Меченые

Алиса Никольская
Меченые

***

Когда Глеб вернулся домой, все уже поужинали и разбрелись по своим комнатам, только Назар молча сидел на кухне и потягивал гранатовое вино.

– Привет, пап, – Глеб подошёл к отцу, положил сумку на стул и сел напротив него. – Как прошёл твой день?

– Достаточно плодотворно. Ещё одна успешная операция на моём счету.

– Поздравляю, пап. Я уверен, что кто-то сверху ведёт учёт по «твоёму счету добрых дел», и в какой-то момент непременно выставит его тебе.

– Надеюсь, что это будет не скоро. Хотелось бы пожить ещё какое-то время, – мужчина рассмеялся.

– Пап, извини, я совсем не это имел ввиду, – Глеб виновато на него посмотрел, а затем и вовсе опустил голову.

– Ну, полно тебе. Я ведь пошутил. Лучше расскажи, чем ты сегодня занимался. Как кстати проходит подготовка к твоему поступлению в медицинский?

– Во всю штудирую учебники, – Глеб повернул голову и посмотрел в сторону моря.

– Это хорошо, так держать. С практикой у тебя проблем не будет. Можешь хоть с первого курса приходить ко мне в больницу. Я тебя определю в отделение к своему товарищу. Будешь наблюдать за работой настоящих профессионалов, а иногда и что-то пробовать сам, ведь многие азы ты уже знаешь. К тому же руки у тебя растут откуда надо.

– Ещё бы, есть в кого, – молодой человек улыбнулся.

– Перестань, ты мне льстишь, – Назар всегда смущался, слыша от сына подобного рода похвалу. – А как работа? Наверное, сильно устал?

– Вовсе нет. Разгрузились на полчаса раньше, затем немного прогулялись, а потом я зашёл домой за книгой и пошёл готовиться в гараж. Познакомился с Кирой, подругой Мавры.

– С Кирой? – Отец вопросительно на него посмотрел. – Что ещё за Кира?

– Ты разве не в курсе… – Но видя на лице мужчины явное недоумение, Глеб продолжил свой рассказ. – Я ведь тебе уже говорил, что возвращался сегодня за книгой. Так вот, поравнявшись с комнатой Армины, я сразу же уловил незнакомый женский голос, стал прислушиваться. А когда они втроём вышли из комнаты, Мавра представила мне Киру, сказав, что она её давняя знакомая, и что она якобы здесь проездом. Я, честно говоря, был очень удивлён, поскольку никогда не видел гостей в нашем доме с их стороны.

– А как я сейчас удивлён, – глядя на отца, Глеб заметил, насколько сильным было его внутреннее напряжение. – Скажи, Глеб, а ты не заметил ничего странного в их поведении или… – мужчина не смог закончить мысль и замолчал, посмотрев сыну прямо в глаза. В данный момент его взгляд был невероятно тяжелым, и Глеб сразу же его уловил.

– Честно говоря, – он выдержал небольшую паузу, – они все втроем вели себя странно. Мавра и Армина явно нервничали, а эта Кира, по-моему, была явно не в себе. Постоянно теребила пальцы, крутила головой и выглядела как-то странно.

– А кроме поведения было ещё что-то, на что ты обратил внимание?

– Что ты имеешь ввиду? – Глеб пристально посмотрел на отца.

– Ничего, забудь, – Назар уже хотел сменить тему разговора, но тут Глеб всё же решил поведать ему о странных деталях встречи.

– Пап, подожди. Было ещё кое-что. Даже не знаю…

– Что ещё было, Глеб? – Сердце Назара бешено заколотилось.

– Когда они открыли дверь, я почувствовал странный запах, исходивший из комнаты Армины. Я сперва подумал, что это духи этой Киры, но в мою комнату он тоже как-то просочился.

– Что это был за запах, сын?

– Даже не знаю, как объяснить. Он мне напомнил запах благовоний или может какого-то жжения. И ещё обсуждали они какие-то странные вещи.

– Так ты слышал, о чём они говорили?

– Я слышал только отдельные слова. И то я не уверен, что услышал именно это.

– И что же ты услышал?

– Пап, послушай, давай закроем эту тему. Ну, приходила в наш дом какая-то женщина. Я просто был очень удивлён этим фактом, и поэтому что-то мне могло и показаться.

– Глеб, ты не понимаешь… Пожалуйста, скажи, что за слова ты слышал за той дверью.

