Чемпион мира по шахматам Хосе Рауль Капабланка однажды сказал: «Тот, кто хочет совершенствоваться и однажды достигнуть своей цели, должен смотреть на свои проигрыши как на уроки». Это высказывание можно было поставить эпиграфом к следующим коротким историям.
Братья Райт, первые в мире воздухоплаватели, занимались конструированием велосипедов. Но у них была мечта – создать летательный аппарат тяжелее воздуха. Их первые аппараты были столь неудачны, что у братьев уже не оставалось живых мест от ушибов и ссадин. Но не это было самое страшное. Соседи, наблюдавшие за их опытами, разнесли по всему городу слух, будто бы братья сошли с ума от своей «глупой затеи». Чтобы поглядеть на сумасшедших, вокруг их дома стали собираться толпы зевак и бездельников. И когда во время очередного испытания кто-то из братьев садился в «аппарат», то зеваки поднимали дикий свист и улюлюканье. А когда «аппарат», проскакав несколько метров по земле, как детская заводная лягушка, опрокидывался и из него, как мячик, выкатывался «пилот», зрители падали от смеха на землю и дрыгали ножками, будто припадочные.
Полиция уже стала подумывать: а не пора ли отвезти эту странную парочку в психиатрическую больницу? Но вскоре в город приехал цирк, и о братьях постепенно забыли.
И все же методом проб и ошибок братья Райт преодолели все неудачи и поднялись в воздух. Любопытно, что когда они заявили, что создали аппарат, который может летать, и предложили местным репортерам прийти и увидеть его собственными глазами, то никто не явился. Репортеры, да и все остальные, были уверены, что братья окончательно потеряли рассудок…
А теперь перенесемся из Америки в Англию и познакомимся с еще одной, не менее впечатляющей историей. Шотландский историк Томас Карлейль взялся за титанический труд – написать подробную историю французской революции. Просидев год и девять месяцев за столом и написав первый том, он решил показать рукопись одному из своих друзей, мнением которого он особенно дорожил. По неаккуратности этого друга или по случайности рукопись оказалась на полу его кабинета, и он о ней как-то забыл. Прошла неделя, другая, третья… И вот, желая узнать мнение друга и приступить наконец к печатанию своего труда, Карлейль послал за рукописью. Начали искать – пропала рукопись! После тщательного расследования выяснилось, что прислуга вымела ее вместе с ненужными бумагами, которые хозяин дома имел обыкновение бросать на пол, и… употребила на растопку камина.
Когда эту новость сообщили Карлейлю, то он, человек чувствительный и эмоциональный, едва не потерял дар речи. Почти два года напряженной работы, корпения над документами, бессонных ночей – все жертвы оказались напрасны! К тому же никаких черновиков у Карлейля не сохранилось!
Нетрудно представить себе, какие чувства испытывал историк. Но что же было дальше?
А дальше случилось то, чего никто не мог ожидать. Карлейль снова засел за написание утерянного тома, пытаясь восстановить в памяти все факты, даты и мысли. И если первый раз работа над книгой была для него наслаждением, то во второй раз это были одни мучения и страдания. Но Карлейль каждое утро, как приговоренный, садился за стол и работал по 14–16 часов в день. Через полгода книга была восстановлена.
Поразительное терпение Карлейля было вознаграждено: новая редакция первого тома, по мнению автора, получилась значительно лучше прежней. Более того, история с потерянной рукописью и решение Карлейля ее восстановить стала достоянием широкой публики. И когда эта книга появилась наконец в продаже, она пользовалась бешеным успехом у покупателей.
Вот так, благодаря терпению, Томас Карлейль стал не только знаменитым историком, но и одним из самых уважаемых людей своего времени.
Философ Карл Юнг сказал: «Что совершил один человек, может совершить и другой». Однажды в компании своего приятеля-спортсмена он ехал – в первый раз! – на лошади. Спортсмен, желая продемонстрировать великолепную выучку своей лошади, поскакал к ближайшему забору и с легкостью взял этот барьер. Подъехав к Юнгу, спортсмен сказал: «В своих писаниях ты будто утверждаешь, что то, на что способен один человек, может повторить и любой другой?» – «Да», – спокойно, не чувствуя подвоха, ответил Юнг. «Тогда, – улыбнулся спортсмен, – ты, может быть, повторишь этот трюк?» Юнг вскинул голову: «Конечно!»
