Жил старик со своею старухой
У самого синего моря;
Они жили в ветхой землянке
Ровно тридцать лет и три года.
Старик ловил неводом рыбу,
Старуха пряла свою пряжу.
Раз он в море закинул невод, —
Пришел невод с одною тиной.
Он в другой раз закинул невод,
Пришел невод с травой морскою.
В третий раз закинул он невод, —
Пришел невод с одною рыбкой,
С непростою рыбкой, – золотою.
Как взмолится золотая рыбка!
Голосом молвит человечьим:
«Отпусти ты, старче, меня в море,
Дорогой за себя дам откуп:
Откуплюсь чем только пожелаешь.»
Es lebte ein Alter mit seiner Alten
Ganz nahe am blauen Meer;
Sie lebten in hinfäll´ger Hütte
Genau dreissig und drei Jahr´.
Der Alte fing Fische, – mit einem Fischnetz, gross,
Die Alte spann ihr Garn.
Einst warf der Alte sein Netz aus, —
Doch zurück kam´s mit lauter Schlamm.
Das andere Mal warf er das Netz aus, —
Doch zurück kam´s mit Meeresgras.
Zum dritten Mal warf er das Netz aus, —
Mit einem Fischlein kam es zurück,
Keinem einfachen Fischlein freilich —
einem Fischlein aus lauter Gold!
Wie fleht es den Alten an!
Mit menschlicher Stimme sagt es:
«Lass mich Du, guter Alter, ins Meer!
Viel darfst Du dafür verlangen,
Erfülle Dir jeden Wunsch.»
Удивился старик, испугался:
Он рыбачил тридцать лет и три года
И не слыхивал, чтоб рыба говорила.
Отпустил он рыбку золотую
И сказал ей ласковое слово:
«Бог с тобою, золотая рыбка!
Твоего мне откупа не надо;
Ступай себе в синее море,
Гуляй там себе на просторе».
Воротился старик ко старухе,
Рассказал ей великое чудо.
«Я сегодня поймал было рыбку,
Золотую рыбку, не простую;
По-нашему говорила рыбка,
Домой в море синее просилась,
Дорогою ценою откупалась:
Откупалась чем только пожелаю.
Не посмел я взять с нее выкуп;
Так пустил ее в синее море».
Старика старуха забранила:
«Дурачина ты, простофиля!
Der Alte erschrak und erstaunte:
Er fischte nun dreissig und drei Jahr´,
Doch hörte nie, wie ein Fisch sprach zu ihm.
Frei liess er das goldene Fischlein
Und sagt´ ihm ein liebreiches Wort:
«Gott mit Dir, goldenes Fischlein!
Und loskaufen brauchst Du dich nicht;
Geh´ hin in das blaue Meer
Und tummele Dich in den Weiten.»
Zurück kam der Alte zur Alten,
Und erzählte, welches Wunder er sah:
«Heut` hab` ich ein Fischlein gefangen,
Kein einfaches Fischlein, ein goldenes;
Wie wir hat das Fischlein gesprochen,
In das blaue Meer, zurück wollt es
Teuren Preis war’s zu zahlen bereit:
Jeden Wunsch würd´ es mir erfüllen.
Ich erkühnte mich nicht, was zu fordern;
Und liess es ins blaue Meer.»
Da hob an die Alte zu schimpfen:
«Du Dummkopf, Du Einfaltspinsel!
Не умел ты взять выкупа с рыбки!
Хоть бы взял ты с нее корыто,
Наше-то совсем раскололось».
Вот пошел он к синему морю;
Видит, – море слегка разыгралось.
Стал он кликать золотую рыбку,
Приплыла к нему рыбка и спросила:
«Чего тебе надобно, старче?»
Ей с поклоном старик отвечает:
«Смилуйся, государыня рыбка,
Wolltest nichts von dem Fischlein verlangen!
Hättest nur einen Trog gefordert,
Unserer ist doch ganz hin.»
Nun ging der Alte zum blauen Meer,
Und siehe, – das Meer wurde leichthin bewegter.
