Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV–XVII вв.

А. Е. Тарас
Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV–XVII вв.

Война между Вкл и Смоленском за Мстиславль (1385–1386 гг.)

Город Мстиславль основал в 1135 году смоленский князь Ростислав Мстиславович на высоком берегу реки Вихры – правого притока Сожа. Поселение, удаленное от реки на одну версту, заняло вершину естественного округлого холма размером 130 на 140 метров. От близлежащего плато его отделяли широкие глубокие овраги. Превосходную природную защиту дополнил кольцевой земляной вал с деревянным частоколом.

С 1180 года Мстиславль являлся центром одноименного удельного княжества. Осенью 1358 года его захватил Альгерд и отдал в удел своему сыну Киргайло (или Коригайло). В состав княжества входили тогда, помимо Мстиславля, города Дроков, Кричев, Княжичи, Могилев, Мглин и Тетерин.

Киргайло вскоре погиб, после чего удел достался брату Витов-та – Лугвению (Семену), женатому на дочери московского великого князя Дмитрия «Донского». Когда до Смоленска дошел слух (оказавшийся ложным), что Лугвений уехал в Краков на свадьбу Ягайло с Ядвигой, смоленский князь Святослав Иванович попытался воспользоваться ситуацией и отбить Мстиславль.

Сначала он несколько дней опустошал волость, а 18 апреля осадил город. Все же, несмотря на штурмы, подкопы и применение тарана, осада не принесла успеха. Наконец, 29 апреля к Мстиславлю подошли войска ВКЛ под командованием князей Свидригайло, Корибута, Лугвения, Витовта и Константина Альгердовича.

Литовское войско было видно издалека, поэтому Святослав заранее подготовился к бою и первым пошел в атаку. Но в ходе жестокой сечи он пал от удара копьем. После гибели князя его ратники обратились в бегство, а победители преследовали их до самого Смоленска! Затем потребовали от смолян выкуп, а на княжеский престол посадили Юрия, сына Святослава – как данника Литвы.

С.М. Соловьев описал эту войну в следующих словах:

«В 1386 году смоленский князь Святослав Иванович с сыновьями Глебом и Юрием и племянником Иваном Васильевичем собрал большое войско и пошел к Мстиславлю, который прежде принадлежал смоленским князьям и потом был у них отнят литовцами.

Идучи Литовскою землею, смольняне воевали ее, захватывая жителей, мучили их нещадно различными казнями, мужчин, женщин и детей: иных, заперши в избах, сжигали, младенцев на кол сажали.

Жители Мстиславля затворились в городе с наместником своим, князем Коригайлом Олгердовичем; десять дней стояли смольняне под Мстиславлем и ничего не могли сделать ему, как в одиннадцатый день поутру показался в поле стяг литовский: то шел великий князь Скиригайло Олгердович; немного подальше выступил другой полк – вел его князь Димитрий-Корибут Олгердович, за полком Корибутовым шел полк Симеона Лугвения Олгердовича, наконец, показалась и рать Витовтова.

Литовские полки быстро приближались; смольняне смутились, увидевши их, начали скорее одеваться в брони, выступили на бой и сошлись с литовцами на реке Вехре под Мстиславлем, жители которого смотрели на битву, стоя на городовых забралах.

Битва была продолжительна, наконец, Олгердовичи одолели; сам князь Святослав Иванович был убит одним поляком (выделено мной. – А.Т.) в дубраве; племянник его Иван был также убит, а двое сыновей попались в плен. Литовские князья вслед за бегущими пошли к Смоленску, взяли с него откуп и посадили князем из своей руки Юрия Святославича, а брата его Глеба повели в Литовскую землю».

Соловьев С.М. «История России с древнейших времен», книга II, с. 306

Обращает на себя внимание тот факт, что столь выдающийся историк, как Сергей Михайлович Соловьев, назвал литвинского воина «поляком». И это по отношению к тому времени, когда не было еще Люблинской унии, а Кревскую унию только-только заключили! Вот что значат «идеологические очки».

Усобица Витовт – Ягайло (1388–1392 гг.)

