Воспоминания о будущем. Одиночка

Александр Петров
Воспоминания о будущем. Одиночка

Глава 1. Техник

ОН шел по коридору. В голове прокручивал последний разговор с родственниками. Поводом было решение суда о запрете ввоза для семейной КОМПАНИИ. Ввозом того, что в течении 10 лет спасало Правительство России от краха, что вытянуло сельское хозяйство после КАТАСТРОФЫ.

Подошел к турникету, приложил магнитную карту к считывающему устройству. Посмотрел на будку охраны. В ней охранник оторвался от монитора и посмотрел на НЕГО, коротко кивнул и нажал на кнопку. Турникет открылся и ОН пошел к выходу из здания. Перед возвращением к себе ОН решил немного прогуляться. Это ЕМУ редко удавалось, хотя к этому ОН не стремился. Свеж в памяти был конфликт со спецслужбами, их попытки выкрасть ЕГО изобретение, все безуспешные. Последующие попытки через суд и правоохранительные органы забрать ЕГО образцы и действующие модели в руки правительства и аффилированного с ним бизнеса. Но судьба внесла свои коррективы. КАТАСТРОФА изменила климат на планете. Наступившее похолодание, или, как его называли ученые, «ядерная зима», подкосило сельское хозяйство. В тех районах, где раньше выращивали основные пищевые и кормовые культуры установился постоянный снежный покров. Ненадолго, на 3 года. Но и потом период оттепели был недостаточным, чтобы вызревали хотя бы хлеба.

Кинув взгляд на зеркальную витрину магазина ОН увидел, что за ним следят. Двое в штатском на другой стороне улицы у сквера, это из спецслужб. Они будут следить, где бы ОН ни был, в их зоне досягаемости, но только следить. Во всяком случае до завтра, когда решение суда вступит в силу. А вот сзади идет девушка лет 21-23 с рюкзачком. Одета скромно, не вызывающе. Идет от самой проходной. «Странно». – подумал ОН – «ОНА явно хочет подойти, но не решается. Что ЕЙ надо? ОНА не из спецов». Впереди показалась столовая. «Надо бы перекусить перед полетом, чтобы не захотелось есть. Вылет все равно через 2 часа». Столовая была бюджетная, с самообслуживанием. Зайдя, ОН обежал глазами зал. Народу почти не было. Взял разнос, с витрины взял салат, второе и чай. На кассе оплатил картой. Выбрал столик в середине зала, подальше от окон и сел спиной к двери. Снова погрузился в воспоминания.

Сельское хозяйство. Без зерна. Практическая гибель в первый год всего птицеводства и животноводства без кормов. Изобилие мяса в первый год и его отсутствие в следующие годы, отсутствие молока и молочных продуктов. Что потом – голодные бунты населения. Правительство в шатком положении, держащееся на демагогии. Южное Полушарие Земли не так пострадало и через 2 года пошло зерно и мясо из Аргентины, Австралии, ЮАР и так далее, но цены. Цены были не по карману большинству населения. Социальные программы не решали ситуацию, а «сглаживали углы». К тому же рухнула вся прежняя финансовая система, система производства и сбыта товаров и услуг.

– У вас свободно? – услышал приятный женский голос.

– Да, присаживайтесь. – ответил ОН, придвинув к себе разнос. В руках ОН держал кружку с уже теплым чаем.

– Сегодня хорошая погода. – сказала ОНА.

ОН все это время смотрел в окно. Окна были зеркальными, и ОН хорошо видел все, что происходило в зале. А погода за окном и правда была хорошая. Май. Теплый ветер. Свежая зелень, как на газонах, так и на деревьях. Какие-то из них выжили после 3-х летней зимы, но было много новых, молодых деревьев. Он знал, что эта улица озеленена ЕГО фирмой, вернее семейной, где ЕГО задачей было поставка продукции.

– Вы не о погоде хотели со мной поговорить. – сказал ОН, поворачивая голову к собеседнице.

– Да. – смутилась ОНА

– Давайте ближе к делу. Кто вы и что вам от меня надо?

– Я не знаю с чего начать.

– С начала, по задаваемым мной вопросам. – сказал ОН, вынимая записную книжку и карандаш.

– Вы пользуетесь бумагой и ручкой?

– Они надежнее и работают без батареек. Итак, кто вы?

