Меченые

Алиса Никольская
Меченые

– Ты говоришь очень правильные слова, но…

– В общем, решай сама. Либо ты выпускаешь наружу свой внутренний огонь, либо он погаснет и отравит тебя изнутри.

Вторую половину пути они вновь шли молча. Каждая из девушек думала о чём-то своём, а точнее о том, что тревожило их души. Но что было удивительно – и Ханна и Мия почему-то знали наверняка, что это далеко не последняя их встреча и отнюдь не последний разговор.

Глава 3

Эта неделя пролетела очень быстро, буквально незаметно. В среду объявился Антон. Он прикатил на своём байке, как будто ничего и не было. Ханна заметила его ещё во время урока. Когда девушка вышла на крыльцо, он помахал ей рукой. Немного поразмыслив, Ханна направилась в его сторону. Антон пошёл ей навстречу, а поравнявшись с ней, виновато опустил голову. Мгновение спустя, они уже стояли в обнимку за территорией школы. Антон начал было извиняться перед Ханной, но девушка его остановила. Их разговор был достаточно краток, а, точнее сказать, Ханна просто его замяла, сказав только, что совсем скоро она сама всё исправит. Антона её ответ, похоже, удовлетворил, ибо прояснять ситуацию ему больше не хотелось, да и выглядел он, на удивление Ханны, доброжелательным и умиротворённым. Ханна села на его мотоцикл, и он повёз свою юную спутницу навстречу ночным приключениям. А его спутница в этот момент пыталась принять важное в своей жизни решение, а, точнее сказать, она всячески внушала самой себе, что ей просто необходимо переступить через свой внутренний барьер и доверится Антону. Ветер свистел у неё в ушах. И татуировка всё время чесалась. И это было невыносимо.

А тем временем Миа решила прогуляться по городу. Она знала, что на завтра нужно было сделать множество заданий, и это жутко её пугало и в то же время бесило. Она боялась не успеть, боялась, что завтра будет не в форме, боялась, что мама с бабушкой будут ругать её за поздний приход домой, но, несмотря на это, она всё же решила сделать себе маленький подарок посреди недели в качестве одиночной вечерней прогулки. Девушка также не могла выкинуть из головы разговор с Ханной, чей голос то и дело звучал внутри неё, призывая Мию к поступкам, которые совсем недавно она сочла бы глупыми, бессмысленными и неприемлемыми.

Блуждая по дорогам, она вдруг услышала шум, который доносился со стороны набережной. Причём это был не просто шум – то было сочетание необыкновенной мелодичной музыки с восторженными криками людей. Сперва Мие не хотелось даже смотреть в сторону массового скопления народа, но мерцающие огни факелов, которые отразились в её глазах, привлекли внимание девушки и заставили её остановиться. Мгновение спустя ноги уже сами вели её к этому месту. С каждым шагом сердце Мии колотилось всё сильнее, а мерцающие огни становились всё ближе и ближе. И вот Мия была почти на месте. Медленными шагами она проходила сквозь толпу, завороженная неземной музыкой и мерцанием огней. Ещё несколько шагов… И Мия замерла… В этот момент она стала свидетельницей, наверное, самого удивительного представления в своей жизни. Трое необыкновенных людей исполняли танец, который одновременно сочетал в себе и красоту, и опасность, танец, который можно было наречь танцем смерти или танцем с огнём. Их движения были настолько отточены и грациозны, что казалось, будто это происходило не наяву. Многие зрители даже закрывали лица руками, настолько опасными были их огненные трюки.

В жизни Мие довёлось увидеть файер– шоу лишь раз. Она тогда была совсем маленькая, и помнила только, как папа держал её на руках в переднем ряду, а маленькая Мия не могла отвести взгляд от рыжеволосой девушки, которая танцевала с огнём так, как будто была его частью. Странно, но спустя время она забыла тот день и те ощущения, которые испытала от увиденного, но сегодня Мия будто нашла старый сундук на чердаке, и, открыв его, выпустила наружу то, что было спрятано в потаённом уголке её памяти.

Когда шоу закончилось, из всех уголков набережной посыпались оглушительные аплодисменты. Фаерщики поклонились публике. Мие удалось рассмотреть их вблизи. В огненном трио участвовал парень и две молодые девушки – брюнетка и блондинка. После окончания шоу зрители стали расходиться – кто-то разбрёлся «по кучкам», а кто-то просто уходил восвояси. А Мия застыла как вкопанная, наблюдая за неподражаемыми фаерщиками.