– Пап, успокойся, – сын смотрел на него во все глаза. – Я чего-то не знаю?

– Глеб… – Назар уже начал выходить из себя.

– Ладно, хорошо. Там вроде что-то было про замужество, смерть и чёрный приворот. Но это совсем не точно. Мне могло показаться.

Произнеся эти слова, Глеб заметил, как румянец на лице Назара исчезал на глазах, и его лицо приобрело белый безжизненный цвет.

– Ты белый, как полотно, выпей вина, – Глеб придвинул к отцу почти пустой бокал. – Может воды?

– Нет, ни то ни другое сейчас не поможет. Спасибо, сын.

– Пап, я могу узнать, что тебя так встревожило? – Он выдержал небольшую паузу, но, не дождавшись ответа, начал высказывать собственные предположения. – Все эти слухи, которые ходят про Мавру в нашем городе… Ты всегда говорил, что это неправда, что люди на неё наговаривают якобы из-за её отрешённого образа жизни…

– Да, говорил, и буду продолжать так говорить. – Назар допил вино и встал из-за стола. – Пойду немного прогуляюсь, подышу свежим воздухом. Я и вправду всполошился на пустом месте. Не бери в голову, Глеб.

– На пустом ли? – Глеб подозрительно на него посмотрел.

– Я тебе обещаю, что мы непременно обсудим это с тобой, но в другой раз. Не сегодня…

– Хорошо, как скажешь. – Назар направился к выходу, мельком посмотрев в сторону моря, хотя было уже совсем темно. – Но я поймал тебя на слове, папа.

Назар ничего не ответил, лишь подмигнул сыну и пошёл восвояси. Лицо его постепенно приобретало привычный цвет, но оттенок бледности всё равно присутствовал. Глеб всё прекрасно видел. И запомнил этот момент.

***

Посидев какое-то время на кухне, Глеб подошёл к холодильнику, достал бутылку воды и мгновенно её осушил, а затем направился в ванную комнату, желая сейчас только одного, смыть с себя этот день целиком, даже несмотря на многие его плодотворные исходы. Войдя в ванную, он скинул на пол грязную одежду и встал под прохладный душ.

Быстрые шаги Глеба заставили Армину прекратить прочтение очередной книги, и, стремглав, броситься к выходу. Она осторожно приоткрыла дверь и чуть слышно направилась в сторону комнаты Глеба. Девушка была почти уверена, что дверь будет не заперта, ибо она знала, что после трудового летнего дня её брат всегда очень спешил в душ. Так было и в этот раз.

Дом Назара и Мавры имел очень интересную конструкцию. Три комнаты были соединены с тремя ванными комнатами, причём комната Глеба отделялась от ванной комнаты не сплошной стеной, как остальные две. В стене находилось небольшое окно, через которое Армина в последнее время частенько наблюдала, как её брат принимает душ.

В этот раз Глеб стоял под душем особенно долго, обеспечив этим непередаваемое наслаждение своей сестре. Встав на цыпочки и ухватившись обеими руками за небольшой подоконник, она пожирала взглядом его обнажённое тело, чувствуя, как затвердевают при этом её соски и как приятная томная боль, исходящая сейчас из её «нежного места», заставляла Армину чуть слышно стонать. Всё, чего ей сейчас хотелось, чтобы Глеб повернулся к ней лицом или хотя бы боком, дабы хоть ненадолго задержать свой взгляд на его члене. «Ну, почему ты всегда стоишь ко мне спиной. Повернись хоть один разок», – шептала Армина в уже изрядно запотевшее стекло. И тут, будто кто-то услышал её мольбы. Глеб действительно развернулся, предоставив ей на обозрение свой шикарный член. Глаза Армины при этом широко раскрылись, а правая рука независимо от неё самой уже блуждала в трусиках и интенсивно теребила клитор. Ещё несколько секунд, и Армина ощутила то, чего никогда ранее не испытывала в своей жизни. Огненная волна охватила всё её тело, Армина совсем не чувствовала ног, секунду спустя они стали ватными, а затем резко подкосились. При этом она издала звук, который заставил Глеба очнуться и посмотреть в окошко. Их взгляды встретились лишь на секунду, заставив Армину стремглав броситься к двери.

