Клетки не только способны образовывать псевдоподии, сжимаясь, они выделяют обволакивающие пластинки для фиксации чужеродных частичек, таких как частички пыли, микробы, остатки мертвых, дегенерированных клеток.
Тот факт, что лейкоциты и другие подвижные фагоцитарные клетки притягиваются элементами, которые они должны разрушить, является отправной точкой доктрины Мечникова. Это притяжение было полностью подтверждено большинством биологов; это – химиотаксис. Каждое химическое раздражение провоцирует моторную реакцию фагоцитов, заданное перемещение. Эти моторные действия, следующие за раздражением, называются тропизмом (для всего организма) или таксисом (для изолированной клетки).
Вам предлагаются неоспоримые факты, но интерпретация чувствительности фагоцитарной клетки не представляет собой даже логической гипотезы. Если не находишься в состоянии наркотизации такими терминами, как «таксис» и «тропизм», если серьезно продумать этапы фагоцитоза, то можно прийти к следующим заключениям.
1) Клетки способна принимать сигнализацию от чужеродной частички; клетка обладает механизмом, похожим на радарный приемник.
2) Клетка способна выпускать из себя обволакивающую пластинку и вводить ее вместе с чужеродной частицей внутрь себя.
3) Клетка отдает себе отчет в степени опасности, возникающей от присутствия активных патогенных частичек.
4) Клетка обладает способностью спланировать и организовать защиту.
5) Фагоцитарная клетка наделена безоговорочной гражданственностью, когда, атакуя болезнетворный микроб, она жертвует собственной жизнью.
6) Клетка думает, соображает и действует, она обладает психизмом.
Проникновение жертвы внутрь клетки связано с сокращением тела клетки. Это плазматические потоки затягивают фагоцитированные частички и приводят их в контакт с пищеварительными внутриклеточными образованиями.
Среди фагоцитарных клеток решающая роль должна быть отведена гистиоцитам; их число гораздо больше, чем число лейкоцитов. Гистиоциты являются наиболее активными клетками соединительной ткани и основным элементом ретикулоэндотелиальной системы. Когда количество и активность лейкоцитов падают, тогда гистиоциты нападают на вредоносные частицы и пытаются их элиминировать. Это вторая линия обороны, пополняющая поредевшие ряды первой линии.
Без постоянного фагоцитоза возобновление эритроцитов было бы немыслимо. Эритроциты обладают небольшим сроком жизни: от 42 до более чем 100 дней.
Для равномерной доставки кислорода всем тканям и органам надо, чтобы число зрелых эритроцитов, выброшенных в ток крови, точно соответствовало бы числу состарившихся эритроцитов, утомленных, которые должны быть разрушены в селезенке, в печени и в кровеносных сосудах в эквивалентном ритме. Если же равновесие между этими двумя величинами нарушено, кровеносные сосуды окажутся перегруженными трупами красных шариков, разложение которых выбросило бы в кровь токсичные протеиновые цепочки. Конечная дислокация обеспечивается гемолизом и фагоцитозом; эритроцит может быть фагоцитирован гистиоцитами, которые своими цитоплазматическими выбросами окружают эритроцит и переносят его в глубину цитоплазмы.
Микрокинематография показала, как эритроцит преследуется лейкоцитом; это – явная демонстрация клеточного психизма: лейкоцит должен ускорять свое движение, должен быть осведомлен о присутствии эритроцита, приклеиться к нему, забрать его в свою цитоплазму, чтобы переварить его и затем освободиться от продуктов распада мертвой клетки.
Между лимфатическими и кровеносными капиллярами находится соединительная ткань, богатая гистиоцитами, всегда готовыми войти в лимфу и в кровь, когда различные вредоносные частицы проникают в ток крови.
Гистиоциты постоянно задерживают их, очищая кровеносные и лимфатические капилляры.
В печени клетки Купфера представляют собой часть клеток ретикулоэндотелиальной системы, которая находится во всех участках организма, подвергаемых патогенным влияниям. Могущество самозащиты организма неиссякаемо!
Электронный микроскоп показал, что в огромном большинстве клеток имеется очень узкое пространство между мембранами соприкасающихся клеток. По этим межклеточным пространствам внеклеточные жидкости орошают, питают цитоплазму клеток и уносят клеточные метаболиты. Обмен веществ между содержимым клетки и внеклеточным морем облегчается активными волнообразными или пульсирующими движениями клеточных мембран.