– Вам понравилось наше шоу?

Мия вздрогнула и широко открыла глаза. Перед ней стоял молодой парень лет двадцати, высокий и худой. Он был одним из участников танцев с огнём.

– Не то слово, – восторженно произнесла девушка после недолгой паузы. – Я ничего подобного в жизни не видела.

– Очень лестный отзыв с вашей стороны. Мы старались. Если что, мы планируем пробыть в вашем городе всё лето. Приходите на наши выступления. – Молодой человек протянул ей рекламный буклет. – Здесь расписание наших файер-шоу на всё лето. Будем вам очень рады.

– Огромное спасибо! Я постараюсь прийти.

Молодой человек улыбнулся.

– Ну что ж, тогда до встречи. Нужно помочь девушкам со сбором вещей.

– Подождите, – кликнула ему вслед Мия. Молодой человек обернулся. – А где этому учат?

– Чему именно?

– Тому, что вы сейчас продемонстрировали.

Юноша явно не ожидал такого вопроса от девушки из толпы, ибо стоял в замешательстве какое-то время.

– А вы для себя интересуетесь?

– Да, – неожиданно для самой себя произнесла Мия.

– Мы тренируемся в заброшенном здании – в том, что на окраине города. Знаете, где это?

– Да, знаю.

– Если не испугаетесь – приходите. В нашем коллективе как раз не хватает девушки с рыжими волосами.

***

Рёв мотоцикла оглушил городские улицы субботним вечером. Антон привёз Ханну к своему дому. Погода была просто волшебная, поэтому двое молодых людей долгое время стояли около мотоцикла и страстно целовались. А когда, наконец, их губы онемели, Антон отодвинул прядь светлых волос с лица Ханны и произнёс:

– Хочешь подняться ко мне?

– Хочу, – чуть слышно ответила девушка и улыбнулась уголком рта.

Ещё подходя к двери его квартиры, Ханна почувствовала, как её сердце бешено заколотилось. Она будто ощутила сильный прилив адреналина к своему телу, а когда Антон запер дверь, даже почувствовала внутри себя его вкус.

– Тебе принести что-нибудь выпить?

– Если можно, вина.

– Разумеется, можно. А ты пока усаживайся поудобнее, расслабляйся и ни о чём не беспокойся.

На кухне Антон открыл бутылку вина и достал два бокала. Он уже хотел было идти к Ханне, но промелькнувшая в его голове мысль заставила его чуть повременить.

Девушка в это время расположилась на мягком удобном диване, и то и дело останавливала свой взгляд на различных предметах в его комнате. Хоть Ханна и бывала у Антона почти регулярно, но с каждым разом она улавливала всё новые и новые детали. И этот факт очень её забавлял.

– Прошу, – молодой человек сел рядом с ней и поставил на гостиный столик бутылку вина и два наполненных бокала.

– А почему нельзя было разлить вино здесь? – Девушка посмотрела на него и рассмеялась.

– Я как-то не подумал, – Антон покраснел и окинул её беглым взглядом.

– Судя по всему, ты просто не ищешь лёгких путей.

Ханна вновь подарила этой комнате молодой и звонкий смех, а Антон выдохнул из своих лёгких, пожалуй, доброю половину накопившегося от волнения воздуха, ибо его облегчению в данный момент не было предела.

Полностью осушив бокал вина, Ханна бросила взгляд на Антона и ощутила лёгкое головокружение. Молодой человек придвинулся к ней почти вплотную, притянул девушку к себе и страстно впился в её губы. Ханна чувствовала, как одна его рука блуждала в области её груди, а другая медленно задирала платье, опускаясь при этом всё ниже и проникая всё глубже. Мгновение спустя он уже избавил Ханну от одежды, распаляясь при этом всё больше и больше. На этот раз она не чувствовала и капли страха, это больше было похоже на интерес. Ханне хотелось попробовать это в первый раз, или она просто себе это внушила. Единственное, что её сейчас смущало, так это лёгкий зуд, которым её вновь одарила птица с подорожником. Через несколько секунд Ханна ощутила странную скованность во всём теле. А когда Антон повалил её на мягкий ковёр, разум Ханны был словно затуманен, а тело перестало её слушаться. Создавалось ощущение, будто какая-то неведомая сила управляла ей в этот момент. Лёжа на ковре, она вдруг почувствовала резкую боль, которая тотчас заставила её вскрикнуть и закусить губу. Болевое ощущение длилось недолго, ибо дальше Ханна чувствовала лишь механические движения, которые её партнёр исполнял достаточно небрежно. В какой-то момент Антон ускорился до такой степени, что девушка ощутила, будто искры летят у неё из глаз. А потом всё закончилось. Он слез с размякшего тела Ханны и перевернулся на спину. Лёжа сейчас на спине, девушка видела перед собой лишь цветные узоры и чувствовала, как горит её рука на том месте, где была набита татуировка.

Они пролежали так какое-то время. Никто из них не осмелился нарушить затянувшуюся тишину, пока Антон, наконец, не приподнялся за вторым бокалом вина. Он присел рядом с Ханной и стал медленно потягивать вино, не отводя от неё глаз.

– Что ты сейчас чувствуешь? – Антон всё же решил нарушить их молчание.

– Чувствую себя странно. Даже не могу толком объяснить, – голос Ханны немного дрожал, а взгляд был устремлён в одну точку.

– Странно – это скорее хорошо или плохо?

– Странно – это странно, – девушка повернула голову в его сторону и сверкнула на него стеклянными глазами.

– Намёк понял. Не буду сейчас к тебе приставать. Ты тогда лежи, пей вино, а я пошёл принимать душ. Потом можем сходить прогуляться, либо остаться здесь. Что ты хочешь, Ханна?

– Пока не знаю. Чуть позже решим.

Антон нагнулся над её обнажённым телом и поцеловал. Губы Ханны ему не ответили, а её взгляд показался Антону каким-то безжизненным. Проигнорировав её состояние, он поднялся с ковра и, хлопнув дверью ванной комнаты, встал под прохладный душ, полностью растворившись в этом процессе.

 

Пролежав так ещё какое-то время, Ханна аккуратно приподнялась с мягкого ковра и огляделась вокруг. Она чувствовала себя уже гораздо лучше. Тело больше не было сковано, а разум почти прояснился. Немного погодя Ханна встала на ноги, почувствовав при этом лёгкое головокружение. Ещё раз оглядев комнату, она принялась собирать разбросанную по полу одежду. Мгновение спустя она уже сидела одетая на диване, хоть и понимала, что прохладный душ ей сейчас просто необходим. Посмотрев на правую руку, Ханна широко открыла глаза. Татуировка больше её не беспокоила, дело было в другом. Рисунок странным образом вытянулся; более того взгляд птицы показался Ханне не родным, а подорожник, который она ранее держала в лапах, будто отделился от птицы или птица отделилась от подорожника.

Ханна, наверное, ещё долго просидела бы так без движения, рассматривая изменившийся рисунок на своей руке, если бы не приглушённый стук в дверь, который заставил её вырваться из плена собственных мыслей. Девушка всё ещё слышала, как вода плещется в душевой, поэтому решила не беспокоить Антона и сама открыть дверь. Поколебавшись ещё несколько секунд, Ханна встала с дивана и распахнула дверь. На пороге стояла молодая девушка в чёрной кожаной куртке и рваных синих джинсах. Девушка молча смотрела на Ханну надменным взглядом и вульгарно жевала жвачку.

– Я видимо что-то напутала? Сегодня ведь суббота?

– Да, сегодня суббота. А вы собственно к кому? – Ханна вновь оглядела девушку с головы до ног.

– А я собственно к Антону. Мы с ним ещё неделю назад договорились, что повторим нашу жаркую субботнюю ночку. Но, судя по всему, он нашёл мне замену. Не то чтобы я сильно расстроена, просто можно было и позвонить. В общем передай ему… А в прочем ничего не нужно передавать, развлекайтесь.

– Подожди, – Ханна схватила девушку за руку. – Ты хочешь сказать, что в прошлую субботу Антон провёл ночь с тобой?

– Ну, да. Трахал меня на этом самом диване, потом на ковре, но сперва на байке. А потом он сказал, чтобы я приходила к нему в следующую субботу. Вот я собственно и пришла, а тут ты. Но без обид… Я же уже сказала, что не претендую. У Антона куча баб, я это знаю. Да и, собственно говоря, все об этом знают. Такой уж он – человек. Ладно, мне пора. Пойду мутить свой собственный вечер.

Девушка развернулась и медленной вульгарной походкой стала спускаться вниз по лестнице. Даже когда она скрылась из виду, Ханна всё ещё продолжала слышать её чавканье. Немного придя в себя, Ханна резко захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной и стала медленно скатываться вниз, пока не очутилась на полу. Слёзы ручьём потекли у неё из глаз, а на светлом коротком платье выступили красные пятна крови. Мгновение спустя Ханна вскочила с пола, схватила сумку и кожаную куртку и стремглав вылетела из квартиры Антона, где совсем недавно она оставила частичку себя.

