Формула свободы. Утриш

Алексей Большаков
Формула свободы. Утриш

Предисловие

Многие люди мучаются, пытаясь понять смысл своей жизни, совершают множество ошибок в погоне за свободой и своим счастьем. При этом далеко не все даже понимают, в чём состоит оно – человеческое счастье.

Для многих мерилом счастья являются деньги. В обществе существует мнение, что больше всего счастливых людей в России живут под Москвой, на Рублёвке.

Но это мнение ошибочно. Я убеждён, что гораздо больший процент довольных жизнью людей в нашей стране, особенно в летнее время, живет вовсе не в Москве, вовсе не на Рублёвке, а на черноморском побережье в заказнике Утриш.

Попав на Утриш, некоторые люди словно «находят себя» и стараются остаться здесь как можно дольше, иногда ради этого бросают даже учёбу, работу, семью.

Я расскажу об образе жизни постоянных жителей Утриша, о людях, отказавшихся от погони за материальными ценностями и ушедшими от цивилизации жить в землянки и палатки.

Утриш – необычное во всех отношениях место. «Уникальный своей энергетикой» заказник любят посещать колдуны и целители, всевозможные неформалы и сектанты.

Здесь живут оригинальные лесные крысы и дикие черепахи, бесстрашные еноты и барсуки, открыто ворующие еду, наглые ёжики, забирающиеся в палатки людей, ночные шакалы, уносящие посуду отдыхающих.

Наблюдения за жизнью на Утрише изменили мои представления об окружающем мире и месте в нём человека.

Я понял, что не существует и не может существовать единых критериев счастья, они во многом индивидуальны, зависят от психологии личности, воспитания, характера, привычек и предпочтений.

Поэтому очень многие стремятся уйти от навязанной им обществом модели поведения, но в поисках человеческого счастья, душевного покоя и гармонии с окружающим миром становятся сектантами или отшельниками.

Я не только расскажу о причинах, побуждающих людей уходить в секты или становиться отшельниками, но и покажу, как этого избежать.

Глава 1. Воплощая мечту или о том, как я попал на Утриш

Как много людей в нашей стране устали от спешки и суеты и хотели бы поменять свою жизнь: бросить надоевшую работу, переехать куда-нибудь в глушь, заняться любимым делом. Подобные мысли возникают порой неожиданно, среди, казалось бы, сытой, успешной жизни. Эти мысли вынашиваются постепенно, иногда неосознанно, в тайне от семьи и друзей.

Для многих мечты так и остаются мечтами, и, чтобы заглушить их, избавиться от неосуществимых желаний, иногда бывает достаточно на время, хотя бы на пару недель, поменять обстановку, съездить куда-нибудь отдохнуть от дел, от спешки и суеты.

Очень часто человека тянет к морю. Но выехав на море, ощутив всю прелесть курортной жизни так не хочется порой возвращаться домой, в холодный сырой климат, к скучной надоевшей работе.

Возникает острое желание – купить себе домик у моря и жить здесь в своё удовольствие. Конечно, не все те, кто любит тепло, кто любит море способны осуществить подобную мечту. Но некоторые наиболее отчаянные люди ради воплощения этой мечты продают свои квартиры, уходят с работы, бросают всё, переселяются на юг. И первое время живут здесь счастливо, в радости и покое.

Среди переселенцев много пенсионеров. Им не нужно воспитывать давно вставших на ноги детей, необязательно работать. Домик с садом или неспешные прогулки по набережной – что ещё нужно пожилому человеку?

Но очарованные красотой южной природы, ласковым тёплым морем пытаются круто поменять свою судьбу и некоторые молодые люди, молодые семьи.

Однако домик или квартира у моря – не панацея для счастья. Я знал несколько семей переехавших с севера в Краснодарский край. Все они первое время, первые пару лет на новом месте, действительно были счастливы.

Затем у некоторых, уже на третьем году жизни на юге, зимой, когда дует пронизывающий северо-восточный ветер, происходила своеобразная «ломка»: возникало желание уехать отсюда, вернуться назад, на родину.

Чтобы развеяться, кому-то достаточно было на несколько дней съездить в гости к друзьям или родственникам, а кто-то начинал искать обмен, чтобы возвратиться домой насовсем либо перебраться в другое место, подальше от уже надоевшего моря.

