Когда сбываются мечты

Анна Сергеевна Одувалова
Когда сбываются мечты

Глава 3
Планы на лето

Сегодня, впервые за долгое время, Дашка получила настоящее удовольствие от тренировки, начиная от построения и бессмысленной беготни по залу кругами, заканчивая изучением новых, все более сложных элементов и отработки старых.

Девушка чувствовала ритм жинги, дышала в такт заводной латиноамериканской музыке, а не механически выполняла все сложные шаги и стойки, прокручивая в голове фразы по-испански. Капоэйра – не просто боевое искусство, где значение имеют лишь удары. В капоэре приходится постоянно двигаться, жинговать. Шаг – первое, что учится делать новичок. Сначала приходится сложно – Дашка это испытала на себе. Долго сбивалась с ритма, но потом он зазвучал в сердце, и тогда пришло удовольствие от занятий.

Сегодня девушке особенно хотелось смеяться и двигаться. Тело не чувствовало усталости, и к традиционной, завершающей каждое занятие роде[2] Даша подошла в приподнятом настроении.

Рода немыслима без живого музыкального сопровождения. Капоэйра как боевое искусство зародилась в Латинской Америке в среде рабов и долгое время маскировалась под национальный танец. Отсюда и ритмичные движения, и удары, больше похожие на танцевальные па. Даже шаг «жинга» очень сильно напоминает танец.

Мелодично запели беримбау[3], а атабаки[4] начали задавать быстрый, заводной ритм. По залу понеслось дружное:

– Оле-оле-ола…

Дашка, улыбаясь, села вместе со всеми в круг – роду, огораживающую место для поединка – жоги, и начала подпевать. Она привычно хлопала в такт ударам атабаки и следила за происходящим, ерзая от нетерпения.

В круг вышел Вадим, и девушка, как всегда, задержала дыхание. Он был не очень высокий, ниже того же Макса, но великолепно сложенный. Узкие бедра и талия, прокачанные «крылья», делающие спину визуально шире, смуглая рельефная грудь и ярко выраженные кубики пресса. Занимающиеся в секции ребята все были стройными и подтянутыми, тренировки по два часа несколько раз в неделю на любую фигуру действуют благотворно, но Вадим всегда выглядел притягательнее и лучше. Возможно, дополнительно занимался в тренажерном зале, а может, просто был старше и тренировался уже очень давно – больше десяти лет.

А еще у Вадима был дракон. Он распахнул крылья на спине парня, спустив похожий на змею хвост по позвоночнику. Дашка каждый раз сглатывала, когда в поле ее зрения попадал прорисованный до мелочей шип на кончике хвоста.

Дашка не говорила никому, но у нее самой между лопаток с некоторых пор поселился такой же дракончик, только маленький. Крошечная, чуть больше спичечного коробка копия того, который у Вадима на спине. Девушка набила татуировку зимой, когда поняла, что ее мечтам не суждено сбыться. Теперь пришлось забыть о слишком открытых майках на тренировках. Даша не готова была демонстрировать свою тайну всем. Дракончик являлся символом, понятным ей одной.

Даша задумалась и не сразу сообразила, что все смотрят на нее. Она испуганно вскинула глаза и встретилась с внимательным взглядом Вадима.

– Пожингуем? – Судя по интонации, парень задал этот вопрос уже как минимум второй раз.

– Да я… – нерешительно начала она, но, поймав на себе несколько недоуменных взглядов, мотнула головой. Отказаться глупо – не принято и подозрительно, в конце концов, сегодня последнее занятие.

Девушка шагнула в круг, сделав красивое и ровное ау[5]. Даже не пришлось прилагать усилий, тело все умело само. Оказавшись подле Вадима, Даша присела и подала ему руку в традиционном приветствии, а дальше начался бой – красивый, завораживающий и озорной, такой, каким может быть только поединок в капоэйре. Не столько сражение, сколько демонстрация умений. Попытка перещеголять друг друга. Впрочем, Дашке было далеко до Вадима, к тому же она больше завороженно смотрела на его поджарое мускулистое тело, нежели жинговала сама.