Глава 4

Всю следующую неделю Ханна ходила мрачнее тучи. За это время на её телефоне появлялось и исчезало бесчисленное множество звонков и сообщений от одного единственного абонента, которого Ханна решила игнорировать без объяснения причины. Родители Ханны, заметив её удручённое состояние, ненавязчиво старались выяснить, что же с ней произошло. Но девушка была неприступна.

Начиная с понедельника, Антон постоянно караулил Ханну около дома и школы. Не желая встречаться с ним лицом к лицу, девушка выходила из дома гораздо раньше, а приходила гораздо позже обычного, и перелезала через забор с противоположной стороны школьного здания, лишь бы только оставаться для него незамеченной. Что касается родителей, то Ханна просто запретила им впускать Антона в дом без объяснения причины. И так продолжалось целую неделю. В пятницу вечером, выглянув в школьное окно, девушка не обнаружила мотоцикла, стоящего на привычном месте. Постояв так ещё некоторое время, Ханна всё же решила добраться домой привычным образом. Она вышла на крыльцо и не спеша направилась к школьной калитке. Но, подойдя к автобусной остановке, она застыла как вкопанная. На этот раз Антон оказался хитрее неё и поджидал девушку в другом месте. Он сидел на своём байке, скрестив руки на груди, и не отводил от неё взгляд. Заметив подъезжающий к остановке автобус со знакомым номером, Ханна стремглав бросилась к его открывающимся дверям. Антон при этом не растерялся, подлетев к ней словно на крыльях, и ловко ухватил за руку.

– Пусти меня, – заорала девушку на всю округу.

– Ханна, что происходит? Ты бегаешь от меня всю неделю. Я ничего не понимаю. Объясни мне, чёрт возьми, в чём я перед тобой провинился?

– Я не желаю больше тебя видеть. Держись от меня подальше.

– Это ведь из-за того, что было между нами в субботу? Я тебя чем-то обидел в тот вечер?

Ханна пыталась вырваться, что есть силы. Но когда она увидела, как двери автобуса медленно закрываются, девушка ослабила свой напор и зло посмотрела на Антона.

– Ты действительно ничего не понимаешь или просто прикидываешься идиотом? – В этот момент Ханну обуял гнев. Девушка влепила ему пощёчину свободной рукой, застав тем самым Антона врасплох, и высвободила правую руку, разорвав, казалось бы, мёртвую мужскую хватку. – Ты обидел меня вовсе не в тот вечер, а гораздо раньше, когда начал трахать всех без разбора.

– Что ты такое говоришь? – Антон застыл на одном месте, словно каменная статуя.

– Я думаю, тебе лучше об этом спросить у той девицы, которой ты назначил встречу в прошлую субботу. И, представь себе, она пришла, а тут я. Вот неувязочка, получилась, не правда ли?

– Ханна, подожди. Я сейчас тебе всё объясню. Она же сумасшедшая. Втрескалась в меня на сходке и теперь не даёт прохода почти месяц. Она ведь прекрасно знает, что мы с тобой встречаемся. Видимо в тот вечер она проследила за нами и решила навешать тебе лапши, чтобы нас поссорить. И у неё это очень хорошо получилось.

– Ты говоришь очень складно. Я ведь сперва тоже усомнилась в её словах в тот вечер. Подумала, что погорячилась, убежав от тебя без объяснений. Но потом, по очень странному стечению обстоятельств, мне встретился твой старый друг «Заяц». Помнишь его? – Произнеся последнюю фразу, Ханна заметила, как выражение его лица меняется на её глазах. – Ах, ну, да, совсем забыла – вы же выперли беднягу из вашей группировки. Напомни, почему? – Антон хотел было что-то сказать, но девушка не дала ему вставить ни слова. – Кажется, у него были проблемы со зрением, и врачи запретили ему управлять мотоциклом. Ну, да ладно. Так вот этот «Заяц» был очень рад меня видеть. Мы мило поболтали. И он был так любезен, что рассказал мне о твоих похождениях за эти годы и, более того, не поленился показать мне несколько любопытных фотографий, где ты очень удачно засветился. Хоть у «Зайца» и нет больше байка, но в душе то он по-прежнему байкер. Ходит с дорожной сумкой, в которой носит с собой всё самое необходимое, будь то фотографии его дочки или компромат на «старых друзей».

– Ханна, неужели ты готова поверить…

– Представь себе, да. Я готова поверить этим людям, и с этого дня прошу тебя по-хорошему не попадаться больше мне на глаза.

Увидев ещё один знакомый автобус, Ханна вновь бросилась в его сторону, но Антон, как и несколько минут назад, стиснул её мёртвой хваткой, на этот раз, ухватив за талию. Недолго думая, Ханна зарядила ему коленом между ног. Антон тотчас ослабил хватку и согнулся от боли. Ханна высвободила правую руку и со всей силы ударила его по лицу.

– А это тебе привет от «Зайца», – крикнула она, запрыгнув в автобус почти на ходу и просочившись между закрывающимися дверями.

***

Придя домой, Ханна почувствовала, что вот-вот разрыдается. В гостиной она бросила сумку на диван и уткнулась головой в подушку. Глеб вошёл очень тихо, боясь спугнуть любимую дочь. Он аккуратно присел на край дивана и погладил её по волосам. Ханна всхлипнула и подняла голову.

– Привет, пап, я не слышала, как ты вошёл.

– Так было задумано, – Глеб улыбнулся. – Я хочу, чтобы ты знала, Ханна, что если тебя что-то беспокоит, ты всегда можешь обратиться к нам с мамой.

– Я это знаю, папа, – девушка села на диван и вытерла слёзы рукавом кожаной куртки.

– Не самая лучшая идея, – рассмеялся Глеб. – Ты ведь так любишь эту куртку? Неужели ты хочешь, чтобы она пропиталась твоими слезами?

– Не хочу, – девушка улыбнулась отцу и слегка прищурила глаза.

– Это Антон тебя обидел? – В этот момент их взгляды встретились, и Ханна тотчас отвела глаза в сторону.

– Это уже неважно. Мы с Антоном больше не вместе, и я не хочу больше обсуждать эту тему никогда.

– Всё ясно, – Глеб вновь посмотрел на дочь и уловил, как она машинально закинула одну ногу на другую и положила правую руку на своё сокровенное место. Это длилось всего мгновение, ибо потом Ханна вновь приняла обычное положение, но отцу было достаточно этого жеста, чтобы сделать свои выводы. – Мия, кстати, заходила, – в этот момент ему захотелось как можно скорее сменить тему разговора.

– Мия? – Ханна удивлённо посмотрела на отца.

– Ага, спрашивала, не хочешь ли ты сегодня прийти к ней в гости после занятий. У неё, судя по всему, что-то произошло. Выглядела она неважно. По крайней мере, нам с мамой так показалось.

– Ясно. А где мама?

– Её срочно вызвали в больницу. У сменщицы горе в семье, и так получилось, что заменить её больше некому. Я тоже сейчас поеду в студию. У меня очень любопытный заказ.

– И какой же? – Девушка заинтересованно посмотрела на отца.

– Молодая пара хочет сделать две одинаковые татуировки. Эскизы принесут с собой.

– Круто. Удачи тебе, пап.

Глеб потрепал её по щеке и уже собирался уходить, как вдруг Ханна его окликнула.

– Пап, а ты правда чудеса творишь?

– Что ты имеешь ввиду? – Он с недоумением посмотрел на дочь.

– Знаешь, раньше я думала, что всё это глупости, пока не прочувствовала это на себе. Я раньше не придавала этому значения, но когда я делаю что-то не по зову сердца или точнее сказать то, чего не хочу, или то, чего по велению высших сил делать не стоит, моя татуировка начинает жутко чесаться. А когда я… – Ханна сделала недолгую паузу. – А совсем недавно птица с подорожником видоизменилась. Вот, сам посмотри, – и она оголила правую руку.

И действительно, Глеб обратил внимание, что татуировка Ханны слегка вытянулась, и птица больше не держала в руках подорожник.

– Что за дела? – Он взял руку дочери и несколько раз провёл своей рукой по таинственному рисунку. – Когда она видоизменилась?

– Почти неделю назад, – Глеб молчал, было очевидно, что на душе у него было не спокойно, и родная дочь тотчас уловила его состояние. – Ты ничего не хочешь мне рассказать?

– Ханна, мне сейчас нужно на работу. Я правда не знаю, почему это произошло, но я всё исправлю. Не переживай.

– По-моему, ты переживаешь больше меня, – девушка посмотрела на отца и улыбнулась уголком рта.

– Ладно, поговорим позже. А ты сходи к Мие, развейся. По моим ощущениям этой девушке сейчас просто необходима твоя компания.

Глеб поднялся в спальню и, взяв всё необходимое, отправился создавать на людских телах очередной шедевр. Ханна услышала шум отъезжающего мотоцикла. Судя по всему, отец решил погонять один. А делал он это крайне редко, особенно в последнее время.

***

Неожиданный стук в дверь заставил Марию всполошиться. Побросав все свои дела на кухне, она поспешила открыть дверь. Перед Ханной предстала женщина лет сорока в длинном халате и забранными в пучок волосами. На её лице полностью отсутствовала косметика, что явно не играло в её пользу.

– Добрый вечер, а Мия дома? – С осторожностью спросила Ханна.

– Дома. А вы собственно кто?

– Меня зовут Ханна. Мы с Мией договорились…

– Ханна, ты пришла. Как я рада тебя видеть, – донёсся радостный голос с лестницы, а мгновение спустя на пороге стояла сама Мия. – Мама, это Ханна – мой партнёр по научному проекту. Вот, пригласила её к себе заниматься.

– Дело, хорошее, – Мария оглядела девушку с ног до головы и впустила в дом.

– Ну, мы пошли, – Мия взяла Ханну за руку, и поспешно повела вверх по лестнице.

Когда дверь в комнату Мии захлопнулась, Ханна резко повернулась к своей новоиспечённой знакомой и с возмущением произнесла:

– Какой ещё научный проект? Я думала, мы пойдём сегодня тусить?

– Ханна, мы непременно пойдём тусить. Просто необходимо было придумать отговорку для мамы. Я заходила сегодня к тебе, хотела всё объяснить, но тебя не оказалось дома, и твоего номера у меня нет, поэтому пришлось передать информацию через твоих родителей. Поверить не могу, что ты всё-таки пришла. Я честно сказать и не надеялась, ведь сегодня вечер пятницы…

– Мия, давай ближе к делу. Зачем ты меня сюда притащила, и каков наш план?

 

– Запираемся в комнате, вылезаем в окно и едем в заброшенное здание смотреть, как тренируются фаерщики.

– Что? – Ханна широко открыла глаза. – А ты можешь повторить это ещё раз. На мой взгляд, прозвучало слишком круто для тебя.

– Конечно, могу, – Мия рассмеялась.

– Так, стоп. Не надо. И когда собственно это произойдёт?

– Буквально через несколько минут.

И действительно Мия не шутила. Несколько минут Ханна наблюдала, как девушка снимает с себя балахон, расплетает косы и переодевается в несвойственную для себя одежду. И вот обе девушки, которых поначалу не связывало ровным счётом ничего, осторожно вылезли из окна второго этажа и спустились вниз по массивному ветвистому дереву, которое очень кстати росло прямо под окном рыжеволосой Мии. И вот они уже сидели в автобусе, держа путь на окраину города.

– Путь не близкий, – Ханна посмотрела на Мию и прищурила глаза.

– Да, знаю.

– Значит, ты уже там была?

– Да, была. Три раза. Сегодня четвёртый.

– И что ты там делала? Просто тусила с ребятами?

– Не совсем. Я как бы тоже тренировалась.

– В смысле? Ты что, танцевала с огнём? – Ханна посмотрела на свою загадочную спутницу с удивлением и восторгом.

– Пока я тренируюсь без огня, но вскоре планирую стать огненной девушкой.

– С ума сойти. А как ты вообще узнала про этих фаерщиков?

– Познакомилась после файер-шоу на набережной. Это было на той неделе.

– Надо же, а я не попала.

– А я вот попала, причём совершенно случайно.

– Мия, это очень здорово. Честно говоря, я часто оборачивалась на тебя в школе, ты всегда была какая-то забитая. А сейчас передо мной сидит совсем другая Мия – уверенная и увлечённая. Мия, которая разожгла огонёк в своём сердце. Надеюсь, что совсем скоро этот огонёк распространится по твоему телу от макушки до кончиков пят и вырвется наружу, превратившись в пламя. Я имею ввиду… – Ханна запуталась в словах. – В переносном смысле, конечно. Ты ведь у нас теперь фаерщица.

– Ханна, я тебя поняла. Спасибо, – Мия рассмеялась. – Меня очень тронули твои слова.

Дальше они в основном молчали. Выйдя из автобуса, девушки шли пешком около двадцати минут, пока, наконец, не очутились на месте.

Рейтинг@Mail.ru