Невеста по договору

Алиса Линней
Невеста по договору

Лера.

Отдала таксисту приготовленные заранее деньги. Выбралась из машины. Быстро перебирая ногами, я поднималась по широкой лестнице, ведущей к огромному зданию.

Чудом удалось устроится в эту строительную фирму. И вот, ещё не закончился мой испытательный срок, а я уже опаздываю!

Сейчас попытаюсь собраться с духом и объяснить моей начальнице, причину моей задержки. Картина рисуется не убедительная вообще. Вряд ли ей будет интересно слушать, как я вышла из дома чуть позже обычного и даже вызвала такси, но от дорожных пробок меня это не спасло.

Наконец-то эта длиннющая лестница закончилась. Подбегая к большим прозрачным дверям я заметила, что у лифта спиной ко мне стоит мужчина.

Что ж такое-то сегодня, сейчас ещё лифт уедет. Понедельник полностью оправдал, всё что про него говорят.

Забегаю в раздвигающиеся двери, мужчина уже заходит во внутрь.

– Подождите, пожалуйста! – кричу я вдогонку ему. Это – мой последний шанс не опоздать.

Мои слова эхом разносятся по фойе первого этажа, мужчина меня не услышал и двери лифта закрываются. Моё сердце падает вниз! Вот и всё, можно больше не торопиться.

Через минуту, двери раскрываются снова.

– Девушка, вы едите? – только сейчас я увидела, что мужчина этот никто другой, как Максим Шилов, сын нашего генерального.

– Спасибо большое! – теперь удары моего сердца отдавались даже в ушах. Я по инерции прижала кожаную папку к груди, как будто боялась, что он заметит удары через одежду. – Вам на какой этаж? – не дождавшись, когда я наконец скажу номер этажа, спросил он.

– На семнадцатый, – ответила я, поднимая глаза красавчика.

– Вы работаете в “ЭлитСтрое”? – с сомнением, спросил Максим, нажимая при этом номер названного мной этажа. – Что-то я вас не видел, – озвучил он причину своих сомнений.

– Я недавно, ещё даже испытательный срок не закончился, – мой голос предательски дрожал, под пристальным взглядом, этого “звёздного мальчика”. Так его называли все, кому не лень.

Выглядел он соответствующе, как будто только что сошёл с обложки модного журнала типа: “Богатые и знаменитые”. Уверенный в себе, на губах снисходительная ухмылочка.

И я потупившая взгляд, куда-то в пол или в стену возле пола, забившаяся в угол, серая непосредственность, которой выпал “счастливый билетик”, и меня решили попробовать на прочность в этой крутой фирме, а я, неблагодарная, даже вовремя на работу прийти не могу.

Максим разглядывал меня всё время, пока мы поднимались в лифте, не очень-то его заботило, что мне от этого не комфортно. Ну, и правила приличия тоже его волновали, видимо, в последнюю очередь. Пусть не нагло смотрел, скорее с интересом, как будто перед ним не девушка, а зверёк, про существование которого он раньше никогда не слышал, а тут вдруг увидел.

Я посмотрела на электронное табло, всего четырнадцатый ещё.

– Передавайте привет Евгении, вы ведь в юридическом отделе? – я представила, что взяла и передала этот его привет Калугиной, и это бы точно был мой последний рабочий день.

– Да там, и спасибо, что подождали! – даже не посмотрев на него, я пулей выскочила в не до конца открывшиеся двери лифта.

Ощущение было, как будто меня не выпускали из жаркой парилки, и теперь я жадно хватала ртом воздух, пока шла по коридору, цокая каблуками.

Я молила всех Богов, чтобы моя начальница по каким-нибудь неотложным делам задержалась и не заметила, что я не совсем вовремя пришла на работу.

Повернула ручку в надежде, и поняла, что мои молитвы не дошли по назначению. Дверь была открыта, а это означало, что Калугина уже на месте.

Прошмыгнув к своему рабочему столу, я сразу же включила компьютер. Посмотрела на часы, было восемь минут десятого. Получается, почти на десять минут опоздала. Выругалась про себя. Наклонилась, чтобы положить папку, но она соскользнула и громко шлёпнула об стол. Почти сразу из кабинета Евгении, послышались шаги. Я замерла, готовясь выслушать словесную “порку”.