В который раз девушка порадовалась, что то направление, которое изучают они, является бесконтактным – танец, где нет ударов и нужно лишь показать, что ты могла бы физически воздействовать на партнера. Даша не пережила бы, если бы это был спарринг с настоящими захватами, похожими на объятия, и тесным контактом.

Здесь же требовалось лишь имитировать удар, зафиксировать ногу в миллиметре от лица партнера и тут же отступить, уклониться и сделать очередной акробатический трюк. Не зря «жинговать» – практически полный синоним слова «играть».

В один момент Вадим отступил и чуть наклонил голову, выражая удовлетворение жогой, а в круг тут же, сменяя его, выскочила Лиса. Дашка даже выдохнуть не успела, пришлось подхватывать озорной и быстрый ритм, который с ходу задала подруга.

На свое место Дашка села вся мокрая, запыхавшаяся, уставшая и, несмотря ни на что, довольная. Мышцы приятно ныли, и по мере того, как накрывала физическая усталость, проходила усталость эмоциональная. Снова стало грустно от понимания, что подходит к концу целый жизненный этап.

– Мне было приятно с вами работать в течение этого года, – улыбнулся Вадим, обращаясь к группе, но взгляд задержал почему-то на Дашином лице. – Впереди каникулы, и я надеюсь, за лето наши ряды не поредеют, а чтобы сплотить группу, хочу вам предложить одно интересное выездное мероприятие.

– Что за мероприятие? Шашлыки? – загорелись азартом глаза Лисы, и она плотоядно улыбнулась.

– Ну… – Вадим усмехнулся. – Шашлыки в программе тоже есть, а вообще я предлагаю вам выехать в летний археологический лагерь. Мой друг – руководитель раскопок, которые проводятся недалеко от города, в районе старой, почти опустевшей деревушки Заозеры. Там уже несколько лет копают стоянку времен, если не ошибаюсь, неолита. В августе у Игоря Юрьевича будут проходить практику студенты. Мы с вами вполне можем присоединиться.

– И что мы там будем делать? – наморщила высокий лоб Ксюша. Было видно: предложение ее не вдохновило. – Я не хочу сортировать черепки.

– Не переживай, к черепкам тебя никто не допустит. Это дело ответственное. Мы будем копать.

– Копать? – округлил глаза Ромка. – Так это ж скучно!

– Не скажи, – не согласился Вадим. – Лагерь расположен на берегу чистейшего озера. Если повезет с погодой, в начале августа еще можно будет купаться. Поэтому мы можем организовать очень насыщенный отдых. С утра – пробежка, купание; до обеда – помогаем археологам и копаем, потом отдыхаем, купаемся-общаемся, ближе к вечеру – тренировка и посиделки у костра. Это предложение действительно для всех, но, естественно, никто вас не заставляет. Единственная просьба – думать побыстрее. Сообщите мне в течение недели по возможности. А сейчас всем до свидания и веселых каникул!

Вадим махнул рукой и скрылся в раздевалке, а в зале началось оживленное обсуждение. Предложение Вадима взволновало всех. Кто-то уже сейчас готовился паковать чемодан. Кто-то думал, как отпроситься у родителей, кто-то расстраивался, что не выйдет присоединиться к общему веселью, и только одна Дашка, казалось, не горела желанием никуда ехать.

– Почему? – спрашивала ее Лиса. – Будет же здорово! Представляешь, романтические посиделки у костра, почти полная свобода от родителей… И никакой картошки! Мечта!

– Ага, а лопата все та же, что и на огороде! А еще отсутствие горячей воды… – скептически заметила Даша. – Нет уж, наверное, я воздержусь от поездки. Не уверена, что хочу…

– Как так? – подскочил Макс. – Дашка! Не смей! А потом ты укатишь почти на год в Москву? Ну уж нет, поехали, ну пожалуйста!

Лиса и Макс доставали ее всю дорогу до дома, и в конце концов Даша пообещала подумать, уверенная, что мама тоже не будет в восторге от двух недель археологического лагеря перед длительным отъездом в неизвестность.

Конечно, в душе Дашки жил маленький червячок сомнения по поводу московского лицея – результаты теста еще не пришли, и ждать их долго, поэтому нельзя настраиваться так сильно, но, с другой стороны, девушка была в себе уверена и не могла не мечтать.

Как ни странно, мама восприняла идею о летнем лагере с энтузиазмом и дала свое родительское благословение, лишив Дашку последнего аргумента в споре с друзьями.

Девушка забросила в угол сумку со спортивной формой, задвинула в дальний ящик тетради, и только усевшись на подоконник с чашкой ароматного чая, осознала, что пришло лето, а учебный год, который принес в ее жизнь столько нового, закончился. Впереди ждали беззаботные деньки, прогулки с Максом при луне и полное отсутствие домашних заданий.

Но было почему-то грустно, и Дашка знала, какое имя у ее грусти – Вадим. Девушка давно смирилась с тем, что между ними ничего не может быть, она поняла и приняла все его аргументы, и даже стала встречаться с Максом, который ей, безусловно, нравился, но сердце при этом все равно молчало и начинало биться сильнее лишь три раза в неделю, когда на горизонте появлялся Он. Каждый раз после тренировки Дашка не могла избавиться от ощущения неправильности происходящего, но наступало следующее утро, у подъезда ждал Макс – такой милый, веселый и понятный, и заботы уходили, правда, ненадолго. До следующего занятия.

 

Эти чувства напоминали болезнь. Дашка прекрасно все понимала, она старалась от них избавиться, и сейчас появился реальный шанс. Она не увидит Вадима долгих два месяца, в это время рядом будет только Макс. Короткие две недели в летнем лагере не в счет. А потом и вовсе все изменится: новый город, новые друзья, новые увлечения… только вот когда девушка начинала об этом думать всерьез, сердце сжимала боль.

Глава 4
Плохие известия

Два месяца пролетели удивительно быстро, слившись воедино и не оставив ни одного яркого впечатления. Лето выдалось солнечное, можно было ни о чем не думать, расслабляться и гулять, но, как назло, запомнила Дашка только один самый ужасный день, а не череду сплошного позитива, которая была перед ним.

Проснулась тогда девушка ближе к двенадцати в замечательном настроении и лениво выползла на кухню. Мама уже ушла на работу. Дашка поставила чайник и принялась мыть накопившуюся с вечера посуду.

У них с мамой существовало негласное правило. В каникулы мыла посуду и два раза в неделю убиралась дома Дашка, ну а мама больше не напрягала ее никакими домашними делами. Не заставляла ездить на дачу (впрочем, там Дашка сама бывала довольно часто, она любила природу и свежий воздух), не принуждала к другим малоприятными занятиям и вообще не мешала отдыхать и наслаждаться жизнью. Даже ложиться и вставать Дашка могла тогда, когда ей заблагорассудится. Такое положение дел было удобно абсолютно всем.

Последнюю неделю Дашка не расставалась с мобильником. Она даже в туалет ходила с ним – а все потому, что начался август. Все капоэристы, включая Макса и Лису, паковали рюкзаки и чемоданы в археологический лагерь, а Дашка денно и нощно ждала судьбоносного звонка из школы, хотя до отъезда оставалась всего пара дней, а сумки не имели привычки собираться в дорогу самостоятельно.

Судьбоносные вести настигли все равно неожиданно. Девушка нежилась на солнышке на городском пляже возле широкой быстрой речки в веселой компании, состоящей из Макса, Ирки и Лисы с Ромкой.

Дашка в который раз поразилась, насколько непохожи друг на друга две ее лучшие подруги. Ирка была эпатажной и немного сумасшедшей. Она носила рваную стрижку, красила волосы в немыслимые цвета и в тринадцать лет набила первую татушку. Получила единственную серьезную выволочку от родителей, и татушка стала последней. Зато на следующий год – в четырнадцать – подружка проколола себе пупок и нос. У Иры была светлая, почти прозрачная кожа с голубыми венами и хрупкое телосложение нимфы. Если Ирка надевала рваные джинсы, клетчатую рубашку, а волосы прятала под цветастую бандану, ее иногда путали с парнем.