– Я студентка, учусь на журфаке. У меня выпускная работа – расследование. Я хотела бы написать о вашей КОМПАНИИ, её реакции на судебное решение и дальнейшие действия.

– Вы знакомы с деятельностью КОМПАНИИ?

– Да. 2 года назад я монтировала рекламный ролик КОМПАНИИ. Помните: «бескрайние нивы, благоприятный климат, экологическая чистота …»

– Да, помню его. Хорошо смонтировано. Чем я вам могу помочь?

– Вы работаете в КОМПАНИИ на солидной должности. Я вас вижу только тогда, когда прибывает ГРУЗОВИК, т.е. вы занимаетесь вопросами поставки.

– Вы уже провели солидное расследование. Поздравляю вас, продолжайте.

– Моя подруга работает в КОМПАНИИ и рассказывала мне, что все, кто работает с поставками – закрытая каста. Попасть в неё не реально, даже подойти к ним практически невозможно.

– Ко мне вы подошли легко. Может вы ошиблись?

– Нет. Я проверяла несколько раз. По разным каналам. Руководит группой старший сын. Ему лет 55-60. Вам 30-35, то есть вы работаете в техническом отделе. Вы вышли в середине рабочего дня на следующий день после прибытия ГРУЗОВИКА, то есть вы связаны с оформлением и перегрузкой груза, или обслуживанием ГРУЗОВИКА.

– Что от меня вам нужно?

– Проведите меня на территорию.

– Вы работали на компанию и знаете, какая там пропускная система.

– Да, знаю. Очень жесткая. Мне 2 часа оформляли пропуск. Но вы вышли в середине рабочего дня, у вас свободный вход, и подруга говорила, что все из отдела поставок обладают значительным авторитетом в вопросах работы КОМПАНИИ.

– Это исключено. Я знаю эту систему пропуска слишком хорошо. Только в этом году было уволено 6 сотрудников за попытки обойти систему безопасности. 4-ро из них оказались агентами госбезопасности.

– А что мне делать? Вы моя последняя надежда. – ЕЁ глаза начали наполняться слезами.

– Во первых – успокоится. Все сотрудники давали подписку о неразглашении, ваша идея может закончиться внутренним расследованием и их увольнением.

– А мне ни кто, ни чего не рассказывал.

– Подруга. Но, судя по всему, она знает мало. Во вторых – я могу помочь выполнить задание, но тему придется изменить. Как вы относитесь к теме «Где КОМПАНИЯ брала столько зерна»?

– Вы отвезете меня туда? Это далеко? Надолго?

– Да, отвезу, более того, вы увидите все стадии выращивания зерна. Длительность – 3 дня. 6-8 часов полета и вы там.

– Здорово. А можно это все будет снять на камеру.

– Не все. Сам полет нет. Все остальное – да. Более того, я порекомендовал бы вам это снять на фото или видео.

– А когда вылет?

– Примерно через 1,5 часа. Надеюсь, все, что вам надо на 3 дня и аппаратура при вас? Питание – моя забота.

– Да. А как одеться? Там холодно?

– 20-25 0С постоянно, вечером и в начале ночи дождь, особенно в прибрежной зоне.

– Я готова. Откуда вылет? Шереметьево? Внуково?

– Я отвезу. Вначале давайте решим вопрос, что мне с этого будет.

– Редакция готова заплатить за интересный материал.

– Редакция? Вы работаете в СМИ? А в прочем нет ни чего удивительного. Нужны деньги и в каникулы можно подработать. Я прав?

– Да. – сказала ОНА, краснея. – Мы живем с мамой, и денег постоянно не хватает. После поступления на журфак я постоянно подрабатывала: то продавцом, то курьером, сейчас на ТВ.

– Деньги меня не интересуют. У меня их достаточно для покрытия моих потребностей, не очень больших. И со СМИ я не контактирую ни при каких условиях.

– А что вам надо?

– Что вы можете мне дать лично. Так как это была ваша личная инициатива.

– Не знаю. – сказала ОНА растерянно. – У меня есть парень, мы любим друг друга.

– Это меня не интересует. Секс сейчас слишком обыденный товар, чтобы на него обращать внимание. Каковы ваши навыки, образование?

– Не знаю.

– Ваше образование – журналистика, то есть ваши знания распространяются в каких областях?

– Филология. Я знаю английский и арабский языки, получила диплом интервьюера.