Чтобы не разочароваться жизнью, чтобы не было скучно нужно везде заниматься чем-то интересным, иметь хобби или работу по призванию.

Но это другая история, об этом я расскажу в другой раз.

Иметь домик у моря – было и моей юношеской, даже, наверное, детской голубой мечтой. Я полюбил море с первого взгляда, ещё двенадцатилетним мальчиком, когда отец впервые привёз меня сюда.

Нужно сказать, что я рос весьма болезненным ребёнком. Долгое время среди своих одноклассников я был самым слабым по здоровью.

Болезни словно преследовали меня. Ни одна зима не обходилась без многочисленных вирусных заболеваний. Особенно мучили меня ангины и тонзиллиты, возникавшие постоянно.

Мои болезни доставляли хлопоты моим родителям. Диагноз «хронический тонзиллит» и рекомендации врачей вырезать гланды напугали мать. Но отец был против. Он запретил матери пичкать меня лекарствами, а на летних каникулах отвёз меня к морю.

Море поразило меня своим великолепием. С замиранием сердца я испытывал благоговение перед морской огромной гладью. И сразу понял, возможно, на интуитивном детском уровне осознал, что это – моё, приморский климат – мой климат.

И действительно, сухая погода, жаркое солнце, закаливающий эффект водных процедур наряду с прекрасным настроением дали свой положительный результат. Летний отдых благотворно сказался на моём здоровье, которое понемногу пошло на поправку. Почти всю зиму я не болел. А на следующий год мне удалось уговорить отца поехать на юг опять. Но потом у моих родителей не стало возможности ездить со мной к морю.

Уже повзрослев, став самостоятельным, я старался выезжать на юг каждое лето. Меня постоянно тянуло сюда. Я лелеял мечту обосноваться и жить здесь.

В тяжёлые девяностые годы прошлого века мечта моя немного притупилась: хроническое отсутствие денег сильно давило на меня.

Я ушёл с работы, забросил свои научные разработки и, как и многие отлучённые от науки люди, занялся торговлей, мелким предпринимательством.

Работа приносила мне определённое финансовое благополучие, но не моральное удовлетворение. Всё время меня не покидало чувство, что я занимаюсь не тем, чем нужно, не тем, чем мне хочется, что жизнь проходит мимо, стороной. И чем больше я торговал, тем больше мне хотелось забросить это неблагородное занятие.

В конце концов меня настиг кризис среднего возраста, когда мысли о том, правильно ли я живу и что я делаю в этом мире стали невыносимыми.

Особенно тяжело мне было видеть, как другие делают себе имя на оздоровлении людей, на тематике, которая была близка мне. Я ведь со студенческой скамьи занимался биологией продолжительности жизни и резервными возможностями человеческого организма.

Пока я таскал тюки и продавал вещи в стране заметно возрос интерес ко всему, что связано с резервными возможностями человеческого организма, нетрадиционным лечением и оздоровлением. Народные целители стали активно зарабатывать деньги на желании людей быть здоровыми, на их незнании своего организма. Появилось множество работ, пропагандирующих то или иное оздоровительное средство. Одни стали рекомендовать населению делать клизмы до изнеможения, другие предлагали пить мочу, третьи – изводить себя изнурительными диетами и голоданиями, четвертые – изгонять «энергетических паразитов».

Однако «универсальные» методы оздоровления помогали далеко не всем, наоборот, применяя отдельные методики на себе, многие наши граждане попали на больничную койку, приобрели расстройства пищеварительного тракта, анемию, и другие серьёзные заболевания.

Это беспокоило меня. Я мучился тем, что не смог, не успел в своё время объяснить людям, что не существует тайных целительных средств, универсальных таблеток, трав или продуктов, что нельзя пробовать на себе все подряд, что любой рецепт, любое средство, любая диета могут помочь одним людям, но навредить другим.

Занимаясь теорией возникновения болезней, я понял, как можно управлять своим здоровьем и что это совсем не сложно. Нужно лишь сократить потребление ненужных организму веществ и научиться контролировать своё текущее состояние, чтобы не нарушать физиологическое равновесие в организме и не допускать заметных перегрузок.

Мне казалось, что я понял как работают механизмы самоисцеления человека. Но, увы, не я не смог завершить свои разработки и ознакомить с ними широкие слои населения. О моих работах знали лишь мои друзья и родственники.

