Страна теней. Лунные близнецы

Анна Ф. Райх
Страна теней. Лунные близнецы

Пролог.

Ночь, одинокая карета медленно приближалась к замку. Огромный неповоротливый стражник спросил низким голосом «Кто?», из кареты высунулась седовласая голова и сообщила «Это я, Зоше, Альфред Бодем», после этих слов, ворота замка открылись…

– Дядя Альфред! – закричал голубоглазый мальчик двенадцати лет, одетый в белую ночную рубашку, подбегая и обнимая худощавого высокого мужчину, его сестра в такой же рубашке стоит на месте.

– Николас! Сколько раз я тебе говорил, что мужчинам недостойно показывать свою слабость! – прохрипел статный мужчина с аккуратной каштановой бородой в бархатном халате коричневого цвета с золотым узором.

– Да, ладно, тебе, Вольфганг, не лютуй. А ты, Анна, не хочешь обнять своего дядю?

Девочка молчала, увлеченно глядя за спину Альфреда.

– Я думал, что двойняшки все любят делать вместе, даже обнимать старого дядю.

Позади появился кучер под руку с измученной дамой. Она была бледна, одежда в некоторых местах порвана, но, несмотря на это красота женщины привлекла внимание хозяина замка.

– А это Смиральдина, я нашел ее на дороге. И у нас к тебе дело, Вольфганг.

– Отложим дела на завтра. Сейчас идите спать, слуги о вас позаботятся, – сказал хозяин и стал подниматься по лестнице, что ведет в опочивальню.

– Нет! – возразила гостья, откидывая назад мешающие ей белокурые волосы, – Вы выслушаете нас сейчас, потому что у меня есть это.

Смиральдина протянула Вольфгангу что-то круглое, укутанное черной тканью. Хозяин замка взял в руки сверток, осмотрел его и, понимая, что там, немного взволновано произнес:

– Идемте в кабинет. Анна, Николас, поднимайтесь к себе.

– Но папа! – возразили дети, но отец не приклонен, и они вынуждены удалиться к себе.

* * *

– Анна! Я съем твои внутренности!!! АААА!!! – завопил Николас, вбегая в комнату сестры и запрыгивая на ее кровать. Девочка закричала от неожиданности.

– Испугалась! Трусиха!

– Я не трусиха! – обиженно возразила Анна.

– Трусиха! Еще та трусиха! Если бы ты встретила болотную ведьму, точно закричала бы «ой, боюсь» и описалась! – Николас принялся прыгать на кровати.

– Не правда! Не описалась бы! – столкнула его Анна и мальчик упал на пол.

– А болотные ведьмы страшные, – настаивал он уже с меньшим энтузиазмом.

– А ты откуда знаешь? Видел сам?

– Ха-ха! Я уже взрослый, я в эти сказки не верю, – с умным видом бил пуховую подушку Николас.

– Ну да, конечно, – засмеялась Анна, – ты не можешь быть взрослее меня, я старше.

– Всего на минуту! – начал спорить брат – Как ты думаешь, что в том сверке, что принесла эта женщина?

– Не знаю.

– А я знаю! Это чья-то отрубленная голова!

– Фу, Николас! Папа бы из-за головы не пошел среди ночи разговаривать в кабинет. Это что-то более важное.

Мальчишка хитрым прищуром оглянул всю комнату и направился к выходу, махая рукой, как бы приглашая сестру пойти вместе с ним:

– Проверим?

– Если папа узнает – нам несдобровать! – предупреждает Анна.

– Трусиха! – снова за свое взялся Николас.

– Я не трусиха! Ладно, пойдем!

* * *

Кабинет Графа Вольфганга Бодема выполнен из красного дуба и серого камня, в нем было величественно и уютно, как и во всем замке. Смиральдина сняла свое пальто, теперь ей не было холодно, да и огонь в камине горел во всю. Хозяин замка снова оценил прелести своей гости. Граф был вдовцом и искал себе подходящую вторую жену, в своих владениях такую он пока не нашел.

