую жизнь страны; заслуживает одобрения попытка провозглашения веротерпимости.

 

Но, как говорится, увы и ах!

Так или иначе, но недолгим правлением Петр III заложил третью мину, создал предпосылки для появления прослойки паразитирующих на родословной образованных "болтунов", именуемой в дальнейшем интеллигенцией. Той самой, которая в 1917 и в 1991-1993 молчаливо сдавала страну.

Нельзя сказать, что Петр III не руководствовался благими намерениями. Но благими намерениями выстлана дорога … сами знаете куда.

Давайте поговорим о дворцовом перевороте 1762 года.

Основные фигуранты.

Первая – Екатерина, без неё он бы не произошел.

Чем она занимается, пока на престоле Петр?

Давайте заглянем в «будуар императрицы» вместе.

Летом 1761 года Екатерина познакомилась с новым кавалером – Григорием Орловым. Орлов в Петербурге был личностью весьма примечательной – герой Семилетней войны, великосветский хулиган и предмет девичьих мечтаний. В битве при Цорндорфе он был трижды ранен, но из боя не вышел, а, напротив, взял в плен адъютанта императора Фридриха Великого. После госпиталя поселился в столице, где тут же стал личным адъютантом военного министра графа Петра Шувалова.

Екатерина с ходу влюбилась в высокого статного офицера. Роман быстро развивался. Орлов был готов ради Екатерины на любую жертву, а она решила родить от него ребенка. Что и сделала. Свою беременность Фике умело скрывала под пышными платьями, да и Петр, как мы помним, не особо интересовался делами своей супруги.

Ночью 11 апреля 1762 года у Екатерины начались родовые схватки. Чтобы скрыть  рождение «байстрюка», камердинер императрицы Василий Шкурин поджег свой дом, стоявший недалеко от дворца. Полыхало так, что наблюдал весь Петербург.

Зачем? Спросит читатель.

А у нашего императора была особенность. Очень любил смотреть на пожары. Бывает! Екатерина слабость мужа знала и сама упросила камердинера поджечь что-нибудь приметное. Шкурин поискал-поискал, ничего путного в столице не нашел, чтобы спалить. Поджог свой дом! Как и планировали заговорщики, Петр вместе с любовницей Воронцовой провел на пожарище несколько часов.

Под прикрытием паники преданный слуга отвез Екатерину к знакомому доктору (это по одной версии, по другой – она родила в своей спальне в Зимнем дворце), а пока тушили пожар, императрица успела родить сына Алексея.

Сына императрица отдала на попечение жены Шкурина, сама после родов явилась к ужину, как ни в чем не бывало. Муж ничего не заметил!

Гордость за женщину берет!

Историческая справка: Позже Шкурину был пожалован чин бригадира и земли, и он увез сына императрицы Алексея (под фамилией Бобринский) на воспитание в Лейпциг.

Однако оставить в тайне рождение Алексея не удалось – через две недели императору Петру донесли, что его супруга родила мальчика от какого-то гвардейского офицера. Тут уж терпение Петра, обычно сквозь пальцы смотревшего на любовные похождения Екатерины, окончательно лопнуло. Он объявил, что собирается развестись с императрицей и жениться на фрейлине Елизавете Воронцовой, дочери тогдашнего вице-канцлера графа Михаила Воронцова.

Но оставим на время Екатерину и Петра разбираться в семейных дрязгах. Вернемся к перевороту.

Кто еще входил в число заговорщиков?

Конечно, те, кто смог собрать ударную силу для переворота – гвардейцев. Братья Орловы.

Портрет: Григорий Григорьевич (1734-1783), граф Российской империи, светлейший князь Римской империи. После переворота возведен в графы, назначен генерал-адъютантом, генерал-директором инженеров, генерал-аншефом. В 1771 году послан в Москву для борьбы с чумой. Удачное исполнение этого поручения императрица увековечила золотой медалью и сооружением в Царском Селе (Пушкино) триумфальных ворот с надписью: «Орловым от беды избавлена Москва». Императрица дозволила ему принять от римского императора в 1772 году диплом именоваться Римской империи светлейшим князем.

После возвышения Г. А. Потёмкина в 1774 году Орлов, утратил всякое значение при дворе, уехал за границу, женившись на своей двоюродной сестре Зиновьевой, и вернулся в Москву лишь за несколько месяцев до смерти, страдая умопомешательством.