Угроза утраты Литвой независимости, а также меры по форсированному внедрению католичества вызвали резкое недовольство удельных князей и бояр, как православных, так и язычников. «Партию недовольных» возглавил князь Витовт. Он считал себя лично обиженным Ягайло. В самом деле, в угоду ему он разорвал союз с Тевтонским орденом, а также перешел из православия в католичество. Но Ягайло 28 апреля 1387 года назначил своим наместником в Литве не его, а своего родного брата Скиргайло.

В 1388 году Витовт открыто выступил против Ягайло, вновь заключив союз с Тевтонским орденом. При этом немцы взяли в заложники двух малолетних сыновей Витовта, а также его брата Кондрата, чтобы обеспечить верность литовского князя.

Вооруженная борьба между Витовтом и Ягайло длилась более трех лет и шла с большим ожесточением. Тевтонцы приняли в ней самое деятельное участие. Приведем в качестве примеров некоторые события этой распри.

В 1390 году войска князя Ягайло взяли «з великою трудностью», после энергичной осады, город Каменец на Брестчине.[41] В том же году Ягайло в течение 50 дней осаждал замок в Гродно, которым владел Витовт. Сначала ему удалось взять деревянный город (Нижний замок), в конце концов пал и каменный Верхний замок. Но уже в 1391 году с помощью немецких рыцарей Витовт вернул себе Гродно.

Зимой 1391 года войско Ягайло осадило замок в Берестье (Бресте) и после 10-дневной осады взяло его. Тогда же (в 1391 году) союзное Витовту войско комтура Конрада фон Валленрода, а весной 1392 года – магистра Юнгингена осаждало Новогрудский замок и оба раза безуспешно.

Белая вежа (башня). Худ. Н. Орда, 1877 г.


В начале марта 1392 года крестоносцы Яна Румпенгайма и Конрада Лихтенштейнского, вместе с воинами Витовта, по скованным морозом болотам подошли к стенам Лидского замка. Вскоре к ним присоединились английские рыцари, чей отряд возглавлял молодой граф Нортумберлендский. Они ограбили город, сожгли строения вокруг замка и осадили сам замок. Князь Дмитрий (Корибут), командовавший обороной, решил оставить крепость. Ночью он со всем гарнизоном прорвался через позиции осаждавших и ушел в Новогрудок, где стоял гарнизон Ягайло.

В конце концов Витовт пришел к выводу, что хотя на его стороне три четверти литвинских панов, а войска Ягайло часто терпят поражения, ему все же выгоднее помириться с титулованным родственником. Когда Витовт своими глазами увидел, как немцы укрепляют Ковно (ныне Каунас), чтобы сделать его мощной крепостью, он понял, чем в итоге кончится дело. Сначала немцы подчинят себе Литву, затем возьмутся за Польшу. Он предложил Ягайло забыть прежнюю вражду и заключить союз для войны с Орденом. Ягайло, в свою очередь, смирился с тем, что придется пойти на значительные уступки двоюродному брату.

Однако примирению мешал договор Витовта с Тевтонским орденом. Тогда Витовт, чтобы «сжечь все мосты» между ними, решил пожертвовать сыновьями и братом. Он вероломно напал на один рыцарский отряд и уничтожил его, а также захватил несколько орденских замков.

Наконец, 4 августа 1392 года Витовт и Ягайло заключили в местечке Остров (возле Лиды) договор, который в 1401 году снова был подтвержден. По нему Ягайло признал Витовта пожизненным независимым правителем всей Литвы. Витовт снова поменял католицизм на православие.

Фактически Островский договор перечеркнул самые важные положения Кревской унии. Он зафиксировал отказ от инкопорации ВКЛ в состав Польши и от принудительной католизации его жителей. Договор лишь предусматривал, что «в случае надобности» Великое княжество Литовское будет оказывать Польскому королевству всяческое содействие, в том числе войсками и (или) деньгами. Что касается титулов, то Витовт упоминался в договоре как «великий правитель» (magnus dux), а Ягайло – как «верховный правитель» (supremus dux).

В отместку тевтонцы отравили обоих сыновей Витовта и бросили в темницу его брата. Вот таким образом Витовт стал великим князем литовским. В сентябре 1392 года в кафедральном православном соборе Вильно князь Витовт был торжественно провозглашен великим князем Литвы.

В январе 1393 года большое рыцарское войско осадило Гродно. После трехдневного штурма замок пал и был разрушен. Тогда, соединив силы, Витовт и Ягайло в ходе жестоких трехнедельных боев взяли Ковно и нанесли серьезное поражение Ордену.

