Истории из могил

Александр Филин
Истории из могил

Опираясь о стены, он все же встал на ноги, надо было идти к выходу. «Что я здесь делаю вообще?» – возник вопрос в голове, но сразу же ушел на задний план. Надо было выбираться. Усталость валила с ног, ничего не хотелось, хотелось быть дома и лечь в свою теплую, уютную кровать. Вдоль коридоров, по стенам, стояли медицинские каталки. «Может это подвал, какой-то клиники? Возможно». Вода, громкими звуками, хлюпала под ногами, казалось, что с каждым шагом эхо раздавалось сильнее. Артем остановился, чтобы перевести дыхание и тут он услышал, что кто-то, так же громко, но более бодро идет по холодным лужам. Дальше по коридору, в свете ряда мерцающих не в такт "груш", появилась фигура человека, это был очень высокий, худой мужчина. Больше, из-за расстояния и очень плохого освещения, рассмотреть не удавалось. Артем, щурясь, всматривался вдаль.

– Эй! Привет! – Приложив все силы, он, как мог, быстро направился к незнакомцу.

Парень просто стоял, Артем, подойдя ближе, крикнул:

– Дружище, не подскажешь мне, где тут выход?! Вот черт!

Артем лучше рассмотрел незнакомца. Это был мужчина метра за два ростом, очень худой, сутулый. Вместо лица у него была, гнилая или обезображенная пожаром, масса, рот открытый, нижняя челюсть перекошено болталась, а в месте, где должны быть глаза, было два огромных черных отверстия. Из-за спины незнакомец достал огромный нож, походивший на мачете, вытер его о кожаный или засаленный фартук, в темноте было особо не разобрать.

–Вот, мать твою! – Непроизвольно крикнул Артем и бросился бежать. Сил вообще не было, он бежал, шатаясь, но страх сделал свое дело и когда незнакомец чуть не ухватил его за ворот у Артема, словно открылось второе дыхание. Он, как святой по воде, бежал, не замечая ни луж, ни ям, преследователь бежал медленно, хромал и хрипел. Этот хрип напоминал скорее рев, рев зверя из самой преисподней, он издавал, хрип, рев, вой и писк одновременно. Это был жуткий звук, безжалостно уничтожающий психику, но в тоже время, он придавал сил. Артем бежал с такой скоростью, что при входе в поворот, не удержался на ногах и упал за валяющуюся на боку каталку. Преследователь был близко, Артем бы не успел встать и бежать дальше, он просто замер, силой сдерживая, участившееся от бега, дыхание. Незнакомец жутко сопел, принюхиваясь как бульдог, он побежал дальше. Сердце бешено билось в груди, казалось оно вот-вот, сейчас разорвется. Руки и ноги дрожали, может от страха, а может от усталости и холода, кровь, до боли, пульсировала в висках. Звук шагов углубился в тоннели коридоров. Было жутко идти дальше, но и тут оставаться надолго было нельзя. Артем вынул из кармана нож «прищепку», его он всегда носил при себе. Этот нож подарил давний приятель, и теперь он был что-то вроде талисмана наудачу. Нож был уже вытертый за годы эксплуатации, но довольно хорошего качества и именно поэтому крепкий. Как можно тише, Артем встал на ноги, сжимая металлическую рукоятку, двинулся в путь.

Длинные тоннели коридоров казались бесконечными. Однообразные, заплесневелые стены с остатками краски, паутина и мерцающий свет, все одинаковое. Артем выцарапывал ножом стрелки на стенах, через определенное расстояние. Он шел медленно, осторожно, прислушиваясь к каждому звуку, от страха постоянно слышалась, какая-нибудь нелепица, шаги, голоса, сирены, а порой даже казалось, что кто-то зовет его по имени. Огромные лопасти вентиляции, уже не вращались, а раскачивались из стороны в сторону, издавая мерзкий скрип. Казалось бы, вот он шанс найти выход, но оказалось, что там невозможно пролезть. Артем бежал вглубь коридоров, несколько раз падал навзничь, крысы, выскакивающие неожиданно, пугали его громким писком. Нервы были на приделе, и вот вдалеке, мерцая бликами, виднелась, некогда белая, ныне ржавая, грязная металлическая дверь. Артем, спотыкаясь, кинулся к ней, забыв про скрытность, расплескивая воду из луж, наконец-то настиг ее. Сильно навалившись, он, с громким скрипом, смог ее открыть.

За дверью было темно, но местами также мерцали лампы, но теперь это были уже длинные лампы дневного света. Артем оказался в старом, по всем признакам, давно заброшенном здании. Оно было огромное, местами валялась мебель, шкафы с выпавшими папками бумаг и журналов, перевернутые и сломанные офисные столы с тумбочками, все старое, сломанное и выпотрошенное. Кое-где в углах стояли уцелевшие, старые кресла, окна в здании были, но они были словно закрашены черной краской, сквозь стекла вообще ничего не было видно. Огромные бетонные комнаты и коридоры все с теми же пошарканными, заплесневелыми стенами. Это все же, скорее всего, был госпиталь, множество кабинетов, палат, местами порванные, окровавленные, грязные ширмы. Все указывало на то, что ничего хорошего здесь не происходит, да и происходить не может по определению. Само это место, было словно ад, оно было пропитано болью и ужасом. Артем продвигался вглубь здания, в поисках выхода. В некоторых палатах не было дверей, стояла жуткая вонь, разлагающихся тел. В одной из палат мерцал свет, Артем заглянул в нее и увидел лежащего на операционном столе человека, он мычал заклеенным ртом. Над ним был тот же высокий парень, что и в подвале или очень похожий на него. Он возился над лежащим, тот, в свою очередь, уже вопил сквозь, надежно заклеенные широким пластырем, губы. Артем резко, но тихо прошмыгнул дальше, он не мог помочь этому парню. Затем пробираясь коридор за коридором, он заглядывал в палаты и почти в каждой были части тел, руки, ноги, разлагающиеся, гниющие туловища. Кровь так вообще была везде, она покрывала мебель, пол, стены. На многих каталках, стоящих повсеместно, были бездыханные тела несчастных. Артем понимал, что, скорее всего, он будет одним из них, но умирать очень не хотелось. И вот она, заветная дверь. Дверь, всего на шаг, отделяющая его от спасения. Артем кинулся к ней, долго повозившись с замком, он все же его открыл.

Тяжелая дверь отворилась тихо, как будто кто-то только что смазал петли. Но тут же все надежды рухнули, придавив собой веру в спасение. За этой, как тогда казалось, спасительной дверью, был еще один длинный темный коридор. За спиной послышалось шарканье шагов, Артему ничего не оставалось, как только, как можно тише, закрыть дверь и нырнуть во тьму тускло освещенных коридоров. Это был единственный, как тогда казалось правильный выбор и путь к спасению, ведь должен же быть выход, его просто не может не быть. Дыхание то и дело прерывалось от ужаса, руки и ноги так же задрожали с новой силой, наступало состояние близкое к нервному истощению. Артем уже был в ужасе не от того, что боялся в данный момент, а от того как он испугался в первый раз. Нервы были на пределе, а восстановиться времени просто не было.

Сжав, как можно крепче, в непослушной руке, рукоять ножа, он двинулся вдоль коридора. В еле различимых, в мерцании света, объектах все время мерещились фигуры. Артему то и дело приходилось прятаться, замирать, красться и все время останавливаться, а это было смертельно опасно, как и любое промедление, ведь этот человек видел его и знает, что он тут и, наверняка, ищет его. Что это за место и что тут за люди, выяснять, не было времени, да и желания, надо было спасать свою жизнь. Шаг за шагом он все дальше и дальше уходил в густую тьму коридоров. Около стен стояли все те же больничные каталки, под ногами лужи вперемешку с бинтами и тряпками, различный твердый мусор и остатки инвентаря. Артем шел осторожно, пытаясь не наступать ни на что, ведь каждый звук мог выдать его присутствие. Лабиринт заплесневевших стен, казалось, будет тянуться бесконечно, но тут, в дали, зияющим проемом, показался проход, он отличался от общего фона. Артем ускорил шаг, как вдруг, в проеме выроста бледная фигура, это был тот же человек, что преследовал его в прошлый раз. В руках у него был странный предмет, в темноте было сложно разобрать что это, но было похоже на большой железный крюк. Артем медленно, непроизвольно стал пятиться назад, в то время этот человек, так же не быстро, двигался в его сторону. Он вел себя странно, голова постоянно наклонялась в разные стороны, как у животного. Крюк он держал в согнутой в локте руке, и был готов нанести удар. Артем остановился, подумал про себя: «Устал бежать». В душе была пустота, мыслей в голове тоже не было, он ни о чем не думал и ничего не чувствовал, был готов победить или умереть, но не бежать. Враг уже почти настиг его, расстояние сокращалось с каждой секундой. Вдруг Артем, не дожидаясь, сделал резкий выпад и в мгновение ока, нож, по рукоятку, торчал в голове у незнакомца. Крюк, бешено, заметался во все стороны. Незнакомец не издал ни звука, он, просто молча, остервенело, размахивал руками, словно плетьми. Артем замер, как парализованный, его паралич прошел в долю секунды, когда металлическое, ржавое жало крюка, в нескольких сантиметрах, пролетело у него перед лицом. Он даже почувствовал кислый запах стали. Хоть вся пляска, уже не живого, незнакомца продлилась не больше нескольких секунд, время для Артема замерло и тянулось словно смола, прилипшая к мягким пальцам. Артем потряс головой, приходя в себя, надо бежать. Обойдя по стеночке уже бездыханное тело, он невольно посмотрел на обезображенное лицо. Было ясно, что это какой-то монстр, генетический мутант или еще что-то в этом роде. Оружия не было, ведь даже просто подойти к этому существу у Артема не хватило воли. Он небыстро, крадучись, побежал в тот зияющий пустотой проем.

Арочные проходы из красного, обнаженного кирпича слабо освещались, все теми же, старыми «грушами», весящими в ряд, вдоль всего лабиринта. Было очевидно, что где-то повреждена сеть, и без того тусклый, свет мигал не переставая. Артем спустился по бетонной полуразрушенной лестнице и оказался в огромной комнате, на полу стояло большое количество медицинских столов. Почти на каждом из них были остатки разложившихся трупов. Резкая вонь ударила в мозг, вследствие чего желудок изверг остатки последнего ужина на волю. Воздуха почти не было, Артем, забыв про скрытность, побежал, что есть сил, вдоль помещения. Он бежал довольно долго, постоянно натыкаясь на столы. Помещение было колоссальных размеров. Тут калейдоскоп из затертых фресок, которые украшали высокие арочные или если угодно, куполообразные потолки, закрутился у него в голове. Остатки рвоты текли по шее лежащего без сознания Артема. Боль пульсировала в висках с каждым ударом сердца.

 

Артем приподнял голову, вокруг было темно, веки слиплись, в глазах была пелена, словно толстый слой целлофана. Ничего не видно, сильно тошнило, запах уже не ощущался. Артем встал на четвереньки. Сил вообще не было, рвотные позывы не прекращались, пустой желудок с сильной болью непроизвольно сокращался, несмотря на это, нужно было бежать отсюда прочь, как можно дальше. Он приложил все усилия, и наконец, смог подняться. Пелена немного рассеялась, веки открылись. Артем находился все в той же комнате, но она уже не была прежней. Это был большой зал, возможно, раньше была церковь. Потолки украшали старинные, почти не различимые, фрески, множество цветов, но из-за плохой сохранности и темноты, понять, что на них изображено, было невозможно. Запах разлагающихся тел, все так же, ощущался, но уже не был настолько невыносимым. Столы-каталки стояли ровными рядами, как в морге. Возможно, что когда-то давно, это и был морг.

Артем побрел дальше. Походка все еще была не твердой, приходилось опираться на все, что попадалось под руку. На что-то опершись, он почувствовал, нечто холодное и липкое под ладонью. Артем остановился, повернул голову и тут его желудок стал бешено сокращаться, вырываясь наружу. Это нечто оказалось гноем от разлагающегося лица, за которое в темноте схватился Артем. Липкая слизь потянулась за ладонью, когда он одернул руку. Второпях, Артем стал вытирать ее обо все, что только можно и внезапно наткнулся на большой, по сравнению с тем, что у него был ранее, нож. Радостно схватив его, Артем почувствовал себя немного увереннее и безопаснее. Вдали слышались, какие-то звуки, надо бежать. Пробежав через все помещение, он снова оказался в темном коридоре. Вдали виднелась дверь, из-под нее было видно слабое свечение. Артем побежал что было сил, но внезапно упал, дикий крик боли вырвался из недр его души. Артем лежал на полу в большой луже собственной крови. Его нога, по колено, держащаяся лишь на незначительных остатках ткани, мертвой массой валялась радом. Недалеко, в проеме коридора, показалась все та же уродливо согнутая фигура монстра. Голова его раскачивалась из стороны в сторону, потусторонние звуки, которые он издавал нельзя описать словами. Артем лежал и молча ждал своей участи, он уже не чувствовал ни страха, ни боли, вообще ничего, лишь теплое спокойствие окутало его словно мягкое, уютное одеяло. Было тепло и комфортно, фигура была уже в нескольких шагах. Артем, нехотя, смотрел на безликую массу лица, уставившуюся на него черными безбровыми глазницами, волос у монстра не было вообще. Длинная, тонкая рука потянулась к Артему, в долю секунды он оказался на плече у существа, оно, в свою очередь, понесло его во тьму. Нога почти совсем оторвалась и только сейчас Артем рассмотрел заточенный, как бритва, огромный капкан. Мыслей в голове так же не было, кровь текла тонким, но довольно сильным ручейком, забирая с собой силы и жизнь. Артем собрал остатки сил и пронзил монстра ножом в спину. Монстр, в свою очередь, крепко сжал тело Артема, было не продохнуть, захрустели кости. Артем выдернул нож и воткнул еще раз в район шеи. Нож мягко вошел, но Артем, для уверенности, вынул его и воткнул еще раз. Теперь можно было вдохнуть, монстр упал, и вместе с ним упал обессиленный Артем, сильно ударившись о бетонный пол лицом. Потекла кровь, стала попадать в глаза, боли не было, ничего не было, был лишь покой и смирение с безысходностью. Артем чувствовал, как рядом агонизирует ненавистное тело врага, он был удовлетворен этой агонией.

Агония стихла, Артем, услышав звуки, через силу, открыл глаза. Это был звук железной цепи. Внезапно, он почувствовал, как тупая боль пронзила бок. От боли глаза открылись широко, из его бока торчал огромный металлический ржавый крюк. Крюк был глубоко и протыкал ребра насквозь. Артем уставился в темноту, его тело на цепи поволокли во тьму коридоров, он не видел кто это был, так как цепь была слишком длинной. Артем скользил по полу, оставляя темно-алый, кровавый след. Это был след его жизни. Жизнь сочилась из его ран, являя собой искупление. Мерцание ламп на потолке становилось все менее заметно, было все также тепло и уютно, на душе абсолютное спокойствие. Ни боли, ни страха, лишь чувство умиротворения. Вскоре стало темно.

Тайга, эхо войны

Виктор Андреевич был человеком не робкого десятка. Бывший спецназовец жил тихо, семьи у него не было, не то, чтобы… просто не сложилось. Он жил себе в коммуналке, в гордом одиночестве никому не мешал. В дела соседей никогда не лез, лишь уличный кот, приходивший к нему пообедать, лениво мурлыкал у ног. Обстановка в его комнатушке была, мягко сказать, не богатой. Нет, он не был бедным или богатым, обычный человек среднего достатка, просто комната была настолько мала, что из мебели туда вместились только кровать и стол. На столе стоял, пылился, так сказать до востребования, старенький телевизор, который он включал крайне редко, чтобы быть в курсе новостей.

Виктору Андреевичу, на вид, было лет тридцать пять, сколько на самом деле неизвестно, да впрочем, и неважно. Это был мужчина среднего роста, атлетического телосложения. Он никогда не злоупотреблял алкоголем, и уж тем более, не курил сигарет.

Во вторник, в первой половине дня, раздался телефонный звонок. Взяв трубку, он услышал голос своего лучшего друга Алексея.

– Здорова «компас».

Это было армейское прозвище Виктора Андреевича, он получил его за способность безошибочно ориентироваться на любой местности.

– Здоров, – лениво ответил он.

– Я тут подумал, – продолжил Алексей, – может нам отправится куда-нибудь отдохнуть? Или поохотится. О! В тайгу, например, вспомнить былые дни.

– Я право не знаю, – промямлил тот, – ну, давай, тряхнём стариной. Впрочем, почему бы и нет?

– Ну, вот и чудно, встречаемся в субботу у тебя.

За процессом сборов, время пролетело быстро, и вот, наконец, суббота. Достав из сейфа, прикрученного к стене, свою неизменную «сайгу», Виктор Андреевич отправился на площадку, где его уже ждали, Алексей и его старенький "Ан-2", в простонародье именуемый кукурузником. Погода стояла солнечная, поэтому никаких препятствий для начала полёта не было. Пропеллер с треском начал рассекать воздух, самолёт набирал скорость и вскоре взлетел. Полёт был долгим, ничто не предвещало беды, вдруг самолёт затрясло, его окутал, неизвестно откуда появившийся, туман, он был странного изумрудного оттенка. Алексей пытался найти просвет, чтобы совершить вынужденную посадку, но шансы были не велики, туман становился все гуще и гуще. Стрелки на приборах вели себя так, словно сошли с ума. Краем глаза он успел заметить, сквозь непроглядную изумрудную гладь, несколько светящихся, играющих светом, шарообразных объекта.

Очнулся Виктор, когда темнело, вокруг не было ни души. Его преследовало чувство, что кто-то наблюдает за ним из темноты. Неподалёку валялись россыпью обломки «кукурузника». Виктор встал с земли и нетвердой походкой, слегка пошатываясь, пошёл осмотреться вокруг. Подойдя к самолету, он заглянул внутрь, в надежде найти Алексея, но там была только темнота. Повсюду разбросаны вещи. Время было ещё не столь позднее, но, из-за беспроглядных деревьев вокруг, было сильно темно. Выкрикнутое несколько раз имя Алексея, многократным эхом разнеслось по лесу. Из-за валяющегося, неподалёку, бревна, скромно выглядывал приклад неизменного карабина “сайга-М3 EXP-01” с емкостью магазина 10 патронов. Там же, неподалёку, обнаружился вещь мешок, в котором были оптика, запасные магазины, и самое главное, патроны, которых было, если так можно выразиться, с большим запасом. Ещё там был фонарик, батарейки, штык-нож М-9 британской конструкции, который своим видом был очень похож на штык к АКМ, он больше напоминает инструмент выживания, нежели специализированное оружие, за счёт высокой функциональности. Ну и еще множество вещей, нужных в столь опасных и трудных условиях выживания в тайге. Всё это действо происходило на небольшом пяточке, окружённом деревьями. Вдруг Виктор, внезапно, заметил, неподалеку, нечеткий силуэт высокого и очень худого человека. Силуэт неподвижно парил в воздухе, в нескольких сантиметрах от земли. Они некоторое время неподвижно смотрели друг на друга, затем силуэт растворился с дуновением легкого, чуть ощутимого, ветерка. «Да… сильно ударился» – подумал Виктор Андреевич, и встряхнулся, стряхивая обрывки видения.

Многочисленные попытки докричаться до Алексея ни к чему не привели. «Искать бесполезно ночь на «дворе» – подумал он. Делать нечего, надо готовить ночлег. Собрал дров, которых вокруг было в изобилии, разжег продольный костёр, когда костёр хорошо разгорелся, Виктор притащил три огромных, толстых, сухих бревна, сложил их в огонь пирамидой. «Ну, всё, до утра не погаснет» – подумал он. Затем, взяв нож, нашёл ближайшие ели, нарубил веток, так называемых «лапником», расстелил их около костра, лег, стал разглядывать звёздное небо, и думать о предстоящем завтрашнем дне. Укутавшись в спальный мешок, он не заметил, как Морфей накрыл его мягким одеялом сновидений.

Проснулся он от того, что услышал шорох, неподалеку от себя, медленно открыв глаза, он увидел фигуру человека, сидящего лицом к костру. Человек был весь измазан грязью, одежда была рванной, а наполовину оторванный капюшон, не давал разглядеть головы. Крепко сжав рукоять своего карабина, Виктор Андреевич начал медленно приподниматься, чтобы не привлекать лишнего внимания. Тихо вылезти без шума и возни не получилось, но человек, не обращая никакого внимания, продолжал, что-то бормотать и раскачиваться из стороны в сторону. Голос этого человека был знакомый, словно родной. Опустив дуло карабина, Виктор Андреевич медленно и осторожно подошёл к нему. И.… да, это был Алексей. Вид у него был такой, как будто он провёл в тайге не одну ночь, а был её коренным жителем, никогда не видевшим других людей. Его одежда была порванной настолько, что создавалось впечатление, что она просто истлела. Вид был отрешенный, взгляд неосознанный, он продолжал раскачиваться из стороны в сторону и бормотать что-то невнятное. Виктор Андреевич поводил ладонью у него перед лицом, но никакой ответной реакции за этим не последовало. Было очевидно, что Алексей находился в состоянии шока, но что могло напугать прожженного десантника, прошедшего ни одну горячую точку? Вдруг Алексей резко перевёл взгляд на Виктора, схватил его за воротник куртки и стал быстро бормотать, что-то вроде:

– Компас, надо отсюда делать ноги, не то хана. Они не люди, я это точно знаю, они напали на меня, я пытался отбиться! Вонзил одному нож в горло!

Затем, немного помолчав, продолжил:

– Но у него даже выражение лица не изменилось, он гнался за мной, а нож так и торчал в шее.

Затем его пальцы обмякли, и он отпустил воротник. Виктор Андреевич медленно встал, подошёл к костру, сел на бревно и стал палкой подгребать уголь. В мыслях вертелось: «Какие люди? Кто напал?» В голове всё смешалось, он не знал, правда это или у страха глаза велики. Все средства связи были безнадёжно повреждены, а мобильник, так и вообще, остался дома. После укола успокоительного, ранее напряженный, Алексей обмяк. Виктор положил его на свою импровизированную «постель».

– Отдохни дружище, поспишь, будет видно, в чём тут дело. А я пока пойду до самолёта, посмотрю, что там осталось из продовольственных запасов.

Кода Алексей, наконец, перестал бормотать и уснул, Виктор взял карабин и медленно побрёл к самолёту, он к тому времени довольно глубоко погряз в болоте. Вокруг было разбросано множество мелких вещей, но целью был заветный рюкзак с сухим пайком, который вскоре обнаружился в кустах неподалёку. «Так что же случилось с самолётом? Откуда взялся туман в столь ясный день? Что за люди напали на Алексея?» – все эти вопросы веретеном крутились у него в голове. Возвращаясь назад, он всё время чувствовал на себе чей-то взгляд. «Возможно медведь, или еще какой зверь» – думал он, и крепко сжал цевье своего карабина. Неподалёку, в кустах, еле слышно хрустнула ветка, Виктор быстро обернулся, но там никого не было. Взглядом он успел зацепить только силуэт, но не смог разобрать, что это было. Единственное он знал точно, что это был не медведь, а скорее человек, но странный, очень высокого роста. Виктор Андреевич заслал патрон в патронник, он уже с первых минут пребывания здесь был готов к решительным действиям. Через несколько метров сменил шаг на бег, потому что увидел, что Алексея нет на месте. Осмотрев место вокруг настила, на котором спал Алексей, он вдруг увидел небольшую полосу следов. Эти следы принадлежали точно не Алексею, они были похожи на человеческие, большого размера, но выглядели так, словно ноги этого человека были полностью из кости, да и вообще не имели никаких мягких тканей. «Ну что ж» – подумал Виктор, – «обед видимо отменяется».

 

Сел на бревно, лежавшее неподалёку от костра, расстегнул рюкзак и стал снаряжать патронами запасные магазины, примотанные изолентой «валетом» друг к другу. По завершению этой процедуры, он встал и пошёл в ту сторону, куда вели следы. Тропинка всё дальше уходила в лес, огибая кустарники и деревья, но потом, внезапно, следы прервались. Подумав немного, Виктор решил пойти прямо, чутьё подсказывало ему, что это единственное правильное направление. С каждым пройденным метром, лес становился всё гуще, а вокруг темнее. Создавалось такое впечатление, что скоро вообще будет нельзя увидеть, что либо, хотя был только полдень. Вокруг жужжало множество кровососущих насекомых, но ни животных, ни птиц и ни, тем более, людей, видно не было. Затем ко всем "прелестям" таёжного путешествия, добавился водянистый мох, с каждым шагом он затягивал ноги всё глубже. Такой непростой ландшафт продлился несколько километров. На протяжении всего пути, вдоль этой топи, с Виктором происходили странные вещи. Он, вдруг, на долю секунды, боковым зрением цеплял, тот самый, белый, дымный силуэт, который парил в воздухе надо мхом, но стоило ему присмотреться, силуэт, без следа, растворялся. «Наверно болотный газ, или еще что» – думал Виктор Андреевич и продолжал идти, не предавая особого значения этому явлению. Затем началась суша, стало возможным двигаться быстрей и тише, вдалеке появился просвет, Виктор прибавил шаг.

Вскоре, его взору предстала довольно интересная картина. На дне огромного карьера, находился довольно обширный комплекс зданий, это были одноэтажные здания, бункерного типа. Над ними возвышались несколько полуразрушенных, заброшенных смотровых вышек, а местность вокруг была обнесена капитальным забором. В целом, это напоминало хорошо укреплённый, военный лагерь. Внезапно, в карьере раздались выстрелы, вдалеке показались люди, по всему комплексу началось движение. Виктор внимательно наблюдал за происходящим в оптику своей «сайги». Внизу было множество людей, одетых в странную форму, они все были вооружены, различным оружием, в основном тех образцов, которые давно сняты с вооружения. Также были дробовики и винтовки, различных модификаций, многие из которых он видел впервые. Стало понятно, что они отражают чье-то нападение. Незамеченным проскользнуть в карьер было невозможно, так как все спуски в него хорошо просматривались. Тогда Виктор решил затаиться и дождаться темноты. Выстрелы постепенно стали стихать, на полуразрушенных вышках появились часовые. Вскоре, стрельба стихла совсем, Виктор Андреевич перевернулся на спину, и тут его взгляд впился в раздвоенный, зияющий, ствол охотничьей «вертикалки», она была направлена прямо ему в лицо.

– Брось ствол! – Громко скомандовал грубый мужской голос.

Виктор спорить не стал, карабин, с глухим звуком, упал на землю. Человек скинул с лица капюшон, и Виктора словно парализовало, на него смотрели два глаза, один из которых напоминал объектив фотоаппарата. Плюс ко всему, картину гармонично дополняла металлическая челюсть, с глубокой вмятиной от пули. Виктор не знал, как реагировать и стоит ли предпринимать попытку сопротивления, потом повиновался взмаху дула ружья. Его новый спутник подобрал карабин с земли и повесил себе на плечо. «Хотел бы, пристрелил сразу» – подумал Виктор. Тут ему вспомнились слова Алексея о том, что это не люди напали на него, а я подумал, что он свихнулся, но теперь понял, что это не так. Ствол ружья упёрся в спину, они отправились к спуску в карьер. Подойдя к спуску, незнакомец сильно ударил его ногой в спину, Виктор, кубарем, покатился вниз, чудом не переломав себе все кости, он достиг дна. Голова сильно кружилась, ноги не слушались, а конвоир спокойно спустился, и они продолжили путь. Вскоре, подошли к воротам, конвоир, с силой, ударил прикладом, раздался громкий звон металла.

– Кто?! – Громко спросил голос с другой стороны ворот.

– Свои, открывай!

Ворота, со скрипом, открылись. Навстречу им вышел огромный мужик, в бронированном костюме, отдалённо напоминающем экзо скелет.

– Ещё одного шпиона привёл, – доложил конвоир.

– В клетку, утром допросим.

– Я не шпион, – возразил Виктор, и тут же получил не сильный удар прикладом в лицо. Удар скорее был предупредительным, чем поражающим, но легко рассёк подбородок.

– Ты что творишь? У меня же нет запасной челюсти, как у некоторых!

– Пошли умник, – скомандовал конвоир, и дуло «вертикалки», снова, с силой, уперлось Виктору в спину.

Они спустились по бетонной лестнице и оказались в длинном, тёмном коридоре, там были потертые, поросшие мхом, некрашеные стены и сильно пахло сыростью. За множественными изгибами коридоров и бесчисленным количеством дверей, появились большие металлические ворота, они не были заперты. Войдя туда, Виктор Андреевич увидел тюремные камеры, с решетками на дверях, по углам стояли примусы, вокруг царил полумрак, было ужасно холодно. По коридору ходил один охранник, его металлические пальцы сжимали рукоять АК-47.

– Вот тебе ещё один питомец! – Громко смеясь, сказал "челюсть".

Охранник открыл дверь, и в тот же миг, Виктор оказался на грязном, холодном бетонном полу. Камера представляла собой небольшое помещение, 3 на 3 метра. В углу стояла ржавая кровать с голой пружиной, на полу повсюду была кровь, в целом не новая картина для спецназовца. Дверь с грохотом захлопнулась, тяжелый замок, закрываясь, на прощание лязгнул металлом. Охранники беседовали между собой и громко смеялись. Виктор поднялся с пола, лег на кровать, глядя в растрескавшийся потолок, он пытался разобрать, о чём они беседуют, но мог разобрать только некоторые фразы, но они ничего не проясняли. Вдруг, ключ зашевелился в замке, дверь со скрипом открылась, в камеру вошли три человека, если их так можно было назвать. Все они были огромного роста, на них была военная форма, но таких войск Виктор не знал. У всех тела были напичканы различными устройствами. По виду эти люди были похожи на киборгов из кино, только эти были живыми, стояли здесь и говорили с ним. Один из них, по всей видимости, главный, подошёл к Виктору, и прислонился лоб в лоб. Его глаза представляли собой, что-то вроде объективов от фотоаппарата. Он долго, молча, смотрел на Виктора, его глаза то выдвигались вперед, то задвигались внутрь.

– Ты кто такой?! – Электронным голосом спросил он.

– Охотник, – ответил Виктор.

– Охотник? – С ухмылкой озвучил электронный голос.

Затем последовало несколько воспитательных ударов. Виктор сплюнул кровь и спокойным голосом произнёс:

– Что вам нужно?

Но на его вопрос, сразу последовал встречный.

– На кого охотитесь в наших краях?

– На дичь.

– Да? Я тут кроме зомби давно дичи не встречал, – раздался металлический голос.

– Какие на хрен зомби?! Вы что издеваетесь?! – Воскликнул Виктор.

Но тут же получил дозу успокоительного, в виде удара в челюсть.

– Спокойней, – вновь зазвучал электронный голос, – мы нашли у тебя много странных вещей, и странные документы. Откуда ты пришёл, кто тебя послал? Ответишь честно, умрешь быстро.

– Развяжи мне руки, и посмотрим, кто из нас умрёт!!! – Закричал, в ярости, Виктор.

– Помериться силой, успеем, рассказывай правду кто ты?

– Я же говорю, я охотник, приехал сюда отдохнуть с другом.

Рейтинг@Mail.ru