– Наконец-то, Лера! Соизволила всё же прийти, – она стояла, скрестив руки на уровне груди.

– Извините, я попала в пробку, – я сделала попытку оправдаться.

– Хочу напомнить тебе, что меня не интересуют причины, по которым ты не можешь вовремя прийти на работу и, что твой испытательный срок ещё не закончился, – а я ещё сочиняла текст для объяснений. – Это я буду решать, продолжишь ты работать или будешь опаздывать в другом месте! – мне показалось, что ещё чуть-чуть и из глаз Калугиной начнут вылетать молнии. – На место помощника руководителя юридического отдела есть много желающих, так что в следующий раз, когда застрянешь ещё где-нибудь, можешь не торопиться! – у неё и в мыслях не было ждать какого-то моего ответа. Развернувшись, Калугина ушла, при этом громко хлопнув дверью, я даже вздрогнула.

Эта женщина была ярким примером успешной карьеристки. Воплощение моей собственной мечты о карьере. Я грезила тем, добьюсь в жизни всего сама и буду независимой. Ради этого я училась, как ненормальная, шесть лет.

За две недели я своими глазами увидела, какую цену придётся заплатить за успех. Но меня это мало заботило, потому что я решила, что лично я не обязана превращаться в такую вот стерву. Просто не привыкла к таким нагрузкам, но я очень старалась.

В этот день я сознательно осталась после окончания рабочего дня, чтобы Евгения видела, что я исправляюсь.

Ещё два договора взяла домой, на флэшке.

Домой возвращалась пешком, пыталась проветрить голову. В какой-то момент я даже понимала, что чувствует солдат, который живым вернулся из боя. Вот только единственная проблема в том, что бой-то не последний, завтра дальше воевать.

Позвонила тёте Маше, сообщила, что я уже иду домой.

– Может, в магазин зайти? – в этом состоянии, я очень отдалённо понимала, что такое продукты, но пыталась быть полезной в хозяйстве.

– Не забивай свою голову всякой чепухой, я уже всё купила, – с пониманием сказала самая мудрая и терпеливая женщина в мире. – Только если тебе, чего-нибудь хочется, – добавила она.

Сбросив вызов, я начала думать, чего же мне хочется, и развернулась к супермаркету, который уже почти прошла.

– Я дома! – скидывая туфли, крикнула я.

Помню, как тётя Маша мне посоветовала оставлять каблуки на работе, когда я только устроилась на работу в первый раз, почти два года назад. В пятницу я забыла переобуться, за что и поплатилась сегодня утром.

– Устала, наверное? – я в ответ улыбнулась и протянула пакет со своими покупками, сама решила сразу переодеться в домашнюю одежду.

– Ты решила начать пить с понедельника? – спросила тётя Маша, показывая на бутылку дорогого вина, которую она вытащила из моего пакета вместе с пироженками, коробкой конфет и орехами.

– Нет, сегодня мне некогда расслабляться, это я к пятнице готовлюсь, – вполне серьёзно ответила я, но тётя Маша уже весело смеялась надо мной.

– Юный прогматик, – дав мне такое лестное определение, она убрала бутылку в шкаф.

– Как у тебя дела на работе? – вопрос был задан не между делом, тётя Маша сидела и смотрела на меня в ожидании.

– Как по мне, то не очень-то, – при этом я водила вилкой, которой ела макароны с мясом, в воздухе. – Утром застряла в пробке и опоздала почти на десять минут, за что получила нагоняй от начальницы, – договорив, я продолжила есть. Меня радовало, что из-за неприятностей здоровый аппетит никуда не делся.

– Она должна поддерживать дисциплину, иначе будет плохим руководителем, – рассуждала она вслух. – Меня завуч часто отчитывала, и не только за опоздания, когда я после института в школе работала.

– А за что ещё? – мне нравилось слушать тёти Машины рассказы, когда она делилась своим жизненным опытом.

– За то, что я, по мнению завуча, слишком добрая была, ведь ученики, это с её слов, «по-хорошему редко что-то понимают», – мне трудно представить было, что ей кто-то делал замечания, для меня она была идеальной. – Я старалась рассказывать своими словами, чтобы детям было интересно, – тётя Маша продолжала вспоминать дни своей молодости. – Однажды, завуч меня так достала, что я пришла к директору с заявлением об увольнении, – при этом она почему-то улыбалась. – Он выслушал причину, по которой я собиралась уволиться, и выкинул моё заявление в мусорку, -

– она молчала, а я сгорала от нетерпения, хотелось услышать историю до конца.

– Надеюсь, тогда уволили завуча, – высказала я свою версию, потому что, по моему мнению, все, кто тётю Машу пытался обижать, должны быть наказаны.

– Директор сказал, что завуч не должен указывать учителям, какими способами добиваться успеваемости, тем более, если способы эти не выходят за рамки дозволенного, – я всё ещё не понимала, чем наши случаи похожи. – В следующий раз, когда она опять завела свои поучительные нотации, я очень вежливо пересказала слова директора, – тётя Маша никогда меня не игнорировала, старалась в любой ситуации поддержать, вот и сейчас я почувствовала себя уверенней.

– Сначала я дождусь, пока закончится испытательный срок, а потом потихоньку права начну качать, – и мы вместе засмеялись.

– Главное, чтобы боевой дух не пропадал, а остальное всё получится, – сказала тётя Маша, вставая из-за стола.

Поблагодарив её за вкусный ужин, я пошла к себе в комнату, нужно было ещё поработать.

Я представить свою жизнь не могу;без разговоров и улыбок тёти Маши. Не знаю, да скорее всего и знать не хочу, в кого я могла превратиться в том убогом, провинциальном городке, да ещё с пьющей матерью, если бы я не осмелилась и не позвонила бы ей.

Мать, как обычно была пьяная и я сначала внимания не обратила, подумала, что опять охренею свою синюшную несет.

– Машка звонила опять, не может никак успокоиться! Девочке моей помочь она хочет! Так ты свою роди и помогай ей сколько влезет! – потом мамаша, угомонилась, и я списала номер с её телефона, а вспомнила только, когда стало совсем невыносимо. С того времени прошло уже восемь лет, а я не перестаю благодарить судьбу за этого родного человечка, за её заботу круглосуточную.

 

– Детка, почему же ты раньше не позвонила? – спрашивала меня тётя Маша, а я в ответ пожимала плечами. Если бы я раньше попросила её о помощи, то многих страшных воспоминаний просто бы не существовало: мужика, который меня чуть не износиловал в собственной комнате, потом взявшийся непонятно откуда, Витя Таран, который стащил и жестоко избил этого урода у меня на глазах. Потом у меня была страшная истерика, я даже после валерьянки не могла успокоиться. Брр, ужас! До сих пор вспоминать страшно, и до сих пор у меня ни с кем никаких отношений не было, даже если на меня начинают обращать внимание, я сразу убегаю.

Так что Калугина со своей дисциплиной – это такая мелочь на фоне всего, что со мной было. Даже если, она меня выживет из “ЭлитСтроя”, да и фиг с ним, другую работу найду. Главное, что есть тётя Маша, мне с ней не страшно.

Неделя прошла на удивление спокойно, хотя морально я настраивалась на худшее.

В пятницу Евгения вернулась откуда-то, примерно в три часа дня. Она вдруг остановилась, как будто что-то вспомнила.

– Лера, как только освободитесь, зайдите пожалуйста ко мне, – привычки ждать моего ответа у неё не было, поэтому Калугина сразу ушла и оставила меня сгорать от любопытства. Зачем я ей понадобилась?

Посидела, поизображала, что действительно занята. А потом встала и постучала в дверь.

– Можно? – стоя в дверном проёме, я впилась в свою начальницу взглядом и изо всех сил старалась говорить спокойно и непринуждённо.