Однако схватки с немцами продолжались после этой победы еще 17 лет, вплоть до Грюнвальдской битвы в 1410 году. Например, в 1394 году крестоносцы атаковали Лиду. Жители города укрылись в замке и вместе с гарнизоном отразили все атаки врага.

Разобранный замок в Гродно восстановили, но в 1398 году однажды ночью произошел сильный пожар, во время которого сам Витовт едва не погиб вместе с женой и детьми. После этого он возвел каменные укрепления. Уже в 1402 году крестоносцы проверили его на «прочность», но замок выдержал все штурмы.

В то время его стена, обращенная к Неману, имела в длину 20 метров, со стороны Городничанки – 90 метров, со стороны города – 70 метров. В замке было пять башен и двухэтажный каменный дворец Витовта размером 45 на 15 метров, своего рода «крепость в крепости». Ров шириной 50 метров отделял укрепления от города (Нижнего замка).

* * *

Бывшему наместнику Ягайло в Литве, князю Скиргайло Альгердовичу, Витовт помог захватить Киевские земли, где правил князь Владимир Альгердович – брат Скиргайло. Весной 1393 года Витовт силой отобрал у Владимира города Житомир и Овруч, которые отдал Скиргайло. А в сентябре та же судьба постигла Киев. В октябре – ноябре Скиргайло с помощью войска Витовта подчинил себе Подолию, Черкассы и Звенигород.

 

Взамен утраченного Киева, Витовт дал в удел Владимиру небольшое Копыльское княжество. Владимир «сбегал в Москву», надеясь получить помощь от московского великого князя, но безуспешно, и дожил свой век в Литве, в Копыле. Впрочем, похоронили его в Печерском монастыре в Киеве.

Скиргайло, не просидев в Киеве даже года, умер 10 января 1397 года, не оставив потомства. Предположительно, его отравили сторонники князя Владимира Альгердовича. Киевская земля отошла к Витовту. Но он не отдал ее, как обычно, близкому родственнику, а назначил в Киев своим наместником Ивана, князя Гольшанского.


Бой литвинов с тевтонцами. Худ. М. Андриоли, 1883 г.

* * *

Своей столице Вильно князь Витовт в начале XV века даровал самоуправление (так называемое «Магдебургское право»).[42]


Скиргайло. Из книги А. Гваньини «Описание европейской Сарматии», 1578 г.


Витовт был совершенно чужд религиозного фанатизма и отличался веротерпимостью. Так, в 1388 году он своим указом (привилеем) установил правовой статус еврейской части населения ВКЛ (евреи активно селились в городах Литвы начиная со второй половины XIV века). Указ, в частности, гласил:

«За увечье и убийство жида христианин отвечает так же, как за увечье и убийство человека благородного звания; за оскорбление жидовской школы полагается тяжкая пеня; если же христианин разгонит жидовское собрание, то, кроме наказания по закону, все его имущество отбирается в казну…

Если христианин обвинит жида в убийстве христианского младенца, то преступление должны засвидетельствовать трое христиан и трое жидов добрых; если свидетели объявят обвиненного жида невинным, то обвинитель сам должен потерпеть такое наказание, которое предстояло обвиняемому».

Нечволодов А. Сказания о Русской земле. Книга 3, с. 17

Войны Витовта с соседями (1395–1405 гг.)

Как отмечали современники, князь Витовт был человеком громадного честолюбия, при этом скрытным и вероломным, «неверником правды», по выражению летописца. Не стесняясь в средствах, он ликвидировал большинство удельных княжеств в Литве и стал завоевывать окрестности.

Так, весной 1393 года, потерпев поражение в сражении под Докудовом с войском Витовта и Скиргайло, лишился удела новгород-северский князь Дмитрий (Корибут) Альгердович. Своим наместником в Новгород-Северский Витовт назначил утратившего волынский удел князя Федора Любартовича.

В том же 1393 году Витовт во главе литвинского войска вторгся в Подолию и занял Брацлав, Каменец, Смотрич, Скалы, Чернев. Подольский князь Федор Кориатович бежал в Закарпатье, а Витовт получил от короля Ягайло грамоту, согласно которой Брацлавщина перешла к нему в вассальное владение. Что касается Западной Подолии, то она с 1395 года стала владением «короны», т. е. польского короля.