Алексей Григорьевич (1737-1808) – генерал-аншеф. Сыграл не менее выдающуюся роль при перевороте. Отвёз Петра III в Ропшу. Назначен главнокомандующим флота, посланного против Турции под Чесмою. Истребил турецкий флот и открыл путь к завоеванию архипелага. Пожалован титулом Чесменский. После отставки поселился в Москве. Соединением пород арабской и фрисландской образовал породу орловских рысаков, а арабской и английской – верховую породу.

Фёдор Григорьевич (1741-1796) участвовал в семилетней войне. Вместе с братьями был главным участником переворота, после чего назначен обер-прокурором сената. В турецкую войну, находясь в эскадре адмирала Спиридова, отличился при взятии крепости Короны. Под Чесмою один из первых прорвал линию турецкого флота. При острове Гидра обратил в бегство 18 турецких судов. Все эти подвиги увековечены Екатериной в Царском Селе колонной, украшенной корабельными носами.

Владимир Григорьевич (1743-1831), получил образование в Лейпцигском университете. Назначенный директором Академии наук, вёл оживлённые сношения с учёными и писателями, устраивал научные экспедиции (Паллас), много заботился о русских молодых людях, обучавшихся за границей, принимал меры к распространению в переводах произведений классических писателей, предпринял вместе с другими труд составления словаря русского языка. Пытался, но не смог настоять на том, чтобы академические протоколы писались на русском языке, они составлялись на немецком языке.

Заговор, так или иначе, поддерживали представители аристократического лагеря, долгие годы находившегося в оппозиции и к Петру III, и, в общем, к тому стилю управления, который процветал при Елизавете Петровне. Это Никита Иванович Панин, брат его Петр Иванович Панин, Екатерина Дашкова, Иван Иванович Бецкой и ряд других представителей высшего эшелона, если не во власти в прямом смысле, то интеллектуального высшего Петербургского дворянства.

Отличие дворцового переворота 1762 года от других в социальной и внутренней разнородности участников движения.

Если говорить о Панинах и тех, кто группироваться вокруг них, то это люди, которые действительно хотели определенного изменения управления России. Хотели демократического ограничения самодержавного деспотизма, как они понимали правление Елизаветы Петровны.

Считается, что это в некоторой степени было возрождение планов Верховного тайного совета, который в своё время предложил "кондиции" Анне Иоанновне. Но с этим можно поспорить. Все-таки, при Верховном тайном совете доминировало желание лично остаться при власти и монополизировать это буквально навсегда. В 1762 году мы наблюдаем желание создать наполовину назначаемый, наполовину выбираемый верхним слоем дворянства орган управления, который разделил бы вместе с императрицей верховную власть.

Учтем, что прошло тридцать два года со времен попытки «верховников».

В Европе эпоха "просвещения" вовсю шагает.

Это приносит определённые плоды. Общественное благо впервые в истории России начинает волновать умы власть предержащих. Этим задумалась уже и Екатерина.

Вот это нужно четко понять и принять.

Это уже человек нового времени, не похожий ни на Анну Иоанновну, ни на Елизавету.

Что касается Орловых и вообще офицерства, принявших участие, равно как и солдатства, которое они привлекли, можно сказать, это была привычная – и со времён возведения Екатерины I на престол, и со времен возведения Анны Иоанновны, и со времен возведения Елизаветы Петровны – традиционно русская среда.

Как было при выше названных переворотах?

Верхушечный переворот.

Кабаки разобьют.

Народ будет бесплатно пить.

А участники дела получат стремительный взлет наверх, почести, состояния.

Кто поумнее да поудачливее, тот до конца обозреваемой жизни своей проживет в благополучии и причастности к власти, а, значит, возможности улучшать это благополучие.

Кто потянет одеяло на себя или просто окажется не в том месте, не в то время – голова с плеч или, перефразируя известную песню, «и тройка мчит меня в сибирские морозы».

На деле вроде бы так, а не совсем.

Появляется ещё один компонент.

Это очень интересно.