– Так что это за шар? – спросил Вольфганг, указывая на светящуюся голубовато-белую сферу, лежавшую на столе в куске черной тряпки.

– Это невероятно, Вольфганг, я понимаю, я тоже сначала не поверил, я… – начал было Альфред, но красавица перебила его.

– Я нашла ее на дне озера, когда плавала. Это давно утерянная энергия. Сам Озин ищет ее со дня своего рождения.

Граф не доверительно смотрит на шар:

– Ну и зачем он нужен Озину?

– Это невероятная, сильная, единственная в своем роде…– затараторил брат, но его снова перебили.

– Он может оживлять, – отрезала Смиральдина, и ее слова словно отразились по всей комнате, заставляя мужчин смолкнуть, затем девушка продолжила – Оживлять, лечить, в общем, исполнять желания.

Графу понравились эти слова, теперь он проявлял больше интереса и уважения к шару, стал его рассматривать и даже попробовал прикоснуться. На удивление при контакте с небывалым артефактом ничего не происходило, как будто трогаешь воздух.

– Значит, исполняет желания… – пробурчал себе под нос граф.

– Не все так просто, – взял реванш Альфред, – Он не может исполнять все желания подряд, к нему нужен своеобразный ключик.

– Ключ? Какой еще ключ? – нахмурил брови хозяин замка, и шар снова стал ему менее интересен.

– Этого мы не знаем, – пожала плечами Смиральдина, и лямка ее подранного платья упала, взволновав увидевшего это графа.

– А Озин знает? – вспомнил про своего врага Вольфганг.

– Нет, я не думаю. Хотя, его тени напали на наш экипаж, даже ранили меня немного, – хмыкнул Альфред, показывая брату свою руку, из которой сочилась черная слизь и падала на пол.

– Что это? – ужаснулся тот.

– Это кислота, она разъедает руку, но не сильно, думаю, жить буду, – сам сомневаясь в этом, ответил Альфред, затем схватился за свою седую голову и стал что-то считать, а в коридоре за чуть приоткрытой дверью стояли Николас и Анна.

– Ты слышала, Анна, шар, исполняющий желания, – прошептал мальчик сестре, – Я хочу таким воспользоваться. Я бы пожелал, быть самым сильным, сильнее даже кузнеца из деревни.

– А он может вернуть маму?

– Тише ты! – пригрозил брат.

– Николас, если папа узнает, что мы подслушиваем… пойдем спать.

– Трусиха!

– Я не трусиха! – Анна толкнула брата в дверной проем и убежала, а Николас предстал перед отцом и гостями жалким шпионом в ночной рубашке.

Пока брата отчитывали, Анна преодолела коридор и резко затормозила на парадной лестнице, входные двери замка были распахнуты, приглашая вовнутрь сильный ветер и дождь.

Но не это поразило девочку, все стражники лежали обездвижимые, а на пороге стоял высокий человек, облаченный в черную накидку с капюшоном, так что его лица не было видно, а рядом с ним стоял такой же человек, только меньше ростом.

Анна попятилась назад и на своем пути встретила отца, дядю и Смиральдину, несущую с собой шар в тряпке.

– Анна, спать! – скомандовал отец, гладя ее по каштановой голове, и спустился вниз по лестнице к непрошеному гостю. Девочка послушалась, отправившись обратно по коридору в свою спальню, но тут ее перехватил Николас:

– Пойдем, посмотрим! Я знаю короткий путь через кухню.

Хозяин замка сразу узнал человека, в черном плаще, с которого капали струйки дождевой воды. Это был Родрик Озин, властитель Темной долины и Столетнего леса, маг и чернокнижник, потомок древних завоевателей. Это именно их кровь заставляла Озина завоевывать близлежащие деревеньки и города, только владения графа Бодема ему не по плечу. А этот маленький человечек рядом с ним, наверняка, его сын.