Поход на Смоленск в 1395 г

Как сказано выше, в 1386 году князь Витовт, одержав победу в сражении за Мстиславль, увел в плен князя Глеба Святославовича, а его брата Юрия объявил князем Смоленским вместо павшего в бою отца. Но позже Витовт отдал Смоленск Глебу, а Юрию выделил город Рославль с окрестностями. Как и предполагал Витовт, это вызвало ссоры и усобицу между братьями. Теперь у правителя Литвы появилась хорошая возможность для того, чтобы окончательно овладеть Смоленском.

В сентябре 1395 года Витовт, распустив слух о том, что идет походом на татар, внезапно появился у Смоленска. Затем под предлогом родства (его вторая жена была дочерью одного из смоленских князей) он пригласил в свой лагерь нескольких князей из рода Святославовичей, находившихся в городе, обещая им посредничество при дележе волостей. Когда те, ничего не подозревая, прибыли к нему вместе со своими боярами, он велел схватить их и отправить в Вильно в оковах. Затем войско Витовта сожгло посады и ворвалось в кремль. Своими наместниками в Смоленске Витовт оставил бояр Якова Ямонтовича и Василия Борейковича.

Участи братьев избежал только Юрий Святославович, который в это время гостил у своего тестя Олега, князя Рязанского. Тот попытался заступиться за зятя, но Витовт, оставив в Смоленске наместником князя Ямонта, вторгся в рязанскую землю. По свидетельству летописца, «пролив кровь как воду и побив людей, сажая их улицами», Витовт с торжеством вернулся в Литву. По пути домой он заехал в Смоленск и вместо Ямонта назначил князя Романа Михайловича Брянского.

Что касается Глеба Святославовича, то он получил в удел от Витовта вместо Смоленска небольшой город Полонный. В 1399 году князь Глеб погиб в битве с татарами на реке Ворскла.

Битва с татарами на реке Ворскла (1399 г.)

Теперь упомянем планы Витовта в отношении северного и северо-восточного соседей – Пскова и Новгорода. В 1398 году Витовт снова заключил договор с Тевтонским орденом, пообещав ему помощь в завоевании Пскова. За это Орден, в свою очередь, обязался помогать Витовту в завоевании Господина Великого Новгорода.

Но поход на Новгород был отложен, поскольку Витовт посчитал, что вмешательство в ордынские дела сулит ему больше выгод. Хан Тохтамыш, отогнав своего конкурента Тимура (Тамерлана) на юг, утвердился поначалу на золотоордынском престоле, но вскоре его сверг и изгнал хан Темир-Кутлуй. Тогда Тохтамыш со своими родственниками и сторонниками (общей численностью до 40 тысяч человек) ушел в Литву. В 1395–1396 годах он жил в Киеве, затем еще три года в замке города Лида.[43] Вместе с Витовтом он совершил в 1397 году поход к Азову, а в следующем году – в Крым.

В 1397 году Витовт задумал колоссальную авантюру – он вознамерился присоединить к Литве часть земель Золотой Орды, а также Великое княжество Владимирское и Москву. Для этого он собирался вернуть трон хану Тохтамышу, а тот, в свою очередь, обещал Витовту дать ярлык на право владения всеми этими землями.

Гонцы Витовта сообщили всем европейским монархам о том, что великий князь готовит величайший поход христиан против неверных. Эта весть произвела сильное впечатление. Папа Римский даже объявил будущий поход крестовым!

К весне 1399 года Витовт собрал в районе Киева большое войско. Кроме литвинов, жемойтов и тохтамышевых татар, в нем были также полки молдавские и волошские (волохи, или валахи – предки румын), польские и немецкие (в соответствии с договором, великий магистр Тевтонского ордена прислал большой отряд). Летописец одних только литвинских князей насчитал в этом войске до 50 человек, а общую его численность оценил в 100 тысяч. Современные историки считают, что в нем было не более 40 тысяч человек: около 15 тысяч рыцарей (конников в тяжелом вооружении) и примерно 25 тысяч легкой кавалерии, пехоты, вспомогательных частей.