– Хорошо. Возможно, мне понадобятся ваши навыки. Могу предложить следующие условия: сейчас я вас отвожу и показываю вам все, что касается выращивания зерна. Привожу вас с материалами и правом свободной публикации этого материала. Ваша подруга права – сотрудники отдела поставок могут очень многое. Но когда вы мне понадобитесь, я свяжусь с вами. Конечно, как нормальный человек, вы можете отказаться от оплаты, это ваше право, но оплата будет выгодна больше вам, чем мне. Я умею организовывать работу и находить нужного мне специалиста. Сразу скажу, что работа будет достаточно сложной, но интересной. Кроме того я заплачу. Деньгами. Что вы думаете по моему предложению?

– Туманно и много неясного.

– Я поэксплуатирую, в своих интересах, ваши навыки в области журналистики, филологии и знания иностранных языков. При этом еще и заплачу.

– Я должна подумать.

– Думайте, у вас 1,5 часа. Потом я улечу и вернусь только через 3 дня. По делу.

ОН встал и пошел к столу грязной посуды, поставил на него разнос. ОНА сидела за столом, глядя на НЕГО с испугом и надеждой. ОН спокойно пошел к выходу. Вышел на крыльцо и вдохнул грудью воздух.

Что было потом? Потом был его ГРУЗОВИК, вернее первая модель. И поставки зерна сначала в один регион. Образование юридического лица, «бодание» с властью, которая старалась подмазаться, а то и откровенно «подоить» этот бизнес. Интернет-публикации, суды, введение чрезвычайного положения, ЕГО отказ поставлять зерно на этих условиях, ФАС, поставки в Китай, Японию, давление на власти России по средствам народного недовольства, вояжи политиков перед выборами и, наконец, особые условия поставок зерна в Россию при регулировании цены со стороны государства. Потом…..

ОН шел по алее в сторону проходной. Шел медленно. На скамейках сидели мамочки с колясками и бабушки. Аллея была высажена за счет прибыли КОМПАНИИ, проложены дорожки, поставлены скамейки, фонари. Вечером и ночью это было самое освещенное место Юго-Востока Москвы. Когда то заброшенное зернохранилище стало центральной станцией ввоза зерна КОМПАНИЕЙ. Были построены мукомольный, крупяной и комбикормовый заводы. В ближнем пригороде разместились птицеферма и свиноферма. За счет дешевого зерна и мяса была открыта социальная столовая. Правительство «расщедрилось» и провело ветку метро до их офиса. Станцию в народе прозвали «Социальная»

 

Раздался звонок телефона. ОН достал его и посмотрел, кто звонит. Нажал кнопку приема:

– Добрый день Руслан Маратович

– Добрый день. Я по поводу нашего договора.

– Не беспокойтесь профессор, через 3 дня я вам привезу. Вы только подготовьте площадку для разгрузки. И поставьте человека на случай, если вы будете заняты.

– Хорошо, значит через 3 дня. А сколько будет зерна?

– По предварительной оценке 200-250 кубометров. Я месяц назад проводил анализ.

– Хорошо. Знаете площадку за корпусом агрономического факультета?

– Это та, что рядом с парком техники?

– Да, она самая.

– Тогда проследите, чтобы на ней ни кого и ни чего не было.

– Да, да, я понимаю.

– Оплата по договору. И непременно скинте на почту результаты анализов зерна.

– Хорошо.

– До свидания профессор.

– До свидания.

Потом был второй ГРУЗОВИК, закупки техники и её модификация по профилю. Модификацию ОН проводил сам, на ПЛАНТАЦИИ. Медленно, но надежно и безопасно. Была построена сеть баз и филиалов. На ЕГО плечи легла доставка груза. В эту сферу ОН не пускал ни кого. Расширяя посевы, организовал поточное производство зерна, используя достижения в программном обеспечении, сделал технику беспилотной. Пришлось помучиться с маяками, но это в прошлом, и это себя оправдало. В целях обеспечения гласности и информации народа снял видео, которое смонтировала и озвучила эта девочка. Голос, кстати, ЕЁ. А где ОНА? Или ЕЁ напугало мое предложение.

Сзади послышался звук женских шагов.

– Подождите, я согласна.

– ОН остановился и повернулся к НЕЙ

– Я согласна, но редакция не хочет оформлять мне командировку. Им надо знать, куда я поеду.

– Берите творческий отпуск на 3 дня. Когда вернетесь, опубликуете частичку материала в соцсетях и поторгуетесь с редакцией и другими СМИ по цене.

– Хорошо, я сейчас им позвоню

ОНА отошла, присела на лавочку и стала звонить в редакцию. ОН посмотрел на ЕЁ одежду: блузка, юбка, босоножки, рюкзачок – одета не для перелета, но ладно, на 6-8 часов полета хватит. Посидит в кресле. Все равно будет пытаться вытянуть дополнительную информацию. ЕЁ надо записать. Филолог мне будет нужен. А если ОНА ещё и методист, то вообще находка. ОНА подошла и, немного смущаясь, сказала.

– Редактор была не в восторге, ведь завтра большая пресс-конференция у вас, на которой будет сообщено о дальнейших действиях КОМПАНИИ. Но все-таки отпустила. Без оплаты.

– Через 3 дня поторгуетесь. Не продешевите. Давайте я вас запишу, что бы потом найти. От вас имя и электронная почта.

– Оксана, почта – OXI-EBET.mail.ru

– Сейчас я вам наберу и скину на почту маячок со своей. Вы подтвердите, что получили.

ОН вынул свой сотовый, набрал ЕЁ почтовый адрес и отослал смайлик. У НЕЁ пискнул телефон.

– Этот. – показала ОНА экран.

– Да, мой. – ответил ОН.

– Какое у вас красивое имя.

– Сейчас мы поедем на ГРУЗОВИК. – сказал ОН и достал брелок с радиомаяком.

Они стояли перед проходной компании. Из ворот рядом с проходной выехала машина.

– Ой, «LADA – ГРАНТА»! – воскликнула ОНА. – Вы ездите на этом раритете?

– От «ГРАНТЫ» только корпус и часть ходовой. Вся начинка новая.

Машина подъехала к ним и остановилась.

– Садитесь, – сказал ОН – и пристегивайтесь.

– А кто ей управлял? – спросила ОНА, садясь в машину. – В ней робот-автопилот?

– Да. Он может выполнить 5-6 определенных команд. Пристегивайтесь, сейчас поедем. Рюкзачок в руках и держите крепче.

ОН нажал на панели 2 кнопки, двери машины закрылись. ОНА обратила внимание, что между водителем и пассажиром было нечто в кожухе, доходящее до уровня живота. И это шло сзади и исчезало в панели приборов. Оглянулась назад, пассажирских сидений не было. Было что-то под кожухом, что занимало половину салона по ширине, а по высоте было на уровне груди. Руля не было, вместо него был авиационный штурвал с 3-мя кнопками. Вместо панели приборов был экран, окруженный множеством светодиодов. Под каждым светодиодом была надпись. ОН посмотрел на НЕЁ.

– Комбинация двух последовательных модификаций. Системы дублированы для безопасности.

ОН щелкнул переключателем под экраном. Экран засветился и показал схему машины. По ней замигали разноцветные значки, выехала клавиатура и столик с мышкой. ОН погонял мышку по поверхности стола, что-то отмечая на экране, пощелкал по клавиатуре. Схема машины загорелась зеленым, зеленым загорелись датчики на панели приборов.

– Отключите телефон и видеокамеру. Могут сгореть от перегрузок. Или положите их в бардачок. Там защищено.

Она послушно выключила телефон и убрала его в рюкзачок. Ремни безопасности были непривычны. Они начинались от основания и заканчивались на спинке кресла на уровне шеи, причем с обеих сторон. А пристегивались на уровне чуть ниже ЕЁ груди. «Как в детском кресле» – подумала ОНА.

– Поехали. – Сказал ОН и слегка толкнул вперед ручку штурвала.

Машина неслышно, без толчков и вибраций начала набирать ход. Они съехали с парковки, и вышли на дорогу, идущую вдоль забора КОМПАНИИ. Забор представлял из себя три ряда столбов, опутанных колючей проволокой, за которыми были видны еще столбы, наклоненные в сторону забора под углом 450.

– Зачем эти столбы?

– Наклоненные? Что бы машинами не рвали забор. А то подъедут на КАМАЗах с оружием, и к складу. Грузят, сколько могут и мотать. В КОМПАНИИ есть такой опыт. Помните 2-й – 4-й года после КАТАСТРОФЫ. Разгул преступности, бандитизм, бессилие государства. Пришлось и охрану нанимать, и усилить заборы. За ним складская зона и ангар ГРУЗОВИКА. Помните это время? А, хотя, вы были еще слишком молоды.

– Почему же, помню. Мамы постоянно не было дома, еду доставать было очень сложно. Хотя мама говорила, что в КОМПАНИИ работает её друг, но связаться с ним не могла. Бабушка постоянно болела. На улицах было очень опасно. Группировки не щадили ни кого. Могли убить за буханку хлеба. Двоих моих одноклассников убили в уличной драке, еще четверо стали инвалидами. Две подруги были сильно избиты.

– А ваш отец?

– Я плод увлечения. У моего биологического отца была своя семья. Он, конечно, помогал иногда нам деньгами, но 8 лет назад погиб при выполнении задания. Он служил в ФСБ. Его семье досталась пенсия по потере кормильца, а нам оскорбления от его официальной жены.

– И как вы выжили? За время кризиса население России упало до 50 миллионов человек. Много погибло от голода и бандитизма. У вас были все шансы погибнуть.

– Не могу сказать, не знаю. Мама устроилась в магазин продавцом. Брала в счет зарплаты продукты. Я подрабатывала с 14 лет. Иногда нам приходили посылки. Всегда когда мамы не было дома. Я или бабушка принимали их у курьера, расписывались в получении. В них были консервы, крупы. В общем выжили.

– Приготовьтесь, поворачиваем. Здесь ближе всего до ангара.

– Но здесь нет дороги за забор. Ка-а-а-а-к?

Машина качнулась носом вверх и вправо, пройдя по дуге, перелетела через забор и, не снижая высоты, полетела вдоль складов.

– Она может летать?!

– Она не может ездить, только летает.

– Я заметила, когда она подъезжала к нам, у неё не крутились колеса, но подумала, что показалось.

– Ангар впереди. – сказал ОН, нажимая кнопки на панели.

Большое полукруглое здание впереди быстро приближалось. В передней стенке открылось окно 3х3 метра. ОН нажал кнопку на панели и отпустил штурвал. Машина на автопилоте зашла в это окно, которое сразу за ней начало закрываться.

– Добро пожаловать на ГРУЗОВИК. Третья модель. Пока не улучшал.

– А он тоже летает?

– Да, и немного плавает. Ангар построен над бассейном. Разгружаюсь я на обычной площадке, при зависании. Всегда делал это ночью, когда все спят. И сразу в ангар.

Тусклый свет немногочисленных фонарей машины осветил небольшую площадку. Колеса её коснулись и машина замерла.

– Приехали. Выходите, я сейчас закреплю машину и пройдем в пост управления. – сказал ОН, звеня цепями.

ОНА вышла. Глаза привыкли к полумраку. В двух метрах от себя она увидела стенку. С противоположной стороны тоже стена, спереди и сзади тоже. Сверху заползал люк. На полу была видна разметка, выполненная белой краской, хотя при этом освещении она выглядела серой. ОН прошел рядом и закрепил на колесе цепь. Свободный конец ОН закрепил на крюке в полу и затянул цепь.

– Свет. – сказал ОН.

На стенах стали проступать фонари, медленно увеличивая яркость. Глаза успевали привыкать к изменению яркости света. Он подошел к машине и достал какой то ящик. Подошел к стене перед машиной и приставил к ней ящик. Пискнуло, и на стене открылась дверь.

– Проходите.

Они прошли по коридору и остановились перед другой дверью. ОН поднес ящик к ней и рядом с дверью открылся проем. ОНА переступила порог и очутилась в комнате, в которой вдоль стен тянулась панель управления с тумблерами, лампочками, переключателями. Было 4 монитора. Все работало, на мониторах были какие то схемы. У каждого монитора стояло кресло.

– Вам на это. – сказал ОН. Кресло стояло у стены, несколько поодаль. – Рюкзак положите в ящик.

ОНА положила рюкзак в открытый ящик и закрыла его. ОН ходил между мониторов, отмечая на них что-то мышкой. Через 3 минуты ОН сел в одно из кресел.

– Присаживайтесь и пристегнитесь. В подлокотнике блокнот и карандаш.

– Зачем?

– Вы же не будете молчать все время полета.

ОНА села, пристегнулась. Ремни были такие же, как в машине. Из подлокотника достала блокнот и карандаш.

– Почему вы пользуетесь карандашом, а не ручкой?