«Интересно, Озин привел своего сына, значит, приучает к переговорам, – подумал Вольфганг, глядя на мальца, затем перевел взгляд на полумертвых стражников, – или к бойне».

– Кажется, я тебя не приглашал, Озин, в чем же причина столь внезапного и, несомненно, приятного твоего визита? – спросил хозяин.

– Опять твои шутки, Вольфганг. Я пришел за тем, что мое. Отдай мне шар, – ответил Озин, и его слова отдались эхом по стенам замка.

– Он не твой, – закричала Смиральдина, прижимая сверток к пышной груди.

– Мой. Ты нашла его на моей земле, грязная девка!

– Его нельзя ему отдавать, – шепчет графу красавица, – Он может использовать шар во зло.

– Да понимаю я, – отвечает ей граф Бодем.

– Ну что, Вольфганг? – не терпит Озин, – Отдаешь шар? Или мне пойти на крайние меры?

– Уходи отсюда, – приказывает граф.

– Ну что ж, Вольфганг, ты сам так решил. Мне придется показать сыну, как умирают упрямцы, – словно сочувствуя, сказал Озин, затем махнул рукой, и в тот же миг, графа, Альфреда и Смиральдину окружили тени и стали их душить, – Хорошие слуги, эти Тени, идеально выполняют свою работу, а главное – не оставляют следов, все будет выглядеть именно так, будто вы сами умерли.

– Надо им помочь! – произнес испуганный Николас своей сестре, с которой они прятались за статуей – Я возьму на себя большого, а ты – что поменьше, идет?

– Николас, мы же дети! Мы не сможем с ними драться! И что это? – она указала на черную слизь в тарелке, что держал брат.

– Я не знаю, но она чуть не проела пол, я подумал, что может пригодиться. Хочешь, возьми себе, – мальчик протягивает тарелку сестре.

– Зачем она мне? – кривится та.

– Бросишь в них, когда пойдем, – указывает брат в сторону врага, он попытался сделать шаг вперед из-за статуи, но Анна, схватила его за руку:

– Николас, это плохая идея, нас убьют!

– А если мы не поможем, убьют их! – вырвал руку мальчишка и с хитрецой протянул, – Или ты струсила?

Николас давно использовал этот ход, как возможность втянуть сестру в свои авантюры и этот раз не был исключением.

– Я не трусиха! – тут же ответила Анна, рыча.

– Значит, на три!

Еще чуть-чуть и воздух в легких графа закончится, он видел, что Альфред еще держится из последних сил, а вот Смиральдина, уже – нет, тени медленно опускали ее на холодные ступени лестницы, отправляясь помогать своим собратьям убивать оставшихся мужчин. Но тут на спине Озина повис Николас, впиваясь в волосы на голове врага. От неожиданности владыка Темной долины потерял управление своими прозрачными войнами, и тени отступили от графа и его брата. Пользуясь моментом, Альфред схватил шар и убежал прочь, а очнувшаяся Смиральдина только успела крикнуть ему вслед:

 

– Нет, Альфред!

– Я спрячу его! – ответил ей на бегу Альфред.

Вольфганг тут же взялся за Озина, на котором цепкой хваткой повис Николас, но его быстро сбросил с отца Озин-младший. Освободившись, лорд снова призвал своих слуг, те схватили графа и Смиральдину за руки и ноги.

Тем временем мальчишки уже с яростью дрались между собой. Николас понимал, что нужно помочь отцу, но в своей битве, оказался не так проворен. Похоже, он может проиграть… Но тут на подмогу брату выбежала Анна и бросила тарелку со слизью в сына Озина. Мальчишка закричал от боли, закрывая лицо руками. Слизь прожгла ему кожу на лице, руках и груди, пытаясь добраться до сердца.

– Дэрэк! – бросился к сыну Озин и исчез с ним и тенями.

Больше в замке их нет.

1.

Высокая башня, без дверей возвышалась над милой поляной лесных цветов, никто уже и не помнил, когда ее построили и зачем.

Зачем нужна башня, в которую нельзя войти и из которой нельзя выйти? Скорее всего, чтобы спрятать там кого-то. Кого-то очень опасного.

Вот уже десять лет сидела там Анна Аврелия Бодем, дочь великого графа и полководца, такая же всеми забытая, как и башня. Иногда она подумывала, что, верно, люди, знавшие ее ранее, все погибли, иначе кто-нибудь, да пришел бы вытащить ее из этой тюрьмы.

Впрочем, внутри башня выглядела не как тюрьма, а как обычная келья молодой девушки: кровать с лоскутным одеялом, веретено, небольшой письменный столик со свечой, а так же огромный пожелтевший лист, висящий на стене, с нарисованной женщиной и подписью «Смиральдина». В лоб нарисованной барышни был воткнут нож.

За десять лет покойного смирения в башне у Анны отросла довольно длинная коса, которая теперь занимала немалую часть кельи, наверное, понятно, что целыми днями девушке приходилось расчесывать сию красоту, хотя впрочем, других занятий у нее не было, новых книг мачеха больше ей не присылала. А могла бы не скупиться на книги-то, ведь сама упрятала юную графиню Бодем в этот величественный памятник архитектуры.

По словам новой жены отца, через пять лет должен был прискакать принц и спасти ее, на что Анна еще тогда сказала, что принц у нас в королевстве один и зачем ему графская дочь, если он может жениться на принцессе. Смиральдина ничего на это не ответила, просто подняла девочку на самый верхний и единственный этаж каменной башни. Собственно говоря, в тот день Анна поняла, что Смиральдина не просто обворожительная женщина, сумевшая охмурить ее отца, но и мелкая колдунья.

Раньше, когда девушка ходила в ученицах, мачеха посылала к ней маленькую птичку, превращаясь в учительницу, та, проводила с ней время, обучая наукам, необходимым юным девам. Но Анна выросла и ей больше не нужны наставники, теперь птицы приносят только еду. И молодая графиня увязла в своем одиночестве и муках совести, ведь после той ночи в замке, она узнала, что сын лорда Озина умер. Черная слизь прожгла его. Боясь мести, граф Бодем отослал своих детей как можно дальше, но вскоре и сам скончался.

Анна ничего не слышала о своем брате-двойняшке, может, Смиральдина отправила его в какую-нибудь военную школу, чтоб наследника дома Бодемов забрали на очередную битву, и он славненько там скончался.

Но именно в этот день молодой графине суждено было узнать, что же стало с ее братом, так как башню наконец-то отыскал, так называемый, принц.

– Графиня Бодем! – кричал всадник – Гра… кхе-кхе… Графия Бодем!

Анна выглянула в окно. Внизу действительно был человек, его конь ходил кругами, пока рыцарь не привязал его к дереву.

– Графиня Анна Бодем? – неуверенно спросил он.

– А вы здесь видите еще кого-то? – скабрезно ответила Анна, давно она не видевшая живого человека. От радости она готова была прыгать и смеяться, мысленно показывая язык мачехе, мечтающей сгноить ее в башне.

– Нет, – отвечал всадник, оглянувшись по сторонам, – Я сэр Уильям Росси, я пришел вас спасти.

– Как любезно с вашей стороны! А вам не кажется, что вы опоздали лет, эдак, на пять? – не унималась графиня, чувство счастья переполняло ее, наконец-то, это свершилось! Она сможет отправиться домой, увидеть свое графство, возможно и брата, и конечно, выйти замуж.

Росси вынул из кармана какой-то смятый лист, развернул его и стал читать про себя, затем уже более уверенно и осмыслено объяснил:

– Ваша матушка сказала, что вы должны спустить свою косу, я поднимусь по ней и окрою дверь, тогда мы выйдем.