Безусловно, начиная поход, Витовт переоценил свои силы и недооценил могущество противника. Темир-Кутлую, свергнувшему Тохтамыша, подчинялась гигантская территория – от Северного Причерноморья до реки Иртыш в Сибири. Его поддерживал сам Тимур, властелин половины Азии.

Еще до начала похода к Витовту прибыли послы от Темир-Кутлуя с посланием хана:

«Выдай мне беглого Тохтамыша, он мой враг, не могу оставаться в покое, зная, что он жив и у тебя живет, потому что изменчива жизнь наша. Нынче хан, а завтра беглец, нынче богат, завтра нищий, нынче много друзей, а завтра все враги. Я боюсь и своих, не только что чужих, а хан Тохтамыш чужой мне и враг мой, да еще злой враг. Так выдай мне его, а что ни есть около его, то все тебе».

Витовт сказал на это:

«Хана Тохтамыша не выдам, а с ханом Темир-Кутлуем хочу видеться сам».

«Свидание» состоялось на берегу реки Ворсклы. Когда Витовт подходил к реке, Темир-Кутлуй послал к нему гонца с вопросом:

«Зачем ты на меня пошел? Я твоей земли не брал, ни городов, ни сел твоих».

Витовт ответил ему весьма высокомерно:

«Бог покорил мне все земли, покорись и ты, будь мне сыном, а я тебе буду отцом и плати мне ежегодную дань; а не захочешь быть сыном, так будешь рабом, и вся Орда твоя будет предана мечу».

Хан Темир-Кутлуй ответил на это наглое требование согласием. В действительности он тянул время, ожидая прихода подкрепления от Тимура. Однако Витовт воспринял уловку как признак слабости и предъявил новое требование, а именно, чтобы отныне на ордынских монетах чеканилось его клеймо. По понятиям XIV века, это означало бы полное подчинение татар ему. Хан ответил, что для решения этого вопроса ему надо подумать, посоветоваться со своими мурзами. Витовт дал три дня.


Замок в Лиде. Реконструкция М.А. Ткачева


За три дня к Темир-Кутлую пришел со своим войском поседевший в боях хан Едигей (или Идигу; 1352–1419), сподвижник Тимура, основатель Ногайской Орды. Узнав о требованиях Витовта, Едигей пожелал лично встретиться с ним. И вот они съехались на противоположных берегах узкой Ворсклы. Едигей был насмешлив. Он сказал:

«Князь храбрый! Наш хан справедливо мог признать тебя отцом, он моложе тебя годами; зато я старше тебя, а потому теперь ты признай меня отцом, изъяви покорность и плати дань, а также изобрази на литовских деньгах мою печать».[44]

Речь эта привела Витовта в ярость, он приказал тотчас готовиться к битве. Краковский воевода Сытко, видя огромные полчища татар, посоветовал Витовту не вступать в бой, а уходить, для приличия заключив почетный мир. Однако остальные воеводы отвергли этот разумный совет.

Войска Витовта атаковали первыми. Они широко использовали пушки и пищали. Но огонь по разбросанным целям был малоэффективен, ядра и пули наносили лишь случайный ущерб. Пока Едигей медленно отступал по фронту под натиском Витовта, Те-мир-Кутлуй совершил глубокий обход и, ударив в спину, устроил войску Витовта своего рода «канны».[45]

 

Ужасное кровопролитие продолжалось до глубокой ночи и завершилось полным разгромом литвинов. Летописец сказал об этой битве: «сеча зла, которой еще не бывало в Литовской земле с татарами». В сражении погибли герои Куликовской битвы, князья Дмитрий Боброк-Волынский, Дмитрий Брянский, Андрей Полоцкий, участвовавшие в ней на стороне Витовта, а также 16 литвинских князей. Домой вернулось не более четверти литовского войска. Как писал Н.М. Карамзин, «ни Чингис-хан, ни Батый не одерживали победы совершеннейшей». Татары преследовали бежавших ратников до самого Киева. Встав под стенами города, Темир-Кутлуй распустил свое войско «воевать Литовскую землю, и ходила татарская рать до самого Луцка, опустошив все на своем пути».

Киев откупился тремя тысячами рублей, причем Печерский монастырь дал от себя тридцать рублей, и хан ушел в свои степи, оставив после себя «плач и скудость».

Что касается Тохтамыша, то он с оставшейся частью своей орды вскоре после битвы на Ворскле устремился в Сибирь. Там он и пал в 1406 году от руки сибирского хана Шадибека.