Fing an er das Fischlein zu rufen,
Schwamm heran das Fischlein zu ihm und fragte:
«Was brauchst Du, guter Alter?»
Mit einer Verbeugung erwidert ihm der Alte
«Erbarme Dich, gnädiges Fischlein,
Разбранила меня моя старуха,
Не дает старику мне покою:
Надобно ей новое корыто;
Наше-то совсем раскололось».
Отвечает золотая рыбка:
«Не печалься, ступай себе с богом,
Будет вам новое корыто».
Воротился старик ко старухе,
У старухи новое корыто.
Еще пуще старуха бранится:
«Дурачина ты, простофиля!
Выпросил, дурачина, корыто!
В корыте много ль корысти?
Воротись, дурачина, ты к рыбке;
Поклонись ей, выпроси уж избу».
Вот пошел он к синему морю,
(Помутилося синее море.)
Стал он кликать золотую рыбку,
Приплыла к нему рыбка, спросила:
«Чего тебе надобно, старче?»
Ей старик с поклоном отвечает:
Gehörig schalt mich aus meine Alte,
Keine Ruhe gibt sie mir, dem Alten:
Sie brauchte einen neuen Trog;
Unserer ist schon ganz hin.»
Antwortet das goldene Fischlein:
«Gräm´ dich nicht, geh´ und füge Dich Gott,
So wird Euch ein neuer Trog.»
Zurück kam der Alte zur Alten,
Die Alte hat einen neuen Trog.
Noch mehr schilt die Alte:
«Du Dummkopf! Du Einfaltspinsel!
Einen Trog nur erbatest Du, Dummkopf!
Doch wozu soll ein Trog nütze sein?
Kehr zurück, Du Dummkopf, zum Fischlein;
Verbeug` Dich vor ihm und bitte ein Bauernhaus aus.»
Nun ging er erneut zum blauen Meer,
(Trüb wurde das blaue Meer.)
Fing an er, das Fischlein zu rufen,
Schwamm heran das Fischlein zu ihm und fragte:
«Was brauchst Du, guter Alter?»
Ihm antwortet der Alte mit einer Verbeugung:
«Смилуйся, государыня рыбка!
Еще пуще старуха бранится,
Не дает старику мне покою:
Избу просит сварливая баба».
Отвечает золотая рыбка:
«Не печалься, ступай себе с богом,
Так и быть: изба вам уж будет».
Пошел он ко своей землянке,
А землянки нет уж и следа;
Перед ним изба со светелкой,
С кирпичною, беленою трубою,
С дубовыми, тесовыми вороты.
Старуха сидит под окошком,
На чем свет стоит мужа ругает.
«Дурачина ты, прямой простофиля!
Выпросил, простофиля, избу!
«Erbarme Dich, gnädiges Fischlein!
Noch mehr schilt die Alte,
Keine Ruhe gibt sie mir, dem Alten:
Ein Haus bittet das zänkische Weib.»
Antwortet das goldene Fischlein:
«Gräm` dich nicht, geh´ und füge Dich Gott,
So soll es sein: ein Bauernhaus wird Euer schon.»
Ging er zu seiner Erdhütte,
Jedoch keine Spur ist von der Hütte geblieben;
Vor ihm ist eine Blockhütte mit einem Giebelstübchen,
Mit einem geweisselten Schornstein aus Ziegel,
Mit verkleideten Toren aus Eiche.
Die Alte sitzt vor dem Fenster,
Um alles in der Welt beschimpft sie den Mann
«Du Dummkopf, du Einfaltspinsel!
Erbatst Du, Einfaltspinsel, ein Haus!
Воротись, поклонися рыбке:
Не хочу быть черной крестьянкой,
Хочу быть столбовою дворянкой».
Пошел старик к синему морю;
(Не спокойно синее море.)
Стал он кликать золотую рыбку.
Приплыла к нему рыбка, спросила:
«Чего тебе надобно, старче?»
Ей с поклоном старик отвечает:
«Смилуйся, государыня рыбка!
Пуще прежнего старуха вздурилась,
Не дает старику мне покою: