Несносная служанка

Агнесс Давронбековна Шаль
Несносная служанка

Все наладилось, и к лучшему. Теперь разорение семье Депардье не грозило. И молодой господин, и его сестра, и слуги – все теперь могли жить без беспокойства о завтрашнем дне.

К слову, о самом Джозефе. Все обитатели особняка давно заметили, что он изменился с тех пор, как вернулся с войны. Он стал чаще улыбаться, прекратил быть таким мрачным и даже стал шутить, что совершенно поражало слуг и его сестру. И что именно могло послужить причиной такого преображения? Неужели он настолько был рад тому, что дела с поездами наладились? Или же что-то другое?..

Сегодня в особняке снова был переполох. Господин объявил всем о том, что сегодня он представит всем свою невесту и дал указание все подготовить к ее приходу.

Все внутри роскошного здания кипело, волновалось, суетилось. С кухни веяло ароматом самых разных блюд. Огромный зал, коридоры и многие другие комнаты, украшенные разными статуями, вазами, картинами и цветами, драили служанки. Правда, одной из них не хватало. Кристу никто не мог найти с самого утра. Но Джозеф никак не интересовался тем, куда она могла подеваться, будто совсем забыл про нее. Это всем показалось очень странным. Впрочем, на ее поиски совершенно не было времени, все были очень заняты.

Общими усилиями все было подготовлено вовремя и теперь можно было встретить гостью как полагается.

Джозеф вошел в сияющий зал, где собрались все его слуги и Лили, чтобы встретить невесту господина.

Сам он, кстати, тоже подготовился к такому важному событию, посему был хорошо одет и причесан.

Он осмотрел подданных, и, вдохнув побольше воздуха в легкие и собравшись с духом, начал:

– Спасибо вам всем, вы хорошо постарались, – сперва господин поблагодарил слуг за проделанную нелегкую работу. – Сегодня я хотел бы вас всех, и тебя, дорогая сестра, познакомить с моей невестой.

Весь зал был в предвкушении. Кто же избранница юного Депардье? И как они нашли друг друга? При каких обстоятельствах? И, в конце концов, из какой она семьи? Все эти вопросы очень волновали сестру господина и его слуг. У кого-то было даже предположение о том, что невестой господина может оказаться та самая Октавия Лейденберг. Кто знает, может, ей не дали благословения ее родители, но, увидев, что дела Депардье наладились, они передумали.

– Так когда она приедет? – улыбнувшись, спросила Лили.

– Она уже здесь, – ответил Джозеф.

– Как здесь? – та удивилась. – Но во дворе нет никакой кареты…

Джозеф только усмехнулся на это.

Он обернулся. За дверью, из которой он вышел, будто бы кто-то копошился и все не решался войти. Джозеф заговорил с этим кем-то, но что он говорил – никому не было понятно, потому как он говорил это очень тихо.

Наконец юноша не выдержал и дернул этого кого-то за руку, выводя в зал. Этим кем-то оказалась девушка. У нее были светлые волосы, собранные в пучок, из которого все-таки торчало несколько непослушных прядей, а также на ней было длинное платье кремового цвета, украшенное вышитыми цветами на груди и юбке. У этой девушки были выразительные и растерянные серые глаза, которые уставились на подданных Джозефа в совершенном смущении. Она не знала, что делать и как быть.

Все удивились, глядя на девушку. Как она здесь, действительно, оказалась, и без кареты? Пешком сюда ведь ни за что не добраться! Этот особняк находился далеко и от города, и от других поместий.

– Это же… Криста! – первой спохватилась Лили. – Брат, что это значит? Когда вы…

– Достаточно долго, чтобы я был серьезен, – отрезал Джозеф, имея ввиду под этими словами, что его решение неоспоримо.

Среди слуг поднялся шум. Как только Криста могла оказаться невестой господина Депардье?! Она ведь простая служанка, а помимо этого она еще и недолюбливала своего господина. Да и он к ней тоже теплых чувств не питал. Развитие отношений между этими абсолютно противоположными людьми было совершенно непредсказуемо или даже невозможно! Но оно случилось… И теперь, можно сказать, мир буквально перевернулся.

– А я тебе говорила, что это плохая затея!.. – протараторила Криста, понуро опустив голову.

– Все все равно бы все узнали, – Джозеф приобнял возлюбленную за плечи, глядя на нее. – Я не собирался держать это в секрете вечность. Как мы тогда поженимся?

– А может не стоит? Я ведь…

– Что?

– Я ведь крестьянка! Я тебя опозорю… Никто нас не поймет!

Джозеф, аккуратно приподняв ее за подбородок, вместо ответа нежно поцеловал свою невесту. Это лицезрели все присутствующие. Можно было представить, какие у них были лица, достаточно было взглянуть на одну только Нину.

– Это совершенно неважно, дурочка. Никто не помешает нашему союзу, – прервав поцелуй, со всей нежностью сказал Джозеф.

– Дурак… Все же смотрят!.. – в смущении пробормотала Криста, багровея.

– А что тут такого? Ты ведь моя невеста!

Лили глядела на эту картину, поражаясь с каждой секундой все больше и больше. Она давно не видела брата таким счастливым, таким естественным. Он наконец смог избавиться от маски хладнокровия. Как же давно, как же давно он не был таким счастливым! А эта девушка… Она просто поразительна! Как она смогла пробудить все эти чувства в брате Лили?

Раньше Джозефу было тяжело. Он был один, никого не подпускал к себе, взваливал на себя слишком тяжелый груз, но и сам не справлялся с внешними и внутренними проблемами. Но теперь он открыл свое сердце кому-то еще, поделился с ней этим грузом, и теперь свой путь он продолжит не один, потому что рядом будет она.

На лице аристократки появилась теплая улыбка. Она наблюдала за этой парочкой не без умиления и искреннего счастья за них.

Все наблюдали за ними чувственно, каждый по-своему. Элис же и вовсе расплакалась.

– Мой господин так вырос… – твердила она, захлебываясь слезами.

Все, в том числе и слуги, ужинали в этот вечер вместе за одним большим столом, словно одна большая семья. Поэтому для всех этот день стал особенным.

Все веселились, шутили, говорили, и просто могли быть самими собой и равными друг другу.

– Навивает воспоминания… – с улыбкой сказал Цезарь, подперев голову рукой. – Господин Роджер всегда проводил праздники или другие важные дни, ужиная вместе со слугами и другими членами семьи. Было здорово.

– Это были лучшие времена… – согласилась Нина, сидящая рядом в той же задумчивости, что и придворный.

– Не говорите так! У нас и сейчас не так плохо! Жизнь ведь еще не кончилась, – сказала Роуз, тоже сидящая неподалеку и уплетающая за обе щеки различные десерты.

– Да, ты права, – усмехнулась Нина. – Жизнь продолжается. Мы теряем одно, но приобретаем другое…

– Тебе нужно было не в служанки идти, а поступать в институт на философский факультет! – рассмеялась Роуз.

– Попрошу не язвить, я тут, знаешь ли, мысли свои излагаю… – проворчала Нина.

Другие слуги рассмеялась. Нина тоже улыбнулась.

Все радовались сегодняшнему дню, нынешней жизни, не сожалея о прошлом и веря, что впереди их ждет тоже что-то хорошее. А если даже когда-нибудь возникнут какие-то невзгоды, они переживут их вместе и будут дальше радоваться жизни.

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.

Рейтинг@Mail.ru