– Проходи, присаживайся, – не отрывая глаз от монитора компьютера, предложила она. – Хотела поблагодарить тебя за хорошую работу, – я уже приготовилась услышать, что-то типа: ”но к сожалению ты нам не подходишь”. Кровь отлила от лица, наверное, в этот момент я побледнела. Евгения, посмотрела на меня и заулыбалась.

– Твой испытательный срок, нужно заканчивать, – сердце бешено колотилось, мне кажется я даже запыхтела. – В понедельник, подпишем трудовой договор, и ты будешь полноценный сотрудником “ЭлитСтроя”, – я ушам своим не могла поверить!

– Спасибо вам большое! – я едва сдерживалась, чтобы не завизжать от радости.

– И на сегодня ты можешь быть свободна, – происходило невероятное, поиздевавшись вдоволь, она теперь заваливала меня “плюшками”.

– Я хотела “разрешение” ещё подготовить, – растерянно, не зная, как мне быть, проговорила я, продолжая стоять в замешательстве.

– Подождёт твоё разрешение до понедельника, приём в администрации на вторник назначен, – Евгению, откровенно забавляла моя реакция. – И, кстати, в следующий раз, Лера, когда ты поймёшь, что опаздываешь, будь добра, позвони мне и предупреди, а то мне не нравится находится в неизвестности, – добавила она всё с той же милой улыбкой, хотя я поняла, что утомила её.

– Да, обязательно! Спасибо вам! И до понедельника! – Евгения уже махнула мне рукой и опять отвернулась к компьютеру.

Я вылетела из кабинета на приобретённых крыльях счастья. Проверила конечно, всё ли выключила, но это было скорее автоматически, мысли же все мои были залиты розовым сиропом.

Пройдя несколько шагов по коридору, я увидела Максима Шилова, он направлялся к лифту. Но почему на нашем этаже? Мозг начал искать причину, чтобы вернуться в кабинет и подождать, пока Максим уедет. Сразу же вспомнила, что не поменяла свою обувь, каблуки лучше оставить здесь, и не отцепила бейджик. Делала всё намеренно медленно и, вообще, решила спуститься по лестнице, тогда точно с ним не столкнусь.

Не тут-то было! Уверенно выхожу в коридор и опять знакомая до боли картина: нога Максима, выставленая между дверей лифта, не давая им закрыться. Я, блин, чуть не выругалась вслух.

– Девушка, вы едите? – громко спросил он, мне не оставалось ничего другого, как ускорить шаг.

– Спасибо, – поблагодарила я, когда зашла в лифт.

– Мне кажется, что наши поездки в лифте обязывают нас познакомиться, – я усмехнулась, мне это показалось смешным, да и настроение было отличное.

– Меня Лера,зовут, – протороторила я. – Вы ведь не сильно удивитесь, если я скажу, что знаю кто вы? – мне не захотелось делать вид, что я с луны свалилась.

– И кто же я? – интерес был не наигранный, как будто, Максим ждал, что я расскажу всю его биографию.

– Максим Шилов, вы сын нашего генерального директора, – я уже пожалела, что повела себя, как выскочка.

– Вот чёрт! А я хотел умолчать свою фамилию, чтобы хоть раз здесь меня нормально восприняли, – он как будто не совсем серьёзно говорил, но почему-то я поверила, что ему и правда хотелось, чтобы никто не знал, кто его отец. Вспомнила, как в детстве гордилась своим папой, хотя он был всего лишь инженером на заводе. – Может быть вас подвезти? – прервал мои размышления, Максим.

– Думаю, что поездки в лифте будет вполне достаточно, – он оценил моё остроумие, засмеявшись в ответ. – Я люблю прогуляться пешком, тем более у меня сегодня получился короткий день, – мы не спеша спускались по лестнице на широкий асфальтированный тротуар.

– Я вот не представляю свою жизнь без машины, но до стоянки всё равно придётся идти, – стоянка эта чудесным образом, тоже оказалась в направлении моего маршрута, поэтому мы продолжили идти вместе. – Тут недалеко есть отличное кофе, может быть зайдём? – вот зачем, Максиму Шилову понадобилась я? Не собиралась я идти с ним в кофе и ехать тоже никуда не собиралась! Между нами ничего не может быть! Где он, а где я!

– Я привыкла заранее планировать своё свободное время, и в моих планах на сегодня не было никакого кофе, – наверное сейчас я была похожа на дикарку, но меня это вообще не волновало. – Последнии три недели, я пахала на износ и в офисе, и дома, и где-то в глубине души надеялась, что передохнуть мне всё таки удастся! И вот я дожила до этого долгожданного дня! Теперь я хочу приготовить вкусный ужин для своей тёти, посмотреть с ней фильм, и, наконец-то, выспаться, не соскакивая утром с красными глазами. Ничего не делать и ходить в растянутой пижаме до воскресенья! – всё это я сказала. почти на одном дыхании и напрочь убила романтику, которой запахло в воздухе.

– Извините, Лера! За то что я пытался помешать вашим грандиозным планам! – всё это, Максим сказал с нескрываемым сарказмом, мне бы такое тоже не понравилось. Надо отдать ему должное, держался он достойно. – Возможно в другой раз, вы сможете как-то втиснуть меня в свой занятой график, – какой ещё, нахрен, другой раз? Слишком самоуверенный, привык, наверное, что все перед ним стелятся.

– Вам тоже хороших выходных! – я не захотела дальше препираться, просто ушла.

Максим.

Становилось доброй традицией, стоять и смотреть вслед этой девушке. Успехов я добился небывалых, узнал, что Валерия живёт с тётей.

Почему я вдруг решил, что осчастливлю её своим приглашением в кофе, или она с радостью запрыгнет ко мне в машину? Может, потому что с другими это всегда работало?

Скорее всего.

Ещё в понедельник, когда мы с ней поднимались в лифте, она чем-то напомнила моего друга Гошу, пока я не разобрался, чем конкретно.

На вид такая хрупкая, если бы я не знал, что у сотрудников в “ЭлитСтрое” должно быть высшее образование, то решил бы, что ей лет восемнадцать от силы. Может, потому что я особого макияжа не заметил. Валерия затупила тогда глаза в пол и всю дорогу с интересом его рассматривала, потом чуть двери в лифте не снесла, убежала от меня.

Даже полгода не прошло, как я вернулся в свой родной город из столицы, после своего побега из дома. Двенадцать лет самостоятельной жизни.

Закончив одиннадцать классов, я понял, что мои любящие родители за меня уже всё решили. Отец захотел, чтобы я учился в Канаде и даже по плану жениться я должен был на дочери его лучшего друга, Нике. Какое-то время я даже поизображал, что меня всё устраивает, а потом написал записку, и мы с Гошей уехали покорять столицу нашей необхватной Родины.

Сам поступил в университет, работал после учёбы, а иногда и вместо учёбы… Теперь вот всё ещё не мог привыкнуть к тому,

Мы с Гошей держались вместе, хотя специальности, по которым мы поступили, были разные. Он на журналистику, а я на экономический. Теперь, мне жёстко не доставало общения с другом, может, поэтому он мне уже даже в каких-то девушках мерещится. Но взгляд у них действительно похож. Надо узнать, вдруг у неё тоже косоглазие когда-то было?

Гоша не захотел возвращаться, он там тоже определённых успехов добился. Его мечта была пробиться на телевидение, у него всё получилось.

Отец очень долго меня уговаривал вернуться домой. Он типа плохо себя чувствовал и ещё чего только не напридумывал. Естественно, ничего меня особо не впечатляло. Казалось, родитель мой совсем смирился с тем, что у меня своя жизнь. Мы просто с ним общались время от времени по телефону.

И вот в одной из таких вот душевных бесед меня что-то очень насторожило.

Опять его старинный друг, Никифоров Вячеслав Юрьевич. Лично я не интересовался при каких они обстоятельствах сдружились.

Этот его Слава, мне с детства не нравился, хотя на вид обычный дяхон, а вот взгляд у него нездоровый. У него было три агентства недвижимости по городу, ну, и интерес к отцу был шкурный. Один строит дома, другой продаёт квартиры, всё понятно.

Задумался я, когда в разговоре у отца начал промелькивать какой-то непонятный договор, на который его Слава всячески подбивал. Значит, дочку Нику подпихнуть за меня замуж не получилось, так он решил с другой стороны подплыть.

