bannerbannerbanner
Восточная сказка. Подарок для шейха

Анастасия Шерр
Восточная сказка. Подарок для шейха

Глава 3

День в компании Данаб прошёл очень быстро и Дарина обессиленная свалилась на огромную кровать в своей спальне.

Ну как в своей… В спальне той самой загадочной Ирины, о которой девушке так и не удалось ничего узнать у старой гадюки.

Любые вопросы, не касающиеся проживания в доме Амира, служанка оставляла без ответа, напрочь их игнорируя.

К концу дня Дарина знала лишь то, что, по-видимому, посчитал необходимым сам Амир.

Она здесь надолго.

Она может беспрепятственно передвигаться по дому и прилегающей к нему территории, что немало огорчало девушку, ведь, если ей позволено выходить даже на улицу, значит, шансы на побег у неё мизерные, если вообще имеются.

Она теперь «гостья» шейха.

Вот, собственно, и всё…

Конечно, на счёт «гостьи» Дарина бы поспорила, да не с кем.

Хозяин скрылся в неизвестном направлении, а с Данаб дискутировать по этому поводу бессмысленно.

Бесконечные скитания по огромному особняку наводили на девушку ужас.

Сколько же денег у этого человека, что он может позволить себе рабов и такой дом?

Дарина не сомневалась, все люди, что здесь обитают лишь невольники, такие же, как и она сама.

Их было очень много, но в то же время эти люди казались незаметными, как, к примеру, мебель. Вроде есть, а вроде и ничего примечательного.

Гробовая тишина в таком огромном здании ощутимо бьёт по нервам. Девушка начала вздрагивать от любого звука.

Здесь о мобильной связи речи быть не могло, а мобильник Дарины прихватила Ольга, которая явно не впервые привезла в Эмираты такую дурочку.

Но к вечеру Данаб принесла ей ноутбук, сказав лишь, что это подарок Хозяина.

От восторга Дарина была готова расцеловать эту старую неприветливую каргу, но вскоре её пыл подугас, когда стало понятно, что связи с внешним миром нет. Ноутбук был настроен лишь на просмотры фильмов и чтение книг.

Вот уж радость-то в неволе…

Но это всё объяснимо и ожидаемо. А вот чему девушка удивилась, так это тому, что к ней будут обращаться с безграничным почтением.

Дарина была уверена, что по приезду в дом Хозяина её тут же посадят на цепь как собаку, а может ещё чего похуже. Но все, кто встречался на её пути во время «экскурсии» по дому, склоняли перед ней голову в знак уважения, не исключение и сама Данаб, хоть и не было в её глазах восхищения, как у остальных. Видимо, старуха хорошо понимала, что это за «гостья». Очень жаль, что этой информацией не владела Дарина… В качестве кого она здесь? Зачем? И что её ждёт в стенах этого дома дальше?

Комната Ирины оказалась очень светлой и неимоверно красивой. Только вот вещей прежней хозяйки в ней не было, что, опять-таки, настораживало.

Конечно же, внутри теплилась надежда, что девушка просто куда-то уехала или, быть может, сбежала… Но тот взгляд Данаб, который она бросила на шейха при упоминании Ирины, почему-то никак не выходил из головы. Было в нём столько боли, словно эта Ирина приходилась служанке кем-то вроде дочери.

Что, если её убили? Ведь такое вполне возможно. Саид постоянно твердил, что непокорная рабыня долго не протянет.

Чуть позже в дверь постучались и вошла молодая служанка с подносом в руках. Робко улыбнулась и засеменила к столу.

– Как тебя зовут? Ты говоришь по-русски? – попыталась заговорить со служанкой, но та, испуганно зыркнув на Дарину, поставила поднос на стол и тут же зашагала к двери.

Девушка лишь молча проводила её взглядом. Видимо, кроме Данаб никому не позволено общаться с ней. Это плохо. Как же ей сбежать отсюда, не имея друзей, которые смогут помочь. На старуху надежды мало, а самой ей не выбраться из этой клетки.

Желудок скрутило в голодном спазме, когда в нос ударил родной запах жаркого.

Удивлённо вскинула брови, обратив внимание, что еду ей принесли не такую странную, как в гостинице, где она имела «честь» познакомиться с самим шейхом, а обычную, ту, к которой она привыкла.

Похоже, Хозяин желает, чтобы ей было комфортно. Но для чего? Зачем? Она же просто рабыня, разве нет?

Как бы сильно девушка не изголодалась, а опустошить поднос ей удалось лишь наполовину. Блаженно закрывая глаза, она поглощала нежнейшее мясо, вспоминая маму. Только она готовила так вкусно.

Невольно заблестели от слёз глаза и Дарина, отодвинув от себя остатки еды, забралась на кровать.

В дверь снова постучали и на этот раз две девушки принесли ей одежду. Молча разложили по полкам в шкафу и, забрав поднос, удалились.

На этот раз Дарина не пыталась с ними заговорить, лишь молча поднялась, чтобы посмотреть одежду.

Изначально привлекло внимание белое платье без рукавов. Классический вариант, ничего необычного для её страны и очень странно для Эмиратов, где в таком виде не встретишь даже иностранок, ибо оголять своё тело в этой стране запрещено.

А ей, получается, можно? Опять же, очень странно это всё. Какие же планы у шейха на неё? И что он там говорил о детях? Лучше бы ей не знать…

Просмотрев всю одежду вплоть до нижнего белья, Дарина пришла к выводу, что Хозяин явно её «умасливает». Иначе зачем тогда дарить рабыне такие дорогие вещи. Сразу же в голову пожаловала ещё одна мысль, менее приятная. Просто богатенький араб хочет видеть свой подарок в красивой обёртке. На ней ведь до сих пор тот балахон, что «любезно» предоставили работорговцы.

Решив обо всём этом поразмыслить завтра, девушка отыскала шелковый халатик и отправилась в ванную комнату, благо, что она находилась в спальне. Ей бы не хотелось сейчас встретиться с кем-нибудь в бесконечном коридоре особняка. Особенно, если это окажется сам шейх.

После душа Дарина юркнула в кровать и, провалившись в мягком матрасе, тут же отключилась.

Последние несколько дней ей приходилось ночевать на бетонном холодном полу, укрываясь какой-то тряпкой, мало напоминающей одеяло. Девочки сбивались в кучку и, словно птенцы грелись друг о дружку, вот только это не спасало от дикого холода и сырости. Многие к утру просыпались уже с температурой, только вот «торгашей» это не заботило. Заболевших просто старались продать скорее, абсолютно не тревожась о том, что с ними будет дальше.

Однако, несмотря на мягкую кровать, спала Дарина беспокойно и когда почувствовала легкое касание чьих-то пальцев к своей щеке, резко открыла глаза и вскрикнула.

– Тише, джамила, – над ней возвышался шейх, зачем-то пристально вглядываясь в побледневшее лицо девушки. – Я просто хотел пожелать тебе хороших снов.

Глава 4

Утро было спокойным и тихим, о чём Дарина мечтала ещё с тех самых пор, как покинула родную страну.

Никто не пинал её и не называл рабыней. Никто не тревожил грубыми окликами и не было слышно всхлипов девушек-невольниц.

Блаженная тишина.

Дарина сладко потянулась и, уловив запах блинов, вскочила на кровати.

– Мамочка! – тут же стихла, понимая, что это всего лишь иллюзия.

На какое-то мгновение ей показалось, что мама рядом. Печёт блины и заваривает чай с чабрецом, как делала почти каждое утро.

Но нет.

Она там же, где и вчера. И, похоже, это не последнее её утро в доме шейха. Один Господь знает, сколько ей ещё придётся жить в чужой стране… С этими дикарями, что сделали её невольницей.

В памяти всплыла прошедшая ночь, когда, проснувшись, она обнаружила Хозяина, что разглядывал её, как диковинную зверюшку.

Интересно, о чём он думал? И почему пришёл посреди ночи? Мужчина пожелал ей доброй ночи и поспешно покинул комнату, за что Дарина была ему благодарна.

После его ухода девушка ещё долго не могла уснуть, с ужасом приняв тот факт, что он может заявиться в любой момент… И сделать с ней, что угодно. Это пугало. Сильно.

На столе действительно стоял поднос с блинами и вареньем. Также пленнице была предложена каша с кусочками фруктов, омлет и какие-то витиеватые сладости, что больше походили на произведения искусства, чем на еду.

Дарина прищурилась.

Это они так пытаются приучить её к своей пище? Ну уж нет! Ей и блинов будет достаточно.

Отодвинула тарелку с загадочными пирожными подальше и, макнув блинчик в варенье, с наслаждением откусила.

* * *

Амир не мог уснуть, прислушиваясь к звукам в соседней комнате, а вернее, к тишине. Ему хотелось узнать, чем занимается Дарина, но пойти к ней долго не решался. Девушка и так слишком напугана. Казалось бы, ему какое дело до этого? Она – всего лишь рабыня. Да, очень похожая на Ирину, но всё-таки не она.

Ближе к полуночи мужчина не выдержал, объясняя для себя это тем, что за ней нужно приглядывать, дабы не натворила глупостей. Не понаслышке он знал о мятежном характере русских красавиц, что способны на любое безрассудство. Что, если девушка решит покончить с собой?

Но Дарина просто спала, скрутившись в клубочек, лишь иногда беспокойно постанывая. Амир невольно залюбовался её прекрасным, хоть и слишком бледным личиком. Изящные брови девушки сошлись на переносице, так, словно даже во сне она о чём-то сосредоточенно думала. Светлые локоны разметались по подушке, а пушистые ресницы слегка подрагивали.

Неожиданно захотелось коснуться её, ощутить тепло её тела, узнать, какая она наощупь.

Повинуясь своим инстинктам и желаниям, мужчина дотронулся кончиками пальцев её щеки и слегка погладил нежную кожу. Тёплая. Приятная. Бархатная.

В тот же миг Дарина открыла глаза и закричала, отскакивая от него, словно от прокажённого. Амир мог бы поклясться, что почувствовал в этот момент обиду и разочарование. Сто лет не возникало у него подобных чувств. Уже давно ему нет дела до прикосновений и, тем более, симпатий женщин.

А потом он видел странный сон…

По зелёной лужайке сада, носился его сын, а за ним с хохотом бегала длинноволосая красавица, что одним только взглядом своих зелёных глаз была способна остановить планету, перевернуть мир, развязать войну…

Да всё, что угодно. Она могла казнить, или помиловать. Подарить необычайное блаженство, но проронив всего одну слезинку, лишить его рассудка.

 

– Ирина, – шептал, словно в бреду и бесновался на кровати, краем сознания понимая, что это всего лишь сон. Нет её больше.

А затем снова бежал за ней. Хватал её за руку и заключал в свои объятия. Отстранялся всего на мгновение, чтобы заглянуть в изумрудные очи и… Видел перед собой Дарину.

Просыпался в холодном поту и рычал от бессилия, от боли, что рвёт сердце на мелкие кусочки.

К утру Амир уже всё обдумал и решил во что бы то ни стало поговорить с девушкой о её предназначении. Даже если она заупрямится, он заставит её.

* * *

Дарина молча шла за Данаб, пытаясь унять дрожь в коленках. После завтрака к ней заявилась эта противная старуха и заявила, что шейх желает её видеть.

Разумеется, что рано или поздно им бы пришлось поговорить. Да девушка и сама этого хотела, чтобы наконец разобраться в сложившейся ситуации и понять зачем она здесь. В качестве кого? И светит ли ей свобода когда-нибудь?

Но сейчас Дарина осознала, что не готова услышать то, ради чего её сюда приволокли. То, после чего её жизнь уже не будет прежней.

Бедняжка даже ещё не осознавала, что всё и так изменилось. Пока в нас живёт надежда, мы верим в чудо. А вера Дарины неистребима. По крайней мере, она так думала.

Мужчина восседал в большом кресле, судя по всему, в своём кабинете, что был похож скорее на офис.

Дарина осторожно прошла вперёд и остановилась у стола. Поймав изучающий взгляд льдисто-серых глаз, смутилась. Почему каждый раз он смотрит на неё так?

Амир что-то негромко молвил Данаб и та поспешно скрылась за дверью, отчего Дарине стало не по себе. Она не была ярой фанаткой этой неприветливой бабки, но предпочла бы лучше уж её общество, нежели шейха.

– Присаживайся, хасид[5] – кивком головы указал на стул напротив.

Пропустила мимо ушей новое слово, не желая знать, что оно значит, и присела на краешек стула.

– Как спалось? – его тихий приятный баритон успокаивал и Дарина даже спромоглась выдавить из себя улыбку.

– Хорошо, спасибо, – что ж, она не лгала. В такой мягкой и уютной кровати ей ещё не доводилось отдыхать. Да и обстановка была довольно уютной, если не брать во внимание тот факт, что она в плену.

Амир как-то неопределённо хмыкнул и снова заглянул в её глаза.

– А еда? Тебе нравится то, что тебе подают, Дарина? Надеюсь, мои повара не опозорились перед тобой? – улыбнулся, отчего в уголках глаз появились милые морщинки. Всё-таки и среди этих арабов есть внешне красивые люди. Хоть и уродливы внутри. Когда тебя лишают воли и возможности самой управлять своей жизнью, вся эта мишура спадает.

– Всё хорошо, – несмотря на то, что мужчина был очень вежлив и даже добр к ней, Дарину всё сильнее накрывало волной паники.

Не для того же он её позвал, чтобы справиться о блинах с кашей. Он готовится к серьёзному разговору и девушка это чувствовала, ощущала спинным мозгом.

Ой, не к добру эта его забота…

– Дарина, как ты смотришь на то, чтобы обсудить некоторые детали твоего пребывания здесь? – вот оно. Подобрались к главному.

– Я слушаю вас, – руки задрожали и Дарина сцепила их в замок, чтобы не выдать свой страх, хотя какой это имеет смысл, если всё написано в глазах.

– Ты наверное слышала об Ирине? Она была моей женой. У нас был замечательный сын. Но случилась трагедия… – мужчина тяжело вздохнул. – Они погибли. Не буду скрывать своих намерений, ни к чему это. Мне нужен наследник. И я хочу, чтобы именно ты мне его родила. После рождения ребёнка ты будешь свободна, если, конечно, к тому времени не передумаешь и не решишь остаться здесь. Прогонять тебя я не стану, – он откинулся на спинку кресла, не прерывая зрительного контакта с Дариной, словно пытался прочесть по её глазам, о чем она думает.

Девушка слушала его и не верила своим ушам. Он точно сумасшедший. С таким скучающим видом выдать ТАКОЕ! Как вообще это возможно? Может он разыгрывает её?

Информация об Ирине совсем не успокоила Дарину. Лучше бы она ничего не знала. И то, что Амир доверил ей свою боль отнюдь не умаляло того, что сейчас он требует от нее.

– Почему я? – вполне логичный вопрос, хоть и не это главное сейчас. Были вещи, что куда больше заботили её на данный момент.

– Ты похожа на мою супругу. Внешне, разумеется. Считай это моей блажью, так кажется у вас говорят? – он изогнул уголки губ в усмешке.

– А если… Если я не соглашусь?

– В таком случае ты никогда не вернешься домой, Дарина, – его глаза опасно сверкнули и девушка поняла, что «не вернёшься домой» ещё не самое страшное, что ждёт её в стенах этого дома в случае отказа.

– Вы хоть понимаете, о чем просите? – изо всех сил она впивалась короткими ноготками в свои ладони, причиняя себе боль. Лишь бы не заплакать. Лишь бы не показать ему, насколько ей сейчас страшно.

– Я не прошу, джамила. Я ставлю тебя перед фактом. Рано или поздно ты согласишься, будь уверена. И чем раньше это произойдет, тем лучше для нас обоих. Не волнуйся, я всегда сдерживаю свои обещания. И на этот раз не обману. Ты получишь свободу, а я получу сына. Кроме того, ты уедешь домой очень богатой женщиной.

– А если родится девочка? – Дарина прищурилась. Да, великий и страшный шейх, что ты предпримешь тогда?

– Девочка это очень хорошо. И я не сексист. Я буду рад ребенку, какого бы пола он ни был. Но моим наследником может стать только мальчик. Поэтому, тебе придётся задержаться до рождения второго ребенка. Но я спешу тебя успокоить – в нашем роду чаще рождаются мальчики.

Она смотрела в его ледяные глаза и пыталась понять этого человека. Но получалось крайне плохо. Да, потерять свою семью – немыслимое горе. Но лишать свободы девушку, что оказалась похожей на погибшую жену и заставлять её родить сына (скорее всего, по той же причине)… Да это самая нелепая чушь, которую мог придумать только больной режиссер какого-нибудь американского триллера!

– Вам нужен ребенок от той, что способна продать своё дитя? Вот так вот просто? А что касается ген? Вы не боитесь, что в моём роду могут оказаться шизофреники? – хваталась за последнюю соломинку, хоть и понимала, что это глупо. Бессмысленно.

– Я всё знаю о тебе Дарина. И родственников у тебя нет. Никого, кроме мамы. Надежда Сергеевна, правильно? – он снова улыбнулся так легко, словно речь шла о чём-то маловажном.

– Откуда вы знаете? – при упоминании имени мамы, девушку бросило в жар и холод одновременно.

Нет…

Он не посмеет её шантажировать.

Или посмеет?

Если смог узнать о её семье, то кто знает, на что ещё способен этот человек.

– Не бойся. Я не собираюсь угрожать твоей матери. В моей стране это низко и недостойно мужчины. Но если ты согласишься на мои условия, то я даю слово, что твоя мама не будет ни в чём нуждаться. За ней будут присматривать и оберегать. Кроме этого, я позволю тебе иногда общаться с ней. Это ведь лучше, чем ничего, джамила?

– Что означает это слово? – проговорила медленно, глядя в пол.

– Джамила? – похоже, Амир сам удивился такому вопросу. Он сейчас вообще ожидал услышать, что угодно, но только не эту глупость. – Красивая…

Она кивнула и, с трудом поднялась на ноги.

– Я могу подумать над вашим… Предложением?

– Конечно, Дарина. И я не тороплю тебя. Нам ведь некуда спешить, да?

Глава 5

– Госпожа, вы ничего не съели… – старая служанка укоризненно уставилась на Дарину.

– Не называй меня так. Я вам не Ирина, – девушка злобно зыркнула на Данаб. – Меня зовут Дарина, – отвернулась, силясь не расплакаться. Только не перед этой каргой. Эти люди не увидят её слёз.

– Хорошо, госпожа Дарина. Как пожелаете, – женщина забрала поднос с нетронутым обедом и молча удалилась.

Уже три дня девушка почти ничего не ела и не выходила из своей комнаты. Да и куда ей выходить? А главное, зачем? Если только для того, чтобы сбежать. Но Дарина не была настолько наивной, чтобы поверить в такую возможность.

Радовало одно – Хозяин не предпринимал никаких попыток сблизиться со своей пленницей. И всё же девушка хорошо понимала, что это лишь временно. Затишье перед бурей.

Да, она могла бы пойти на эту «сделку» и тем самым облегчить себе жизнь, но это означало предать свои принципы.

Мама учила Дарину почитать семейные ценности. Девушка с пеленок знала, что дети должны рождаться от любви, а не по принуждению. Как можно рожать на заказ?! И как потом забыть о своём ребёнке? Как жить со всем этим? Это даже хуже проституции. Женщина, которая способна продать своё дитя не имеет права на существование.

* * *

– Она ничего не ест, – Данаб поставила чашку с кофе перед Амиром.

Мужчина прищурился.

Маленькая бунтовщица решила показать свой характер? Что ж, так даже интереснее.

– Скажи поварам пусть приготовят что-нибудь праздничное из русской кухни. Я сам её покормлю, – усмехнулся.

Отличный повод навестить маленькую мятежницу. Он-то был уверен, что Дарина обдумывает его предложение, а она, как оказалось, решила устроить бунт. Придётся показать ей, кто правит в этом доме.

– Могу я вас спросить? – Данаб присела напротив Амира и накрыла своей ладонью его руку.

– Спрашивай, – вздохнул, предчувствуя трудный разговор.

– Почему вы решили поселить её в комнате… Ирины? – Данаб редко упоминала это имя, потому как испытывала неимоверную боль, вспоминая девушку, со смертью которой дом шейха превратился в мрачный склеп.

– Пришло время отпустить её. Она ушла и вернуть её не в моей власти, Данаб. К тому же, я хочу, чтобы Дарина находилась рядом со мной.

– Она не Ирина. Их схожесть сбивает вас с толку и даёт ложные надежды. Но это всего лишь иллюзия, Амир. Эта девушка совсем другая. И она никогда не станет такой…

– Достаточно, Данаб! Ты можешь идти! – мужчина вырвал свою руку. – Не забывайся. И не вздумай предпринять что-то в отношении Дарины, не спросив у меня разрешения, – он следил, как женщина поднялась на ноги, а затем пошла к двери.

Нет, Данаб не обижалась на него. Она слишком хорошо знала Амира, чтобы не понимать, насколько ему сейчас больно. И тем не менее, была несогласна с его действиями.

Неправильно принуждать эту девушку стать той, кем она не является.

* * *

Девушка стояла у окна, обхватив себя руками, словно пытаясь защититься от Амира, дыхание которого ощущала на своём затылке.

Мужчина не торопился начинать разговор, а она не могла и слова из себя выдавить в его присутствии.

– Я принёс тебе еду, – он шагнул к ней, но Дарина тут же улизнула в сторону. Надо же, какая честь! Сам шейх притащился к ней с подносом. Она бы обязательно посмеялась над этой ситуацией, если бы не была пленницей этого «доброго» человека.

Амир вздохнул и сел в кресло. Почему-то его задела реакция девушки. Захотелось притянуть её к себе и сжать в объятиях так сильно, чтобы она поняла – выхода нет.

Он не считал Дарину рабыней, нет. Более того, он даже уважал её, как и любую другую женщину. Но неповиновение может не стерпеть. Слишком сильно Амиру хотелось обладать ею.

Данаб права. Это неправильно. Бессмысленно. Ирину он не вернёт и эта девушка совершенно другая. Но сейчас не хотелось об этом думать.

– Дарина, посмотри на меня, – где-то внутри него начиналась буря, грозясь вырваться наружу. Лучше бы им обойтись без этого… Мужчина очень не хотел бы показывать ей эту свою сторону.

– Я не увижу в ваших глазах ничего нового, – холодно бросила ему через плечо и осталась всё в том же положении.

– А что бы ты хотела в них увидеть, джамила?

– Не называйте меня так больше.

– Почему нет? Разве я лгу? Разве ты не красавица? – он блуждал взглядом по ее плечам, спине, аппетитной попке. Великолепная фигурка у этой бунтарки. Жаль, что она не оценила всю прелесть своего нового гардероба и напялила на себя какое-то мешковатое платье ниже колен. Грех прятать такое тело под балахоном. Нет, конечно, в его стране так принято, но Амир не из тех «допотопных» мужчин, что заставляют своих женщин ходить в чадре[6].

 

Как и любой современный человек он всегда предоставлял Ирине право выбора. Она могла носить любую одежду и это его не задевало, наоборот, так Амир лучше чувствовал вкус ревности, собственничества. Никогда не забывал о том, что за свою женщину нужно бороться каждый день.

– Мне плевать на ваше мнение по поводу моей внешности. И ваши комплименты мне не нужны. Мне нужна лишь свобода, моя жизнь. Ничего более, – несмотря на то, что голос её звучал резко и уверенно, Амир чувствовал страх девушки. Ему даже не требовалось видеть её лицо, чтобы знать – Дарина напугана.

Она боится его, боится того, что он может сказать или даже сделать. Какое-то приятное тепло поселилось внизу живота. Давно он не ощущал такого возбуждения и наслаждения своей властью, как сейчас.

– Что ты будешь делать со своей свободой, джамила? – намеренно снова назвал её этим словом, чтобы показать, кто здесь Хозяин и чего стоят её злобные высказывания.