Не успел спортсмен отсмеяться, как Юнг направил лошадь к частоколу. Как и следовало ожидать, во время прыжка Юнг свалился с лошади. При падении он мог напороться на острые колья, но эта опасность его, похоже, не волновала. Однако о ней хорошо знает спортсмен: не на шутку испугавшись, он кричит своему другу: «Да ты что, с ума сошел? Я же пошутил!»
Но Юнг, кажется, оглох. Не говоря ни слова, он снова сел на лошадь и совершил еще одну попытку перепрыгнуть через высокий забор. И снова падение! Третью попытку можно было назвать почти удачной – забор он не перескочил, но уже и не свалился, как прошлый раз, поскольку крепко ухватился за гриву лошади.
Только с пятой попытки Юнг успешно преодолел препятствие…
В Берлинском зоопарке однажды возникла необычная и немного курьезная проблема: тигры наотрез отказались размножаться. Опытные ветеринары, исследовав животных, никаких заболеваний не обнаружили. Изучили тигриное «меню», режим кормления, условия содержания – все в порядке. Разыскали и исследовали даже «родословные» своих полосатых пациентов – не было ли среди их родителей особей с подобными «отклонениями»? Ничего похожего не обнаружили. Сотрудники зоопарка совсем уже опустили руки, но тут кто-то из персонала посоветовал изменить животным режим кормления: кормить их не каждый день, а через день. То есть добавить в сытую и размеренную тигриную жизнь немного стресса. Может быть, именно райские условия – отсутствие стрессов и конкуренции, обильная кормежка, просторные вольеры – превратили хищников в апатичных и вялых импотентов?
К удивлению многих, расчет оказался верным. Просидев на такой диете неделю, тигры вернулись к исполнению «супружеских обязанностей».
Скажите, читатель, вам эта история ничего не напоминает?
Европейские ученые уже давно бьют тревогу по поводу нарастающего демографического кризиса в Европе: коренное население с каждым годом уменьшается, а вот количество мигрантов, прибывающих из Северной Африки и Центральной Азии (ведь нужно кому-то заполнять пустующие места у станков и прилавков!), все время увеличивается. Как следствие все чаще возникают этнические конфликты. И виной тому не только непродуманные законы, но прежде всего низкая рождаемость местных аборигенов, с одной стороны, и высокая рождаемость пришельцев – с другой. Первые с неохотой решаются обзавестись потомством из-за слишком благоприятных условий существования, вторые стараются родить как можно больше детей по причине отсутствия внешнего комфорта (чтобы обеспечить роду выживаемость).
Странное дело, не правда ли: все мы стремимся к безбедной и приятной жизни, прикладываем массу усилий и трудов, чтобы обеспечить себе «человеческие условия», но когда наконец достигаем желаемого, то вдруг сталкиваемся с новыми и неожиданными проблемами? И их, оказывается, не так уж и мало.
А вот еще один любопытный факт. Согласно статистике, в 80-х годах прошлого столетия из десяти заключенных в Европе браков примерно половина через четыре года завершалась разводом. Четверть века спустя после четырех лет распадались уже семь браков. То есть почти две трети!
Каковы причины? Кто-то скажет: «Пришло новое поколение…», «Изменились традиции…», «Век стал более скоростным…». Все это так, но вместе с тем нельзя не признать: за четверть века жизнь европейцев заметно улучшилась. А это значит… Надеюсь, вы уже догадались, что это значит. Да, вот такой житейский парадокс: чем лучше жизнь, тем слабее и уязвимее человек.
Известный австрийский биолог Конрад Лоренц на протяжении года наблюдал за поведением двух групп цапель. Одной группе птиц были созданы максимально благоприятные условия для жизни – без забот, без хищников, с обилием самого разнообразного корма. Птицам из другой группы каждый день приходилось бороться за существование: искать корм, строить гнезда, спасаться от хищников… Очень скоро птицы из первой группы начали выбрасывать яйца из гнезд, ссориться и даже драться. Супружеские пары, ранее создававшиеся на всю жизнь, стали распадаться. У птиц из второй группы, той, что вынуждена была прилагать массу усилий, чтобы просто выжить, ни одного из подобных явлений замечено не было.
Факт, согласитесь, любопытный и располагающий к размышлению. Но что думают об этом ученые?
В середине прошлого века английский биолог Питер Медавар, лауреат Нобелевской премии, выдвинул гипотезу, согласно которой «организмы, обитающие в «недружественной» среде, развиваются быстрее, чем организмы, жизни и здоровью которых ничего не угрожает». Не так давно ученые из Калифорнийского университета подтвердили эту гипотезу.
