Катабасис

Александр Георгиевич Шавкунов
Катабасис

Глава 11

Город медленно окутывает морозная ночь, тьма сгущается, приглушая искусственную иллюминацию. Воздух наполняет снежная дымка и высоко над головами, в переплетениях проводов, истошно завывает ветер. Алые полотнища с символами Великой Победы развиваются и звучно хлопают. На придорожных экранах крутят рекламные ролики фильмов военной тематики.

Исполненные благородства и мужества рыцари сдерживают атаки разномастных врагов со всех направлений. Небо закрывают тучи стрел, а массивные требушеты швыряют на их позиции кувшины зажигательной смеси. На фоне полыхает крепость, затягивая пронзительно голубое небо грязно-чёрной дымкой. Помощи ждать ниоткуда, отступать нельзя, дан приказ выиграть время для перегруппировки основной группы войск. Там воины отчизны, оснащённые передовым оружием и тактикой, высчитанной компьютером Микаласа, и возглавляемые Светлейшим Князем Серкано.

От одного взгляда на видео сердце застучало чаще, а мороз ослаб, Солен ощутил, что сам готов броситься на врагов с голыми руками. Встать на укрепления и сообщить героям, что осталось всего ничего! Помощь всё-таки прибудет… Однако, в кувшинах была не только горючая смесь, но и реагент при нагревании выделяющий ядовитый газ.

Воинам на экране жить осталось всего ничего.

Солен даже знает, какой будет последняя сцена фильма. Под командиром падёт лошадь, а он, осознавая скорую гибель, поведёт остатки войска в лобовую атаку. Едва живые, выхаркивающие лёгкие, они обратят врага в бегство.

Это второй по излюбленности момент войны у имперской пропаганды. Первый, конечно же, Великая Победа, ознаменовавшая перелом войны и доминацию империи на континенте и в мире.

Кирия с интересом воззрилась на экран, перевела взгляд на спутника и спросила:

– Может, сходим в кино?

– Потом, сейчас слишком поздно, но мы можем, если хочешь, посмотреть дома.

Дорога расширилась в огромную площадь с Триумфальной аркой, отлитой из оружия и доспехов поверженных врагов, а также символов власти их правителей. По легенде предок императора самолично осквернил троны властителей вражеских королевств, как не уточняется.

Однако людская молва утверждает, что их переделали в сидушки для отхожего места. Чем навсегда перечеркнули надежды на возрождение государственности у поверженных врагов.

Площадь залита светом прожекторов, внушительный фонтан со статуей прошлого императора подсвечен разноцветными огнями. Народу полно несмотря на лютый мороз, Кирия всем существом ощущает витающее в воздухе предчувствие скорого праздника.

Мимо них прошла пара с ребёнком в коляске, младенец мирно посапывает, закутанный в меховой комбинезон с капюшоном. Кирия загляделась на них, умилённо выдохнула, представив, что скоро будет также прогуливаться с Соленом и их чудесным малышом.

Который, несомненно, вырастет могучим и прекрасным, из-за её генов и эффекта метисации.

Солен потянул её к багряной ковровой дорожке, ведущей в здание со стеклянными стенами первого этажа. Внутри приглушённый свет, за круглыми столиками сидят нарядные люди. На низком помосте играют скрипачи, а девушка в приталенном блестящем платье, цвета печёной вишни, поёт, почти прижавшись лицом к микрофону и прикрыв глаза.

У входа их встретил парадно одетый мужчина с пышными седыми усами, неуловимо похожий на боевого адмирала. Придирчиво окинул взглядом, словно оценивая каждый элемент одежды, хмыкнул и посторонился, открывая дверь. Поклонился, положив правую ладонь на сердце, и сказал густым басом:

– Добро пожаловать, надеюсь, вы проведёте прекрасный вечер.

Внутри оказалось тепло, двое худощавых парней приняли верхнюю одежду и поклонившись, удалилась в гардероб. Улыбчивая девушка, похожая на имперскую фрейлину, проводила к свободному столику в самом углу, рядом с уютно потрескивающим камином.

Стоило опуститься на вычурные стулья, обитые бархатом с серебряными клёпками, как официант положил на стол два меню и отступил, за левую руку Солена, слившись с интерьером.

– Что закажем? – Неуверенно прошептала Кирия, бросая настороженные взгляды по сторонам.

Несколько посетителей обратили на неё внимание, прекратили трапезу, стараясь невзначай рассмотреть абсолюта. Остальные остались равнодушны, что странным образом, оказалось почти обидно.

– Я, пожалуй, возьму стейк с рябиновым соусом. – Ответил Солен, задумчиво разглядывая меню. – Но для начала, принесите лёгкий салат, а вино… хм… пожалуй оставлю это на откуп повару, или у вас есть сомелье?

– Да, сэр. – Ответил официант с лёгкой обидой. – У нас лучший сомелье в городе с ним потягаться могут только знатоки из императорского дворца.

– Надеюсь, винная карта ему не уступает.

– Сэр, именно мы поставляем вино на стол императора. Всё будет в лучшем виде.

Кирия посмотрела меню, дивясь изящной каллиграфии золотыми чернилами, каждая строчка и завитушка написаны вручную, стальным пером.

Такие вещи подмечаешь сразу, рукописный текст имеет едва заметный объём, в отличие от штамповки. Девушка наклонилась к кавалеру и шепнула, виновато отводя взгляд:

– Я не вижу цен…

– Просто заказывай, что приглянется, в таких заведениях не принято раздражать посетителя ценниками.

– Но тут даже картинок нет…

– Доверься чутью.

Девушка вздохнула, оглядела меню ещё раз и постучала ноготком по надписи.

– Будьте добры, запечённую красную рыбу с лимоном, а вино… как и моему спутнику, пусть выберет сомелье.

– Хороший выбор, леди. – С улыбкой сказал официант. – Рыбу привезли буквально час назад, а чем свежее, тем вкуснее.

Он удалился, забрав меню, вскоре появился другой с подносом лёгких закусок и салатом для Солена. Кирия с удивлением вгляделась в скудную порцию овощей, уложенную, как картина абстрактного художника и скупо сбрызнутую оливковым маслом.

– Почему так мало?

– Это ведь ресторан. – Пояснил Солен, нанизывая дольку помидора и лист салата серебряной вилкой.

– Так ведь люди же должны наедаться!

– Нет, в рестораны ходят насладиться вкусом и неспешно обсудить важные дела в приятной обстановке. Насыщение третьестепенно.

– Не нравится мне такое, поговорить можно и за сковородкой жареной картошки с грибами.

Солен пригубил воды с лимоном и льдом из широкого стакана, улыбнулся и покачал головой.

– Не дуйся, это ведь наше первое свидание.

Девушка разом вспыхнула, отвела взгляд и пробормотала:

– Свидание? Я думала, мы просто гуляем!

– Конечно, это свидание это и есть прогулка, только людей, заинтересованных друг в друге в качестве… кхм… партнёров. Эдакий брачный танец, как у птиц. Просто наслаждайся атмосферой.

– Я бы предпочла насладиться тобой. – Буркнула Кирия.

Солен поперхнулся и покраснел, как школяр, откашлялся в кулак.

– О, я смотрю у вас тут милая беседа? Не помешаю?

Хриплый голос резанул по ушам циркулярной пилой, Солен и Кирия разом обернулись и воззрились на рослого мужчину, вставшего перед столиком. Коротко стриженный, с грубым лицом исщерпленным тонкими морщинами, одетый в кожаную куртку с барашковым воротом. Он улыбнулся, не раскрывая губ, подхватил от соседнего столика стул и подсел к парочке.

– Конечно, не помешаю. – Сказал незнакомец, повернулся к Солену. – Ты ведь не откажешь старому знакомцу, детектив?

– Боюсь, вы обознались. – Сухо ответил Сол.

Мужчина покачал головой и растянул улыбку, сверкнув желтоватыми зубами, спиленными на манер акульих. Солен вздрогнул и перехватил вилку обратным хватом:

– Торкс…

– Тише-тише, людей распугаешь. – Перебил каннибал, повернулся к соседнему столику и сказал семейной паре виновато улыбаясь. – Простите моего друга, он сильно переживает последние события.

Кирия начала подниматься, сжимая кулаки, но Солен остановил её взглядом и спросил тихо:

– Чего тебе надо, падаль?

– Справедливости.

– Это какой же? Хочешь сказать я зря оклеветал твоих сородичей?

– Да плевать я хотел на этих психопатов. Тем паче их плоть давно жрут черви в горах, а снежные барсы да медведи, растащили кости. Можешь говорить о них что угодно.

– Тогда о чём ты говоришь?

Торск подцепил уголок рта большим пальцем, оттянул и повернулся, демонстрируя десну у зуба мудрости. Кирия выдохнула, на бледно-розовой плоти отчётливо виден круг, пересечённый тремя линиями с колонками цифр по бокам. Солен взмахнул рукой и сказал, указывая на незнакомца:

– Подайте нашему другу меню.

Людоед отмахнулся от подскочившего официанта и сказал:

– Тройной виски.

– Со льдом… сэр?

– Ты совсем дурень? Кто в благородный напиток лёд пихает?! Вы городские совсем сбрендили… камень, положи мне холодный камень. Надеюсь, у вас такие имеются?

– Конечно, сэр. Простите меня, не признал в истинного ценителя. Сию минуту будет исполнено.

– Угу.

Когда официант удалился, людоед развалился на стуле и хлопнул по груди.

– Если что, меня кликать Керц мак Торск. Правда, неожиданное окончание имени, а детективчик?

– Говори что хотел. – Ответил Солен, стискивая стакан.

– О, сейчас, сейчас, не торопись, у меня глотка пересохла, а ещё этот дубак, в горах и то, кажется, теплее.

Спустя минуту принесли широкий стакан полный виски на три пальца, с крупным гранитным кубиком внутри. Рядом поставили бутыль полную виски, с мерными засечками по ребру. Горец пригубил из стакана, покатал виски во рту, проглотил и довольно крякнул.

– Вот, совершенно другое дело!

– Мы ждём. – Напомнил Солен.

– Ах да… я, конечно, не самый наблюдательный парень, но, похоже, тебе знакомо моё клеймо, не так ли?

– Довелось увидеть, из-за него за мной и начали охоту.

– Оно и не мудрено, никто не хочет выставлять грязное исподнее на общее обозрение.

– Что это? – Спросила Кирия.

Керц проигнорировал её, глядя на Солена, спросил вкрадчиво:

– Солен, братишка, а ты не задавался вопросом, как это так вышло, что целый клан свихнулся и ударился в людоедство?

 

– Торск никогда не славился добрым нравом. – Сухо ответил детектив, сощурился. – Чего было ещё ждать от клана горных разбойников, да ещё в условиях ужесточившейся зимы?

– Справедливо, но неверно. Всё дело в этой штуке. – Керц постучал пальцем по челюсти. – По-твоему откуда у нас взялись деньги на обустройство курорта и туристических баз?

– Думал, что вы из скоплённых богатств отстегнули последнее.

Керц гулко захохотал, грохнул кулаком по столу, едва не опрокинув виски. На них с неудовольствием закосились посетители со всего зала, а в дальнем углу поднялся, неприметный до сих пор, охранник. Горец отпил виски, камень цокнул по зубам, а тонкая струйка скользнула по подбородку и закапала на грудь.

– Парень, мак Торски разбойники, бандиты с большой дороги, но никак не скопидомы! Награбил, пропил с гулящими девками и снова в горы! Вот наша жизнь, и будь я проклят, если она не была прекрасной!

– Не темни.

– А ты вообще детектив? Уже должен был сам догадаться обо всём. Ну же!

Керц приглашающе качнул стаканом, пролив часть виски на скатерть, ругнулся и наполнил из бутылки. Солен закусил губу и прошептал, словно боясь собственных слов:

– Правительство.

– Ха, в точку! Можешь ведь, когда хочешь. Верно, к старейшинам явились важные шишки и сделали предложение, от которого хрен откажешься. Либо нам вживляют импланты и осыпают золотом, либо просто осыпают, но бомбами. Ну как было не согласиться на такие-то аргументы? Вот мы и подписались.

– А что это вообще за импланты? – Спросила Кирия, подавшись вперёд и едва не стукнув бандита лбом в нос.

– Без понятия, я простой рубака и передо мной никто не отчитывался. Старшие сказали, я сделал. И даже не пожалел, поначалу. Денег море, так ещё счастливый стал, как кот сметану умыкнувший, да и в черепушке вроде серой жижи добавилось. – Сказал горец и постучал по виску.

– В смысле?

– Да в прямом, умные все стали, читать писать научились, даже те, кто отродясь двух слов связать не могли. А потом… – Керц разом помрачнел, приложился к стакану и, сделав большой глоток, просипел, кривясь, словно от острой боли. – А потом, парень, начался настоящий ад!

Глава 12

Музыка плавно заглохла, посетители с ближайших к помосту столиков вяло зааплодировали. Певица наклонилась, прикрывая вырез ладошкой, выпрямилась и помахав ушла за кулисы. Её место заняла девица в зелёном платье и причёской «башней» с двумя закрученными прядями, свисающими по бокам. Музыканты переглянулись и заиграли тихую мелодию, сплетающуюся с вкрадчивым голоском.

Керц мотнул головой, залпом осушил стакан, щелчком пальцев подозвал официанта и сказал:

– Обнови камень.

– Сию секунду.

Спустя минуту принесли плоский пенал, обтянутый кожей, и серебряные щипцы. Внутри семи квадратных камней, обложенные сухим льдом, исходящим белёсой дымкой. Керц кивнул, заменил камень в стакане и долил виски. Официант немного постоял рядом, не дождавшись доп. заказов, поклонился и удалился.

– Ты можешь рассказать подробнее? – Осторожно спросила Кирия.

– Сейчас. Это очень сложно… эта штука… делает тебя счастливым и умным. Но счастье приторное, как от наркотиков, необоснованное. Да и к «уму» вопросы есть, однако проблема не в этом. Пару лет спустя начались приступы, сначала вялые, почти незаметные, но нарастающие, а потом нам сорвало крышу. – Сказал Керц, глядя в глаза Кирии, указал на Солена. – Твой ухажёр видел, что мы творили. Жуткие вещи, красавица, чудовищные! А знаешь, что самое поганое?

– Удиви нас. – Сухо сказал Сол.

– Мы были в восторге! Самые мерзкие вещи казались правильными и естественными. Сожрать младенца, пф, для чего ещё они нужны? Носить накидку из человеческой кожи? Вообще прекрасно! У меня было две таких! А башковитые только наблюдали, записывали и собирали анализы. Часть народу то и дело уходили в бункер на пару дней, хрен его знает, что там делали, но явно не пытались починить нас. А потом случился ты и нас разбомбили. Всё.

– Звучит фантастично, да и ты, что-то не стремишься нападать и творить дичь.

– Мой повредился, во время бегства, или батарейка садится. Не знаю, работает раз через раз. Вот сегодня я забил на смерть одного мужика в подворотне и меня отпустило.

– И что же, – сказал Солен, прищурившись, – ты прибыл в столицу, просто что бы рассказать мне это?

– Ха! Нет, я здесь уже пару лет, хотел отомстить правительству… но, знаешь, куда простому головорезу до имперской сигуранцы. Даже подойти к дворцу нельзя, попробуешь приблизиться к кортежу, тебя с пяти крыш снайперы прошьют или дрон «пчела» вышибет мозги. Так вот и жил здесь по притонам, пока не случилась недавняя заварушка и нет, это не мои братья. У них даже узор платков был неправильный!

– Это всё отлично, – сказал Солен, косясь на двери кухни, из которых вышел официант с двумя подносами, накрытыми стальными полусферами, отражающими скудный свет, – только что ты хочешь, рассказав мне это? Что бы я разнёс их вместе с тобой? Ха, нет! Что бы я проникся и пожалел? Тоже нет, ты убийца-психопат. Будь уверен, следующее утро встретишь в застенке.

Керц покачал головой, медленно сунул руку во внутренний карман и достал перевязанный кожаным шнурком блокнот с прицепленным свинцовым карандашом. Положил в центр стола, подумав, подвинул к Солену и сказал:

– А чёрт его, да мы убийцы и дегенераты, спорить бессмысленно мак Торски и до этого были отбитыми, так уж сложилось. Только вот что я тебе скажу, бункер всё ещё там, запечатанный. Скорее всего, там остались документы и оборудование, внутрь я не заходил, но вход там же. Значит, исследование не закрыто. Кто знает, может, они до сих пор работают там, просто входят с другого конца? Парень, я просто не хочу, чтобы это прошло незамеченным, я устал убивать просто так, устал не контролировать себя.

Керц умолк, когда приблизился официант, отмахнулся от протянутого меню и впери взгляд в искажённое отражение на крышке подноса. Официант картинно поднял их, давая клиентам насладиться дивным ароматом, выметнувшимся наружу едва заметным паром, и дивной сервировкой блюд. Озадаченно оглядел каменные лица и сконфузившись поспешил удалиться, прихватив всё лишнее.

Дождавшись, пока свидетель отдалится достаточно, Керц заговорил сквозь сжатые зубы:

– У меня будет только одна просьба.

– Какая?

– Убейте меня.

– Чего?!

– Я же говорю, устал. Выбирай, если откажешься, то я продолжу убивать, пока меня не поймают стражи и не убьют при оказании сопротивления. А я буду убивать, просто не могу перестать. Эта штука начинает гореть огнём и только убив ощущаю подобие счастья. Буду ждать в переулке, приятного аппетита.

Керц поднялся, кивнул Кирии и хлопнув Солена по плечу, удалился. Детектив проводил его взглядом и буркнул:

– Да уж, приятного…

***

На тарелке Кирии лежит филе красной рыбы, поджаренное на гриле и сбрызнутое маслянистым соусом, украшено кружком лимона и базиликом.       Однако после разговора с каннибалом кусок в горло не лезет, девушка скрипнула зубами и отодвинула тарелку обеими руками в центр стола. Солен с горечью взглянул на стейк, прекраснейший кус прожаренного мяса, сдобренный соусом из сладких перцев. Вздохнул и последовал примеру девушки.

Официант оказался рядом в ту же секунду, встревоженно протараторил:

– Вы чем-то недовольны?

– Нет. – Сказал Солен, протягивая пластиковую карту. – Просто аппетит пропал.

– Если хотите, мы можем отправить вам домой дроном. В специальной упаковке, горячим и вкусным останется даже до завтрашнего полдня.

– Да, пожалуй, так и сделайте. Мы ещё немного посидим.

Когда официант забрал блюда и убежал, Солен застонав опустил лицо в ладони, жёстко потёр.

– Ты в порядке? – Спросила Кирия, протягивая руку и касаясь щеки.

– Да какой там… свидание насмарку, прости.

– Ничего… это ведь не твоя вина!

– Я просто хотел, чтобы вечер запомнился, но не так же… проклятье. Ладно, давай собираться.

Они вышли на мороз, в людском потоке дошли до узкого переулка, похожего на тёмный провал, переглянулись и вошли. Через пару шагов шум улицы стал приглушённым, под ботинками хрустит мелкий мусор, присыпанный снегом, пахнет помоями и испарениями из канализации.

Керц поднялся из-за мусорного бака, пошёл навстречу, разводя руки. В тусклом свете блеснул длинный нож.

– Чтобы вам меньше вопросов после было. – Пояснил Горец. – Тем паче, это настоящий клановый клинок. Ну так, начнём?

– Да. – Ответил Солен, потянулся за пистолетом, отодвинув полы пальто.

Кирия отодвинула его плечом к стене, быстрым шагом подошла вплотную к людоеду. Тот поднял взгляд ей в лицо, криво улыбнулся… Девушка ухватила за подбородок и затылок, резко дёрнула. Смачный хруст разлетелся по переулку, заметался меж стен и заглох, не долетев до главной улицы.

Тело разом обмякло и повалилось под ноги, Кирия отряхнула руки, повернулась к Солену и сказала:

– Думаю, нам следует договориться, что будем рассказывать коллегам?

– Да, но для начала.

Мужчина убрал руку с рукояти пистолета, поколебавшись, достал телефон и набрал рабочий номер.

***

Патрульные прибыли через пять минут, переулок оцепили, входы залепили жёлтой лентой. Солена с Кирией посадили на заднее сиденье патрульной машины, девушке пришлось согнуться калачиком, буквально нависая над передним сиденьем. Следователь, угрюмый мужчина средних лет, расспросил их, кивая и хмыкая. Быстро заполнил рапорт и отпустил, сказав:

– Везучий ты, Солен, не переживай, дальше мы сами управимся, даже беспокоить не будем.

– Спасибо.

Выйдя за ограждение, Сол прошёл мимо остановившейся машины, та обиженно моргнула фарами и закрыла дверцы. Постояла, словно раздумывая, и уехала на новый вызов.

– Хочу пешком пройтись. – Сказал Сол, глянув на Кирию.

– Ладно, я тоже.

С наступлением ночи улицы вдали от центра опустели, мороз усилился, пробует на зуб носки ботинок, пытается пробиться через подошвы. Ветер режет лица ледяными кинжалами, старается добраться до глаз. Полная луна нависает над крышами жёлтым пятном.

– И что теперь делать будем? – Спросила Кирия.

– Без понятия. – Ответил Солен. – Это всё кромешный ад, но что мы можем? Пойти против государства? Я не настолько крут, плюс, если что случится с родными? Лучший выбор – молчание.

– Но ведь люди в опасности! Кто знает сколько носителей этих имплантов?

– Сомневаюсь, что много. По крайней мере, толпа психов вроде Торсков больше нигде не появлялась.

– Слабое утешение.

Солен остановился, медленно повернулся к Кирии и сказал:

– Девочка, государство – это зло. Любое. Вся власть в природе своей омерзительна и порочна. Нет добрых правителей, все они мрази до последнего. О народе заботятся, только ради налогов и упиваются безнаказанностью!

Шею кольнуло болью, Солен прервался помял болючее место, наверное, мышцу свело, и продолжил:

– Вспомни, когда по-настоящему судили хоть одного правителя? Не революционеры, а именно суд! Никогда такого не было, максимум шутовские представления с ладошкой на священной книге или конституции! Государство – это демон, против которого мы бессильны. Можем попытаться, но он нас сожрёт и не заметит.

– Но ты пережил две атаки!

– Чудом и благодаря тебе. Думаешь, они просто так оставили нас? Нет, не замолкни мы, нас бы просто застрелили. Чёрт, да может прямо сейчас в нас целится снайпер!

Кирия быстро окинула крыши взглядом, покачала головой:

– Нет, он целится не в нас.

– Что?

– Вон на той крыше сидит, но у него пневматическая винтовка, кажется, голубей отстреливает.

Солен сощурился и смог разглядеть крохотную фигурку на дальней крыше. «Снайпер» лежит у самого края, обняв вытянутую винтовку с внушительным глушителем. Поняв, что замечен, сел свесив ноги и помахал рукой. Детектив вздохнул, покачал головой и горько засмеялся.

– Хорошо, мы можем подпортить им жизнь, но как невзначай собрать больше сведений? Если правительство заметит, нам конец.

– Не знаю… ну может, когда будем расследовать похожие дела? Как у де Свауса, находить метки, записывать данные и искать пересечения? Может быть, имплант получили только служившие в одной части или области?

– Может быть, так и сделаем. А пока… давай пойдём домой и забудем про это, хотя бы на ночь, насладимся отличной едой и посмотрим фильм?

***

Первый кусочек рыбы буквально растаял во рту, Кирия почти застонала от вкуса и аромата. Прижалась к Солену и поджала ноги под себя, диван жалобно скрипнул, но выдержал.       В комнате царит приятный полумрак, рядом на столике стоит откупоренная бутылка вина, подарок от ресторана, а рядом лежит благодарственное письмо. Управляющий оказался родственником одного из погибших от рук клана людоедов.

 

Солен укрыл ноги девушки и себя шерстяным пледом, подцепил стейк вилкой и наплевав на правила и приличия, отгрыз внушительный кус. Отставив тарелку, хлебнул из горла и блаженно сощурился. Мышца на шее болит, Солен тайком размял её, сетуя про себя по ушедшей молодости.

– Знаешь… – сказала Кирия, разделывая филе вилкой, – я представлял романтический вечер несколько иначе.

– Эт как?

– Ну знаешь, – начала Кирия, жестикулируя вилкой, – в книгах описывали, как нечто эдакое, при свечах и, чтоб на полу лепестки роз или полная луна заглядывала в окно. А мы под пледом на диване и жрём почти что руками. Вино и то с горла…

– Хорошо, сейчас организую…

Солен отставил тарелку, начал подниматься, Кирия положила ладонь на плечо и со смешком опустила его обратно.

– Ты куда собрался?

– Как куда? За бокалами и свечами, с розами, правда, проблема, это до полудня ждать надо будет.

– Нет-нет! Сиди! Я не говорила, что мне не нравится! Очень даже!

Девушка вытянулась на диване, положили голову на колени Солена, перевернулась набок и принялась есть рыбу, почти мурча от удовольствия, как кошка. У вина оказался отчётливый, обволакивающий вкус ягод, первый же глоток прокатился волной наслаждения по пищеводу и растёкся теплом в животе. Кавалер с улыбкой запустил пальцы в белые волосы, начал почухивать, глядя перед собой.

– О чём задумался? – Спросила Кирия, выворачивая голову и заглядывая ему в лицо.

– Да так… удивляюсь, несколько часов назад ты убила, пусть и мразь, но человека, а сейчас прямо кошечка.

– Ну так ведь кошки самые хладнокровные убийцы. А я, как и все абсолюты, обладаю максимально устойчивой психикой. У нас даже ПТСР быть не может, так что будущие поколения разорят психотерапевтов. Мур…

– Жутко это как-то…

– Я жуткая?

– Нет, но… ладно, не бери в голову.

Солен наклонился и чмокнул девушку в нос. Кирия громко фыркнула и счастливо заулыбалась.

Рейтинг@Mail.ru