Конечно же, я отца предупредил, что бизнес с дружбой путать не надо, но он мимо ушей всё пропустил, типа «да ты не поймёшь, мы столько лет друзья уже», ну и всё в таком роде.

Не исключаю, что отец схитрил, когда понял моё неравнодушие, но я рисковать не стал, иначе не простил бы потом себе никогда. Изначально я хотел просто съездить и посмотреть своими глазами на этот договор, но получилось, что уехать не смог. Единственное, мы сошлись с отцом на том, что ни один документ без моей подписи, не будет иметь юридической силы, сделали генеральную доверенность, и я остался. Так было спокойнее.

– Я так и знал, даже уверен был, что ты не вернёшься! – разорялся в трубку Гоша. – От клейма «миллионер» так просто не отмоешься, даже если захочешь, – включил он свой журналисткий жаргон. Таким тоном он, казалось, и святого в святости обвинить бы смог.

– Не хочешь провести журналистское расследование? – начал я заманивать Гошу, чтобы он тоже приехал.

– Как только будет что-то стоящее, мы сразу же обсудим, а то может у тебя паранойя, привиделось просто, – понятно, что друг у меня не тупой, но я надеялся, что он хотя бы прикинется и поведётся.

Отец ничего слушать не захотел, когда я начал отказываться от собственного жилья. Взял и оформил на меня просторную квартиру в центре, с подземной парковкой даже. Знал, чем заинтересовать, машина-то у меня была.

Потянулись серые будни, не смотря на солнечную погоду. В “ЭлитСтрое” доброжелателей я по отношению к себе не заметил. Все сотрудники по умолчанию воспринимали меня, как «блудного сына». Не мог же я каждому объяснять, что это отец во мне нуждается, а не наоборот. Было конечно и другое: молодые девушки откровенно строили мне глазки.

Все, кроме Валерии.

В общем, если бы не назойливость Вячеслава Юрьевича, чувствовал бы я себя, как пятая лапа у собаки. Но хоть за что-то ему спасибо.

Глупо было обвинять людей в том, что они мне не нравились. В любом обществе мне было тупо скучно. И это чувство пришло не с возрастом, я с детства был таким, ненавидел ходить в детсад и в школу тоже.

В старших классах, мы с Гошей прикол поймали по психологии. Прочитали кучу информации, потом ставили психологические эксперименты на одноклассниках, так что к окончанию школы от нас все шарахались. Может быть, психология в то время была просто модой, но я тогда для себя сделал кучу открытий, и поразвлекались мы нехило. Позже наткнулись на американский сериал, я до сих пор его помню. Там мужик, мог по взгляду и мимике определить, врёт человек или правду говорит. Одну вещь я понял чётко: все крутые психологи, да и вообще все, кто был крут, по жизни попадали в реальную задницу. А я вот как сыр в масле по жизни катался… «Не порядок, не быть мне крутым,» – думал я двенадцать лет назад.

Нам с Гошей, в чужом городе не до психологии стало, почему-то. Мы с ним картошку даже чистить не умели, бытовые инвалиды были. Сейчас вспоминать смешно, как мы с ним грызлись из-за мытья полов и спорили чья очередь мусор выносить.

Может, это увлечение психологией всё же не прошло даром, потому что я кожей чувствовал, что не всё в порядке с этим Никифоровым. При каждом удобном случае он вставлял какие-то личные моменты типа: “Ника до сих пор по тебе страдает, ты бы встретился с ней”, – или: “Помнишь, Паша, как мы с тобой на рыбалку ездили, и у нас мотор у лодки заглох, ты бы без меня…”

 

Я замечал, как на отца это действует и очередной психологический эксперимент напрашивался сам собой. Начал тоже изображать, загипнотизированного лоха, хотел посмотреть зачем ему это нужно?

Понятное дело, что никакого долгосрочного договора подписывать я не стал. Никифоров свёл всё чуть ли не на шутку, типа, позже вернёмся к этой теме.

Хотел даже с Никой встретиться, но эта идея мне не понравилась, ещё когда мы переписывались. Ясно, что папочка её уже напичкал хренью, соблазнить меня, даже если Нике, самой это не нужно было.

Начала вспоминать, как мы с ней вместе хотели поехать учиться в Канаду, хотя я о совместных планах ничего не знаю. Переспали пару раз, и я понял, что зря. Ника, была просто наживкой на удочке Никифорова, он ничем не брезговал. У меня единомышленников не обнаружилось, только Гоша, и тот на проводе только.

После того, как Валерия меня жёстко отшила, домой ехать почему-то не захотелось, долго катался по городу. Остановился, чтобы кофе купить и Гоше позвонить. Рассказал ему, про неудачную попытку пригласить девушку в кофе, он долго ржал, как придурок.

– Я очень надеюсь, что это твоя будущая жена! – выдал Гоша, после своего припадочного приступа смеха.

– С чего ты взял? – даже, если он прикалывался, обосновывать всё равно должен.

– Ты же привык, что все девчонки перед тобой, чуть ли не в обморок падают, а эта “крепкий орешек” попалась. Ты теперь ни за что не успокоишься, я тебя знаю, – раньше я и не подозревал, что Гоша так хорошо меня изучил.

Дело не в “успокоишься”, она действительно очень отличается от других, у неё интеллект в глазах есть! – попытался я объяснить ему, а то столица разнежила свободными отношениями, в которых не нужно изучать свою очередную «вторую половинку на ночь».

– Интеллект, так-то, не только у девушек редкость, это вообще редкость! – парировал Гоша. – Надеюсь ты знаешь, что с этим делать? – задал он какой-то дурацкий вопрос.

– Конечно да! Паранджу на неё надо накидывать в тёмном закоулке и в ЗАГС тащить, пока не очухалась! – Гоша меня разозлил окончательно, посмотрел бы я на него, как бы он с Лерой поговорил. Опять ухохатывается! Пусть радуется, что я не могу по башке ему надавать.

– Это в крайнем случае, но ты очень близок к истине, друг мой, – я ничего не понимал, наверное, я слишком увяз в своих проблемах.

– В каком смысле? Ты нормально можешь говорить? – Гоша откровенно меня начал раздражать.

– Конечно могу, ты её выбесил, а может даже оскорбил, своими приглашениями в кафе и в тачку, – он резко стал серьёзным, а я идиотом себя почувствовал, потому что всё равно ничего не понимал.

– И в чём вообще прикол? – продолжал я тупить откровенно, но перед единственным другом мог себе такое позволить, с ним-то не нужно было из себя умника строить.

– Наверное, в том, что ей насрать сколько у тебя денег, и кто твой отец, – по словам Гоши получается, что я привык к тому, что моё финансовое положение давало мне уверенность в том, что любая девушка – моя сразу. Да, так и было, но это не особо меня волновало меня до этого момента. – Поэтому, с ней так нельзя, Макс, – теперь мне стало ещё хуже, чем было.

– Вот я дебил! – простонал я в трубку. Получается, я сам всё испортил. – Тогда расскажи, что ты делаешь в таких случаях? – напрямую спросил я. Ну, а что, на Гошу-то девушки клюют точно не за деньги.

– Я не такой крутой, как ты, поэтому с умными девушками предпочитаю дружить, – значит Гоша тоже предпочитает лёгкую добычу? А я тут себя уже загнобил.

– И что же со мной случилось по-твоему, если меня потянуло на умных девушек? – раз он меня так хорошо знает, надо этим воспользоваться. Халявный и прямолинейный психотерапевт никому ещё не мешал.

– Стареешь, Макс! Тридцать лет, это же очень серьёзно! – этот придурок опять ржал в трубку. Я так понял, Гоша не захотел дальше развивать эту тему.

– Ладно, тогда поеду домой, приготовлю себе вкусный ужин и буду ходить по квартире в трусах до воскресенья! – по звукам в трубке, мне показалось, что он начал задыхаться от своего же истерического хохота. – Гоша! Ты там живой ещё? – спросил я на всякий случай, в ответ опять послышались непонятные звуки.

– Я реально грохнулся от смеха! – всё ещё гогоча, как коняра, наконец-то ответил он.

На сегодня душевных разговоров с другом уже достаточно. Послав этого клоуна, я отключил вызов и вывернул руль в сторону дома.

Умолчал я в разговоре с Гошей их схожесть с Валерией, иначе он бы там такое развёл, что потом всю жизнь оставшуюся мне вспоминал бы. Да и мои сравнения реально какие-то дурацкие.

А на самом деле, Гоша наверное был единственным, кто не навязывал своё общение в классе, даже во всей школе, наверное. Больше того, мне пришлось сделать практически невозможное, чтобы самому подружиться с ним. Тогда мой поступок не гарантировал, что мы станем друзьями, но я не стал бы попрекать его своими жертвами, даже если бы Гоша продолжал меня игнорировать.

Я примерно даже не представлял, на что мне придётся пойти, чтобы Валерия, посмотрела на меня другим взглядом и улыбалась мне. Ещё не знал, но был практически к этому готов. Правда, тут жертвы, чувствую, будут серьёзнее, намного.

К родителям в выходные не поехал. Мать была занята подготовкой к очередному показу своей новой коллекции, а отца мне и на работе хватало, спасибо.

Заказал доставку еды и засел за компьютер. Проверил все договора, связанные с агентствами Никифорова, он явно перетягивал одеяло на себя. С понедельника я решил увеличить рекламу от застройщика и подготовить документы на долевое строительство. Понятия не имею о чём они там договаривались с отцом устно, меня это не касается.

В понедельник утром, мне позвонил отец и предупредил, что поехал на объект строящегося дома.

Помню, как он с воодушевлением рассказывал, с чего начинал своё дело. Собрал бригаду мужиков: каменщиков, плотников, и брал частные заказы, строили особняки для «новых русских». Сейчас он тоже частенько сам ездил на строящийся объект и проверял всё лично. Видимо, отец прорабом не перестал быть, его успокаивала картина стройки. Отвлекался от бумажной работы и переговоров.

Приехав в офис, я сразу дал распоряжение о рекламе.

Помощница была только у отца. Красивая девушка, походка от бедра, залюбуешься, а с мозгами беда. Хорошо у неё получалось только кофе приносить. Я представил, как буду объяснять ей, какие документы мне нужны, а она будет в это время думать, красиво ли она сидит и подбородок держит, чтобы мне понравилось.

У самого для составления документов ничего не оказалось, пошёл за помощью к Евгении Артёмовне, да пофиг, что она меня не очень-то приветствовала, зато Валерию увижу…

– Здравствуйте! А Евгения у себя? – она медленно отвела глаза от монитора компьютера, похоже, даже вздрогнула, когда узнала меня.

– Здрасте! Да, у себя, – Валерия сразу же вернулась к прежнему занятию, а я зашёл в кабинет.

Евгения, выслушала мою просьбу и отправила меня к своей помощнице, то есть, к Лере.

– Она очень смышлёная девочка, мне бы ещё парочку таких, и остальной юридический отдел можно распускать, – я сразу вспомнил слова Валерии, как она три недели пахала на износ, и криво улыбнулся.

– Евгения сказала, что мне к вам нужно обратиться, – не делая резких движений, я протянул ей свои записи.

– Это что, долёвки? – Валерия удивлённо посмотрела на меня.

– Да, они, – ответил я с надеждой, что она не отфутболит меня ещё куда-нибудь. – Это сильно морочено? – спросил я, глядя на монитор, куда Валерия вывела документы.

– Нет, не очень, – она усердно не смотрела на меня. – Когда вам документы нужны? – серьёзно спросила Валерия.

– Вчера, но желательно сегодня, хотя бы после обеда, – я просчитывал в голове крайние сроки. – Валерия, возможно я вас чем-то обидел в пятницу, но хочу в качестве извинения пригласить вас на обед, – и тут же получил в ответ, пронзительный взгляд, рентген настоящий. – Ничего личного, просто благодарность, – я быстро внёс поправки, пока не получил отказ.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 
Рейтинг@Mail.ru