Исследователи провели серию экспериментов с аквариумными рыбками гуппи. Наблюдения показали, что рыбки, обитавшие в аквариумах с большим количеством хищников, развивались быстрее, активнее размножались, быстрее двигались и достигали более крупных размеров. Более того, такие рыбки жили дольше, чем их «счастливые» родственники, находившиеся в абсолютно безопасных аквариумах.
Среди психологов популярна такая шутка: «Если человек начинает задумываться о смысле жизни, значит, пора его вести к психиатру». Казалось бы, что плохого в том, если человек пытается выяснить для себя, чего ради он живет? Действительно, многим это даже полезно. Многим, но, как оказывается, далеко не всем.
По мнению европейских ученых, одна из самых удобных в мире стран для проживания – Швеция. Таковы результаты изучения экономического, политического и социального развития страны, а также прочих важных факторов, влияющих на жизнь рядового гражданина. Как то: высокие зарплаты, низкие налоги, качественное и недорогое медицинское обслуживание, самые разнообразные права и льготы, благоприятные возможности для учебы и бизнеса. Государство заботится о своих гражданах, как хорошая мать о любимом ребенке. Словом, ты, дорогой гражданин, только живи и радуйся! Ан нет! Швеция – вот незадача! – мировой лидер по количеству самоубийств на душу населения. В чем тут дело?
Шведские психологи объясняют этот парадокс отсутствием мотивации. То есть когда у людей исчезают проблемы (а о чем беспокоиться рядовому шведу, когда, даже потеряв работу, он будет получать от государства солидное пособие по безработице, которого хватит, чтобы оплатить жилье и еще хорошо питаться?), то вместе с ними теряется и стремление к каким-то достижениям.
А теперь давайте вспомним, о чем говорил академик Иван Павлов: «Человек без цели – потенциальный самоубийца». Создав самые благоприятные условия для своих жителей, оградив их от целого ряда больших и малых трудностей, государство невольно лишило их важного внутреннего качества – стимула к физическим и, прежде всего, душевным усилиям, которые необходимы человеку для преодоления любых жизненных проблем и невзгод. А далее все идет по цепочке: исчезают трудности – пропадают интересы, исчезают интересы – теряются цели, нет целей – отпадает необходимость в усилиях, исчезают усилия – уменьшается жизненная сила, а с ней и желание жить. Пример для сравнения: Виктор Франкл, бывший узник Освенцима, вспоминал, что в фашистских концлагерях, где заключенным каждый день и даже час приходилось думать о выживании, самоубийство было крайне редким явлением.
Есть несколько грубоватая, но верная пословица: «Когда собаке делать нечего, она начинает лизать свой зад». Когда у человека пропадают трудности и появляется избыток свободного времени, он начинает испытывать «чувство глубокой неудовлетворенности». И, стараясь избавиться от него или как-то скрасить свою внутреннюю угнетенность и опустошенность, он «пускается во все тяжкие» и ищет спасения в суррогатах счастья: алкоголе, разврате, наркотиках, экстремальном поведении и прочих сомнительных развлечениях.
Это, конечно, крайности, иногда дело ограничивается внешне вполне безобидной тягой к постоянным переменам – круга общения, работы, места жительства. Новые эмоциональные переживания на время приглушают подступающую депрессию, вызванную отсутствием цели. Но рано или поздно и эти перемены перестают скрывать бессмысленность существования. И когда человек наконец задумывается о смысле своих прожитых или оставшихся лет, ему вдруг открывается горькая истина: а жизнь-то, по большому счету, бессмысленна! И одним потенциальным самоубийцей становится больше.
Получается, когда все слишком хорошо – это не очень хорошо? Так что же делать, чтобы было по-хорошему хорошо?
Михаил Веллер в книге «Все о жизни» пишет: «…кто больше всего мучится отсутствием смысла жизни? Студенты из благополучных семей. Вот вам и самый счастливый и беззаботный период жизни. Черная меланхолия бессмысленности – оборотная сторона такой беззаботности и обеспеченности». На вопрос, что же делать, российский писатель отвечает: искать себе такую жизнь, чтобы были нагрузки, трудности, переживания. «Вот, не приведи бог, погибнут у него родители, и останется он без средств, и придется кормить-поднимать младших брата-сестру, и пойдет вкалывать на две работы, и переведется в своем университете на заочное, и будет считать копейки на еду и ночами готовиться к экзаменам – и не сразу он вспомнит, что мучился смыслом жизни и был на грани самоубийства. Как-то этот вопрос о смысле отойдет на второй и третий план. А в конкретной его жизни сразу появится некоторый смысл – вместе с появлением обязанности кормить того, кого любишь и кто без тебя пропадет».
В качестве положительного примера, как надо лечить молодых людей от отсутствия смысла жизни, писатель приводит образовательную систему в старой Англии. «Британские аристократы знали, что делали, когда веками дети из лучших и богатейших семей воспитывались в закрытых школах с суровыми порядками: жесткая жизнь, больше нагрузки. Оттуда и выходили ребята, веками державшие в ежовых рукавицах великую империю, и рефлексии их не мучили. Ибо, как сказано в Библии, кто потакает младенцу – тот губит его».
Почти двадцать пять веков назад один мудрый человек, видя, как плохо живут жители его города – ругаются, судятся, завидуют и пакостят друг другу, – привел на городское собрание двух собак – породистую охотничью собаку и обыкновенную дворняжку. Когда пришла очередь выступать ему, он вывел собак в центр площади и стал предлагать им разные дорогие сладости. Охотничья собака с удовольствием стала их поедать, а дворняжка даже не притронулась к ним. После этого мудрец достал из мешка живого зайца и опустил на землю. Заяц тотчас же пустился бежать. Охотничья собака, к удивлению всех собравшихся, никак не отреагировала на зайца, а дворняжка, напротив, как опытный охотник, помчалась за длинноухим. К еще большему удивлению народа, дворняжка вскоре вернулась к хозяину, неся в зубах пойманного зверька.
«Что все это значит?» – спросили у мудреца. «Это значит, – ответил тот, – что, будет ли собака хорошим сторожем и охотником или никчемной попрошайкой, зависит не от ее породы, а от ее воспитания. Так и с людьми: только правильное воспитание превращает людей в настоящих граждан и защитников своей родины, а не просто в ее жителей». Народ одобрительно загудел и попросил мудреца говорить дальше. И его дальнейшая речь была столь убедительной и воодушевляющей, что народ и все старейшины попросили мудреца составить для них законы и дали клятву друг перед другом исполнять их до тех пор, пока они будут живы.
Мудреца звали Ликург, а город тот – Спарта. В течение последующих пяти веков, до тех пор, пока неукоснительно соблюдались законы Ликурга, в Спарту, быть может, единственный древний город, который не имел никаких защитных укреплений, не ступала нога вражеского солдата.
Есть такая пословица: «Северный ветер создал викингов». Иначе говоря, великие трудности создают великих людей. По законам Ликурга, воспитание юношей в Спарте было не просто суровым, а, можно сказать, жестоким. Но это воспитание давало городу не только граждан, но и настоящих мужчин и бесстрашных воинов, которые при любом испытании следуют своему девизу: «Дух непоколебим, понапрасну катятся слезы».
Враги спартанцев удивлялись, что перед боем те себя как-то странно ведут: шутят и смеются, расчесывают волосы, украшают одежду и даже играют в какие-то спортивные игры. Если бы они знали, каким тяжелым было их учение, то стало бы понятно, почему они так раскрепощены перед боем. Когда спартанского царя Леонида спросили, чему обязаны спартанцы своей славе, он ответил: «Презрением к смерти».
Бежать с поля боя у спартанцев считалось самым страшным преступлением. Те немногие, кто бежал, подвергались жесткому психологическому бойкоту: с ними переставали говорить, причем буквально все, в том числе родные. Плутарх рассказывает, как одна спартанка, увидев приближающегося сына, спросила: «А где все остальные?» И когда тот ответил: «Все погибли», подняла валявшийся рядом камень, швырнула в сына и убила его, воскликнув: «А тебя они что, послали нам сообщить об этом?»
Другая спартанка, услышав, что ее сын, храбро сражаясь, погиб в битве, сказала: «Да, это был мой сын!» Но когда она узнала, что другой сын струсил, но спасся, она воскликнула: «А этот был не мой».
Рядом с настоящими мужчинами могут стоять только настоящие женщины. Спартанки, хоть их воспитание не было таким суровым – их учили лишь быть верными женами и хорошими матерями, – не отставали от своих супругов в мужестве. Плутарх приводит слова спартанки, которая, посылая хромого сына в бой, сказала ему: «Сын мой, с каждым шагом вспоминай о доблести».
Другая спартанка, протягивая щит сыну, отправляющемуся на войну, говорила: «Твой отец сумел сохранить его для тебя. Так же и ты: сохрани его или умри».
Один спартанец, раненный на войне, не мог ходить и ползал на четвереньках. Он стыдился быть посмешищем, но мать сказала ему: «Разве не лучше, сын мой, гордиться мужеством, чем бояться глупого смеха».
Неудивительно, что спартанцы и сегодня своими высказываниями, поступками и подвигами вызывают наше живое любопытство и невольное восхищение.
А вот вам исторический пример совершенно другого рода. Персидский царь Кир долгое время воевал с лидийцами, небольшим, но непокорным народом, мечтавшим о свободе и независимости. Главный город лидийцев, Сарды, входил в состав Персии, но в нем все время происходили восстания и бунты, в результате чего Киру приходилось держать там целую армию.
Сарды были удивительно красивым городом, считались настоящей жемчужиной страны, и потому Кир не хотел разрушать город, но и держать в нем столько воинов, когда со всех сторон государству угрожают внешние враги, он позволить себе не мог. Однажды кто-то посоветовал Киру необычное, но надежное средство.
Совет заключался в следующем: устроить в Сардах как можно больше увеселительных мест – трактиров, театров, стадионов и публичных домов – и сделать предписание, чтобы все жители пользовались всем этим. И это средство оказалось столь действенным, что Киру уже не нужно было воевать с лидийцами. Жители Сард погрязли в каждодневных удовольствиях и изнежились до такой степени, что со временем вошли в поговорки: «Ленив, как лидиец», «Сластолюбив, как лидиец», «Порочен, как лидиец»…
«Тяжелая работа делает легким характер», – учит русская пословица. Вероятно, так устроен человек, что жизнь в неге и удовольствии ему противопоказана. И чтобы стать человеком, совсем недостаточно им родиться.
Однажды какой-то чужеземец упрекнул спартанского царя: «Почему спартанцы обрабатывают свои земли руками илотов, рабов, а не сами?» – «Потому, – последовал ответ, – что эти земли мы приобрели не работой над ней, а работой над собой!» Когда исчезают внешние трудности или, говоря образно, когда стихает «северный ветер», нельзя успокаиваться и беспечно сидеть, наслаждаясь праздным бездельем. Внутренняя работа не должна прекращаться ни на один день. В этом убеждены многие знатоки человеческой души – жрецы, священники, врачи, учителя, психологи, философы, писатели, поэты и просто мудрые люди. Вспомните знаменитое стихотворение Николая Заболоцкого:
Не позволяй душе лениться!
Чтоб в ступе воду не толочь,
Душа обязана трудиться
И день и ночь, и день и ночь!
Гони ее от дома к дому,
Тащи с этапа на этап,
По пустырю, по бурелому
Через сугроб, через ухаб!
Не разрешай ей спать в постели
При свете утренней звезды,
Держи лентяйку в черном теле
И не снимай с нее узды!
Коль дать ей вздумаешь поблажку,
Освобождая от работ,
Она последнюю рубашку
С тебя без жалости сорвет.
А ты хватай ее за плечи,
Учи и мучай дотемна,
Чтоб жить с тобой по-человечьи
Училась заново она.
Она рабыня и царица,
Она работница и дочь,
Она обязана трудиться
И день и ночь, и день и ночь!
Известный американский писатель и «философ успеха» Наполеон Хилл любил рассказывать историю своего деда, который был каретным мастером. Когда старик расчищал землю под пашню, он всегда оставлял несколько дубов в середине поля. Открытые со всех сторон для стихий, в отличие от тех деревьев, что растут в лесу и помогают друг другу, эти дубы вырастали необыкновенно крепкими и закаленными. Именно из них старик изготавливал колеса для своих экипажей. Такие колеса способны были выдержать любые нагрузки и долгое время не знали износа.
Что для дуба – стихии, то же самое для человека – трудности. В сопротивлении им мы становимся сильнее и крепче. И духом, и телом. Стивен Кови в своем бестселлере «7 навыков лидера» рассказывает об «эффекте сверхкомпенсации» – своеобразной награде за дополнительно совершенное усилие. Вот что он пишет:
«Однажды я был в гимнастическом зале вместе с одним приятелем, доктором философии. В то время его интересовали вопросы физиологии, и в частности как стать сильнее. Он попросил меня побыть рядом, пока он несколько раз возьмет вес на тренажере, а потом придержать штангу. «Только по моему сигналу!» – строго добавил он.