Поверхность клетки не неподвижна. На ней образуются вздутия и вмятины. Известна складчатость земли, образующая горные цепи и опускания почвы. Такие же изменения наблюдаются на поверхности клетки. Во время изменения объема органов происходит сжатие коллоидов клетки, что является источников энергии, которым не следует пренебрегать в общей экономике организма. Представьте себе патофизилогические эффекты, происходящие при изменении температуры или ритмов давления поверхностей нашего организма. Высвобождение поверхностей и сверхсжатых пространств могло бы спровоцировать локальную вспышку, которая для данного ущемленного участка представляет катастрофу. Легко понять трансформацию невинного брюшного метеоризма в ужасную кишечную закупорку. Каждый пароксизм даже слабого кашля, каждое усиление чихания представляет для человеческого организма такой же феномен, как извержение вулкана в каком-то участке нашей планеты.
Электронная микроскопия позволяет предположить наличие специального приспособления в цитоплазме, способного моментально породить клеточный микровзрыв. Струя воздуха, выброшенная кашлем через дыхательные пути, может достичь в голосовой щели скорости, равной ПО м/с, т. е. 6.6 км/мин или 390 км/ч. Скорость циклона, штормового ветра едва ли достигает одной трети взрывной скорости кашля (130–140 км/ч). Моментальное ускорение движения воздуха, спровоцированное кашлем, можно рассматривать как взрыв (вспышку), порожденный декомпрессией сверхконденсированных, сверхсжатых поверхностей с резким высвобождением плененного давления. Гистологии уже давно известно, что молекулам свойственны огромные скорости, равные скорости пули из ружья. Но без наличия природы взрывов в нашем организме мысль-вспышка, взрыв сознания были бы немыслимы. В какой-то день динамическое пламя превращается в пепел. Наступает смерть.
Цена, уплаченная за разрешение вкусить жизнь, даже очень ограниченной продолжительности, не так уж велика.
А теперь некоторые иллюстрации в цифрах и геометрических задачах.
Во время новообразования костной ткани у плода, при восстановлении кости после перелома электронный микроскоп показывает, что изменения ориентации полисахаридов, составляющих соединительную ткань, происходит в строго заданном порядке. Молекулы, создавая клетки и нити соединительной ткани и меняя свой геометрический порядок, освобождают место минеральным кристаллам фосфата кальция и карбоната кальция. Микрокристаллы, заполняющие эти пространства, вежливо предоставленные молекулами полисахаридов, вытягиваются в иглы от 30 до 400 мкм (одна миллионная доля миллиметра) в толщину и приблизительно 2000 мкм в длину. Эти микрокристаллы имеют поверхность в 130 м2 на 1 г развернутой поверхности.
Костная ткань – это минеральный резерв, к которому организм обращается каждый раз, когда требуется компенсировать потери в кальции. Господа ревматологи со своими рентгеновскими снимками не снисходят к тому, чтобы заняться метаболизмом кальция и поверхностью минеральных субстанций, сохраняющих интимный контакт с межклеточными жидкостями.
Поверхность тонкого кишечника усеяна цитоплазматическими ворсинками типа псевдоподий, прижатыми одна к другой. Их совокупность образует огромную щеткообразную кайму. Длина ворсинки от 2 до 5 мкм, диаметр – 1 мкм. Предполагая, что поверхность тонкого кишечника равна 43 м2, его общая всасывающая поверхность должна равняться 602 м2.
Учитывая роль, которую играют ворсинки щеточной каймы поверхности тонкого кишечника, учитывая их хрупкость, легко понять, насколько недопустимы и пагубны ампутации двух третей желудка, подвергающие тонкие хрупкие ворсинки кишечника травматизирующему шоку пищи, недостаточно переваренной желудком, лишенным своей целостности.
В почечном нефроне классическая гистология установила существование четырех канальцевых сегментов. Электронная микроскопия нашла в одном лишь проксимальном сегменте огромное количество ворсинок, соприкасающихся с внеклеточной средой. Щетковидный бордюр (кайма) состоит из цитоплазматических волокон одинаковой длины, расположенных параллельно, как ворс щетки. У человека проксимальный сегмент нефрона имеет в длину около 14 мм. Общая поверхность, покрытая ворсинками этого проксимального сегмента, приблизительно равна 20 мм2. Если в двух почках взрослого человека имеется 2 млн нефронов, то общая поверхность обмена на ворсинках от 40 до 50 млн мм2, т. е. от 40 до 50 м.
Под влиянием некоторых анормальных условий ворсинки канальца могут подвергаться различным изменениям. В случае патологии ворсинки кажутся спаянными одна с другой. Они могут стать твердыми. Представьте себе небольшое поле в 50 м2, усеянное колючками, собранными затем и туго сжатыми на поверхности в 14 мм2. Эта картина трудно воспринимается нашим бедным умом, тем не менее это одна из миллионов-миллиардов чудесной действительности, управляющей нашей жизнью.
Когда масса вещества сверхконденсирована на пространстве, законно предположить, что давление сжатой субстанции испытывает чудовищную нагрузку.
В печени щеточный бордюр (кайма) заменен псевдоподиями, возникающими на эндотелиальных клетках капилляров. Эти псевдоподии представляют собою как бы цитоплазматическую губку. Эндотелиальные клетки капилляров печени не соединены между собой, они разделяются очень тоненькими межклеточными пространствами, позволяющими плазме крови проходить из капилляров в межклеточные пространства. Поверхность обмена между печеночными клетками, с одной стороны, и эндотелиальными клетками кровеносных и лимфатических капилляров печени, с другой стороны, благодаря расположению бесчисленных псевдоподий необыкновенно увеличена.
Объем крови, проходящей через печень за один час, равняется 100 л. (Если вы кладете грелку на область печени на час, вы согреваете 100 л крови).
Поверхность эндотелиальных клеток всех кровеносных капилляров у взрослого человека равна 7300 м2, общее количество крови и лимфы – 7.3 л.
Мерцательные реснички, мерцательные края – все эти элементы, поддерживающие беспрестанную вибрацию в обоих царствах – животном и растительном, созданы и организованы по единому и идентичному плану инфрамикроскопической структуры. Волнообразные вибрации регулируют потоки внутриклеточных и внеклеточных жидкостей, провоцируя движение и перемещение частичек. Такой же феномен обнаруживается в волнообразных движениях мембран. Последние своими колебаниями напоминают световые лучи.
Из этих наблюдений, проведенных с исключительной точностью, выявляется идентичность геометрической формы между световыми волнами и колебательными волнами мерцательных устройств живого организма. Фотосинтез в листе есть первопричина бесконечных колебаний в растительном и животном царствах.
Многочисленные исследования с помощью электронного микроскопа подтверждают плановую предопределенность во всех областях вселенной: в царстве животном, растительном, минералов, в небе и в крошечной клеточке, представляющей микромир со структурами микрогеологическими, микроастрономическими, оживленный неоспоримым психизмом клетки.
Трахеобронхиальные слизистые оболочки бронхов, трахеи и носа снабжены многочисленными ресничками с удивительной способностью координации их движений. Эта координация не зависит от нервной системы, но находится исключительно в цитоплазме клетки, носительницы реснички. Вызовите раздражение слизистой носа, вы спровоцируете чихание. Если клетки носа отвечают несколькими взрывными вибрациями без вмешательства нервных элементов, то с трудом можно отказаться от нашей гипотезы микровзрывов.
Увеличение загрязнения атмосферы дымом, копотью, ядовитыми выделениями газов от бесчисленных машин делает воздух непригодным для дыхания, порождает паралич мерцательных движений в слизистых оболочках носа, гортани, трахеи, бронхов и бронхиол.
Поверхность развернутой крови (плазма+кровяные тельца) равна 6000 м2. Поверхность лимфы равна 2000 м2. Эти 8000 м2 введены в кровеносные и лимфатические сосуды – артерии, вены и капилляры, длина последних 100 000 км. Поверхность в 8000 м2 толщиной в 1–2 мкм, длиной более 100 000 км ирригируется кровью и лимфой за 23–27 с. Эта быстрота капиллярного потока объясняет, быть может, таинственную быстроту химических реакций в организме человека с его очень умеренной температурой. По-видимому, роль скорости капиллярного потока является такой же значимой, как роль диастаз, энзимов и биокатализаторов.
Карель (Carrel, 1927), сопоставляя объем жидкостей, необходимых для жизни ткани в культуре, подсчитал потребность в жидкости человеческого организма за 24 ч и нашел, что она равняется цифре в 200 л. Он пришел в полное недоумение, когда был вынужден констатировать, что с 5–6 л крови и 2 л лимфы организм наделен идеальной ирригацией.
Его расчет был ошибочным. Выживание ткани, выращенной в культуре, отнюдь не является зеркалом, точным отражением настоящей жизни ткани в живом организме. Это карикатура клеточной и тканевой жизни в нормальных условиях. Ткани, выращенные в культуре, имеют микроскопический, лилипутный метаболизм по сравнению с метаболизмом нормальных тканей. Недостает стимуляторов и контроля мозгового центра. Невозможно путем смеси соли и воды, биологически инертных, заменить живую кровь и лимфу, которые очищают, которые каждую секунду дозируют питательные субстанции, отходы каждой молекулы, пропорции между кислотами и основаниями, между кислородом и углекислотой.
Почти все заключения, сделанные на основе изучения тканей, выращенных в культуре, должны быть в корне пересмотрены. Если цикл васкулярной циркуляции происходит за 23 с, если за 23 с 7–8 л крови и лимфы обегают свои орбиты, то это составит приблизительно 20 л/мин, 1200 л/ч, 28 000 л/сут. Если наши подсчеты скорости кровеносного потока являются правильными, если за 24 ч почти 30 000 л крови и лимфы омывают наше тело, мы можем допустить, что присутствуем при бомбардировке паренхиматозных клеток частичками крови, согласно тому же закону, который определяет бомбардировку нашей планеты космическими частицами, закону, управляющему движением планет и Вселенной, движением электронов на их орбите, а также вращением Земли.
Скорость потока крови очень различна при прохождении территорий, расположенных в мозгу, в некоторых участках она проходит в срок, не превышающий 3 с. Это означает, что в мозгу скорость циркуляции крови соответствует быстроте молниеносной вспышки мысли.
Часто говорят о резервных силах организма человека, но при этом не отдают себе отчет в истинной природе этих сил. Каждый атом, каждое ядро атома, сохраняя свою огромную взрывную силу, остается инертным, безвредным, если не последует головокружительное ускорение, производящее разрушительный взрыв. Резервные силы организма представляют собой ту же взрывную потенцию, так же дремлющую, как и усыпленное могущество инертного атома. Рациональные бальнеотерапевтические процедуры, увеличивая и ускоряя циркуляцию, интенсифицируя количество и полноту окислительных процессов, вызывают увеличение и распространение конструктивных микровзрывов.
«Все, что существует наверху, существует и внизу», – заявил Гераклит более 2000 лет тому назад. Параллелизм между направленными микровзрывами, запланированными в жизни животных, растений и людей, с одной стороны, и между гигантскими взрывами в мириадах солнц – с другой, очевиден.
Лимфа омывает все клетки, заполняет все щели и промежутки в органах. Поток свободной лимфы, вне стенок и преград, без видимой ориентации представляет собой, тем не менее, источник строго заданных лимфатических потоков в сплетении лимфатических сосудов с определенной ориентацией.
Дополняя кровеносную циркуляцию, лимфатическая циркуляция играет незаменимую роль в питании тканей и элиминации вредных метаболитов. Если длина кровеносных капилляров равняется 100 000 км в организме человека, то длина лимфатических капилляров должна быть по меньшей мере удвоена. Это вторая река жизни. Уже Гиппократ говорил о белой крови.
Бартельс (Bartels, 1909) различает три раздела лимфатической системы. 1) Лимфатические сосуды разного калибра: лимфатические капилляры, с одной стороны, и лимфатические щели – с другой; 2) лимфатические органы: лимфоидные островки, миндалины, селезенка, зобная (или вилочковая) железа – тимус, костный мозг; 3) полости перикарда, брюшины, плевры, находящиеся в постоянном контакте с лимфой, как и полости нервной системы: субдуральная полость, желудочки мозга, центральный канал костного мозга, слезные камеры глаз, ушные лабиринты, спинномозговая жидкость.
Лимфатические сосуды обладают свойством расширяться больше, чем кровеносные сосуды; эта эластичность позволяет им лучше обеспечить дренаж метаболитов. У человека большие лимфатические сосуды обладают гладкой, хорошо развитой мускулатурой. Число лимфатических сосудов, выходящих из какого-либо органа, больше, чем соответствующее число вен. В лимфатическом коллекторе руки человека насчитывается 60 клапанов, в коллекторе ноги – 80-100 клапанов.
Каждое препятствие на пути лимфатического или кровеносного потока провоцирует локальное расстройство или общее заболевание. Когда при расширении лимфатических сосудов клапаны не смыкаются, мы присутствуем при рождении лимфатических варикозных расширений.
Все ткани и органы, орошенные кровеносными сосудами, снабжены также и лимфатическими сосудами; единственный орган – плацента – составляет исключение. Ввиду отсутствия лимфатических сосудов в плаценте элиминация метаболитов из плода создает значительную перегрузку венозной системы матери. Это является одной из причин развития флебитов у женщин во время беременности. Хрящ, хрусталик, роговая оболочка лишены кровеносных и лимфатических сосудов.
В норме поток лимфы движется в одну сторону. Когда же лимфатические железы поражены туберкулезом, раком, лимфогранулематозом, при коклюше и лейкемии, препятствия, возникающие по ходу лимфы, заставляют ее двигаться в обратном направлении (ретроградная циркуляция). Известно ретроградное размножение раковых клеток. Все лимфатические сосуды выливают свое содержимое у основания шеи в подключичные вены.
Лимфатические железы расположены на пути лимфатических стволов. Их размер может превысить размер вишневой косточки, ореха, но может быть и с булавочную головку. Железы головы и шеи распределяются на 9 основных групп: затылочные, сосцевидные, околоушные, подчелюстные, лицевые, подбородочные, подъязычные, заднеглоточные, шейные. Первые пять групп образуют настоящий ошейник вокруг шеи.
Химический состав лимфы очень изменчив в зависимости от ее местонахождения в организме. Она очень бедна коллоидами, процент протеинов не превышает 0.3–0.6, процент липидов весьма изменчив. Концентрация мочевины соответствует ее концентрации в сыворотке крови. Процент глюкозы в лимфе превышает таковой в сыворотке. Осмотическое давление лимфы выше, чем сыворотки крови. Если предположить, что в лимфе присутствуют метаболиты, перешедшие в нее из крови, тогда каждый застой, каждая задержка большого лимфатического потока, вызванная увеличением соответствующих узлов, завершается скоплением вредных метаболитов в крови и нарушением питания паренхиматозных клеток.
Различная концентрация лимфы, оттекающей от разных органов, показывает, что эндотелиальные клетки лимфатических капилляров не пассивные мембраны, подчиненные физико-химическим законам, а наделены чудесной способностью активно управлять отбором веществ, которые необходимо удалить из крови. Они не только «по своему усмотрению» осуществляют прохождение различных субстанций в лимфатические капилляры, но, больше того, они прекрасно адаптируются к нуждам некоторых органов, увеличивая или уменьшая элиминацию циркулирующих в крови веществ, а также из внеклеточных жидкостей, омывающих паренхиматозные клетки и органы.
Лимфа, кроме других важных функций, является постоянным резервом плазмы, всегда готовым задержать наступление противника, восстановить количественный и качественный дефицит плазмы.
Каждое уменьшение объема тканей, особенно железистых клеток и мышечных волокон с их динамическим метаболизмом, увеличивает осмотическое давление в кровеносных капиллярах с последующим выходом плазмы крови и увеличением объема лимфы. Мышечная работа, ускоренный приток кислорода, все, что увеличивает клеточный метаболизм, является главным фактором лимфогенеза. После мышечной усталости лимфа содержит эритроциты, что указывает на рост проницаемости капилляров. Инсулин замедляет течение лимфы.
Диуретики увеличивают количество лимфы, она становится богаче минеральными и органическими веществами; лимфогонное действие диуретиков предшествует их диуретическому действию. Это наблюдение представляет большой интерес для физиологии диуреза. Оно указывает на главную роль внеклеточных жидкостей и изменения состава лимфы в восстановлении нарушенного диуреза. Это наблюдение подчеркивает также ненадежность экспериментов на изолированных органах.
Для нормальной функции почек необходимо обогащение лимфы органическими и минеральными субстанциями, необходимо также изменение химического состава внеклеточных жидкостей и проницаемости стенок кровеносных капилляров и т. д. и т. п. Каждый перерыв корреляционной цепи внутреннего взаимодействия провоцирует болезненные расстройства. Как вредна иллюзия организации исследований на изолированных органах! Сколько стерильных заключений экспериментальной медицины отравляют остатки мысли честных искателей, прозябающих в мире фантасмагорий!
Лимфатические узлы. Количество лимфатических узлов у собаки равно 600, у свиньи – 190, у коровы – 300, у человека – 400, у лошади – 3000. У животных, с самого рождения выращенных в абсолютно стерильных условиях, лимфатические железы не развиваются.
Увеличение метаболизма, нормальная агломерация метаболитов и вредных субстанций вызывают необходимость увеличения количества лимфатических узлов, которые фиксируют, разлагают большие молекулы, организуют беспрерывное очищение крови, лимфы и внеклеточных жидкостей. Поток лимфы замедляется в лимфатических узлах, которые включены в трассу средних лимфатических сосудов. Таким образом осуществляется обмен метаболитами между лимфой и лимфоидной тканью. Лимфатические синусы расширяются у основания каждого узла лимфатического потока и являются гарантией надежности обмена – крошечные озерца, похожие на кровяные озерца в печени, селезенке и венозных синусах мозговых оболочек.
Лимфатические узлы-барьеры регулируют лимфатические потоки. Они задерживают и вбирают в себя лимфу, когда ее объем становится чрезмерным. Нормальное течение лимфы из грудного протока в венозную систему происходит в том случае, если давление лимфы выше венозного давления. Иногда отеки являются следствием увеличения венозного давления у основания шеи, спровоцированного изменениями сердечных клапанов. Исследования Мак-Мастера (McMaster, 1947) показали, что при болезнях почек лимфатическая циркуляция усилена, у сердечных больных она замедленна, иногда даже вплоть до остановки.
Лимфатическая система легких. В межреберной плевре поверхность лимфатических сосудов в полтора раза больше, чем поверхность кровеносных сосудов. Лимфатическая система легких обеспечивает дренаж конечных продуктов обмена из бронхиол и альвеол. Активность лимфооттока обеспечивается дыхательными движениями грудной клетки и экскурсиями диафрагмы. Повышение температуры тела увеличивает быстроту лимфооттока.
Лимфа, образующаяся в легких, распространяется по трем направлениям: одна ее часть испаряется и способствует увлажнению выдыхаемого воздуха; другая часть достигает бронхиол и увлажняет их поверхность, создавая жидкую среду, в которой вибрируют мерцательные реснички, кроме того, она входит в состав бронхиальных выделений; третья часть переходит в лимфатические сосуды легких и затем соединяется с венозной кровью (Поликар).
Лимфатические сосуды сердца. Существует подэндокардическое сплетение, расположенное в межжелудочковой перегородке; подперикардическое сплетение сплошь покрывает поверхность желудочков сердца. Левая часть перикардического сплетения распространяется на весь левый желудочек, а также на часть правого желудочка, соседствующую с передним желобком и левой коронарной артерией. Три лимфатических разветвления дренируют лимфу этой территории к главному левому лимфатическому коллектору. Сосуды правой стороны перикардического сплетения покрывают весь правый желудочек и пропускают лимфу в начальную часть правого лимфатического коллектора. Эти перикардические сосуды расположены на всем пути вдоль коронарных артерий. Лимфатические сосуды предсердий малочисленны.
Сопоставляя богатую лимфатическую ирригацию желудочков с бедной ирригацией предсердий, можно сделать интересный вывод. Миокард со своим мышечным богатством, со своими динамическими сокращениями, с активным метаболическим ритмом с каждой систолой выбрасывает массу метаболитов, которые не могут быть элиминированы одной венозной системой. Чтобы гарантировать нормальную деятельность миокарда, нужна дополнительная система дренажа метаболитов, скопление которых в коронарной сети может нанести ущерб нормальному питанию фибрилл миокарда. Это делают лимфатические сосуды, осуществляя дренаж, очищение плазмы крови, питающей, орошающей фибриллы миокарда.
Удивительно, что кардиология даже не поставила перед собой вопроса о лимфатической циркуляции.
Лимфатические сосуды диафрагмы. В диафрагме расположены два лимфатических канала: подбрюшинный – на всей поверхности диафрагмальной брюшины, состоящий из нескольких рядов, наслаивающихся друг на друга; главный канал, наддиафрагмальный, состоящий из поверхностного плеврального и глубокого подплеврального каналов. Поверхностный канал расположен в самой толще диафрагмальной плевры, подплевральный канал состоит из соединенных мелких каналов, окружающих мышечные фибриллы диафрагмы.
Подплевральный и подбрюшинный каналы плотно соединены друг с другом многочисленными сосудами. Непосредственная лимфатическая связь между подбрюшинным и плевральным каналами объясняет случаи проникновения инфекции из брюшины в плевру, и наоборот.
Лимфатические сосуды диафрагмы связаны также с лимфатическими сосудами печени. Часть лимфы печени оттекает в те же коллекторы, в которые стекает лимфа брюшины и плевры. Лимфатические сосуды диафрагмы находятся также в контакте с сальной сумкой почки и с надпочечниками. Какая великолепная синергия между всеми органами брюшной и грудной клетки! И как бедны и стерильны заключения специалистов по болезням печени, почек, надпочечников, если они не осведомлены ни о роли диафрагмы, ни о капиллярах, ни о лимфатических путях!