– Ручка не во всех условиях работает корректно.

– В каких не всех условиях?

– Узнаете. Сейчас взлетаем.

ОНА почувствовала легкий толчок, как будто кто то ЕЁ медленно поднимал. В кресле под ней надулись пневмоподушки.

– На правом подлокотнике есть кнопка. Нажмите её.

ОНА нащупала и нажала кнопку. Кресло откинулось назад под углом 450, поместив ЕЁ в положение полулежа. ОНА посмотрела на НЕГО. ОН тоже полулежал, смотря на экраны перед собой. Несколько тумблеров загорелось красным и с пульта пискнуло. ОН щелкнул мышкой, и на экране высветилось сообщение. «Сволочи»! – подумал ОН. – «Решили перехватить. Погоняем. 3, нет 5 самолетов. Максимальная скорость 2,5 маха, высота до 25-27 км. Жиденько».

– Держитесь, начинаем маневрировать. – сказал ОН и взялся за штурвал.

ОН включил кнопки экранов защиты. Внешне ГРУЗОВИК не изменился, но на экранах радаров приближающихся самолетов он стал заметно большим пятном. Толкнул ручки газа вперед. Где-то в глубине двигатель получил команду на набор мощности, которую успешно выполнил. ГРУЗОВИК мчал вперед и вверх, игнорируя все предупреждения. Очереди трасс проносились вокруг него, иногда задевая экраны. ОН разгонялся. «0,7-0,75-0,8 махов. Можно было поиграть в догонялки, не сегодня и не на этом». ОН толкнул рукоятку скорости вперед. Энергии хватало и на подъем, и на разгон. Инерция вжала в кресло. «Как там ОНА»? – подумал ОН. – «Не думаю, что ОНА привычна к перегрузкам. Так что поосторожней. 1,2-1,25-1,3…-1,4 маха. Самолеты отстали, высота 20 км. Слабоваты двигатели и мало панелей на разгон. Ладно, погнали к себе».

– Что это было? – спросила ОНА.

– Почетный эскорт от Правительства России и ФСБ.

– Нас атаковали?

– Пытались посадить и захватить изобретение. Не в первый раз. Через 3 дня будут ждать.

– А где мы?

– Над Черным Морем. Через полчаса наберем нужную высоту. А пока потерпите с вопросами.

Мышка оторвалась от стола и поплыла, натягивая шнур.

– Ой, что это?

– Мы на орбите.

– Мы в космосе?

– Еще нет. Просто вышли на орбиту Земли.

Кресло перекинуло ЕГО в нормальное положение. Это происходило автоматически при невесомости. ОН поймал плавающую мышку, прижал её к столу и стал вводить необходимые данные.

– Ой, мамочки! – воскликнула ОНА.

– Что случилось?

– Моя юбка.

– Не по форме одеты? Ничего, сидите. Сейчас я введу необходимые данные для полета и мы с вами поговорим.

Прошло 5-7 минут, прежде чем ОН оторвался от экрана.

– Теперь задавайте вопросы.

– Мне ни кто не поверит.

– У меня есть записи с камер наблюдения КОМПАНИИ и камер на ГРУЗОВИКЕ. Конечно будут писать, что это монтаж, но всё таки это доказательства.

– А как он летает?

 

– Что вы знаете о работах Никола Тесла?

– Я была в комнате Тесла, там так интересно, но малопонятно.

– Я довел работы Тесла до практического применения.

– У вас патент?

– Не стал патентовать, слишком велик соблазн наплевать на патентное право и использовать эти технологии в своих интересах.

– А куда мы летим?

– В КОМПАНИИ это место называют ПЛАНТАЦИЕЙ. Впрочем, сами все увидите. У вас аллергия на что-нибудь есть?

– Нет.

– Хорошо, легче будет составлять рацион питания.

Экран осветился, по нему прошло сообщение. ОН развернулся к нему и стал что-то вводить с клавиатуры.

– А что вы вводите?

– Место посадки. Сядем на основную базу. Отдохнем, а утром полетим на место уборки.

– Вы говорили о 6-8 часах полета.

– Посадка занимает много времени. Так что устраивайтесь поудобней и продолжим разговор. Переведите кресло в положение полулежа. Посадка займет 5 часов. Сядем в темноте.

Следующие 5 часов прошли в беседе. На часть вопросов ОН отвечал «сами увидите», или «это закрытая информация». Наконец с пульта пискнуло, и женский голос сказал: «Посадка окончена, добро пожаловать на ПЛАНТАЦИЮ». ОНА встала из кресла. Тело затекло, ноги заплетались от длительной неподвижности. Взяла из ящика рюкзачок.

– Можно снимать?

– Да. Экраны погашены.

ОНА достала камеру и штатив. Поставила его у двери, сама встала в центре зала. Поправила блузку, юбку, прическу. Подошла к камере, включила её.

– Доброго времени суток! Я прилетела на то место, откуда КОМПАНИЯ 10 лет возила зерно в Россию. Сейчас я нахожусь на посту управления корабля-зерновоза….

ОН слушал ЕЁ и сгружал вещи в тележку. «Еда на 2 недели, для меня, блок управления, на грузовой площадке есть оборудование и запчасти для техники».

– Я окончила, мы можем выйти. – сказала она, стоя в центре зала с камерой в руке.

– Пошлите, дверь справа от вас.

В левой части поста управления открылась дверь и они пошли по коридору. Он был прямой и вел к балкону. ОНА шла впереди, снимая все на камеру. ОН сзади с тележкой. «Как жена с мужем в супермаркете» – подумал ОН. Вышли на балкон. Сам балкон был тускло освещен, а за ним властвовала ночь.

– Суда. – сказал ОН и прошел по балкону к двери ангара.

ОНА последовала за ним, снимая все на камеру. Дверь ангара открылась и перед ней предстал новый вид техники. Две сигарообразные гондолы, соединенные между собой платформой с салоном. ОН открыл дверцу в задней части и сгрузил туда вещи. Потом открыл переднюю стенку вверх и в бока и сказал:

– Присаживайтесь, сейчас полетим на РАНЧО, поедим, помоемся, отдохнем, а утром поедем на поле убирать урожай.

ОНА села и пристегнулась. ОН закрыл переднюю стенку и нажал на кнопку. Под ними еле слышно заработал мотор и ЧЕЛНОК двинулся вперед. ОН взялся за штурвал правой рукой, а левой нажал несколько кнопок. Ей прекрасно было видно, как ЧЕЛНОК проехал вперед, потом в бок, пока не переехал за борт ГРУЗОВИКА. Здесь он еле заметно просел и, управляемый опытной рукой, двинулся вперед и влево, описывая полукруг. Спереди зажглись две фары. 30 секунд полета со снижением и ЧЕЛНОК еле заметно сел на поверхность. Фары погасли, мотор заглох.

– Все, прилетели. – сказал ОН, и открыл дверь.

– Здесь ни чего невидно. Где луна?

– Сейчас пойдет дождь. Вылезайте и за мной. – сказал ОН, доставая из под сиденья фонарик.

В его луче мелькнула дорожка, мощенная камнем. ОН достал из ЧЕЛНОКА сумку с продуктами и пошел по дорожке, освещая путь фонариком. Метров через 100 луч уперся дощатую стену с дверью, без какого либо запора. ОНА включила камеру и начала снимать. Внутри дома было темно. ОН подошел к столбу в центре комнаты и пошарил по нему рукой. Где-то сбоку заработал двигатель. ОН щелкнул выключателем и дом осветился.

– Извините за беспорядок. Женских рук здесь ни когда не было.

ОНА снимала обстановку: два стола, старых, обшарпанных стола, покрытых синтетической скатертью. Один из них явно обеденный. Четыре табурета, одно офисное кресло, ноутбук на столе, холодильник в углу и у дальней стенки полутороспальная кровать и шкаф. ОН сидел справа, у печки.

– Вы готовите на печке?

– Да.

– А что сегодня на ужин?

– Сначала чай или кофе с бутерами, потом картофель в горшочках с курицей.

Снаружи слышался нарастающий шум.

– Что это?

– Дождь.

ОНА вышла на крыльцо. Свет через открытую дверь освещал участок земли с дорожкой. Шум был все сильнее и сильнее и ОНА увидела, как первые капли упали на землю. Различить их можно было только несколько секунд. Потом мощный поток накрыл дом и прилегающую территорию.

– А ЧЕЛНОК?

– В ангаре. Автоматическая парковка, как только я включил свет. – ответил ОН, вынимая продукты в холодильник.