Лиса олицетворяла собой женственность: невысокий рост, смуглая кожа, сильное, тренированное тело и роскошная грива медных волос. Правда, за всей внешней кошачьей мягкостью внутри скрывался стальной стержень спортсменки со стажем. Лиса была упрямой, смелой и принципиальной. Эти качества их с Иркой роднили. На фоне подружек Даша сама себе казалась какой-то уж очень обычной: русые от природы волосы, которые вот уже полгода она красила в черный цвет; серые глаза и худощавая фигура – ничего интересного. Правда, говорили, что каре с ровной челкой до бровей делает ее похожей на француженку, но Дашка воспринимала комплименты скептически, из зеркала на нее смотрела самая обычная девчонка.

Заметив, что на экране телефона высветилась надпись «классная», Дашка отбросила с плеча руку Макса, вскочила с цветастого полотенца и отбежала на некоторое расстояние от друзей. Она предпочла разговаривать на важные темы не под пристальными взглядами нескольких пар внимательных глаз.

– Даш… – голос классной звучал убито, и Дашкина рука, сжимающая мобильник, отчетливо задрожала. Дослушивать, что скажет учительница, не хотелось, Дашка и так все поняла по интонации, по продолжительной паузе. – Сожалею, но…

– Все ясно, ничего страшного, – сглотнула слезы девушка и нажала отбой. Слушать дальше не имело смысла. Зачем вникать в чьи-то утешения или узнавать о том, кому повезло чуть больше, нежели ей? Дашке было все равно, почему она не прошла по конкурсу и кто оказался чуть лучше и удачливее. Сейчас это совершенно неважно. Возможно, позже станет интересно, а пока хотелось спрятаться ото всех где-нибудь в тихом месте.

Накатило дикое отчаяние и отчего-то жгучий стыд. Даша была уверена в успехе и разболтала про заоблачные перспективы всем. И что же теперь? Как сказать друзьям, что она никуда не едет, если от одной мысли об этом неконтролируемо текут слезы?

Впрочем, друзья все поняли без слов. Все догадывались, какого именно звонка ждала Даша и что могут означать ее слезы. Девчонки кинулись утешать, а парни настороженно замерли в стороне. Дашка старалась не смотреть на Макса – боялась заметить на его лице невольно мелькнувшее торжество. Сейчас Дашка не смогла бы этого простить. Она знала – Макс был против Московского лицея и длительной разлуки, а значит, сейчас не может не обрадоваться.

Дашка вытерла тыльной стороной ладони слезы, отмахнулась ото всех утешений и, поспешно запихав вещи в сумку, рванула домой – было просто необходимо побыть одной и как следует прореветься. Показывать свою слабость на людях она не любила.

Лиса кинулась следом, но ее за руку поймала Ирка и едва заметно покачала головой, потому что знала Дашу лучше всех остальных, вместе взятых, и понимала: в таком состоянии ее трогать чревато – велик риск нарваться на неприятности и скандал. Но Макс почему-то Ирку не послушался и увязался следом, а у Даши не было даже сил его прогнать. Она ревела взахлеб, чувствуя себя совершенно беспомощной.

– Макс, уйди, пожалуйста! – сквозь слезы едва слышно прошептала она. Парень вместо того, чтобы послушаться, прижал к себе и погладил по волосам, пытаясь ко всему прочему еще и утешать. Это злило. Дашка не хотела делать объектом своей злости Макса, но и сдержаться было очень сложно.

Возможно, если бы Макс тогда ушел, все закончилось бы иначе, но вместо этого он неосмотрительно затронул скользкую тему разбившейся вдребезги мечты.

– Далась тебе эта Москва, Даш? – покровительственным тоном начал Макс, заставив Дашку захлебнуться слезами. – Возможно, так даже лучше… нам не придется расставаться… я же тебя люблю, ты знаешь?

Дашка знала, но ей было все равно, а вот слова Макса задели.

– Неужели ты можешь думать только о себе? – закричала она, не обращая внимания на идущих по улице людей. – Неужели ты не понимаешь, что я делала все возможное, чтобы попасть туда? А ты лишь хотел, чтобы у меня не вышло? Ты мечтал о моей неудаче? И это называется любовь?

