– Георгий Александрович, извините, что я отвлекся на звонок… Итак. Вы начали рассказывать нам о том, что беспокоило вас в ваших отношениях с женой. С чего все началось, все эти сложности?
– Не знаю… Не помню. Я это просто почувствовал – что жена мне изменяет. Понимаете, Люда хорошая женщина, и я всегда любил ее. Я понимал, что слишком мало времени ей уделяю, что работа поглотила меня целиком. Но у меня такой бизнес… К тому же я никому не доверяю. На моих глазах свершилось столько предательств, столько хороших людей погорело на своем доверии, что я не мог допустить, чтобы и со мной произошло то же самое. Я лично курировал абсолютно все процессы, связанные с моим бизнесом. Более того, я контролировал и моих помощников, отвечавших за поставки сырья, оборудования, плюс людей, встречавших и отправлявших грузы. Возможно, вам покажется это чрезвычайными мерами, но во многих случаях, чтобы отследить деньги или товар, мне приходилось нанимать частного детектива. И, как я и предполагал, окружающие меня люди так и норовили обмануть меня.
Конечно, не обходилось и без каких-то корпоративов. И бывало, что я возвращался домой слишком поздно и от меня пахло вином и даже чьими-то духами. Но я не изменял Людмиле. Никогда! Девчонки сами вешались мне на шею, я мог проводить кого-то домой, отвезти на своей машине. Возможно, они специально оставляли в моей машине то заколку, то сережку, чтобы скомпрометировать меня и причинить боль моей жене. Это ведь женщины, вот и все объяснение! Но я, еще раз повторяю, не изменял Людмиле. Возможно, я в последнее время очень устал от своей работы. К тому же у меня возникли некоторые проблемы со здоровьем. Не знаю, как вам сказать… Это неприятно для каждого мужчины. Это унизительно! Словом, у меня простатит, и я пытался лечиться. По совету своего врача покупал всякие лекарства, таблетки, капли, но ничто не помогало. У меня начались боли, я ощущал сильнейший дискомфорт… Это подействовало и на мою нервную систему. Поэтому, когда я приходил домой, где меня ждала жена, красивая, полная сил и любви, я злился, что не могу ответить на ее чувства. Я часто кричал на нее, бывал с нею груб… Думаю, она просто решила, что я больше не люблю ее.
– Она говорила это вам прямо в глаза?
– Да я и так понимал, что она страдает…
– И что же случилось потом?
– Думаю, она решила, что все дело в ней, что ей надо срочно похудеть. Знаете, как женщины переживают из-за излишней полноты. Словом, она начала ездить в город, занималась там в фитнес-центре «Коломбина». Знаете, я даже радовался тому, что она занялась собой. Поскольку не в моих это правилах – предложить жене пойти куда-нибудь работать, не ради денег, нет, а ради того, чтобы она не маялась от безделья, – то, узнав, что она увлеклась этим фитнесом, я даже как-то успокоился на время. Пусть, думаю, позанимается. Но разве мог я предположить, что результаты будут такими… потрясающими?! Люда заметно похудела, посвежела, помолодела, и когда она в таком обновленном своем виде появилась в нашем офисе, все только и судачили о том, насколько она изменилась, как похорошела. Но моя реакция была очень… странной. Сначала мне это было приятно, а потом я разозлился на нее за то, что она как бы старается привлечь мое внимание, словно догадывается о моей болезни и старается как-то мне помочь. Но это-то и было самым невыносимым!!! Она молодела, получалось так, а я старел, терял, точнее, почти совсем утратил свою мужскую силу.
– А почему же вы не рассказали вашей жене о том, что с вами случилось? Почему не признались в том, что вы сами страдаете? Или вы думаете, что она не поддержала бы вас, не помогла, не предложила бы вам проконтролировать ваше лечение, как это делают многие другие женщины?
– Не знаю… Я не хотел… признаваться. Мне было стыдно!
– Но ведь брак – это союз двух людей, любящих друг друга и помогающих партнеру во всем. И как можно жить с женщиной, которой вы не доверяете? Я понимаю, если бы все то, что вы рассказали, имело отношение к вашей молоденькой любовнице, но речь-то идет о вашей жене! Практически о вашей ровеснице. Разве не с ней вы мечтали подойти рука об руку к рубежу общей вашей старости?
– Да, да… Вы правы. Людмила – надежный человек. Во всяком случае, я так думал. Но она предала меня, предала! Она изменила мне с этим мальчишкой, с собственным тренером, Корнеевым!
– Я не хочу ее оправдывать, но не кажется ли вам, что вы сами спровоцировали ее на этот шаг своим поведением? Вы же сами минуту назад сказали, что были грубы с ней и не обращали на нее внимания как на женщину.
– Послушайте, не забывайтесь!.. Это же я сам пришел к вам, к психологу, а не она, вот и помогите мне, и нечего думать! Вы многого не знаете! Ведь она что придумала? Сказала, что не может водить машину, ей, мол, страшно, у нее началась мания какая-то, вроде бы она уверена, что непременно попадет в аварию. Словом, она убедила меня сделать пристройку к нашему дому, где можно было бы оборудовать небольшой спортзал и бассейн! И это – зимой!
– И что вы?
– Что-что… Я согласился. Я был рад, что она займется делом и у нее не будет ни сил, ни времени на разные глупости в отношении меня. И мне это все обошлось не так уж и дешево, если учитывать специфику зимней стройки. Туда провели отопление, все получилось очень даже ничего. И вот, в благодарность за мою заботу она стала спать с этим Корнеевым!
– Вы сами-то определились: чего вы сейчас хотите? Разойтись с женой?
– Не знаю… Я хочу, чтобы она страдала – так же, как и я.
– И вам это так уж необходимо?
– Не знаю. Я вообще не знаю, как мне дальше жить! Получается, что я работал для того, чтобы хорошо жить, а когда появились деньги, и немалые, я понял, что меня предали, что я никому не нужен, а у моей жены, которая видела от меня только добро, появился любовник! Что мне делать?!
– Вы беседовали с ней об этом? Какова была ваша реакция, когда вы узнали о том, что у нее есть любовник?
– Я ей ничего не сказал. И продолжаю делать вид, что ничего не знаю. Я не могу, понимаете, просто не могу признаться ей в том, что я все знаю!
– Я что-то вас не понимаю… Разве вы не застали их вместе?
– Нет.
– Тогда как же вы узнали об этом?
– Да никак я не узнавал! Просто понял, когда однажды, после того как этот тренер, позанимавшись с Людмилой, уехал, я увидел ее глаза. Она была счастлива, понимаете?! Она вся светилась, как может светиться женщина, которая только что получила от своего мужчины то, чего она и хотела! Это был взгляд удовлетворенной женщины, он мне очень хорошо знаком.
– А что, если вы ошиблись и никакой реальной измены не было?
– Я не мог ошибиться!
– Послушайте… вам не приходило в голову, что она почувствовала себя счастливой просто от осознания своего нового состояния, от ощущения вернувшихся к ней сил, здоровья, наконец! Возможно, в ее жизни появилась некая гармония, которой прежде у нее не было. Георгий Александрович, как вы уже, наверное, поняли, мои клиенты – это люди определенного круга, живущие приблизительно на таком же уровне, что и ваша семья. И в силу этого я часто сталкиваюсь со схожими проблемами у жен таких же, как и вы, предельно занятых мужей.
– Занятых? Да я живу на работе, и там у меня каждый день стресс!
– Правильно! Думаю, вы заметили, насколько характерны стали билборды, развешанные вдоль дороги неподалеку от вашего дома?
– Вы имеете в виду рекламу психотерапевтов? Кстати говоря, билборда с вашим портретом я там не встречал!
– Верно. У меня и без того много клиентов – ваших же приятелей. Так вот… Это все не случайно! Процесс зарабатывания денег так выматывает мужчин, что именно они мои постоянные клиенты. Однако вернемся к вашей жене. Если поначалу жизнь в дорогом особняке кажется женщинам раем земным, то потом происходит нечто такое, что превращает их жизнь в настоящий ад, который ощущают лишь они одни. Ко всему ведь привыкаешь! И к богатству тоже. Если женщина ничем не занята, если она нигде не работает, не увлекается творчеством, а просто тратит, извините, ваши бабки на себя, любимую, то и это вскоре ей приедается. Кроме этого, женщина, ни в чем себя в первое время не ограничивающая, начинает дурнеть, полнеть, а потом и вовсе, с подачи таких же скучающих «девушек», подсаживается на наркотики. Но я вот что хочу вам сказать: и в России сейчас стало модным вести здоровый образ жизни, правильно питаться, ограничивать себя во всем. Поверьте, все это схлынет – и все эти фитнесы, и бассейны, – и тогда женщины будут жить гораздо спокойнее, увлекутся чем-нибудь другим.
– Скажите, зачем вы мне обо всем этом рассказываете? Тянете время? Я отлично помню, что один час ваших услуг стоит триста пятьдесят евро.
– Успокойтесь!
– Я спокоен! Просто я пришел к вам со своей личной проблемой. Мне изменяет жена. А вы, вместо того чтобы как-то меня обнадежить, рассказываете о каких-то посторонних людях. И пытаетесь защитить мою жену!
– Но у вас нет доказательств, что она вам изменяет.
– Да откуда же я могу их взять, если она проделывает все это в моем же собственном доме?! У меня, так сказать, под носом? Придумала, что не может ездить в Москву на машине, потому что, как я уже вам говорил, боится водить, словно поблизости от моего дома нет другого фитнес-центра!
– Кстати говоря, а почему она выбрала именно «Коломбину»?
– Думаю, поначалу она стеснялась своих соседок, понимаете? Они помоложе ее, постройнее… Комплексы, словом. Вот и ездила к черту на рога! А потом решила устроить фитнес-центр прямо в доме. И я, дурак, согласился!
– Да, я понимаю. И все равно, Георгий Александрович, вы не можете быть уверены в том, что ваша жена вам изменяет. А поэтому у вас пока еще нет серьезных причин для беспокойства.
– Вы хотите, чтобы я нанял детектива? Да, я уже думал об этом, тем более что, как я вам уже рассказывал, на меня работает один опытный сыщик. Но что он сделает, если моя жена, чтобы встречаться со своим любовником, вообще не выходит из дома – он приезжает к ней сам!
– Тогда просто запретите ей встречаться именно с этим тренером.
– И как я буду выглядеть? Как ревнивый осел? Разве это не унизит меня в ее глазах? Да она рассмеется мне в лицо!
– Какая вам разница, как она себя поведет, если речь идет о том, чтобы вы успокоились и поверили в то, что она вам верна?
– Да она точно мне изменяет! Точно!!!
– Хорошо. Если вам так кажется и вы хотите, что называется, вывести ее на чистую воду, то поручите сыщику установить в вашем доме видеокамеры. Повсюду, в каждом углу.
– Ладно, я вам признаюсь… Весь дом уже давным-давно буквально нафарширован камерами, и на них нет ничего, кроме… Словом, они на самом деле занимаются гимнастикой. Потом она плавает в бассейне. Но, думаю, они все равно вычислили эти камеры и нашли такое место, где нет полного обзора.
– А что, если вы все это просто выдумали? И если вы уж такой ревнивый, тогда зачем же вы позволили вашей жене завести себе личного тренера? И почему вы не настояли на том, чтобы тренером ее была женщина?
– Знаете что? Иногда, когда я просматриваю эти записи, где они… где он… такой молодой и красивый, уверенный в себе… Словом, мне хочется его убить, понимаете?!
На похороны Нестора приехало очень много народу. Наш дом буквально кишел какими-то незнакомыми мужчинами в черных костюмах. Женщин практически не было. Рядом со мной, как примагниченная, постоянно маячила Аннета. Я неизменно чувствовала легкие прикосновения ее плеча, руки, улавливала аромат ее духов и волос. Как я уже сказала, все были в черном, и Аннета – тоже. Роскошное черное платье с узкими кружевными рукавами. Оно очень ей шло. На голове – черный газовый шарфик. Очень похожий на мой.
Мы почти не говорили – все было ясно без слов. Огромное горе свалилось на нас. На меня. Вероятно, и на Аннету тоже. Она, словно моя старшая сестра, от моего имени отдавала распоряжения относительно поминального обеда, который должен был состояться в Москве, в ресторане. Нестора похоронили на Ваганьковском кладбище, и этими вопросами тоже занималась Аннета, вкупе с приближенными Нестора. Мне казалось, что у всех, кто окружал нас тогда, в те тяжелые для нас дни, на бледных лицах то и дело возникал один и тот же вопрос: как же так могло случиться, что молодой, тридцатитрехлетний мужчина внезапно умер от инфаркта?
– Ты знала? – спросила я Аннету в первый вечер, когда мы остались вдвоем в пустом доме. Тело Нестора лежало в морге, там произвели вскрытие. – Ты знала, что у него больное сердце?
– Нет. Он никогда об этом не говорил. Да и в доме у вас, я заметила, нет ни одной таблетки от сердечных болезней. И вообще, у вас тут мало лекарств.
Мы пили в кухне водку, плакали, вспоминали Нестора, и у обеих, я думаю, было такое чувство, словно мы видим один сон на двоих. Сон, где нет Нестора. Хотя, рыдая и говоря о нем что-то нестерпимо сентиментальное и отчаянное, я тем не менее все равно продолжала прислушиваться к звукам в доме: а вдруг сейчас раздастся мягкое шуршанье шин, хрустальный звон отпираемой двери и приедет сам Нестор – живой, здоровый, с магнетической улыбкой на красивом гладком лице… Войдет в кухню и спросит: «Что, девчонки, пьете?» Присядет к нам, не снимая пальто в блестках тающих снежинок, посмотрит с любовью на меня, с каким-то особенным, непонятным мне чувством – на Аннету и скажет что-то необыкновенно приятное, нежное.
– Вот скажи мне, Аннета, почему он выбрал меня? Зачем ему понадобилась я, простая девушка из провинции?
– Он любил тебя, вот и все объяснение. – Аннета, опрокинув рюмку водки, зажмурилась и закусила лимоном. Замотала головой, замычала: – Господи, как только люди пьют такую горечь?!
– Что теперь будет? – пыталась понять я, не представляя себе, как я буду жить без Нестора. Ледяной волной обдавало меня всякий раз, когда я вспоминала, что еще не так давно считала его негодяем, почти что бандитом, поскольку не имела ни малейшего представления о том, каким образом он заработал свой начальный капитал. В представлении простой провинциальной девчонки сделать такие большие деньги, не перешагнув через определенные нравственные барьеры, просто невозможно. – Чем я буду заниматься? Кого мне ждать по вечерам? Кому готовить обед?
– Я понимаю, Тая, что за этими простыми вопросами стоит более важный: на что ты будешь жить, так?
Я почувствовала, что краснею. Честно говоря, имея на своем счету довольно-таки внушительную сумму, я была относительно спокойна. Но, конечно, вопрос о наследстве Нестора тоже не мог не возникнуть. Однако понимала я и то, что очень мало знаю о Несторе, о том, кому он чем-либо обязан, с кем у него сложились определенные финансовые отношения… Я практически ничего не знала о его прошлом, о его родственниках. Возможно даже, что он вообще ничего мне не оставил, поскольку наш брак продлился всего два года и у него еще до меня могло быть несколько браков плюс дети – и брачные, и внебрачные. Зная заботливый характер Нестора, можно было смело предположить, что он в своем завещании не позабудет и их. Если таковое, конечно, вообще имеется.
– А как я могу узнать, как распорядился Нестор своим капиталом? – спросила я неуверенным голосом, отчего-то испытывая странное чувство вины перед Аннетой, которая была знакома с Нестором куда дольше меня и которую связывало с ним то, о чем я пока могла только строить предположения. Одно я знала наверняка – она солгала мне насчет убийства своего мужа! Нестор же ясно сказал, что Аннета никогда не была замужем. Но какие-то отношения между ними существовали. Служебные, родственные, дружеские? Словом, основанные на чем-то таком, что позволило Аннете стать единственным человеком извне, имеющим право бывать в нашем доме в любое время дня и ночи.
– Думаю, что уже завтра к тебе приедет его адвокат, господин…
– …Сыров. Я знаю Сергея Николаевича, – оживилась я, подумав о том, что уж с ним-то я смогу спокойно, не нервничая, как при Аннете, разобраться во всем, что касается наследства Нестора.
– Если ты не возражаешь, я бы хотела присутствовать при вашем разговоре. Думаю, тебе понадобится моя поддержка.
Я почувствовала, как лицо мое запылало. Я была просто в шоке от такого хамского поведения Аннеты! Она вела себя так, словно я была полной дурой, не имеющей права на собственные тайны, а также возможность самой распорядиться своей жизнью! Однако внутреннее чувство подсказывало мне, что я не должна пока что рвать с ней отношения – уже совсем скоро Аннета мне понадобится. И поэтому я решила не дерзить и ответила ей как можно более доброжелательно:
– Конечно… Я и сама хотела тебя об этом попросить.
Я увидела, как она удовлетворенно улыбнулась, словно в очередной раз убедилась в моей глупости.
– Ты не знаешь, он был когда-нибудь женат прежде?
Я должна была вести себя естественно, то есть так, как и ведет себя обычно молодая вдова, уверенная в том, что после смерти богатого мужа ей может перепасть большая доля наследства, но, однако, предполагающая, что, помимо нее, в жизни ее мужа могли быть и другие претенденты на наследство: бывшие жены, дети, родственники, близкие друзья…
– Понимаешь, Нестор был довольно-таки закрытым человеком, и я мало что знаю о его прежней жизни. А ты? Что знаешь ты? Сейчас, когда его нет, расскажи мне что-нибудь о нем, пожалуйста.
– Знаешь, ничего такого особенного я не знаю. Родители его умерли. И, когда мы с ним познакомились, их уже не было. Подробностей я не знаю. Братьев и сестер, думаю, нету тоже, иначе не только я, но и ты непременно бы об этом знала. Нестор не такой человек, чтобы скрывать своих близких родственников. Больше того, они наверняка жили бы где-нибудь неподалеку от вас. Что касается его личной жизни, то я могу сказать одно. Да, он был женат. Но брак этот продлился недолго. Кажется, там был ребенок, но он умер. Хотя в моей памяти осталось, что это был вовсе и не его ребенок… Зная Нестора, вполне можно предположить, что он, несмотря на то что ребенок не его, все равно заботился бы о нем до самой смерти. Но, кажется, вышло так, что появился настоящий отец малыша, разразился скандал, после чего тот мужчина благополучно исчез, а жена Нестора запила…
Я словно услышала хрипловатый голос девушки, сидевшей в машине Нестора незадолго до нашего с ним знакомства… «Скотина, идиот! Ненавижу вас, мужиков! Вы все кретины! Собаки! Вам, значится, можно пить, а нам нельзя?! У нас равноправие…»
– Мне кажется, я видела ее… Она такая высокая, в белом плаще… Длинные волосы, длинные ноги, длинные руки…
– Да, это она. Ее звали Ольгой.
– И что? Что случилось потом, после их развода?
– Тая, это ты спрашиваешь у меня?! Как что? Он женился на тебе!
– А ребенок?
– Говорю же, он умер. Думаю, после этого Ольга и начала пить. Мало того, что она утратила доверие Нестора, так еще и ребенка лишилась…
– И что с ней сталось?
– Она лежит в больнице.
– В какой?
– В наркологической. Лечится. Правда, теперь я уж и не знаю, что с ней будет, ведь Нестора больше нет. Кто будет продолжать оплачивать это лечение?
Я решила пропустить этот вопрос мимо ушей. Мне не было никакого дела до его бывшей жены! Я никому и ничем не обязана! Если у Нестора существовали какие-то обязательства перед этой женщиной, то он должен был упомянуть о ней в своем завещании. Я же не намеревалась заниматься благотворительностью.
– Ты была с ней знакома?
– Да… Так… поверхностно.
– Аннета, зачем ты обманула меня, придумав историю с убийством своего мужа?
Она медленно подняла на меня погасший взгляд. Долгое время молча смотрела на меня, словно пытаясь придумать какие-то оправдания своей лжи. Но потом просто махнула рукой и плеснула себе еще водки.
– Сочинила? Зачем? – не сдавалась я.
– А ты спросила у Нестора?
– Спросила!
– И что же он тебе ответил?
– Ничего. Разве что сказал, что у тебя никогда не было мужа.
– Ладно… Проехали. О покойниках или хорошее, или вообще молчок! – Она пьяным, неверным жестом приложила указательный палец к губам.
– Ответь, – настаивала я. – Зачем ты все это придумала? Раньше я доверяла тебе во всем…
– Да я же просто пошутила, Таечка! Решила разбавить наши серьезные разговоры безобидной шуткой. Еще мне хотелось, как ты понимаешь, чтобы ты воспринимала меня более серьезно, чем просто нанятую за деньги даму-стилиста, приставленную к богатенькой девушке, чтобы научить ее правильно одеваться и накладывать макияж. Мне хотелось, чтобы ты ценила лично меня, я желала, чтобы мы стали подругами. Вот я и придумала эту душещипательную историю про убийство моего мужа… Чтобы представить Нестора в роли человека, который не сможет расплатиться со мной в течение всей дальнейшей жизни.
– Ты не предполагала, что я могу спросить Нестора о тебе?
– Зная твой характер – не предполагала.
– И какой же у меня характер? – Я уже закипала, но сдерживалась.
– Кроткий! – расхохоталась Аннета, и в эту минуту мне почему-то вдруг захотелось ударить ее. Так она стала мне отвратительна. – У тебя, душечка, кроткий характер! Думаю, именно поэтому Нестор и женился на тебе. Ты сильно отличалась от Оли, ну прямо небо и земля!
Чтобы не провоцировать самое себя на резкие слова или даже телодвижения, мне требовалось срочно прекратить нашу беседу. К тому же внезапно до меня начало доходить, что Нестора нет. Что я никогда его больше не увижу. Что он просто исчез! Когда же я представила себе его тело, красивое, сильное, молодое тело, которое теперь – синее, мертвое – лежало в гробу и уже начинало разлагаться, мне стало нестерпимо жаль его. Я вспомнила, как много сил он тратил на то, чтобы заработать деньги, целыми сутками пахал, нисколько не задумываясь о собственном здоровье, а я так ничего и не узнала о его мечтах. Чего он хотел? К чему стремился, зарабатывая эти деньги? Наверняка он мечтал о детях, о том, что у нас с ним будет настоящая, полноценная семья… И вот теперь получилось так, что его не спасли ни деньги, ни связи, ни другие возможности, которыми обладают люди его уровня. Смерть черной птицей зацепила его острым когтем и унесла с собой. В рай ли, в ад? Этого я не знала. Возможно, у него просто-напросто закончился запас жизненных сил? И он, как говорится, сгорел на работе? Возможно. А вдруг его убили? Ведь существуют же такие яды, действие которых схоже по симптомам с сердечным приступом! Но разве теперь кому-то что-то докажешь?
Я, оказывается, рыдала. Просто утонула в слезах. В чувство меня привела Аннета. Она словно вытянула меня за шиворот из какого-то соленого слезоворота, куда я погружалась все глубже и глубже.
– Вот, попей и успокойся… – Я увидела на ее ладони знакомые мне красные таблетки.
Я взяла их и сунула в рот. Но глотать не стала. Подумала, что мне сейчас в моем состоянии опасно даже спать. А что, если я усну и не проснусь, как Нестор? И, хотя он умер не во сне, мне все равно казалось, что сон – это словно бы преддверие смерти. И спать, когда тебе так плохо, вообще опасно. Можно провалиться в черную бездну, лежащую под толстыми цветными пластами сна.
Отвернувшись, я незаметно выплюнула таблетки в ладонь.
– Ну вот, теперь ты хорошенько выспишься, а завтра будешь, как огурчик, – Аннета поцеловала меня в лоб. – Пойдем, я уложу тебя.
– Аннета, ты так и не ответила на мой вопрос. Как, когда, при каких обстоятельствах ты познакомилась с Нестором?
– Хорошо, я расскажу тебе… Только ты – никому, договорились?
Я кивнула.
– Мы с ним были сиамскими близнецами, – прошептала она мне прямо в ухо, обдав горячим водочным духом. – Теперь ты поняла?!