– Это глупо, сэр Уильям, здесь нет дверей, вы подниметесь зря! Так что не стоит меня спасать, – посочувствовала герою девушка, может ей еще не время выходить, все же за все десять лет она так и не научилась обращаться с веретеном.

– Как же так! – Росси принялся пересматривать свои записи, вертя в руках листок, – в инструкции ничего об этом не сказано. Может дверь невидимая?

– У Вас, что есть инструкция «Как спасти графиню Анну Бодем»?

– Ваша матушка напечатала, издательство «Злая ведьма», – показывает печать на листке Росси, – Остроумная у вас матушка.

– Она мне не мать, а мачеха, – поправляет нового знакомого девушка.

– Жаль, что нет другого способа вас отсюда… оттуда вытащить, сегодня ваш брат женится.

– Николас? – оживилась Анна, – Сегодня? И мы еще успеваем? Надо ехать!

– Но башня, – возразил Росси.

– Сэр Уильям, у меня к вам будет маленькая просьба, не могли бы мне одолжить свой кинжал?

Всадник согласился, тогда Анна спустила ему свою косу, прося, чтобы он привязал к ней кинжал. Росси повиновался. Получив опасное орудие в хрупких девичьих руки, не медля, графиня подобралась к волосам и жестоко отрезала косу, затем, привязав к ножке стола, медленно спустилась по ней как по веревке.

– А вам не жалко? – спросил ошеломленный Росси, когда девушка коснулась земли.

– Вы и не представляете себе, какое это облегченье! – тряхнула оставшейся копной Анна.

Окрыленный Росси принялся отвязывать коня, пока леди Анна как малое дитя прыгала по поляне, радостно собирая букет цветов для своего брата, напевая песенку:

– Ах, мой милый пастушок, приходи на бережок, только, чур, не миловаться, ты пока не женишок!

Радостное пение прервала внезапно налетевшая буря, скрывая солнце за грозными тучами. Сердито завыл холодный ветер, прогоняя прочь стаи маленьких птичек, нежные бутоны полевых цветом согнулись как придворные, приклоняясь его могуществу. И победоносно молния ударила в соседнее дерево, отчего конь испугался, рванул поводья и ускакал прочь.

– Вам не кажется это странным? – кричал сквозь ветер всадник, заметив, что деревья становятся то черными, то зелеными, то синими. Происходило что-то необычное, магическое.

– Это очень похоже на…– не могла вспомнить Анна, где она уже видела, но внезапно из памяти выплыло, – Тени!

– Тени? Что за тени? – впервые услышал Росси, он не был раньше в этих краях.

– Тени – слуги лорда Озина – идеальные убийцы.

– Убийцы?! – занервничал рыцарь.

– Да, бегите Сэр Уильям! Быстрее! Бежим от них! – указала девушка в сторону леса, куда направился испуганный конь Росси, и молодые люди, не раздумывая, бросились за ним в поисках укрытия.

2.

Пока Анна бежала, она не заметила, как потеряла из виду сэра Уильяма, может тени уже догнали его? Этого она не знала, но знала наверняка, что тени определенно догоняют ее. Где бы можно было скрыться? До деревни еще далеко… Лес? Тени совсем близко. Ущелье?

Тени рядом, они сгущались вокруг девушки, образуя стену серого туман, протягивая свои прозрачные руки к шее. Ей становилось нечем дышать, и из рук выпал собранный для брата букет.

Неужели это конец? Какой же глупостью было спуститься из башни, наверняка слуги Озина только этого и ждали, чтобы отомстить. Только магия Смиральдины могла ее защитить, теперь – некому.

Пытаясь схватить бестелесные руки, сдавливавшие горло, Анна заметила, что из гущи серо-голубого леса вышел кто-то в черном плаще с капюшоном. Сначала она обрадовалась, думая, что вернулся сэр Росси, но с каждым шагом этого человека, девушка начала подозревать, что, наверное, сам лорд пожаловал – убедиться в гибели убийцы сына.

Человек подходил все ближе и ближе, но лица его было не видно, будто он сплошная тьма. Наконец, он приблизился к теням и рассек серую стену пополам. Слуги Озина пропали, они растаяли словно снег. Вместе с ними исчезла и непогода, снова выплыло солнце из-за облаков и запели птички.

Анна упала на колени, в попытке заново научиться дышать, кашляя и хватая воздух ртом, пока человек в черном удалялся от нее.

– Подожди! – крикнула ему вслед графиня.

Загадочный незнакомец обернулся, он смотрел на девушку, хоть этого не возможно было понять из-за абсолютной бездонной тьмы его капюшона, но Анна чувствовала его холодный взгляд на себе.

– Кто ты? – спросила она, разглядывая своего спасителя, он явно был молод и справен, что подтвержала физическая форма, но не особо богат, поскольку носы сапог стерлись (очевидно, он давно странствует) и не особо беден, ведь не каждый может иметь пару выделанных черных перчаток из тонкой кожи.

– Я – мертвец, – последовал ответ.

– Ты один из слуг Озина?

– Да, – ответил он и холод пробежал по спине графини. Все же она права, лорд Озин все это время искал ее, он не смирился, он жаждет мести.

– Почему не убил меня? – словно бросая незнакомцу вызов, спросила она.

– Не знаю… – задумчиво сказал черный человек, – Может, ты слишком красива чтобы быть мертвой, а может, я – вовсе не убийца.

Подол его плаща слегка качался на мягком ветру, и Анна заметила, что у нового знакомого нет ног, он словно летал над колышущимися травинками. А потом и вовсе весь испарился, как призрак, если бы они существовали.

3.

Спустя несколько часов пути по протоптанной дорожке, так и не встретив сэра Уильяма, наконец-то Анна вышла из леса, оказавшись в городе. Спросив у местных, она узнала, что это Добергерд, значит до замка Бодем еще два дня пути, если, конечно, пешком.

А свадьба-то сегодня! Как же ей успеть? Нет, конечно, в этом городе знают семью Бодем, и какой-нибудь вельможа мог бы одолжить ей денег, но кто поверит ей, что она – Анна Бодем? В лицо ее никто не знает. Тогда, возможно, есть кто-нибудь, кто поедет в замок сегодня, она бы попросилась с ним.

Воодушевленная этой идеей девушка принялась расспрашивать встречных ей людей, куда они держат сегодня путь. Опросив около двадцати извозчиков, Анна проголодалась, но денег у нее не было так же, как и коня. Оставалось продолжать бродить по городу и надеяться на удачу.

– Боже мой, кого я вижу? Графиня Анна Бодем! Дочь самого графа Вольфганга Бодема! – окликнул ее чей-то низкий голос.

Анна обернулась и замерла в изумлении, это был лорд Озин, властитель Темной долины и Столетнего леса, только с последней их встречи он сильно постарел: глаза окружили синяки, а седина заменила некогда черные волосы.

Все детство Анна слушала истории его жестокости, о порабощении несчастных народов, об ужасных ритуалах и, конечно, о кровавом походе, который состоялся много лет назад. Фантазия девушки рисовала совсем другого человека, горбатого, мохнатого, огромного, с демоническими красными глазами и острыми зубами. В жизни же лорд Родрик Озин выглядел, как обычный мужчина средних лет в богатой одежде.

– Неужели я ошибся? – мужчина подошел ближе, смотря на девушку заинтересованным хитрым взглядом.

– Нет, вы не ошиблись, – ответила ему молодая графиня.

– А вы стали прекраснее, чем я мог себе представлять…

– И что же вы делаете в наших землях? – принялась дерзить ему Анна, не увидев по близости прозрачных слуг, посчитав, что на людях она в безопасности.

– Я еду на свадьбу к вашему брату, – ответил лорд.

– Вы не самый желанный гость в этих краях, – фыркнула девушка.

– У меня есть приглашение от вашей мачехи, – ткнул он в карман своего плаща, из которого торчал край небольшого свитка.

