Будущее России

Александр Петров
Будущее России

Она вспомнила себя. Перед выходом техник проверил лук, медик размяла ей спину, руки, плечи, пальцы. А тренер вспоминала, как они охотились на птицу. Местные поднимали дичь на болоте или озере, а она била на выбор только определённую птицу. Она встала на стрельбище. В голове – охота. «Серый Гусь. Одна стрела – одна тушка. Красный круг. Центр мишени». Но прозвучал сигнал, мишень пошла. Она натянула лук. Тело работало само. Стрелы в колчане перед ней. Стрелы потоком полетели в мишень. 24 секунды в её распоряжении. Итог: 7/7/7. Она сама этого не ожидала. Трибуны взорвались. Она выходила на второе место, пока.

Сильный, порывистый ветер прервал соревнования. Утром следующего дня они продолжились. Начинали аутсайдеры. Шла тасовка основной группы. «Перспективные» русские спортсменки были не выше четвёртого десятка.

Утром следующего дня соревнования продолжились. Она стреляла вторая, с конца. В этот раз тренер вспоминала о Розовой Утке. Вкуснейшее мясо. Особенно запечённое в тесте на углях. Но, сигнал. Руки заработали сами. 9/9/9. Она выходила на первое место, если даже лидер отстреляет привычно хорошо. Перед ней была только японка. И та решила рискнуть. Обычная стрельба выводила её на 2-е место. Её, олимпийскую чемпионку. Но, 8 выстрелов, 4 попадания,1 в центр. Японка откатывалась за 4-е место.

Вечером награждали победителей. Она в полной мере оправдало своё имя. Диана, богиня охоты, чьи стрелы не промахиваются. Она стояла на высшей ступени пьедестала. Как она хотела, чтобы на флагштоке был флаг России, чтобы играл её гимн. Но чиновники Министерства Спорта решили иначе. Россиянки где-то в середине рейтинга. А она здесь, на вершине подиума. Она помахала рукой, приветствуя свою коллегу. Там, в комментаторской кабине, сидела её тёзка. Они вместе работали с одним тренером. Только она стала спортсменкой, а та журналистом. Теперь извещала Россию о триумфе её дочери.

Шасси коснулись бетона взлётной полосы. Они вышли, забрали багаж. Их уже встречали. Перед входом в общий зал стояли представители Министерства Спорта и журналисты. Старший из Министерства направился к ней, протянул руку, стал говорить дежурную речь. Она прервала его. Пожала ему руку.

– Спасибо, что не мешали. Вы ни чем мне не помогли. Ни на этапе подготовки, ни в организационном плане, ни на олимпиаде. Хорошо, что не мешали. Хотя, и это вы не можете. Моя медаль – заслуга тех, кто поверил в меня. Простых людей.

Она пошла дальше. Там, за дверьми, её ждали родители, друзья, спонсоры. Её слова, конечно, вырежут, оставят картинку, и то, не всю. Но это не важно. В Министерстве уже будет «разбор полётов». А сейчас те, кто ей помогал, поддерживал, кто верил в неё. И её «золотые», олимпийские стрелы пошли по рукам, как сувениры, как символ того доверия, что она оправдала с лихвой.

Спасатель.

Он сидел в пассажирском кресле спасательного бота. Перед ним сидела медведица, положив ему голову на колени. Он гладил её, а у самого из глаз текли слёзы. Как они познакомились? Он обучался в Лондоне, изучал новую спасательную технику. Уже готовился к экзамену. Но поступил срочный вызов на Камчатку. Надо было спасать экспедицию. Два спасательных бота, в одном он. Группа в 10 человек. Вулкан проснулся, и группа оказалась почти в его жерле. Экспедицию сняли со склона. Прорыв был ниже, и их просто отбросило с палатками и рюкзаками. Ушибы, ссадины, синяки. Но на сопке был ещё биологический объект. Пилоты подвели машину к камню. В темноте было плохо видно. Подвели почти вплотную, включили свет. Он открыл аппарель, вышел, полагая, что придётся помогать. На него смотрели медведица с двумя медвежатами. Он отошёл вбок, пропуская её. Она схватила одного из медвежат, и бросилась внутрь спасательного бота. Он взял второго, зашёл, и нажал кнопку закрывания аппарели. Внутри он опустил малыша на пол, среди рюкзаков спасённых. Тот быстро нырнул под сидения, где расположилась его мать с первым малышом. Над ними, поджав ноги, сидела девушка из экспедиции. Медведица затравленно, и с надеждой осматривалась. Медвежата прижимались к ней. Он сходил в кабину пилотов, взял оттуда пакетик орешков, что захватил для себя перед вылетом. Подошел, сел перед зверем, высыпал несколько орешков себе на руку и протянул ей. Она обнюхала, периодически обнажая зубы, потом аккуратно, одними губами взяла один орех, и оттянулась к себе под сидение. Прожевала, потянулась ещё за одним. К моменту, когда пачка закончилась, медведица уже спокойно ела орешки из его руки, придерживая её своей лапой. У пилотов нашлась пара шоколадных батончиков, которые он тоже скормил медведице. Спасённых доставили в Хабаровск, в региональный офис НИИ Вулканологии. А медведицу с малышами в местный центр восстановления видов. Там для неё выделили место, и сделали «пещерку» – ящик из-под оборудования с одного из предприятий Хабаровска. Несколько тюков соломы обеспечили подстилку. В этом ящике медведица прожила несколько лет. Ему зачли операцию за экзамен, и он перевёлся сюда, на Дальний Восток. Раз в неделю он навещал спасённую. Видел, как растут её малыши, отселял их в другой вольер, кормил медведицу с рук ягодой, орехами или мёдом. После зимовки ему сообщали, когда она вылезала из своей берлоги. И он приезжал к ней, покормить. Часто, после угощения, он садился на бревно, а медведица ложилась рядом, положив свою голову ему на колени. И он гладил её. Но пришло время возвращать зверя в природу. За это время вулкан оброс, при активной помощи людей. Его территория была включена в программу восстановления Камчатского медведя. Для спасённой была сделана новая «берлога» – ящик из-под оборудования с соломой внутри. Теперь он вёз её обратно.