Глава 3

Назар полночи блуждал по ночному морскому побережью, ощущая на своём теле лёгкое дуновение ветра и вырисовывая пальцами ног круги на песке. За эти несколько часов он многое вспомнил, многое обдумал, а что-то даже пережил вновь. Назар постоянно убеждал себя в том, что делать поспешные выводы из ситуации, произошедшей вчера днём, очень опрометчиво с его стороны, и что сперва нужно аккуратно вызвать жену на разговор и спокойно с ней всё обсудить. Но его внутренний голос то и дело пытался перебить его внешнее воздействие, убеждая Назара в том, что Мавра взялась за старое и, тем самым, нарушила данное ему пятнадцать лет назад обещание. А в те далёкие времена в жизни Назара всё было совсем иначе…

Первую жену Назара звали Инга, и счастью их в те времена не было предела. Жили они тогда на другом конце города в уютной квартирке на последнем этаже с маленьким балкончиком, усеянном цветами. Назар как раз делал первые успехи на медицинском поприще. В те времена, когда ещё был жив его отец, Назар был приверженцем не только традиционной медицины, но ещё и втайне ото всех изучал ремесло своих предков. Ещё тогда люди стали узнавать его с двух сторон: как хорошего начинающего хирурга и как человека, практикующего нетрадиционную медицину, которая реально приносила удивительные результаты.

Люди приходили к нему с различными проблемами: то могли быть разного рода заболевания, над которыми большинство врачей просто разводили руками, либо проблемы психологического характера, с которыми люди, как им казалось, не могли справиться без помощи каких-то высших сил. Но самой интересной для Назара областью было избавление от порчи, сглазов, приворотов. Подобным вещам отец стал учить его сравнительно недавно. Такие визиты всегда проходили через него и предварительно с ним обговаривались. Именно благодаря отцу Назар узнал о своём предназначении на этой земле.

Инга была в курсе тайной деятельности Назара и старалась всячески поддерживать его во всех начинаниях. Изучение мужем нетрадиционной медицины и белой магии вызывало у неё двойственные чувства, колеблющиеся между неописуемой гордостью и дикой тревогой. Инга замечала, что эти сеансы отнимали у Назара слишком много моральных сил, но мужчина всячески пытался её успокоить, говоря, что никакого вреда его здоровью это не несёт, хотя знать наверняка он не мог, ибо слишком много отрицательной энергии проходило через него в такие моменты.

 

Назар и Инга прожили вместе три года. Их брак являлся идеальным для многих семейных пар в городе. Первый год совместной жизни был для них самым ярким и запоминающимся. Они жили для себя, наслаждаясь друг другом почти ежедневно, а когда появился Глеб, казалось, они стали ещё счастливее. Инга часто говорила мужу, что их сын – самый добрый и любознательный ребёнок на свете. Когда Назар узнал, что у них с женой будет мальчик, счастью его не было предела. Но он также понимал и груз определённой ответственности, которая ложилась теперь на него, ибо каждый мужчина в их роду являлся носителем удивительного дара, который проявлялся у них в определённом возрасте, и отцы, дождавшись нужного момента, должны были раскрыть этот дар и помогать развивать его своим сыновьям на протяжении всей жизни.

Казалось, Назар и Инга проживут так целую жизнь, но у кого-то на их счёт были совсем другие планы. Когда Глебу исполнилось два года, Ингу стали посещать дурные предчувствия, а по ночам часто снились кошмары. В какие-то моменты женщине казалось, что этот род деятельности Назара в конечном итоге погубит их семью. Особенно она переживала за маленького Глеба. Назара, конечно, беспокоило тревожное состояние жены, но всерьёз её сны и предчувствия он не воспринимал. И, как оказалось в дальнейшем, женская интуиция и материнское сердце её не обманули.

Впервые Назар увидел Мавру в зале ожидания больницы своего отделения. Она проводила там почти каждый день по нескольку часов. Её взгляд всегда казался ему каким-то отрешённым, да и сама девушка как будто всё время находилась в другой реальности. Но как только их взгляды на мгновение соприкасались, Мавра как будто пробуждалась ото сна и возвращалась к жизни. Их зрительные контакты продолжались на протяжении нескольких недель. Назар не мог толком ничего понять, но какая-то неведомая сила притягивала его к этой девушке словно магнитом. Сперва мужчина чувствовал обыкновенный интерес по отношению к ней, но затем на место интересу пришло сильное сексуальное влечение, которое Назару с каждым днём было всё сложнее контролировать.