Желание помочь окружающим, сказать что-то новое, важное, быть может, создать новое направление в популярной литературе, которое придёт на смену примитивной литературы для малограмотных домохозяек, захватило меня. И это усиливало кризис среднего возраста.

Мне захотелось бросить всё, переселиться на море и заняться изложением своих идей, писать про то, что мне интересно, что может принести пользу людям.

В то время я был уверен, что даже известные целители либо не понимают основных законов физиологии либо откровенно зарабатывают деньги.

Удивляли меня и споры врачей и целителей, диетологов и натуропатов. Ведь истина, конечно, лежит посередине. О том, как найти эту истину, как научиться управлять своим здоровьем, как правильно пользоваться рецептами народной медицины я и хотел рассказать.

Мне казалось, что я смогу научить людей индивидуальному лечению, рассказать о механизмах самоисцеления и общих корнях возникновения любой болезни. Многое я знал и о методах внушения, самовнушения, о вере человека и чудесах исцеления.

В надежде написать солидную книжку на оздоровительную тематику я бросил всё, собрал деньги и рванул на юг.

Денег у меня было не так много, как хотелось бы, но их хватило на то, чтобы купить участок с небольшим домиком километрах в шести от моря в садоводстве под Новороссийском. Тихое уединённое садоводство, расположенное в лагуне, окруженной со всех сторон величественными горами, очаровало меня своей живописностью, тишиной и пьянящим лесным воздухом.

 

Я был очень доволен, даже счастлив, что сумел хотя бы в таком виде осуществить свою детскую мечту.

Почти каждый день ездил к морю на велосипеде и работал над книгой.

В июле приехали родственники, сразу пять человек. Они ещё, пожалуй, не видели таких живописных, затерянных в горах мест и радовались жизни, общению с природой, наслаждались воздухом и тишиной.

Но в моём маленьком домишке стало тесно. Работа над книгой не шла совсем.

Стояла сильная жара. Мне захотелось развеяться, уйти дней на пять с палаткой к морю.

Я задумал дойти до Утриша, тихого, уединённого заказника, который я посещал и раньше, когда путешествовал с велосипедом по черноморскому побережью.

Остановиться решил в третьей лагуне, расположенной почти посередине полоски берега, которая тянется вдоль скал от Малого до Большого Утриша. В этой лагуне имеется поляна, равнинное местечко, где лес подходит вплотную к берегу. Не нужно взбираться на скалы в поисках места для стоянки, можно разбить палатку в тени деревьев, прямо у моря.

Глава 2. Утриш. Первые впечатления

Со стороны Новороссийска утришский заказник начинается у малюсенького посёлочка, который так и называется: Малый Утриш.

Раньше здесь располагались воинская часть и небольшой рыбный заводик, затем заводик обанкротился и развалился, военные ушли, а поселок превратился в маленькую заброшенную деревеньку, которая оживает только в летнее время.

Летом у входа в заказник дежурят казаки. Они собирают плату с автомобилистов за въезд и иногда вывозят мусор.

Разбитая просёлочная дорога от Малого Утриша, который на несколько месяцев в году превращается в палаточный городок автомобилистов, идёт по лесу, по заказнику через горы в сторону Сукко и Большого Утриша.

Несмотря на название, Большой Утриш также представляет собой совсем маленький курортный посёлок, известный тем, что здесь расположен утришский дельфинарий.

С Малого на Большой Утриш можно пройти пешком по узкой прибрежной полосе длиною около восьми километров.

Полоса представляет собой сравнительно малолюдные даже в летнее время пляжи, многократно прерываемые завалами из камней в тех местах, где осыпающиеся скалы вплотную подходят к морю.

Я любил пройтись здесь и раньше, поглазеть на загорающих нудистов, облюбовавших эти уединённые места.

На протяжении пути имеется несколько расщелин между скал, лесных лагун, уходящих в горы, в глубь заказника. В лагунах и рядом с ними, на равнинных скалистых участках разбивают палатки дикари, не только нудисты, но и обычные отдыхающие.

Утришский заказник – уникальное во всех отношениях место. Весьма оригинален и разнообразен как растительный, так и животный мир Утриша.