ОНА все снимала. ОН пошел к противоположной от входа стене с ведром, полным топливных брикетов. На ней были две двери. ОН открыл дверь слева и зашел туда. ОНА последовала за ним. Там стояла еще одна печь, железная и высокая. ОН присел на одно колено, открыл дверцу и начал закладывать в неё брикеты.

– Что это?

– Душ. Сейчас подогрею и будет теплым. Полотенце, конечно, не взяли?

– Да. – смутилась ОНА.

– В шкафу есть. В душе у меня стоит стиральная машинка, если надо. На полочке над ней порошок, мыло, мочалка, шампунь.

– У вас тут все для цивилизованной жизни.

– Почти все.

ОН чиркнул спичкой по коробке. Горящую спичку ОН поднес к ватному диску, пропитанному каким-то горючим. Диск сразу загорелся с одной стороны и ОН положил его в печь. Через минуту огонь весело горел и ОН закрыл дверцу.

С варочной печи засвистел чайник.

– Пошлите, перекусим, заодно поговорим за чашкой чая.

ОН достал с полки над холодильником пачку заварки, сахар, кофе, сгущенное молоко в тубе, печенье, батон. Из холодильника достал масло: сливочное и шоколадное. ОНА поставила штатив с камерой так, чтобы хорошо был виден обеденный стол, подошла и села на табурет. ОН принес чайник с печки и заварочный чайник. Разговор был точной копией разговора при посадке. Поняв, что ни чего нового сегодня ЕЙ не узнать, ОНА встала, выключила камеру.

– Где я лягу?

– На кровати. Белье в шкафу. Стиранное.

– А вы?

– В подсобке. Первом доме. Сейчас там мастерская. Туалет справа от душа.

– Спасибо. – сказала ОНА и подошла к шкафу. Открыла дверцу. На верхней полке стопкой лежали полотенца, ниже – постельное белье. «А ночнушка»? – подумала она. – «Я её не взяла. Спросить – как то неудобно».

– В шкафу висят рубашки, возьмите, если надо будет.

ОНА открыла вторую дверцу. Две кожаных куртки, поношенных, но еще хороших, брюки, джинсы и 5 или 6 рубашек. Взяла самую длинную, пару полотенец и пошла в душ. С большим удовольствием ОНА мылась в душе. Вода была мягкая и теплая. Выйдя из душа вытерлась, надела рубашку и с одним полотенцем на голове, а вторым в руках вышла в комнату. ОН возился около печки, что то мешая в большом ведре.

– Что вы делаете?

– Тесто ставлю. Хлеб надо завтра испечь.

– Вы печете хлеб?

– Да. Научился.

– А что еще можете испечь?

– Иногда себя пирожками балую, или плюшками.

– А меня побалуете? – спросила ОНА, кокетничая.

– Плюшками – да, пирожками – начинки нет. Я вам к кровати полог сделал. Мне завтра рано надо вставать, с тестом работать. Не хочу вас будить.

ОНА обернулась на кровать. Действительно, по периметру висела занавеска, старенькая, но чистая.

– Спокойной ночи. – сказала ОНА, направляясь к кровати со своим рюкзачком.

– Спокойной ночи. – ответил ОН, закрывая ведро.

«Надо материал отправить в редакцию». – подумала ОНА. – «Еще не поздно». Ноутбук показал, что связи нет. Никакой. «Что за дыра». – подумала ОНА. – «А хотя только в такой дыре ОН и мог скрыться от спецслужб. Интересно где это. Ладно, у меня спутниковая связь есть». ОНА достала станцию спутниковой связи.

– Свет выключить? – спросил ОН.

– Да, спасибо.

Свет погас и через несколько секунд скрипнула дверь. За стеной так же скрипнула дверь, потом зашумели перемещаемые предметы, пару раз слышался мат. Потом все затихло. ОНА вернулась глазами к экрану. «С камеры все скачено, а где связь? Не может быть! Может спутник ушел? Редакция 14 лет назад запустила 6 своих собственных спутников по договору с Роскосмосом. Неужели все вышли из строя? Нет даже слабенького сигнала». ОНА отключила ноутбук и убрала его на прикроватную тумбочку. «Мух нет, комаров тоже. Хорошо». – подумала ОНА, засыпая.

ЕЙ приснилось ЕЁ детство. Репортаж, который ОНА смотрела по телевизору, как журналист, лично, давал команду на запуск спутника, находясь на борту космического челнока.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12 
Рейтинг@Mail.ru