Как-то раз, придя домой, Назар почувствовал себя таким отрешённым от семьи, что ему вдруг стало не по себе. Войдя в ванную комнату, он пустил струю холодной воды, подставил к ней ладони и несколько раз умыл лицо, а затем отрезвляюще потряс головой, посмотрев при этом на своё отражение в зеркале. В этот момент он встретился взглядом с Ингой.

Перемены, произошедшие с Назаром, жена стала замечать почти сразу, виня во всём его чрезмерные нагрузки на работе.

– Может, хватит уже так себя мучить. Мне больно на тебя смотреть. Уже несколько недель ты ходишь сам не свой, – Инга поправила волосы, смотря на мужа в зеркало.

– Не бери в голову, родная. Просто немного устал.

– Ты слишком много на себя взвалил. Работа и помощь людям – это, конечно, благородные дела, но о семье тоже нельзя забывать. Мы уже три с лишним недели не занимались любовью и к Глебу ты не подходишь. Он капризничает, просит твоего внимания. Раньше я за тобой такого не замечала.

– Родная, прости меня. Ты права. Я слишком много на себя взвалил. Обещаю, что в ближайшее время я со всем разберусь, – Назар повернулся к ней, обняв жену за талию, и притянул к себе. – А знаешь, что я сделаю? – Он оживлённо посмотрел на Ингу. – Возьму отпуск. И проведу его с тобой и Глебом. И никто, обещаю, никто не сможет нам помешать насладиться этим временем.

– Ты возьмёшь отпуск только на основной работе или… – Инга пристально на него посмотрела.

– Нет, любовь моя, я возьму отпуск не только в больнице. – Он прижал жену ещё ближе и сильнее и страстно поцеловал. – Обещаю тебе, что этой ночью я восполню то, что было упущено за эти злополучные недели.

Назар взял Ингу на руки и отнёс в спальню, аккуратно положив на постель. Мгновение спустя он уже стягивал с неё шёлковый халат, нежно массируя и целуя при этом её грудь.

– Я хочу, чтобы этой ночью ты страстно мной обладал, – прошептала она, нежно постанывая.

– Как скажешь, любовь моя.

Он поднял голову и аккуратно убрал прядь тёмных волос с её лица. И в ту же секунду Назар осознал, что у его жены всегда были светлые волосы, а у него перед глазами, на его постели сейчас лежала та таинственная незнакомка, которую он так отчаянно пытался выбросить из головы. Широко открыв глаза, Назар смотрел на неё или, точнее сказать, на плод своего воображения. Он хотел было оттолкнуть её, но животные инстинкты были сильнее его. К тому же, где-то далеко, в своём подсознании он понимал, что оттолкнув сейчас свою фантазию, он оттолкнёт и Ингу. И он поддался. Поддался страсти, высвободив наружу животные инстинкты, поддался страсти, одарив ею ту, которой она не была предназначена. Целую ночь напролёт он занимался любовью с незнакомкой в теле Инги или с Ингой в теле незнакомки, меняя позу за позой с небывалой частотой, испивая её до дна, как божественный напиток. Он занимался любовью с Ингой, представляя при этом другую, но это было так ярко и естественно, что в какие-то моменты ему казалось, будто в его постели и впрямь та прекрасная незнакомка, либо он просто спит и видит сны.

На следующий день Назар ещё более твёрдо убедился в своём решении взять паузу на работе, ибо понимал, что ему необходимо спасать семью и самого себя.

В этот день Назар решил не проходить через зал ожидания, дабы лишний раз не встречаться с ней взглядами. Но по определённому стечению обстоятельств ему всё же пришлось туда спуститься. И какого же было его удивление, когда он не обнаружил там свою несвоевременную страсть. В этот момент мужчина испытал два противоречивых чувства – облегчение и разочарование. Ещё раз окинув беглым взглядом помещение, Назар направился в свой кабинет плавной походкой. Его выражение лица при этом было слегка удручённым.

Но, открыв дверь кабинета, Назар понял, что сюрпризы на этом не закончились, а, как раз наоборот, только начинались. Каким же было его удивление, когда за своим рабочим столом он обнаружил её, ту самую, от взгляда которой он испытывал странные противоречивые чувства, ту самую, мысли о которой разожгли огонь в его чреслах до такой степени, что этой ночью он забыл о собственной жене.

– Чем могу помочь? – Произнёс он немного растерянно.

– Вы ведь, Назар? Я не ошиблась? – Девушка загадочно на него посмотрела, даже не думая вставать из-за стола.

– Нет, вы не ошиблись. Но у меня сейчас нет приёма.

– Я это знаю, – она посмотрела ему в глаза и улыбнулась. – Я бы хотела обратиться к вам за помощью не как к хирургу, а как… – Она выдержала небольшую паузу. – А как к целителю.

Несколько секунд он стоял без движения и изучающее на неё смотрел. Такого расклада мужчина точно не мог ожидать. Назар осторожно закрыл дверь и приблизился к ней на несколько шагов.

– Я сейчас не ослышался?

– Нет, вы всё правильно поняли. Я слышала о вас много хорошего. Люди говорят, что у вас дар от Бога. А я сейчас, как никто другой, нуждаюсь в вашей помощи. Я в отчаянии…

– Пожалуйста, успокойтесь.

Назар придвинул стул и сел напротив неё. Сейчас он мог получше её разглядеть. На вид ей было чуть больше двадцати. Длинные тёмные волосы спадали ей на плечи, слегка закрывая лицо. На ней было надето обтягивающее бардовое платье выше колен, которое идеально подчёркивало её пышные формы, которыми Назару удалось вдоволь насладиться этой ночью в своих фантазиях, и выделяло её стройные загорелые ноги, на которых Назар мельком задержал свой взгляд и ненароком вспомнил, как раздвигал их совсем недавно.

– Мавра… Меня зовут Мавра.

– Вы меня видимо с кем-то путаете, – начал было говорить Назар.

– Я очень больна. Никто не знает, что со мной. Никто не может мне помочь. Вы – моя последняя надежда.

– Послушайте, Мавра, я очень ценю, вашу веру в меня, но, к сожалению, ничем не смогу вам помочь. Дело в том, что я… – Назар выдержал небольшую паузу, в надежде подобрать нужные слова. – Видите ли, Мавра, я взял перерыв. Мои моральные силы на исходе, их нужно восстановить. Если у вас действительно такое тяжелое положение, я отведу вас к своему отцу. Поверьте, он один из лучших целителей в Краснодарском крае. Он непременно вам поможет. Странно, что вы сперва пришли ко мне, а не к нему. Ведь обычно он направляет ко мне нуждающихся людей.

– Я слышала о вашем отце. Но он мне в этом деле не помощник. Мне нужны именно вы. – Мавра посмотрела ему в глаза, а затем окинула его беглым оценивающим взглядом, что также не ушло от его внимания.

– Я не совсем вас понимаю.

– Назначьте мне время приёма у вас дома, там я вам всё объясню, – Мавра осторожно встала со стула и нагнулась к Назару, – вы моя последняя надежда.

– Боюсь, я ничем не смогу вам помочь, – он смотрел на неё словно в оцепенении, – сейчас я позвоню отцу.

Назар хотело было встать со стула, но Мавра не позволила ему это сделать. Она нагнулась к нему ещё ближе, ухватив его одной рукой за ворот рубахи, и страстно поцеловала. В данный момент Назар не мог ничего с собой поделать, он только чувствовал, как вторая рука Мавры нежно гладила его по ноге, а её коленка расположилась на стуле между его ног, аккуратно упираясь в его член. Мгновение спустя её бардовое платье уже валялось на полу его кабинета, а Назар, охваченный дикой страстью, занимался любовью с Маврой на своём столе. И на этот раз всё было по-настоящему, всё было наяву.

А дальше всё было как в тумане – беда за бедой, перемена за переменой – события сменяли друг друга, будто по накатанной плоскости. После того рокового дня, когда Назар сблизился с Маврой, его жизнь и, как ему казалось на тот момент, судьба в корне поменялись.

Всё началось со скоропостижной смерти его отца. Для Назара это было не просто серьёзным ударом, казалось, что он потерял часть себя. Его смерть была не просто странной, а, скорее, из ряда вон выходящей. Буквально за какие-то несколько дней его тело покрылось волдырями, которые впоследствии стали лопаться, превратив его кожу в одно большое кровяное месиво. Чтобы спасти отца, Назар подключил множество хороших специалистов, но никто из них никогда не видел ничего подобного. Все они, как один, сочувственно вздыхали, говорили, что в данной ситуации бессильны, и широко разводили руками. Отец всё время пытался, что-то сказать Назару, но не мог этого сделать, поскольку все части его тела, включая область рта, были поражены неизвестной проказой. Это продолжалось около двух недель. Не теряя надежды, Назар решил пустить в ход все свои знания, которыми его наградил отец. Но и здесь все его усилия оказались тщетны. Видимо знаний сына было недостаточно для исцеления отца, либо дело было в чём-то другом.