Война Витовта за Смоленск в 1401–1404 гг

На Ворскле князь Витовт потерял почти всю армию. Его политический престиж оказался сильно подорванным. Соответственно, ему пришлось на время ограничить свои претензии. Так, в 1400 году он заключил мирный договор с Новгородом «по старине».

Тем временем часть смолян, видя ослабление Витовта, вошла в сговор со своим бывшим князем Юрием Святославичем, жившим в Рязани у тестя, князя Олега Ивановича. Юрий пришел к тестю и стал просить:

«Пришли ко мне послы из Смоленска от доброхотов моих, говорят, что многие хотят меня видеть на отчине и дедине моей. Сотвори, господин, христову любовь, помоги, посади меня на отчине дедине моей, на великом княжении Смоленском».

И вот в 1401 году престарелый князь Олег Рязанский вместе с Юрием Святославичем, князьями пронским, муромским и козельским, отправились к Смоленску. Подойдя к городу, Олег велел передать его жителям:

«Если не отворите города и не примете господина вашего, князя Юрия, то буду стоять здесь долго и предам вас мечу и огню. Выбирайте между животом и смертию».

Смоленск сдался без боя. Тем не менее, Юрий Святославич начал свое правление с того, что убил брянского князя Романа Михайловича (бывшего в то время наместником Витовта) вместе с его боярами. Затем он перебил и тех смоленских бояр, которые слыли сторонниками Витовта. Олег же с войском пошел дальше, ограбил ряд литовских земель и с добычей вернулся в Рязань.

Юрий Святославич занял Смоленск в августе 1401 года, а уже в конце сентября Витовт с войском стоял под городом. Его сторонники подняли в городе мятеж, но были перебиты. Как сообщает летопись, «Юрий князь людей много посекоша». Витовт простоял под стенами четыре недели и отступил восвояси.

Следующий 1402 год оказался более удачным для него. Сын рязанского князя Родислав Олегович пошел на Брянск, но у Любутска его встретили князья Гедиминовичи – Семен (Лугвень) Альгердович и Александр Патрикиевич Стародубский. Они разбили рязанское войско, а самого княжича взяли в плен. Три года Родислав провел в темнице у Витовта, после чего был отпущен в Рязань за выкуп в три тысячи рублей. Тем не менее вернуть Смоленск не удалось.

В 1403 году Лугвень Альгердович взял Вязьму. Витовт в 1404 году снова осадил Смоленск, и опять неудачно. Три месяца стоял он под городом. Литвины обстреливали Смоленск из осадных орудий. Но взять город не удалось. Витовт, разграбив окрестности, ушел в Литву.

Между тем рязанский князь Олег Иванович умер еще в конце 1402 года, после чего Юрий Святославич остался без союзников. Как писал Нечволодов, «он скоро восстановил против себя городских жителей своими жестокостями по отношению к сторонникам Витовта». Защитить Смоленск от литвинов мог лишь московский великий князь Василий Дмитриевич, но тот был женат на Софье Витовтовне. Юрий видел, что из двух подданств надо выбрать более удобное для него. Он поехал в Москву и стал умолять князя Василия:

«Тебе все возможно, потому что он тебе тесть, и дружба между вами большая, помири и меня с ним, чтоб не обижал меня. Если же он ни слез моих, ни твоего дружеского совета не послушает, то помоги мне, бедному, не отдавай меня на съедение Витовту. Если же и этого не хочешь, то возьми город мой за себя, владей лучше ты им, а не поганая Литва».

Василий обещал помочь, однако медлил. По сему поводу Супрасльская летопись говорит: «Князь же Василий обеща ему дати силу свою и удержа его на тые срокы, а норовя тьсти своему Витовту». То есть попросту Василий арестовал Юрия и дал знать об этом тестю.

Витовт не заставил себя ждать. В том же 1404 году он с большим войском вторично явился к Смоленску. Его сторонники, число которых возросло, сдали ему город и выдали жену Юрия – дочь Олега Рязанского.

Витовт отомстил смолянам за убийство своего наместника Романа Мстиславовича и его бояр три года назад. Часть сподвижников Юрия среди бояр и «детей боярских» он казнил, остальных увез в Литву вместе с женой и детьми князя.

В Смоленске Витовт снова посадил своего наместника. А горожанам дал большие льготы, чтобы привлечь их на свою сторону. С этого момента ранее независимое княжество Смоленское на 260 лет (до 1667 года) стало частью Великого княжества Литовского. В «Хронике литовской и жемойтской» сказано:

«Витовт… винных всех… убил до трех тысяч и дабы в Смоленске не было больше бунта, из княжества обернул его в воеводство».

Василий I Дмитриевич, узнав о захвате Смоленска Витовтом, лицемерно обвинил во всем случившемся князя Юрия Святославича:

«Приехал ты сюда с обманом, приказавши смольнянам сдаться Витовту».

В августе 1405 года Юрий Святославич, собрав дружину, вторгся на территорию Литвы, пришел к городу Лида, в замке которого томилась в неволе его семья. Но все попытки взять замок штурмом провалились. После этого Юрий, опасаясь гнева московского князя, отступил со своей дружиной и с сыном Федором в Новгород, где заключил договор с новгородскими посадниками о том, что в случае вторжения неприятеля он возглавит ополчение. В обмен посадники дали князю «для кормления» его и дружины 13 городов, в том числе Руссу, Торжок, Ладогу, Орешек.

Однако новгородский период жизни Юрия Святославича оказался кратким. Вскоре он совершил гнусное преступление, подробно описанное в летописях: казнил служившего ему князя Семена Вяземского ради того, чтобы позабавиться с его супругой. Но гордая женщина категорически отказала злодею, даже ударила Юрия ножом. Тогда князь в приступе ярости изрубил ее на куски и приказал бросить останки в реку. Чуть позже, осознав, что натворил, он уехал в один из отдаленных монастырей Рязанского княжества, где и умер в 1408 году. Летопись свидетельствует: «И бысть ему в грех и в студ велик».

Его сын Федор Юрьевич оставался в Новгороде до начала весны 1413 года, а позже, вследствие давления Витовта на новгородских бояр, уехал «в Немцы».

41Именно там сохранилась до наших дней знаменитая «Белая вежа» (башня), давшая название соседней пуще с ее знаменитыми зубрами, а также соглашению о ликвидации СССР.
42Магдебургское право – первое в Европе универсальное законодательство, которое можно было применять в любом торгово-ремесленном городе и базовым принципом которого являлось самоуправление горожан. Основным его письменным источником являлось так называемое «Саксонское зерцало», сборник юридических норм, составленный в Магдебурге к 1225 году. Первым в ВКЛ это право получил Брест (1390 г.). Далее Гродно (1391 г.); Слуцк (1441 г.); Киев (1494 г.); Полоцк (1498 г.); Минск (1499 г.); Могилев (1561 г.); Мозырь (1577 г.); Витебск (1597 г.); Орша (1620 г.), Мстиславль (1634 г.). Напомним в данной связи, что в Российской империи ограниченное городское самоуправление появилось лишь в XIX веке.
43Часть татар, пришедших с Тохтамышем в 1396 году, а также переселенных от Азова в 1397, навсегда остались в Литве. Они получили земельные владения в Лидском, Ошмянском, Новогрудском и Брестском поветах, в районах Вильно и Минска, с обязанностью нести военную службу. В дальнейшем литовские татары всегда составляли наиболее боеспособную часть армии ВКЛ. В настоящее время их потомки, общей численностью свыше 10 тысяч человек, компактно проживают в Щучинском районе Гродненской области Беларуси. Они исповедают ислам, но чужды религиозного фанатизма. Постороннего человека, случайно оказавшегося в этих местах, до глубины души изумляет вид минаретов среди беларуских лесов и полей.
44В действительности Едигей был на два года моложе Витовта.
45По аналогии с битвой при селении Канны в 216 году до нашей эры. Карфагенское войско (50 тысяч человек) Ганнибала полностью разгромило римское войско (69 тысяч человек) под командованием Варрона. Римляне потеряли 48 тысяч убитыми и 10 тысяч пленными; карфагенцы – 6 тысяч убитыми. Кстати говоря, битва шла в тех же местах, где спустя три с половиной столетия состоялась знаменитая Полтавская баталия между русскими и шведами. Во времена Витовта здесь простиралось «Дикое поле».
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62 
Рейтинг@Mail.ru