Спасательный бот сел на склоне, метрах в 20 от новой берлоги. Он вытер слёзы, расстегнул ремень, встал. Аппарель уже открывалась. Он вышел. Медведица вышла за ним. Снаружи она остановилась, жадно втянула воздух, прислушалась.

– Пошли, Машка. Теперь ты здесь будешь жить.

Он пошёл к её новой берлоге. Медведица немного постояла, и потрусила за ним. Он стоял и смотрел, пока она обнюхивала ящик, распределяла по нему солому, формируя лежанку. Потом достал из кармана шоколадный батончик. Пока он его разворачивал, медведица топталась от нетерпения на месте. Потом охватила его руку с батончиком своими лапами, и стала есть батончик, с выражением полного блаженства на морде. Но батончик съеден, руки и упаковка облизаны, а медведица стоит, прижавшись к нему всем телом, а он гладит её. Но долго им не дали стоять. Вызов из диспетчерской. На сейнере-базе заболел один из рабочих. Срочно надо его эвакуировать. Он зашёл, закрыл аппарель, сел и пристегнулся. Яркий, оранжевый спасательный бот взлетел, оставляя медведицу осваиваться на новом месте жительства. Рядом есть заросли орешника, ягоды, недалеко река. И скоро нерест. А он будет навещать её, как служба позволит.

Довесок.

Такси остановилось около многоэтажного здания общежития, судя по конфигурации входа. Водитель, парень лет 20-25,вышел, открыл дверцу в салон. Из него вышла девушка 20-22-х лет с беби-конвертом на руках. Пока она осматривалась, водитель извлёк из багажника большую сумку и чемодан на колёсиках.

– Пошли, сейчас устроим. – сказал он пассажирке.

Они поднялись по лестнице. Входная дверь автоматически открылась, и автоматический женский голос сказал «Добро пожаловать». Они прошли в холл общежития, к стойке администратора. У стойки их уже ждали, хотя на дворе была ночь.

– Ваши документы. – сказала администратор, женщина 40-45-и лет.

Девушка переложила ребёнка на правую руку, поднесла к считывающему устройству браслет, что был у неё на левой руке. Датчик секунд 5 «думал», потом загорелся зелёным, сигнализируя, что считалось корректно. Администратор посмотрела на монитор.

– Хорошо. Теперь приложите туда палец, любой. Надо зарегистрировать на вас замок.

Девушка приложила указательный палец. Датчик «думал» секунд 10, потом снова оповестил о завершении считывания.

– Хорошо. Антон, проводи её в комнату 424. Сегодня уже поздно. А вам завтра в поликлинику на осмотр, и в хозяйственный отдел. Данные на вас уже там.

– Мам, а почему на 4-й этаж? Там же детсад, шумно.

– На 3-м этаже нет мест. Сдача нового корпуса затягивается.

– Ясно. Пошли.

Они прошли к лифту, дождались его, выпустив пассажиров, поднялись на 4-й этаж. Антон повёл новую жительницу общежития к её комнате, по пути инструктируя о распорядке. В 7-00 будет шумно, детей отправляют в детский сад. С 8-00 до 8-30 – завтрак. На кухню привезут. Надо будет дойти и получить. С 9-00 начинает работать поликлиника, дневная смена. Ей с ребёнком на приём. Придёт сообщение на её почту. С 13-00 до 14-00 обед. В 18-00 – ужин. Есть комната отдыха, но после 19-00 её «оккупируют» дети. Отбой в 21-00. Сейчас было уже около 22-00, и коридор был пуст. На этаже стояла тишина. На весь коридор две группы лифтов, три группы санузлов, две кухни и две комнаты отдыха, около лифтов. В её распоряжении площадка для прогулок около общежития, если надо – коляски. Окно её комнаты выходит на площадку и детский сад.

Рейтинг@Mail.ru