После похорон отца Назар несколько дней не выходил из дома. Инга всегда находилась рядом, привнося в его жизнь тепло и надежду. На протяжении этих дней заточения Инга заметила странное поведение Глеба. Как только она приводила его в комнату Назара, он начинал реветь навзрыд не переставая, а когда женщина подводила его к отцу вплотную, он хватался за мамину юбку и отталкивал его своими маленькими ручками.

Всё же правильно говорят в народе, что беда не приходит одна. Спустя несколько дней, когда Назар начал постепенно оправляться от горя, та же участь постигла и его жену. Симптомы болезни были точно такие же, как у его отца, но смерть настигла её гораздо быстрее. Бедняжка мучилась три дня. Но и в этот раз Назар решил бороться до конца.

Перед смертью отец вручил ему измятый листок бумаги, на котором было нацарапано женское имя. Сперва Назар не смог разобрать его, да и время было неподходящее. Но после кончины отца он всё же вновь достал заветный листок бумаги. Развернув его, мужчина на своё удивление смог сразу прочитать нацарапанное на нём имя. Там было написано «Ханна». Назар сразу же понял, что к чему. Старуха «Ханна» раньше была народной целительницей, но после гибели мужа и дочери при загадочных обстоятельствах, она бросила заниматься подобными практиками и, по словам отца Назара, уже долгое время вела затворнический образ жизни.

Поместив Ингу в больницу, Назар тут же ринулся на поиски Ханны, ибо надежды на врачей у него уже не было, а надежда на чудо его ещё не покинула. На время своего отъезда он отдал Глеба в семью своего коллеги по работе и очень хорошего приятеля.

Дом целительницы Ханны Назар нашёл не сразу, он был как будто замаскирован от посторонних глаз. Он медленно подошёл к деревянной двери, сердце его в тот момент бешено колотилось. Назар уже готов был в неё постучать, но делать этого не пришлось, ибо дверь открылась сама и на пороге перед ним предстала очень старая женщина. Её кожа была настолько дряблой и поражённой, что Назару сразу стало не по себе. Он начал было говорить, но старуха его опередила.

 

– Ты зря проделал такой путь. В этом деле я тебе не помощник.

– Послушайте…

– Мне не нужны твои рассказы, я и так прекрасно знаю, зачем ты сюда приехал. И сразу говорю, что не смогу помочь, – женщина попыталась закрыть перед ним дверь.

– Я вас прошу, выслушайте меня. Перед смертью мой отец…

– Твой отец был замечательным человеком, как и твоя жена, а ты всё разрушил из-за этой грязной девки, – она посмотрела на него так злобно, что Назару показалось, будто она сейчас испепелит его своим взглядом.

– Я не понимаю, что вы имеете ввиду, – Назар чувствовал, как земля уходит у него из-под ног.

– Он не понимает, – старуха злобно усмехнулась. – Ты – сын своего отца. Своим поступком ты опозорил его доброе имя, ты опозорил весь свой род, ты поставил под удар то, за что твои предки из поколения в поколение готовы были отдать жизнь. То, что я сейчас скажу тебе, в скором времени погубит меня, но я уже слишком стара, чтобы прятаться и бояться их. Видимо Господь решил, что настала пора мне отомстить за свою семью, – старуха резко открыла дверь дома, ещё раз окинув Назара пренебрежительным взглядом, и грубо произнесла: «Заходи».

И дверь захлопнулась.

– Никуда не садись и ничего здесь не трогай. Итак, ты пришёл ко мне за помощью, так вот знай, помочь я тебе не смогу. Смерть твоего отца и жены далеко не случайны. Это заговор на смерть, который организовала грязная семейка твоей новой утехи по имени Мавра.

Услышав эти слова, Назар побледнел как полотно. От каждого слова Ханны его бросало попеременно то в жар, то в холод.

– Род Мавры – очень древний. Они рождены, чтобы уничтожать таких как ты, твой отец, как я. На тебе любовный приворот. Они ослабили твою защиту с помощью Мавры, тем самым добрались до твоего отца. Раньше никто не мог этого сделать. Все мы в какой-то степени связаны друг с другом, что ни говори о вас с отцом. Если они занялись твой женой, значит следующим будешь ты или твой сын.

Рейтинг@Mail.ru