Помните, дорогой мой читатель, когда мы «подбирались» к елизаветинскому перевороту, мы довольно подробно коснулись темы общественного мнения. Тогда это была скорее интуитивная находка цесаревны, обеспечившая ей «приятие обществом». И целью её были аристократические слои и гвардия.

Сейчас акцент сместился на отношение простого народа Санкт-Петербурга. Это был первый переворот, когда в нем приняли массовое участие низовые представители. Не с оружием в руках побежали, конечно, но пришли на площадь перед Зимним дворцом приветствовать смену власти. Другой вопрос, как Екатерина использовала кредит доверия, как теперь говорят, который она получила 28 июня, в день возведения её на престол.

Историческая справка: Кстати, Екатерина, можно сказать, стала первым жителем Зимнего дворца, только построенного.

Екатерина была приведена к власти не благодаря её собственной политической программе, потому что Орловых и тех, кто стоял за ними, эта программа не очень интересовала.

Это была кандидатура антиПетра III.

Последний настолько опостылел, настолько вызывал отторжение у самых разных категорий приближенных к трону и вообще граждан, что какая-то другая фигура, пусть не до конца понятная, но тем не менее, отличная от Петра, представлялась желаннее.

С чего начался переворот?

С провала. Как обычно в России.

За полтора суток до переворота был арестован один из участников заговора – гвардейский офицер Пассек Петр Богданович, будущий генерал-аншеф.

Виноват он был сам. Привлёк одного из своих солдат к участию в заговоре, а потом не нашёл ничего лучшего, как наказать его за дисциплинарное правонарушение.

А солдат ему ответил тем, что сказал сакраментальную фразу: "слово и дело государево", как говорили еще со времен Ивана Грозного – слово и дело государево, это публичная форма обращения, после которой надо всех, о ком сказано, арестовать, в том числе и самого доносителя. И потом допрашивать, а после и пытать, если допрос не дает искомых ответов. Иными словами, солдат сделал на командира донос.

Ситуация стала сразу критической.

Нужно внести уточнение.

Петр III упразднил Тайную канцелярию. То есть, само ведомство политической полиции. Но, скажем так, небольшой отдел в канцелярии все же остался. Поэтому Пассек вполне разумно допускал, что после допроса, к нему могут применить пытку. Тянуть не стал. Рассказал, что знал.

Солдаты сами относились к Петру III плохо. И охранявшие Пассека солдаты прямо ему заявили, что сторожить его будут формально, и он может убежать, потому что они ЗА то дело, которое он поддерживает. Но Пассек предпочел побегу сообщить Орловым, чтобы они приняли окончательное решение.

Тогда Алексей Орлов немедленно отправился в Петергоф, куда накануне переехала из Ораниенбаума Екатерина, и привезти ее в Петербург. А Григорий и остальные занялись гвардейскими полками, чтобы когда Алексей привезёт Екатерину, гвардия была готова.

В пятом часу утра Алексей прискакал в Петергоф. Разбудили Екатерину, для которой это всё было несколько форс-мажорным. Переворот-то намечался через недели две-три, когда войска уйдут походом воевать за территории Шлезвига (родимой Голштинии Петра). Петр Федорович должен был отправиться с ними и в момент его отсутствия на территории Санкт-Петербургской губернии, предполагалось поднять знамя мятежа и захватить власть, по крайней мере, пока в столице.

Забегая вперед: История переворотов мира показывает, что достаточно захватить столицу, чтобы удержать власть. В серии "история на коленках" предусмотрена книга, посвященная истории заговоров, где будет продемонстрировано, как таким способом они совершались в Древнем Риме, Византии, во времена Французской революции (три четверти страны были против якобинцев, но они-то сидели в Париже!), во времена гражданской войны в Англии (парламент сидел в Лондоне, король его победить не сумел), да и нашу многострадальную революцию 1917 года не забудем.

Итак, форс-мажор! Частое явление в заговорах. Неосторожное движение, и гнойник прорывается.

Дальше надо спешить!

Вот Алексей Орлов в пятом часу в Петергофе будит Екатерину. Он же достает карету. Екатерина в черном траурном платье (в память о Елизавете!), с екатерининской алой лентой через плечо, потому что андреевскую, синюю ленту можно возлагать только, когда становишься государем.

 

Историческая справка: В то время Андреевская кавалерия воспринималась, как государственная инсигния – внешний знак могущества и власти. Потом уже такого не будет.

Это еще не тот момент, когда Екатерина будет скакать в седле в гвардейском костюме.

Предстоит восходить на престол, не может она появиться в таком виде.

Пока всё действие происходит, Григорий Орлов и другие поднимают гвардию. И те несколько армейских полков, которые были всегда в составе гарнизона столицы.

Екатерина приезжает в столицу утром. Едет сначала в казармы измайловцев. Они встречают ее восторженно. Несколько офицеров выступило против. Их арестовывают.

Любознательный читатель законно спросит – Орловы, поднимая гвардию, говорили истинную причину, то есть, что они идут свергать Петра?

Отвечаю.

Да!

Все предшествующие недели Орловы вели агитацию о том, что Петр – предатель. Он предал не только Россию, но (что еще страшнее по тем временам) предал православную веру.

Как мы видим, Екатерина учла опыт антинемецкой пропаганды елизаветинского переворота.

Это стало основным мотивом для массы городского населения.

Другое дело, как Екатерина (чистокровная немка, а отличие от Елизаветы) смогла убедить русский люд в своей "православности".

После измайловцев отправляются к преображенцам. Там ее ждала также всеобщая поддержка. Еще и просят прощение, что не они первые, они привыкли быть первыми со времен Елизаветы Петровны.

Потом – семеновцы, которые тоже извиняются, говоря, что они были слишком далеко от маршрута Екатерины, а то бы были в первых рядах, конечно.

Присоединяется конная гвардия и армейские полки.

В Казанской церкви на Невском проспекте (напомним читателю, что никакого Казанского собора еще не было, на этом месте стояла деревянная церковь) духовенство вышло навстречу в знак приветствия.

Цесаревну вводят в Казанскую церковь и проводят провозглашение.

Провозглашение и коронация – это не одно и то же. Коронация будет позднее, потому что она может происходить только в Москве и только в Успенском соборе. Это должно быть миропомазание священным елеем, привезенным из Иерусалима, приготовленным на гробе Господнем. Другим нельзя. Государь при коронации приносит себя народу в жертву. Это происходит во время чинопоклонения на Красном крыльце Успенского собора, когда народ становится на колени, и кланяется до земли, а государь кланяется им. Тем самым, как бы заключается брак между народом и государем. Вот почему свергать царя или отрекаться – большой грех.

Кого Бог соединил, людям нельзя было развести.

К слову, Петр-то еще не короновался. Причем, по собственной инициативе. Свергать некоронованного императора тоже ничего хорошего, но все-таки не грех.

Это изъявление чувств россИян, как тогда говорили.

Грех будет 5 июля в Ропше.

Но не будем забегать вперед.

Итак, провозглашение. Теперь она благоверная государыня.

После этого, вся процессия двигается в Зимний дворец.

Екатерина появляется на том самом центральном балконе, опять-таки в траурном черном с екатерининской лентой. Ее поддержало большинство. И не только в городе и в армейских полках, но и гражданским населением.

А где в это время Петр III?

Он находится в Ораниенбауме вместе со своей возлюбленной Елизаветой Воронцовой. Ни о чем не подозревает, что опять же говорит о нем, как о негосударственном человеке.

Как в бессмертном монологе Фигаро у Бомарше (более известного, как разведчика, чем писателя, кто не в курсе): «Знатное происхождение, состояние, положение в свете, видные должности – от всего этого немудрено возгордиться! А много ли вы приложили усилий для того, чтобы достигнуть подобного благополучия? Вы дали себе труд родиться, только и всего. Вообще же говоря, вы человек довольно-таки заурядный».

Самоуверен, безумно самоуверен, что если он у народа есть, то народ счастлив ему служить!

Вот на этом отношении можно предположить, что все-таки Павел – его сын! Потому что вести себя потом он будет точно так же.

На следующий день 29 июня 1762 года Петр должен был праздновать именины. Именины собирался праздновать в Петергофе вместе с законной женой Екатериной.

Утром 29 июня они (Петр, его любовница, свита) приезжают в Петергоф…

И…никого!

Пустота!

Вот тут до него начинает доходить, что что-то не так.

Поступают первые известия о том, что произошёл переворот.

Петр срочно возвращается в Ораниенбаум и застает "шапочный разбор". Его придворные в смятении. Двор Петра попросту начинает «линять», по-другому это назвать нельзя. Люди растворяются в воздухе.

Некоторые, желающие соблюсти приличия или на всякий случай, заявляют, что они сейчас отправятся в Петербург и от его имени все это остановят.

Но делают они это для того, чтобы получить благовидный предлог оставить Петра.

Как только они оказываются в столице, присягают Екатерине Алексеевне.

А Екатерина, тем временем, переодевается в мундир офицера Преображенского полка (Екатерина Дашкова-фрейлина тоже). Садится на коня и возглавляет поход на Ораниенбаум.

Фактически при Петре остался из серьёзных людей только один. Семидесятидевятилетний Христофор Антонович Миних. Его портрет позвольте преподнести подробнее. Он этого заслужил.

Портрет: Граф Бурхард Кристоф фон Мюнних, в России был известен как Христофо́р Анто́нович Ми́них (1683-1767) – российский генерал-фельдмаршал немецкого происхождения, наиболее активный период деятельности которого пришёлся на правление Анны Иоанновны, подполковник Преображенского лейб-гвардии полка.

Миних приехал в Россию в 1721 году по приглашению русского посла Долгорукова для организации инженерно-гидротехнитечских работ, в которых он был специалист. Запомнился устройством судоходства на Неве, строительством Балтийского порта, Ладожского и Обводного каналов.

В 1722 году он был произведён в генерал-лейтенанты.

В 1726 Екатериной I в генерал-аншефы.

В 1727 году император Петр II, переехавший со своим двором в Москву, назначает Миниха правителем Петербурга.

C 1728 – граф, генерал-губернатор Ингерманландии, Карелии и Финляндии.

После восшествия на престол Анны Иоанновны, Христофор Антонович пожалован генерал-фельдцейхмейстером, президентом Военной коллегии, а 25 февраля 1732 года – генерал-фельдмаршалом.

Он сформировал два новых гвардейских полка – Конной гвардии и Измайловский, (названный так по имени подмосковного поселения Измайлово, в котором жила императрица).

Провёл переустройство гвардейских и армейских полков, преобразовал Военную коллегию; основал в Петербурге первый Шляхетский кадетский корпус.

Миних ввёл в армии корпус (12 полков) тяжёлой конницы (кирасир), создал первые полки гусар; сравнял жалованье русских офицеров с жалованием приглашённых иностранных специалистов.

Он создал новый для России род войск – сапёрные полки – и основал Инженерную школу для офицеров. При нём были модернизированы или построены 50 крепостей. Эти и другие преобразования улучшили состояние русской армии.

В 1735 году в войне с Турцией (в ответ крымским татарам за набеги на русские земли) принял пост главнокомандующего. Организовал в 1736 году осаду Азова и Очакова, штурмом овладел Перекопом и вошел в Крым. Захватил Гезлев (нынешняя Евпатория) и столицу Крымского ханства Бахчисарай.

В 1737 году  – новый военный поход на Очаков. После упорного и кровопролитного штурма крепость взята 13 июля благодаря чрезвычайно эффективному действию русской артиллерии. Причём фельдмаршал подавал пример личной храбрости, командуя в строю батальоном лейб-гвардии Измайловского полка.

Наградами Миниху за действия в войне стали орден святого Андрея Первозванного (высшая награда в стране, на секундочку), звание подполковника лейб-гвардии Преображенского полка (звание полковника в этом полку имел право носить только монарх) и золотая шпага, осыпанная бриллиантами.

В 1741 году, с воцарением Елизаветы, Миних был предан суду (вместе с Остерманом) и приговорён к смертной казни. Идя из крепости к месту казни, Миних духом не пал, бодро разговаривал с охраной. На эшафоте был провозглашен новый приговор. Ссылка в Сибирь, в деревню Пелым, где отбывал наказание смещённый Минихом Эрнст Бирон.

В деревне Пелым Миних провёл 20 долгих лет. Занимался физическим и умственным трудом, выращивал овощи, обучал детей, сочинял разные инженерные и военные проекты.

В 1762 году, новый император Петр III возвратил 78-летнего Миниха, вернув ему все чины и награды, и, включив в Императорской совет.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Рейтинг@Mail.ru