Я стоял и смотрел, как он тренируется, готовый в любой момент принять от него штангу, которая так и ходила вверх-вниз, вверх-вниз. Ему было все труднее поднимать ее. Но он не прекращал тренировку. Каждый раз, когда он брался за штангу, я думал: «Вот сейчас не получится!» – но у него получалось. Потом он медленно опускал ее и вновь поднимал. Вверх-вниз, вверх-вниз.
Его лицо побагровело от напряжения: жилы вздулись – казалось, они вот-вот лопнут. Или разорвется грудная клетка. В какой-то момент я подумал: может, мне пора вмешаться? Вдруг он потерял контроль над собой и сам не понимает, что делает? Но он благополучно опустил ее. И снова поднял. Я не верил своим глазам.
Наконец он дал сигнал взять штангу. Я спросил:
– Зачем ты столько терпел?
– Главный эффект от упражнений достигается в самом конце, – ответил он. – Я хочу стать сильным. А этого не произойдет, пока мышечное волокно не разорвется и нервные окончания не зафиксируют боль. Тогда природа начинает процесс сверхкомпенсации. За сорок восемь часов мышечное волокно восстановится и станет гораздо крепче».
«Я понял, – делает вывод Кови. – Тот же принцип действует и применительно к эмоциональным мышцам, таким как терпение. Если испытывать его сверх меры, эмоциональное волокно рвется, и тут же начинается процесс сверхкомпенсации. В следующий раз порог терпения будет уже гораздо выше».
Вот так препятствия заставляют нас совершать усилия, а усилия как раз и создают все то, чему потом люди восторженно удивляются. И если после одного или нескольких усилий ситуация не изменяется в лучшую сторону, самое важное – не останавливаться.
XIV век. Юго-Западная Азия. Армия Тамерлана наголову разбита могущественным врагом. Спасаясь от преследования, Тамерлан спрятался в заброшенном доме. Лежа в деревянном ящике, служившем когда-то кормушкой для скота, полководец отчетливо слышал голоса своих врагов, которые в поисках его рыскали вокруг дома. Не шевелясь и почти не дыша, он уткнулся взглядом в стену. «Что может быть хуже моего положения?» – думал он. Вдруг Тамерлан увидел муравья, пытавшегося протащить по отвесной стене пшеничное зерно. Зерно было больше муравья, и, видимо, поэтому муравей быстро уставал и падал вниз. Но после падения он вновь хватал зерно и предпринимал новую попытку. Поведение муравья заинтриговало Тамерлана, и он стал считать, сколько же потребуется этому упрямцу попыток, чтобы смириться с поражением. Шестьдесят девять раз муравей падал на землю. А на семидесятый он затащил пшеничное зерно на верхнюю кромку стены.
Тамерлан вскочил на ноги: кажется, только что он понял один важный секрет. И благодаря ему он тоже когда-нибудь обязательно восторжествует. Так и случилось. Тамерлан пробрался к своим, собрал остатки прежней армии, реорганизовал ее, дал новое сражение и обратил врага в бегство.
Чтобы раз за разом терпеть поражения и не терять при этом пыл и волю к победе, требуется немалое мужество. Иногда, чтобы справиться с какой-то проблемой или бедой, требуется семьдесят попыток. И горе тем, кто остановится и опустит руки после шестьдесят девятой неудачной попытки…
Джефа и Магду М., обычную английскую семью, долгое время преследовали финансовые неудачи. Однажды Магде приснился сон, в котором некий потусторонний голос советовал взять в дом опоссума – сумчатого животного, приносящего денежное счастье. Они купили довольно упитанного зверька и стали ждать удачу. Но однажды утром муж и жена нашли любимца мертвым. Смерть любимого ручного опоссума переполнила их чашу терпения. Надежда покинула их, и отчаявшиеся супруги, приняв большую дозу снотворного, ушли из жизни.
Соседи обнаружили их тела и… вполне живого и здорового опоссума, который просто притворился мертвым, что свойственно этим животным. Но не это было самым удивительным, а то, что из брюшной сумки животного выпала пачка банкнотов в банковской упаковке – 10 000 фунтов стерлингов. Где опоссум стащил эти деньги, так и осталось тайной.