Почувствовав внезапно свое величие и непонятную гордость, Анна хмыкнула:

– С каких это пор воры и убийцы у нас в почете?

– Это серьезное обвинение, юная леди, – укорил ее Озин, покачивая указательным пальцем из стороны в сторону.

– Вы пытались похитить шар, убили дядю Альфреда десять лет назад, вы думали, я это забыла? – предъявила Анна с небольшой долей театральности.

– Шар был найден на моей территории, я всего лишь пытался забрать свое, а дядюшка ваш пропал без вести. Я здесь не причем. Но если я чем-то перед вами виноват, то простите старика.

Он добродушно улыбнулся, что сделало его лицо еще безобразнее, чем оно есть на самом деле, Анна скривила ему ответную улыбку.

– Вы тоже причинили мне немало бед, – прищурился Озин, напоминая Анне о ее проступке. Девушка ослабила наступление, сокрушаясь от мук совести и потупив взгляд:

 

– Да будет Вам известно, что я давно раскаиваюсь в этом. Я не хотела смерти Вашему сыну. Мне жаль, что он погиб тогда.

– Его звали Дэрэк, и он был очень похож на свою мать… – Его седые брови слегка выгнулись дугой, – Удивительно, что наши враги перестают быть врагами, как только мы узнаем их ближе…

– Я знаю, я совершила непоправимую ошибку, но и вы тоже виновны в этом, если бы не напали на отца… – пыталась хоть как-то оправдать свой поступок леди Анна, иначе она бы просто сошла с ума от переживаний, что убила человека.

– Ох уж это магическое «если бы», – хмыкнул Озин, – Но я готов забыть о вашем поступке, если вы забудете о моем. Сейчас мирное время мы с графом Бодемом предпочитаем не вспоминать старые обиды.

– Не убеждайте меня, что вы забыли обиды, сегодня ваши тени пытались убить меня!

К леди Анне вернулся воинствующий дух, но Озин снова расценил это как ребячество:

– Но не убили же. Леди Анна, эти тени, вероятно, исполняли мое старое указание, они живут совершенно без времени. Впрочем, как и наша душевная боль.

Озин словно знает, какие удары сильнее всего ранят молодую графиню, изучая ее своими ехидными глазами, наносит их точечно. И оглядев ее одеяние предположил:

– Похоже, у вас не лучшие времена и вам нужны деньги, чтобы добраться до замка во время. Я могу вам их дать безвозмездно.

Он кинул на землю мешочек звонких монет.

– До встречи.

Анна предпочла гордо стоять и смотреть на удаляющийся силуэт лорда, потом, убедившись, что Озин ушел, подняла мешочек, принимаясь перекидывать его из руки в руку, как мяч.

Словно на звон монет появился сэр Уильям, он вел за собой сбежавшего коня:

– Графиня Бодем! Вот Вы где, а я вас обыскался! Думал, что не найду.

– Что ж, брависсимо, Вы меня нашли, – не отрывая взгляда от мешочка, произнесла она.

– Нам нужно поторопиться, если мы хотим успеть на церемонию, – напомнил рыцарь.

– Да, конечно, сэр Уильям! Давайте купим еще одного коня и отправимся в путь, – потряхивая монетами улыбнулась графиня.

– Коня? Нет, что Вы, женщинам не пристало ездить верхом, давайте лучше наймем упряжку с извозчиком.

– Мне вполне хватит коня, – настаивала девушка.

– Мне это совсем не нравится! Вы не поедите на коне, – отрезал рыцарь.

– Сэр, Уильям, не командуйте, пока я не ваша жена, – процедила графиня и легким поворотом отправилась на рынок, конь забрыкался, говоря своему хозяину о намерении идти за ней.

– Хорошо, я прощу Вам это на первый раз! – крикнул сэр Уильям Анне и коню.

1  2  3  4  5  6  7  8  9 
Рейтинг@Mail.ru