– Но… – опешил Макс, не привыкший видеть Дашку в таком состоянии. Обычно она была сдержанна и не склонна к истерикам. – Я же хотел, как лучше для нас…

– Для нас? – хмыкнула девушка. – Для себя ты хотел как лучше, а не для нас! Почему ты считаешь, что у меня должна быть единственная мечта – не расставаться с тобой? А если я хочу большего? Если я хочу еще чего-то для себя лично? Если я хотела пожить в новом месте, довести до совершенства язык с хорошими учителями, нормально подготовиться к поступлению в вуз? Это неправильно, что ли? Если это был мой шанс получить то будущее, которое я хочу?

– Но без меня, – хмуро отозвался Макс, а Дашка замолчала, впервые осознав частичную правоту парня. Она и правда была нечестна с ним. В ее планах на будущее Максу места не нашлось, но девушка не чувствовала себя виноватой.

– Возможно, я не права, – утерев слезы, начала она. – Может быть, я не та, кто тебе нужен, но могу сказать точно: я всегда буду стремиться к большему и всегда буду покорять новые вершины… Ты говоришь, что любишь меня, значит, полюбил и за это тоже. Ты не стараешься подняться на мой уровень… ты тянешь меня за собой вниз и радуешься моим неудачам, потому что они уравняют меня с тобой… Это обидно.

– То есть то, что я хочу быть вместе, – это значит, тяну тебя вниз? – обиделся парень.

– Я не хочу об этом говорить, – покачала головой девушка. – Я просила тебя уйти. Почему ты не послушался? Тогда бы этого разговора не было… А сейчас прости, я действительно хочу побыть одна…

– Даш… – попытался поймать ее за руку Макс, но она лишь отрицательно мотнула головой и прибавила шаг, устремляясь к дому. Даша действительно была не рада, что разругалась с Максом и наговорила гадостей, но, с другой стороны, – когда-то стоило расставить все точки над «и».

Мама поняла все без слов и не стала изводить Дашку вопросами и утешениями. Девушка подозревала, что ей «донесла» Ирка или классная. Это и к лучшему. Сказать сейчас о том, что мечты рухнули и последние полгода были потрачены зря, Дашка не могла.

В комнате на подоконнике стояли стакан сока, вазочка с фруктами и тарелка с салатом и остывшей курицей. Мама подготовилась основательно, понимала, что Дашка не захочет общаться, скроется в своей норе и уж конечно не пойдет на кухню, чтобы поужинать.

Есть не хотелось и здесь, но было так обидно и грустно, что девушка кусочек за кусочком съела все, не чувствуя ни вкуса, ни запаха.

Внутри все будто оборвалось, Дашка уселась на подоконник, закрыла ноги пледом и просидела неподвижно до глубокой ночи, не думая ни о чем, не анализируя причины неудачи, не жалея себя, просто изучая привычный куст сирени на улице. Очнулась, когда уже было совсем темно и в окно светила огромная, неестественно кровавого цвета луна.

Оцепенение прошло, и вернулись боль, обида и отчаяние. Дашка так долго пыталась сделать все правильно и достичь своей мечты, что сейчас хотелось выть на луну. Ссора с Максом только подлила масла в огонь. «Кого я обманываю? – прошептала в темноту девушка. – Макс хороший, милый, но зачем он нужен мне?»

Даша внезапно поняла, что у их отношений нет будущего. Девушке стало неприятно от осознания, что она, по сути, использовала парня и отсчитывала дни до отъезда в Москву. Ведь тогда бы расставание прошло просто и безболезненно. К этому не пришлось бы прилагать усилий, все вышло бы само собой, а что делать сейчас, Даша не представляла, но врать себе и Максу дальше точно не хотела.

2Рода – круг, образованный участниками, место для поединка.
3Беримба́у – однострунный музыкальный инструмент, родом из Бразилии.
4Атабаки – атабаке, атабак – это большой деревянный барабан с мембраной из натуральной кожи.
5Ау – название для обычного «колеса» или «солнышка».
Рейтинг@Mail.ru