В заказнике много разных редких и реликтовых растений, имеется сразу три вида можжевельников. Можжевельники – очень ценные, малораспространённые породы деревьев. Растёт можжевельник чрезвычайно медленно. Говорят, что возраст некоторых утришских деревьев превышает тысячу лет.

Около 60 видов обитателей Утриша занесены в Красную книгу. В том числе и средиземноморская черепаха, панцирь которой может достигать полуметра в диаметре. Дикие черепахи вольготно чувствуют себя в естественной среде, в лесных массивах Утриша. У них здесь почти нет врагов, кроме отдельных отдыхающих, которые вылавливают и увозят с собой понравившиеся им экземпляры.

Особое своеобразие этих мест привлекает сюда натуралистов и других любителей дикого отдыха на природе у моря, вдали от цивилизации.

В поисках тишины и вдохновения пожить несколько дней на Утрише решил и я.

От моей дачи до третьей лагуны можно дойти пешком часов за пять и даже быстрее. Но я шёл не спеша, наслаждаясь природой, купался и загорал.

Пришёл на запланированную стоянку уставший, в сумерках. Народу в третьей, самой удаленной с обеих сторон от посёлков лагуне на удивление было много. Я никак не ожидал, что здесь может быть столько людей. Но время было позднее, решил, как и планировал, остановиться здесь. Немножко прошёлся по лагуне в поисках стоянки и быстро нашёл удобное местечко, как и хотел под деревьями, рядом с морем.

Судя по всему, кто-то совсем недавно съехал. Сохранился свежий настил из травы и водорослей.

В потёмках установил палатку, искупался в море и в предвкушении отдыха, который требовало моё тело, приятно уставшее после физически сложного перехода, в предвкушении сладкого сна и ярких сновидений я завалился спать.

Однако отдохнуть не смог. Как только прилёг – страшная, невыносимая вонь обожгла мне нос. Дышать было совершенно невозможно. Ужасная вонь шла из-под надувной подушки, прямо из-под моей головы. Едва сдерживая рвотный позыв, я выпрыгнул из палатки на улицу.

Дело было ясное: кто-то хорошо покакал, но прикрыл дерьмо травой, а я поставил в него палатку. Знали бы вы только, каким вонючим бывает чужой кал! Как хорошо он впитывается в нежную ткань палатки и затем ну никак не хочет отставать.

Обгаженную палатку пришлось отмывать и переставлять. Ночь была испорчена.

А на следующее утро меня разбудила оживлённая речь какой-то женщины. Она собрала небольшую группу отдыхающих на площадке возле моей палатки и рассказывала им об энергетике человека, энергетических каналах, исправлении ауры, а также о том, что проходящий здесь семинар йоги насыщает его слушателей «божественной энергией».

Я хорошо знаю энергетику человека, потому что изучал её в университете, решил посоветовать собравшимся для расширения кругозора ознакомиться с циклом Кребса.

– Кто такой Кребс? – удивилась «лекторша». – Я слежу за литературой по энергетике, но о Кребсе ничего не слышала.

Я попытался объяснить, что цикл Кребса научно описывает все энергетические процессы в организме.

– Не лезьте с ерундой и не мешайте нам! – возмутилась женщина и продолжила излагать древние восточные «знания».

Затем она стала активно агитировать присутствующих присоединиться к членам семинара. По её мнению, семинар помогает раскрыть внутренние резервы организма, приводит к «просветлению сознания», способствует тому, что у многих людей открывается третий глаз.

– Знаю! – опять не выдержал я, привыкший на глупость, воинствующую безграмотность отвечать шутками. – Он открывается в заднепроходном отверстии.

– Что вы несёте?!

– Это недавно установил один очень известный индийский гуру, – убеждённо отвечал я. – Когда у человека просветляется сознание и открывается третий глаз, он начинает видеть и мыслить попой.

«Лекторша» онемела. Не удалось ей в этот раз заманить в секту новых членов: отдыхающие посмеялись и стали расходиться. А я спустился к морю.

Запутавшееся в ветках деревьев солнце, искрясь лучами, приветливо освещало только узкую полоску пляжа справа от меня, в том месте, где находится пруд с грязной водой, который все называют здесь почему-то озером.

Впереди передо мной виднелось несколько голов любителей утреннего купания, несмотря на ранний час пожертвовавших своим сном ради того, чтобы окунуться в прохладной морской воде.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru