Бастард

Александр Георгиевич Шавкунов
Бастард

Глава 38

Метель слизала следы чудовища, оставив обветренный наст, плотный, как сухая глина. Корка проламывается под сапогами смачно хрустя. В небе застыли комья серого пуха, тянущиеся до горизонта и гор. Орландо сел, разглядывая впадину в снегу, хмыкнул и огляделся. Луиджина стоит рядом, держа ладонь на эфесе шпаги. Ветер треплет кончики волос, придавая девушке загадочный вид. В разрез плаща видна тёмная полоса одежды из ткани и дублёной кожи. Изо рта вырываются облачка белесого пара. Взгляд мечницы устремлён на стену леса, за которой угадывается замёрзшая река.

– Ушёл. – Констатировал Орландо, загребая снег в ладонь и начиная скатывать шарик.

– А на что ты рассчитывал? Это его лес, да вьюга помогла.

– Жаль, впервые видел такое. А ты?

– Только в книгах. Да и то не уверена. Пошли к реке, может найдём чего или к деревне выйдем?

Орландо поднялся, кивнул, подбрасывая снежок на ладони, и без замаха кинул в девушку. Комок снега ударился о плечо и рассыпался белой крошкой по плащу. Луиджина отшатнулась, глаза округлились, а рот озадаченно приоткрылся. Парень засмеялся и… получил снежком в лоб, откинулся на спину и рухнул, с хрустом проломив наст.

Вскочил, весь белый, и начала закидывать спутницу комьями снега. Рыхлыми и рассыпающимися до половины ещё в полёте. Та прикрылась плащом и начала быстро комкать снежки, стараясь не выбирать свалявшийся снег.

У реки вопросительно каркнула ворона, ошеломлённая звонким смехом среди серо-белого угрюмства.

«Бой» прервался, когда Орландо в очередной раз поймал снежок лицом и смеясь рухнул на колени. Луиджина привалилась спиной к дереву, дыша так часто, будто бежала в кирасе на гору.

– Это… – Выдохнул парень, поднимаясь уперевшись в колено. – Было весело… фух… теперь ещё обиднее, что не делал так в детстве.

– Да… мне тоже…

Орландо растёр уши, шумно выдохнул и выпрямился. Махнул в сторону реки.

***

Гаспар с ленцой закинул ногу на ногу, откинулся на спинку кресла, глядя на выстроившихся перед столом пятерых гвардейцев. У одного замотана половина лица, остальные трясутся, будто только из сердца вьюги.

Слева потрескивает камин, а из окна по правую руку открывается вид на приземистый городок.

– Вас было семеро. – Сказал Гаспар, сводя кончики пальцев и оглядывая подчинённых.

– Г-господин… – Промямлил забинтованный, сжимая шляпу на груди и опустив взгляд в пол. – Была вьюга… очень холодно…

– Вы были достаточно тепло одеты и снаряжены. – Перебил Гаспар, не повышая голос. – Тем не менее потеряли двоих и повозку с конём. Довольно дорогим, конём. Это, не считая снаряжения и пришли спустя сутки.

– На нас… напали. – Продолжил забинтованный, судорожно сглотнул. – Чудовище! Огромное, тощее и пастью такой, что ребёнок целиком пролезет.

– Оно убило ваших товарищей?

– Н-нет… Томмазо и Кристиан, убежали.

– Оно просто пробежало мимо… – Добавил ближайший к камину. – Орало жутко и прижимало к животу лапу, отрубленную по локоть. Я видел, как брызгала кровь!

– Очень интересно. – Сказал Гаспар. – Хотите сказать, это чудовище помешало вам?

– Н-нет, господин… нет! Мы всё сделали!

– Молодцы. За повозку и коня вычтем из жалования. А пока свободны, спускайтесь и отогревайтесь.

Когда последний гвардеец закрыл за собой дверь, Гаспар поскрёб подбородок, глядя в потолок. Задумчиво сказал:

– Отрубленной, значит? Интересно, интересно… хвала Господу за подсказку.

Достал из ящика карту, расстелил и свинцовым карандашом пометил лес в стороне от города.

***

На подходе к реке Орландо провалился в снег по колени, выматерился почувствовав, как холодное засыпается за голенища. Луиджина, шедшая рядом, осталась стоять на плотной корке, но благоразумно отшагнула. Парень выкарабкался, задирая колени и пошёл с осторожностью, ставя стопы плашмя и хватаясь за стволы деревьев.

Речка закована в ледяной панцирь, прозрачный, как стекло и расчерченный белыми паутинками трещин. На противоположном берегу повозка, припорошённая снегом и перевёрнутая набок, рядом лежит лошадь. Морда спрятана в сугробе, а над боком поработали волки или… кто-то другой.

Орландо и Луиджина остановились, оглядываясь. Ниже по течению вмёрзла коряга, а за неё зацеплен синий плащ, уходящий в лёд. Спутники переглянулись и осторожно двинулись к нему.

Панцирь льда издаёт тревожный звенящий звук. Орландо всем существом чувствует каждую трещину и как они разрастаются под весом людей. Лёд у плаща куда тоньше, и через него на них смотрит синее лицо с выпученными глазами.

– Утопленник. – Сказал Орландо.

– Гвардеец из Ватикана. – Добавила Луиджина. – Я его, кажется, знала… Томмазо или Том. В личном отряде сеньо… Гаспара.

– И что он тут делал? Тебя искал?

– Очень сильно сомневаюсь. – Пробормотала девушка, закусывая ноготь большого пальца и нервно оглядываясь. – Давай лучше посмотрим, что в повозке?

Содержимое повозки обнаружилось рядом с ней, до половины занесённый снегом труп. Заледеневший, покрытый чёрными пятнами и вздутиями, словно под кожу напихали грецких орехов. Луиджина отшатнулась, закрывая рот и нос рукавом, вскрикнула, утягивая Орландо за собой:

– Чума!

Глава 39

Ветер гонит по льду белые ленты позёмки, нагоняет под тело, треплет обрывки штанов. В лесу каркает ворон, скрипят стволы деревьев, шуршит опадающий с ветвей снег. Орландо попятился, прикрывая лицо плащом и не спуская взгляда с мертвеца. Луиджина тащит за собой, остановилась, дойдя до утопленника. Белые, замёрзшие глаза бесстрастно наблюдают за ними через корку льда.

– Да чтоб тебя… – Выдохнул Орландо, оглядываясь, не лежат ли где ещё чумные «сюрпризы». – Зачем гвардейцы его сюда притащили?!

– А мне откуда знать?

Парень осторожно опустил плащ, вдохнул носом и провёл взглядом вдоль берега по течению. Река бежит дальше в долину, а там наверняка есть деревни и города… Телега, чумной покойник и утопший в замёрзшей полынье гвардеец.

– Они сбрасывали трупы в реку. – Пробормотал Орландо, внутренне вздрагивая.

– Зачем?

– Хотел бы я знать. Однако, этот парень, – Орландо ткнул пальцем в утопленника, – не слишком разговорчив. Может хотели отравить реку?

– Тогда повозки будет маловато. Вода холодная, течение быстрое, а на дне полно раков или ещё каких охотников до топлого мяса. – Сказала Луиджина.

Над головами пролетел огромный ворон, скрылся за белыми кронами. Лёд под ногами причудливо звенит, звук впивается в хребет ледяными штыками. Спутники вышли на берег, встали, молча глядя на телегу. Наконец девушка нарушила молчание:

– Чудовище искать будем?

– В пекло его. Ты сказала, что это личная гвардия длиннорукого урода. Значит, он где-то здесь?

– Возможно… но сейчас зима, а зимой он предпочитает читать библию у камина.

Орландо шумно втянул воздух сквозь сжатые зубы, выдохнул носом и пошёл по течению вниз. Сжимая рукоять скьявоны и скалясь встречному ветру.

***

Город зовётся Гней, в честь римского полководца Гнея Помпея, который, по преданию, останавливался здесь лагерем. Собственно, из бывшей стоянки легионеров и ведёт начало город. На главной площади стоит статуя полководца, с обколотым лицом и одной рукой. По легендам её доставили из Рима, после штурма Алариха. В пути, конечно, слегка повредили, но и слепой признает сходство с великим полководцем.

Всё это и многое другое Гаспар выслушал от местного пьянчуги в таверне. Первый клинок Рима поднял взгляд к морозной луне, зависшей над городом царапая крыши. Вгляделся в причудливые пятна, похожие на свернувшегося дракона. Под ногами замычал связанный пьянчуга, извернулся, силясь заглянуть в лицо похитителю. Гаспар шумно выдохнул, опустил взгляд и сказал:

– Ах, наконец-то тишина. Знаешь, иногда стоит просто помолчать и насладиться моментом, подумать о Боге, о посмертии. Для тебя самое время.

Двое гвардейцев привязали к ногам пьянчуги мельничный жернов. Подняли вертикально. В глазах пленника плещется ужас, стекает по щекам замерзающими слезами. Губы кривятся, силясь вытолкнуть кляп. Гаспар ухватил за челюсть, сдавил на стыке с черепом.

– Вот так, Бог любит тишину. А теперь, немного потерпи. – Сказал Гаспар и вырвал кляп, как пробку из бутылки. Пьянчуга закашлялся, набрал полную грудь для крика и поперхнулся, в рот ударив о зубы, протиснулась стеклянная бутыль. Гаспар поднял её, вынуждая запрокинуть голову. – Пей, до дна, представь, что это лучшее вино!

Кадык пьянчуги судорожно задёргался вверх-вниз, сам он начал извиваться и пытаться вертеть головой. На лбу выступили шарики пота, побежали вниз. Глаза лезут из орбит, красные жилки кажутся чёрными в серебряном свете.

Гаспар небрежно откинул бутыль, подошедший гвардеец вставил кляп и перенял тело. Пьянчуга обвис на руках, свесив голову, с подбородка на припорошённую снегом брусчатку купают мутные капли.

Двое мужчин дотащили до колодца близ статуи, мешком перевалили через край. Мельничный жернов, полетевший следом, звонко ударился о стенки. Мощно плеснуло и наступила тишина. Гаспар улыбнулся, прикрыв глаза, поднял лицо к луне и улыбнулся, вслушиваясь в шуршание снежинок.

Гней «славится» тёплыми водами и горячими источниками. Прекрасное место для роста различной заразы.

– Что теперь? – Спросил один из гвардейцев, поднося начальнику плащ, отороченный лисьим мехом.

– Ничего. Не пейте воду и совсем уж молодое вино, его часто разбавляют.

Гаспар накинул плащ, отдёрнул ворот и вновь посмотрел на луну. Свет отражается в зрачках, превращая их в капли ртути. Скоро начнётся эпидемия и это хорошо. Раз этого хочет Папа, того желает Бог. Гаспар глубоко вдохнул носом, губы разошлись в хищном оскале.

Слабая кровь погибнет, а сильная выживет и послужит богоугодному делу.

Гаспар взмахом руки отослал гвардейцев и зашагал в сторону церкви. Преступно маленькой, но с внушительным крестом на шпиле. Дойдя до его тени на снегу, мужчина опустился на колени, сложил ладони в замок у носа и затвердил молитву.

 

Глава 40

Орландо замер и потянул скьявону из ножен, вглядываясь в чёрную фигуру, бредущую навстречу. Полы плаща до колен в налипшем снеге, за спиной внушительный тюк с торчащими с боков деревяшками и подцепленным котелком. Рядом с фигурой по насту трусит чёрный кот. Хвост вздёрнут, взгляд устремлён на парня с девушкой, а уши прижаты. Луиджина остановилась рядом с Орландо, глянула на него, на бредущую фигуру и положила ладонь на эфес шпаги.

Порыв ветра приподнял капюшон, показав тусклые волосы, заплетённые в тонкие косички, острое лицо, прочерченное первыми морщинками. Женщина остановилась, кот сразу сел на носки сапог, подняла взгляд на спутников. Неуверенно улыбнулась и помахала рукой.

– Добрейшего денька, люди молодые. Уж простите, но я совсем небогата, но могу поделиться лечебными травками или сбором для заварки.

Голос у незнакомки мягкий, вызывающий образы уютной комнаты и растопленного камина с запахами луговых цветов. Орландо замедленно спрятал меч, сказал, делая отрицательный жест:

– Мы не разбойники.

– Правда? – Прищурившись, сказала женщина, потёрла ладони и дохнула в них. – Я, наверное, отстала от моды… с каких пор путники приветствуют друг дружку, вынимая клинки?

– С тех пор как на них напала тварь в чёрном. – Ответила Луиджина, оглядывая незнакомку и особенно кота, прожигающего девушку взглядом.

Женщина всплеснула руками, на миг став похожей на чёрную птицу, готовящуюся улететь, выдохнула:

– Вы встретили Мормо? Удивительно… неужели я вижу призраков? Хм, вроде бы нет. Выглядите вполне живыми. Как вы от него убежали?

– Он слишком много болтал. – Буркнул Орландо. – В итоге лишился руки и убежал.

Незнакомка охнула, подалась назад и кот с негодующим «мяу» забалансировал на одном носке, силясь умостить зад и не плюхнуться в снег. Ветер тронул волосы парня и ноздри женщины дрогнули, а на лице появилось озадаченное и даже испуганное выражение. Она подняла руку и, ткнув пальцем в Орландо, пробормотала:

– От тебя пахнет кровью Бога.

– Мне говорят об этом слишком часто. – В тон ответил Орландо. – Стоит хорошенько помыться?

– Это не поможет. – Сказала женщина, качая головой.

Кот таки удержался и выпрямился, гордо выпятив грудь с седой шерстью, обвил лапы хвостом. Ветер треплет мохнатые бока, уносится к замёрзшему руслу и лесу за ним. Уши кота подрагивают, ловя одному ему слышимые звуки.

– Меня зовут Аксинья, а это чудище Асмодей, не бойтесь, он только царапается. – Сказала женщина, улыбаясь и, наклонившись, поскребла кота меж ушей.

Хвостатый потянулся за нежданной лаской, привстал на задние лапы, вытягивая шею. Луиджина вздёрнула бровь, сказал, водя пальцем по навершию эфеса:

– Не самое удачное имя для кота, да и вообще для кого-либо.

– О, он прекрасно откликается и на «кис-кис», а ещё лучше на «жрать».

Кот требовательно мявкнул и уставился в лицо хозяйки. Та засмеялась и указала на присыпанные снегом деревья, склонившиеся в подобии шалаша.

– Что ж, меня никто за язык не тянул, придётся кормить. Молодые люди, вы не против присоединиться? Думаю вы, как и я, изрядно замёрзли.

***

Укрытие действительно оказалось шалашом из стянутых друг к другу молодых деревьев, для надёжности проложенных меж ветвей хворостом и мхом. Аксинья любезно пояснила, что в такие делают охотники, чтобы было где переждать непогоду или заночевать. Внутри обнаружилось кострище, выложенное покатыми камнями, и маленький запас дров. На последние сразу улёгся кот, подтянул лапы под себя и для верности, хвост. На новых знакомых смотрите с нескрываемым подозрением, посверкивая жёлтыми глазами, будто примериваясь, как ловчее вцепиться в глотку.

Ведьма, а это именно она, кто ещё будет давать коту такое имя! Развела огонь достала маленькую сковородку и причудливую конструкцию из стальных полос, которую разместила над огнём. Растопила кусочек мёрзлого масла, посыпала травяным порошком и бросила в сковородку кусочек мяса. Кот вытянул шею наблюдая, облизнулся, на миг показав сахарно-белые клыки.

– Уж простите, что не предлагаю вам, – сказала Аксинья, – но я очень плохо готовлю, да и запасы не бесконечные. Могу предложить сбор, у меня как раз есть железная кружка для заварки.

– Было бы неплохо. – Осторожно скала Луиджина.

Оглянулась на Орландо, но тот целиком поглощён созерцанием кота. Обычные дворовые коты, к которым он привык, были поголовно тощие с подранными ушами, от постоянных драк меж собой и с крысами. Этот выделялся бы среди них, как король среди крестьян. Пушистый, большеглазый с властно широкой мордой и роскошными усами. Хвост, как полено, даже у лис тоньше и жиже.

Котяра выхватил кусок мяса, протянутый хозяйкой, начал торопливо жрякать, периодически шипя на горячее лакомство и ударяя лапой. Ведьма улыбнулась и, отставив сковородочку, принялась заваривать травяной сбор. Вскоре по шалашу потекли странные, манящие ароматы. Вдалеке закричал зверь, кажется олень, ему ответил глухарь и всё стихло. Пошёл снег. Крупными перьями, что величаво опускаются в полном безветрии, напавшем на лес.

Орландо взял деревянную кружку, в которую перелили из железной, обеими ладонями, поднеся к лицу и шумно вдохнул ароматный пар. Выдохнул и глянул на ведьму поверх.

– Что ты знаешь о Крови Бога?

– Что-то да знаю, но, может, вы уже представитесь?

***

Ведьма знала не так много, как рассчитывал Орландо, в основном это были пространные рассуждения о природе божественного и его влиянии на мир. Легенды, на вроде той, что первую Кровь Бога люди получили, когда распяли Христа. Что она подобно жемчугу собралась у подножия креста, а гвозди и копьё, оборвавшее жизнь сына божьего, обрели силу.

– А как же святой Грааль? – Спросила Луиджина, стоило ведьме остановиться.

– А что он? – Глухо отозвалась чаровница, потягивая отвар, будто вино. – Иосиф исчез вместе с чашей, а Лонгин и Гвозденосцы слишком поздно спохватились. Так что вместо мира им пришлось довольствоваться Римской империей. Странно звучит, ведь ромеи владели большей частью мира. Возможно, старый еврей помог Алариху, а может, это сделал его потомок, кто знает?

Орландо долго молчал, глядя как за пределами шалаша падает снег и тускнеет свет. Наконец спросил:

– А как убить носителя этой самой Крови?

Аксинья пожала плечами, сказала задумчиво:

– А как вообще убить того, кто приблизился к Богу? Хотя… ты ведь уже пролил кровь такого человека, а раз он кровоточит, то и смертен. Но не обольщайся, употребивший Кровь очень-очень живуч и силён. Лонгин и Гвозденосцы это доказали наглядно.

– Сколько вам лет, что вы так уверенно об этом рассказываете? – Спросила Луиджина, вглядываясь в морщинки ведьмы.

– Ох, девочка, тебе ли не знать, что нельзя спрашивать возраст у женщины? Это ведь первейший способ нарваться на ложь!

– А какой первый? – Поинтересовался Орландо.

– Спросить её о любви.

Глава 41

Кот перебрался на колени ведьмы, завалился между ног, раскинув лапы и подставив мохнатый животик под тонкие пальцы. Блаженно замурчал, щурясь, но не спуская взгляда с парня и девушки. Аксинья подбросила в огонь пучок трав, что дробно затрещал и выплеснул жидкий дымок, стелющийся по земле. Шалаш наполнился странным ароматом, женщина взглянула на Луиджину и сказала, улыбаясь:

– Это для бодрости. Вам предстоит долгий путь, если хотите успеть в деревню до метели.

– Какой ещё метели? – Переспросил Орландо, делая глоток из кружки.

– Страшная буря будет через несколько часов, дороги заметёт намертво. – Задумчиво сказала ведьма, выглядывая наружу. – Продлится, хм… две недели. Да, давненько такого ненастья не было. Придётся вам переждать у деревенских.

Девушка проследила за взглядом ведьмы, нахмурилась, небо как небо, только потемнело чутка. Снег падает с ленцой, огромными перьями, а холод смягчился до почти приятного. Однако женское чутьё подсказывает, метели быть. Неуверенно глянула на Орландо, парень опустил кружку и потирает левое предплечье через рукав куртки. Застарелая рана намекает о правдивости слов новой знакомой.

– Пойдёте с нами? – Спросила Луиджина, беря кружку со взваром.

Ладонь прошла рядом с эфесом шпаги и кот, перестав мурчать, выгнул шею, наблюдая за ней. Жёлтые глаза холодно блеснули, и девушка озадаченно осознала, что побаивается. Натянуто улыбнулась и показала Асмодею кружу, кот дёрнул ушами и замурчал, откинувшись на ногах хозяйки.

– Нет, – ответила Аксинья, запуская пятерню в шерсть на пузе кота, – мы пойдём дальше, хочу убраться из этих мест.

– Почему? – Спросил Орландо, поёрзал, устраиваясь поудобней, и наклонился к огню.

– Скажем, что женская интуиция, усиленная ворожбой. В этих краях будет нечто плохое, настолько плохое, что я даже не хочу наблюдать. – Вяло жестикулируя свободной от чесания рукой, ответил ведьма, указала на Орландо. – Возможно, это связано с тобой, парень, а может и с ней. Не могу сказать точно в такую холодину и в таком месте. Просто чую, и всё.

– Спасибо. – После минутного раздумья сказал Орландо поднимаясь. – Думаю нам уже пора, ещё раз спасибо за угощение и информацию.

Кот проводил их долгим взглядом, дождался пока скроются за пеленой снега и взмуркнув, перевернулся набок.

***

Парень и девушка ушли, может вновь отправились искать его. Мормо припал к стволу дерева, наполовину скрытый снегом и похожий на высохшую ветвь. Культя болит, хоть и затянулась прозрачной кожицей. Скоро вырастет новая кисть, но для начала нужно поесть и отогреться. Чудовище пошло по кругу, вслушиваясь в шорохи снега и звуки из шалаша. Да, проклятые мечники действительно ушли, оставили женщину одну. Какая удача! Мормо опустился на снег, широко расставив конечности, как водомерка, и двинулся к прогретому укрытию, часто облизываясь и щеря клыки. Женщина пахнет очень вкусно, а её кожа несмотря на возраст, отлично согреет…

Чудовище застыло, ощутив пристальный взгляд в спину, медленно обернулось, умирая от ужаса. Вдруг мечники обманули! Позади, под падающим снегом сидит чёрный кот. Белые перья ложатся на голову меж вздёрнутых ушей, путаются в шерсти. Хвост подёргивается, размётывая упавшие снежинки.

Мормо плавно развернулся и пошёл к нему, вытягивая уцелевшую руку и шепча, потирая пальцами:

– Кис-кис-кис.

Лёгкая закуска перед основным блюдом совсем не повредит.

Аксинья вскинула голову, прижав кружку к груди, заозиралась. Над лесом, мгновенно увязнув в снегопаде, разнёсся истошный вопль. Ведьма, хлопнула ладонью по колену и позвала, не рискуя высунуться наружу:

– Асм? Асмодей, ты куда пропал?!

В шалаш, вынырнув из белой пелены, вошёл кот со вздёрнутым хвостом. Сел у костра и принялся тщательно вылизываться, натирая морду лапой.

– Это что ещё было? – Требовательно спросила ведьма, сделала большой глоток и вперила взгляд в питомца.

– Да так… червячка заморил, – меланхолично ответил кот, не прекращая утираться, – тощего, правда.

– И крикливого.

– Не без этого, увы… мясо ещё есть?

– На потом. – Буркнула Аксинья. – Грейся пока, скоро выдвигаемся. Марика, должно быть, совсем заждалась.

***

Ветер усилился, нагнетая в чащу продирающий мороз. Идти приходится, сильно наклонившись и закрывая лицо предплечьями, оставив узкую щёлочку для глаз. Белый шквал старается сбить с ног, потащить обратно в чащу к замёрзшей реке. Лицо напоминает ледяную маску, да и ощущается так же. Орландо идёт впереди, хоть как-то закрывая Луиджину. Девушка часто замирает, привалившись плечом к очередному дереву и бормочет под нос молитву.

В завываниях ветра появилось тревожное мычание, а сквозь снег пропустили очертания домов. Орландо подхватил Луиджину и потащил к ближайшему. Спотыкаясь и проваливаясь в свежих наносах снега, пробился к двери. Постучал и застыл. С той стороны зазвучали, едва различимые в вое метели, голоса. Загремел засов и дверь приоткрылась, в лица дохнуло горячим воздухом.

Другие книги автора

Все книги автора
Рейтинг@Mail.ru