– Что бы не делала, это только мое дело и моя жизнь. Вы не имеете права лишать меня того, что вам не принадлежит. И я не соглашусь рожать вам детей. Поищите себе суррогатную мать, – резко развернулась к нему и вперилась яростным взглядом в его глаза. – Я требую, чтобы вы освободили меня, иначе, не стану есть! Зачем вам мёртвая рабыня?

Ох, зачем же она это сказала?

По тому, как изменился его облик, Дарина поняла – она явно перестаралась. Маска гнева тут же скрыла правильные черты его лица, а глаза стали насыщеннее, пронзительнее.

Мужчина поднялся.

– Сядь за стол и ешь, Дарина, – больше не было ласкающих слух мягких ноток, лишь стальной приказ.

– Нет, – она дрожала и внутренне билась в истерике, но не могла и не хотела отступаться сейчас. Если показать зверю свой страх, то он непременно набросится. Главное, не свалиться в обморок, что сейчас казалось вполне возможным.

Он более не сказал и слова. Просто схватил её за руку и потащил к столу, не обращая внимания на возмущенные крики девушки и удары её маленьких кулачков.

Сев на стул, он силой усадил себе на колени всё ещё сопротивляющуюся Дарину и, зафиксировав рукой её лицо, слегка сжал пальцы, этим самым заставляя девушку разомкнуть уста.

Она пищала и брыкалась, но тем не менее, была побеждена и внушительный кусок мяса был бесцеремонно затолкан ей в рот.

– Ты будешь есть, Дарина. Я не отпущу тебя, пока тарелка не опустеет.

Никогда Дарина не подумала бы, что забота может быть такой унизительной. Забота ли это? Определённо нет. Он просто не желает терять рабыню, на которую так удачно составил планы.

Теперь девушка понимала – он чудовище. И его красивое лицо лишь маска, скрывающая истинный облик.

* * *

Когда пытка едой (как бы странно это не звучало), была закончена, мужчина отпустил её и Дарина тут же отскочила подальше, не желая даже нечаянно прикасаться к этому человеку.

– Я ненавижу тебя! Ненавижу! – девушка обливалась слезами, понимая, что от неё больше ничего не зависит. Её заставят делать, что угодно этому проклятому шейху, а любое сопротивление будет подавлено с помощью грубой силы.

– Это пройдёт, хасид. Пройдёт время и ты поймёшь, что я не желаю тебе зла. Ты ещё слишком юна и неопытна в отношениях между мужчиной и женщиной. Я предлагаю тебе достойную жизнь, которой ты была лишена ранее. Твоё противостояние ни к чему, – было непонятно о чём он думает, так как голос звучал отстранённо и равнодушно.

– Подавись своей достойной жизнью, – злобно проворчала себе под нос, но всё равно была услышана.

Амир поднялся и стремительно покинул комнату, не сказав больше ни слова. Какой смысл что-то доказывать этой упрямой девчонке?

А ещё его пугала собственная реакция на дерзость Дарины. Никогда прежде он не испытывал желания изнасиловать девушку. А тут… Словно какой-то красной пеленой заволокло взор. Пока он запихивал в рот мятежницы еду, в паху всё кровью налилось и мысли поползли не в то русло.

Он даже сжал рукой её бедро, но девушка так сопротивлялась, что не заметила этого. И хорошо, что не заметила. Так бы он испугал её ещё сильнее.

Скорее всего, это из-за горячего нрава Дарины. Амир любил покорять женщин. Охотничий инстинкт в мужчинах не искореним. К тому же, у него давно не было интимных отношений, что с его темпераментом не простительно.

Последний раз секс был с верной Айше, которая так сильно его любила и даже закрыла собой от пули. После её смерти он был слишком занят поиском убийц, а после их казни хотел только одного – тишины. Но, похоже, у судьбы были совершенно другие планы, иначе как объяснить появление в его жизни Дарины?

5Хасид – зеленоглазая.
6Чадра – у мусульман: женское лёгкое покрывало во весь рост, закрывающее голову, имеющее густую сетку для лица и спускающееся по плечам вниз.
Рейтинг@Mail.ru